Глава 9: сломанный каблук — первый шаг к раю

Глава 9: Сломанный каблук — первый шаг к раю

Хотя она никогда не была верующей, она кратко помолилась и на несколько секунд прижала телефон ко лбу, закрыв глаза. Затем наконец собралась и, непривлекательно шмыгнув носом, набрала номер матери. Один гудок, два, три... Энди в какой-то момент почувствовала волну облегчения: возможно, та не возьмёт трубку, и ей не придётся... — Энди, солнышко! Как ты? — голос матери раздался в телефоне, Энди на мгновение затаила дыхание, ее губы сжались в тонкую линию. — О, эм, привет, мам, — неуверенно ответила она и закрыла глаза, почесав голову. Она сидела за столом в своей квартире, уже час пытаясь дозвониться до родителей. Ей нужна была помощь отца с допросом и с документами, касающимися Elias-Clarke. Однако она понятия не имела, как подойти к этому разговору. Признаваться родителям, что она ударила незнакомца на улице не в целях самообороны, а просто потому, что он заслужил, не казалось лучшим вариантом. Но у неё совершенно не было выбора. Если она рассчитывала на помощь отца, она должна была рассказать ему, что случилось, а если знал он, то знала бы и мать. Из двух оставшихся вариантов она решила, что женщина воспримет это гораздо лучше, если услышит напрямую от Энди, а не от мужа, который обязательно добавил бы пару лишних слов от себя. Энди решила, что, если ей придётся выслушивать долгие лекции о том, каким человеком её вырастили, она хотела сделать это на своих условиях, насколько это возможно. — Ты наконец-то вспомнила о нас! — сказала женщина, и Энди сильно закатила глаза, покачав головой в сторону Дага, который сидел на диване и ел пасту. — Рассказывай, что нового! Ты знаешь, что Джилл наконец позвонила? Я не могла поверить, такой приятный сюрприз. Они приезжают к нам на следующих выходных вместе с маленьким Айзеком, может, ты тоже приедешь? Даг усмехнулся про себя, вероятно, слыша долгие монологи её матери даже на расстоянии. Элизабет Сакс была женщиной, известной своей любовью просто поговорить. — Как бы я ни хотела, не могу, — заверила она. — Много работы и всё такое, понимаешь? Как там Джилл? — Я была уверена, что она хотя бы тебе звонит чаще, чем нам. Вы разве не общаетесь? Энди вздохнула и почесала лоб, слегка поморщившись. Она переложила телефон в другую руку и взяла вилку, начав водить ею по тарелке с пастой — есть ей совсем не хотелось. — Не особо. Она присылает мне иногда фото ребёнка, и всё. — Тогда тебе нужно приехать домой. Скажи своей Миранде, чтобы дала тебе три выходных, — уверенным голосом сказала мать, очевидно, довольная своей идеей. — Да, кстати об этом... — Энди тяжело вздохнула. Не было смысла врать о её планах на следующие выходные. Она могла бы придумать что-то другое, но, зная свою удачу, случится что-то, из-за чего мать узнает о трёхдневной семейной поездке Миранды в Хэмптонс. От этой женщины ничего не скроется. — Что случилось? — спросила она, и знакомая нотка в голосе заставила Энди сразу распознать смену отношения матери к их разговору. — Рассказывай. Помимо очевидной заботы о дочери, Элизабет Сакс имела склонность переходить в «терапевтический режим» со своими дочерьми. Конечно, она никогда так это не называла, но Энди, когда была помладше и к ним домой приходили клиенты, слышала, как мать с ними разговаривала. Её тон голоса полностью менялся. Так случалось, что во время разговоров с детьми её интонация менялась, переходя в рабочий ритм. Энди должна была признать, что если бы это была не её мать, она бы с радостью рассказала ей всё — женщина была отличным психологом. Но, учитывая кровное родство, Энди говорила как можно меньше. — Я... эм, меня не будет в городе в следующие выходные, — пробормотала она и изо всех сил проигнорировала тихий смешок Дага. — Эм, я еду в Хэмптонс. — Что? — взвизгнула мать в трубку и, как всегда, когда дело касалось чего-либо, связанного с её дочерьми, пришла к совершенно неверным выводам: — Ты встретила кого-то нового, кто там живёт? А как же Нейт? — Что? — спросила Энди в полном замешательстве. — Нет! Мы с Нейтом... мы... существуем. Я еду с Мирандой и её детьми. Она не могла выдавить изо рта, что её муж тоже будет там. — О, ну... зачем? — Работа, — просто сказала Энди, потому что: что ещё? К тому же она честно не думала, что едет туда по какой-то другой причине. Миранда была трудоголиком и, конечно, каждый год брала с собой одну из своих помощниц, чтобы держать всё под контролем даже во время отпуска. — Слушай, эм, как там папа? — Твой папа в порядке. Он сейчас работает в саду, хочешь поговорить с ним? — спросила она, и Энди услышала шуршание телефона. — Он наконец встал с дивана и начал пересаживать мои петунии. Ты не представляешь, сколько мне пришлось просить, чтобы он наконец это сделал, тем более сейчас, когда я со сломанной рукой ничего не могу сама. — С-сломанной рукой? Какого чёрта, мам! Почему ты ничего не сказала? — Энди заморгала чаще и выпрямилась на стуле, отложив вилку на стол, решив прекратить притворяться, что она действительно ест эту пасту. — Если бы ты звонила, ты бы знала, — твёрдо ответила мать, заставив Энди почувствовать себя виноватой. — Я упала неделю назад и у меня закружилась голова. Я в порядке. — Ладно, ну, чёрт, мам, — вздохнула она и откинулась на спинку стула, подогнув под себя одну ногу. — Как ты сейчас себя чувствуешь? — Бывало и лучше, но я не жалуюсь. Ричард! — закричала она, и Энди чуть не подпрыгнула на месте, не ожидая такого внезапного изменения децибел. — Это Энди! — Привет, малышка! Как дела? — голос отца в телефоне поднял Энди настроение. Она разговаривала с ним даже реже, чем с матерью, но знала, что его это не беспокоит. Энди никогда не была сильна в общении с родителями или членами семьи по телефону в целом, и её отец разделял эту её черту. Они разговаривали очень редко, но, когда кому-то из них что-то было нужно, они всегда отвечали, и иногда казалось, что между ними не было перерыва в несколько месяцев. — Привет, пап, у меня к тебе просьба. — Что угодно. Она улыбнулась и прикусила нижнюю губу, не уверенная, как отец это воспримет. Она взглянула на Дага, который, с набитым пастой ртом, показал ей два больших пальца вверх. Энди была благодарна ему за молчаливую поддержку. — Только пообещай мне, что после того, как я расскажу, ты не будешь кричать, потому что я ещё не говорила маме, и ты знаешь, какая она... — Ага, мне не нужно повторять дважды, малышка, — пробормотал он, и Энди надрывно рассмеялась. — Ладно, ну, эм, помнишь, ты говорил, что у тебя есть друзья-адвокаты в Нью-Йорке? Ну... — Что ты натворила? — ...возможно, мне понадобится один, — сказала она почти вопросительным тоном. Энди чувствовала себя маленькой девочкой, когда разговаривала с родителями, и это было настолько неприятное чувство, что она всегда использовала его как оправдание, чтобы не звонить им. — Я, ну, не то чтобы это вошло у меня в привычку или что-то такое, но я ударила одного парня. На улице. — Это была самооборона? — Не совсем, — призналась она. — Он оскорблял мою начальницу и пытался схватить её, и я отреагировала. Долгий вздох на том конце сказал ей всё, что нужно было знать обо всей ситуации. — Я пришлю тебе номер Фрэнка Динкенса. Скажи ему, что ты моя дочь, он мне должен. Он отличный адвокат и поможет тебе со всем, так что слушай его внимательно. — Ты мой самый любимый папа! — чуть не взвизгнула она и сейчас же хотела бы его обнять. — Надеюсь, что так! — он рассмеялся, и от тембра его голоса у Энди потеплело в груди: она действительно скучала по нему. — Мне нужно возвращаться к работе, твоя мама смотрит на меня, потому что ее цветы ждут. Позвони мне, когда закончишь со всем этим! — Спасибо! — Зачем тебе номер Фрэнка? — спросила мать, вернувшись к телефону, и Энди глубоко вздохнула, готовясь к надвигающейся буре. ______________________________________________________________________________ В понедельник утром она проснулась вся в поту и с желанием выпрыгнуть из окна. Она не думала, что время пролетит так быстро от получения письма до того самого дня, когда ей нужно было идти в полицейский участок. Несмотря на встречу с рекомендованным адвокатом и два долгих разговора, во время которых её подготовили к тому, что говорить и как, Энди чувствовала, что ничего не знает. Если бы кто-то сейчас спросил её, что говорил Фрэнк, она бы не смогла ответить. Она взглянула на будильник на тумбочке у кровати: 5 утра. Энди сделала два глубоких вдоха и встала, обмахиваясь рукой под футболкой, потому что было чертовски жарко, хотя она не была уверена, потеет ли она от температуры или от стресса: возможно, и от того, и от другого. Нейт всё ещё спал, поэтому, взяв телефон, она подняла маленького Лэгги с кровати и, прижимая его к себе, вышла из спальни, тихо закрыв за собой дверь. Она опустила кота на стол: у её мамы случился бы удар, но Энди предположила, что что бы она ни делала, кот запрыгнет на стол, если захочет, так что не было смысла с ним спорить, и потянулась за банкой корма в одном из шкафов. Она насыпала ему нужное количество и, подарив ещё десять поцелуев, наконец оставила его есть, а сама пошла в ванную принимать душ. Она уже намыливала голову шампунем, когда зазвонил телефон. Энди вслепую толкнула дверь душевой кабины и ответила, когда почувствовала, как пена потекла в глаз. — Чёрт, — прошипела она и, стараясь не намочить телефон, свободной рукой снова включила воду, чтобы смыть остатки пены и вытереть щиплющий глаз. — Прости? — сказала Миранда, и Энди чуть не упала. Она быстро выключила воду и схватила полотенце с вешалки, решив просто прижать его к лицу, потому что, когда она надавила на глаза, боль немного утихла. — Миранда! О боже, привет! — начала она и нервно рассмеялась, чувствуя, как снова начинает потеть, несмотря на прохладный душ. — Чем могу помочь? Женщина всё ещё казалась сбитой с толку необычным приветствием помощницы, потому что не заговорила мгновенно. — Андреа, что ты делаешь? Энди хотелось бы знать ответ на этот вопрос. Она чувствовала, что её жизнь разваливается со дня на день. Она не успевала за всем: Нейт, судебный иск, возможный предатель в Runway и, сверх всего этого, её самая большая проблема — женщина, с которой она только что говорила по