Глава 5. Проблемы побольше.

Стоило Альваде удалиться, как Джек, ощетинившись перевел свой гнев на Барбоссу. – С дамочкой мы разобрались, но зачем ты привел этого гнусного предателя? – возмутился мужчина, тыкая в него пальцем. – Я не знал, где тебя искать, а Альвада подсказала, что можно найти тебя, просто представив, – принялся объяснять Уилл, – Я сразу же и представил Черную Жемчужину, желая оказаться там же, где она... Вот только в тот момент я еще не знал, что корабль снова не под твоим командованием. – Барбосса вновь увел мою красавицу, стоило нам добраться до Тортуги, – прошипел Джек, пока Гектор довольно развалился в кресле. – Да, и спешу сообщить, что довольно успешно управлял, – съязвил мужчина, с удовольствием смотря на попытки Воробья схватить его, но тот вовремя останавливал себя. – По крайней мере, у команды было жалование… – Он помог найти тебя, – вставил Тернер, останавливая руку Джека, которая уже потянулась к лежащему на столе пистолету. – Да ну, и что? Бескорыстно? – недоверчиво проговорил Воробей. – Только маленькая дружеская просьба, – потянул Барбосса, выгнув густую бровь. – И я радушно возвращаю тебе корабль вместе с командой… – Так я и думал, – покачал головой Джек, вновь смотря на Уилла. – По твоим словам, не очень– то мне сейчас и нужна Жемчужина. Нет ее, нет беды… – Ты прав, – согласился с его логикой Тернер,– Вот только тогда, боюсь, к скорому времени, не останется больше ни одного судна в море, кроме меня и тех бессмертных должников, что идут по моим пятам, готовые уничтожать все. И Жемчужина вновь уйдет в бездну… Воробей досадливо прикусил губу. В который раз отдать корабль морю? Нет, он на это не согласен. – И что же ты за дружеское одолжение ты попросил, а? – обратился он к Барбоссе. – Неужто служение на Голландце? Ведь ты больше не будешь капитаном? – Нет, Джек. Разумеется, нет, – усмехнулся Гектор. – Я вижу ты мало знаешь о Последней Песне, хотя наша знакомая расписала все предельно ясно. Любой, кто находится на корабле связан с Фортуной этой сделкой. И я собираюсь счастливым и беззаботным гостем плавать с госпожой Удачей, пока вы будете искать артефакт, чтобы отправить должников восвояси. – Так ведь? – он посмотрел на Тернера, и тот уверенно кивнул. – О, ты даже о таком знаешь? – удивился Джек, размышляя к чему это может привести. – И как ты говоришь называется нужная нам вещица? – А ты посмотри на карты, – недовольно проговорил пока еще капитан Барбосса. – Которые прихватил с собой. Камень Немезиды… – Что–то не припомню такого, – недовольно пробасил Джек, но вместо него продолжил хозяин корабля. – И как же он нам поможет? Барбосса приблизился к ним, с хищным прищуром глядя на обоих. – Камень исполняет любое желание того, кто его коснется. Но только один раз в сто лет, – Уилл и Джек переглянулись, – По крайней мере так говорят… – Тогда это наш шанс, – покивал Тернер, пока подозрительный Воробей высчитывал подвох. – А тебе то, что с того? – Кто знает, сколько лет вы будете гоняться за этой легендой пока не найдете, а я уже довольно стар, и смерть, в отличии от некоторых, страшит меня, – стрельнув бровями в сторону Джека, объяснил свою позицию Барбосса. – Потому что мне доводилось умирать. Но если камень будет найден, пообещай мне, что разрушишь все проклятия, кроме ее… – Обещаю, – не задумываясь ответил Уилл. – Ну и ладушки, – на место удивлению пришла беззаботная радость. Джек уже предполагал, как загадает свое желание, став свободным на веки вечные, и будет бороздить бескрайние моря, оставаясь единственным оплотом грозного пиратства на все времена. – Тогда давайте все вернемся на свои корабли, и будем держаться вместе. – Не так быстро, Джек, – остановил пыл Воробья капитан Голландца. – Карта должна остаться здесь, как залог твоего сотрудничества. – Цыпа, ты, что мне не доверяешь? – удивленно воскликнул обиженный пират, – Тем более, что карты у меня нет… – Как нет?! – вспыхнули двое мужчин, злобно смотря на Воробья. – А где мистер Гиббс? – вспомнив что–то важное, спросил Джек.

