chapter seven.

Феликс проснулся оттого, что кто-то осторожно касался его лица. Он открыл глаза и тут же зажмурился — свет из окна бил по глазам нещадно. Голова гудела, во рту было сухо, а тело... тело болело. Каждая мышца, каждый сустав. -осторожно, не вставай резко - раздался низкий голос где-то рядом. Феликс проморгался, пытаясь сфокусировать взгляд. Над ним стоял Хёнджин — уже одетый в светлые брюки и свободную рубашку, с чашкой кофе в руках. Выглядел он отдохнувшим и, кажется, довольным. -где я? - хрипло спросил Феликс, садясь на кровати. Простыня сползла, и он увидел своё тело. Синяки на запястьях. Следы на шее. На бёдрах. Он замер, пытаясь вспомнить, что произошло. -в моём номере - спокойно ответил Хёнджин, протягивая ему воду -выпей. полегчает. Феликс послушно сделал глоток, потом ещё один. В голове начали всплывать обрывки: вино, поцелуи, жёсткие руки, боль... но всё было как в тумане, смазанное, нечёткое. -что... что мы делали? — спросил он, краснея -то, чего ты хотел - Хёнджин присел на край кровати, внимательно глядя на него. -не бойся. всё было хорошо. ты сам согласился. -я плохо помню... -это нормально - Хёнджин провёл рукой по его волосам, убирая пряди со лба. Жест был неожиданно нежным, контрастирующим с тем, что Феликс видел на своём теле -как ты себя чувствуешь? -голова болит... и тело ломит - признался Феликс. Он поднял руки, рассматривая синяки на запястьях. -это ты сделал? -я - без тени смущения ответил Хёнджин. -прости. я предупреждал Феликс промолчал. Странное чувство разрывало его изнутри: вроде бы должно быть страшно, но почему-то не было. Рядом с Хёнджином было спокойно. Даже после такой ночи. -пойдём завтракать? - предложил Хёнджин, вставая -тебе нужно поесть. а потом... поговорим. Они вышли в коридор, и Феликс старался идти ровно, хотя бёдра ныли при каждом шаге. Хёнджин шёл рядом, касаясь его спины рукой — поддерживая или контролируя, непонятно. И тут, на повороте к лифтам, они столкнулись с ней. Мама Феликса выходила из своего номера с пляжной сумкой и замерла, увидев сына. И мужчину рядом с ним. Взгляд женщины метнулся от лица Феликса к лицу Хёнджина, потом вниз, на его руку, лежащую на спине сына. -феликс? - голос мамы звучал удивлённо. -ты где был? мы с папой стучались к тебе, а тебя не было! Сердце Феликса ушло в пятки. Он лихорадочно соображал, что сказать. -мам, я... я встал пораньше - выпалил он первое, что пришло в голову -решил пойти позавтракать пораньше, а потом... потом мы с другом решили съездить в центр Бангкока. погулять, по магазинам. вот.. - он кивнул на Хёнджина -это Хёнджин. мой... друг... Мама перевела взгляд на Хёнджина. Тот улыбнулся своей сдержанной, но располагающей улыбкой. -здравствуйте. я Хван Хёнджин. мы вчера познакомились на пляже. феликс очень хотел посмотреть город, а я здесь часто бываю по работе, вот и вызвался показать. вы не против, если мы проведём день вместе? обещаю вернуть его целым и невредимым к вечеру) Мама колебалась. Она явно чувствовала какой-то подвох, но внешность Хёнджина — идеальные черты лица, уверенные манеры, дорогая одежда — говорили в его пользу. -ну... хорошо - неуверенно сказала она. -только будьте осторожны. и ликс, надень что-нибудь с длинным рукавом, а то сгоришь на солнце, у тебя кожа нежная. Феликс внутренне содрогнулся, представив свои синяки под коротким рукавом. -хорошо, мам - кивнул он -мы сейчас позавтракаем и поедем. Мама ещё раз окинула их взглядом и пошла к лифту. Когда дверь закрылась, Феликс выдохнул и прислонился к стене. -боже, я чуть не умер. -неплохо выкрутился) - усмехнулся