Вернутся к фанфику
Глава 3. Испорченная жизнь. Тортуга.
24 февраля 2026, 18:15 Два пиратских судна подошли к порту, скидывая снасти, и швартуя корабли у причалов.
Черную Жемчужину встречали с восторгом. Редкий глупец не слышал истории, связанные с легендарным кораблем, Барбоссой, и, к сожалению, последнего, Воробьем.
Чего нельзя было сказать о Последней Песне. Корабль с неясными, серыми парусами был принят за торговое судно, когда пришвартовался к берегу, но слишком старые моряки, что спустились с него без сундуков, наполненных добром, вызвали удивление. Кому в здравом уме, старики могли быть нужны на службе?
Альвада кинула одному из портовых служителей золоченую монетку, без каких-либо опознавательных знаков, и тот, схватив ее на лету, тут же попробовал на зуб. Мужчине еще не приходилось видеть подобные деньги в обиходе, а потому существенное подтверждение, так сказать проба, не показались ему лишним.
Впрочем, капитан Жемчужины тоже не обделил его медяком, это было не столь впечатляюще, зато проверено временем и качеством.
– Итак, какой у нас план? – потянул на распев Барбосса, смотря на молодую особу рядом с собой. Найти Джека в этой дыре могло оказаться большей проблемой, чем добраться сюда.
Альвада тяжело вздохнула.
***
Им предстояло найти некого капитана–Воробья, которого она даже в лицо не знала. Перед заходом в порт Уилл кратко описал пропащего пирата, но легче не стало. Темные глаза, подведенные сурьмой; волосы, уложенные в множество безобразных косичек; клеймо на правой руке и там же татуировка, с воробьем, в зените заходящего солнца. Альвада была уверена, половина острова могла сгодится. Тернер не мог ступить на сушу, и искать пропажу предполагалось ей и капитану Жемчужины, которому Уилл не доверял от слова совсем. – Так и быть, я помогу вам, – сказал Барбосса, когда Уилл вновь оказался на его корабле. – И даже верну Джеку корабль, но не за просто так, разумеется… – Ну, разумеется, – съехидничал Уилл, складывая руки на груди. Альвада, что переместилась на пиратское судно, с удовольствием разглядывала все, не преминув пошариться по палубе, в поисках чего-то интересного. Этим самым оказался ручной капуцин, чья попытка испугать гостью не задалась с самого начала. Обезьянка запуталась в канатах и свалилась грудой узлов под ноги девушке, с протяжным стрекотом. – Ой, какой забавный, – хохотнула та, помогая животному выпутаться из ловушки. – Тоже Джек, – с ехидством представил питомца Барбосса, отвлекшись от разговора с Уиллом. – Я хочу место на том корабле, – тихо проговорил мужчина, подвигаясь ближе к Тернеру. Мужчины одновременно посмотрели на Последнюю песнь, и Гектор довольно улыбнулся. – Но это не сделка, а дружеское пожелание, – тут же предостерег Барбосса, кивая в сторону Альвады. – А то я знаю, чем заканчиваются подобные сделки… Сможешь? Тернер лишь недовольно закусил губу. Якшаться с этим пиратом было бы глупостью, тем более что он не знал, как убедить Альваду взять к себе на корабль еще одного гостя. Да, между Альвадой и Летучим Голландцем была заключена сделка, вот только что именно она в себя включала оставалось загадкой для новоиспеченного капитана. И попытка, без воли девушки переместить ее на собственный корабль, провалилась в прошлый раз. Значит у нее больше свободы, чем Уилл предполагал. – Я поговорю с ней, но сначала нужно найти Джека, иначе никакого «пожелания» не будет, – сурово сказал мужчина, оборачиваясь на приближающуюся женщину. – Джек один из немногих, кому я доверяю, – уже во всеуслышание заявил Тернер, все еще не желая раскрывать какую-либо информацию. – И вам нужно найти его здесь. Как можно быстрее. – Это приказ, – неуверенно пробормотал Уилл. Фраза появилась в его сознании яркой вспышкой, и мужчина не смог остановиться, чтобы не произнести ее. Альвада посмотрела на него высоко подняв брови и скрестив руку на груди, но не посмела перечить. Приказ капитана Летучего