Часть 4

Белый туман укутывал всё вокруг настолько плотно, что не было видно даже собственных рук. Вэнь Жохань не понимал, куда попал. Мир вокруг казался бесконечно пустым: только белизна, густая и вязкая, словно живая. Единственное, что он ощущал ясно — холодную воду под ногами. Он был босым, иначе не чувствовал бы, как неприятный мокрый песок цепляется за ступни. Каждый шаг вызывал раздражение, хотелось остановиться, но почему-то стоять на месте казалось ещё хуже. Он не знал, сколько времени уже идёт. Минуты, часы — всё смешалось. Пространство будто искажалось, а чувство времени растворялось вместе с этим бесконечным белым маревом. С каждым шагом раздражение росло всё сильнее. В какой-то момент Жохань уже был готов выругаться вслух и просто разрубить этот проклятый туман, как внезапно что-то резко дёрнуло его вниз. Из воды вырвались чёрные щупальца и мгновенно обвили его ноги выше колен. Туман вокруг стал ещё гуще, тяжелее, словно сгущаясь над ним. Жохань выругался и попытался призвать меч, но ничего не произошло. Ни духовный отклик, ни привычное ощущение оружия рядом. Он попытался вырваться самостоятельно, но сделал только хуже. Щупальца сжались сильнее, больно впиваясь в кожу, и начали быстрее утягивать его вниз. Холодная вода поднялась сначала к поясу, затем к груди. Вэнь стиснул зубы, продолжая бороться, хотя уже понимал — силы будто исчезают вместе с духовной энергией. Когда вода дошла до шеи, щупальца обвили его лицо, болезненно сдавливая рот и лоб. Дышать стало тяжело. Туман над головой будто окончательно закрыл небо, оставляя его одного в этой вязкой темноте. И именно тогда, когда Жохань впервые допустил мысль, что выбраться уже не получится, хватка вдруг ослабла. Щупальца медленно отступили. Жохань резко вдохнул воздух, но не успел даже понять, что произошло, как яркий свет ударил ему прямо в глаза. — Господин Вэнь. Знакомый голос прозвучал неожиданно близко. Щупальца окончательно исчезли под водой, отпуская его, хотя тело всё ещё оставалось погружённым почти по грудь. Перед ним стоял человек, окружённый мягким золотым свечением. Белые волосы словно растворялись в свете, украшения у висков тихо переливались, а наброшенное на предплечья пибо напоминало крылья. Белые одежды мягко колыхались, несмотря на отсутствие ветра, делая фигуру перед ним почти нереальной. На мгновение Жоханю показалось, что перед ним действительно стоит небожитель. Он не успел толком разглядеть лицо, только лёгкую улыбку, от которой почему-то перехватило дыхание. — Жохань. Только тогда он понял, что стоит перед ним Лань Цижэнь. Символичные облака украшали безупречно белое ханьфу, лобная лента лежала идеально ровно, а взгляд… слишком мягкий для человека, которого Жохань привык видеть напряжённым и раздражённым рядом с собой. От этого выражения лица его внезапно бросило в жар. — Что же ты делаешь? — с непониманием спросил Цижэнь, прикрывая часть лица рукавом и глядя вниз на Вэня. Ответа не последовало. Жохань просто смотрел на него, будто забыл, как говорить. Очнулся он лишь тогда, когда Цижэнь слегка склонил голову набок и нахмурился. Это почему-то показалось почти неправильным. Жоханю совсем не хотелось видеть его хмурым. Даже во сне. — Я… — начал он и тут же запнулся. Растерянно оглянувшись, он заметил неподалёку большой камень и лениво облокотился на него, словно всё происходящее было абсолютно нормальным. — Я решил искупаться, — самоуверенно произнёс он, вскинув подбородок. — В болоте? — Цижэнь тихо хмыкнул и прищурился. Жохань с самым серьёзным видом кивнул и даже приподнял бровь, будто приглашая присоединиться. Лицо Ланя тут же тронула откровенная гримаса отвращения, и он сразу отстранился. — И в клановых одеждах. Несколько мгновений Цижэнь просто смотрел на человека перед собой, явно пытаясь понять, действительно ли тот