Глава 3

- Где я прокололся?

- Нигде. Но никто не обращался с Касом так, как ты.

- И то, как ты говорил об Армагеддоне.

- То есть?

- У нас свой, личный опыт - так злятся, только когда речь идет о твоих близких.

Габриэля резко накрывает болью, кровью и глубоким одиночеством. Разум Локи подобен лабиринту из кривых зеркал - из каждого на него смотрит отличное от реальности, деформированное изображение. Из зеркал на него смотрят разные облики Локи. Где-то он зловеще ухмыляется, где-то - плачет, в другом зеркале он и вовсе синий и красноглазый... Габриэль решительно прищуривает искристые золотые глаза и старательно принюхивается. Если на зрение он полагаться не может, значит, придётся полагаться на другие органы чувств.

***

Стив рассказывает о своей новой реальности. О людях - знакомых и не знакомых, о тех, кого спустя столько лет не может назвать незнакомцами. Он плачет долгие несколько часов. Баки всё это время просто тихо сидит рядом, не предпринимая никаких действий ни для его успокоения, ни для чего другого - просто молча сидит и смотрит ему в глаза, внимательно слушая и никак не комментируя происходящее. - Я мёртв, - резко произносит Баки, когда Стив только-только успокаивается. - И тебе придётся меня отпустить. Стив сглатывает комок в горле и чувствует физическую боль в груди. - Я не могу. - Тебе придётся. Я хочу освободиться. Стив в недоумении хмурится. - Но я тебя не держу... - Держишь. Иначе мы не были бы здесь. Баки Барнс мёртв, а я не могу уйти, пока ты меня насильно удерживаешь. Стив Роджерс резко отшатывается в испуге. - Так ты не настоящий... - он недоверчиво рассматривает фигурку бывшего лучшего друга. - Но тогда кто ты? Существо с лицом и телом Баки Барнса грустно ухмыляется. - Я - лишь твоё воображение. То, каким ты запомнил Джеймса Бьюкенена Барнса. Я - его копия, сотворённая из твоей памяти. Стив растерянно рассматривает фигуру друга. - Но зачем? Кому это нужно? Что я должен сделать, чтобы выбраться? - А ты хочешь? - мужчина с любопытством поворачивается к нему. - Только представь - ты мог бы жить здесь вечно! Твоя мать была бы жива, я вновь стал бы твоим лучшим другом... - Ты не Баки. - резко прерывает его Стив, поднимаясь с кровати и вставая напротив него. - Баки Барнс никогда не предложил бы мне такого варианта. Тот на минуту замолкает. - Верно, - темноволосый парень пристально смотрит Стиву в глаза. - Но я ведь не он. - Не он. Баки мёртв последние семьдесят лет. Но спасибо, что напомнил. Разъярённый Стив отворачивается от искусственного друга, раздражённо наматывая круги по тесной комнатке. - Так как мне уйти? Я понял, осознал - Баки мёртв и мне не стоит о нём скорбеть. Но что дальше? Псевдо-Баки лишь смотрит сквозь него. - Конечно. Естественно. Значит, выберусь сам. И Стив Роджерс решительно хлопает дверью квартиры. Копия Баки Барнса задумчиво смотрит в стену, оставаясь сидеть на кровати Стива.

***

Габриэль красочно ругается, врезаясь в зеркало пятый раз за последние десять минут. - Да чтоб тебя! Зачем тебе такая защита? Нет, я ещё стараюсь! Мог бы просто разбить тут всё вдребезги, но нет же! Из зеркала напротив на него скорбно смотрит ребёнок с яркими зелёными глазами. - Да ты издеваешься! - почти что рычит архангел, но ребёнка всё же не трогает. - А, черт бы тебя побрал! Весь процесс погружения в сознание полубога занимает у Габриэля около двух часов. Когда он наконец вываливается из зеркального лабиринта, то выглядит так, будто пришёл после драки - лицо красное, волосы взъерошенны и о прежнем лоске напоминают исключительно золотистые глаза. Он раздражённо оглядывается назад, видя в зеркале лишь собственное потрёпанное отображение, раздражённо щёлкает пальцами (ужасно вредная, но эффектная привычка) и мгновенно приводит себя в порядок. Он отворачивается обратно, оставляя зеркала позади. Перед Габриэлем предстаёт куда более просторное помещение, но он достаточно быстро понимает, что происходящее перед ним - воспоминание.