Голландца, связанный с морем, не подлежал обсуждению. В отличии от Уилла, девушка прекрасно чувствовала его зов, который шепотом волн говорил – она должна отыскать не абы кого, а должника… Раньше это была одна из забав, которыми Альвада скрашивала бесконечно длинное время – звучать последней песней чужой жизни. По просьбе или приказу капитанов она шла по морским просторам, в поисках тех, кто задолжал Голландцу плату. И всегда находила… Но со временем, это наскучило. Она попросила больше не отправлять ее на поиски головорезов. Тот, кто подарил ей сделку, не мог отказать. Он все еще стоял перед ее взором, с легкой улыбкой, смотря на ребенка добрыми карими глазами. – Я не подчиняюсь, твоим приказам! – оскалившись, прошипел Барбосса, заставляя Альваду вынырнуть из пучины воспоминаний. – Надеюсь, мы поняли друг друга. Уилл кивнул головой, тут же возвращая Альваду на законное судно.***
Летучий Голландец остался стоять на горизонте, в отдалении, навевая страх местным жителям. Многие корабли в тот же день, заприметив легендарное судно, поспешили раскрыть паруса, и удалится, не испытывая удачу на собственной шкуре. Тем было лучше. Меньше людей – быстрее пройдут поиски. Она вопросительно посмотрела на Барбоссу, ожидая хоть каких-нибудь зацепок, где мог обитать, уже порядком надоевший, Джек Воробей. – Итак, предлагаю начать с конца. Где вы видели его в последний раз? – Понятно дело, в борделе на соседней улице, – пожал плечами Гектор, указывая направление. Первые два дня не дали ровным счетом никаких результатов. Пока две команды занимались мелким ремонтом, закупали продовольствие, и отдыхали, Си, Барбосса и двое боцманов обшарили почти все прибрежные бордели, постоялые дома и даже жалкие лачуги. В конце концов они настолько обессилили, что спрашивали у всех подряд: «не видел ли кто капитана Воробья?», но встречали только взгляды полные непонимания, и качание головой. Лишь к исходу второго дня, измотанные, они остановились на ночлег. Большой постоялый двор встретил их привычным шумом и гамом. На Тортуге каждый день – праздник, коли есть медяк в кармане. Люк без слов понял намерения капитанши, быстро договорившись о двух комнатах с раздельными кроватями. Они не блуду пришли придаваться, так что роскошь была ни к чему. Однако ром и горячая похлебка все равно ждали их на столе в большом зале. Альвада с жадностью сделала несколько глотков горького пойла, сокрушаясь, что не забрала с корабля хотя бы маленький бочонок бурбона. Впрочем, «рагу», как выразилась куртизанка– разносчица, было и впрямь неплохим. Барбосса же не скупился. Он почти залпом осушил свою бутыль и заказал еще несколько – про запас. После ужина они еще немного поговорили с хозяином постоялого двора, но и тот не ведал куда подевался Джек. – Да уже как с полгода его не видел, – проглатывая половину слов, бормотал мужик, в заляпанном жиром фартуке. К его горлу был приставлен короткий клинок, который обещал расплату за неверно данные сведения. Но, увы, и в этот раз – неудача. Альвада лишь закатила глаза, готовая схватить любого, мало-мальски подходящего матроса, и приволочь его на корабль, только бы эта бессмысленная возня прекратилась. Барбосса зло выдохнул, но убрал нож, отпуская беднягу восвояси. -Зачем Уиллу нужен Джек? – не выдержав очередного провала спросила Альвада. -А мне по чем знать? Эти двое хорошо спелись за последние годы, может просто заскучал, - в тон проворчал Гектор, пряча острый нож в сапог. – Это стоит у тебя спросить, чего молодой парень отлынивает от своих прямых обязанностей? -Может просто скучно стало, - ощетинилась девушка, передразнивая Барбоссу. На том они и разошлись. Два дня знатно вымотали их, а Джек все еще оставался неумолимо далеко. – Так странно, Люк, не находишь? – уже лежа в кровати, прямо в сапогах, проговорила своему боцману Альвада. Она смотрела на неровные доски, которые именовались крышей. Потемневшие от