Вернутся к фанфику

Глава 8. Ручной зверь

26 февраля 2026, 15:21
Ваймс взлетел по лестницам дворца и, даже не потрудившись притормозить, ворвался в Продолговатый кабинет. На его приход все присутствующие повернули головы. Патриций подавил улыбку. — Прошу прощения, сэр, — сказал чуть запыхавшийся Ваймс. — Сэр, у меня срочные новости. — Командор, вы как всегда вовремя. Ваймс осмотрелся. На столе перед Ветинари лежал тот самый арбалет, рядом растянут пояс с обоймами. Сам патриций спокойно сидел в своём кресле, сложив пальцы. Возле него стоял Стукпостук. По другую сторону, вспотевшие и испуганные, сидели два человека и один гном. Ваймс узнал двоих из них: Глава Гильдии Оружейников мистер Коренной и его партнёр — гном Порс Рукисила, технический гений и инженер, известные на весь Диск, как производители оружия фирмы «Коренной&Рукисила». А третий, судя по бледному цвету лица, худощавости и огромной папке в руках, был или адвокатом или их секретарём. Ваймс подошёл к ним поближе и взглядом указал на арбалет. — Что скажете, господин Коренной? — Как я уже сказал Его Светлости, это не наш. — Вы уверены? — Абсолютно точно, — мистер Коренной нервно посмотрел на гнома. — Господин Рукисила, подтвердите. — Командор, я в совершенстве знаю каждый вид оружия, которое существует в Анк-Морпорке, даже если оно лежит в частных коллекциях под стеклом и не используется на улицах. Данный вид арбалетов никогда не разрабатывался ни мной, ни другими гномами Анк-Морпорка. И никогда не изготавливался в стенах нашего города. Ваймс вскипел. — Как вы можете знать наверняка, господин Рукисила? Ведь куча слишком умных и слишком любопытных изобретателей бродит по городу и изобретает всё, что придёт им в голову! — Ты забываешь о главном, Ваймс, — намеренно с расстановкой, чуть замедленно произнёс Ветинари. Ваймс уловил этот намёк и постарался успокоиться. — Изготовить один арбалет для коллекции или часть механизма — это одно, — продолжил Ветинари, пристально глядя на командора, — изготовить больше двухсот одинаковых арбалетов — это вооружение. — Да, сэр, конечно, — Ваймс снова повернулся к оружейникам. — Господа, у вас имеются предположения, чья это тогда работа? — Я уверен, что это Тецума, командор, — авторитетно заявил Рукисила. — Сплав и перекрестная полировка плюс формы для отливки деталей корпуса, которых у нас никогда не было. Мы используем другие, более прямые. Плюс цилиндрические формы для стрел… — гном замолчал. — Что? — спросил Ваймс. — Они не отлиты. Они штампованы. — Как под прессом? — Да, командор, — господин Рукисила задумчиво почесал бороду. — Я не встречал прессы в Анк-Морпорке. В Овцепикских горах — да. Мы используем пресс для печати книг. Ваймс плюхнулся в свободное кресло. — Господа, — произнес лорд Ветинари, — благодарю вас за помощь. Наша встреча окончена. И надеюсь, нет нужды напоминать, что всё увиденное и услышанное здесь является строго конфиденциальным. Оружейники одновременно закивали и постарались как можно скорее покинуть кабинет патриция. — Стукпостук, через сколько прибудет посол? — Через десять минут, милорд. — Будьте любезны, проводите его в зал заседаний. Когда за секретарём закрылись двери, Ваймс спросил: — Посол? — Клатча. Прибыл сегодня утром. — Зачем, милорд? — Очевидно, до него дошли слухи, что в их товарах обнаружена контрабанда. — Но как? — Ваймс вскочил. — Мы сами только вчера вечером обнаружили это. — Шпионаж, командор, — Ветинари отошёл к окну, за которым уже начал рассеиваться туман. — Должен признать, они научились доставлять сообщения очень быстро. — Милорд, мы выяснили кое-что. Здесь напрямую замешан Хризопраз, — он сделал паузу, — и я просто уверен, что эти арбалеты не для Анк-Морпорка. Ветинари обернулся. — И ты совершенно прав. Это оружие для Борогравии. — Борогравии? — у Ваймса вытянулось лицо. — Это ж у чёрта на