***

Локи истощён, опустошён и голоден. Внешне он напоминает скорее скелет, чем аса, а уж тем более йотуна - он и на человека то сейчас похож крайне отдалённо. Когда-то блестящая копна чернильных локонов свисает вокруг обескровленного лица жирными, спутанными паклями; королевские одежды давно превратились в лохмотья; взгляд, преисполненный гордости и уверенности, теперь совсем потух. Искалеченный и обессиленный полубог раскинулся на каменном полу посреди маленькой, тёмной камеры. Над ним склонилось нечто, внешним видом напоминающее Габриэлю скорее неудачный эксперимент из области пластической хирургии, чем живое существо. Лицо неопознанного объекта плоское, глаза больше напоминают узкие щёлочки; волосы на голове тонкие, растрёпанные и абсолютно белые. Выглядит незнакомец откровенно отвратительно. Растянутого на полу Локи, правда, это сейчас явно волнует в последнюю очередь. - Почему ты сопротивляешься? - с неописуемым любопытством шипит Существо, надавливая ботинком на грудь избитого полубога. - Тебя там не ждут, не любят и не хотят - зачем ты их защищаешь? Локи не отвечает, хрипы из его гортани свидетельствуют об отчаянных попытках не задохнуться окончательно. - Маленький, обиженный йотун, - издевательски продолжает Существо. - Думаешь, они тебя за это поблагодарят? Думаешь, ты сможешь нас остановить? Локи едва шевелится. Рука, потянувшаяся к горлу, опадает обратно на пол. - Ничего, - Существо отступает, почти довольно рассматривая бессознательное тело на полу. - Осталось немного. Ты уже почти готов. С этими словами Оно медленно выходит из комнаты, запирая решетчатую дверь на тяжелый, блестящий механизм. Габриэль задумчиво выдыхает. Прищурившись, он рассматривает дверь, после чего решительно шагает сквозь видение памяти. Он оказывается в другой, гораздо более просторной комнате. На этот раз вокруг гораздо больше разных существ. Все они отличаются друг от друга - в углу он замечает рыжеволосую, но полностью зелёную девушку (Габриэль с интересом подходит поближе, вглядываясь в тонкие, серебристые узоры на молодом лице), рядом с ней - что-то синее и роботизированное. И гораздо злее. Остальные в комнате тоже выглядят весьма... неординарно, но взгляд Габриэля привлекает центральный персонаж. Он крупнее всех остальных. У (по видимости) мужчины фиолетовая кожа, по текстуре напоминающая что-то среднее между человеческой и искусственной. Сам он выше остальных раза в полтора. Глаза - чистого, васильково-синего оттенка, довольно рассматривают пленника, стоящего перед ним на коленях. Локи выглядит намного хуже, чем в предыдущем воспоминании. На этот раз он просто похож на скелет - но его, кажется, приодели. И расчесали. Однако, даже относительно опрятный вид не может скрыть многочисленные повреждения, нанесённые ему в процессе... Пыток. Чем бы то ни было. Габриэль рассматривает Локи внимательнее. Глаза у полубога практически безжизненные и яркий зелёный цвет заменил тусклый серо-голубой оттенок. - Мой сын, - обращается Фиолетовый к тому плосколицому существу, - ты справился на отлично. Он готов к миссии. - Благодарю, - довольно шипит плосколицый. Габриэль кривится в отвращении. И вот с этими уродами ему предстоит иметь дело? Да он с радостью.

