Глава 30

Внезапно все помещение наполнилось шумом, как в дверь вломились Кацу и Филипп и их сопровождающие в виде Лэй, Лаира и Кима. Судя по виду последних, по пути сюда они претерпели какие-то не очень приятные разговоры либо друг с другом, либо с двумя младшими из них. Лэй хмурилась и обиженно надула губы, Лаир разочарованно смотрел в сторону, а Ким... Ким просто был словно в шоке. Конечно же Кацу побежал ко мне, вырвав меня из охапки брата. — ШИА!!!!!! — рыжий мальчик начал кричать и реветь мне в плечо, и мне показалось, что, будь он собакой, он бы непременно сейчас завилял хвостом в разные стороны. — Прости меня!!! Прости, прости, прости, прости, прости...!! Лэй подошла и взяла его за шиворот, отведя от меня подальше. Шиэджи тоже отстранился, дав место моему золотому другу. Я не была против. Скорее, после брата у меня ничего не вызывало чувств. Я остыла к ним всем так же быстро, как и загорелась, услышав хоть что-то о себе из прошлого. — Ну-ка стоять! — зарычала Лэй на бедного рыжего мальчика, по-матерински улыбнувшись. — Не видишь, она тут с важной шишкой болтала! — ХНЫЫЫЫ!!!! Кацу взвыл, и как только Лэй оттащила его от меня, я увидела в его глазах самые настоящие слезы. Он плакал так обильно и навзрыд... Если бы не улыбка Лэй, я бы правда расстроилась его плачу. Или не расстроилась. Не знаю. Шарлотта выпрыгнула откуда-то из-за двери, ее розовый хвост сильно выделялся позади рыженького маленького Кацу. В отличие от него она не побежала ко мне сломя голову, а постояла в стороне, словно ее что-то смущало. Я не подала виду, что заметила это. — Но Кацу должен извиниться!! Лэй очень недоуменно посмотрела на нее, словно бы совсем не ожидая такие внезапные обвинения с ее стороны. Но все быстро прояснилось: — Он же так хочет извиниться! Вот вам бы было приятно, если бы вам не давали извиниться за ваши пакости?! — Э-э... — Ким вышел вперед, а за ним оказался спрятанный Филипп, который до сих пор сохранял молчание и нервно выглядывал из-за чужого плеча. — Это очень справедливая мысль, но... Готова ли Шиа простить его? Все обернулись к нему, в шоке замирая от его слов. Будто бы он сказал что-то необычное. Хотя да, соглашусь, фраза "готова ли я простить его" звучит так, словно он повзаимствовал ее из какой-то умной книги. Уверена, он читает много умных книжек, как это обычно делают все умные дядьки с умными очками. А я даже забыла о существовании такой вещи, как книги. Было бы такое произведение, какое смогло бы вернуть меня в прежнее состояние, я бы залпом прочитала его, даже если оно самое длинное и скучное произведение на свете. — Это ты где умных слов понахватался? — Лэй огрызнулась на него, выпустив воротничок Кацу, из-за чего тот шмякнулся об пол с характерным звуком и приглушенным хныком. Шарлотта в ту же секунду подбежала к нему, лапками схватившись за его рыжую башню и погладив по макушке. — А? Умных? — в ответ Лэй Ким прозвучал будто злобнее (но, увы, никак не увереннее), чем обычно. — Нет-нет, что вы. Я имел в виду, хочет ли Шиа, чтобы он так слезно перед ней извинялся. Я никак не реагировала на его слова. У меня не было сил физически или вербально сейчас отвечать что тому, что другому, что уж говорить о каких-то "прощениях". Пусть извиняется, сколько хочет. Я все равно не вижу в этом вины... — А ты, видать, совсем осмелел, а? Сын выдры. Лэй харкнула в сторону Кима, но тот вовремя отошел в сторону и несчастный комочек плевка полетел прямо в Филиппа. Тот тихонечко взвизгнул, но ручкой потер пострадавшее место на золотой кайме жилета и хныкнул. Лэй