телефону. Из всех людей именно Миранда, чёрт возьми, Пристли заставила Энди усомниться в своей сексуальной ориентации. Но она догадалась, что Миранда спрашивала не об этом, поэтому, всё ещё сосредоточенная на том факте, что её глаз, должно быть, наполовину расплавился, она сказала правду, не ходя вокруг да около. — Я стою в душе, и у меня в глазу пена. Впервые она так ясно поняла, что означает громкое молчание. — О, — выдохнула Миранда после того, как прошло, казалось, несколько часов. — Ну... — она прочистила горло, и Энди пришлось сильно сосредоточиться, чтобы расслышать каждое её слово, потому что женщина говорила очень тихо. — Тогда перезвони мне, когда будешь... одета. Это было странно, подумала Энди. Она не могла сосчитать, сколько раз отвечала в самых неудобных местах и ситуациях, и до сих пор Миранда никогда не придавала этому значения. Она ещё дважды вытерла глаз полотенцем и наконец убрала его от лица, моргнув несколько раз. Всё ещё немного щипало, но это была не катастрофа — она промоет его, как только положит трубку. — Всё в порядке, — заверила Энди, дыша немного тяжелее, стараясь не думать о боли. — Чем могу помочь? Миранда что-то пробормотала себе под нос, чего Энди не расслышала, и была готова рискнуть жизнью и попросить повторить, когда женщина заговорила сама: — Не приходи в офис до допроса. Я встречу тебя там в 8:30 ровно, — и с этими словами она завершила звонок. Энди так и сделала. Ей казалось странным, что она все еще дома в семь утра и сидит с котом на коленях. Она совершенно не привыкла к такому. Да, у нее были выходные, но все равно почти всегда звонила Миранда, и нужно было что-то делать. Эта женщина никогда не задумывалась о том, чтобы звонить людям, иногда до восхода солнца по субботам и воскресеньям, — это ненормально. Но, видимо, для Энди это было уже слишком, потому что она не знала, чем себя занять в течение почти трех дополнительных часов, которые она могла провести дома. Энди уже приняла ванну, так что о том, чтобы вернуться в постель, не могло быть и речи, хотя ей этого очень хотелось. Однако стресс начал сказываться, и она думала, что уже не сможет заснуть, несмотря на то что постоянно зевала. — О боже мой! — прошептала она и посмотрела на Лэгги широко раскрытыми глазами, прикрыв рот рукой. Кот посмотрел на неё, и Энди только сейчас осознала, в какую неловкую ситуацию поставила Миранду. Она откинула голову назад, разочарованно выдохнула и зарылась лицом в ладони. Лэгги, очевидно, был не рад, что его больше не гладят, поэтому он забрался ей на грудь, дважды мяукнул и коснулся лапкой носа Энди. Энди открыла глаза, посмотрела на кота и быстро дважды поцеловала его. — Тебе так повезло, что ты кот, знаешь? — сказала она и слегка подпрыгнула, когда дверь спальни открылась, тихо скрипнув. Нейт вышел, почесывая голову, в одних длинных пижамных штанах — его грудь была обнажена. Энди внимательно посмотрела на него, зная, что нет смысла разговаривать с ним сразу после пробуждения. Ещё несколько месяцев назад она бы с удовольствием любовалась его телом. Ей всегда нравились парни со стройной фигурой. Большие мышцы никогда её особо не привлекали. Джилл всегда смеялась над ней, что для того, чтобы Энди понравился мужчина, он должен выглядеть гораздо более... женственно... чем мужественно. Она сглотнула при этой мысли. Она всегда спорила об этом со старшей сестрой, настаивая на том, что это совсем не так. Теперь, однако, оказалось, что Джилл была гораздо более права в своих саркастических комментариях, чем Энди когда-либо признала бы. Даже сейчас, глядя на Нейта, который выглядел действительно хорошо, она не могла выкинуть из головы сравнение, что женские тела гораздо красивее и привлекательнее. Она не позволила себе начать думать о том, как выглядит тело Миранды, особенно когда она надевала чрезвычайно облегающие платья. Эта женщина была всего лишь маленькой влюблённостью, и Энди не собиралась позволять своему минутному умственному провалу перетечь в сексуальную сферу. Ни за что. Единственная проблема заключалась в том, что как только мысль приходила ей в голову, она не могла её выкинуть. Она заметила, что часто краснеет рядом с Мирандой — это было трудно не заметить. Её тело горело каждый раз, когда эта женщина смотрела на неё... точка. Означало ли это, что Энди также физически очарована ею? Что ж, Миранда была красива, в этом не было сомнений, но до сих пор Энди не сосредотачивалась на её внешности настолько. Да, ей очень нравились её волосы, особенно одна причёска, также ей очень нравились её манеры, и, может быть, её руки — они были очень стройными. И ноги, да, она часто смотрела на них, особенно на собраниях, когда сидела позади Миранды и рисовала её. Она всегда начинала с ног... Но это всё. Это не так, что она думала о том, чтобы уложить Миранду на стол в её кабинете, задрать юбку и заняться с ней так, как, она была уверена, Стивен не мог. — Энди? — спросил Нейт и посмотрел на неё нахмуренными глазами, сделав несколько шагов ближе. — Всё в порядке? У тебя всё лицо красное. Она несколько раз моргнула и посмотрела на него полусознательно. — А? — она не была уверена, что он сказал, но осознала, как учащенно дышит в этот момент, и когда осознала, как заблудилась в собственных мыслях, смущённо откашлялась и покачала головой. — Нет, всё нормально, просто сегодня действительно жарко, да? — Наверное, — сказал он. — Я пойду приму душ. Энди громко вдохнула, не совсем понимая, что только что произошло. Она быстро потянулась к телефону и набрала номер своего лучшего психолога, надеясь, что он уже проснулся. Энди: Даг, мне нужна помощь. Энди: Но ты должен пообещать, что не будешь смеяться. Энди: Неважно, я не скажу тебе. Она бросила телефон на диван рядом с собой и снова положила руки на кота, и он тут же отозвался громким мурлыканьем. Не было никакой возможности, что она поделится чем-то подобным с другом. На мгновение ей показалось, что ей это нужно и, возможно, это было бы для неё полезно, но Энди чувствовала, что это слишком личное. Думать о Миранде в таком ключе было не тем, что она когда-либо осмелилась бы произнести вслух, даже с Дагом. Она понятия не имела, что делать, но ей придётся разобраться самой. ______________________________________________________________________________ — Нельзя писать мне такое и ожидать, что у меня не будет вопросов! Энди фыркнула в трубку и вышла на платформу, пробиваясь сквозь толпу. Серьёзно, они что, не знают, что выходящие имеют преимущество? Она прошла через турникет и начала быстро подниматься по лестнице, держась ближе к стене. — Это была минута слабости, — сказала она, слегка запыхавшись, и наконец оказалась на бульваре Малкольма Икс. Она огляделась, не уверенная, в какую сторону идти. Было немного за восемь утра. Она потратила почти час, чтобы добраться до Гарлема, где против неё было подано заявление. Этот мудак обратился в ближайший к его месту жительства полицейский участок, и единственным хорошим во всей этой ситуации было то, что Энди теперь знала хотя бы то, что живёт на другом конце Манхэттена. Она повернула налево и быстро зашагала вперёд, не желая опаздывать. У неё было ещё много времени, но она предпочитала провести его в ожидании там, а не бегать по городу в панике. — Так давай снова наведём тебя на эту мысль, — предложил Даг, заставив Энди рассмеяться. — О, да ладно! Я хочу знать! — Очень жаль. — Что, у тебя был сексуальный сон о ней? Чёрт. — Нет, — быстро сказала она, но Даг, должно быть, почувствовал, что что-то не так в её голосе, и на том конце телефона Энди услышала его крик радости. — Ха! Я так и знал! Ну? Как это было? — Я не собираюсь рассказывать, я не... у меня не было сексуального сна о ней! — заикаясь, выдавила она и тихо сглотнула, осторожно оглядываясь, всё ещё не уверенная, правильно ли идёт. — Даже если бы был, я бы тебе не сказала! — Это гомофобно, — мрачно сказал он, и Энди фыркнула, поправляя сумочку на плече, которая всё время сползала. — Это я наставил тебя на путь истинный, ты мне должна! — Скорее уж ты в долгу, — заявила она. — Из-за тебя у меня экзистенциальный кризис. — Немного драматично, но я позволю, — пробормотал Даг. — Ладно, расскажи мне, как там Нейт? Она застонала и на мгновение замедлила шаг. Сегодня им удалось поговорить только о том, насколько красной была Энди, сидя на диване и думая о Миранде. Позже Нейт пошёл принимать душ, а она просто ушла под влиянием момента, решив, что избежать ссоры гораздо легче, когда её нет дома. Это не совсем решало их проблему — это только подливало масла в огонь. Тем не менее, она ушла и теперь была на другом конце Манхэттена, и если это не говорило о многом... — Ну, мы живём вместе, иногда даже здороваемся, — объяснила она лёгким тоном, потому что уже смирилась с ситуацией до такой степени, что у неё просто не было сил волноваться так, как следовало и как, казалось, всё ещё делал Нейт. — Так плохо, да? Тебе правда нужно просто расстаться. Ты всегда можешь спать на моём диване. — Как бы заманчиво это ни звучало... — начала она, но в этот момент дошла до полицейского участка, где была припаркована знакомая машина — Миранда уже была здесь. — Мне пора, пока! — Позвони мне позже, чтобы... Энди бросила телефон в сумочку, быстро повесив трубку, и перешла улицу, как только смогла. Проходя мимо припаркованной машины, она проверила своё отражение в окне, поправила чёлку и вошла внутрь, взбежав по нескольким ступенькам. Энди огляделась внутри и, спросив у двух полицейских, куда идти, оказалась перед комнатой для допросов. Она замедлилась на мгновение, когда, сворачивая за угол, увидела Миранду, уже сидящую там с каким-то парнем — они тихо разговаривали. Энди неуверенно приблизилась, уже держа надоедливую сумочку обеими руками перед собой. Первым её заметил мужчина, который сразу же встал и пожал ей руку. — Здравствуйте, я Мейсон Мур, гражданский адвокат Миранды. — Доброе утро, — кивнула она и посмотрела на Миранду, неуверенно улыбнувшись ей. — Привет. Взгляд Энди на мгновение опустился, и она начала чувствовать свой пульс на шее. Миранда дала новое определение термину «деловой костюм». Она была почти уверена, что в тот день женщина была одета в тёмно-синий костюм от Dior. Её пиджак был застёгнут спереди, и