***

Наташа и Клинт не успевают переступить порог кабинета, как Ник Фьюри набрасывается на них в приступе неконтролируемой ярости. - Я многое могу понять, агенты, - шипит директор Щ.И.Т.а, резко хлопнув тонкой папкой по рабочему столу. - Я понимаю, что Бартон только оправился от контроля над разумом. Я понимаю, мисс Романофф, что вы только что спасли город. Чего я не понимаю - почему о неопознанном, возможно всемогущим существе я узнаю от Старка?! Не от собственных агентов, а от консультанта! - В каком смысле, консультанта? - в недоумении хмурится Клинт, не обращая внимания на крик начальства. - Старк же член инициативы? Или я что-то путаю? - Он консультант. При первичном тестировании он был сочтён непригодным для состава инициативы Мстителей. Фьюри раздражённо хлопнул ладонью по поверхности рабочего стола. - Прекратить! Почему я узнаю о таких вещах от Старка, а не от вас?! Агенты смущённо потупились, хотя в исполнении Наташи смущение больше напоминало рассеянность, а Клинта - откровенное пренебрежение. - На данный момент существо по имени Габриэль доказало, что не представляет угрозы, - спокойно ответила Наташа, расслабленно облокотившись на стол. - Мы прибыли к вам сразу же, как только освободились, директор. - Вот! - Фьюри поднимает указательный палец, подчёркивая свои слова. - Именно. На данный момент. Что, если он вдруг передумает? Вы хотите второе вторжение, агенты? Клинт хмурится, поджимая губы. - Нет, директор. Впредь такого не повторится. - Отлично. А теперь вон отсюда! Отчёты составьте в кабинетах. И быстро - я не намерен допрашивать очевидцев сам. - Вы же говорили, что вам сообщил Старк? - недоверчиво произносит Клинт, обернувшись к Фьюри уже в дверном проходе. - Не прикидывайтесь идиотом, агент Бартон. От Старка я дождусь разве что новых прозвищ и буду послан куда подальше, а не информации. А его ИИ взломать не получается с тех пор, как он вернулся из портала. Наташа фыркает и тянет Клинта прочь из кабинета. - Не провоцируй его, - разносится тихий шёпот по пустому коридору. - Пошли. Поговорим. Ненавижу отчёты... И двое агентов скрываются за углом. Никто не замечает тихой ряби в воздухе, прямо за дверью директорского кабинета. Малейшее колебание прекращается через пару секунд. - Интересно... - разносится тихий шёпот в тишине. После этого в коридоре вновь воцаряется тишина.