куличках! — Нет, командор, это рядом с Злобенией, страной, которой мы оказываем содействие в… в вечной войне с Борогравией. Он подошёл совсем близко к Вайсу. — Ты должен пойти со мной на встречу с послом, Сэмюэль. — Всё, что угодно, милорд, — тихо ответил Ваймс. — Но зачем? Вы же знаете, что дипломат из меня, как из слона — балерина. Ветинари тонко улыбнулся. — У тебя редкий талант — заставлять людей нервничать. А мне сейчас это на руку. К тому же, не забывай, ты мой личный представитель и командор Стражи. Ваймс кивнул. — Вы расскажете мне потом всё остальное, милорд? — Непременно, — Ветинари направился к выходу. — Может, за ужином? — Непременно, — хмыкнул командор и пошёл за патрицием. Когда клатчианский посол и его переводчик вошли в зал заседаний, Ветинари и Ваймс уже были там. Командор сидел на своём месте по правую руку от патриция, перед ним лежала небольшая карта с ближайшими странами к Анк-Морпорку. Ветинари стоял в центре зала и приветствовал посла. Ваймс же, смерив вошедших подозрительным взглядом, даже не привстал. — Прошу вас, господа, присаживайтесь, — Ветинари указал им на места по левую руку и с изяществом гепарда сел во главе стола. Посол заговорил по-клатчиански. Ветинари вежливо выслушал его и обратился к переводчику. — Лорд Ветинари, уполномоченный посол Клатча Иильмех Вторичный приветствует вас и надеется, что ваши годы будут полны радости и жизни, — на ломаном морпоркском и с сильным акцентом сказал переводчик. — Ко мне же вы можете обращаться Кирэм. — Благодарю, Кирэм, — с безупречной вежливостью отозвался патриций. — Пожалуйста, передайте господину Иильмеху мои ответные пожелания. Итак, что привело вас в наш туманный город, уважаемый Иильмех? Кирэм быстро перевел вопрос. Иильмех бросил на Ваймса неприязненный взгляд, возле которого на столе продолжала стоять большая медная табличка. Ваймс мрачно молчал. Посол бросил две короткие фразы, не сводя глаз с командора. — Посол благодарит вас и подчёркивает, что обстоятельства нашей встречи требуют уединения, — быстро сказал Кирэм. — Вот как? — бровь Ветинари приподнялась. — А я думал, клатчские купцы любят шумные базары и публичные сделки? Еще раньше, чем переводчик закончил, посол нахмурился и чуть громче ответил по-своему. — Речь идёт о репутации, Ваша Светлость. Нас уведомили, что ваши… — Кирэм запнулся, подыскивая слово, — люди, отвечающие за порядок, обыскивали наш товар. Эти обыски оскорбительны. Ваймс хмыкнул себе под нос и, продолжая молчать, откинулся на спинку стула. — Обыски? Вы о тех ящиках со специями? — улыбка Ветинари скользнула, словно стилет. — Кажется, там обнаружилось кое-что… необычное. Командор Ваймс, вы не могли бы прокомментировать? Ваймс, всё это время в упор смотрящий на посла, лениво сложил карту, отодвинул табличку к краю стола, выровняв ее, и проговорил будничным тоном. — Мы нашли оружие, господин Иильмех Вторичный. Много оружия. Оно было спрятано в ваших ящиках с вашими редкими и дорогими специями. Это, знаете ли, очень необычное оружие, господин Иильмех Вторичный. Не для базаров. В этот раз посол не дождался окончания перевода, он громко заговорил, тыча в Ваймса указательным пальцем с длинным ногтем. Ваймс пожал плечами и перевёл взгляд на Кирэма. — Э-э… — протянул переводчик взволнованным голосом, бегая взглядом между послом и командором, всё же проговорил, — это возмутительно, мистер… мистер Бегающая-везде-собака… Посол спрашивает: вы обвиняете Клатч? Ваймс недобро оскалился и подался вперёд, глядя послу прямо в глаза. — Я не просто Бегающая везде собака, господин посол, — в его низком голосе послышались угрожающие нотки, — я ещё везде сую свой нос. И за версту чую, если в Анк-Морпорке происходит то, что не должно происходить. — Мы пока никого не обвиняем, господин Иильмех, — перехватил направление беседы лорд Ветинари. — Пока что