настолько… своеобразный. Затем тяжело вздохнул и потёр переносицу. Без тени злости в голосе, он произнес. — Болван. Рука Цижэня потянулась вперёд и коснулась его лба. В то же мгновение золотое свечение окутало тело Жоханя, вытягивая его из воды. Поверхность под ногами стала твёрдой, позволяя спокойно стоять, больше не проваливаясь в темноту под собой. Жохань же вместо благодарности просто смотрел. Он не обиделся на оскорбление. Напротив — был почти готов благодарить за то, что Цижэнь перестал обращаться к нему официально. И уж точно не ожидал, что тот снова коснётся его лба, но уже осторожнее, с лёгкой улыбкой и глазами цвета расплавленного золота, наполненными такой нежностью, что у Жоханя внутри всё болезненно сжалось. В этот момент ему хотелось только одного, податься вперёд, обнять его и больше никогда не отпускать, остаться рядом навсегда, не позволяя этому странному свету исчезнуть. Но, к огромному сожалению Вэня, картина перед глазами начала расплываться. Свет дрогнул, туман вновь стал гуще, а фигура Цижэня постепенно растворилась, будто её никогда и не было. Вэнь Жохань проснулся от тяжёлого звона колоколов, разносившегося по ордену и оповещающего о подъёме. Звук неприятно отдавался в голове, его словно насильно выдернули из слишком глубокого сна. Он медленно открыл глаза, несколько мгновений просто смотря в потолок, не сразу понимая, где заканчивается сон и начинается реальность. Голова гудела от долгого сна, а мысли путались, цепляясь лишь за один образ. — Ангел… — едва слышно прошептал он, закрывая лицо руками и тяжело выдыхая. Раздражение смешалось с досадой. Уже три года этот образ не покидал его мысли. Три года один и тот же силуэт появлялся в его голове, будто насмешка или проклятие, каждый раз заставляя чувствовать странную пустоту после пробуждения. Ангел был воплощением всего, чего Жохань хотел так отчаянно и так долго. Жохань медленно убрал руки от лица и прикрыл глаза, вновь вспоминая золотой взгляд и осторожное прикосновение ко лбу. Даже во сне Цижэнь казался недосягаемым, слишком чистым для такого человека, как он.

***

Занятие по энергии Инь выдалось на удивление интересным. Возвращаясь в свои покои, чтобы оставить письменные принадлежности и позже отправиться на тренировку по стрельбе из лука, Лань Цижэнь невольно погрузился в размышления. Лекция заставила его задуматься о вещах, которые прежде казались совершенно недопустимыми. Ему подробно объяснили, что тёмная энергия разрушает заклинателя изнутри, постепенно подтачивая тело и разум. Именно поэтому большинство практиков предпочитали даже не приближаться к подобным знаниям. Но что, если проблема заключалась лишь в количестве? Что, если использовать её осторожно, совсем понемногу? Разве нельзя обратить такую силу во благо? Например, как ещё один способ усмирять лютых мертвецов? Чем больше он размышлял, тем сильнее эта мысль цеплялась за сознание. Она казалась опасной, почти кощунственной, но вместе с тем удивительно логичной. Цижэнь настолько увлёкся собственными рассуждениями, что едва не столкнулся с человеком впереди. — О чём задумались, Лань Цижэнь? Услышав знакомый голос, он поспешно поднял голову. Перед ним стоял Вэнь Жохань, заложив руки за спину и улыбаясь так беззаботно, словно ему вовсе не приходилось заботиться о делах ордена. На одной щеке появилась небольшая ямочка, отчего улыбка выглядела неожиданно живой. На мгновение Цижэнь замер, сам не понимая почему. Его взгляд задержался на лице собеседника дольше положенного, после чего он поспешно отвёл глаза и поклонился в знак приветствия. — Вэнь Жохань. Подняв голову, он заметил, что волосы наследника сегодня выглядели непривычно растрёпанными, будто тот недавно проснулся или не потрудился привести себя в полный порядок. Однако указывать на это Цижэнь не стал. — Уж точно не о вас. Слова вырвались