Вернутся к фанфику
Часть 18
22 марта 2026, 13:00 На другой день он поделился своими находками с Тао Жанем, желая услышать мнение со стороны, хотя и опасался, что тот снова начнет тяжко вздыхать и предлагать ему сходить к врачу.
К счастью, Тао Жань просек, что Ло Вэньчжоу и так решил рассказать о находках нехотя, и не стал возмущаться. Он внимательно изучил все, что Ло Вэньчжоу ему принес, и, сцепив пальцы, уставился на друга.
Ло Вэньчжоу предупредил:
— Если ты опять скажешь, что у меня паранойя, то я пойду и пристрелю Фэй Чэнъюя, чтоб уж наверняка.
— Не скажу, но я не понимаю, что это доказывает. То, что Ши Нань была несчастлива в браке? Допустим, я согласен. Возможно, Фэй Чэнъюй охмурил юную девушку, а потом превратился в домашнего тирана, контролирующего каждый ее шаг, унижающего ее и не считающегося с ее мнением. Она была подавлена, у нее началась депрессия, и она покончила с собой. Но у нас нет никаких вещественных доказательств, что она была жертвой абьюзивных отношений. Фэй Ду мог бы свидетельствовать против отца, но на одних показаниях несовершеннолетнего в таких делах далеко не уедешь. Уверен, что хочешь поднять это дело и втянуть в него Фэй Ду? Что будет, если он пойдет против Фэй Чэнъюя, но ничего не выгорит?..
— Я не собираюсь снова поднимать это дело. По крайней мере, не сейчас.
Ло Вэньчжоу покачал головой, косясь на свой телефон: сегодня утром Жуань Наньчжу скинул ему фотку Фэй Ду, сидящего в курятнике в окружении толпы цыплят и утят. Вид он имел такой, что было ясно — этого чистоплюя на кучу грязной соломы пихнули Наньчжу с Цюши, а потом обсыпали зерном, чтобы все голодные птицы собрались вокруг своей жертвы. Странно, конечно, что в лагере радиоэлектроники был курятник, но Ло Вэньчжоу решил не придираться — главное, что Фэй Ду хорошо проводил время, а не тух в особняке папаши.
Портить ему каникулы, ковыряясь в его едва заживших ранах, совсем не хотелось.
Он снова посмотрел на Тао Жаня.
— Я полез во все это, только чтобы доказать себе (и тебе, раз ты спрашивал), что моя тревога, — он показал ему ладони, которые сейчас не тряслись, — возникла не на пустом месте. По крайней мере, теперь я знаю, что не совсем кукухнутый. Только на половину.
И об этой половине Тао Жаню знать подробности было уже не обязательно. Достаточно, что он и так за него переживал больше, чем следовало.
С тех пор, как Фэй Ду уехал в лагерь, прошло две недели, и за это время они, конечно же, ни разу не увиделись. Точнее, это Фэй Ду так думал. Хотя Ло Вэньчжоу пару раз предлагал забрать его из лагеря домой на денек или куда-нибудь сходить, засранец показал ему свое плотное расписание от завтрака до отбоя и сказал, что никак не может.
— Вот сопляк! Опять решил морозиться!
Ло Вэньчжоу с таким раскладом был не согласен, но и отрывать пацана от его увлекательного времяпровождения тоже не собирался. Поэтому, выяснив, где этот гребаный лагерь, Ло Вэньчжоу прикатил туда после работы.
Заведение находилось в пригороде и занимало значительный кусок земли, в том числе небольшой холм, покрытый хвойным лесом. При этом территория была огорожена так, словно за стеной находились не дети, а прокаженные террористы — трехметровым забором, на который невозможно было забраться, и воротами, сквозь которые было ничего не видно. Ло Вэньчжоу проехал на машине вокруг, но не нашел ни одной дырки в заборе или какого-нибудь столба, на который можно незаметно залезть. Ни одного, кроме…
Большой ветвистой яблоки, которая росла недалеко от главного входа. Вокруг было тихо и безлюдно, так что Ло Вэньчжоу, оставив свой автомобиль чуть поодаль, споро вскарабкался повыше (за густыми ветвями его не было видно, если не присматриваться), и достал бинокль.
Вид отсюда открывался отличный! Практически на весь лагерь! Было видно и спортивную площадку, и двор, какие-то беседки для занятий, сквозь широкие панорамные окна главного здания на первом этаже можно было рассмотреть классы, на третьем — спальни. Вдали на территории виднелся какой-то фермерский уголок с огородом, на холм вела тропа с препятствиями, и какой только херни тут не было! Ло Вэньчжоу аж взгрустнул, вспоминая, как и сам был в подобном месте в старших классах и как тогда было весело.
Забирать отсюда Фэй Ду, чтобы посидеть дома перед телеком, было преступлением. Тем более, что он и сам не хотел уходить — поди жалел, что за школьные годы ни разу не выбирался летом из унылого поместья.
В лагере оказались не только сверстники Фэй Ду, но и дети помладше, среди которых бегал даже совсем детский сад в лице мелкого пацана в солнечных очках — ребенок был до того грязный, что Ло Вэньчжоу даже не сразу заметил его в траве. Видимо, сын кого-то из сотрудников, поскольку по росту не дотягивал даже до семилетки.
Ло Вэньчжоу зашарил биноклем по площадке, ища среди подростков постарше своего сопляка. Он успел занервничать, но потом на дорожке, ведущей с холма, показалась группа бегунов. Их подзуживал тренер, вопя о том, что вечерняя зарядка полезна для организма и вот-вот они почувствуют, как у них открывается второе дыхание. Глядя на раскрасневшиеся потные лица кучки таких же дохляков, толстяков и ботаников как Фэй Ду, Ло Вэньчжоу так заржал, что чуть не сверзился с ветки. Очевидно, все более-менее спортивные ребята уже добежали, и это добегала… доползала группа отстающих. Фэй Ду, весь мокрый и дышащий как ишак, еле волочился позади всех. Рядом с ним легкой трусцой бежали Жуань Наньчжу и Линь Цюши — они одновременно подбадривали его и ржали.
У Ло Вэньчжоу от стыда раскраснелись щеки, и он недовольно забубнел:
— Какая срамота, а! Даже вон тот толстый бежит быстрее тебя, Фэй Ду. Ты просто позоришь своего гэгэ!
Тренер орал где-то возле финиша, горлопаня на всю площадку и свистя в свисток, но его усилия пропадали даром. Пара человек ускорилась под конец, остальные напоминали недобитых собак, а Фэй Ду, как и еще парочка задохликов, у финиша рухнул в траву лицом вниз и прикинулся мертвым.
— Наверное, ты за год столько не шевелился, как за эту пробежку! Правильно, пусть тебя хоть тут погоняют, засранец, а то мышцы как у коматозника — мне за тебя в глаза этому тренеру смотреть стыдно.
Какое-то время Фэй Ду продолжал валяться в траве, пока Жуань Наньчжу и Линь Цюши стояли над ним и о чем-то переговаривались, а потом внезапно подскочил на полметра и принялся извиваться как припадочный, пока не стянул с себя футболку и не отшвырнул куда-то в кусты, продолжая отряхивать грудь и живот.
— Что, муравьев на себя нахватал или сороконожку? Полежал бы еще — она бы тебе в трусы заползла, пришлось бы до гола раздеваться! — Ло Вэньчжоу хохотал, глядя на этот цирк, попутно рассматривая бледное стройное тело Фэй Ду.
Немного атлетики ему бы не помешало: добрать рельефа — и было бы отлично. На фоне спортивного Жуань Наньчжу в майке и более крупного Линь Цюши он смотрелся бледной молью. Вытряхнув из своей футболки всю живность, Фэй Ду наконец закончил стриптиз. Всех как раз позвали на ужин.
Широкие окна столовой были открыты нараспашку, и Ло Вэньчжоу было отлично видно, как эта троица и еще какой-то тип уселись за столик у окна. Жуань Наньчжу сцепился с незнакомцем в перепалке, которую Ло Вэньчжоу не было слышно, пока Фэй Ду едва не потонул носом в своей тарелке, захлебывая чуть ли не через край.
— Вот! Я же сказал, что надо тебя погонять, а то дома сидит по блюдцу лапшу размазывает!
После ужина всех собрали во дворе, разбив на несколько команд за настольной игрой, и Ло Вэньчжоу мог видеть только спину Фэй Ду, согнувшегося над какими-то бумажками. Бурное обсуждение за столом было не слышно, только смех и довольные и недовольные возгласы. Фэй Ду никогда не был шумным, поэтому его голос Ло Вэньчжоу расслышать не удавалось.
Во что бы они ни играли, команда Фэй Ду победила, так что Ло Вэньчжоу остался доволен. Маленький грязнуля, которому кто-то из взрослых тщательно вымыл руки, раздал победителям яблоки в качестве поощрительных призов. Фэй Ду кроме яблока досталось что-то еще, и Ло Вэньчжоу пришлось покрутить бинокль, чтобы разглядеть, что малец сунул ему в руки цыпленка и куда-то подевался.