времени доски, со следами течи, что были замазаны все той же смолой, которой обслуживали корабли, все еще оставались добротными. – Что именно? У нас все странно,– усмехнулся старик, поворачиваясь на бок. Ему, как и капитанше, было непривычно спать на простой кровати, не чувствуя под собой вечную качку и шум моря. – Мы ищем не просто друга… Когда-то он заключил сделку с «Голландцем», – заговорческим шепотом сказала девушка, заставляя моряка удивленно выдохнуть. – Я бы не подчинилась приказу, если бы это не касалось уплаты долга, значит Джек свой не отдал… – Получается, Уилл Тернер еще не знает, что ему нужно взыскать плату и с него…– догадливо предположил Люк, перебирая в голове факты. – Если слова об их дружбе не пустой звук… Он попытается придумать способ, как разорвать сделки заключенные до него… Альвада, это дурно попахивает… – Знаю, – поджав губы проговорила девушка, – Мы будем держать ухо в остро. Капитан еще слаб, не знает, как управлять этой посудиной, не знает, как заставить моря слушаться своего зова, и кто знает, как сложится его судьба в ближайшем будущем… Наше дело маленькое, уплатить долг, и уйти… – Но, если следующий будет хуже…– аккуратно подбирая слова пробормотал Люк, вспоминая треклятого Джонса. – А куда хуже? – оскалившись выпалила девушка, вскакивая с кровати. Ей срочно нужно было проветрить голову. Сапоги быстро оказались на ногах, как и кобура с оружием и деньгами. – Хуже, чем при нем вряд ли будет. Две ночи, раз в год, не такая уж и большая плата за вечность, не находишь? Она вышла прежде, чем старый матрос успел ей что-либо ответить.***
Дверь с противным скрипом закрыла, отрезая Альваду от собственных размышлений. Что она там думала: ром – гадкое пойло? Не такое гадкое как воспоминания о последних трех веках. Женщина быстрым шагом спустилась вниз, где за столами все еще сидели пьяницы, которым просто некуда было пойти в этом забытом богом месте. Она подошла к стойке, оставляя серебряную монету за три бутылки лучшего рома. Все так же шлюха– разносчица принесла ей указанное, строя глазки. Видимо этой ночью ей не удалось заинтересовать ни одного матроса, раз она до сих пор оставалась здесь. Альвада не была против компании, особенно, учитывая то, что потаскуха не ведала о ней толком ничего. Они молча напивались, скрашивая промозглую зимнюю ночь. После еще пары монет и шестой допитой бутылки язык начал подводить Альваду, и она сама не заметила, как куртизанка оказалась на ее коленях, жадно поглаживая чужие груди и что-то бормоча. – Что ты говоришь? – пробормотала девушка, стараясь разобрать фразы распутницы, сквозь приятный шум в голове. Ее руки все еще крепко сжимали чужие бедра под десятком пышных юбок. – Вы же Джека ищите, того, Воробья, – нежно пролепетала прелестница на ушко. – Я видела его недавно, в старом городе, это ниже по главной улице… Весь пьяный дурман мигом рассеялся из головы, заставив широко распахнуть глаза. Она с жадностью обхватила чужие бедра, придвигая ближе, чтобы никто из оставшихся здесь не мог ее расслышать. – Отведешь меня туда, где его видела, дам пять золотых, – предельно ясно выразилась женщина, прошептав все это на ухо своей спутнице. – Найдем самого Воробья, дам сверху еще десять, поняла? Портовая шлюха радостно взвизгнула. На такое жалование она и трое ее детей могли спокойно существовать не один месяц, даже не утруждая себя работой в кабаке. – Да, – довольно выдохнула та, резво вскакивая на ноги. Ее немного трясло от количества выпитого, но при поддержки крепкой руки Альвады, женщины быстро удалились с постоялого двора. Спустя тридцать минут кручений, запутанных переплетений улиц и задних дворов, они наконец вышли к старому зданию. Это заведение было отнюдь не в чести. Пойло здесь мог себе позволить даже самый пропойный забулдыга. Отчего там находиться, по всей видимости, именитому капитану? Но именно туда вела Альваду молодая проститутка. Капитанша