его покрой подчёркивал бёдра, визуально делая её ещё стройнее. Свободные брюки удлиняли ноги, а бледно-розовая блузка под ними добавляла женственности всему наряду и освежала лицо. Каблуки же были кроваво-красными. Её взгляд на мгновение задержался на бёдрах женщины, не в силах насытиться тем, как пиджак облегал её во всех нужных местах. В конце концов, однако, Энди очнулась и наконец посмотрела в глаза Миранды, которые слегка щурились и внимательно наблюдали за ней. — Садись, — сказала она и передвинулась на одно кресло вправо, чтобы освободить место для Энди между собой и мистером Муром. Как оказалось, Миранда решила, что любой адвокат, которого порекомендует отец Энди, определённо не подойдёт. Энди провела следующие сорок минут, слушая о всех возможных сценариях развития событий, и не могла скрыть того факта, что это вызывало у неё всё больше и больше стресса. Миранда приняла всю ситуацию близко к сердцу и подготовилась почти так же тщательно, как к встрече с советом директоров Elias-Clarke, когда ей приходилось выбивать для себя больший бюджет. Из комнаты, напротив которой они сидели, вышел полицейский и скучающим взглядом посмотрел на неё. Энди встала с места и вытерла вспотевшие ладони о свою оливковую юбку, решив, что более подготовленной быть не может. Она уже собиралась сделать шаг ближе, как услышала позади себя шорох, и внезапно Миранда оказалась прямо рядом с ней, на губах женщины играла ядовитая улыбка. — Лейтенант Джейкобсон? — спросила она голосом таким сладким, что у Энди внутри всё перевернулось. Полицейский поднял на неё взгляд, пожирая её глазами, подобно тому, как сама Энди делала это ранее, и у неё возникло чувство, что она сейчас схлопочет ещё один иск. Парень наконец прочистил горло и посмотрел на лицо Миранды, его зрачки слегка расширились от узнавания. — Миссис Пристли, — сказал он и протянул ей руку, которую Миранда нагло проигнорировала. — Простите мою неосведомлённость, но что Вы здесь делаете, миссис Пристли? Миранда повернулась, кивнув своему адвокату, который стоял по другую сторону от Энди и кратко представился. — Я свидетель, — сказала она и вошла внутрь. Энди за двадцать шесть лет своей жизни посмотрела много фильмов и прочитала много книг, чтобы ознакомиться со множеством способов изображения полицейской работы. Большинство из них, конечно, не соответствовали действительности, почти все были преувеличены, и лишь немногие пытались представить всё максимально реалистично. Сказать, что Энди на самом деле знала, как происходит весь этот процесс, было бы большим преувеличением, хотя ей хотелось верить, что благодаря профессии отца у неё есть хотя бы базовые знания и некоторое понимание. Поэтому, когда она вышла из полицейского участка на Западной 135-й улице в Гарлеме, в городе под названием Нью-Йорк, меньше чем через час, она никогда бы не догадалась, что наличие громкого имени может на самом деле так много значить. Миранда, правящая в основном миром издательского дела, проникала и в эти сферы их общества и использовала это без всяких угрызений совести. Дело было не в том, что Энди была неблагодарна — она была, просто ей казалось, что всё это было улажено не... должным образом. Конечно, они не солгали ни разу, Энди была честна в своих показаниях, несмотря на рекомендации мистера Мура. Может, это и глупо, но ей не было стыдно за то, что она сделала, и она была уверена, что, если бы снова увидела этого неудачника, особенно после того, как он подал на неё в суд, она бы с удовольствием повторила всё это. Миранда же была акулой. Энди, несмотря на то что не одобряла такое поведение, в какой-то степени не могла не восхищаться той высшей формой манипуляции, которую использовала эта женщина. От обвинения в необоснованном нападении на другого мужчину на улице, к концу она превратилась в признанную гражданку Америки, защищающую права женщин и не позволяющую клеветать на других. Как? Она понятия не имела, но обвинение было снято. — Андреа, — сказала Миранда, заметив, что Энди остановилась на ступеньках перед входом, вместо того чтобы сесть в машину. — Ты забыла, как ходить? Энди покачала головой и быстро обошла машину с другой стороны, присоединившись к Миранде и коротко поприветствовав Роя. Она всё ещё была в шоке от всей ситуации, и когда взглянула на женщину рядом с собой, у неё сложилось отчётливое впечатление, что её совершенно не волнует вся эта ситуация. Словно для неё такое было обычным делом. — К-как Вы это сделали? — наконец спросила она и слегка повернулась в кресле к Миранде, которая прислонилась головой к окну в дверце машины. — Я имею в виду... Вы ни разу не солгали, и всё же... Миранда усмехнулась и повернулась к ней, пригвоздив её взглядом к сиденью. — У меня есть свои способы, — почти прошептала она, и по спине Энди пробежала дрожь. — Ага, — вздохнула она и, поймав быстрый взгляд Роя, тоже повернулась смотреть на вид за окном. — Ты злишься на меня за то, что я так быстро уладила этот фарс? — внезапно спросила Миранда, и в её голосе послышались нотки неверия и раздражения. Энди на мгновение закрыла глаза, затем снова повернулась к ней, на её лице отразилось искреннее удивление тем, что Миранду действительно волновало, злится она или нет. — Нет, я не злюсь, я... я, наоборот, благодарна, — фыркнула она, потому что с каждым последующим словом понимала всё меньше и меньше в своей собственной реакции на всё это. Она должна была радоваться, что всё так быстро закончилось и в итоге для неё не было никаких последствий. Вдобавок Миранда решила помочь ей по собственной инициативе и сделала это так легендарно, что Энди была уверена — сегодня ночью ей приснятся исключительно интересные сны с этой женщиной в главной роли. Она просто была сбита с толку тем, как на самом деле работала их система, и вдобавок стресс от всей ситуации только сейчас начинал отпускать. — Честно говоря, я думаю, я просто немного растеряна, — призналась она и криво улыбнулась Миранде, надеясь, что её поведение не заставляет её казаться неблагодарной. — Ты растеряна, — повторила Миранда и приподняла одну бровь своим характерным жестом. — Ну да, — Энди подняла обе руки в вопросительном жесте. — Я имею в виду... я ударила того парня, и всё, что для этого потребовалось, — это Ваше появление, и всё, как будто ничего не случилось? — Ты бы предпочла, чтобы я не приходила? — спросила Миранда, её голос был спокоен, как океан перед бурей, и Энди знала, что женщина уже начинает нервничать. — Серьёзно, я полагала, что ты будешь благодарна, что с этим покончено. — Я благодарна! — взвыла Энди, она понятия не имела, как сказать то, что на самом деле творилось у неё в голове. — Правда благодарна, Миранда, спасибо Вам огромное, но я просто... наверное, у меня было немного больше веры в полицию. Миранда официально смотрела на неё так, будто она была дурой, и Энди не могла скрыть тот факт, что сама начинала так себя чувствовать. Действительно, в чём её проблема? Миранда решила помочь ей в глобальном масштабе, ничего не прося взамен, а Энди сидела в её машине, благодаря ей сейчас не за решёткой, и вместо того чтобы благодарить женщину на коленях, целуя её ноги, она ныла, как маленький ребёнок, потому что мир был не так справедлив, как ей хотелось. Она тяжело вздохнула и на мгновение спрятала лицо в ладонях. — Извините и спасибо, — пробормотала она. — Что? Энди выпрямилась и сложила руки на коленях. — Я сказала, извините и... — она повернулась к Миранде, которая теперь насмешливо улыбалась ей. — ...спасибо. Эй, Вы...! — Успокойся, Андреа, и начинай писать, ты опаздываешь на работу, и у нас сегодня много дел, — перебила её Миранда, и Энди слегка прикусила губу, с удовольствием отметив, что этот жест не ускользнул от старшей женщины. Она послушно достала блокнот и начала записывать всё, что должна была сделать сегодня, как свободная женщина, со знанием того, что с Мирандой рядом она может ударить любого, кого захочет. ______________________________________________________________________________ Энди с трудом сглотнула, когда наконец купила билеты на поезд, который отправлялся в эту субботу в 6 утра. Она понятия не имела, что ей там делать и зачем Миранда вообще ее пригласила, но знала одно: эти два дня будут сущим адом. Одно дело — провести с этой женщиной большую часть дня, но совсем другое — спать с ней под одной крышей, зная, что она всего в одной-двух комнатах от тебя. Энди уже дошла до того, что начала прокручивать в голове все возможные худшие сценарии, по сравнению с которыми крушение поезда казалось довольно приятным вариантом. Она не нервничала из-за времени, проведённого с близняшками, потому что знала их достаточно хорошо, или, по крайней мере, Кэссиди, чтобы быть уверенной в своих способностях общения с ними. Даже мысль о том, чтобы провести день с мужем Миранды, не была такой страшной, как перспектива опозориться перед женщиной, от которой Энди уже давно сходила с ума. Был конец июня. Через два дня должен был состояться благотворительный гала-вечер, и Энди должна была там быть. На этот раз она не собиралась жаловаться, тем более что в глубине души она завидовала, что Эмили смогла увидеть Миранду вживую на Met Gala, а она нет. Энди ни за что не пропустила бы это. Она была благодарна за день отдыха, который у неё будет, потому что, пока в пятницу она будет завершать все бумаги к большому мероприятию и курировать июльский номер, Миранда уже отправится в свой второй дом на пляже с близняшками — это давало Энди целый день, чтобы собраться с мыслями и морально подготовиться к тому, чтобы присоединиться к ним и не опозорить ни себя, ни семью Сакс. Неизвестный: Ты умеешь плавать? Энди посмотрела на сообщение и слегка нахмурилась. Она взглянула на Эмили, которая яростно печатала на клавиатуре компьютера, задаваясь вопросом, не раздавала ли она в последнее время свой номер подозрительным личностям. Но она была уверена, что когда они пили с Найджелом и Эмили, была осторожна и не делала ничего глупого. Энди: Кто это? Неизвестный: О господи, тебе часто задают такие вопросы, что ты не знаешь? Только тогда она поняла, как сильно сообщение напоминало голос Миранды в её голове, и быстро сохранила номер. Энди: Точно, извини, так зачем тебе это знать? Каро: Кэссиди