***

– Мистер Гиббс? – сладко потянул Воробей, смотря на валяющегося на полу мужчину. – Мистер Гиббс?! – уже более грозно произнес Джек, но боцман ни в какую не хотел расставаться с сонным маревом. – Он весь ваш, – смиренно сообщил капитан, позволяя Тернеру и Барбоссе, вылить на пьянчугу веда холодной воды. Гиббс тут же встрепенулся, в страхе оглядываясь по сторонам, не припоминая подобного места на Тортуге. – О, мистер Гиббс, вы проснулись, – довольно проговорил Джек, протягивая руку боцману. Тот, грешным делом, подумал, что ему помогают подняться, и уже собирался ухватится за нее, но Воробей быстро сбил пыл. – Мою карту, прошу. Гиббс вытащил из штанов скрученный рулон, передавая– таки своему капитану. – Премного благодарен... – Черт возьми, Джек! Где мы на этот раз? – недовольно спросил Гиббс, во все глаза смотря на трех мужчин. – А ты разве не узнаешь? – Воробей указывая на двух капитанов, поочередно переводя палец то на одного, то на другого. – Это, наш дорогой Уилли, а это Гектор. – Вы вроде все знакомы? – продолжал паясничать Джек, потешаясь над непониманием боцмана так же, как это делали другие над ним. – А мы, разумеется, на Летучем Голландце, но скоро переберемся на МОЮ Жемчужину и поплывем куда укажет МОЯ карта. – Ну и дела, – заунывно потянул старый пират, но тут же собравшись силами, радостно выдохнул: – Когда начинаем? – Да, прямо сейчас, – ухмыльнувшись, Барбосса выдернул из рук Джека карту, раскладывая на ближайшей ровной поверхности. Воробей возмущенно вскрикнул и быстро побежал следом за мужчиной. Гектор начал аккуратно крутить колеса, вращая их то по часовой стрелке, то против, пока новые надписи не сложились воедино. Уилл с Джеком внимательно следили за его действиями, смотря как слова указывают верный путь. – Солнце не утонет в полночь, – с непониманием в слух читал Уильям, следуя за пальцем Барбоссы. – А волны в небе заснут, – продолжил Джек, и лицо его исказила гримаса душевной боли, – Плыви вперед, то есть назад… Да чушь, какая– то! – Туман найдет Немизиды взгляд, – закончил за мужчину Гектор, указывая вновь ка карту. – В остальном нам поможет компас… Уильям и Барбосса обернулись на Воробья с вопросом во взгляде. Джек мигом отпрянул от них. – Ну, что еще? – Компас, Джек, – обнажив гнилые зубы проговорил Барбосса, – Он укажет путь… – Увольте господа, компас останется при мне, – взмахивая руками ответил пират, не собираясь вновь поддаваться давлению с их стороны. – Жемчужина будет идти впереди, и указывать путь. Раз уж карта остается у вас… Мужчины обменялись презрительными взглядами, направленные друг на друга, но каждый был вынужден отступить. – Чудьненько, – пролепетал Воробей, махая мистеру Гиббсу, чтобы следовал за ним. Он быстро поднялся на палубу, осматривая водные просторы. Черная Жемчужина стояла на расстоянии в несколько морских узлов, переливаясь зажжёнными огнями. Солнце уже давно зашло, но на Голландце не было ни единого света – зачем мертвецам свет? Уилл и без света прекрасно различал каждую часть корабля, словно мог чувствовать его как живой организм. Отчего– то ему казалось, что сейчас эта связь стало сильнее. – Цыпа, ты не мог бы зажечь хоть один факел, – ворчливо проговорил Джек, ориентируясь на ощупь. Свет звезд в эту ночь мерк за несущимися грозовыми тучами,– Чтобы я мог перебраться на свой корабль. Тернер быстро сориентировался, схватив мистера Гиббса и Джека под руки, по собственной воле, перенося двоих на Жемчужину. Мистер Гиббс, стоило лишь ощутить под ногами крепкое просмоленное дерево, повалился на палубу с дикими криками и причитаниями. – Чур меня! Чур! – молясь всем богам, быстро отполз в кубрик боцман. Джек был не менее удивлен, впрочем, ему и раньше доводилось видеть действие магии Летучего Голландца. – Ты и этому уже успел научиться, Уилли, – довольно потянул Воробей, с удовольствием осматриваясь по сторонам. Наконец, его корабль был в полном распоряжении. – Знаешь, теперь, когда мы узнали куда плыть, и что искать, Барбоссу можно и оставить… – Но я обещал ему… – Дружескую услугу, но не договор, – перебил его пират, подходя ближе и поворачивая в сторону Голландца, на палубе которого все еще оставался Гектор. – Он знает об Альваде побольше твоего… – А что о ней знать? Последняя песнь – пиратский корабль, что веками бороздит моря с неприкаянным капитаном на борту. Прямо как ты. – Она не отдавала сердце проклятью, а я – да. – У тебя не было выбора, а у нее – был, – хитро прищурив глаза, проговорил Воробей, пытаясь склонить Уильяма на свою сторону. – Тем более, она то точно нам не враг, а вот про Барбоссу я с уверенностью сказать не могу. Давай кинем его в море, а?