***

На этот раз Стив просыпается резко - складывается ощущение, будто до этого ему не давали дышать. Он подозрительно щурится. Из вчерашнего цикла он помнит допрос не-Баки и то, как он попытался выйти из квартиры. Попытался - потому что следующее, что он осознаёт - он вновь в собственной кровати и цикл перезапускается. На этот раз, однако, он сразу замечает отличия. Во первых, он не в своей квартире. Нет, на этот раз воспоминания куда ярче и конкретнее - он просыпается в лагере Лихай. Его комнатка совсем маленькая, военного образца - в помещении только узкая, металлическая кровать, раковина в углу и стул напротив. Его сумка с вещами первой необходимости небрежно брошена на стул, одежда - висит на спинке, а под подушкой он чувствует очертания небольшого блокнота для набросков. Стив любит рисовать и сейчас осознаёт, как давно этого не делал, но на данный момент у него есть проблемы посерьёзнее. Тихо садясь в постели, он пытается на слух определить время - судя по тишине, в лагере глубокая ночь. Его размышления прерывает тихий стук в дверь. Стив подскакивает, поспешно натягивая рубашку. Он бежит к двери, попутно мысленно перечисляя, кто бы мог зайти к нему в такое время. Настороженно заглядывая в глазок, он полушёпотом спрашивает, кто это. - Впустите меня пожалуйста, мистер Роджерс, - так же шёпотом раздаётся из-за двери с почти незаметным немецким акцентом. - Я просто хочу обсудить с вами ваше решение в последний раз. Стив сглатывает. Несмотря на прошедшее время с момента этого разговора, этот диалог отпечатался в его памяти навсегда. - Конечно, - неловко бормочет он, осторожно открывая дверь. Доктор, несмотря на позднее время, совершенно бодр - цепкие глаза внимательно его рассматривают. В какой-то момент Стиву даже кажется, что Эрскин рассматривает его душу. Через пару минут неловкого молчания Стив понимает, что доктор, кажется, ждёт от него вопроса. - Что-то случилось, доктор? - Нет, что вы. Ничего, что могло бы как-то повлиять на завтрашний эксперимент. - Прошу прощения, но тогда зачем вы здесь? Учёный слишка горько улыбается, аккуратно присаживаясь на койке рядом с ним. - Мне бы хотелось в последний раз убедиться, что я сделал правильный выбор. Стив сглатывает. Он не помнит этот разговор дословно, но что-то подсказывает ему, что этих фраз не было в изначальном сценарии. - Вы сомневаетесь во мне? - неуверенно спрашивает Стив, с опаской рассматривая Эрскина. - Я что-то сделал не так? - Нет, мой мальчик, - грустно какает головой врач, - дело, скорее, во мне. Я стал крайне недоверчивым после своей последней оплошности. Несмотря на то, что Стив ещё помнит историю прошлого Эрскина, он всё же задаёт этот вопрос повторно. - Я совершил большую ошибку, - задумчиво продолжает тот. - Я решил, что физические параметры человека важнее его внутренних качеств. И посмотри, к чему это привело! Ужасный результат. Ужасный... Стив настораживается. Он не совсем понимает, почему он попал именно в этот диалог, но у него начинают появляться подозрения. - Вы считаете, что я лучше подойду на эту роль? - О, безусловно, сейчас вы лучший кандидат из всех доступных. Я куда больше опасаюсь за то, справитесь ли вы с таким огромным грузом ответственности. Стив сглатывает. - Я не знаю, - беззвучно шепчет он. - Я, правда, не знаю. Боюсь, я могу вас подвести. - О, вы не подведёте меня, мистер Роджерс. Я не разочаруюсь в вас, уж поверьте. В любом случае, я скорее разочаруюсь сам в себе. - Я ведь не ваша ответственность. - резко обрывает его Стив, нервничая без особых на то причин. - Если я когда-нибудь собьюсь с пути... - А вы собьётесь? - Эрскин внезапно вскидывает голову и смотрит Стиву прямо в глаза. Тот сглатывает. - Я постараюсь остаться на верном пути. Но я... Я боюсь, что могу ошибиться. - О, мы все этого боимся, - беззаботно машет рукой доктор, наконец отводя от него пристальный взгляд. - Другое дело, воспротивишься ли ты, когда это произойдёт. А это, всенепременно, произойдёт. Эрскин вновь начинает рассматривать его сгорбленную фигуру, пока Стив медленно впадает в панику. - Зачем же вы выбрали меня? Если знали, что я не справлюсь? - Но я ведь не утверждаю, что ты не справишься! Просто людям с совестью всегда сложнее, чем остальным. Но я верю, мой дорогой мальчик, что когда придёт нужное время... - Какое время? - перебивает Стив, в ужасе наблюдая, как края комнаты медленно растворяются в тумане. - Этого мне знать не дано, мистер Роджерс. Помните - я в вас верю. Останьтесь, пожалуйста, прежде всего хорошим человеком. Героем вам быть вовсе не обязательно. Стив резко теряет сознание, пока перед глазами всё ещё расплывается силуэт обеспокоенного Эрскина.