мы ведем расследование и пытаемся выяснить, как оружие, а самое главное для каких целей попало в товар со специями. — И куда его хочет отправить Клатч? — буркнул Ваймс. Посол вскочил. — Это оскорбление! — вскричал он по-морпоркски. — Клатч не намерен просто так терпеть это! В зале воцарилась тишина. Посол медленно покрывался багровыми пятнами, переводчик тихонько ахнул и прикрыл глаза ладонью. — О, так вы всё же говорите по-морпоркски, — с весёлой ноткой в голосе проговорил Ветинари. — Похвально, похвально. Это радует, господин Иильмех. Потому что нам не придётся весь вечер объясняться через переводчика. — Да! — взяв себя в руки, сказал посол. — Я выучил ваш язык, чтобы лучше понимать вашу культуру и ваших людей. — И чтобы понимать, что они говорят у вас за спиной, да? Или чтобы шпионить? — как бы самому себе сказал Ваймс. Посол надменно фыркнул в сторону командора, очевидно, решив больше не обращать на него внимания. Ветинари едва заметно улыбнулся. — Ваша Светлость, я требую объяснений! Наши торговцы невиновны. Если в их грузах оказалось оружие, значит, его подбросили, — он всё же взглянул в сторону Ваймса. — Возможно, ваша собственная стража и подки… — Наша Стража не подбрасывает улики! — резко вскочив, гаркнул командор. — Мы их находим, господин посол. А ещё мы находим троллей, которые работают на Хризопраза и курируют ваши «специи», — его передёрнуло на этом слове. — Совпадение? — Хризопраз? — чуть побледнев, но не сбавляя тона воскликнул Иильмех. — Этот тролль не имеет никакого отношения к нам! Клатч никогда бы не стал связываться с такими личностями! — Да? А его тролль Галенит, который представлялся вашим куратором, — он сам пришёл? Или вы его наняли, господин посол? — Это уже переходит все границы! — отступая на шаг и обращаясь к патрицию, сказал посол. — Мы пришли разрешить конфликт, а не выслушивать обвинения от… от Вашей стражи. В этот момент, когда атмосфера зала заседания накалилась докрасна, тихо отворилась дверь. Бесшумно вошёл Стукпостук. Он положил тонкий небольшой листок перед патрицием, и серый мятый клочок («Ув.командор, Хризапраз пакинул А-М вместе с грузам, мы ни успели! Кпт.М») перед командором. Оба быстро пробежались глазами по своим донесениям, а потом взглянули друг на друга. Лицо патриция не изменилось, Ваймс же закипел ещё сильнее. — Прошу прощения, господин посол, — проронил Ветинари, — срочные новости. — Что-то серьёзное? — полюбопытствовал Иильмех. — О, нет, сущие пустяки, — патриций изящно махнул рукой. — Всего лишь то, что груз покинул Анк-Морпорк примерно с час назад. Все восемь партий. Под личной охраной Хризопраза и его людей, — совсем весело закончил он. — Лорд Ветинари, — быстро заговорил посол, — я ещё раз уверяю, что Клатч тут не при чём! Ветинари встал, сообщая тем самым, что их встреча подошла к концу. — Благодарю вас за визит, господа. Можете передать Серифу, что его коммерческие предприятия — его личное дело. Но если это скажется на Анк-Морпорке плачевным образом, мы будем вынуждены прибегнуть к таможенным сборам. Посол гневно засопел, подавшись вперёд, и прошипел сквозь зубы. — Вы не посмеете! Ваймс сделал стремительный шаг и встал между ним и Ветинари. На его лице застыло свирепое выражение. — Он посмеет, — с разъярённостью на одной ноте проговорил он в лицо посла. — И я лично прослежу, чтобы сбор взимался с каждого корабля, торговца и даже туриста. До последнего пенни. Иильмех, багровый уже до кончиков ушей, презрительно вымолвил несколько фраз по-клатчиански (ледяная улыбка патриция стала ещё тоньше) и инстинктивно сделал шаг назад, желая оказаться от этой концентрированной ярости подальше. Он смотрел на них подозрением, бегая глазами с патриция на командора и обратно. — Это… Это произвол, — сказал он на морпоркском. — Это бизнес, господин посол, — холодно ответил Ветинари. — Не