***

– Капитан, к вам Гектор Барбосса, – отрапортовал Люк, прежде чем открыть дверь. – Пусть войдет, – раздался сонный голос. Альвада уже успела довольно крепко заснуть, но привычка, выработанная годами, просыпаться по первому шуму, сделала свое дело. Девушка сидела на краю, широкой кровати, к удивлению вошедшего Барбоссы, одетая только в чистую рубаху. Сквозь тонкую ткань просвечивали женские прелести. Босые ступни касались пола, а рядом, на небольшом прикроватном сундуке, покоилась перевязь со шпагой и пистолетами. Этот безмятежный вид многое сказал пирату не только о хозяйке корабля, но и о команде, которой та безоговорочно доверяла. – Что такое, капитан Барбосса? – удивленно спросила Альвада, не понимая столь позднего визита. – Хочу заключить меж нами союз, – ухмыльнувшись, протянул он, проходя глубже в каюту. – Думаю, вас заинтересует информация, которую я смогу вам предоставить… – И отчего же вы так решили? – девушка непонимающе взглянула на него, но все же встала с кровати, не смущаясь своего полуголого состояния. Каждый шаг оголял не тронутые загаром ягодицы. Она подошла к столу, достав из одного ящика непочатую бутылку с янтарной жидкостью, и два бокала с небольшой стеклянной полки в углу. Крепкий напиток, разлитый поровну, добавил пряного аромата в каюту, помогая собраться с мыслями. – Потому что, вы вовсе не хотите разрывать сделку, заключенную с Голландцем, – принимая бокал из рук девушки, ответил Барбосса. – Ее и невозможно разорвать, что бы не придумал Уилл, – пожала плечами Альвада, пока не понимая, чем может быть полезен грязный пират. – Я один из последний Пиратских Баронов, и мне известно куда больше, чем остальным, – глотая напиток, изрек мужчина. – Но Джек тоже является им, так что и ему ведомо о неком артефакте – Глаз Немезиды. – Сказка, которую мне рассказывали в далеком детстве, – покачала головой девушка. – Мол, камень может исполнить одно любое желание, раз в сто лет. – Все верно, – подтвердил Гектор, падая в след за дамой в кожаное кресло. Вот только у Тернера теперь есть карта и координаты, куда следовать, чтобы найти его. Спасибо Джеку. Эти слова ввели Альваду в замешательство. Она крутила бокал в руке, внимательно смотря на жидкость, которую так и не удосужилась пригубить. – Они хотят снять все проклятия, в том числе и с Голландца, а ты понимаешь, что это будет значит для тебя… – Разрыв договора и смерть, – процедила сквозь зубы девушка. Вечный страх, сидящий на подкорках сознания, мигом выбрался наружу. – Можно понять меня, но какой резон в том тебе? – Старость подкралась ко мне незаметно, – разводя руки в стороны, как бы показывая на себя, проговорил Барбосса. – А говорят на твоем корабле смерть не грозит… – Моя команда не бессмертна, – опровергла слова Альвада, качая головой. – Только старость и может забрать тех, кто находится здесь. – И как я понимаю, не обязательно быть матросом, чтобы удача распространялась и на меня? – изогнув бровь, уточнил Гектор. Девушка хитро улыбнулась, понимая к чему клонит пират. – Добро пожаловать на борт Последней Песни, – с радушием произнесла она, отставляя напиток. – Будьте нашим гостем столько, сколько потребуется. Боцман проводит в вашу новую каюту… – Премного благодарен, капитан Си, – оголяя гнилые зубы изрек Барбосса, уже собираясь удалится, когда звонкий голос окликнул его. – А что на счет камня? Ты ведь хочешь получить его не меньше Джека или Уилла? Каково твое желание? – Вечность в море, – довольно ответил пират. – Без платы, без долгов и со вмеси прелестями пиратской жизни и, конечно, кораблем. Новая легенда… – Что ж, кажется, мы сможем найти общий язык, – проговорила Альвада, устремляя свой взор через стеклянный окна на стоящую в отдалении Черную Жемчужину.