***

Тони измотан. Он не спал с начала вторжения, не ел ничего кроме той шаурмы и кажется, начинает потихоньку сходить с ума. Пеппер всё ещё в пути и он с опаской ждёт её прибытия - он не думает, что его околосмертный опыт окажет на неё положительное влияние. Он работает сверхурочно даже по собственным меркам, но не может заставить себя остановиться. Брюс, кажется, иногда исчезает на несколько часов (видимо хоть кто-то из них всё же иногда спит), но Тони не слишком обращает внимание на присутствие другого учёного. Ему не хватает данных. Приходится импровизировать прямо на ходу - складывается ощущение, что прежде чем изобрести абсолютно новую технологию, ему придётся придумать и открыть ещё сотни других вещей. Он давно так не погружался - кажется, пока у него не появится ни одной дельной идеи, он не покинет лабораторию. Где-то по пути, он, кажется, посылает разозлённого Фьюри к чёрту и подальше с его же претензиями, но этого он практически не помнит. Тони сосредоточен. Он примерно набросал несколько простых, возможно работающих чертежей; всё это лишь приблизительно. Он мастерит что-то, отдалённо напоминающее первый дуговой реактор - технология проводника для энергии взаимствована непосредственно из первоисточника. Он рассеяно тянется за тонким, острым пинцетом... И внезапно обнаруживает, что кто-то вкладывает его ему прямо в протянутую руку. - Спасибо, Брюс, - рассеяно бормочет Тони себе под нос. Но Тони настораживается, когда ему отвечает лишь тишина. Он медленно поворачивается вправо и испуганно вскакивает на ноги. На лабораторном стуле всего в метре от него с комфортом устроился Габриэль, небрежно закинув ноги на поверхность соседнего рабочего стола. - Да ладно, я тут уже два часа сижу, - закатывает глаза архангел, метко забрасывая простой карандаш в стакан на другом конце стола. - Для гения ты поразительно ненаблюдателен. - Я думал, Брюс вернулся. - бурчит под нос Тони, вновь устраиваясь на стуле. Попутно он задевает несколько кусков металла и проволоки, и они с грохотом падают на пол. Тони ругается, проклиная себя, лабораторию и Габриэля (последний весело поднимает бровь, но молчит) наклоняется к опрокинутым вещам, но ударяется лбом о край стола. Габриэль саркастично ухмыляется, наблюдая за ещё более рассерженным миллиардером. Тот сердито сверлит архангела взглядом, но молчит. Габриэль раздраженно вздыхает. - Ты когда в последний раз спал? Насколько мне известно, человечество ещё не настолько эволюционировало, чтоб не нуждаться во сне. - Очень смешно, - кривится Тони, с кряхтением выпрямляясь. - Для тебя стараюсь, между прочим. - Иди и выспись. Я подожду. - Благодарю, ваше светлейшество, а теперь оставьте смертного дальше работать и идите... подальше. - Насколько подальше? - приторно улыбается архангел, с любопытством наклоняя голову набок. - Я бы с радостью... Габриэль бы и дальше продолжал издеваться над сонным и уставшим гением, если бы тот внезапно не пошатнулся. - Так, полегче, - Габриэль быстро подхватывает оседающего мужчину под руки (благо, рост последнего куда ближе к его собственному, чем Винчестеров - те ростом походили скорее на фонарные столбы) и удивительно аккуратно опускает ослабевшее тело на ближайший стул. - Я сейчас... - бормочет Тони почти бессознательно, явно пытаясь не уснуть. - Да-да, сейчас, сразу, уже. - раздражённо бормочет Габриэль, отступая на шаг и задумчиво рассматривая бессознательного гения. - Только потом. Архангел закусывает губу, вновь подхватывает Тони под руки и ругаясь переносит их в комнату повыше. Судя по обстановке, с комнатой он угадывает - минималистичный интерьер разбавлен одинокой фотографией Тони и незнакомой ему женщины, рядом с ним стоит нечто в стекле с надписью "Доказательство того, что у Тони Старка есть сердце". На сердце содержимое