никак не отреагировала, словно бы ей было все равно, прилетит этот нещадный плевок в назначеную цель или в невинного испанца. Может, он тоже был ее целью. — ¡Perdón! — с характерным акцентом выдал Филипп, глупо улыбнувшись и отойдя в сторону, лишь бы не попасть под еще один плевок. — Уж вижу я, м-мне тут совсем не рады...! П-прошу простить, сеньора Лэй, могу уйти... — И ты тоже. Сын ля меретризы. Она передразнила его иностранный акцент, но на этот раз очень отчетливо прорычала звук "р", словно издеваясь над его произношением. Я не знала, что значит это слово, но могла догадываться из-за сочетания с сыном. Если она оскорбила его мать, то дела плохи. Я оказалась права, потому что он схватился за сердце и всплакнул от горечи, вызваной этой непотребной шуткой. — С-сеньора Лэй...! Уж про кого, но про мать мою вы так шутить не смеете! — Да? А то что ты мне сделаешь? Пока Шарлотта и Кацу отряхивались в стороне и пугались взрослых перепалок, а Ким обиженно ухмылялся в сторону Лэй, эта роковая женщина приблизилась к Филиппу и улыбнулась лукаво, пальцем в кожаной перчатке подняв его за подбородок. — Мгх...!! Н-не я вам враг, но семья моя... — Пока тут нет и запашка от твоей семейки, даже не пытайся меня ею унизить. Ясно? — Да...!! Он взвыл, продолжая хныкать от испуга. Только тогда коварная Лэй его отпустила. В центр событий выбежала Шарлотта, а Кацу снова прыгнул ко мне, взявшись руками за мой стул... уже хотела было сказать ноги, и положил голову мне на колени. Он плакал, и я не могла заставить себя сделать хоть что-либо. Даже положить руку ему на голову не было в моих силах. Казалось, будто я должна была почувствовать от этого некое отчаяние... но нет. Мне было все равно. Это же и пугало. Шиэджи, нервничая и оглядывая всех разом сзади меня, ничего не стал делать с этим маленьким кусочком солнышка, оставляя его на произвол... меня. Было бы грубо сказать "на произвол судьбы". — Как вы только можете себя так вести перед Шией!! — яростная лисичка замахала хвостиком. — У нее не осталось сил на вас всех! — Шарлотта, не глупи. Я сомневаюсь, что ей есть до нас дела, — возразила ей в ответ Лэй, пожав плечами и вызвав этим негодование у розовой дамы. — КАК ты смеешь такое говорить!! Я демонстративно промолчала, подтверждая теорию Лэй. Это будто бы опечалило мою подругу. Но она была слишком занята фырчанием на свою соперницу, что Филипп, стоящий где-то позади, неловко выглядывал из-за них с целью рассмотреть меня поближе. Я заметила это и посмотрела на него в ответ. Это был максимум того, на что я способна сейчас, но его это невероятно обрадовало. Настолько, что он просиял белоснежной улыбкой с парочкой клыков и потихоньку подполз ко мне, пока остальные спорят и грызутся по своим делам. — О, сеньора Шиа... — Филипп подполз ко мне под бок, сверкая звездными алыми глазами, напоминающими огненное рассветное небо. — Спросить позвольте тайны о вас, о каких я не думал еще до нынешних пор... Я промолчала ему в ответ. Это его обеспокоило, но не уняло азарт в глазах, каким он пытался (очень отчаянно, если честно) заразить и меня. И не умолк он в том числе. Шиэджи к тому времени уже отошел к Лэй и остальным, так что защитить меня было совсем некому. Даже Кацу со временем уполз в центр ссоры, а я осталась одна, вместе с этим... Без понятия вообще, кто это, и откуда он здесь взялся. Но раз его никто не убил, значит, он не такой уж и опасный... да? — Вы так белы, точно вечный северный снежок! — снег? Как я давно не слышала про него. — В семье моей было поверье, что настоящие герои