***

Но спокойный сон больше не представился Альваде, она прокрутилась на холодной постели еще несколько часов, мучимая непонятным предчувствием беды, прежде чем, плюнув на все, вышла на палубу. Она не брала с собой ничего лишнего, только накинула штаны и собрала в привычных хвост волосы. Перевязь с оружием так и осталась лежать на сундуке. Теплый ветер развевал две короткие косички, увешанные мелкими бусинами и монетами, не сдерживаемые аляпистой банданой. Альвада подошла к часовому, получая отчет о том, что ночь прошла спокойно. Это радовало. Значит пока их перемещение не было засечено должниками Голландца. Но сколько осталось до того момента, пока и их корабли не покажутся на горизонте? Ведомые сделкой, они, как и сама Альвада, пусть и с трудом могут найти легендарный корабль на просторах. Исключение, конечно же составляли воды Мертвого моря. Но, Альвада была уверена, теперь они не отпустят просто так Черную Жемчужину, зная, что ради нее капитан Голландца использовал силу моря. А значит, варианта не оставалось. Нужно было следовать плану Уилла, притворяясь ничего не понимающей дурочкой, покуда камень не достанется Барбоссе, а она вновь сможет отправится в путешествия без конца и края. И конечно же, вызнать, где покоится сердце капитана… Если первыми его достанут должники, несдобровать будет всем. Летучий Голландец был полон скрытых тайников, что имитировали морскую фауну, и за каждым из них могло биться сердце. Перво–наперво, ей стоило поговорить с Прихлопом. В прошлый раз их разговор так не кстати прервали, на самом важном моменте. Возлюбленная капитана ждала его на берегу, не смея ступить на корабль, где живым не место. К ее собственному счастью, она была жива лишь от части. В голове так не вовремя всплыли воспоминания о прошлом.

