Срыв

Немного приходя в себя, Хизаши медленно встал с кровати и поплёлся в сторону кухни. Подойдя к кувшину, он налил себе полный стакан воды и за пару глотков осушил его, наконец смочив пересохшее горло. Вернув стакан на место, он рухнул на диван. Сердце всё ещё бешено стучало, отказываясь успокаиваться, а на шее всё ещё ощущались прикосновения рук Немури. — Прости меня, Нем… — прошептал он, закрыв глаза и прикоснувшись рукой к своей шее, где его касалась Каяма. — И ты прости, если сможешь, Оборо… — он положил руки себе на плечи и просидел так минуту или две, потеряв счёт времени. Через некоторое время дыхание наконец успокоилось, и он смог спокойно выдохнуть. — Как же я устал… — вырвалось у него вслух. — Сколько я ещё смогу продолжать…? — думал он, возвращаясь обратно в кровать. Заснуть снова Ямада, конечно, уже не смог. Оставшиеся часы, отведённые для сна, он провёл бесцельно, смотря в потолок и слушая музыку из своего плейлиста. В 7:00 прозвенел будильник, и нужно было собираться на работу в UA. Тело просто отказывалось подниматься. Он не спал нормально уже несколько дней подряд. Ямада не хотел использовать снотворное, считая, что справится сам, но, кажется, он уже начинал жалеть об этом. Сделав невероятное усилие над собой, он всё-таки смог поднять себя и приступить к утренней рутине. В зеркале в ванной, как и всегда, его встретил вечно уставший незнакомец, который выглядел ещё хуже, чем вчерашним утром. Хизаши всегда ругал Шоту за внешний вид и всё время пытался привести его в порядок, но сам не заметил, во что стал превращаться. Он даже забыл побриться вчера. Проделав привычный утренний ритуал, он вышел из ванной и пошёл в кухню, где закинул в себя пару тостов и выпил наспех заваренный кофе. Просто чтобы не умереть от недосыпа прямо в UA. Сделав укладку, макияж и надев геройский костюм, он попытался улыбнуться себе в зеркале, стоящем в коридоре, но вышло криво. — Плевать, — подумал он и вышел из квартиры, закрыв за собой дверь. До UA он добрался быстро и, использовав свой пропуск, вошёл в школу. Гул разговоров сразу же ударил по ушам. Обычно шум его никогда не раздражал, но в последнее время ужасно хотелось тишины. Раздался звонок, и Мик распахнул дверь в класс. Дети встали и поприветствовали его. — Здравствуйте, дорогие мои слушатели, сегодня у нас с вами очередной урок английского! Надеюсь, все подготовили домашнее задание? — пытался выдавливать из себя жизнерадостность Ямада и живо жестикулировать. Он присел за свой стол, и урок начался относительно хорошо. Мик начал объяснять новую тему, хоть и запинаясь, иногда теряя ход мыслей, но он справлялся. Пока к доске не вышла девочка Охару. У неё всегда были проблемы с английским, и до 3 класса геройского факультета она так и не смогла его подтянуть. — Давай, Охару, это задание для средней школы, ты справишься. — сказал Хизаши, наблюдая за ней. Девочка стояла у доски с мелом в трясущейся руке, и по её взгляду было понятно, что с этим заданием она определённо не справится. — В чём проблема? Ты не знаешь, что такое Present Perfect? — тяжело вздохнул он. Молчание. — Охару, не молчи. — уже начиная раздражаться, сказал он. Девочка начала трястись, но всё так же молчала. Прошло несколько минут, молчание с обеих сторон наполнило класс. Мик старался не взорваться, но терпение было уже на исходе. — Охару! — треснул он по столу. Девочка вздрогнула, но взгляд всё так же упирался в пол. — Ты не можешь сделать даже этого? Я даю тебе самые простые задания, а ты даже их выполнить не можешь! — Мик говорил, еле сдерживая причуду, которая вот-вот хотела вырваться наружу. Ученица сжалась и, кажется, готова была расплакаться, но Хизаши был настолько зол, что не замечал этого. — Я же объяснял это кучу раз, а ты даже не пытаешься стараться! Из глаз девочки потекли слёзы, она отчаянно старалась их скрыть, смотря куда-то в пол. И Ямада наконец заметил, что наделал, и ему сразу же захотелось провалиться сквозь землю. — Охару… — он замолчал на несколько секунд, и в классе воцарилась полная тишина. Хизаши в оцепенении смотрел на неё, пытаясь осознать, что только что натворил. — Прости, прости меня… Я не хотел. — сказал он сквозь появившийся в горле ком, отчаянно сжимая руку в кулак. Девочка всё ещё стояла у доски, стараясь даже не дышать. — Можешь садиться. — выдохнул он. Охару села, и Мик осмотрел класс. Некоторые смотрели на него в ужасе, другие старались отводить взгляд. — Ладно, давайте продолжим урок. — сказал он, стараясь не смотреть на пострадавшую девочку. Урок продолжился, но никто в классе не смел сказать и слова. Спустя 15 минут прозвенел спасительный звонок, и дети потихоньку стали выходить из класса. Мик смотрел, как Охару быстро скидывает свои вещи в рюкзак и выходит вместе с остальными. Он смотрел ей вслед, но подойти так и не решился. Просидев в пустом классе несколько минут и пялясь в одну точку, он почувствовал, как его начало трясти и начали подступать рвотные позывы. Он быстро выбежал из класса и забежал в туалет. Скривившись над унитазом, он чувствовал, как из него выходит весь его завтрак и как жалобно сжимается желудок. Опираясь руками в холодный фарфор, он простоял так ещё несколько минут, пытаясь отдышаться. Наконец, выйдя из кабинки, он подошёл к раковине и плеснул себе в лицо холодной водой. Вода помогла немного прийти в себя, и он смог взглянуть себе в лицо. На него смотрел человек с глазами, полными отчаяния и боли, с трясущимися руками и растрёпанной после инцидента в туалете укладкой. — Какой кошмар… — сказал он сам себе. — Нельзя, чтобы кто-то увидел меня в таком виде.