Хёнджин. -особенно про друга. идём, друг.) завтракать. ____________________________________ В номере Хёнджина Феликс снова растерялся. -мне не в чем идти - сказал он, оглядывая свою вчерашнюю одежду, помятую и, кажется, порванную на рубашке. -я дам тебе свою - Хёнджин уже открывал шкаф. -мы примерно одного размера. только ты пониже. Он бросил на кровать чёрную футболку и свободные льняные штаны. -переодевайся. я пока закажу такси. Феликс взял одежду и зашёл в ванную. Он разделся, встал перед зеркалом и замер. Его тело было испещрено следами: синяки на запястьях, на бёдрах, укусы на плечах, красные полосы на рёбрах. Он провёл пальцами по самому большому синему пятну на талии и вздрогнул — воспоминания не приходили, но тело помнило. Дверь ванной тихо открылась. Феликс обернулся и вскрикнул от неожиданности — Хёнджин стоял на пороге и смотрел на него. Смотрел жадно, раздевая взглядом, хотя Феликс и так был голым. -Хён! - воскликнул он, прикрываясь руками. -я же переодеваюсь! -я вижу - голос Хёнджина стал ниже, темнее. Он шагнул внутрь, закрывая за собой дверь. -не прячься. ты красивый. особенно вот так... со следами Он подошёл вплотную, и Феликс замер, чувствуя жар его тела. Хёнджин протянул руку, провёл пальцами по синему пятну на талии — нежно, едва касаясь. -больно? -немного - выдохнул Феликс. -прости - прошептал Хёнджин и вдруг наклонился, касаясь губами того же места. Поцелуй был лёгким, почти невесомым. Потом второй, чуть выше. Третий — на ключице. Хёнджин поднимался выше, целуя каждый синяк, каждую отметину, оставленную им прошлой ночью. Феликс застонал, запрокидывая голову. Руки сами потянулись к плечам Хёнджина, вцепились в ткань рубашки. -хён... Хёнджин добрался до его губ и поцеловал. Совсем иначе, чем прошлой ночью — нежно, тягуче, медленно. Язык скользнул в рот, переплетаясь с его языком, исследуя, даря, а не требуя. Феликс таял в этом поцелуе, забывая, где он и что происходит. Руки Хёнджина гладили его спину, сжимали ягодицы, притягивали ближе. -я хочу тебя снова - выдохнул Хёнджин в его губы. -но сейчас нет времени. такси уже ждёт. -ммм... - Феликс открыл глаза, мутные от желания -вечером? -вечером - пообещал Хёнджин и поцеловал его в шею, прямо в тёмный засос, оставленный вчера. -одевайся. и побыстрее, а то я передумаю. ___________________________________ Бангкок встретил их шумом, запахами и невыносимой жарой. Хёнджин вёл Феликса по узким улочкам, показывая скрытые от туристов места: маленькие храмы, где не было толп, кафе с лучшим тайским чаем, лавочки с местными сладостями. Феликс шёл и чувствовал, как тает напряжение последних дней. С Хёнджином было легко. Он не задавал лишних вопросов, не требовал объяснений, просто был рядом. Иногда брал за руку, когда переходили дорогу. Иногда обнимал со спины, показывая что-то в витрине. И Феликс ловил себя на том, что улыбается, не переставая. -стой здесь - сказал Хёнджин, отступая на несколько шагов и доставая телефон. -ты чего? -фотографирую. ты очень фотогеничный) Феликс смутился, но позировал послушно. Хёнджин щёлкал его на фоне граффити, на фоне храмов, на фоне уличных торговцев с фруктами. Иногда ловил его врасплох, когда тот смеялся или поправлял волосы. И каждый раз улыбался, глядя на экран. -покажешь? - просил Феликс. -потом. всё равно все себе оставлю. -а это вообще законно? - засмеялся Феликс. -фотографировать людей без спроса? -ты не просто люди - Хёнджин убрал телефон -ты мой сегодняшний гид и модель. Шопинг был спонтанным. Хёнджин затащил Феликса в какой-то местный бутик с льняной одеждой и заставил примерить