пониже натянула шляпу, входя в заведение, и сильнее прижала к себе прелестницу, которая, довольная, вела их вперед. Они уселись за один из столиков, в самом углу. Альвада не рисковала поднимать глаза, чтобы не привлечь лишнего внимания к ним, пока куртизанка оглядывала округу в поисках искомого. Ее ладонь ласково легла на чужую, огрубевшую и обветренную, и тогда Си увидела его. Треуголка небрежно висела на спинке стула, пока ее хозяин, странно жестикулируя, пытался что-то доказать сидящему напротив. Меж ними была гора из пустых бутылок самого дешевого рома. Они переговаривались настолько громко, что даже шум таверны не заглушал их голоса. – Да, как ты смеешь, я же капитан! – мужчина вскочил, и волосы, заплетенные в косички и бесформенные дреды, взметнулись следом. Он ударил руками по столу, и тогда острый взгляд Альвады заметил татуировку, неприкрытую перевязью. Птица в лучах закатного солнца, что ныряет в пучину. Довольная улыбка быстро передалась соседке. И Альвада без сожаления отсыпала ей обещанные монеты, которые исчезли где-то в складках тугого корсетного платья. По желанию гостью, куртизанка осталась сидеть рядом, и даже услужливо сходила за выпивкой, пока Си размышляла о том, как же заставить пропажу последовать за ней на корабль. Ее бродящий по таверне взгляд, волей случая, зацепился о дрянное корсажное платье, владелица которого расплачивалась медяком за четыре бутылки рома.***
– Поди прочь, у меня нет и пенни, – с трудом собирая слова воедино, проговорил Воробей, даже не поворачивая головы в сторону приблизившейся девушки. Замызганное платье и парик с головой выдавали в ней работницу борделя, что по всей видимости расположился на верхних этажах этого убогого заведения. – Я угощаю, так сойдет, – не отставала барышня, против воли мужчины присаживаясь к нему на колени. В ее ловких пальчиках показалась золоченая монетка, на которую с радостью уставился Джек и его товарищ. – Ууу, – потянул сидящий напротив, – Джек, а ты все еще не потерял обаяния для женщин… Эти слова заставили Воробья довольно усмехнуться, и подкрутить усы. – Ну, что ж, золотко, если ты угощаешь, – сладко потянул Джек, обвивая руками на удивление крепкий стан проститутки. – Пожалуй, отказываться не стоит… – Эй, бармен, – он подозвал мужчину из–за стойки, указывая подойти ближе. Недовольство на лице работника быстро сменилось благосклонностью, стоило девичьей кисти вложить в его руку монету. – Нам рома… – И побольше, – смеясь проговорила дама, сверкая глазами в сторону дальнего стола. Фигура в широкополой шляпе сидела в тени, не двигаясь и не привлекая внимания. В скором времени, вместо пустых склянок, на столе оказался целый ящик с мутноватой жидкостью, от которой так и разило спиртом. Большую часть выпивки на себя, конечно, взяли мужчины, пока девушка, лишь для приличия, делала несколько глотков, смеясь невпопад над словами приятелей. – Золотце, тебе несказанно повезло, – опьянение Джека доходило до своей критической точки, но замолчать, он не мог просто физически. – Ты встретила самого Капитана Джека Воробья. Я обязательно прокачу тебя на своей Жемчужине… Руки мужчины все более жадно впивались в бедра, стремясь залезть под десяток юбок, чтобы получить желанное. – Так выпьем же за это! – радостно воскликнула девица, поднимая бутылку. Ее окрик заставил очнутся полусонного боцмана – мистера Гиббса, как она успела узнать, и прервать бесчисленные притязания Воробья. – Выпьем! – поддержали тост мужчины, залпом допивая содержимое своих бутылок. Этого хватило, чтобы Джек, ведомый низменным порывом, аккуратно стащил с себя прелестницу, желая справить малую нужду. Он, шатаясь, вышел из заведения, заходя за угол, когда услышал тихие шаги за спиной. – Ах, это ты, золотко, – довольно проговорил Джек, не переставая мочиться. – Я, Джек, – коварно улыбнулась куртизанка, обхватывая мужчину со спины. Ее руки мягко коснулись члена, дожидаясь