более того. Если желаете что-то ещё обсудить, милости прошу. А пока что мой секретарь проводит вас. Не смею задерживать, господа. Раздосадованный посол и почти бежавший за ним переводчик покинули зал. Ветинари невозмутимо уселся на своё место. Казалось, он был доволен, по крайней мере, улыбался. Ваймс же наворачивал круги. Потом подошёл к столу, развернул карту, изучил и пристукнул по ней ладонью. — Милорд, мы должны немедленно… — начал он. — Нет, командор, — прервал патриций. — Всё идёт по плану. — По плану? Вы знали? — ошарашенный Ваймс упал на стул. — Конечно, знал. Ваймс замолчал, пытаясь привести мысли в порядок и переварить информацию. Он снова взглянул на карту, прикидывая расстояние и время. Ветинари накрыл его руку своей. Ваймс поднял голову. — Я обещал тебе всё рассказать, — спокойно проговорил патриций, — и я расскажу. А сейчас ты должен собрать своих людей в дорогу, выезжаете на рассвете. Иди, Сэм. И возвращайся вечером. Ваймс прижал его пальцы к своим губам, вдохнул поглубже и отпустил. Через минуту он уже выходил из дворца. У дворцовых ворот ожидал, казалось, весь его состав. Они нервно переминались с ноги на ногу, поглядывая в сторону выхода, и тем самым нервировали и дворцовую стражу (поделом, Ваймс терпеть не мог этих высокомерных болванов), и проходящих мимо людей. Когда Ваймс поравнялся с ними, все отсалютовали. — В Ярд, — коротко приказал он и в полном молчании зашагал по улицам. Уже у участка он обернулся к капралу Шноббсу. — Шнобби, сгоняй в «Королевскую голову», — он отсыпал в его грязную ладонь пару долларов, — возьми пирогов с мясом и капустой. Только не с сюрпризами! Не хватало ещё зубы обломать. Все зашли в участок. А когда через пятнадцать минут вернулся Шноббс с двумя огромными свертками, он созвал всех на экстренное собрание. С чаем и пирогами, конечно. Ни к чему нагонять страх и голод. — Значит, так, — сказал он, дожёвывая первый кусок. — Завтра на рассвете отправляемся в Борогравию. У всех вытянулись лица, Шнобби поперхнулся. Ангва с силой хлопнула его по спине. — Патриций уверен, что Хризопраз доставлял арбалеты через Анк-Морпорк транзитом. Его конечная цель — Борогравия. — Но это же у чёрта на куличках, сэр! — посетовал сержант Колон. Ваймс усмехнулся. — Не волнуйся, Фред, ты не поедешь. — Что? — потрясённо спросил сержант Колон. — Не трястись две недели в дороге туда и обратно по ухабам и колдобинам? Спасибо, сэр! — Ты сильно-то не радуйся. Остаёшься за главного. Подтянешь пару ребят из участка с Калиглазной. В общем, следи, чтобы количество происшествий не достигло критической отметки. — Слушаюсь, сэр! — откликнулся радостный Колон. — Все остальные едут со мной. Да, Шнобби, в том числе и ты. — Но почему, сэр? — совсем не расстроившись, осведомился капрал. Ваймс почесал бровь. — Понадобишься в качестве оружейного советника. Моркоу? — Да, сэр? — Сегодня займёшься отчётами. Всё, что касается специй, арбалетов, Хризопраза — ко мне на стол. — Есть, сэр! — бодро ответил капитан. — Ангва и Детрит, сегодняшний вечер у вас свободен. Но завтра в шесть выезжаем. — Разрешите остаться и собраться в дорогу, сэр? — спросил тролль. — Что ты имеешь в виду? — Ваймс взялся за второй кусок пирога. — Хочу начистить доспехи и привести оружие в порядок. Чтобы выглядеть устрашающе, как иголочка, сэр! — Детрит, — сказал Шнобби, — иголки не страшные. — Да? А ежели я тебе энти иголки под ногти повтыкаю? Все рассмеялись. Шнобби перестал жевать. — Сэр, я тоже останусь, — сказала Ангва. — Нет смысла идти домой, если мы выезжаем так рано. — Ну, дело твоё, — пожал плечами Ваймс. — Сэр, а разве мы успеем нагнать Хризопраза? — задал Моркоу вопрос, который по всей видимости мучил его уже полдня. — У них будет фора почти в сутки. — Будет, — подтвердил Ваймс. — Но мы поедем налегке, а у них груз и наверняка несколько тяжёлых троллей. К