Пока остальные собирали вещи, Фэй Ду поплелся в фермерский уголок, чтобы вернуть цыпленка обратно в курятник. Ло Вэньчжоу следил за тем, как он подошел к небольшому плетеному загону и опустил цыпленка к его собратьям, но сразу не ушел. Присел на корточки и заколупался в траве — вытащил оттуда еще одного цыпленка, видимо, сбежавшего через щель в заборе. Губы Фэй Ду шевелились, он что-то говорил. Потом принялся поправлять изгородь, но поскольку имел нулевой опыт в хозяйстве, смог только натыкать палок, чтобы закрыть широкую щель и мелкота не разбежалась по двору.
Вместо того, чтобы спать, птицы собрались у того угла, в котором возился Фэй Ду, ожидая, что он их покормит. Фэй Ду достал из кармана яблоко, пообкусал по кругу и опустил мясистый огрызок в загон. Мелкота занялась делом, обклевывая угощение. Какое-то время Фэй Ду еще стоял, наблюдая за птицами, пока его не окликнул тот самый парень, что ругался с Жуань Наньчжу, и все не убрались в здание, а Ло Вэньчжоу — в автомобиль. Он сам успел оголодать за те несколько часов, что проторчал на ветке, но своим времяпровождением был максимально доволен.
Так что… Да. Это то, чем он занимался в свободные от работы и расследования вечера. Притаскивался к лагерю Фэй Ду, залезал на дерево и пялился в бинокль на чужих детей. Если кто-нибудь узнает о его новом хобби, Ло Вэньчжоу без объяснений выпнут из спецотдела, и лететь он будет далеко и долго. Просто везло, что лагерь находился в таких ебенях, что здесь, кроме Ло Вэньчжоу, сидящего на яблоне, вокруг не было ни души. Лишь изредка проезжали по шоссе машины и иногда прибывали родители, чтобы что-нибудь передать своим чадам или забрать их домой. В такие моменты приходилось сидеть тихо, чтобы не попасться никому на глаза: дерево стояло чуть поодаль от входа и парковки, так что заметить Ло Вэньчжоу можно было только если подойти под самую крону.
В одну из пятниц он имел неудовольствие увидеть Фэй Чэнъюя, собственной персоной прикатившего в лагерь за сыном. На своей яблоне Ло Вэньчжоу весь напрягся, глядя на то, как этот индюк с ленцой выходит из машины и звонит в дверь. Что могло заставить выползти этого змея из своей норы? В прошлый раз за Фэй Ду приезжал водитель, а нынче явился сам Фэй Чэнъюй.
Ворота приоткрылись, и в дверях показался мужчина в черной футболке, штанах с кучей карманов и черных очках.
— Здрасти, господин, вам кого?
На лице Фэй Чэнъюя была приклеена едва заметная вежливая улыбка, ясно говорящая, что, если что-то ему не понравится, он будет говорить с этим охранником уже другим тоном.
— Я приехал за своим сыном Фэй Ду. Будьте добры сопроводить меня к нему.
— Сопроводить? А! А! — мужчина покачал головой и пальцем. — Вход на территорию лагеря посторонним запрещен согласно инструкции по безопасности, даже если вы родитель. Сейчас мой помощник сходит и приведет вашего сына.
Мужчина в очках обернулся и свистнул куда-то за забор, продолжая перекрывать собой вход — он выглядел расслабленным и, кажется, его ни капли не волновало, что перед ним стоял миллиардер-психопат.
— То есть я, как родитель, который платит деньги вашему заведению, не могу даже зайти и посмотреть, в каких условиях находится мой ребенок? — бровь Фэй Чэнъюя слегка недовольно изогнулась.
— Достопочтенный господин, — мужчина в черных очках положил ладонь себе на грудь (всем своим видом выражая сожаление, он выглядел довольно театрально, и Ло Вэньчжоу казалось, что он издевается над Фэй Чэнъюем), — этот скромный охранник вовсе не хочет создать препятствий на вашем праведном родительском пути, но, к сожалению, тот достопочтенный господин, что платит мне зарплату, запрещает пускать в лагерь посторонних старше восемнадцати лет в целях безопасности наших подопечных. — Он чуть поклонился, выражая максимальное сожаление, которым от него даже не пахло, и снова выпрямился, скрестив руки на груди, и добавил уже другим тоном: — Приходите на день открытых дверей на следующей неделе, для родителей будет экскурсия и открытые уроки! — он белозубо улыбнулся Фэй Чэнъюю, и тот презрительно поджал губы.
Кажется, он не хотел тратить время на такую ерунду и сцепился с охранником просто из принципа.
Наконец послышался топот, и между ног охранника выскользнул тот самый грязный пацан. Сегодня он выглядел чуть чище, но в его волосах торчала солома.
— Ась? — он посмотрел снизу вверх на мужчину в очках.
— Иди к Фэй Ду и скажи, что приехал его отец. Пусть соберет вещи и едет домой.
Малец задрал голову, чтобы посмотреть на Фэй Чэнъюя, тот бросил в сторону ребенка кривую улыбку — жалкую имитацию добродушного приветствия, — и пацан рыбкой ускользнул обратно за ворота.
Не желая больше общаться с охранником, Фэй Чэнъюй отошел в сторону, уткнувшись в свой мобильник.
Ло Вэньчжоу перевел бинокль на территорию лагеря. Во дворе было свободное время, и молодежь просто дурачилась. Фэй Ду и Линь Цюши решили защекотать Жуань Наньчжу насмерть, потому что он был уже весь красный и отчаянно брыкался. Стоял крик, рядом визжали девушки, Фэй Ду такой же растрепанный, но чуть менее красный, чем Жуань Наньчжу, буквально хохотал. Ло Вэньчжоу прикусил губу, надеясь, что грязный ребенок заблудится по дороге или забудет, зачем его послали — ему так хотелось видеть Фэй Ду счастливым подольше…
Но уже через пару секунд мальчишка появился перед шумной компанией, и с лица Фэй Ду в одно мгновение слетели и веселье, и краснота. Он поспешил пригладить растрепанные волосы и поправить одежду, нервно схватил себя за левое предплечье и поспешил в сторону главного корпуса. Жуань Наньчжу и Линь Цюши, как два сторожевых пса, тут же забыв о своих забавах, последовали за ним, чтобы помочь быстрее собраться. Ло Вэньчжоу стиснул в кулаке тонкую веточку дерева, сминая попавшие под пальцы листья. Обычно Жуань Наньчжу при встрече умудрялся вывести его из себя, то бабским прикидом, то дерзким поведением, то этой своей выходкой на свадьбе, поэтому у Ло Вэньчжоу складывалось о нем довольно дурное мнение, но он как-то не задумывался, что большую часть времени Наньчжу составлял Фэй Ду дружескую компанию в школе, помогал и поддерживал. Даже сейчас… Ло Вэньчжоу сидел на дурацкой яблоне с биноклем, а Жуань Наньчжу обнимал Фэй Ду за плечи, заводя в здание и о чем-то с ним разговаривая. Стоило поблагодарить этого парня просто за то, что он был рядом, когда Ло Вэньчжоу не мог…
Фэй Ду вышел к отцу уже переодетый в черные брюки и легкую белую рубашку с длинным рукавом, причёсанный и умытый. Он выглядел так, словно только что вышел из здания школы, на его лице не было ни одной лишней эмоции, губы склеились в вежливую полуулыбку, в равнодушном взгляде читалась прохладная скука. Он скупо поздоровался с отцом.
— Ты знал, что тебе в пятницу домой, почему не собрался заранее?
— Я ждал тебя на час позже. Приношу свои извинения.
— Садись.
Фэй Чэнъюй посмотрел напоследок с нескрываемым презрением на охранника в дверях и сел в машину. Через минуту его автомобиль скрылся за пределами видимости.
Ло Вэньчжоу уставился на мужчину в черных очках, который, скрестив руки, хмуро смотрел вслед уезжающей машине Фэй Чэнъюя. Грязный мальчишка выглянул из-за его ног.
— Пап, почему этот дядя внутри пустой? Он зомби?
Мужчина наклонился и поднял мальчишку на руки, ничуть не заботясь о чистоте своей формы — ребенок обхватил родителя грязными ногами и руками. На нем остался только один сандалий, второй где-то потерялся.
Заметив это, мужчина в очках подергал его за лодыжку.
— А может, он такой же растеряша, как ты? Снова где-то посеял свой ботинок! Цветочек тебя опять вечером будет мыть в баке с дезсредством.
— Не хочу мыться! — мальчишка замотал головой, с его волос в лицо мужчины посыпалась солома. — Когда Тенек вернется? У нас скоро яйца вылупятся в курятнике!
— Вернется в понедельник, не успеют твои куры вылупиться.
— А этот дядя его точно не сожрет? — он снова посмотрел в ту сторону, куда уехал автомобиль Фэй Чэнъюя и внезапно поднял взгляд на яблоню, прямо туда, где лежал на ветке Ло Вэньчжоу. — Ой! Там так ярко что-то светит!
«Блядь!» — Ло Вэньчжоу прижался плотнее к ветке и опустил бинокль, решив, что стекло сбликовало, и зоркий грязнуля его заметил.
Мужчина в очках бросил короткий взгляд на яблоню, а потом отвернул голову мальчишки к себе.
— Пойдем, посмотрим на твоих кур, пока ужинать не позвали. А то у кого-то уже ноги затекли…
И они убрались внутрь, закрыв за собой ворота. Ло Вэньчжоу бесшумно спустился на землю, растирая собственные затекшие ноги, и укатил восвояси. Без Фэй Ду здесь ему делать было нечего.