рождены белоснежными и чистыми от грехом: их кожа, как барит, бела, а волосы - как паутинный флёр! Но вас я не видел никогда... Скажите, что же отделяет вас от Альянса? Я даже не удосужилась поднять до него глаз, но упоминание Альянса меня заинтриговало. Если не ошибаюсь, оно точно имеет какую-то связь с Кирой... Кира, ах, какое имя. Какое сладкое имя для моих уст, и как давно я о нем не вспоминала, и сколько бы лет не вспоминала еще. Оно заставляет мою кровь бурлить так, словно любая крупица секрета ее существования в этом мире раскрывала мне глаза все шире и шире, заставляла чувствовать меня живой и полноценной. Но я вряд ли могу назвать себя живой, а Киру — уж тем более. И от этого мое сердце разрывалось. Поэтому я посмотрела мужчине в глаза и еле выдавила из своего горла охрипшие слова: — Не знаю... Альянс не знаю. — Что? Ах, вы не знаете, что такое Альянс? — он выглядел искренне удивленным, словно бы сейчас каждый второй должен знать, что такое "Альянс" с полным определением в голове. Конечно я не знала, либо же не помнила, что такое Альянс. Скорее второе. Может, в нынешнем мире и вправду говорят об "Альянсе" как о чем-то мировом, а я просто не успеваю за жизнью... учитывая, что из живых и близких мне людей осталось столько, сколько можно пересчитать по пальцам. — Угу... — Альянс — наш дом великий, моя родина и пристанище всех-всех, кто мечтает жить жизнью яркой и насыщенной! Но есть и те, кому не удалось достигнуть тех высот, которые имели я и мои друзья с рождения... — Эй, тебе не надоело людям лапшу на уши вешать? Сзади него мигом оказалась прежне стоящая тут и наводившая ужас на другого мелкого ребенка Лэй, поместивая свою черную лапищу на плечо Филиппу. Филипп вздрогнул и охнул, слезка слетела с его глаза, как только он испуганно моргнул под чужим взором. — С-сеньора! — он обернулся, чтобы убедиться в том, что ему все-таки надо бояться, и отошел назад, а Лэй осталась непобежденной с триумфальной улыбкой на лице. — Да-да, она самая, — она подвинула его и расслабленно закатила глаза. — Что только этот королевский блудный сын тебе не понарассказывает, а, Шиа? К нам присоединились Шарлотта и Кацу, до этого момента стоящие где-то сзади. — Прошу прощенья, сеньора Лэй... — Крошу печенье. Филипп в страхе оглянулся на нее, будто его приговорили к смерти одной этой фразой. Меня всегда поражало, как нынче в этом мире устроена иерархия. Я ничего не знала о Филиппе, но весь его образ говорил об аристократичном и королевском происхождении. Однако он подчиняется Лэй, бесхозной и странной женщине, тем временем выглядящей, как работница клуба для взрослых... Не могу сказать, какого именно клуба. Нет, не из-за незнаний о самой системе клубов и прочего, просто она сочетала в себе и латексный костюм, и высокие ботинки до самого бедра, и при всем этом орудовала кожаной плетью. Шарлотта где-то брала журналы с пикантными изображениями женщин (полагаю, что она крала их у Кацу, ибо тот оказался тем еще барахольщиком, но по какой причине ему самому не пригодилась подобная макулатура?) и приносила их ко мне в комнату, где мы читали их, и я удивлялась способности людей придумывать настолько странные идеи и позы, что с ними был отдельный уголок под названием "самые креативные и шикарные". Тогда они у меня вызывали какие-то противоречивые чувства. Лэй выглядит как одна из тех моделей, но повстречав ее вживую, я не испытала и доли тех эмоций, какие проживала, смотря на женщин с журнала. Может, это потому, что в первый раз она пыталась меня убить, а во второй во мне умерло