***

– Отец!– ребенок спрыгнул с корабельного гнезда, бесстрашно скользя по влажному канату. Нежные детские руки, от долгих дней, проведенных на судне, загрубели, срываясь пересохшими мозолями до крови. – Альвада, – недовольный голос капитана Коракса Черного разнесся на палубе, вынуждая девочку содрогнутся. Ей было от силы 10 лет, женские черты еще не коснулись ее тела, преображая. – Сколько раз говорить, чтобы ты не забиралась одна так высоко? Девчушке не оставалось ничего, кроме как устремить взгляд себе под ноги. Стыд залил румянцем ее щеки, выдавая с головой. – Я просто хотела увидеть, куда уходят души, – жалостливо протянул ребенок, поднимая налившиеся слезами глаза. И разве могло сердце отца не дрогнуть в след за первой скатившейся каплей? – Я знаю милая, но это очень опасно для тебя, – смягчаясь проговорил седовласый мужчина, чье лицо даже старость не испортила. Яркие желто– медовые глаза всегда внимательно следили за всем происходящем на корабле. Без его ведома ни один матрос не смел сделать и шагу. Но все его влияние и мощь пропадали ровно в тот момент, когда озорная девчонка поднималась из капитанской каюты на палубу, чтобы разглядеть край горизонта. И вот уже почти 10 лет капитан не чувствовал себя одиноким, взяв на себя обязанности за воспитание найденного в море младенца, чья воля к жизни не дала Кораксу отправить ее за горизонт, вместе с остальными душами умерших. – Завтра мы выйдем в водах Каспийского моря, – поделился мужчина информацией, смотря как загораются азартом зеленые глаза ребенка. Ей редко удавалось увидеть реальную землю, не на картах, что было вдоволь в кабинете отца, а своими собственными глазами. Она отчетливо помнила лишь два последних раза, когда вместе со странными людьми, ходила по суше, которая, к удивлению, не качалась как корабль, чтобы приобрести вещи себе на вырост. Отец никогда не скупился на оплату, да и с чего бы скупиться? Сколько кораблей потонуло в бескрайних морях с ценным грузом: золотом да серебром, и не сосчитать. Один сундук с лихвой оплачивал любые трудности моряков в общении с маленькой девочкой. И никто из них не смел перечить воле капитана Летучего Голландца – себе дороже. – Я хочу, чтобы ты купила себе одежду. Быть может, ты захочешь приобрести еще что– то. За последние 4 года мир, наверное, не сильно изменился. Тебя проведет капитан Махди Сальваре, мы встретим его не далеко от Шираза. Он надежный человек, тебе нечего бояться… – Так я ничего и не боюсь, – гордо вскинув голову, воспротивился ребенок, готовый хоть сейчас доказать свою правоту. – Тигран сказал, что мое мастерство владением клинком стало намного выше, и я даже смогла победить его… – Честно? – прищурив глаза спросил отец, и без этого зная ответ. Боцман держал перед ним отчет о всех успехах и неудачах молодой разбойницы. – Не совсем, – скривившись, проговорила Альвада. Конечно, в честном бою, выстоять против огромного мужчины, руки которого были соизмеримы с ее телом, было бы сложно. Но вся команда обучала ребенка мастерству жизни в море. Все они были прокляты и посланы судьбой сюда в услужение, и мало радости на корабле, что перевозит мертвые души. А потому идея оставить живого ребенка стала для них отдушиной. Кому–то Альвада напоминала собственных отпрысков, для кого–то стала способом скрасить бесконечно долгую службу, в дали от земли, женщин и рома – последнее капитан Летучего Голландца особенно не любил. Ром не мог опьянить мертвецов, а потому лишний раз прерывать свои обязанности, и идти в ближайший порт, ради пополнения его запасов, не было смысла. В прочем, это касалось не только воды, но и еды. Но с появлением ребенка смысла стала куда больше. Теперь раз в месяц они встречались с одним из идущих в новый свет кораблей, забирая под чистую весь провиант. А раз в несколько лет совершали путешествие к земным берегам, которые особенно нравились пиратам. Там, на собственное жалование, уговаривали живых морских волков доставить им на корабль побольше бочек с ромом и другими припасами. Диковинные сладости, свежие фрукты, которыми они щедро делились с девчушкой. И женщины, покуда ребенок, под присмотром давнего знакомого капитана, шел бродить по улицам города, выбирая что–то для себя. Знакомый капитана, что уже не первый раз помогал, не рисковал привести на себя и свою флотилию гнев Летучего Голландца, в оба следя за непоседливой Альвадой, пока корабль ее отца покачивался в отдалении, навевая страх и ужас на местных жителей. Так продолжалось 20 лет, не малый срок, но что он значил для проклятых душ? Они пронеслись словно один день. И однажды капитан пришел к своему повзрослевшему ребенку, что более не нуждался в столь частом присмотре с предложением. Он видел, как Альваду манили неизведанные воды, земная твердь и общение больше, чем могли дать старые моряки. Он предложил сделать то, чего сам страшился – подписать договор между Голландцем и Альвадой, скрепя их союз вечностью. Если бы отец знал, до чего доведет его желание защитить, быть может он бы сотню раз передумал, но тогда это казалось единственно верным решением, особенно, после одного случая…