***
Фэй Ду еще никогда не был в лагере. Обычно лето он проводил дома, иногда Фэй Чэнъюй отправлял их с мамой за город, и это было лучшее, что он мог сделать. Без его надзора в тишине и спокойствие летнего домика на озере или в лесу — Ши Нань становилось намного лучше. Они с Фэй Ду прекрасно проводили время, гуляя, играя в настольные игры или читая у камина. Конечно, с ними ездила госпожа Фань, охранник и водитель, но главное — что не ездил отец. Последний раз это было довольно давно, когда Фэй Ду было девять или десять. В остальное время он торчал дома, посещая летние занятия в школе, чтобы совсем не заскучать. Даже удивительно, что Фэй Чэнъюй согласился отпустить его в лагерь. Видимо, решил, что столько времени на воспитательные работы у него нет. Где угодно было лучше, чем дома. И плевать, что здесь Фэй Ду должен был делить с кем-то комнату и выходить на утреннюю и вечернюю зарядку, которую терпеть не мог. Лучше так, зато вдали от этого монстра… К тому же с ним были Жуань Наньчжу и Линь Цюши. — Здесь безопасно, люди твоего отца не смогут сюда пробраться, чтобы подглядеть, — Жуань Наньчжу показал на трехметровый забор и пустырь окружающий лагерь. Устроить за Фэй Ду незаметную слежку в этом месте было нереально, а дежурить часами у закрытых ворот — глупо. Кроме них троих в лагере не было ребят из Синьчжоу, а среди его ровесников и вовсе собралась какая-то группа ботаников из соседнего округа, получивших бесплатные путевки за высокие баллы на олимпиадах. Это место было идеально — похожее на другое измерение, в котором Фэй Ду мог не оглядываться по сторонам украдкой, не надевать маску легкомысленного наследника, не думать о том, как ему могут пригодиться те или иные знакомства и что стоит говорить, чтобы расположить к себе определенных людей. Никто тут его не знал, и всем было наплевать на его отца — через два месяца они разъедутся по домам и больше никогда не увидятся. Так что Фэй Ду мог впервые за долго время расслабиться, окунувшись в… крайне непривычное времяпровождение. Помимо занятий, на которые он хотел попасть, здесь были еще и командные развлечения. Играли в настолки, устраивали квесты и соревнования, рассказывали сомнительные страшилки у костра и раздавали кучу всякой фигни в качестве призов. Все это было как-то чересчур по-детски… В компании Чжан Дунлая играли с выпивкой или с огоньком — на поцелуи, раздевание, желания и даже девчонок. Тут играли на щелбаны, кукареканье и яблоки, а проигравших отправляли по утру собирать яйца в курятнике. Хотя, надо признаться, что логические задачки на смекалку и эрудицию были лучше, чем квесты на тусовках Чжан Дунлая, в которых выигрывал тот, кто в конце вечера мог стоять на ногах. Фэй Ду позабыл, что обычным подросткам едва ли были доступны развлечения, которые могли позволить себе юные мажоры вроде них с Чжан Дунлаем. Такое поведение несовершеннолетних осуждалось, но на выходки богатеньких щенков все закрывали глаза, пока денежки их родителей текли в карманы организаторов кутежей. Учитывая, что даже среди одноклассников Фэй Ду ощущал себя чересчур умудренным жизнью, в компании этих ботаников он казался себе старпером уровня Ло Вэньчжоу, поэтому в основном проводил свободное время с Жуань Наньчжу и Линь Цюши. И еще… с одним человеком. Как ни странно, в комнату к Фэй Ду поначалу никого не подселили. Администратор сказала, что его сосед в последний момент отказался от путевки, поэтому Фэй Ду пока будет жить один. Она даже взялась его утешать, переживая, что он заскучает, не представляя, что он безмерно счастлив. У Фэй Ду и так были проблемы со сном: без таблеток он проваливался в изнурительные кошмары, а с ними — спал как убитый, оказываясь в уязвимом положении. Конечно, он понимал, что его жалкая жизнь и достоинство тут мало кому интересны, но все-таки спать одному было лучше. Радость длилась недолго. После того, как Жуань Наньчжу и Линь Цюши повалили его в сено, обсыпав зерном, и по Фэй Ду потопталась грязными лапами живность, он пошел в общий туалет на первом этаже, чтобы сначала вымыть испачканные руки, а уже потом подняться к себе и переодеться. Этой уборной пользовались перед тем, как пойти в столовую, а так как обед прошел, здесь никого не должно было быть. Однако, когда он подошел к раковине, услышал, что в одной из кабинок кто-то шумит. Фэй Ду собирался по-быстрому ополоснуть руки и убраться, не желая прерывать чье-то уединение с белым другом, когда понял, что ни о каком уединении тут и речи не шло. — Давайте просто подорвем этот сраный замок! — кто-то недовольно шипел внутри. — Да убери ты эту хрень! Хочешь нас вместе с замком подорвать? Братец, у тебя есть какая-нибудь проволока? Второй голос принадлежал человеку постарше, но Фэй Ду не ожидал, что раздастся еще один: — Нет. Я сейчас ее выбью. — Да куда ты лезешь, яйца мне придавил! — Подвиньтесь. — Тут некуда! — А ты пузо втяни — тут пол кабинки освободится! Внутри ругались и шипели друг на друга, и Фэй Ду подошел ближе, прислушиваясь. Похоже, эти болваны каким-то образом испортили замок и теперь не могли выйти. Не то чтобы Фэй Ду было дело до чужих проблем, но он все-таки решил предупредить: — Думаю, если вы разнесете эту дверь, вам придется выплатить лагерю компенсацию за порчу имущества. В кабинке тут же заткнулись и прекратили возиться. — Он это нам говорит, Толстяк? — Ты еще что за хрен? — Выбиваю. Послышался мощный удар ногой в дверь, но, на удивление Фэй Ду и собравшихся внутри, замок выдержал и ничего даже не треснуло. Титановый он, что ли? Фэй Ду подошел ближе, рассматривая ручку, потом заглянул в другую кабинку — замок был самой примитивной крутилкой, а дверь не отличалась особой прочностью. — Братец, ты что с утра кашу не ел? Она даже не дрогнула. — Эй, парень, а у тебя, часом, нет проволоки или какой-то отмычки? — спросил тот, чей голос звучал старше всех. У Фэй Ду ничего такого не было. — Может, мне позвать кого-нибудь? — он подошел к их кабинке, повернул ручку и… открыл дверь без всяких проблем. — Да тут вообще не заперто. Изнутри на него вытаращились три ошарашенные морды — никого из них Фэй Ду раньше не видел в лагере, да и на подростков они не походили: скорее на бандитов. У того, что был в капюшоне, из-за спины торчал меч, второй держал в руках что-то похожее на пластилин (взрывчатка? Они хотели что-то взорвать?), а третий — самый взрослый и толстый, — замахнулся на Фэй Ду половником. Никто из них не нашелся, что сказать, поэтому какое-то время они просто рассматривали друг друга, пока Фэй Ду наконец не отмер, решив, что, раз проблема исчерпана, ему стоит вернуться к своим делам. Ну, и сообщить по пути кому-нибудь, что в туалете засели странные личности. — Я, пожалуй, пойду. Вечером новоприбывших представили, как сотрудников, помогающих организовать их досуг. Судя по лицу администратора, она и сама точно не знала, чем будут помогать эти товарищи, зато внезапно оказалось, что Жуань Наньчжу и Линь Цюши с ними знакомы и, похоже, не очень ладят. — Что тут делает этот варвар У Се?! Пусть подальше от меня держится! — Наверное, нас не было слишком долго… — Линь Цюши говорил тихо: кажется, их беседа не была предназначена для ушей Фэй Ду, хотя он стоял слишком близко, чтобы не слышать. — Нас тут не многовато собралось?.. — Так вы знакомы с этими чудилами? — он все-таки решил влезть в их диалог. — А ты где их встретил? — Линь Цюши заглянул Фэй Ду в лицо с одной стороны, Жуань Наньчжу — с другой. — Они застряли в кабинке в туалете, я открыл им дверь. Они переглянулись и одновременно скрестили руки на груди, глядя на Фэй Ду так, словно он сказал: «Парни, с вами было классно, но мы больше не друзья». — Что вы на меня так смотрите? — на всякий случай он тоже скрестил руки на груди. — Надо было оставить их внутри? Но прежде, чем ему ответили, на плечи Фэй Ду опустилась чужая рука и рядом возникло крайне довольное лицо того, кого звали У Се. — Этот пацан теперь мой лучший друг! Фэй Ду был не согласен с подобным заявлением и попытался отстраниться, но ему не дали. Жуань Наньчжу фыркнул и закатил глаза, Линь Цюши сделал несчастное лицо человека, который попал под перекрестный огонь. У Се бесцеремонно повернул Фэй Ду к себе лицом: — Я уважаю людей, которые с легкостью выносят двери, вот как ты. — Едва ли я настолько крут, — Фэй Ду прицепил к лицу дежурную лисью улыбку. — Я ненавижу двери! — в глазах У Се светилась искорка ебанутости. — Вот эти все ворота там, калитки, шлюзы, люки, створки, перегородки… В