контейнера не похоже, но об этом Габриэль полюбопытствует позже. Щелчком пальцев спящий груз оказывается одет в простую пижаму, разложен на кровати и укрыт одеялом по подбородок. Габриэль критически рассматривает результат своих стараний, поджимает губы и всё же наклоняется над спящим, прикладывая ко лбу мужчины указательный и средний палец. Сконцентрировавшись, он начинает аккуратно исцелять обширные повреждения. Печень сильно истощена, он находит не до конца срощенные переломы ребёр, ноги и пальца на левой руке. Повреждены нервные окончания. Он убирает головную боль, которая обязательно появится от сильного истощения и удара о лабораторный стол; восполняет в организме питательные вещества и энергетический баланс. Габриэль настолько погружён в процесс, что совершенно не замечает, как в комнате появляется третий человек. От работы его отрывает резкий щелчок затвора, раздавшийся прямо за его затылком. Архангел напрягается. Пули его не убьют (уж точно не здешние), но ему совершенно не хочется лишний раз получать ненужные повреждения. - У вас есть минута, чтобы объяснить свои действия. - раздаётся у него за ухом спокойный, но твёрдый женский голос. Габриэль медленно поднимает руки ладонями вверх, осторожно оборачиваясь лицом к угрозе. Перед ним предстаёт женщина с фотографии, хотя в жизни она выглядит куда симпатичнее. На девушке серый деловой костюм, каблуки (высота которых вызывает подозрения в её человечности) и небольшой чёрный пистолет в руках. В глазах у неё нет ни капли сомнений. Габриэль очаровательно улыбается. - Вы меня не убьёте, - спокойно произносит архангел, попутно рассматривая противницу. - Не этим точно. Кроме того, я исцелил вашего... Мужа. Судя по выражению лица девушки, с "мужем" Габриэль поторопился. - Он не... - Ладно, не мужа. Любовника, - девушка морщится, явно не одобряя выбор слов. - Кем бы он вам не приходился. Он не спал несколько дней. И, кажется, не ел. Девушка сосредоточенно рассматривает архангела, прищурив светло-голубые глаза. - Кто вы? - Меня зовут Габриэль. - И что вы делали с Тони? - Спать его уложил! Сам не шёл, чуть не отрубился прям на полу. Пришлось притащить сюда, не бросать же его... на полу. Девушка поджимает губы, но осторожно отводит пистолет. - Я не буду на вас нападать, - напряжённо произносит она, не отрывая взгляда от Габриэля. - Но вы должны мне объяснения. - Ладно, хорошо. Так и быть. Поболтаем. Один вопрос - ты, собственно кто? Рыжие брови в недоумении приподнимаются, но девушка не комментирует его вопрос. - Меня зовут Пеппер. Я управляю компанией Тони. Габриэль слегка иронично и недоверчиво переводит взгляд на спящего миллиардера. Пеппер поджимает губы, принимая упрёк. - И я его девушка. И как только он проснётся, то выслушает всё, что я думаю о его героизме; никогда больше я не выключу звук на телефоне. Габриэль с лёгким восхищением наблюдает за вспышкой гнева и беспокойства, смешанного с нежностью. - Я не буду этому препятствовать. Но пока он спит... - Пока он спит, мы поговорим. Мне очень интересно узнать, кто вы и что тут произошло. - Всенепременно, моя госпожа, - галантно улыбается Габриэль, но на девушку это не производит никакого впечатления - кроме иронично поднятых бровей она никак не реагирует на почти интуитивный флирт архангела. Тот вздыхает, прищуриваясь, оценивает состояние Тони и, удовлетворившись результатом, отходит от кровати. - Сейчас с ним всё в порядке, - примирительно произносит архангел. - Но ему нужно спать. И есть. И пить, желательно что-то кроме кофе. Пеппер с грустью вздыхает, наблюдая за спящим. - Естественно, - смиренно бормочет она. - Пойдёмте, мистер Габриэль. Нам предстоит многое обсудить. Архангел выходит из комнаты вслед за ней. Тони продолжает спать, никак не реагируя на покинувших комнату посетителей.