спрашивает, но она собирает вещи, и Кара отобрала у неё телефон, потому что она делала её некрасивые фото. Энди фыркнула. Она должна была признать, что рада, что, несмотря на гораздо более короткое время, потребовавшееся для построения отношений со второй дочерью Миранды, Каро начала довольно быстро открываться ей. Энди в целом нравился весь процесс знакомства с девочками. Различия между ними были колоссальными с точки зрения личности, и в последнее время она даже начала различать их только по внешности, хотя ей всё ещё нужно было время, чтобы подумать. Кэролайн была очень похожа на Миранду по характеру и особенно по манере говорить. Эта девочка подражала матери так, будто была её самой большой поклонницей, и Энди была убеждена, что так оно и было — это было восхитительно. Несмотря на то, что она не развила искусство сарказма до такой степени, Энди была убеждена, что, когда Кэролайн вырастет, она станет для своей матери большим испытанием. Она была бойкой, самоуверенной и очень хорошо понимала, почему их жизнь выглядит так, как выглядит, и научилась ценить это, не принимая как должное. Кэссиди, с другой стороны, с помощью юмора и множества часто неудачных шуток прикрывала многие комплексы, которые были глубоко в ней похоронены. Насколько знала Энди, в школе у неё дела шли хуже, чем у сестры, хотя она всё равно была очень хорошей ученицей. Она без надобности сравнивала себя с другими, хотя Энди предполагала, что Кэсс, вероятно, тоже замечала, насколько Каро и Миранда похожи, и просто чувствовала себя обделённой. Энди пообещала себе, что поможет девочке с этим. Энди: Ты должна мне их показать, ха-ха! Энди: Но почему ты спрашиваешь? Вы планируете меня утопить? Каро: Когда-нибудь. У нас во втором доме очень большой бассейн. Последнее, что она планировала делать в доме Миранды, — это играть в бассейне, это точно. Она не могла представить, как сможет надеть купальник и ничего больше и находиться менее чем в трёх милях от старшей женщины. У Энди и так было достаточно комплексов по поводу своего тела, а теперь, когда выяснилось, что Миранда стала для неё чем-то вроде объекта интереса, она была уверена, что жёсткие критические слова сокрушат её. Она была довольна той уверенностью в себе, которая у неё была сейчас, и не хотела ставить её под угрозу, раздеваясь без необходимости перед этой чёртовой женщиной. Тем более что эта женщина была на двадцать лет старше Энди и выглядела намного лучше, Энди была в этом уверена. Не то чтобы она видела Миранду раздетой или... ну, одетой почти ни во что, но она видела фигуру. Это было трудно не заметить, учитывая, как Миранда одевалась, чтобы подчеркнуть каждый изгиб. Как бы то ни было, дело в том, что воображение Энди в этой области работало в усиленном режиме, и поэтому ничто не могло заставить её надеть купальник в те выходные. К тому же Стивен тоже должен был быть там в воскресенье. — Что ты наденешь на гала-вечер? — внезапно спросила Эмили, заставив Энди поднять взгляд от телефона. Энди была рада, что Эмили была сосредоточена на себе, поэтому не заметила сильного румянца, залившего сейчас всё её лицо. — Эм-м... — медленно начала она, потому что, во-первых, всё ещё понятия не имела, что надеть, так как ещё не говорила с Найджелом, а во-вторых, была в шоке, что Эмили, из всех людей, завела с ней дружеский разговор без пистолета у виска. — Ещё не уверена. А ты? Рыжая задрала нос и выпрямилась с гордой улыбкой. Энди всё больше забавляло это поведение, но, поскольку их отношения с Эмили в последнее время значительно улучшились, она смотрела на это тепло. — Valentino 2003 года, весенняя коллекция, — гордо ответила она, но, должно быть, поняла, что эти слова ничего не значат для Энди, потому что наклонилась к столу и слегка подалась вперёд, её глаза сверкали от волнения. — Это шёлковое платье в пол, с одним рукавом, с высоким разрезом до бедра и цветочной прозрачной тканью. У Энди слегка приоткрылся рот, и она кивнула, потому что, как бы платье ни выглядело в реальной жизни, звучало оно красиво. Она была уверена, что Эмили закончила хвастаться, но, похоже, когда британка наконец решила проявить немного привязанности, она превратилась в шарманку, которую невозможно было остановить. — Я буду выглядеть потрясающе через два дня! Мы должны найти что-то почти такое же хорошее, чтобы мы обе не опозорили Миранду. Ты знаешь, что она наденет? Энди покачала головой и сжала губы, зная, что у неё не будет возможности ответить вербально. По правде говоря, Энди была так шокирована внезапной откровенностью Эмили и потоком её слов, что понятия не имела, что сказать, даже если бы хотела. — Надеюсь, это Versace, у них были самые красивые платья в прошлом году, ты знаешь? — Боже, Эмили, прекрати, а то ты её напугаешь, — сказал Найджел, как только подошёл к ним и протянул ей стопку бумаг. — Я так понимаю, вы наконец-то узнаёте друг друга на новой почве? — добавил он и на этот раз посмотрел на Энди, которая ответила ему тёплой улыбкой. Она взглянула на Эмили, которая сосредоточилась на новом задании, вернувшись к своему прежнему надутому выражению лица, будто она только что не была настроена на дружескую беседу. Энди приподняла брови, не комментируя, и посмотрела на Найджела, который наклонился к ней. — Я слышал, Миранда наконец поделилась с тобой новостью. — О, точно! — ахнула Энди и прикрыла рот рукой — она совершенно забыла, что должна была сказать ему, чтобы он сообщил всем точную дату прощальной вечеринки Джослин. — Она уезжает в эту пятни... — Я знаю, знаю... — махнул он рукой и выпрямился, поправляя жилет. — Она сама мне сказала. В любом случае, я пришёл пригласить тебя лично на вечеринку. Ничего грандиозного, просто небольшая встреча в пабе через дорогу. — Но я буду... — Нет. Я не хочу это слышать, — перебил он её и поднял палец, прижав его к своим губам. — Ты приглашена, и мы все хотим, чтобы ты была. Миранды в любом случае не будет, так что ты ей несколько часов не понадобишься. Это меньшее, что она могла бы сделать. Энди собиралась возразить, что она будет примерно в сотне миль от Нью-Йорка. Но потом подумала, что ей действительно не нужно ничего объяснять, и раз Миранда не поделилась этой маленькой деталью с Найджелом, ей тоже не нужно. — Конечно. — Итак, Шесть, маленькие птички напели мне, что тебе понадобится платье на этот четверг, — сказал Найджел и указал на неё, хитрая улыбка уже играла в уголках его губ. — Пошли, выберешь что-нибудь. — Ты позволишь мне выбирать? — спросила Энди в неверии, потому что не могло быть, чтобы Найджел действительно... — Конечно, нет, — заявил он тоном, предполагавшим, что вопрос был невероятно глупым, и жестом велел ей встать со стула. — У меня есть пять платьев, ты их все примеряешь и скажешь, в каком чувствуешь себя лучше, а я скажу тебе, какое ты наденешь. Энди фыркнула и медленно встала, взглянув на Эмили, которая улыбнулась ей и отмахнулась, давая понять, что всё возьмёт на себя. Когда дело касалось платьев, рыжая была гораздо сговорчивее. Или так будет выглядеть отныне, раз Эмили явно решила, что Энди достойна её дружбы. Она вышла из-за стола и ещё раз неуверенно улыбнулась британке, мельком взглянув на пустой кабинет Миранды — она была на ланче с Кейт Хадсон. Найджел прочистил горло, привлекая её внимание, и вместе они направились в Гардеробную. Войдя внутрь, Энди глубоко вздохнула. Давно она здесь не была. Большинство вещей, которые она брала отсюда, аккуратно висели в её шкафу, и она носила их по очереди, каждый раз меняя концепцию, или Найджел лично приносил ей новую одежду, когда что-то попадалось ему на глаза. Тем не менее, было приятно вернуться сюда, особенно учитывая, что ей предстояло примерить несколько платьев, которые, несомненно, стоили больше, чем она зарабатывала за месяц. — Ты отчаянно нуждаешься в Chanel, дорогая, так что три из них именно такие, — объяснил он, слегка обернувшись, пока Энди послушно следовала за ним. — У меня есть любимое, но я должен увидеть их все на тебе. Энди отсалютовала ему с коротким смешком, когда они достигли пункта назначения. Найджел представил ей все варианты, и Энди вдруг потеряла дар речи, словно кто-то вырезал ей язык. Первые три платья, которые он ей показал, были от Chanel. Одно из них было прошлогодним: весеннее и воздушное, пудрово-розового цвета. Найджел заверил её, что оно прекрасно подходит для такого вечера, но Энди чувствовала, что оно слишком свободное, и вообще материала было слишком много везде. Второе, также созданное Лагерфельдом — тёзкой её кота, было в тех же цветах, что и первое, но вместо того, чтобы придать ему глубину за счет фактуры, дизайнеры сделали акцент на текстуре. У него был небольшой разрез до середины икры и толстый вшитый пояс на талии. — Ты уверен? У него нет особой формы, — скептически посмотрела Энди на Найджела, показывая ему второе платье. Она полностью доверяла ему в вопросах одежды, в этом не было сомнений, но иногда у него была склонность примерять на неё вещи, в которых она выглядела как попугай или Умпа-Лумпа. — Примерь, — сказал он, не глядя на неё, вместо этого продолжая перебирать одежду между вешалками. — У тебя широкие бёдра, так что материал ляжет на них хорошо. Что ж, лично Энди не считала свои бёдра такими уж широкими, особенно если сравнивать их, например, с Миран... Она покраснела как рак и, прежде чем Найджел заметил, быстро сняла платье с вешалки и пошла переодеваться. Как она и думала, она чувствовала себя в нём не лучшим образом, хотя материал приятно облегал её. — Можно тебя кое о чём спросить? — Найджел посмотрел на неё, протягивая другое платье. Энди неуверенно посмотрела на него, хотя не могла полностью сосредоточиться, потому что смотрела на красоту, которую Найджел только что представил ей на вешалке. Черное платье с открытыми плечами. Оно было сшито из двух видов ткани, которые переплетались друг с другом до самого пола. На левом бедре был высокий разрез почти до середины, благодаря которому были видны ноги. Сзади платье держалось на двух переплетенных бретелях, которые соединялись с тканью на бедрах, а также на бретеле, которое оборачивалось вокруг шеи. Верх платья был шёлковым, а к низу был добавлен тюль, что придавало ему многомерность. — Ничего себе, — прошептала