***

– Корабли на горизонте!– крик заставил Альваду прийти в себя, смотря туда, куда указывал часовой. И вправду, на горизонте вновь показалась мощная флотилия, что неспешно двигалась на них, в предрассветной дымке. Черные паруса развивались как знамя смерти. И Альвада бросилась в кубрик, тут же поднимая заспанных моряков. – Живо! Подъем! – расталкивала она стариков, заставляя резво вскочить на ноги, натягивая первые попавшиеся под руку вещи. Не дожидаясь, когда матросы высыпят на палубу, она перехватила чадящий в кубрике фонарь, чтобы привлечь внимание Голландца и Жемчужины. Им срочно нужно было уходить. – Капитан, три вспышки с Последней Песни! – воравшись в капитанские каюты, на разных кораблях, докладывали боцманы. Джек и Уилл стремглав метнулись на корму, чтобы в отдалении и вправду заметить вражеские суда. – Готовься к бою! – скомандовал Джек, пока Уилл на Летучем Голландце уже вставал за штурвал, принимая решение о немедленном погружении. Паника объяла Воробья, стоило ему заметить как его собственный корабль медленно и неотвратимо погружается в морскую пучину, пока испуганные матросы вываливают на палубу. – Что? Опять? – взмолился Пинтел, вызывая вопросительное выражение в лице Джека Воробья. – Что значит опять? – договорить он в прочем не успел, резво хватаясь за один из канатов, когда волна накрыла его и остальную команду с головой. Паника и смирение смешались в одном стакане – неужели ему было суждено вновь стать капитаном, чтобы в тот же день пойти ко дну? Но удача, благосклонная к пирату, не собиралась поворачиваться к нему спиной, и уже через несколько мгновений он почувствовал, как мощный рывок заставил Черную Жемчужину вырваться из смертельных объятий на божий свет. Солнце высоко светило над горизонтом, и Джек непонимающе смотрел на знакомый берег – дважды смертельный удел – одинокий остров. В тот же миг, рядом с Жемчужиной показалась Последняя песнь, а следом и сам Летучий Голландец – виновник всех его бед. – Ты меня утопить решил! – разматывая канат с руки, кричал капитану Голландца Воробей, тыкая пальцем, унизанным перстнем. – Или в третий раз сбросить там? Мы вроде не об этом договаривались! – Что он говорит? – непонимающе проговорил Уилл Тернер, смотря на нервные копошения Джека.  – Материт тебя, – пожав плечами, усмехнулся Прихлоп, положив руку на плечо сына. Альвада с нескрываемым удовольствием наблюдала за матерящимся пиратом, который стоял мокрым с ног до головы. В прочем, она была не лучше, как и ее команда, но им к такому было не привыкать. Однако, кое–кто на ее корабле, не был рад подобному утреннему омовению. – Чертовщина! – восклицал Барбосса, выжимая свой сюртук. Он только что вышел из каюты, которую отдала ему в распоряжение Альвада. Это же надо представить?! Он спокойно спал, никого не трогал, и тут водный поток захлестнул его – ни вдохнуть, ни выдохнуть. Одна радость – ему было ведомо о подобных перемещениях Голландца, и в панику впадать не имело смысла. – Он хоть бы предупреждал о таком! – Доброе утро! – с улыбкой поприветствовала девушка гостя, смотря с высоты капитанского мостика. Она спокойно передала штурвал Люку, оставляя команду самостоятельно разбираться с затоплением. Живот крутило, а значит пришло время для завтрака. К несчастью, большая часть запасов была испорчена морской водой, но удачное стечение обстоятельств оставляли достаточно вяленного мяса в бочках, и некоторых фруктов, которые команда успела прикупить на Тортуге в отсутствие капитанши. – Пойдемте, время завтрака. На Жемчужине дела обстояли не так радужно. От их провианта остались только воспоминания да бочки с ромом. И команда вновь недовольно поглядывала на Джека, припоминая все последние неудачи, словно именно он был их виновником. – Да, я снова ваш капитан, – услужливо отвечал на немые вопросы пиратов Воробей, проходя меж выстроенных в ряд моряков. – Нет, Барбосса больше не будет руководить Жемчужиной. И да, наш дорогой Уилл, снова плавает вместе с нами, потому что мы преследуем единую цель… – Нет! – резко обернувшись воскликнул капитан, – Я не знал о таком способе перемещения, а вот вы знали, могли и меня предупредить… – Но Джек, – попытался успокоить пирата мистер Гиббс, видя, как команда, не понимающая смысла в новом плавании, готова была разорвать мужчину на куски. – Куда мы плывем? Команде интересен более существенный мотив… – Ах, да, – спохватился Воробей, поднимая палец в воздух. – Там будем много золота и возможность обрести бессмертие. Он заговорчески посмотрел на морских волков, подмигивая. И команда, ведомая жаждой наживы и вечной свободы, быстро сменила свое настроение на более радужное. – Джек, – голос Уилла, заставил Воробья выпрямиться, и с радушием обернутся на гостя. – Ты в порядке? – Конечно, цыпа, – нервно усмехнувшись ответил мужчина, приглаживая воротник рубашки капитана Голландца, – Только в следующий раз предупреждай, ладно? – Ах, да, конечно, – озабочено откликнулся молодой пират, и вправду забывший, что для простых людей подобные перемещения не малый стресс. – Прости, Джек.. – Прощаю, – тут же радостно откликнулся тот, выпуская мужчину из рук. – Так что мы забыли в этих краях? – Решил, что оставить здесь Барбоссу будет не плохим вариантом, тем более, что все равно нужно было уходить от погони… – А почему не дать бой? – Потому что они бессмертны, а вот вы нет… – Резонно, – отметил Воробей поглаживая бородку, – Ну, что ж, где наш друг? – Он разве не с тобой? – Я думал он с тобой? И мужчины вопросительно переглянувшись, уставились на Последнюю песнь, подходящую для пересадки.