***

Стив приходит в себя в воздухе. Конечно, это не первое, на что он обращает внимание - куда заметнее тот факт, что он буквально управляет самолётом. Самолёт резко дёргает, прежде чем Стив на автомате перехватывает управление. Ситуацию, правда, это не спасает, так как краем уха Стив слышит завывание ветра сквозь огромную дыру, пробитую, по видимому, Тессерактом. Он уже понял, что это очередное воспоминание. Он искренне надеется, что оно последнее. Выбора у него в любом случае нет. Либо он повторяет первоначальную цепочку событий, либо... Либо ему всё равно придётся это сделать. С энной попытки. Стив с болью слушает голос Пэгги, вновь обещая ей свидание, но на этот раз зная, чем это закончится. Чего никогда не будет, что произойдёт, что... Стив думает, что начинает немного понимать Тони. Словить ракету на плечи и лететь навстречу смерти. Вверх, подальше от мирного населения. Миг, на принятие решения. Представляя момент, когда того уносит в космос, а портал снизу быстро сужается... Он, кажется, понимает. Между ними есть одна большая разница - в отличии от него, Тони всё же гражданское лицо. Он никогда не служил и не хотел этого. Но в момент икс, решения, принятые им и Тони, абсолютно идентичны. Последствия... отличаются, но это, кажется, к лучшему. Стив думает, что мог бы попытаться быть менее осуждающим по отношению к младшему Старку. Как минимум, перестать искать в нём Говарда. Стив думает, что не знает, что бы сделал Говард в такой ситуации и кажется, уже никогда не узнает. И, наверное, не хочет. Пэгги впервые плачет, когда Стив разворачивает самолёт в противоположную сторону. Стив, кажется, тоже начинает плакать, хотя ком в горле мешает даже просто дышать. Он сглатывает. Зрение постепенно затуманивается от слёз и шока. Звук удара о лёд отдаётся у него в голове оглушительным грохотом. Вода заполняет всё вокруг - холодная, обжигающая. Прежде, чем лёгкие окончательно заполняются ледяной жидкостью, Стив теряет сознание от шока.