всё, что попадалось под руку. -идет - кивал он. - и это тоже бери -хён, я не могу, это дорого... -я плачу - отрезал Хёнджин -считай это компенсацией за синяки. Феликс покраснел, но спорить не стал. К обеду они выбились из сил и зашли в небольшой ресторан на крыше, откуда открывался вид на город. Сидели близко друг к другу, пили холодный чай и ели острый том-ям. Феликс обжигался, но не мог остановиться. -спасибо тебе за сегодня - сказал он, откладывая ложку. -рад, что тебе нравится - Хёнджин смотрел на него с непонятным выражением. -и знаешь... - Феликс замялся, потом полез в пакет с покупками и достал оттуда коробку -это тебе -мне? - удивился Хёнджин -открой В коробке лежали тёмно-синие джинсы, которые Феликс тайком купил, пока Хёнджин рассматривал что-то в другой лавке. Дорогие, качественные, идеального размера — он запомнил, когда Хёнджин мерил похожие в магазине. -зачем? - голос Хёнджина дрогнул. -извиниться - Феликс опустил глаза. -за ту ситуацию в кафе в первую встречу. я хотел, чтобы у тебя осталось что-то хорошее обо мне. а не только... ну, ты понял. Хёнджин молчал долго. Потом взял джинсы, провёл рукой по ткани, поднял глаза на Феликса. В них было что-то, чего Феликс не мог расшифровать: удивление? нежность? страх? -спасибо - сказал он наконец, и голос его звучал хрипло Он наклонился и поцеловал Феликса в лоб. Просто, легко, но от этого жеста у Феликса защемило сердце. -пойдем - сказал Хёнджин, вставая. -нам ещё много чего надо успеть) Вечер наступил слишком быстро. Они вернулись в отель, когда солнце уже садилось за горизонт, окрашивая небо в розовый. Хёнджин провёл Феликса на пляж -феликс - Хёнджин стоял позади, не касаясь, но Феликс чувствовал его присутствие каждой клеткой. -я должен тебе кое-что сказать. -что? - феликс обернулся. -завтра я улетаю. в Сеул. Сердце Феликса ухнуло вниз. Он замер, не веря. -завтра? - переспросил он тихо. -планы поменялись. делегация возвращается раньше. я должен их сопровождать. и у меня как раз командировка заканчивается - голос Хёнджина был ровным, но в глазах мелькнуло что-то, похожее на сожаление. Феликс отвернулся, чтобы не показывать, как ему больно. Он знал, что это всего лишь курортный роман. Знал, что ничего серьёзного. Но почему тогда внутри всё разрывается? -я понял - сказал он, стараясь, чтобы голос не дрожал. -ну что ж... удачного полёта. -Феликс - Хёнджин взял его за плечи, развернул к себе. -не делай такое лицо. -какое? -грустное. я не хочу, чтобы ты грустил из-за меня. -а какое мне делать? - Феликс поднял глаза, и в них блестели слёзы. -ты уезжаешь. а я... я даже не знаю, увидимся ли мы когда-нибудь. -хочешь прощальный вечер? — вдруг спросил Хёнджин. -что?.. -прощальный вечер. у меня в номере. К как вчера, но без вина. только ты и я. Феликс замер, обдумывая. Вчера было больно, но сегодня... сегодня он хотел этого. Хотел запомнить Хёнджина, запомнить каждое прикосновение, потому что больше, возможно, не будет. -хорошо - кивнул он -только без переодеваний. Хёнджин усмехнулся. -без переодеваний. обещаю. __________________________________ В номере Хёнджина было темно, только свет от луны лился через панорамное окно. Феликс стоял у стекла, глядя на чёрный океан, и ждал. Сердце колотилось где-то в горле. Хёнджин подошёл со спины, обнял, прижимая к себе. Его губы коснулись затылка, потом спустились ниже, к шее. -ты дрожишь - прошептал он. -холодно - соврал Феликс. -врёшь. Хёнджин развернул его к себе. В полумраке его глаза блестели, как у хищника. Он смотрел на Феликса долго, изучающе, а потом впился в его губы поцелуем. Это