все живое, способное к радости и эмоциям. Тогда встает другой вопрос: неужели никому из присутствующих не важен ее неоднозначный вид? Если так, то я прямо-таки преисполнюсь верой в человечество. — Что?... — Филипп обратился снова к ней, исподнизу поглядывая на нее залитыми слезами глазками. Она же улыбалась, и не злобно и отчитывающе, а как-то по-своему задиристо, будто бы она была его старшей сестрой, по-доброму подшучивающей над ним. Я была удивлена ее резкой перемене настроения. — Попробуй вместо "прошу прощенья" говорить "крошу печенье". Не заметишь, как внезапно поднимется твой авторитет среди всех присутствующих, — после этого Лэй обратилась ко мне, оставив Филиппа озадаченно лежать на земле. — А ты, дамочка, не слушай его бредни. Он то и дело, что постоянно наворачивает свои непонятные эпические рассказы, как будто говорит не о реальном городе, а о героической сказке. Альянс — это огромный подземный город, откуда родом я и Филипп. Почти весь мир... ну, точнее тот, что остался, проживает в Альянсе! Я отвела взгляд в сторону, хотя продолжала ее слушать так же внимательно, как и смотреть на дощечки на полу. Уверена, Лэй расценила это как знак того, что я совсем ее не слушаю, поэтому хныкнула себе под нос и обиделась. Заместо нее продолжил речь об Альянсе Лаир, которого слушали Шарлотта и Кацу уже более внимательно, чем Лэй. Должен ли быть какой-то особый эффект от разговора с членами Альянса, откуда ко мне пришла Кира, или же нет? Интересно, ведь я понимаю, что должна чувствовать себя на седьмом небе от счастья, общаясь с почтенными воинами этих краев, но я не чувствую ровным счетом ничего. — Раньше Альянс представлял собой объединение всех сбежавших из центра субъектов, так или иначе пострадавших от его пагубного влияния... — Не-а, не субъектов, а подопытных уродов, — бесцеремонно поправила его Лэй. — Хочешь сказать, ты — подопытная уродка? — Не совсем, надо мной не ставили опыты. Я вообще без понятия, как сюда попала! Альянс мне помог, на этом спасибо. Лаир тяжело вздохнул и отвернулся от нее. — В чем-то она права. По крайней мере сейчас Альянс помогает всем, кто не помогает Рокуде. — Центр помог им, в некоторой степени... — проронил слово Шиэджи. — Когда-то я помог Кире и другим подопытным сбежать из этого места. Тогда они присоединились к Альянсу. Позже мы решили, что нам нужно объединиться с ними, и... — Не преувеличивай, — Лаир серьезно посмотрел на него, метая молнии янтарными глазами. — Никаких "нас" тогда не было. Рокуда решил, что нам не нужны враги, поэтому пообещал им землю и ресурсы взамен за защиту центра. — От кого они должны были нас защищать? — Шиэджи возразил ему, в его голосе чувствовалась уверенность большая, нежели прежде, когда он едва мог раскрыть глаза от печали. — В мире не осталось никого, кто мог бы нападать на этот проект. — От самих себя, — Лэй выступила вперед. — Подопытным крыскам не нравится сидеть ровно рядом с хозяевами. Сам подумай, кто подорвал этот центр? Откуда пришла я, которой мозги промыли, чтобы она убивала всех ради Альянса? Шиэджи замолчал, будто бы внезапно проглотил язык, на секунду раскрыв рот и оставив за собой только какой-то полуглухой звук. Его лицо выражало обиду, словно бы слова Лэй шли прямо против его точки зрения, но он не мог найти аргументы против нее и все, что ему оставалось, это смириться со своей неправотой. Но внезапно вперед влетел Кацу. — Подождит-т-те! — он присел рядом с Лаиром, своим ростом доставая ему только до колен. — Есть вопрос! Все замолчали, смотря на одного рыжика. Когда он