она и коснулась материала пальцами, не веря, что Найджел выбрал для неё такое чудо. — Что это? Найджел, видя её восторг, кивнул и поднял платье повыше, чтобы она могла рассмотреть его получше. — Versace Atelier 90-х. Примерь. Чёрт возьми, Эмили была права. Энди широко улыбнулась Найджелу и скрылась за ширмой, горя желанием примерить его. — Ты хотел что-то спросить? — напомнила она. — О, точно! — ответил Найджел, и Энди не могла избавиться от ощущения, что её друг внезапно напрягся. — Помни, я говорю это от чистого сердца, так что не обижайся. Энди слегка нахмурилась, но заверила его, что ему не о чем беспокоиться, и выпрямилась, натягивая платье повыше, очень надеясь, что оно не окажется для неё слишком маленьким. — Я хотел спросить о той вещи, о которой мы говорили до бейглов. Ну, ты знаешь... о Миранде. Энди вышла из-за ширмы и встала перед зеркалом, глядя на себя в него, пытаясь выиграть время, чтобы не отвечать на безмолвный вопрос друга. Она догадывалась, что он имел в виду, но не чувствовала желания говорить с ним об этом, тем более что он уже ясно дал понять свой скептицизм по поводу всей ситуации в прошлый раз, и он даже не знал половины того, что творилось в голове у Энди. — Кажется, я хочу это, — прошептала она и несколько раз повернулась перед зеркалом — это платье было действительно красивым. — Что ты думаешь? — Думаю, у нас есть победитель, — подтвердил он и грустно улыбнулся ей, прекрасно понимая, что именно пытается сделать Энди. — Давай, Шесть, поговори со мной. Энди тяжело вздохнула и села на ближайший пуф. Она устало посмотрела на него и пожала плечами, вопросительно подняв руки. — Я не уверена, что именно ты хочешь знать, Найдж, — начала она и криво улыбнулась. — Что бы я тебе ни сказала, я уже знаю, что ты об этом думаешь. — Я просто волнуюсь, я знаю Миранду много лет, и... — Мне всё равно, — призналась Энди и снова пожала плечами. Раз уж он сам поднял эту тему, она собиралась сказать ему именно то, что думает обо всём этом. — Правда, всё равно. Я знаю Миранду всего несколько месяцев, это правда, но это не меняет того факта, что всё идет так, как идет. Я ничего от неё не жду, я ни на что не рассчитываю. Я знаю, что это недостижимо, так почему у тебя такая проблема с тем, что я позволяю себе немного бредить? Найджел почесал голову и сел рядом с ней, стараясь не мять платье. Он снял очки и пальцами сжал переносицу. — Я просто не хочу, чтобы тебе сделали больно, Шесть, она... если бы она узнала, ты бы в итоге готовила ей кофе в Starbucks, а не приносила его оттуда. Ты не первая девушка, которая... — Поэтому она и не узнает, — заявила Энди и легонько стукнула его кулаком по плечу. — Я знаю, насколько это глупо, Найдж, знаю, и я, вероятно, даже более растеряна, чем ты. Найджел фыркнул и тепло посмотрел на неё, заставив Энди почувствовать, что их дружба только что вышла на совершенно новый уровень. Она была благодарна ему за его заботу, правда, и была потрясена тем, как мало её на самом деле волновало, что Найджел стал ещё одним человеком, который знал о её новом интересе к Миранде. Энди была уверена, что умерла бы от смущения, если бы кто-то кроме Дага узнал, но Найджел всё ещё казался довольно безопасным вариантом. — Я понятия не имел, что ты одна из нас, — вдруг сказал он, заставив её рассмеяться. — Ты казалась довольно гетеро. — Я тоже, я... сейчас я пытаюсь во всём этом разобраться, — призналась она, и Найджел улыбнулся ей и обнял её одной рукой, слегка сжав плечо. — Не волнуйся, это пройдёт. — Я знаю, — сказал он, хотя Энди показалось, что в его голосе не хватало прежней уверенности. — Это всегда проходит. Она решила проигнорировать это. ______________________________________________________________________________ Был уже вечер. Они с Найджелом выбрали для неё платье ещё накануне, и Энди должна была признать, что ей не терпелось надеть его снова. Но большей проблемой, как оказалось, был не выбор наряда для гала-вечера — Найджел был просто спасителем. С чем Энди сейчас боролась, так это со сборами в Хэмптонс. Какую одежду взять с собой в двухдневную поездку с её невероятно привлекательной начальницей, её детьми и мужем в её частный дом для отпуска? Это был отличный вопрос, ответ на который Энди не знала, и подозревала, что не узнает, пока не окажется там и Миранда не скажет ей прямо, что она выглядит как идиотка. Что именно ей нужно взять? Это была деловая поездка или частная? Частная — уж точно нет, потому что зачем Миранде брать с собой Энди, когда настало время близняшкам провести с ней время за городом, прежде чем они проведут остаток каникул с отцом в Италии. Значит, она едет туда по работе? Это объяснение имело больше всего смысла, хотя Энди не думала, что Миранда была настолько трудоголиком, что будет продолжать работать в свободные выходные вместо того, чтобы сосредоточиться на своих детях. Энди стояла уже десять минут над пустым чемоданом, который открыла на кровати. Она вернулась домой на полчаса раньше, потому что в тот день Том с Книгой приехали гораздо быстрее, чем обычно. Нейт, вероятно, всё ещё был на работе или с друзьями — она не спрашивала. Вернувшись домой, Энди накормила кота и теперь вместе с ним размышляла, что именно ей взять с собой. — Помоги мне, Лэгги... — пробормотала она и посмотрела на кота, который медленно моргнул ей, поднялся с подушки, затем забрался в чемодан и сел в него. — Мы не будем делать из тебя шубу, ты слишком маленький. Он возмущенно посмотрел на нее и трижды мяукнул, на что Энди рассмеялась и вытащила его, вернув на прежнее место — она не хотела, чтобы весь чемодан был в кошачьей шерсти. Она тяжело вздохнула, заскулила и вышла из спальни, решив, что сегодня всего лишь среда. У нее еще есть два дня, чтобы решить, что взять с собой. — Привет! — Нейт застал её врасплох, войдя в спальню. — Я понятия не имел, что ты уже дома, почему ты не позвонила? Я бы ушёл с работы пораньше! Энди повернулась к нему и не могла поверить, что он так рад видеть ее дома столь рано. Неприятный комок в ее животе, иначе говоря, угрызения совести, вернулись с новой силой. Она протянула ему руку, которую он с радостью взял и легонько сжал. Нейт сделал два быстрых шага вперед и поцеловал ее в губы. Энди удивленно охнула, и он, должно быть, воспринял это как стон, потому что обхватил ее бедра обеими руками и притянул к себе. Энди поцеловала его в ответ, изо всех сил стараясь убедить себя, что ей этого хочется, но она не могла даже поднять руки и обнять его за шею или положить их ему на грудь, что, как она знала, ему нравилось. Вместо этого они безвольно висели вдоль тела, потому что ей это просто не нравилось так, как раньше. Когда Нейт прервал поцелуй, потому что ему стало не хватать воздуха, Энди слегка отстранилась и улыбнулась ему, надеясь, что улыбка получилась такой же теплой, как раньше, и отошла на два шага назад. Нейт, должно быть, обрадовался, потому что не стал сокращать расстояние между ними, а просто улыбнулся ей и смирился с тем, что на этом все. — Это что? — спросил он, его тон внезапно стал намного холоднее, и Энди, теперь стоявшая к нему спиной, крепко зажмурилась. — Ты куда-то едешь? Она сжала губы в тонкую линию и посмотрела на Лэгги, который лежал на спине, задрав лапы, ничего не подозревая. Она быстро повернулась к Нейту и криво улыбнулась. — Да, у меня командировка... нужно ехать. — Когда? — В субботу утром. — Хм. Она внимательно следила за ним, не в силах определить по его поведению, злился он или его это совсем не беспокоило. Она даже не была уверена, на что надеялась больше. Нейт стоял неподвижно, пристально глядя на нее и время от времени бросая взгляд на ее чемодан. Наконец он подошел к кровати, открыл шкаф и стал рассматривать ее одежду. Он схватил несколько вешалок и небрежно бросил их на кровать. Энди шагнула вперед и издала неопределенный звук, желая сказать ему, чтобы он ничего не мял, но слова застряли у нее в горле. Нейт резко вдохнул, уперся обеими руками в бока и снова посмотрел на нее. — Ты не помнишь, — это был не вопрос. Он констатировал факт, и Энди должна была с позором признать, что понятия не имеет, о чём он говорит, что заставило её стоять на месте, не в силах вымолвить ни слова, ожидая, что он скажет дальше. — Ты правда не помнишь, да? Теперь он смотрел на неё, явно ожидая ответа. Энди быстро приняла решение просто признать это и уже открыла рот, когда его горький смех прервал её. — Боже, Энди, я... помнишь ту поездку, из-за которой ты на меня кричала? В этот момент она почувствовала, будто на неё вылили ушат холодной воды, и стало ясно, откуда взялось его поведение. Это должны были быть эти выходные, в последний раз они даже говорили об этом, когда были в постели. Они планировали, сколько интересного смогут сделать, потому что Энди была готова пытаться и пытаться. Возможно, потому что ей было жаль его, или потому что она чувствовала, что её совесть пожирает её заживо, и она была убеждена, что что-то должна Нейту. Скорее всего, ей было жаль времени, которое он тратил на неё сейчас, потому что какое бы будущее они ни планировали раньше — для них его больше не было. Хуже всего было то, что Миранда даже не приглашала её, не напрямую. Она просто сказала купить билет для себя, предоставив Энди самой разбираться с остальным. Нейт спланировал всё это так давно, был так взволнован этим, а она даже глазом не моргнула, просто приняв тот факт, что проведёт эти два дня с Мирандой. И она была счастлива этому. — Мне так жаль, Нейт. Это работа, я... я... я не могу не поехать, — прошептала она и начала сжимать обе руки в пульсирующие кулаки, висящие по бокам. Ей нужно было за что-то ухватиться, чтобы обрести хоть какую-то стабильность. — Мы можем перенести её и... и поехать на следующих выходных! Что ты думаешь? Я уверена, что... — Всё равно, — сказал он и отмахнулся от неё, направляясь к двери. — Хорошей поездки, одежда на кровати. Энди подпрыгнула от неожиданности, когда дверь захлопнулась и часть краски отлетела от стены. ______________________________________________________________________________ Энди поворачивалась туда-сюда, разглядывая себя в зеркале. Платье сидело идеально, облегая каждый изгиб так, как надо. Она слегка завила челку и использовала почти весь