прежде, чем он успел подумать. Осознав сказанное, Цижэнь тут же прикрыл рот рукавом и мысленно проклял собственный язык. Впрочем, Жохань лишь рассмеялся, нисколько не обидевшись. — Хорошо, как скажете, Цижэнь, — произнёс он с ещё более широкой улыбкой. Лань подозрительно прищурился. Подобная реакция казалась ему слишком странной. Но этот взгляд неожиданно напомнил Жоханю недавний сон: золотые глаза, мягкое свечение и лёгкий прищур, направленный только на него. От воспоминания наследник Вэнь на мгновение выпал из разговора, просто любуясь знакомым выражением лица. — У меня для вас есть новость, — наконец произнёс он. — Я как раз собирался отправить за вами адепта, но встретил вас сам. В этот момент он жестом подозвал стоявшего неподалёку Чжунлю. — Мы с Чжунлю сегодня отправляемся на задание. Вы идёте с нами. Он сказал это так, словно вопрос уже был решён и никаких возражений не предполагалось. Однако возражать Цижэнь и не собирался. Напротив, его глаза заметно оживились. За месяцы, проведённые в Цишане, ему порядком надоели стены чужого ордена, бесконечные занятия и однообразный распорядок. Возможность наконец выбраться наружу казалась настоящим подарком. — Когда мы отправляемся? — Сегодня. Изначально мы собирались выехать через полчаса, но решили, что будет лучше дождаться окончания занятия по стрельбе из лука. Улыбка вновь появилась на лице Жоханя, и на этот раз Цижэнь не стал задумываться о её причинах. — Благодарю за известие. Поклонившись, он продолжил путь к своим покоям, мысленно перебирая возможные варианты задания. А за его спиной Жохань ещё некоторое время смотрел ему вслед, прежде чем наконец перевести взгляд на ожидающего Чжунлю.  Занятия в тот день тянулись мучительно долго. Казалось, солнце застыло на одном месте, а стрелы летели медленнее обычного. Однако, несмотря на нетерпение, Лань Цижэнь быстро осваивал новые техники, чем заслужил одобрительный кивок наставника. Как только урок закончился, он вежливо поблагодарил учителя за наставления и почти сразу направился в свои покои. Нужно было собрать всё необходимое для предстоящей поездки. Жохань предупредил, что они будут ждать его перед главной резиденцией ордена. Сборы заняли совсем немного времени. Цижэнь не любил брать лишнего, поэтому вскоре уже быстрым шагом направлялся к месту встречи. Там его действительно ожидали Вэнь Жохань и Вэнь Чжунлю. Старший ученик стоял привычно спокойно, а наследник Вэнь выглядел так, словно собирался не на задание, а на прогулку. — Вэнь Жохань, Вэнь Чжунлю, — произнёс Цижэнь, подходя ближе и кланяясь. Лица обоих сразу тронули лёгкие улыбки. Во время полёта Жохань подробно объяснил ситуацию. По его словам выходило, что избавиться от нечисти будет не слишком сложно, именно поэтому на задание отправились всего трое. Тварь, на которую им предстояло охотиться, обладала способностью создавать галлюцинации. Она заставляла людей видеть самых дорогих им существ, причём зачастую в мучениях и боли. Поддавшись видениям, жертвы сами уходили за нечистью в её логово. А там их ожидала жестокая смерть. По рассказам местных жителей, найденные тела были настолько изуродованы, что родственники порой не могли их опознать. Городок находился недалеко от земель Цишаня, поэтому добрались они лишь немногим позже обеда. Солнце всё ещё стояло высоко, когда троица приземлилась возле главной улицы и направилась искать постоялый двор. — Приветствую дорогих небожителей! — радушно воскликнул хозяин двора, поспешно выходя из-за стойки. Цижэнь мысленно вздохнул. Многие простые люди не видели особой разницы между заклинателями и небожителями, называя даже обычных мечников богами. Некоторые заклинатели старались пресекать подобное обращение, другие же принимали его с удовольствием. — Нам три комнаты, хозяин, — лениво бросил Жохань, усаживаясь за стол в трапезной части