тому же, у меня есть подозрение, что наши лошади будут чуть побыстрей. Все молчали. Колон сыто икнул. — А что, если они воспользуются этими арбалетами? — спросила Ангва. Ваймс оглядел их. Судя по лицам, каждый представил, как будет изрешечен шестью, а может даже и больше, стрелами менее чем за секунду. — Такой риск действительно существует, — честно ответил Ваймс и отложил пирог. — Но если Хризопраз везёт груз не для себя, то он не должен его открывать и тем более использовать в своих целях. На это и будем надеяться. — Но… — начал Моркоу. — Мы рискуем на улицах Анк-Морпорка каждый день. Вы все знаете, что в любой миг, пока вы в патруле, вас могут ранить, покалечить или даже убить. Такова наша служба, капитан. — Сэр, я всего лишь хотел сказать, что и нам тоже стоит вооружиться, — с лёгкой укоризной уточнил Моркоу. — Ты прав, — кивнул Ваймс и поднялся. — Разрешаю каждому из вас взять столько оружия, сколько унесёт на себе при быстром беге. И без огнёмета, капрал Шноббс! — А я что? Я и не собирался, — забормотал Шнобби. Колон пихнул его в бок. — Да все знают, что припрятано в твоей комнате, Шнобби. Выходя из общей кухни, Ваймс расслышал смех. Вот и отлично, подумал он. Ваймс поднялся на второй этаж, заперся в ванной, в которой некогда нежились представители рода Овнецов, и открыл кран с горячей водой. Ветинари стоял у окна, глядя на то, как движется жизнь Анк-Морпорка, как кареты съезжаются к главному входу Оперного театра, как С.Р.Б.Н. Достабль катит свою тележку, выкрикивая что-то разношёрстной толпе, как попрошайки подпирают грязные стены домов, и слушал Джефри. Джефри стоял у него за спиной и очень тихо, шелестя губами, докладывал последние новости. Когда он закончил, Ветинари кивнул, не оборачиваясь. Клерк бесшумно скользнул в тень и исчез. Этот город выдержит всё, что угодно. Он выжил при правлении череды маньяков во главе, пережил дракона и его недолгое царствование. Город не только притерпелся и смирился, но и с некоторой любовью принял в свои объятья существ всех видов, считая нежить, големов, умных ворон, собак и крыс. Быть видистом в Анк-Морпорке считалось отсталой, несовременной позицией. Но видисты были повсюду. И даже их город по-своему любил и сохранял баланс между ними и теми, кого они на дух не переносили. Что бы ни случилось, как бы ни повернулись события, неунывающие анкморпоркцы всегда приспосабливались. И не просто, но ещё и пытались поиметь с этого выгоду. Таков уж дух настоящего Анк-Морпорка. Патриций вовсе не боялся, что новый вид арбалетов мог заполнить улицы и войти в обиход. В конце концов, каждый день появлялись новые изобретения для жизни и для того, чтобы отнять эту жизнь. Люди ворчали, иногда устраивали маленькие протесты и войны, но, выпустив пар, они наконец принимали новую реальность, а позже непременно находили в ней маленькие милые плюсы. Так случилось бы и с автоматическими арбалетами. Вероятно, это повлекло бы за собой немало смертей. Возможно, Гильдиям и всем остальным людям пришлось бы привыкнуть. Но Ветинари был уверен, что на каждое оружие обязательно нашёлся бы свой щит. Так что нет, дело было вовсе не в арбалетах Тецумы. Дело было во власти, а если быть ещё точнее — во влиянии. Патриций не собирался тратить время, силы и средства на борьбу с вооружёнными бандами, которые орудовали бы в Анк-Морпорке. Его интересы были куда обширнее. Они простирались намного дальше города, на который он сейчас смотрел. Разумеется, он не позволит арбалетам существовать. Ни на мостовых Анк-Морпорка, ни на полях Борогравии. Возможно, человек, плохо знающий Ветинари, мог бы сильно удивиться тому простому факту, что Ветинари желает мира. Но это действительно было так. Война — предприятие дорогое, грязное и плохо контролируемое. Мешает торговле, обороту денежных средств и притоку населения. Патриций не