общем все, что может закрываться. И раз уж ты со мной на одной стороне… — Фэй Ду хотел возразить, пытаясь вывернуться из рук этого чокнутого, — я тоже помогу тебе, братан. — Спасибо, не стоит… У Се не успел начать приводить аргументы: его за шею схватил тот человек с черпаком, которого представили, как господина Вана, и потащил прочь. — Отстань от пацана, пошли! Пошли! — Вы мешаете заводить мне новых товарищей! Это незаконно! Изверги! Я буду жаловаться на вас У Се! — не в силах сопротивляться чужому захвату, У Се был утащен прочь. Фэй Ду хотел обернуться к Жуань Наньчжу, но вздрогнул всем телом, обнаружив, что позади стоит парень в капюшоне. — Ты в порядке? — он рассматривал лицо Фэй Ду так, словно пытался вспомнить, не виделись ли они где-то. У Се не первый псих, который попадался Фэй Ду на пути. — Все нормально. У него что, клаустрофобия? — Нет. Просто не любит, когда я ухожу за врата. И с этими словами парень, которого представили, как господина Чжана, бесшумно удалился следом за своими товарищами. — Все стало намного понятней… Фэй Ду решил не пересекаться лишний раз с этими чудилами, но вечером обнаружил, что У Се лежит в его комнате на соседней койке прямо в обуви. Очаровательно. Все прям как Фэй Ду хотел. Он отказался уходить, а администратор извиняющимся тоном ответила, что больше его поселить некуда. — Да не парься, братан, я не подрываю своих друзей, — У Се невинно похлопал глазами, потом призадумался и добавил: — Конечно, если не окажется, что ты тоже дверь. К счастью, У Се не стал донимать его болтовней и задрых даже раньше, чем Фэй Ду. Когда и к утру не произошло ничего неординарного, Фэй Ду немного расслабился. У Се не особенно спешил подниматься к завтраку и занятиям. Обнаружив его в кровати с телефоном после первых уроков, Фэй Ду все-таки не удержался от вопроса: — Ты так и будешь лежать весь день в комнате? — Я жду. — Чего? — Когда настанет подходящий момент, чтобы тебя отблагодарить. — Забудь, мне не нужны благодарности. Просто не доставляй неприятностей. — Да когда такое было!.. — У Се возмутился. — Я сама приятность! — он вдруг прервал себя. — И вообще, пока скучно, пусть У Се тут с тобой развлекается. — Разве ты сам не У Се? Фэй Ду подумал, что что-то не так запомнил, когда лицо его собеседника внезапно сменилось с возмущенного на максимально растерянное и он спросил: — Ты кто?.. — В смысле «кто»? Мы вчера познакомились… — Фэй Ду застыл с сумкой в руках, за которой пришел, настороженно наблюдая за тем, как У Се осматривает комнату, а потом выбирается из кровати и принимается натягивать штаны. — А мы где? — В лагере… — происходило что-то из ряда вон выходящее, и Фэй Ду решил уточнить: — Ты в порядке? Он хотел спросить: «У тебя проблемы с головой?» Но разве это и так не было очевидно… — Приятель, не мог бы ты отвести меня к Толстяку и Братцу — это такой крупный мужик и парень в капюшоне. Наверняка, они где-то тут, раз и я тут, — и У Се слегка виновато ему улыбнулся. Глядя на изменения в его мимике, Фэй Ду был готов покляться, что перед ним стоит буквально другой человек. Этот У Се был мягче и спокойней, не нес никакой херни, и из его взгляда пропала та самая искорка неадекватности. — У тебя что, раздвоение личности? — предположение было из разряда невероятных, но разве Фэй Ду не видел, как буквально один человек превратился в другого за секунду? Он читал об этом в учебниках, так что мог догадаться! — Смотрю, ты разбираешься немного, — У Се поджал губы и сунул руки в карманы. — Надеюсь, другой У Се тебя не доставал. Извини, если что. Фэй Ду знал, что увидеть своими глазами подобное явление было редкостью даже в психиатрической практике! Если вчера он хотел, чтобы этот чудила свалил куда-нибудь из зоны комфорта Фэй Ду, то сегодня преисполнился природного любопытства. С момента его прибытия в лагерь прошла неделя, и он успел немного успокоиться и отойти от трудного окончания школьного года. Выходные в особняки прошли гладко: отец не смог уделить ему ни минуты. Так что расслабившийся мозг Фэй Ду внезапно оказался заинтересован в чем-то столь необычном, как знакомство с двумя людьми в одном теле. — Он только сказал, что ненавидит двери и взорвет меня, если я буду дверью. Это что, часть какого-то бредового расстройства? А если у него есть это расстройство, то оно есть и у тебя? Когда он здесь, ты как будто спишь или смотришь на все со стороны? А если… — А, стоп! — У Се поднял руки вверх и помахал ладонями. — Давай, ты меня сначала отведешь к Толстяку с Братцем, а потом поговорим. Фэй Ду досадливо выдохнул. — Ладно, пошли, — он уже повернул к двери, когда осознал, что понятия не имеет, где искать друзей У Се. — Вообще-то я… Но в этот момент в коридор влетел пятилетний А-Юй. Фэй Ду так и не понял, чей это ребенок — господина Хэя, который работал тут кем-то вроде охранника, или господина Се, владельца лагеря. Знал только, что он постоянно такой чумазый, что лучше держаться от него подальше, но А-Юй, как назло, выбрал себе в любимцы Фэй Ду: регулярно находил его тут и там, принося то цыплят, то грязных ягод с огорода, то выловленных в маленьком болотце лягушек и головастиков. Сегодня он нес в руке что-то столь же мерзкое, на всех парусах несясь к Фэй Ду по коридору, громко шлепая босыми ногами по полу. — Тенек-гэ! Тенек-гэ! Ты гляди, кого я нашел! В день, когда Фэй Ду приехал в лагерь и еще не успел распаковаться, стоя со всеми во дворе, А-Юй подошел к нему, заглядываясь на подростка с открытым ртом. На нем были солнечные очки, но даже сквозь темные стекла Фэй Ду видел, что тот таращится на него огромными глазами. Фэй Ду не приходилось иметь дела с такой малышней, так что он слегка нервно дернул уголком рта, улыбаясь ребенку, а тот вдруг с восторгом заявил: — Какой ты приятный внутри! Такой темный и прохладный, как… тенечек! Можно даже… — и он снял свои очки, — так смотреть. Мало того, что Фэй Ду ничего не понял, так еще и глаза у мальчишки оказались внезапно не карими, а золотисто-желтыми, как у дракона или кота! — Какой интересный у тебя цвет глаз, — теперь и Фэй Ду смотрел на маленького собеседника с любопытством. — Меня зовут А-Юй, а тебя я буду звать Тенек-гэ, — он хотел протянуть к нему грязную ладонь, но Фэй Ду отступил чуть в сторону, перекидывая сумку на другую руку и жалея, что заговорил с пацаном. — Меня зовут Фэй Ду. Ты не слишком мал для этого лагеря? — Я приехал сюда с родителями! Фэй Ду думал, что он младший брат кого-то из детей и в тот же день уедет, но оказалось, что А-Юй будет жить с ними. Хотя Фэй Ду несколько раз говорил ему свое имя, А-Юй все равно прозвал его братцем Теньком и почему-то считал, что его новый приятель жаждет рассматривать с ним всякую гадость, которую он находил в огороде, в траве и в пруду. Жуань Наньчжу и Линь Цюши посмеивались над ним. Они были знакомы с А-Юем. — Ты ему понравился, терпи. А что Фэй Ду оставалось? Не отвесить же мелкому пинка. Тем более, что приставал он не так уж часто. Вот и сейчас, несясь по коридору к Фэй Ду, А-Юй вдруг остановился и завопил еще громче: — Дядя У! У Се, вышедший следом за Фэй Ду, широко улыбнулся и присел на корточки, позволяя А-Юю запрыгнуть на него с грязными ногами. — А-Юй, ты тоже здесь? — Дядя У, гляди, что я принес Теньку! — он развернул свою ладонь, показывая огромного грязного червяка, уже знатно помятого в детской руке. — Тенек-гэ, гляди какой толстый, как господин Толстяк! Он сунул руку с червяком Фэй Ду под нос, и тот с отвращением отстранился. — Тенек? — У Се вопросительно уставился на А-Юя, потом на Фэй Ду (тот пожал плечами в ответ). — Давай, мы лучше этого червяка Толстяку и Братцу покажем. Отведешь меня к ним? А-Юй стянул с лица очки и обернулся к Фэй Ду с довольной улыбкой. — Тенек-гэ, пойдем. Братец тоже любит червяков! У Се поставил мальчишку на ноги, и тот потянул его за руку за собой. Так и не вспомнив, зачем пришел в комнату, заинтересованный Фэй Ду пошел следом. Он опасался, что личность У Се, негативно относящаяся к дверям, будет доставлять ему проблемы, но в итоге все как-то устаканилось. В лагере стало даже как будто веселее с этой троицей (четверкой?) чудиков. После того, как появилась вторая личность У Се (нормальная), Фэй Ду снова стал ночевать один, но через несколько дней вечером обнаружил в комнате чокнутого У Се и выломанную с корнем ручку, как на входной двери, так и в туалете. — Теперь я не смогу закрыться от посторонних, и у нас в двери дыра. — Не