двора. Хозяин торопливо закивал и отправил своих дочерей готовить комнаты. После этого он поинтересовался насчёт еды. Вэнь Жохань и Чжунлю ответили коротко и даже не посмотрели на него. Лишь Цижэнь, как того требовало воспитание, поблагодарил мужчину за заботу. После чего бросил недовольный взгляд на обоих Вэней. Когда перед ними поставили вино и лёгкие закуски, Цижэнь сразу перешёл к делу. — Есть план действий? Жохань сделал вид, будто серьёзно задумался, а затем просто пожал плечами. Лань медленно выдохнул. Ему всегда казалось, что наследник Вэнь относится к подобным вещам куда ответственнее. Сейчас же создавалось впечатление, будто тот полагается исключительно на удачу и собственную силу. — Для начала нужно поговорить с жителями, — предложил Цижэнь. — Затем расспросить души погибших. Он не взял с собой гуцинь, но маленькая сяо всегда находилась при нём. Конечно, её возможности уступали возможностям гуциня, однако для общения с духами этого должно было хватить. Вдруг Цижэнь задумался ещё об одной детали. По рассказам выходило, что тварь уже убила немало людей. Тогда почему на задание отправились всего трое? Да, все они были сильнее многих молодых заклинателей и даже некоторых глав небольших орденов. Но это ещё не означало победу. — Вэнь Жохань, если эта нечисть настолько опасна, почему нас только трое? — Потому что этого достаточно, — спокойно ответил Чжунлю. — Мы уже сталкивались с подобными существами раньше, — добавил Жохань. — Не стоит беспокоиться. Ответ совершенно не удовлетворил Цижэня. Наоборот, он лишь сильнее нахмурился. Если они действительно раньше побеждали таких тварей, то насколько же сильны эти двое? — Вэнь Жохань, вы что-то недоговариваете. — Лань Цижэнь, вам не о чем волноваться. Мы справимся. Эти слова нисколько его не успокоили. Но дальнейшие расспросы всё равно ничего бы не дали, поэтому он решил пока довериться своим спутникам. Оставшуюся часть дня они посвятили сбору информации. Однако разговоры с жителями почти ничего не дали. Все рассказывали одно и то же: странные видения, исчезновения людей, крики по ночам и найденные позже тела. Практически слово в слово то, что Жохань рассказал ещё во время полёта. Поняв, что новых сведений они не получат, Цижэнь обратился к одному из местных мужчин и попросил показать дорогу к открытой поляне за пределами деревни. Выслушав подробные объяснения, он поблагодарил собеседника и направился в указанную сторону. Поляна оказалась окружена мёртвыми деревьями. Их почерневшие ветви тянулись к небу, словно иссохшие руки утопленников, а на самом высоком дереве всё ещё держался единственный сгнивший плод. Он покачивался на ветру, каким-то образом не падая, несмотря на то, что давно должен был рассыпаться. От одного взгляда на это место становилось не по себе. Она не напоминала ту, что обычно оставляли после себя лютые мертвецы или сильная нечисть. Эта энергия казалась липкой, вязкой и удушающей. Она словно цеплялась за одежду и кожу, пытаясь проникнуть глубже. Трое заклинателей стояли молча, наблюдая за тем, как ветер раскачивает сухие ветви. Никто не спешил первым приближаться к этому месту. Время постепенно клонилось к вечеру. Солнце уже почти скрылось за горизонтом, окрашивая небо в тёмно-красные оттенки. В сгущающихся сумерках поляна выглядела ещё более зловещей, словно сама тьма стекалась сюда со всех сторон. Лань Цижэнь медленно выдохнул, пытаясь привести мысли в порядок. Что-то в этом месте тревожило его сильнее, чем хотелось признавать. Он чувствовал опасность, но не мог понять её источник. Заметив его замешательство, Жохань решил заговорить первым. — Это место выглядит опасным. По-хорошему нужно выяснить, откуда здесь такая энергия, но для начала стоит расспросить души погибших.