понял, что теперь в центре внимания, то продолжил: — А почему, если Альянс так тепло и дружно дружил с проектом, они, собственно, на нас напали? — Да!!! — Шарлотта поддакнула ему и завиляла хвостом. — У меня был точно такой же вопрос!! В ответ ей Кацу улыбнулся. — Лэй и Филипп с радостью ответят на этот вопрос, — подмигнул им Лаир. Подмигнул так подмигнул, что выглядело это так, как будто его лицо просто неестественно перекосилось из-за нервного тика. Нет, моргнул он нормально, просто обычно он делает это очень редко. — Эй! Прошу заметить, что мне самой Кира тоже ни черта не говорила о настоящей цели нападения на вас! Просто сказала, что, мол, нападем, получим Шию — и мне расскажут все тайны моего существования. — Тайны существования? А это еще что такое, м-м?? — Кацу подполз в ноги Лэй и начал пристально пялиться на нее. Такое действие почему-то ее затушило, весь ее защищающий пыл и жар утих, а она отвела глаза в сторону и попятилась. — Э-э... — А мы разве не Филиппа теперь должны выслушать? — заинтересованно спросила Шарлотта. Филипп в это время стоял столбом в стороне, не желая даже немножко поучаствовать в этом разговоре. Как же я его понимала. Если бы не... некоторые трудности, я бы прямо сейчас встала и ушла спать. Посплю и здесь, какая разница... — Шие плохо!!! Она сознание теряет!!! Я даже не закончила закрывать глаза, как ко мне подлетела моя розовая подруга. Тут и глаз не сомкнешь, когда на тебя смотрят два выжигающих бирюзовых глаза. Мнение остальных в этом кругу тоже было обращено на меня. Ах, до чего же противно. Я бы хотела скрыться и больше не появляться у них на глазах, лишь бы они замолчали и перестали трещать вокруг да около меня. Интересно, падаль, окруженая стервятниками, тоже так себя чувствует? Хотя стервятники в общем-то лучше их. Они хотя бы едят падаль. — Шиа, м-может, ты проголодалась? — ко мне подошел Ким, и вся толпа вокруг меня расступилась ради него. Было даже приятно, что он неосознанно защитил меня от этих чаек. Он раньше уже говорил о том, что мне нужно поесть, поэтому это было лишь отвлечением внимания от общей темы. Вероятно, чтобы больше меня не грызли. Ах, как приятно. — Нет... Не хочу. — Ты спала три дня подряд, Шиа... Давай я найду и приготовлю что-нибудь вкусное, чтобы ты поела? Нежность в его голосе меня раздражала. Я не хочу такое внимание к своей персоне, особенно такое нежное. Особенно знающее, что ни в одном здании более нет ни одной крошки еды, но все равно пытающееся что-то сделать ради меня. Я заслуживаю совершенно не этого. И никто даже не посмел перебивать его, все смотрели на меня с жалостью и тоской, которая разрывала грудь мне. Мне, а не им. — Не хочу... — Тебе все-таки нужно поесть. Давай прикатим тебя куда-нибудь, где есть еда, а там ты почуешь вкусный запах и захочешь есть? — Ким... Я назвала его по имени, надеясь, что это что-то изменит и внушит ему, что мне не нужна еда и забота прямо сейчас. Я устала от всего внимания, каким меня одарить считает долгом каждый из присутствующих. Но это только подтвердило его предположения, и он быстро забежал за меня и взялся за ручки моего кресла. — Давай, Шиа, а то тебе уже совсем плохо! — Стойте, но разве мы не хотели найти Кацу, чтобы спросить, можно ли попасть в его подвал? — Шарлотта задумалась и взяла свой хвост в руки. — А то у нас нет еды! — Хе-хе... — Кацу потер макушку рукой и смущенно отвел взгляд. — Как вам сказать... Чтобы мой робот смог выйти на поверхность, мне пришлось немного размозжить весь мой дом на кусочки, а всю еду использовать как