запирай, а то я напихаю в замок петард. — Почему ты опять пришел ко мне? Разве ты не живешь с Толстяком и Братцем? — Фэй Ду уселся на койке, скрестив ноги и глядя на недовольное лицо чокнутого У Се. — Нет, с ними живет У Се. Братец меня не любит за то, что я рисковал жизнью, чтобы вытащить его из-за врат… — какое-то время он недовольно сопел, скрестив и руки, и ноги и хмуро глядя в потолок, пока не сказал: — Ну, и хер с ним. Со своей рукой пусть развлекается — у тебя переночую. Выходило, что одна личность У Се ладила со своим парнем, а вторая — не очень. Интересно, а если бы чокнутый У Се стал встречаться с кем-то еще, насколько это можно было считать изменой? Ведь тело у них было одно, а личности — две. А если бы, скажем, одна личность зачала кому-то ребенка, то, как бы к этому отнеслась вторая личность? Считал бы нормальный У Се ребенка чокнутого У Се своим и наоборот?.. Пока Фэй Ду предавался сложным размышлениям, формулируя вопросы, которые собирался задать, чокнутый У Се тоже сел и спросил первым: — У тебя есть девушка или парень? Фэй Ду вынырнул из своих мыслей, встретившись с любопытным взглядом. Однажды Жуань Наньчжу случайно узнал о них с Ло Вэньчжоу, и это обернулось чередой их с Линь Цюши попыток свести Фэй Ду и Ло Вэньчжоу вместе. Фэй Ду не собирался плясать на этих же граблях второй раз — больше советники и помощники в этом щекотливом деле ему были ни к чему. Он и так сделал все, что мог, чтобы держаться от Ло Вэньчжоу подальше за исключением стратегически важных событий, вроде свадьбы Тао Жаня. Он поправил очки и застегнул верхнюю пуговицу на рубашке, надменно вздернув бровь: — Нет, я занят учебой и подготовкой к поступлению. Отношения могут и подождать. Чокнутый У Се какое-то время рассматривал его лицо, а потом прищурился: — Тебя что, продинамила первая любовь, что ты стал таким категоричным? Фэй Ду едва не поперхнулся, но где-то очень глубоко внутри. Если так подумать, то в словах чокнутого У Се была самая что ни на есть правда… — С чего ты взял? Уже нельзя просто быть ботаником? — С того, что, если хочешь — пошли дерьма под дверь этому гандону насыпем, глядишь, тебя попустит, и можешь заводить новые отношения, — чокнутый У Се довольно улыбнулся и хлопнул себя по коленям. — Ну что, идем? — Что… Куда идем? Дерьмом кидаться? Ты в детском саду, что ли? — Фэй Ду никак не ожидал такого развития событий, но, наверное, с ненормальными всегда так: трудно быть готовым. Это своего отца он уже знал вдоль и поперек и мог подстраиваться под его закидоны, а чокнутый У Се был пока непредсказуем. На лице собеседника отразилось разочарование, и он закатил глаза. — Ну, а что тогда? Сидим тут тухнем, ни уйти, ни подорвать что-нибудь… Давай потрахаемся, скинем фотку твоему бывшему и пусть у него пердак подгорит. Я хорош собой! Он начал стягивать с себя штаны, и Фэй Ду поспешил остановить этого придурка: — Да как секс с тобой мне поможет наладить с ним отношения? Чокнутый У Се оставил в покое завязки на штанах и снова поднял взгляд к Фэй Ду: — Значит, ты еще не потерял надежды, братан? — он с досадой бросил свои завязки и недовольно воскликнул: — Да бля, я не сплю с чужими парнями, даже не проси тогда! Не хочу, чтобы мне глаз на жопу натянули. И не надо смотреть теперь, все! — он даже прикрылся одеялом. — Пусть твой парень тебя трахает, или кто там у вас снизу. Фэй Ду пришел к выводу, что этот разговор похож на общение с шизофреником, и решил не продолжать. Они улеглись и погасили свет, но не прошло и пяти секунд, как чокнутый У Се, все еще замотанный в одеяло, склонился над Фэй Ду. — Фэй Ду. — Ложись спать… — Ты молодой, красивый и богатый, и даже без справки от психиатра — почему твоя зазнобушка не хочет с тобой встречаться? Господи, да как так получилось-то, что У Се все равно в курсе и тоже лезет в его личную жизнь?.. — Отстань, У Се. — Нет, ты скажи, тогда отстану. Я не смогу спать, пока не узнаю. — Мы не можем быть вместе, вот и все. — Почему? — чокнутый У Се навалился на его кровать, нависая над головой Фэй Ду и дыша ему куда-то в ухо. — У Се тоже не мог быть с Братцем, потому что Братец ходил за врата. Тогда пришел я и вынес эти ебаные врата нахрен С-4. Теперь они вместе, и оба меня ненавидят, хотя я творил только доброе и вечное ради любви. Так что, если вас с твоим парнем разделяют какие-нибудь мерзкие ворота, ты скажи, я и тебе С-4 достану. Фэй Ду наконец развернулся к нему лицом. — Ты правда веришь в весь тот бред, который несешь? — Ниче это не бред, сам можешь у Братца и Толстяка спросить. Все так и было! Какое-то время они буравили друг друга недовольными взглядами в полумраке комнаты. Теперь сюда проникал свет из коридора через дыру в двери. — Может, ты и не веришь мне, но, знаешь ли, ничего не бывает просто так. Раз я оказался здесь, значит, это зачем-то надо, но у меня не так уж много талантов, — он задумчиво посмотрел в сторону двери. — Первое: я ненавижу двери и прекрасно справляюсь с тем, чтобы выносить их самыми разными способами. Второе… — он покосился на Фэй Ду и сказал: — ладно, от второго ты уже отказался, хотя имей ввиду, что про дерьмо я не шутил. И третье: если нужно что-то взорвать — я лучший! И Толстяк со своими жалкими потугами во взрывотехнике мне в подметки не годится. Так, чем бы я мог тебе помочь? Он подпер щеку ладонью, глядя на Фэй Ду, и тот прищурился: — Вы с Жуань Наньчжу из какого-то клуба свах-альтруистов? Чокнутый У Се буквально взъерепенился, подскочив с места: — Даже не упоминай эту ходячую дверь при мне! Из-за него мы все тут и торчим! Все потому, что надо было скормить ему пельменей да побольше, глядишь, его перестало бы к чужим проблемам притягивать! Фэй Ду понял, что чокнутый У Се полностью потерял логическую цепочку своих рассуждений, и просто ответил: — Ясно. Я, пожалуй, посплю. И снова отвернулся к стене, на этот раз проваливаясь в сон под недовольный бубнеж У Се. Вообще-то в это место Фэй Ду отправился не только для того, чтобы уметь собирать и разбирать рации. Хотя Фэй Чэнъюй не подпускал Фэй Ду ни к делам компании, ни тем более к реальным делам организации, время не стояло на месте. Он все чаще говорил, что сын становится похож на достойного преемника, а не избалованного щенка. Поэтому, когда время придет, Фэй Ду хотел быть готов. Он пытался собрать на него любой компромат, который был способен достать, поэтому вел тщательные записи о передвижениях отца, его сделках, разговорах, посетителях — все, что мог выведать, не привлекая к себе лишнего. Хозяином лагеря был Се Юйчэнь, которого близкие называли Цветочком. Господин Се рано встал во главе семьи и семейного дела. Жуань Наньчжу считал, что Фэй Ду есть чему у него поучиться, а Линь Цюши обещал дать несколько полезных уроков, связанных с программированием. Господин Се согласился уделить ему внимание и поделиться полезным знаниями и опытом: — Мир, в которым ты уже стоишь одной ногой, это дикие джунгли. Ты либо сам хищник, который жрет слабых, либо тот, кто вынужден маскироваться, быть быстрым и хитрым, чтобы его не сожрали. Если у тебя есть какие-то слабости, ты должен быть готов играть по-крупному: пойти ва-банк, чтобы обмануть своего противника, обернуть рычаг давления против того, кто на тебя нападает. Усомнившийся противник — уже часть победы. Если врешь — скажи полуправду, но держись за нее до конца. Если загонят в угол — посмотри наверх: может, выход находится там, где ты не ожидал… Хотя Фэй Ду не рассказывал подробностей о своем отце, все вокруг казались подозрительно понимающими. Однажды он пытался поговорить на эту тему с Линь Цюши — самым спокойным и рассудительным из всех и чуть более доступным, чем господин Се, — но тот только мягко улыбнулся, положив ладонь Фэй Ду на плечо: — Фэй Ду, не думай об этом слишком много, — а потом его улыбка увяла. — Возможно, скоро мы с Жуань Наньчжу… уедем и не сможем тебе помогать. Лагерь закончится… Ты снова останешься один. Будет лучше, если ты наладишь с Ло Вэньчжоу отношения вместо того, чтобы прятаться и убегать от него, как сейчас. — Ты же знаешь, что дело не в наших отношениях, а в моем отце. — Знаю, но пытаясь защитить Ло Вэньчжоу от отца, ты идешь по опасной дорожке. Посмотри на себя: ты не можешь спать без таблеток, у тебя головные боли, Ло Вэньчжоу едва не разбился в аварии и даже был отстранен от работы из-за своего невроза. Я не знаю, что за человек твой отец, но как бы ты его ни боялся — твой любимый не дурак, чтобы, узнав правду, тут