собирался выпускать ни одной ниточки контроля из своих тонких длинных пальцев. Вдруг вспомнился Ваймс. Ветинари знал, что командор ни за что не останется в стороне. Он кинется в погоню хоть до самого Дунманефестина, если сочтёт, что кто-то из богов нарушил закон. И сделает это не потому, что желает власти, признания или денег. А потому что тоже пытается кроить реальность по своим лекалам. Ветинари улыбнулся. Ему подумалось, что не такие уж они и разные. Просто действуют в разных плоскостях, пользуются разными инструментами и руководствуются разными причинами. Но в итоге они каждый раз пересекаются в одной общей точке. Словно их жизни были двумя фигурами одной центральной оси. На Анк-Морпорк обрушился ливень. Патриций сел за стол и погрузился в работу. Вода почти остыла, но медная округлая ванна, покрытая патиной, всё ещё хранила тепло. Мысли Ваймса неспешно плескались в голове. Он думал о том, что ещё неделю назад, узнай он о контрабандном оружии, покидающем Анк-Морпорк, то уже летел бы по горячим следам. В конце концов, он же бегающая везде собака. Ваймс ухмыльнулся. Ему было плевать, как его называют. Пёс Ветинари. Терьер Патриция. Всё это лишь слова или сочетание слов. Да и к тому же, разве не любил Ваймс больше всего погони и тёмные городские улицы под ногами? Он провёл половину жизни в этих двух состояниях, которые были его неотъемлемой частью. Посмотрел бы он на того, кто рискнул бы отнять у него это. Раньше его не волновало, что будет дальше. Ещё до того, как он был назначен командором, по сути, даже о завтрашнем дне-то и не думал. А теперь… Теперь всё изменилось. Хотелось по старой привычке окунуться в грустную ностальгию по старым добрым временам. Но Ваймс понимал, что через пять-десять лет и сегодняшний день будет казаться старым добрым временем. Так какой смысл грустить о прошлом? Никто ведь у него забирает эти улицы, никто не запрещает ему гнаться. Он никогда не перестанет быть стражником. Просто теперь хотелось быть чуть более осторожным. Не для себя. А чтобы беречь то, что у него есть. Думал ли Ваймс о том, что его циничную каменную сущность когда-нибудь пронзит эта простая мысль? Ваймс выбрался из ванны и побрился. На лице виднелись бледно-жёлтые пятна — следы почти заживших синяков. Он собрал сумку, спрятав на дно свой арбалет, в карман кожаных штанов скользнули старые медные костяшки — с ними Ваймс не расставался с самой молодости. И вышел из Псевдополис-Ярда под проливной дождь. Разве то, что происходит — не лучше того, что было? Да, оно ни на что не похоже и тяжелеет в груди неопределённостью и новым, ранее ему неизвестным беспокойством. Но ведь он по-настоящему хочет этого. Ваймс поднял голову, подставляя лицо под льющиеся потоки воды. В этот миг, вновь промокая под дождём посреди теней переулка, он вдруг понял: теперь у всего появился смысл. Все его погони, все прожитые и прожжённые одиночеством дни, все переломы и шрамы привели его в эту точку. Потому что теперь он должен не просто гнаться. Теперь он должен возвращаться. Ваймс зашагал дальше. К Ветинари. Во дворце стояла гулкая тишина. Шаги Ваймса эхом разносились по коридорам. Он без стука вошёл в Продолговатый кабинет и увидел патриция в кресле у камина. — Проходи, — отозвался Ветинари, не отрывая взгляда от листка в его руках. Он уже снял свои привычные мантию и сюртук, оставшись лишь в брюках и рубашке. — Я как раз заканчиваю. — Милорд. Что-то в интонации этого слова заставило Ветинари поднять глаза. Нечто очень личное было в том, как оно прозвучало. И нечто новое появилось во всём облике командора. Убеждённость. Вера. Патриций встал. Молча посмотрел на него ещё с мгновение, а затем подошёл вплотную. Провел по мокрому подбородку пальцем. — Голоден? — Да… но не так. Ветинари улыбнулся. Ваймс скинул сумку и плащ, рассудив, что сначала нужно покончить с делом, и