***

Барбосса, с непростительно довольным видом, спустился по трапам на Жемчужину. К глубокому недовольству Воробья, вызывая у команды бурный подъем эмоций. – Что?  Что такое? – возмутился капитан, размахивая руками, – предатель на борту – не больше… – Так ли, Джек? В отличии от вас, я наш уговор не нарушаю, – стрельнув глазами в замершего Тернера пробасил Барбосса. – Так скажите, почему мы очутились здесь, а не на пути в Атлантику? Альвада тенью скользнула из–за спины Гектора, плюхаясь на одну из стоящих рядом пушек. Она успела нацепить пояс с оружием, перестраховываясь и свою излюбленную широкополую шляпу. За завтраком с Барбоссой они успели обсудить место их высадки, пока Джек разбирался с командой и Уиллом. – Потому что ты нам больше не нужен, – пожав плечами изрек Воробей, со снисходительной улыбкой смотря на старого врага. – Мы, как и велит Кодекс, дадим тебе пистолет и одну пулю… Эти слова вызвали недовольство у команды, но Джек быстро шикнув на них, вновь вернул свой взор на Гектора. – Так ведь, Уилли? – уточник Воробей, расплываясь в довольной улыбке от слов друга. – Прости, Барбосса, но карта, компас у нас есть, – покачал головой Тернер, не желая, конечно, столь печальной участи для мужчины, но обстоятельства вынуждали. – А ты можешь все испортить… – А как же твое обещание? – оскалился бывший капитан Жемчужины, – Я ведь помог найти тебе Джека… – Разве ты забыл? У пиратов верность не в чести, особенно своим словам, – расхохотался Джек, переиначивая слова сказанные Барбоссой ранее. – Спустить шлюпку, и выдать нашему дорогому Гектору пистолет! – Он никуда не пойдет, – прервала его Альвада, до этого молча наблюдавшая за пререканиями мужчин. – Потому что он гость на Последней Песни, и только я имею право решать кому оставаться на моем корабле, а кому нет. Джек за секунду успел поменять с десяток выражений, останавливаясь на глубоком презрении. – Что? – изумился Тернер, смотря на Альваду. – Что? – тут же повторила за ним девушка, разводя руки в стороны. – Мне казалось, у вас нерушимый союз, вот я и подумала – раз вы смогли найти выход с моим договором, то он остается… – Зачем? Он же пират, – возмутился Тернер, прежде чем сам понял, что ляпнул. – Сам–то лучше? – приподняв бровь задала вопрос Альвада. – Тем более, что мы на удивление смогли найти общий язык. Барбосса радушно улыбнулся, смотря на хозяйку Последней песни. – Общий язык? С кем? С ним?! – Джек был явно обескуражен, этот предатель смог очаровать прелестницу. Как же так старый простофиля смог его обойти? – Золотце, а у тебя со зрением все хорошо? Для пущей убедительности он несколько раз помахал перед глазами капитанши, прежде чем громко прошипев, отошел назад, когда дама взвела курок и дуло пистолета оказалось меж глаз. – Я понимаю, всю радость вашей с Джеком встречи, – перевела тему на более насущную Альвада, обращаясь к Уиллу. И слова ее показались мужчине наполненными странным смыслом. – Но, когда там уже подойдет время взымать с меня долг? Осталась неделя… Не думаю, что следует тянуть, учитывая сегодняшнее происшествие у Тортуги… – Сегодня, – сказал, как отрезал, Ульям, мигом перемещаясь обратно на свой корабль. Вся команда Голландца с непониманием смотрела на своего капитана, что вместо привычной рутины заперся в каюте, не самыми лестными словами припоминая Джека, Альваду и Барбоссу…