же подставить себя под удар. Он вроде детектив полиции — не должен бросаться без раздумий на амбразуру. Фэй Ду опасался, что именно так Ло Вэньчжоу и поступит, узнав, что Фэй Чэнъюй заставлял делать Фэй Ду, что происходило в особняке… Сможет ли он сохранить спокойствие и не наделать глупостей? Если бы он сам внезапно выяснил, что Ло Вэньчжоу был пленником садиста в собственном доме, смог бы действовать с холодной головой? Смог бы оставить в этом доме свою родственную душу, подвергая ее мучениям и опасности? Только предполагая, что Ло Вэньчжоу может погибнуть от рук отца, Фэй Ду предпочел разорвать свое сердце и остаться в темноте в одиночестве, лишь бы не дать этому случиться. Что сделает Ло Вэньчжоу, узнав о том, что уже произошло с Фэй Ду?.. Но просто так отмахнуться от слов Линь Цюши тоже не получалось: он в самом деле загнал себя в тупик… Снотворное было похоже на пластырь, которым Фэй Ду залеплял трещины в пострадавшем от атаки Ло Вэньчжоу мираже. Он держался, пока они оба пили таблетки, но, когда лекарства кончатся, что ему делать?.. Если к тому времени Ло Вэньчжоу не успокоится, то… Что будет, если так грубо ломать мираж? Если соединение душ становится похоже не на слияние, а на жестокую атаку?.. Со слов Тао Жаня Ло Вэньчжоу немного успокоился и был занят работой. Он исправно пил лекарства, не нарывался на неприятности и даже не сильно доставал Фэй Ду предложениями о встрече. Так, пару раз написал, и как-то заглохло. От того, что Ло Вэньчжоу перестал фонить в чате, особенно по вечерам, Фэй Ду было немного грустно, но он напоминал себе, что именно этого и добивался: расстояния, дистанции, пусть проводит вечера со своим сладеньким мерзавцем! А у него и без этого были дела. Вот, к примеру, грязнуля А-Юй стоял неподалеку от ворот и перекидывал через трехметровый забор какие-то предметы. Точнее пытался, поскольку ростом он был мал, а забор слишком высок. Большинство вещей ударялось куда-то в середину стены с громким «цзынь» и падало обратно перед А-Юем. Проходящий мимо Фэй Ду какое-то время наблюдал за его мучениями, пока не решил узнать, что он делает. — Хочу поделиться с дядей Солнышком какими-нибудь игрушками, ему наверняка там высоко очень скучно. — Тогда почему ты кидаешь вещи в забор, а не в небо? — Я хочу перекинуть их на ту сторону. Поможешь? Он протянул Фэй Ду свою деревянную рогатку, а сам попытался перебросить кубик Рубика, у которого от такого надругательства уже отломилась половина деталей. Фэй Ду поднял взгляд на забор, неподалеку росла единственная на улице раскидистая яблоня, но отсюда было видно только кусочек ее кроны. — Вдруг ты кому-то по голове попадешь. Отец будет ругаться. — Я уже попал по голове себе. Вот гляди, тут шишка, — А-Юй показал ему на синяк посреди лба, но тут же отвернулся и упорно продолжил кидать кубик. — Если я перекину рогатку, ты успокоишься? — Да, давай, кидай! — А-Юй запрыгал на месте, подбадривая Фэй Ду. Тот отошел чуть подальше от забора, размахнулся и швырнул рогатку… прямо в забор. Та ударилась о железо со стороны лагеря и шлепнулась в траву. Щеки Фэй Ду слегка покраснели: неужели он был так же плох, как пятилетка… — Давай еще! — А-Юй ничуть не огорчился, сбегал за рогаткой и передал ее Фэй Ду. Фэй Ду подошел поближе, потом подальше, присел, привстал, примерился так и эдак, снова швырнул рогатку — та отлетела от забора и едва не треснула его по лбу. — Да блядь… — он выругался сквозь зубы. Еще чуть-чуть, и он с мальчишкой красовался бы одинаковыми синяками. Вроде ж не высоко было! Он решил попытать удачу в третий раз, но рогатка снова отскочила от самого края забора, и за спиной у Фэй Ду кто-то ее поймал. — Что делаете? Жуя яблоко, Жуань Наньчжу пару раз лениво подкинул рогатку в ладони. А-Юй подскочил к нему, дергая за карман штанов. — Жуань-гэ, давай перекинем чего-нибудь за забор, чтобы дяде Солнышку не было скучно. Мы с Теньком-гэ кидали, но не перекинули. Ты теперь попробуй. — Пф, — Жуань Наньчжу закатал рукава рубашки до локтя и высокомерно заявил: — Смотри и учись! И швырнул рогатку в сторону яблони. Та отскочила от края забора и врезалась аккурат прямо в лоб отвлекшемуся Жуань Наньчжу. Фэй Ду не удержался от смеха в голос, А-Юй покачал головой, как взрослый, и шлепнул себя ладонью по лбу. При виде растерянного лица Жуань Наньчжу Фэй Ду рассмеялся еще сильнее. — Это что за хрень, мать вашу? — Жуань Наньчжу поднял злосчастную рогатку и со всей силы швырнул ее за забор, и чуть не получил по лбу второй раз. — Ладно, я теперь спокоен, что не я один такой неудачник, — Фэй Ду похлопал его по плечу, пока Жуань Наньчжу хмуро смотрел на игрушку в своих руках. Подошел У Се — точнее его чокнутая версия (Фэй Ду уже научился различать их по походке). — Чем занят, говнюк? — он обратился к Жуань Наньчжу с явным намерением начать ругань, поскольку плелся сюда, откровенно скучая. Фэй Ду взял за грязную ладонь А-Юя, считая, что лучше им убраться из зоны конфликта, но Жуань Наньчжу внезапно никак не отреагировал на «говнюка» и дал У Се рогатку. — Сможешь перекинуть через забор? У нас тут вроде соревнование. Чокнутый У Се перевел унылый взгляд с участников соревнования на рогатку, но по его лицу Фэй Ду понял, что тот не в духе: никто ведь не предлагал взорвать что-то или вынести дверь. — Тоска злоебучая, — с этими словами он развернулся и пошел прочь, не забыв по пути швырнуть рогатку через плечо. Фэй Ду ожидал услышать звук удара по металлическому забору, но послышался шорох листьев яблони и чье-то недовольное «БЛЯДЬ!» снаружи. — Кажись, кому-то по башке попали! Пошли-пошли отсюда! — Жуань Наньчжу вытаращил глаза так, словно разгневанный прохожий уже гнался за ними, и Фэй Ду с А-Юем со сдавленным хихиканьем рванулись за ним следом. Собственные никудышные таланты даже в таком простецком деле показались Фэй Ду крайне удручающими. Конечно, едва ли из него выйдет хороший боец, но он подумал, может, господин Хэй и Братец могли бы немного потренировать его, скажем, в самообороне? В меткости? Вдруг что-то подобное ему пригодится?.. Он видел в окно как Братец по утрам тренируется со своим мечом чуть поодаль от основных площадок лагеря. Конечно, владение подобным оружием Фэй Ду было точно ни к чему, но господин Чжан двигался так плавно и ловко, почти танцуя — казалось, он совсем не прилагал к своим выпадам, прыжкам и кувыркам никаких усилий. Братец выглядел очень молодо, и Фэй Ду решил, что он тренировался с детства. На его оголенной во время тренировок груди виднелась татуировка, заползающая на плечо и руку — У Се сказал, что это татуировка семьи Чжан. Пару раз он тренировался с господином Хэем в рукопашном бою, и Фэй Ду показалось, что они практически равны в своих навыках. Конечно, Фэй Ду не рассчитывал когда-нибудь достичь и десятой доли подобных умений, но попади он в какую-нибудь неловкую ситуацию, сможет хотя бы дать отпор. Собственно, примерно с этой просьбой он и подошел к сидящим в теньке Братцу и господину Хэю, передавая последнему А-Юя. — Ого, неужели и для господина Хэя найдется в этом лагере какое-то интересное дело! — мужчина бодро подскочил с места, подходя ближе к Фэй Ду. Он всегда был в черных очках, не снимая их даже ночью, и Фэй Ду как-то спросил у А-Юя: — Это потому, что у твоего папы тоже необычный цвет глаз? — Нет, он просто так лучше видит. И я тоже так лучше вижу. Это была загадка, которую Фэй Ду так и не смог разгадать: он еще не слышал о такой болезни глаз, при которой люди в черных очках видели лучше, чем без. Братец лениво поднялся, но не спешил подходить. Сегодня он был без меча, но неизменно в кофте с капюшоном, хотя на улице было довольно жарко. — Правда, я… — Фэй Ду был вынужден признаться: — не особенно хорош в физической подготовке. Господин Хэй хлопнул его по обеим плечам одновременно и железными пальцами пощупал его жалкие мускулы, глядя куда-то мимо Фэй Ду, словно настоящий слепой, которому все надо было потрогать, чтобы понять лучше. — Да, даже У Се не был таким хлипким, — господин Хэй улыбался, но не выглядел особенно осуждающим. — Впрочем, У Се тогда был старше и уже успел побегать по гробницам, а ты еще совсем мелкий. — Мне скоро семнадцать, — Фэй Ду недовольно вздернул бровь: У Се и Братец выглядели ненамного старше, что за дискриминация? — Ну, это меняет дело! — господин Хэй с улыбкой до ушей хлопнул его по плечу, и у Фэй Ду чуть не подкосились колени. — Мои услуги по обучению стоят недешево, но думаю, для молодого