был не тот нежный поцелуй из ванной. Это было жадное, голодное нападение. Хёнджин смял его губы, кусая, втягивая, заставляя открыться. Язык ворвался в рот, властный и требовательный, сплетаясь с языком Феликса, дразня, доминируя. Феликс застонал, вцепившись в его плечи, и Хёнджин воспользовался моментом, чтобы углубить поцелуй. Он целовал так, будто хотел выпить его до дна. Будто это последний раз в жизни. Руки его блуждали по телу Феликса, сжимая ягодицы, проводя по спине, зарываясь в волосы и оттягивая голову назад, открывая шею для новых поцелуев. -хён.. - выдохнул Феликс, когда тот оторвался от его губ, чтобы впиться в шею. -молчи - приказал Хёнджин, и голос его вибрировал от желания -просто чувствуй. Он снова поцеловал, жестче, почти грубо, прикусывая нижнюю губу Феликса до боли, до крови, и тут же зализывая ранку языком. Феликс таял, терял ориентацию в пространстве, чувствуя только эти губы, эти руки, это тело, прижимающее его к стеклу. Хёнджин оторвался от его рта и посмотрел в глаза. Взгляд был тяжёлым, тёмным, ненасытным. -ты хочешь меня? - спросил он хрипло. -да.. - выдохнул Феликс, не узнавая свой голос. -тогда не жалуйся потом. И он снова набросился на его губы, увлекая вглубь комнаты, к кровати. Феликс падал, тонул, горел в этом поцелуе, и это было лучше, чем любой алкоголь. Гораздо лучше. Позже, когда всё закончилось, Феликс лежал на груди Хёнджина, слушая его сердце. Тело ныло, губы опухли, но внутри было тепло и пусто одновременно. -мне пора - прошептал он. -знаю - Хёнджин поцеловал его в макушку. Феликс оделся в темноте, не включая свет. У двери обернулся. Хёнджин сидел на кровати, голый, освещённый луной, и смотрел на него. -пока - сказал Феликс. -пока. Дверь закрылась. Феликс шёл по коридору и чувствовал, как по щекам текут слёзы. Он не знал, почему плачет. От счастья, что это было? От горя, что это кончилось? Или от страха, что он никогда больше не увидит этого человека? В своём номере Феликс рухнул на кровать и уставился в потолок. Сон не шёл. Мысли крутились вокруг одного: "Завтра он уедет". Он перебирал в памяти каждый момент их короткого знакомства: столкновение в лобби, мороженое на пляже, гидроцикл, вчерашнюю ночь, сегодняшний день... и последний поцелуй. Горько-сладкий, как прощание. Феликс не заметил, как уснул под утро, с мокрым лицом и разбитым сердцем. А Хёнджин не спал. Он сидел в кресле у окна, с бокалом виски, и смотрел на океан. В голове был хаос. Феликс... этот мальчик с веснушками и ямочками на щеках... Хёнджин не планировал ничего такого. Он просто хотел расслабиться, снять стресс после тяжёлой работы. Феликс был идеальным кандидатом: красивый, наивный, доступный. Но почему тогда сейчас внутри что-то ноет? Почему хочется разбудить Минхо посреди ночи и попросить новый билет? Почему хочется остаться? Хёнджин сделал глоток виски и усмехнулся своим мыслям. Глупо. Он не создан для отношений. Его жизнь — работа, опасность, бесконечные перелёты. А Феликс... Феликс — это солнечный зайчик, который случайно заскочил в его тёмную комнату. Такие не задерживаются. Таких нельзя держать — они сгорают. Он использовал его как антистресс. Так проще думать. Так правильнее. Но почему тогда так паршиво на душе? Хёнджин допил виски и закрыл глаза. Завтра самолёт. Послезавтра работа. А Феликс останется здесь, в Тайланде, с родителями, с этим дурацким морем и своими веснушками. И, возможно, через неделю забудет его имя. Так будет лучше. Для них обоих. Он почти убедил себя в этом. Почти. Но перед глазами всё равно стояли карие глаза, полные слёз, и тихое: "Пока".