***

Габриэль дезориентирован. Удивительное чувство для архангела - и в первую секунду он с любопытством погружается в это ощущение с головой. Ему... непривычно. Он с любопытством оглядывается и внезапно испытывает второе человеческое чувство - удивление. Он в маленькой комнатке. Вокруг него все стены покрыты знакомыми символами. Если бы Габриэль не был уверен, что в данный момент находится в альтернативной вселенной, он бы поклялся, что снова очутился в Бункере Винчестеров. Вокруг тихо. Габриэль с интересом прикасается к разным поверхностям - кровати, столу, стенам и с удивлением обнаруживает, что испытывает абсолютно нормальные тактильные ощущения. Окружающее его помещение ощущается вполне реальным. Габриэль хмурится, закусывая губу. Может, попробовать выйти из комнаты? Он вскакивает с кровати и с нетерпением дёргает ручку двери. За дверью обычный коридор. Он почти с разочарованием рассматривает свою и соседние двери, обнаруживая там знакомые номерки. Приблизительно ориентируясь в пространстве бункера, он решает направится в основные помещения. По дороге в библиотеку он с любопытством осматривается, замечая, что кроме него в бункере никого не видно. Из интереса он заглядывает в комнаты Винчестеров, но не находит там ничего особенного (за исключением оружейной коллекции старшего, но это сейчас не совсем попадает в круг его первоочерёдных интересов), решая всё же больше не отвлекаться на побочное любопытство. В библиотеке тоже никого нет. Или ему так кажется - почему-то архангельская сверхчувствительность сейчас его подводит. Нет, в библиотеке всё-таки кто-то есть. В углу, спрятавшись в глубоком кожаном кресле, сидит вполне себе целый и невредимый Кастиэль. Габриэль аккуратно стучит по дверному косяку, не желая пугать расслабленного ангела и в этот момент понимает всю степень своих проблем. Кастиэль его не слышит. Более того, когда Габриэль быстрым шагом направляется к поглощённому книгой младшему брату, он понимает, что тот его ещё и не видит. Габриэль окончательно поддаётся человеческим эмоциям, хватаясь за волосы и опустошённо садясь рядом с Кастиэлем. Прямо на каменный пол. Габриэль перестаёт понимать, что происходит. Он с разочарованием смотрит на Кастиэля. Тот по прежнему поглощён содержимым таинственной литературы. Габриэль хмурится и подходит поближе, присматриваясь к обложке загадочного сборника... ...и громко ругается, читая название. "Антология Небес: отныне и навеки" Габриэль громко стонет пряча лицо в ладонях, когда Кастиэль внезапно настороженно дёргается. Габриэль замирает. Подождав несколько секунд, пока Кастиэль вновь успокаивается и возвращается к чтению, он вновь наклоняется над книгой. Изо всех сил сдерживая желание выругаться вновь, он смотрит как Кастиэль внимательно прослеживает пальцем текст на открытом развороте, где виднеется жирный заголовок: "Архангел IV: Габриэль". Внезапно происходящее обретает чуть больше смысла. Габриэлю грустно, потому что судя по всему в его мире его посчитали мёртвым, но он рад, что о нём вспоминают. Нахмурившись, Габриэль вновь пытается докричаться до ангела. Тот по прежнему никак не реагирует. Тогда Габриэль подключает воображение. После нескольких экспериментов выясняется, что хоть он и может прикасаться к материальным поверхностям, попытки брать их в руки или пытаться на них воздействовать требуют от него немыслимых усилий. Он на пробу пытается поцарапать поверхность стола. Слышно звук, но на самом столе остаётся только едва заметная полоса. Габриэль всё равно счастлив, так как Кастиэль быстро оборачивается в сторону звука повреждения. Он почти начинает восторженно хлопать в ладоши, но тут ангел резко поднимается во весь рост, мгновенно принимая боевую стойку, зажимая в руке серебристый клинок. - Кто здесь? Габриэль начинает интенсивно пытаться выцарапать на столе первую букву собственного имени, но это занимает у него неоправданно много времени. Он замечает брошенную Кастиэлем книгу и аккуратно шуршит страницами. Кастиэль вновь дергается. Прищурившись, он настороженно смотрит на едва заметно дёргающийся край страницы. Габриэль раздраженно рычит, резко дергая за угол листа и неаккуратно надрывая тонкий, полупрозрачный, желтоватый лист. Иронично, но случайно отрывается именно угол с заголовком. Кастиэль шокированно смотрит на планирующий на пол бумажный уголок и в ужасе восклицает: - Габриэль?! - Бинго!!! - орёт Габриэль прямо у него над ухом и ангел снова вздрагивает. Габриэль радостно заглядывает ему в лицо. - Габриэль? - уже более спокойно спрашивает Кастиэль и у архангела окончательно заканчивается терпение. Габриэль хватает брата за плечи и начинает трясти. Тот испуганно сжимается, но тоже пытается схватить брата в ответ. Не получается - Габриэль по прежнему невидимый, но и это не всё - для Кастиэля он почему-то ещё и нематериален. Сам он с трудом держится за складки бежевого плаща, ощущая в руках скорее нечто эфирное, чем материальное. - Габриэль, это ты? Кастиэль его по прежнему не слышит, но у Габриэля внезапно закладывает уши. Белый шум нарастает настолько, что он отпускает Кастиэля и с силой зажимает уши. Кажется, ещё немного и они начнут кровоточить. - Габриэль? Габриэль! Сквозь шум он еле-еле слышит крики брата, пока окончательно не теряет сознание. По-прежнему странное ощущение, но кажется, в его жизни в последнее время нет вообще ничего нормального.

***

...- Габриэль? Габриэль! Он приходит в себя, обнаруживая, что лежит на диване в гостиной башни Старка. Над ним слегка испуганно склонилась рыжеволосая девушка, ранее обнаружившая его в покоях Старка. - Прошу прощения, миледи, - Габриэль медленно садится, зажимая кончиками пальцев гудящие болью виски. - обычно я куда более внимателен. - С вами всё в порядке? - она заботливо протягивает ему стакан воды. - Может, приляжете обратно? - Нет-нет, я в порядке. - рассеяно отвечает архангел, отпивая воду. - Давайте продолжим. Девушка раздражённо вздыхает, но не перечит архангелу. - Итак, с начала: вы очнулись здесь, понимая, что попали в другую реальность... -. Именно. - И первым делом вы начали спасать людей? - Мне всегда говорили, что я слишком чело... эмпатичен для своего же блага. - Я бы сказала, что это комплимент. - Поверьте, автор этой фразы подразумевал противоположное. - Что ж... Его потеря. Итак, как вы встретились с Тони?