господина Фэя это не проблема? Так он хотел денег? Ну, с этим у Фэй Ду не было проблем, он достал из кармана банковскую карточку, которую забыл вытащить после покупки снэков в автомате в столовке, и улыбнулся. — Тогда этот господин Хэй с удовольствием научит молодого господина Фэя всему… — он еще раз окинул Фэй Ду взглядом и перефразировал: — хоть чему-то, что я умею. Эй, а может, кто-то еще захочет поучиться? Братец, подсобишь? — Плохая идея, — Братец нахмурился, но все-таки встал. — Молодежь, а ну, идите сюда! Эй, бездельники! К поляне подтянулись остальные, и теперь не только Фэй Ду смотрел на господина Хэя и Братца, решивших показать свои таланты. — Что ж, сейчас мы с Братцем продемонстрируем вам, каких успехов можно достичь, если заниматься спортом и правильно питаться, а не балду гонять, как некоторые из вас. Они встали друг на против друга, какое-то время господин Хэй еще болтал о всякой ерунде, пока молчаливому Братцу не надоело его ждать и он не сделал первый выпад. От звука, с которым столкнулись нога и рука соперников, у Фэй Ду сердце провалилось в желудок и отвисла нижняя челюсть. После таких ударов вообще могут остаться целыми кости?! Но Братец и господин Хэй, словно не происходило ничего особенного, продолжили драку. Рядом с Фэй Ду восторженно запищали девчонки и так же пороняли челюсти парни. Не отвлекаясь на публику и лишние разговоры, мужчины просто избивали друг друга, пытаясь сбить соперника с ног, делая подсечки, совершая невероятные кульбиты и при этом не выглядя особо напряженными. С точки зрения Фэй Ду ни один из этих ударов не был тренировочным или показательным — они дрались совершенно всерьез, при этом не получая никаких увечий. С лица господина Хэя не слетели очки, с головы Братца — капюшон, хотя они подняли клубы пыли и мелкие камушки из-под их ног разлетались в разные стороны. Когда показательная драка была закончена, мужчины отскочили друг от друга, практически не запыхавшись. Пока Братец молча стоял рядом, господин Хэй кланялся хлопающим, принимая комплименты и отвечая на вопросы. — Мой папочка звезда, — А-Юй довольно улыбался. Идея о курсах самообороны в глазах Фэй Ду как-то резко потеряла свою привлекательность. Если вот это они называли тренировкой, то что тогда было настоящей дракой? Один удар от господина Хэя — и Фэй Ду уедет отсюда на кладбище. — Что ж, у меня уже есть один желающий учиться! Фэй Ду, иди сюда! — господин Хэй внезапно обратился к зависшему Фэй Ду, и остальные расступились, уступая ему дорогу. Хотя все выглядели впечатленными, никто не польстился на предложение вступить в клуб ниндзя и обучаться у господина Хэя, чьи кости, похоже, были из стали. — Я… Кто-то пихнул Фэй Ду в спину, заставляя выйти на площадку. Наверняка все хотели поглазеть, как он опозорится. Глядя на господина Хэя, на котором не осталось ни синяка, ни царапины после такого месива, Фэй Ду нервно сглотнул. — Молодой господин Фэй, не переживай, я буду с тобой легонько! Он уже хотел подойти ближе, когда на его плечо легла ладонь Братца. — Лучше не подходи. Кажется, не один Фэй Ду уже переживал за сохранность собственных костей, но господин Хэй отмахнулся: — Ой, да брось, не пристрелит же он меня. Фэй Ду не очень понимал, о чем речь: уж его-то господину Хэю точно не стоило бояться. Он собирался сказать, что ему срочно надо в туалет, когда его потенциальный учитель сделал шаг вперед и тут же резко отклонился назад. Что-то просвистело прямо у него перед лицом и упало в траву поодаль. Прежде, чем господин Хэй решил найти того, кто кидается, Фэй Ду воспользовался ситуацией. Сгорбившись и хватаясь за коленку, он пробубнил: — У меня что-то… в колене хрустнуло. Я, пожалуй, сегодня не смогу начать наши занятия. И спешно похромал прочь в надежде, что о его просьбе забудут к завтрашнему дню, чтобы ему не пришлось показательно хромать каждый день. — Эй, а как же… — позади послышался расстроенный голос господина Хэя, а потом смачный шлепок и его вскрик: — Блядь! Вот же собака на сене, а! — Так тебе и надо, — Братец развернулся и ушел, пока господин Хэй продолжал досадовать. Фэй Ду не стал разбираться, что именно там произошло. Вечером к нему снова пристал чокнутый У Се. Фэй Ду хотел почитать перед сном, но тот забрался с ногами на его кровать такой довольный, будто снес уже парочку дверей где-то в здании (Фэй Ду подозревал, что сломанные двери в туалете на первом этаже были его рук дела). При этом он смотрел на Фэй Ду так, словно его распирало от желания рассказать о своих гадостях. Разбитый лоб У Се был заклеен, так что шалость, видимо, удалась. Таким воодушевленным и довольным Фэй Ду его еще не видел, и это несколько пугало. — Что?.. — он слегка отодвинулся, опасаясь, не раздобыл ли опять этот чокнутый петард, которые в прошлый раз подорвали чан с пельменями на кухне. — А у тебя есть фотка твоего парня? Фэй Ду закатил глаза и с хрустом раскрыл книгу, которую читал, пошире, утыкаясь обратно в страницы. — У меня нет парня. — Ладно-ладно, — У Се пихнул его локтем в бок. — Фотку не-парня. Не верю, что нет, на что-то же ты должен дрочить по ночам. — В отличие от тебя я ночью сплю, потому что мне и днем есть чем заняться вместо подрыва наших обедов. Лицо у чокнутого У Се вмиг сделалось крайне недовольным. — Да я всех тут спас этим подрывом! Ты не представляешь, насколько опасное биологическое оружие я сегодня уничтожил на кухне! От этой херни нет лекарства — один раз пожрешь и все! Пиздец тебе и твоей жопе! — У Се наклонился к нему, заглядывая в лицо с безумным выражением лица. — Поверь, я на личном опыте знаю, о чем говорю! Никогда не ешь эти гребаные пельмени! Даже близко к ним не подходи, не дыши на них, не нюхай, вообще обходи их стороной за милю, как только увидишь! Фэй Ду закатил глаза, но сдержался, коротко улыбаясь У Се: — Я не ем пельмени, не беспокойся. Однажды я отравился ими в детстве и неделю провалялся в больнице, где мне делали промывание желудка и все остальное. Поэтому меня тошнит от одного вида этого блюда. — Вот! — У Се обнял его за плечи, продолжая не менее взбудораженно: — Сначала ты их жрешь, а потом блюешь несколько месяцев, а потом… вспоминать страшно, ужас! — он отмахнулся, на какое-то время завис, и Фэй Ду уже надеялся, что ему больше не придется слушать жутких историй про пельмени, двери и прочую хрень, но когда У Се отмер, он вернулся к первому вопросу: — Так что на счет фотки? — Зачем тебе фотка моего парня? — Фэй Ду захлопнул книгу, поворачиваясь к У Се. — Ну, как зачем?! Как зачем? А вдруг я его встречу, и мы случайно потрахаемся: как мне потом тебе в глаза смотреть? Ты же мой друг, а я не сплю с чужими парнями… — Навряд ли он захочет с тобой спать, можешь не переживать, — пришло время Фэй Ду похлопать У Се по колену. Видя, что аргумент не прокатил, У Се предпринял еще одну попытку: — А вдруг, если ты покажешь мне его фотку, все твои проблемы разрешатся сами собой? — Что-то я сильно сомневаюсь. — Ладно, тебе жалко, что ли? — У Се схватил его за локоть, уже канюча. — Мы ж друзья, ну, покажи, я хочу посмотреть! Ну, покажи-покажи-покажи! Я не отстану, пока не покажешь! Вообще-то, наверное, без разницы увидит У Се фотку Ло Вэньчжоу или нет, так что Фэй Ду, которому откровенно лень было продолжать бодаться, достал телефон. — Ты тогда отстанешь? — Я тогда пойду спать! — чокнутый У Се положил ладонь себе на грудь. Фэй Ду разблокировал экран, но внезапно призадумался. А вдруг Ло Вэньчжоу как-нибудь заедет за ним, и этот придурок что-нибудь ляпнет?.. Прикрывая галерею фоток от любопытного взгляда У Се, Фэй Ду открыл его снимок с Чжан Дунлаем с одной из последних тусовок. — Вот. Чокнутый У Се наклонился, присматриваясь и хмурясь так, словно, Фэй Ду показал ему ребус. В конце концов он скривился и смерил Фэй Ду взглядом полным разочарования: — И вот эта нетрезвая лягушка — светоч твоего сердца? Я думал, там как минимум уровень капитана Америки или Железного человека, а тут головастик какой-то! Что такое вообще! — он даже отсел от Фэй Ду настолько возмущенный, что тому стало смешно. — Я даже помогать тебе отказываюсь! Ради вот этого вот невнятного типа мы все тут собрались? Да ну, бред какой-то! — Не оскорбляй моего возлюбленного! Ты ничего не понимаешь в светлых чувствах! — едва сдерживая смех, Фэй Ду поцеловал пальцы и приложил к экрану, страдальчески глядя в нетрезвые глаза Чжан Дунлая. — Смотреть тошно! — чокнутый У Се толкнул его под локоть, пальцы Фэй Ду скользнули по