топливо... Шарлотта схватилась за сердце, но Ким не сбавлял энтузиазма накормить меня. Он смело повел мою коляску наружу. Сквозь тучи солнечный свет был слишком тусклый, но даже так его хватило, чтобы я жмурилась и не могла раскрыть глаза всю дорогу. Было холодно, как и всегда, я хотела охватить себя руками и обнять, чтобы согреться, но даже на это у меня не хватило сил. Все время я не думала ни о чем. Кто-то сзади переговаривался о чем-то, кто-то снова пытался устроить балаган, но я не слышала ничего из этого. Мне было все равно. И постепенно я начинала чувствовать, насколько удручающим было мое положение. Не волноваться ни о чем... Как же я похожа на Шарлотту. Точнее, на ее андроидную форму, такую твердую и бесчувственную, в которой нет ничего живого... И как же оно мне было дорого. Закатившись в здание, совершенно ничем не отличающееся от сотни других зданий во дворе, я оказалась в просторном зале, застланном глиняной плиткой и окруженном стенами оливкого цвета. Запаха еды не было. Везде были расставлены скамьи и длинные столы на металлических ножках, так что логично, что это столовая. Вдали виднелся какой-то прилавок, похоже, оттуда обычно брали еду. Похожим образом выглядела и наша школьная столовая, но она всегда была ярче и счастливее... Наверное, это потому, что всю еду с собой мне делал брат, и едой в столовой я попросту никогда не питалась. Прикатив меня к столу, все вокруг начали суетиться и то заходить в разные комнаты, то возвращаться сюда. Я не обращала на это внимания. Ким соврал мне, и едой в этом здании даже и не пахло. Я боюсь предположить, насколько сильно она могла заплесневеть за все время, что к этим зданиям не прикасался никто живой. Судя по их состоянию, здесь и вправду давно не было никаких людей. Спустя где-то час, а может и меньше, а может и больше, Ким все-таки вернулся ко мне, положив на стол некое... подобие чего-то как из дома Кена. Жижица с базиликом. Я была удивлена, что и тут тоже такое есть. Навевает приятные воспоминания... Мне не нравилось сидеть у родителей Кена дома и быть в их заточении, как покорная рабыня, но мне нравился мой разум в то время. Осветленный, держащийся за что-то позитивное, видящий в других вещах хоть что-то хорошее... — Ну... По крайней мере, здесь было хоть что-то съедобное! — Ким попытался улыбнуться и встал рядом со мной, уперевшись рукой в бок. Я даже не посмотрела на него, опустив глаза в эту кашу. — Ты уверен? По-моему оно покрылось плесенью. — Н-нет! — возразил Ким Лэй. — Это специальная каша, изготовленная из базилика и других продуктов, где есть множество полезных питательных веществ! Тогда почему оно выглядит так... уродливо? — Раньше базилик был очень эффективным растением для выращивания в наших условиях, поэтому у нас были целые гигантские плантации базилика в центре! — словно бы отвечал на мой мысленный вопрос Ким. — Мы съедали его целыми тоннами, правда! — И вам даже не надоедало? — Э-э, н-ну, не сказать, что я его ел... — "Базиликом" быть имя этому чудному продукту? — Филипп вышел вперед, рассматривая мою кашу с невероятным интересом. — О, да даже в Трубах о таком не слыхали! Разрешите ль пронести его крупинку в Альянс с собой? — А ты вернешься в Альянс? Лэй уставилась на него с абсолютным разочарованием. Подумать только, бывшая патриотка внезапно отказалась от дома и осуждает всех других за любовь к нему. Шарлотта и Кацу грустно смотрели на Филиппа, словно щеночки, чья мама уходит от них навсегда. Я почему-то была уверена, что мы еще долго не расстанемся с Филиппом. — Моя семья того