бросил взгляд на большую карту, лежащую на столе. — Милорд (и снова эта интонация, словно Ваймс называл его по имени), это то, что я думаю? — спросил он. — Да, — Ветинари с трудом заставил себя перестать изучать командора. — Здесь проложен кратчайший маршрут до Линта — это крепость на границе Борогравии и Злобении. У вас будет преимущество, потому что вы поедете через Ригор. Оба уселись за стол. Несколько высоких свечей ярко освещали и карту, и множество бумаг, лежащих рядом. — Злобения — наш союзник. Формально. Мы снабжаем их оружием, деньгами и… советами. В общем, держим руку на пульсе. Князь Генрих Злобенский очень ценит мои советы, но при этом удобно амбициозен и частенько совершает необдуманные поступки. — Но зачем вам Злобения, милорд? Насколько я знаю, она далеко и там ничего особого нет. — Нужна не сама Злобения, а мирные отношения между ней и Борогравией, — он показал место на карте. Ваймс пригляделся. — Убервальд? — Да. Обе страны — и Борогравия, и Злобения — давно истощены от непрекращающихся войн. У них почти не осталось мужчин, способных не только воевать, но и пахать поля. Обе на пороге полной нищеты. Плюс абсолютно безумная религия — нугганизм с его бесконечным списком мерзостей. — Слышал об этом списке, — кивнул Ваймс. — Кажется, из последнего, что они запретили, были гномы, младенцы и мыло. — Всё верно. Князь Генрих пытается достичь хотя бы шаткого мира, но если Хризопраз доставит арбалеты, то Борогравия меньше чем за месяц перебьет Злобению. А это существенно ослабит влияние Анк-Морпорка на политической арене. Но, как я сказал, у тебя будет преимущество. Потому что вы поедете через Ригор, столицу Злобении, где вас встретит князь, а оттуда — к Линту. А Хризопразу придётся обходить границы Злобении и проехать полстраны, чтобы попасть в Линт. — Почему именно туда, милорд? — Ваймс долго смотрел на точки остальных крепостей, расположившихся вдоль границ этих стран. — И зачем вообще Хризопразу это нужно? Патриций тонко улыбнулся. Он поднялся, перенёс две чашки с маленького столика и разлил чай из высокого серебряного чайника. — Наши шпионы доложили, что Сериф Клатча действительно поручил своим людям, в том числе и послу, который сегодня так хорошо отыгрывал свою роль, прибегнуть к помощи Хризопраза. Через посредников они пообещали ему, что после того, как он доставит оружие в Линт, то получит в Борогравии некоторое влияние. Может, даже титул. В любом случае Хризопраз — лишь инструмент. Хотя, несомненно, сам он думает иначе. — То есть посол знал об арбалетах? — Ваймс нахмурился, чувствуя себя идиотом. — Не только знал, но и тайно курировал груз. Его задача состояла в том, чтобы проконтролировать отправку груза дальше, из Анк-Морпорка. Всё это время он прекрасно справлялся со своей задачей. Поэтому даже странно, что он чуть ли не сорвал всю миссию, когда заговорил на морпоркском. Хотя, в масштабе всего происходящего, это практически никакого значения не имеет. — Я должен арестовать его! — Ваймс злился. На чёртова посла, который отнимал у него эту ночь. На собственную несообразительность. Ветинари словно точно знал, о чём он думал. — Ты не мог знать, — успокоил его патриций. — Но я должен был, — его глаза устремились к окну в углу. Очень хотелось курить. Ветинари направился в угол кабинета и приоткрыл створку. Шум дождя ворвался внутрь, огоньки свечей дрогнули. Ваймс присел всё на тот же стул, что и в прошлый раз, и сердито закурил. Ветинари стоял рядом, глядя в окно. Они помолчали. — Линт — укрепленная крепость, вокруг которой сейчас сосредоточены все силы, как Борогравии, так и Злобении, — через некоторое время нарушил молчание Ветинари. Он повернулся к Ваймсу. — Твоя задача — не дать Хризопразу передать оружие войскам Борогравии. Для этого вам придётся пересечь границу недалеко от Линта, там вас встретят мои люди. Они