экрану, и вместо их совместного снимка появился кадр с дрона, который Жуань Наньчжу скинул ему после свадьбы. Босой Ло Вэньчжоу с мокрыми ногами и закатанными штанинами протягивал в сторону камеры букет варварски надерганных лотосов. Фэй Ду так и не посмотрел на цветы, оставшиеся в обеденном зале. Фото — все, что у него осталось на память о свадьбе. Он не успел выключить экран. У Се, который в это время фыркал в сторону Чжан Дунлая, при виде Ло Вэньчжоу завопил: — О! Это он! Это твой парень! Обмануть меня вздумал?! — он зажал локтем шею Фэй Ду, который поспешно сунул телефон себе под задницу. — Я не виноват, что у нас с тобой разные вкусы! Чжан Дунлай — луна моей жизни! — А это что за мужик тогда цветов тебе надрал? — С чего ты взял, что это мне! — С того, что ты врешь как дышишь! Они какое-то время пихались на кровати, пока Фэй Ду наконец не отбился от этого придурка — весь встрепанный и красный. — Ты обещал пойти спать, если я покажу тебе фотку своего парня. Вот и иди с моей кровати! — Ладно, — чокнутый У Се встал, поправляя одежду и засовывая руки в карманы. Он снова выглядел довольным. — Не хочешь говорить правду, ну и не надо. Я все равно буду творить доброе и вечное, даже если ты не согласен. — Тебе стоит пересмотреть понятия о добре, заодно еще и о том, что такое личная жизнь. — Что может знать о личной жизни человек, у которого даже тело не личное, а поделено с другим? — чокнутый У Се сел на свою койку, положив ногу на колено и уставился на Фэй Ду. Тот призадумался… На другой день чокнутый У Се снова пришел к нему с этим жутким воодушевленным выражением лица. Он едва ли не злобно хихикал, подходя к Фэй Ду, помогающему украшать беседку к вечерней игре. — Фэй Ду, пошли. — Я занят, давай потом. — Да брось, ты занят какой-то херней! Пошли я тебе кое-что покажу! — чокнутый У Се схватил его за локоть и потащил за собой, больше не спрашивая, хочет Фэй Ду с ним идти или нет. По пути он продолжал радостно бухтеть что-то вроде: — Это будет мой самый грандиозный успех! Я решу это дело одним нажатием кнопки! Даже без подрывов… Братец не будет на меня злиться! Э-хе-хе… — Что ты собрался взрывать?.. — идущий на буксире Фэй Ду начал с опаской притормаживать. Вообще-то его заверили, что на территории лагеря нет никаких взрывчатых веществ, так что У Се не может никому причинить вреда. — Он хоть и больной маленько, но еще ни один ребенок в его окружении не пострадал, — сказал как-то Толстяк. — Ты просто, знаешь, относись к нему как к дурному мальцу. У него как будто это… в свое время детство было тяжелое, и он не наигрался со всякими петардами там, салютами, дерьмом кошачьим… Сейчас догоняет. — Говорю же, ничего! Ты сейчас сам все увидишь! Они дошли до главных ворот и остановились. Здесь была широкая дверь для въезда транспорта и обычная — для прохода посетителей, которая закрывалась на электронный замок с кнопкой. Снаружи можно было войти по карточке, либо позвонить в домофон на пост администратора или охранника. — Не думаю, что ломать входную дверь это хорошая идея. — Тут есть кнопка! — словно открывая Фэй Ду великую тайну, У Се со счастливым лицом ткнул пальцем в нее, и замок размагнитился. Он слегка толкнул дверь уже двумя пальцами. Фэй Ду задумчиво следил за тем, как та плавно открывается наружу с тихим скрипом. Потом перевел взгляд на чокнутого У Се: судя по выражению лица, тот ждал, что демонстрация современных технологий приведет Фэй Ду в такой же неописуемый восторг. Но Фэй Ду только тухло улыбнулся, глядя на У Се, как на душевнобольного, и сказал: — Ясно. Это очень познавательно. Веселье в миг слетело с лица У Се. — Че познавательного? Иди, давай! И его буквально вытолкали на улицу за дверь. — Что ты делаешь?! У Се вышагнул следом, схватил дверь за ручку и помахал другой рукой, показывая, что Фэй Ду надо идти прочь. — Иди развлекайся! — и с этими словами он довольный как слон захлопнул дверь изнутри. Электронный замок щелкнул, Фэй Ду остался стоять снаружи у закрытых ворот. — У Се! Открой! — он постучал в дверь, точно зная, что тот не успел уйти далеко, но с другой стороны не было слышно ни звука. — У Се! Он постучал еще раз, но все без толку. Позвонил в звонок и стал ждать. В следующий раз он с этим придурком никуда не пойдет! Может, У Се и не был по-настоящему опасен, но его поведение было лишено всякой логики. Будто Фэй Ду было мало головной боли в жизни. Никто не спешил ему открывать. Хотя солнце уже опускалось к горизонту, все еще было жарко, и на пустыре вокруг не было тенька, чтобы скрыться от его лучей. Фэй Ду хотел позвонить Жуань Наньчжу, но обнаружил, что у него нет с собой мобильника. — Чудесно! Вот это развлечение! Он вздохнул, оглядываясь по сторонам. Позвонил в звонок еще раз, но на посту охраны никого не было — время посещений уже закончилось. Конечно, он не останется тут навечно, скоро его хватятся… Поглазев по сторонам, Фэй Ду двинулся в направлении единственного места, где можно было спрятаться от солнца — под яблоню. Усевшись прямо под ствол дерева и обхватив руками колени, он уставился на запертые ворота. Кругом было тихо, в сухих зарослях на пустыре трещали кузнечики, по этому окольному шоссе, ведущему из города, практически не ездили машины. Фэй Ду подумал, было, раз так сложились обстоятельства, может… сбежать на вечерок к Ло Вэньчжоу? У него в кармане наличка — этого бы хватило на такси. Но если того не будет дома или он окажется в компании Фу Шэня — Фэй Ду зазря потратит время и только расстроится. Они не виделись уже три недели, лишь обмениваясь в чате вялыми сообщениями. В лагере было хорошо — лучше, чем где бы то ни было Фэй Ду за последнее время, — но оставшись в тишине и одиночестве за его воротами, он осознал, что ужасно соскучился по своим гэгэ и особенно по своему партнеру. Фэй Ду подтянул колени поближе к животу и опустил на них голову, прикрывая глаза. Интересно, чем сейчас был занят Ло Вэньчжоу?***
***
***
КОММЕНТАРИЙ ОТ АВТОРА: Понимаю, что, наверное, некоторые вещи стало понимать трудновато… Их и объяснить нормально невозможно. Если можете игнорировать – игнорьте, кому интересно – ниже постараюсь внести ясность. Изначально этот фик я писала для себя и даже не знала, допишу ли и выложу ли, поэтому – что есть. О «чокнутом У Се». Вот парочка мемов про появление темной личности У Се на моем тг-канале: https://t.me/kurochkinognezdo/192 https://t.me/kurochkinognezdo/204 Со временем идея претерпела изменения, и была мысль написать фик, но реализовать это намерение у меня не получилось. Если коротко, то: У Се после того, как Братец ушел за врата, в какой-то момент в одной из гробниц встретил некоего злого не упокоенного мстительного духа, который сначала помог ему выбраться из ловушки в гробнице, а потом победить Ванов и вернуть Братишку из-за врат досрочно. Ну, а помог он, вселившись в тело У Се и став его второй темной личностью, которая любит все взрывать и выносит врата с ноги. Поэтому на данный момент дарк!У Се (чокнутый У Се) - это буквально другой человек, поделивший с У Се одно тело. У темного У Се была своя история, но пока что я не знаю ее до конца, а кое-что он расскажет сам дальше в фике. Изначально темный У Се был прям дарк-дарк, наводящий на всех ужас, но после того, как в жизни У Се появились пельмени Е Байи – он просто стал ебанутым, получив неожиданную психотравму в виде мпрега :Р О пельменях читайте здесь, в частях про доктора Яня (который тоже скоро появится) и Е Байи: https://ficbook.net/readfic/019c6aab-0f28-762e-a3ca-575e367ed6a9 Вся эта история с кроссоверным пространством «Лотосового терема», «Далеких странников», «Затерянных гробниц», «Мириад осеней», «Калейдоскопа смерти» и некоторых других персонажей складывалась годами из мемов и шуток в моем вк и тг, и не только. Концепция менялась со временем, и после появления мпрегнутого Ли Ляньхуа все совсем округлились. Не ищите глубокого смысла и логики. Наньчжу и Цюши, У Се и ко, господин Се и Хэй с А-Юем, доктор Янь – все знают друг друга и все пришли из-за двери. На самом деле в главе, где Ло Вэньчжоу пришел встретиться с Фэй Ду в кинотеатре, не хватает кусочка, который просто никуда не удалось впихнуть: когда Ло Вэньчжоу вызывал лифт, уезжая от Фэй Ду, он открыл дверь Цветочку, Черным Очкам, Хо Сюсю и А-Юю. Поэтому они оказались на месте ДТП и отвезли Ло Вэньчжоу в больницу. Кому что не понятно, но хочется понять: спрашивайте :РПока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!