ждет!! О Боже, как же перепугаться должны они, раз исчез я на... Сколько мы здесь? Три дня? А я, на поверхности... Четыре?! Целый год! — Чего? Кацу первый поинтересовался, как конкретно четыре дня равняется десятью годам, а Шарлотта устала от их разговоров и хлынула ко мне, забирая в себя лапами и хвостом. Она снова положила подбородок мне на голову. Как утомительно... — В Альянсе время идет иначе, — снова начал свою лекцию Шиэджи, закрыв глаза. — Один день на поверхности означает одну четвертую года, или же три месяца, в городе Альянса... — Как так?! — возразила Шарлотта. Я сразу же подумала о том, что пока он это говорит, кто-то в Альянсе уже мог умереть. А кто-то родиться... — ...поэтому нам нужно поторопиться. В некоторых точках, расположенных в пустоши на окраине города, есть центры управления территорией, где проживает Альянс. Обычно их сторожат другие рабочие проекта, но на этот раз в строю остался только один центр около дачи Рокуды, дорога до которого займет примерно день непрерывной ходьбы. Если мы дойдем до этого места, мы сможем выравнять время между поверхностью и Альянсом, и... Я услышала слово "дача". Дача. То место, о котором мне однажды говорила мама во сне. Ах... Удивительно, но я совсем не помню, как она выглядит. Я не помню, чтобы она вовсе существовала. Но что-то в упоминании дачи заставило мое сердце биться сильнее. — Почему бы Альянсу не атаковать и этот центр? — снова выступила Лэй, прокручивая какую-то ложку в руке. — Хотя я сама не ходила туда, но я и не знаю, нападала ли Кира на него одна... А это вполне возможно! — Он находится на закрытой территории Метро, о которой не может знать даже Альянс. Он бы и не смог в него проникнуть, при всем желании. — Почему? Шиэджи глубоко вздохнул, прикрывая лицо рукой. — ...мне правда нужно это все рассказывать? — Да! Мне интересно!! — поддакнула шарлотка. — Метро находится под землей, оно связано не столько с проектом Рокуды, сколько с Кимом. Только он может спуститься в него и проводить нас в том числе. — Я?????? Ким шокированно ахнул. — В этом нет ничего страшного, не бойтесь, пожалуйста. — Н-но как я связан с этим "метро"?! — Я не знаю. Это знал только Рокуда, а теперь... — Найдем Рокуду. Я впервые за все время подняла глаза на них и сказала это. Найдем Рокуду. Найдем моего отца. Того, кто ушел, не сказав мне даже "прощай". Я должна его найти. Достать до него, снова поговорить, снова услышать его голос, выслушать все, что он должен мне сказать. Они все посмотрели на меня, удивленные моей резкостью и уверенностью. Шиэджи выглядел опечаленным моими словами, хотя я думала, что будет совершенно по-другому. Лэй удивилась, Ким и Филипп выглядели испуганно, Шарлотта сияла воодушевлением, а Кацу не разделял моих идей и выражал недоверие. Один Лаир выглядел безучастно ко всему, словно к нему никак не относится эта тема. Конечно не относится. Я только рада, что он молчит. Но что-то подсказывает мне, что он просто привык к моим резким словам, поэтому не считает нужным реагировать. Как печально. Но тут Шиэджи внезапно подошел ко мне, расстроенно вздохнув. — Шиа... Ты ведь понимаешь, что с тобой в таком состоянии мы не сможем никуда пойти? — Да. Я ответила одним словом и пригвоздила его взглядом, рассматривая его душу через белоснежные глаза. Он выглядел смущенным, ему не нравилось, когда я так делала. Но я это прекрасно знала. Если бы не знала, не смотрела бы. — Я хотел сказать тебе, что мы... До того, как мы отправимся... Нам придется заменить твое тело. Полностью. В моем сердце образовалась трещина.