флакон лака для волос, чтобы зафиксировать ее, зачесав назад и придав форму. Остальные волосы были распущены и завиты у корней, лишь несколько прядей были заколоты. Она чувствовала себя принцессой. Энди отошла от зеркала и зашла в ванную, ещё раз поправив матовую помаду. Она аккуратно размазала её, добавила ещё немного туши на ресницы и потёрла губы друг о друга, отходя от зеркала над раковиной. Телефон в руке завибрировал, и она быстро прочитала сообщение от Роя, который только что подъехал к её квартире. Она быстро вышла из ванной, выключив за собой свет. — Покорми кота! — повысила она голос, потому что Нейт был в другой комнате, и она хотела убедиться, что он её слышит. — Нейт? — Я сказал «ладно»! — крикнул он в ответ, и Энди закатила глаза, нагибаясь, чтобы помочь себе надеть туфли — вечерние зеркальные лодочки на каблуке от Valentino. Она быстро схватила заранее приготовленную сумочку и положила в неё помаду, салфетки, ключи, шоколадный батончик и телефон. Закрыв за собой дверь, Энди послала воздушный поцелуй Лэгги, который наблюдал за ней, склонив голову набок, с кухонной стойки. Она сбежала вниз по лестнице, и как только вышла на улицу, её обдало приятным летним воздухом. На улице ещё было светло, но температура была гораздо приятнее, чем если бы солнце всё ещё стояло высоко в небе. Энди подбежала к машине и села на переднее сиденье, широко улыбнувшись Рою. — Ну? Что думаешь? — спросила она и кокетливо посмотрела на него, зная, что это его позабавит. — Я готова украсть шоу? — Выглядишь отлично, — рассмеялся он и завёл двигатель, и они плавно влились в поток машин на дороге. — Парни будут от тебя без ума. Энди рассмеялась и слегка прикусила губу, игнорируя мысль о том, что ей нужно внимание только одного человека. Если она получит хотя бы кивок, то уже будет хорошо. Она очень надеялась, что всё пойдёт по плану. Они с Эмили долго и упорно работали, чтобы организовать этот гала-вечер, тем более что получить хорошую дату в Cipriani на 42-й улице было практически невозможно. Тем не менее, Энди была оптимистична. Они всё спланировали до мельчайших подробностей, и, хотя они, как помощницы Миранды, не занимались всем лично, Эмили была достаточно параноидальна, чтобы тратить на планирование гораздо больше времени, чем нужно, втягивая в это Энди. Что ж, что бы ни случилось, Энди была уверена, что после того количества опыта, который у неё был, она готова абсолютно ко всему. — Миранда уже здесь? — Ну, она хотела, чтобы я сначала заехал за тобой, а потом забрал её, но она позвонила и сказала, что у неё проблема, и что я должен быть на связи. Энди нахмурилась и выпрямилась, глядя на дорогу перед ними. Она очень надеялась, что проблема только с платьем, и ничего более серьёзного. В худшем случае Стивен устраивал ненужный переполох, тем более что он не очень хорошо справлялся с такими мероприятиями. Энди давно заметила, что ему не нравится быть рядом с Мирандой, когда он был всего лишь украшением, а не наоборот. — Не волнуйся, уверен, ничего серьёзного, — вдруг сказал Рой, вырывая Энди из задумчивости. Она посмотрела на него и кивнула, давая понять, что разделяет его мнение, но больше не сказала ни слова за остаток пути. Когда они прибыли на место, мерцающие огни внутри здания уже были видны снаружи. Энди грациозно вышла из машины, поблагодарив Роя за поездку и взяв с него обещание сообщить, когда Миранда будет в пути. Она глубоко вздохнула и направилась к выходу, смешавшись с остальными гостями. Она быстро нашла Эмили, которая стояла у входа в главный зал с Сереной — они о чём-то тихо разговаривали. — Привет! — она помахала им с широкой улыбкой и быстро подбежала, стараясь делать это как можно грациознее из-за неудобных каблуков. — Энди, привет! — сказала Эмили и напряжённо улыбнулась. — Ты выглядишь... ты хорошо выглядишь. Энди прикусила нижнюю губу и слегка поклонилась. — Ты тоже, Эм, платье действительно красивое. — Я же говорила, — ответила она скучающим тоном, на что Энди не могла не закатить глаза, хотя нисколько не расстроилась — поведение Эмили её, честно говоря, забавляло, тем более что рыжая уже показала, что испытывает к Энди чувства немного теплее, чем ненависть. — Эмили права, ты выглядишь потрясающе! — сказала Серена и внимательно посмотрела на неё. — Найджел, сюда! Энди повернулась в ту сторону, куда смотрела бразильянка, и быстро заметила его взглядом. — Ну, ну, ну... — начал он медленно и схватил её за руку, поднимая и заставляя Энди кружиться вокруг своей оси. — Иногда я сам удивляюсь своей гениальности. Энди громко рассмеялась и провела с ними ещё немного времени в таком же духе, пока большинство гостей не собралось в зале. Сразу после этого она тоже вошла внутрь, внимательно оглядывая зал, вспоминая все имена. В помещении было слегка затемнено, фиолетовые огни спокойно мерцали у потолка. Круглые столы, расставленные по всему залу полукругом, были накрыты белыми асимметричными скатертями, а на них стояли среднего размера фонари, которые оптически согревали всё пространство, добавляя приятный оранжевый свет. В каждой из арок на стенах стояли небольшие деревья, в листья которых были вплетены маленькие лампы. Всё выглядело шикарно и тепло. Даже большой экран, который в данный момент не был включён, был обрамлён золотом, чтобы не выделяться на довольно классическом фоне помещения. Энди прошла по краю танцпола, чтобы не мешать парам, которые уже танцевали в центре под тихо играющую джазовую музыку, и направилась к бару — один напиток ещё никому не вредил. — «Космополитен», пожалуйста. — Я не знал, что ты больше не работаешь в Runway, девочка Миранды. — Очень смешно. — фыркнула она и повернулась направо, чтобы посмотреть на не кого иного, как Кристиана Томпсона. — Спасибо, — добавила она, получив свой напиток. — Я не собираюсь работать в Cosmo, уж простите. — Жаль, у них фантастические писатели, ты читала их последние статьи? — спросил он и непринуждённо облокотился локтем на барную стойку, улыбка не сходила с его лица. — Нет, у меня нет времени, — легко ответила она, надеясь, что голос не выдаёт, насколько сильно он выбил её из колеи. — Что у тебя нового? — Работаю над большим проектом, — признался он и кивнул бармену, который молча протянул ему бокал шампанского. — Пока не могу сказать, так что не спрашивай. — Я и не спрашивала, — заметила она и легко улыбнулась ему, сделав маленький глоток своего напитка. Телефон завибрировал, поэтому Энди быстро пробормотала «извини» Кристиану, который был на середине фразы, и заглянула в сумочку. Рой: Мы едем, она не очень хорошо себя чувствует. — Чёрт. — Что случилось, проблемы в отношениях? — спросил Кристиан и слегка наклонил голову направо, засунув одну руку в карман брюк. Энди поджала губы, затем подарила ему фальшивую улыбку, достойную самой Миранды Пристли, и отошла в сторону, чтобы найти Эмили. О напитке она давно забыла. Она прошла сквозь толпу, внимательно оглядываясь, но, когда через несколько минут всё ещё не могла найти рыжую, быстро набрала её номер. — Что? — рявкнула она. Очаровательно. — Миранда едет, Рой сказал, что что-то не так, так что мы должны встретить её у входа, пока она не разозлилась ещё больше. — Я уже здесь. В отличие от некоторых, я отношусь к своей работе серьё... Энди повесила трубку и быстрым шагом направилась ко входу. У неё действительно не было на это энергии. Достаточно того, что она начала волноваться, что же должно было случиться, что Миранда не только задержалась, но и явно была в ярости. Энди подсознательно винила в этом Стивена и надеялась, что он не появится здесь с ней, хотя изначально такой план был. Однако через мгновение она решила, что ничего подсознательного в этом нет, она просто винила её мужа. Вот и всё. — Наконец-то! Даже ничего толком не началось, а ты уже у бара, — прошипела Эмили, как только Энди остановилась рядом с ней. Она закатила глаза и сделала несколько глубоких вдохов, потому что устала от быстрого темпа, который сама себе задала. Однако у неё не было времени ответить чем-то саркастическим, потому что в этот момент она уже могла увидеть из-за двери серебристый Mercedes. Внезапное оживление среди людей сделало его автоматически громче. Операторы выстроились по обе стороны тротуара, полностью перекрыв проход, вспышки уже мелькали, хотя Миранда ещё даже не вышла из машины. Энди, игнорируя голос Эмили, приблизилась к двери, готовая отреагировать в случае необходимости, тем более что некоторые папарацци бешено рвались вперёд. На этот раз она не планировала никого бить — слишком много камер. Наконец Рой вышел, скорее всего, после недолгого разговора с Мирандой, обошёл машину и потянулся к дверной ручке, затем решительным движением открыл её. Энди изо всех сил старалась не поднять хотя бы одну руку, чтобы защитить глаза от ослепительного света камер, которые сейчас бешено вспыхивали. Сначала одна нога, потом другая — и вот она. Миранда стояла гордо, выпрямившись, с улыбкой на губах, слегка кивая, казалось, каждому из присутствующих. Ее губы все еще шевелились, произнося слова благодарности. Миранда была в изумрудном шёлковом платье в пол, которое полностью открывало ключицы и плечи, держась только на груди. Оно плотно облегало её, переливаясь при каждом движении, отражая свет камер. Её бёдра сильно выделялись, делая талию Миранды ещё уже, и, несмотря на то, насколько плотным было платье вверху, книзу оно слегка расширялось, придавая лёгкость. Волосы были жёстко зафиксированы лаком, но совсем не зализаны, наоборот, они были более объёмными, чем обычно. Энди, когда ей наконец удалось оторвать челюсть от пола, откашлялась, радуясь, что все внимание приковано к Миранде, подошла к двери, схватилась за ручку и открыла ее для женщины, чтобы той не пришлось делать это самой. Она спряталась за ней, чтобы не попасть на одну из тех фотографий с лицом таким же красным, каким оно, несомненно, было сейчас, и дождалась, пока Миранда окажется рядом с ней. Наконец она это сделала, и Энди могла поклясться, что как только их взгляды встретились, Миранда вздохнула с облегчением. Она позволила ей сделать ещё несколько шагов, затем медленно закрыла дверь, игнорируя крики снаружи. Энди последовала за Мирандой, встав чуть позади неё справа, и краем глаза