проведут вас за пределы крепости, где вы должны перехватить груз. Ваймс кивнул. — Вы знали всё с самого начала, милорд? — в его глазах показался недовольный всплеск. — Арбалеты могли попасть на улицы Анк-Морпорка. И тогда бы… — Нет, не могли бы, — прервал его Ветинари и заговорил категорическим тоном. — Я тщательно следил за этим. Именно поэтому я позволил грузу как можно скорее покинуть пределы города. — Тогда я не понимаю! — Ваймс встал, его кулаки сжимались. — Почему вы не пресекли всё это сразу? — Потому что некоторым заговорам нужно позволить почти случиться, — терпеливо продолжил патриций, будто ничего не произошло. — Чтобы в дальнейшем они обернулись чем-то полезным для города, для всех нас. Ваймс сдался. Он доверял Ветинари. И доверял своему чутью: всё обязательно станет ясным. Пусть не сейчас, но в итоге — точно. Он кивнул, посмотрел в спокойное лицо патриция. — Милорд, я сделаю всё, что вы прикажете. Ветинари весело приподнял бровь. — В самом деле? Ваймс молчал, глядя на него. И, кажется, больше не мог думать ни о политике, ни об оружии, ни уж тем более о каких-то троллях. — Тебе нужно выспаться перед дорогой, Сэм, — произнёс Ветинари и направился вглубь кабинета. Он собрал некоторые бумаги, запечатанные конверты, маленькую карту с обозначенным маршрутом и снова повернулся к нему. — Завтра отправитесь на двух каретах. Одна для тебя и твоих людей, вторая — для сержанта Детрита. Каждая будет заправлена четверкой лошадей. Я отметил стоянки, где вам поменяют лошадей. Четыре дня, три ночи в пути. К четвёртой ночи вы должны прибыть к крепости Линт, чтобы там перехватить груз. — Он отдал собранные бумаги Ваймсу. — В дороге разберёшься со всем, времени для этого будет предостаточно. Ваймс убрал их в сумку. Он посмотрел в глаза Ветинари. — Я постараюсь вернуться. — Нет, ты не можешь не вернуться. Ваймс хмыкнул и притянул его к себе. Часы в дворцовых коридорах снова отбили полночь. Но ни Ветинари, ни Ваймс уже не слышали. Они лежали в спальне патриция, а их обнажённые тела укрывала лишь ночная тьма. Свеча давно погасла. — Ты слишком громко дышишь, — вполголоса сказал Ветинари. — А ты вообще не дышишь, — буркнул Ваймс. — Это пугает. Ветинари приподнялся на локте и приблизился к лицу Ваймса. — Ты слишком быстро двигаешься, Сэм. И слишком много живёшь. — И это пугает тебя, милорд? — Ваймс видел в темноте лишь очертания, но всё равно потянулся, чтобы найти его губы. Он прошептал в них. — Ты слишком много думаешь. Ветинари отстранился. Ваймс невольно рыкнул, обхватил покрепче и всё-таки поцеловал его. — Кстати, что сказал тебе посол по-клатчиански? Там, на встрече. — Ах, это, — Ветинари небрежно, но с ноткой веселья отмахнулся. — Он сказал, что я завёл себе дурную псину, которую едва держу на поводке. Ваймс громко хохотнул. — Дурную псину? Мог бы и пооригильнее. И ты с ним согласен? — Ну, во-первых, я не считаю тебя дурной псиной. Во-вторых, ты не единственный, кто мог бы укусить. — Вот как? — Ваймс уже навалился на него сверху. — А кем ты тогда меня считаешь? — Правда хочешь знать? — спросил патриций. Ваймс был уверен, что тот приподнял бровь. — Я рискну, — коротко бросил он, безудержно, почти яростно покрывая его шею и плечи поцелуями. — Ручным Зверем, Сэм. Ваймс остановился на полпути и резко поднял голову. Зверь довольно заурчал. Но Ваймс был поражён до глубины души. Неужели патриций и вправду видел его насквозь? Ветинари отчётливо уловил красный, едва заметный всполох в его глазах. Он знал, кем является Ваймс. И знал, кому он теперь принадлежит. Ваймс рывком сел на колени, закинул бедро Ветинари себе на грудь и плотно прижался к нему. — Тогда берегись, — низко и хрипло проговорил он, наклоняясь к губам Ветинари. — Зверь может и укусить… — Я рискну, — выдохнул Ветинари.

Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!