—Он ещё раз окинул взглядом мрачную поляну и продолжил: — Лань Цижэнь, давайте отойдём отсюда. Наверняка поблизости найдётся место получше. Цижэнь кивнул и перевёл взгляд на Жоханя. На мгновение его губ коснулась лёгкая улыбка благодарности. Жохань почувствовал совершенно неуместное желание сжечь всё вокруг дотла. Эти деревья, эту поляну, эту проклятую нечисть и весь мир заодно. Потому что видеть улыбку Цижэня было опасно. Настолько опасно, что никакая тварь поблизости не могла сравниться с этим чувством. К счастью, наследник Вэнь уже давно научился скрывать подобные мысли. Поэтому внешне он остался совершенно спокойным. Тем временем Цижэнь вышел вперёд, намереваясь обойти поляну по кругу. Однако далеко идти не пришлось. Чуть в стороне он заметил крупный камень, возле которого почти не ощущалось тяжёлой энергии. Не говоря ни слова, Лань направился туда, а Жохань и Чжунлю последовали за ним. Устроившись на камне, Цижэнь достал сяо. Белые пальцы легко скользнули по инструменту, прежде чем тот коснулся его губ. В следующее мгновение над поляной разлилась тихая мелодия. Звуки флейты были чистыми и спокойными. Они мягко растекались по вечернему воздуху, проникая между деревьями и растворяясь в сгущающихся сумерках. Казалось, сама атмосфера вокруг стала немного легче. «Кто ты?» Мелодия резко оборвалась, как только рядом с Цижэнем появился голубоватый клубок света. Он завис в воздухе, едва заметно покачиваясь. Пальцы Ланя привычно легли на отверстия сяо, и он сыграл короткую последовательность нот, задавая первый из трёх главных вопросов, которым его обучали в Гусу. «Бродяга». Душа ответила не словами, а лёгким движением ветра, заставившим мелодию сложиться в нужный аккорд. «Какое твоё имя?» На этот раз ответ последовал не сразу. «Гао Ши». «Как ты умер?» После третьего вопроса воцарилась тишина. Цижэнь терпеливо ждал. Он прекрасно знал, что для многих душ воспоминания о смерти были самыми тяжёлыми. Одни забывали последние мгновения из-за пережитого ужаса, другие намеренно избегали этих воспоминаний даже после смерти. Голубой клубок беспокойно дрогнул и несколько раз заметался из стороны в сторону, словно пытаясь собраться с силами. Наконец мелодия вновь зазвучала. «Я спал, когда ко мне подошёл щенок» Цижэнь слегка нахмурился, но не перебивал. «Он выглядел голодным. Мне стало его жалко, поэтому я поделился с ним едой. Много дать не мог, потому что и сам едва находил пропитание. Но щенок не ел. Он просто смотрел на меня, не отрывая взгляда» Клубок света задрожал. «Сначала я решил, что мешаю ему, и поднялся, чтобы уйти. Но он пошёл следом. Мы шли долго. Очень долго. Пока не оказались в безлюдном месте. Недалеко от нашей деревни была заброшенная местность, которую все называли Призрачной. На самом деле добраться туда было совсем не сложно» Мелодия снова оборвалась. «Тогда щенок начал расти» Голубоватое свечение души дрогнуло сильнее прежнего. «Он превратился в огромного зверя. Я не успел ничего сделать. Тварь бросилась на меня и сломала мне ногу. Пока я кричал от боли, зверь начал меняться. Его тело вытянулось, шерсть исчезла, и вскоре передо мной стоял человек» Снова тишина. «Дальше я помню только боль. Нестерпимую боль. Он содрал с меня кожу заживо и всё это время улыбался. Помню лишь его улыбку… и то, что человеческая форма была полупрозрачной, словно состояла из тумана» Последние звуки растворились в вечернем воздухе. Голубой клубок света ещё немного повисел рядом с Цижэнем, после чего медленно рассеялся. Лань опустил сяо. Сомнения вновь начали терзать его разум. Тварь принимала облик животного, могла превращаться в человека и обладала способностью создавать видения. Чем больше Цижэнь размышлял над этим, тем меньше ему нравилась сложившаяся картина. Из раздумий его вырвал внезапный холод. Он пронзил тело настолько резко, будто кто-то приложил лёд прямо к позвоночнику. Цижэнь невольно вздрогнул и поднял голову.