заметила, что к ним присоединилась Эмили, но, честно говоря, Энди была слишком сосредоточена на Миранде и собственном волнении, чтобы замечать что-то кроме неё. — Миранда! — сказал кто-то неподалёку от них и начал приближаться. Ну, поехали. Энди слегка прочистила горло и сделала маленький шаг ближе к женщине. Несмотря на то, что Миранда была на высоких каблуках, она всё равно была ниже Энди, которая, стоя теперь прямо за ней, наклонилась вперёд и прошептала ей прямо в ухо: — Генеральный директор Bellevue, Уильям Хикс. Она выпрямилась, сделала шаг назад и посмотрела на свои туфли. К сожалению для неё, она не заметила дрожи, пробежавшей по телу Миранды. Почти три часа спустя Миранда всё ещё не выглядела готовой уйти, что было совершенно на неё не похоже. Энди наблюдала за ней всё это время, подходя и уходя, когда её просили, и не могла поверить, что Миранда, которая тайно ненавидела таких людей, которые привыкли к ней подлизываться, всё ещё продолжала разговаривать с каждым, кто к ней подходил. Энди переминалась с ноги на ногу. Она делала это уже некоторое время, потому что туфли, которые были на ней, хоть и красивые, являлись ужасно неудобными. Ей хотелось снять их и сесть за барную стойку, чтобы допить свой предыдущий напиток в хорошей компании. К сожалению, Найджел, казалось, испарился, Эмили облизывала всех, с кем разговаривала Миранда, ловя каждое слово, а сама Миранда не торопилась заканчивать вечер, так что у Энди не было другого выбора, кроме как продолжать дуться в одиночестве. Она взглянула на часы, спрятанные в сумочке, до сих пор не веря, что они всё ещё здесь. Когда она немного подумала, то поняла, что предпочитает быть здесь, чем идти домой и либо смотреть очередной скучный фильм, который выберет Нейт (теперь его очередь), либо снова с ним ссориться. С этой мыслью она выпрямилась и убедила себя, что ноги болят не так уж и сильно. В этот момент её осенило, что, возможно, Миранда делала то же самое. — Жаклин! Как я рада вас видеть! Энди оторвала взгляд от потолка, которым любовалась несколько минут, и резко повернула голову к женщине, которая приветствовала Миранду двумя, нет... тремя поцелуями в щёки. — У нас троекратно! — рассмеялась она и наклонилась ещё раз. — Разумеется, — плавно рассмеялась Миранда и широко улыбнулась, оглядывая Жаклин с ног до головы. — Дорогая, ты выглядишь magnifiquement. Всё это было настолько мило, что Энди стало дурно. Она не думала, что когда-нибудь полностью поймёт, как в таких условиях можно отличить заслуживающих доверия людей от фальшивых. Глядя на этих двух женщин, которые совсем не любили друг друга и, скорее всего, знали об этом, Энди не могла не поморщиться от всех этих приятных слов. Может, она просто глупа, но она не одобряла такого поведения, поэтому сосредоточилась на лёгком трепете в нижней части живота, который появился, как только Миранда произнесла первое слово по-французски с правильным акцентом. В тот момент Энди решила, что выучит французский и заставит Миранду говорить с ней только на этом языке. — Улыбнись немного, на нас смотрят, — прошипела Эмили и слегка толкнула её, многозначительно посмотрев на неё после того, как Миранда была уже на четвёртом разговоре после Жаклин. — Я улыбаюсь. — В какой культуре ты называешь это «улыбкой». Энди посмотрела на Эмили и улыбнулась как можно более фальшиво. — Ладно, тогда не надо. Она закатила глаза и глубоко вздохнула, оглядываясь по сторонам. Миранда отошла немного дальше, на этот раз разговаривая с кем-то, кого она хорошо знала и искренне любила. Взгляд Энди то и дело возвращался к ней, наблюдая, как изумрудное шёлковое платье облегает её тело сзади. Она не могла насытиться этим, потому что каждое движение Миранды было плавным и заставляло материал её платья колыхаться, как волну на спокойном океане. Её руки, обычно неподвижные, иногда поднимались, когда возникала необходимость жестикулировать во время разговора. Она постоянно улыбалась, и когда кто-то шутил, её голова слегка откидывалась назад от смеха, такого же нежного, как если бы она была феей... или что-то в этом роде. Энди была одновременно в аду и в раю. В этот момент её осенило, насколько она отличается от Миранды. Глядя на старшую женщину, она больше не задавалась вопросом, почему именно она, из всех людей, стала объектом интереса Энди. Одного взгляда на неё было достаточно, чтобы понять, с кем имеешь дело. Энди внезапно почувствовала себя очень маленькой и незначительной. Если бы она подошла к этому вопросу чисто гипотетически, конечно, предполагая, что Миранда могла бы интересоваться ею, то почему? Энди не представляла из себя ничего, что могло бы пробудить желание в старшей, более мудрой, более красивой, более богатой женщине, чей успех был абсолютно неоспорим. У неё было два дома, ради всего святого, или, по крайней мере, Энди знала только о двух. Она слегка прикусила губу и опустила взгляд, чувствуя себя ужасно. Она не могла сосредоточиться на положительной стороне этой ситуации — на том, что она только начинает свою жизнь, что всё ещё впереди! Миранда была почти на двадцать лет старше, так что неудивительно, что её карьера была уже гораздо стабильнее. — Я в туалет, — прошептала Эмили и быстро прошла мимо неё. Энди внезапно захотелось узнать о Миранде больше. Дело было даже не в её влюблённости. Возможность работать на такую женщину, с таким невероятным успехом, была не только отличной возможностью продвинуть свою карьеру, но и узнать что-то о жизни. Энди всегда любила читать биографии успешных женщин, а теперь проводила с одной из них свои дни. Почему же она до сих пор не спросила? Ответ был очевиден. Она знала, что когда вернётся домой, то, вероятно, окажется перед ноутбуком с пивом в руке, читая о ранней карьере Миранды Пристли. — Было так приятно увидеться, Миранда, — сказала какая-то женщина, чьё имя Энди уже не помнила. — Взаимно, Шарлотта. Энди выпрямилась, готовая прийти на помощь, если Миранде что-то понадобится. Она не ошиблась: через секунду после того, как Шарлотта Как-ее-там ушла, Миранда резко кивнула ей. Энди быстро подошла, сразу поняв, что случилось что-то ужасное: женщина сжала зубы так, что они заскрипели, а ее глаза слегка расширились и сверкали. Как только она встала рядом с ней, Энди пришлось сосредоточиться изо всех сил, чтобы сохранить трезвость ума, потому что Миранда сразу же положила руку ей на плечо и слегка сжала, оглядываясь с фальшивой улыбкой. — У м-меня... — тихо сказала она, но Энди не совсем расслышала, что сказала женщина, поэтому она слегка наклонилась вперёд, повернув голову в сторону. — Простите, Миранда, я не расслы... В этот момент Миранда сжала её руку ещё сильнее и притянула ближе, заставив Энди почти упасть на неё, и прошептала ей прямо в ухо: — У меня сломался каблук. — прошипела она и отстранилась, пристально глядя на Энди с таким выражением лица, будто ждала, что она наколдует ей новые туфли с помощью волшебной палочки. Она выпрямилась и сглотнула, то и дело кивая, пытаясь придумать наилучшее решение. Однако у неё была небольшая проблема с концентрацией, потому что она всё ещё чувствовала тёплое дыхание Миранды на своей шее. Энди огляделась и хотела сделать шаг вперёд, но Миранда снова сжала её руку, поэтому она сразу остановилась. Энди посмотрела на неё и через секунду поняла, что сейчас она служит живой опорой для старшей женщины. Она взглянула вниз, желая увидеть, в каком состоянии должна быть туфля, если Миранда не могла даже мгновение постоять на своих ногах, но материал платья так запутался, что она ничего не заметила. Поэтому Энди быстро приняла решение и встала немного ближе к Миранде с правой стороны, чтобы та могла полностью на неё опереться, и снова задумалась о лучшем решении. Миранда внезапно зашипела рядом с ней и перенесла немного больше веса своего тела на Энди, которая в этот момент боролась за свою жизнь, чтобы продолжать дышать. Если раньше она и думала, что в её влюблённости нет элемента физического влечения, то теперь она была убеждена, что Миранда физически доводит её до точки кипения и станет причиной того, что она окажется в психушке. Энди посмотрела вниз, дыша медленно, но глубоко, надеясь, что нанесла достаточно тонального крема, чтобы скрыть расползающийся румянец, и что освещение в комнате сыграет ей на руку. Её взгляд упал на её собственные туфли, и она почти услышала, как над головой зажглась лампочка. — Идёмте, у меня есть идея, — прошептала она Миранде, хотя всё ещё не могла смотреть на неё. — Вы вообще можете идти? — Да, — резко ответила Миранда, и Энди изо всех сил старалась игнорировать её тон, говоря себе, что он не был направлен лично против неё. Она сделала маленький шаг вперёд, не уверенная, захочет ли Миранда пройти всё расстояние, опираясь на неё, или придумает что-то совершенно другое, чтобы не привлекать внимание к своему маленькому происшествию. Однако Миранда отпустила руку Энди из своей хватки, вместо этого скользнув рукой по её руке, не отстраняясь ни на мгновение, её пальцы замерли на локте Энди. Энди сглотнула, всё ещё чувствуя электрические импульсы там, где двигались пальцы Миранды. Она прерывисто вздохнула и медленно, но не слишком, пошла вперед, а Миранда шла рядом с ней.  