пока пират опустошит мочевой. Она тихо дышала ему на ухо, вызывая толпу мурашек. Но не возбуждения, а дурного предзнаменования, как назвал их про себя пират. Однако опьяненный мужчина проигнорировал это чувство, желая предаться более приятным вещам. – Продолжим прямо здесь? – довольно спросил мужчина, даже не собираясь убирать свой член обратно в штаны. – Да, – широко улыбаясь ответила женщина, прижимаясь губами к чужим, пахнущим вонючим пойлом и помоями. Ее крепкие руки обманчиво мягко обхватили голову Воробья, чтобы через секунду, с силой приложить об угол деревянной постройки. Джек охнул и без чувств свалился рядом с собственными испражнениями, пока девушка отплёвывалась от горького послевкусия во рту. – Все в порядке? – робко спросила вышедшая из–за двери фигура в широкополой шляпе. – Конечно, дорогая, – растянув губы в коварной улыбке, проговорила Альвада. – Думаю, нужно вернутся на постоялый двор. – А как же эти двое? – немного нервно спросила проститутка, с которой капитанша успела поменяться нарядами. – И мое платье? Альвада с недовольством поглядела на платье, заляпанное грязью, местами заштопанное и выцветшее, а после с остервенением почесала голову. Ну вот, еще вшей не хватало… – Купишь новое, – ужаснувшись пробормотала женщина, передавая еще пару золотых монет испуганной проститутке. – А эти… Пусть валяются пока.***
Барбоссу и его боцмана разбудил нервный стук в ночи. Он резко распахнул дверь, приставляя к горлу гостя шпагу. Но там стояла Альвада, и именно это вызвало огромное удивление. На ней было потасканное платье, из которого, того и гляди, должна была выпрыгнуть грудь. Она почесывала голову в белом парике, и с недовольством смотрела на капитана Жемчужины. За спиной девушки, несменной тенью, стоял уже одетый Люк. – Я нашла его, идем, – недовольно проговорила Альвада, отводя от себя шпагу. Они быстро передвигались по ночным улочкам, уходя в глубь острова. – Где твоя одежда? – вопрос, что вертелся на языке все время их молчаливого шествия, сорвался с губ Барбоссы. Честно, он просто не мог больше терпеть! – Не спорю, так тебе идет намного больше, но все же лучше бы купила новое платье… Ты обобрала какую-то проститутку? Бедная девушка небось замерзла… Альвада скривилась от воспоминаний. Ей стоило немало усилий, чтобы перебороть себя и натянуть заляпанные непонятно чем серые панталоны. -Я заплатила за одежду, и в замен отдала свою, - фыркнула девушка, кивая на собственную шляпу и кобуру в руках Люка. Барбосса только обескураженно приподнял брови. С кем он связался? Когда они подошли к закоулку между таверной и домами простых горожан, тело Джека все еще валялось там. Он все так же лежал на спине, громко похрапывая. Прекрасную картину дополнял свесившийся на бок член. Альвада с трудом подавила в себе рвотные позывы, указывая на дверь таверны, где ей пришлось выдавать себя за проститутку:-Второй внутри… Его, э-э, товарищ… – Ааа, мистер Гиббс, – понимающе потянул Барбосса, указывая своему боцману зайти внутрь и привести пьянчугу. Люк быстро заправил, торчащее хозяйство Воробья в штаны, и загрузил тяжелое тело себе на спину. За его бодрым шагом едва поспевал боцман Жемчужины. Именно так они и вернулись на Последнюю песнь. Моряки с удивлением встречали свою капитаншу, облаченную в проститутское платье, еще и со стянутым по дороге вшивым париком. Даже стариков позабавил этот нелепый, но не менее прекрасный вид. – Ни слова! – предупредила она, злобно сверкая глазами. Парик она передала в руки канонира, что стоял ближе всех. – Я пошла мыться и переодеваться. А вы сворачивайте канаты, отчаливаем, – с облегчение выдохнула Альвада, скрываясь в капитанской каюте, пока два пьяных тела были сгружены на палубе. Барбосса, довольный проделанной работой, удалился пока еще на свой корабль, наконец, забываясь спокойным сном. Все шло как нельзя лучше…Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!