Для остальных они выглядели совершенно естественно, даже если Миранда обычно не ходила под руку со своими помощницами. Но Энди решила насладиться этим опытом по максимуму и молча поблагодарила богов за то, что именно в этот момент Эмили решила пойти в туалет. Она провела Миранду в одну из боковых комнат, о существовании которой узнала только потому, что провела в ней гораздо больше времени, чем нужно, благодаря паранойе Эмили. Она быстро огляделась, но никто не обращал на них внимания, и схватилась за дверную ручку. Ничего. — Если это твой идеальный план, тогда... — начала Миранда, но Энди метнула в неё раздражённый взгляд. Обычно она бы не посмела, но в этот момент она была так сбита с толку тем, как её тело реагировало на все эти раздражители, что не могла полностью контролировать свою реакцию. — Отойдите. — глядя на Миранду, она запустила руку в свои волосы и вытащила шпильку, приблизившись к двери. — Убедитесь, что никто не идёт. Миранда в шоке моргнула, но без комментариев слегка переместилась налево и встала лицом к толпе, заслоняя её от остальных. Энди изо всех сил пыталась игнорировать тот факт, что Миранда стояла сейчас очень близко, спиной к Энди, и что материал её платья касался ног Энди. Чёртов разрез до бедра. — Есть, — прошептала она и не смогла сдержать гордую улыбку, когда услышала, как щёлкнул замок, и мгновение спустя впустила Миранду внутрь. Она вошла сразу за ней, закрыв дверь ключом, который был внутри, и прислонилась к ней спиной. Миранда полусидела-полустояла, прислонившись к массивному деревянному столу. Она странно тряслась и одной рукой крепко держалась за край стола, а другой прикрывала рот, зажав нос большим и указательным пальцами. Энди сразу же занервничала, что женщине, возможно, стало хуже, и оттолкнулась от двери, приблизившись с обеспокоенным видом. — Миранда? Вы в порядке? Миранда не ответила, она просто зажмурилась и дважды кивнула, хотя её плечи всё ещё тряслись. Наконец, однако, она громко вздохнула и дважды махнула рукой в воздухе, прежде чем снова прижать её ко рту. В этот момент Энди поняла, что Миранда просто смеялась. Вовсю. Её тело тряслось, потому что она не могла это контролировать, рот был прикрыт, но только когда Энди посмотрела на неё внимательнее, она заметила, что её щёки были высоко подняты, а вокруг глаз появились морщинки, которых обычно никогда не было. Энди была так шокирована, что не знала, что сказать, и почувствовала, как на её собственном лице расползается широкая улыбка. Тем более что в какой-то момент у Миранды кончился кислород, поэтому она убрала руку, явив свою полную, искреннюю улыбку, и громко рассмеялась, шмыгнув носом, и когда наконец вдохнула, в её смехе появилась хрипотца. Энди много раз представляла себе смех Миранды, но никогда не думала, что это будет такой высокий, громкий звук. Он ей понравился, это была полная противоположность тому, как Миранда смеялась со всеми людьми, с которыми разговаривала в тот вечер. — Боже мой... — вздохнула она и приложила руку ко лбу, затем к груди, остатки смеха всё ещё были запечатлены на её лице. — Мне сорок пять лет, а я проникаю в запертые комнаты, как в старшей школе. У Энди глаза расширились от сравнения, её разум мгновенно пробежал через миллион различных возможностей, зачем подростку Миранде могло понадобиться проникать в пустые классные комнаты. И с кем, в первую очередь. Когда она наконец успокоилась, она подняла взгляд на Энди и, к облегчению последней, не перестала улыбаться, вместо этого откинулась назад, теперь обеими руками, и склонила голову набок. — В чём заключается твой блестящий план, Андреа? Энди честно забыла на мгновение. — О, да, точно, — пробормотала она и быстро достала телефон, написав Рою и Найджелу. — Пока придётся с этим разбираться. Миранда слегка нахмурилась, не понимая, но её брови быстро взлетели почти до лба, когда Энди приблизилась и, опираясь одной рукой на массивный стул, сбросила туфли с ног и присела на корточки перед Мирандой. — Поднимите ногу, — сказала она и не могла не заметить внезапного резкого вдоха Миранды и её замешательства. — Андреа, я вполне способна... — Просто дайте мне свою ногу, — перебила её Энди, почувствовав внезапный прилив смелости, а может, дело было в том, что она вдруг почувствовала сильное сексуальное возбуждение. Миранда, как ни странно, послушалась и почти мучительно медленно подняла левую ногу. Энди слегка завернула материал её платья, стараясь обнажить только ступню, и стянула туфлю, отставив её в сторону. Она держала лодыжку Миранды правой рукой и другой рукой потянулась за своей собственной туфлей, молясь, чтобы они подошли. Энди чувствовала себя немного принцем, или, скорее, принцессой, а Миранда была её Золушкой. Она была благодарна, что сейчас не могла видеть старшую женщину, потому что была уверена, что всё, что она чувствует, написано у неё на лице. Энди медленно опустила её ногу на землю и потянулась за другой, не дожидаясь согласия Миранды, которая отреагировала быстро и подняла её, без комментариев. Она повторила всё действие, и когда женщина уже стояла в туфлях Энди, она поправила её платье. Энди медленно встала, взяв туфли Миранды в руки, поставив одну на стол рядом с ней, и посмотрела на другую со всех сторон, всё ещё не в силах взглянуть женщине в лицо. Действительно, каблук был сломан почти у самой подошвы, которая тоже начала отходить. — На мой взгляд, это повод для жалобы, — сказала она, не в силах удержаться, и подняла туфлю вверх, только теперь посмотрев на Миранду, которая фыркнула, да, фыркнула, и подняла голову, чтобы встретить их взгляды. — Я не платила за них ни цента, — призналась она, приподняв бровь. Да, верно, Миранда получала так много подарков, что, наверное, не смогла бы их сосчитать. — Я бы тоже не платила, если их так делают, — ответила Энди, всё ещё чувствуя себя гораздо смелее, чем, вероятно, следовало. Она снова улыбнулась ей и вновь посмотрела на туфлю в своей руке, затем поставила её на стол рядом с другой. Миранда оттолкнулась от стола и повернулась, чтобы тоже посмотреть на них. Энди не могла сосредоточиться ни на чём, кроме того, как близко они сейчас стояли. — Они действительно были красивые, — призналась она почти шёпотом, потому что вся ситуация, в которой они сейчас оказались, была, по её мнению, настолько интимной, что она боялась, что даже самый маленький звук разрушит этот волшебный пузырь. — Manolo Blahnik, атласные лодочки, этого года, — так же тихо сказала Миранда, но через мгновение Энди заметила краем глаза, что женщина медленно повернулась в её сторону — теперь они были одного роста. — А ты? У тебя нет запасной пары в той твоей сумочке? Энди прикусила губу и взглянула на Миранду, отрицательно покачав головой. — Я написала Найджелу, чтобы он принёс мне туфли. Я пока побуду здесь. — Мы не можем оставаться здесь так долго, Андреа, — заявила Миранда тоном, который предполагал, что она не рада, что приходится объяснять такие очевидные вещи. — Runway — организатор. — Я могу, — заметила Энди и слегка пожала плечами, теперь полностью повернувшись к Миранде и изо всех сил стараясь игнорировать тот факт, что один маленький шаг ближе — и она почувствует её дыхание на своей щеке. — Вы уже поздоровались с большинством людей, а Эмили, наверное, сейчас ищет нас и паникует. Одной помощницы вам будет достаточно. Миранда выглядела так, будто собиралась возразить. Она даже открыла рот, чтобы заговорить, но через мгновение закрыла его с тихим щелчком. Её глаза бегали по лицу Энди, словно наблюдая за каждым малейшим изменением в её выражении. — Разумеется, — наконец сказала она и сделала шаг назад, затем медленно направилась к двери и отперла её. Она внезапно остановилась и слегка приподняла подол платья, обнажив правую туфлю, и на мгновение осмотрела её. Энди следила за ней как коршун. Миранда опустила платье и, взявшись за дверную ручку, подняла на неё взгляд. — Спасибо, Андреа. С этими словами она ушла и закрыла за собой двери. Энди постояла там ещё несколько секунд, слыша только громкое тиканье часов, стоявших в другом конце комнаты, которые сигнализировали, что только что пробило полночь. Приглушённая музыка доносилась до неё, хотя она слышала каждую ноту, каждый такт. Энди осталась одна, пытаясь изо всех сил успокоить дыхание, не в силах выкинуть из головы мысль о том, что её Золушка только что сбежала, хотя туфелька подошла идеально — просто так было суждено. ______________________________________________________________________________ В новых туфлях Энди благодарно улыбнулась Найджелу, который стоял перед ней и снисходительно смотрел на нее.   — Честно говоря, Шесть, ни одна другая помощница до такого бы не додумалась. Энди рассмеялась и на мгновение опустила взгляд, прежде чем снова посмотреть на друга. — Я просто особенная, — пожала она плечами, ярко улыбнулась и направилась к двери, готовая наконец вернуться в толпу людей. — Пойдём, пора возвращаться. Найджел посмотрел на неё взглядом, который Энди не могла расшифровать, пока наконец не кивнул и, не говоря больше ни слова, они вернулись в главный зал. ______________________________________________________________________________ Энди бросила ключи в миску в прихожей, затем закрыла за собой дверь, сразу же снимая туфли с уставших ног. Она прошла дальше в квартиру, чуть не упав, потому что Лэгги решил сделать слалом между её ног. Она села на стул у стола, бросив взгляд в сторону спальни. Энди: Купи все газеты завтра утром, там должна быть наша с Мирандой фотография, когда мы уходили. Она улыбнулась про себя и прикусила губу, сосредоточившись на мгновение на коте, который запрыгнул на стол, явно скучая по ней. Было почти два часа ночи, она никогда не возвращалась с этих банкетов или гала-вечеров так поздно. Она должна была признать, однако, что, несмотря на усталость и покрытые, несомненно, мозолями и синяками ноги, она будет вспоминать это с удовольствием. Энди: Мне нужны они в рамке рядом с моей кроватью :P Она пошла в душ как можно скорее и вошла в спальню, когда её платье уже висело закреплённым в коридоре на двери. Нейт тихо посапывал, повернувшись к ней спиной. Она тихо легла рядом с ним, стараясь не разбудить его, и потянулась к телефону, когда он завибрировал. Дагги: Мне не нужно повторять дважды, мисс! Энди улыбнулась и только тогда заметила ещё одно сообщение, которое, должно быть, пропустила раньше. Она открыла его, чувствуя, как пульс участился, а дыхание стало неровным. Миранда: Я хочу вернуть свои туфли, Андреа. Ты сама сказала, что они — повод для жалобы. Она сильно прикусила нижнюю губу, когда громкий смех чуть не вырвался из её горла. Энди: У вас есть новые, это честный обмен. Обычно она никогда бы не сказала ничего подобного, но Энди была пьяна не только от алкоголя, но главным образом от событий этого вечера. Ответ пришёл всего через несколько секунд: Миранда: Я могу иметь и те, и другие. Честно говоря, можно было бы подумать, что ты уже знаешь, что именно мне решать, что «честно». Энди: Конечно. Миранда: Спи спокойно, Андреа, уже поздно. Энди положила телефон на тумбочку и зажмурилась, натянув одеяло на голову, желая взвизгнуть и подрыгать ногами. Но она сдержалась, потому что должна была думать о своём парне, который спал прямо рядом с ней.