Вернутся к фанфику

Часть 11

19 апреля 2026, 00:36
Тео не спал. Он лежал на кровати в густой темноте гостевой комнаты, закинув руки за голову. Одеяло было отброшено в сторону — после ледяной магии Бэкки и липкого тумана Громестуса его собственное тело казалось ему раскаленным. На нем были только темные боксеры, а кожа всё еще сохраняла влажный блеск после недавнего горячего душа; капли воды медленно высыхали на рельефных мышцах живота и груди, оставляя едва заметные дорожки. Тихий, почти невесомый стук в дверь заставил его мгновенно напрячься. Химера слышал шаги Лиама по коридору еще до того, как тот занес руку для удара. Тео не стал спрашивать «кто там» — это было бы излишне. Он медленно поднялся с кровати, ощущая, как прохладный ночной воздух касается мокрой кожи, и бесшумно пересек комнату. Когда дверь распахнулась, Лиам, стоявший с подушкой в охапку и скомканным одеялом под мышкой, замер. В слабом свете коридора перед ним предстал Тео — полуобнаженный, с влажными, взъерошенными волосами и тяжелым, оценивающим взглядом. Его тело в полумраке казалось вылитым из бронзы, а капли воды на коже мерцали, как холодная ртуть. Тео оперся плечом о дверной косяк, ничуть не смущенный своим видом, и медленно окинул Лиама взглядом с ног до головы. Уголок его губ дернулся в привычной, едва уловимой усмешке. — Ну надо же, Данбар, — голос Тео прозвучал низко и с характерной хрипотцой. — Я, конечно, знал, что моё предложение пойти на бал тебя впечатлило, но не думал, что ты прибежишь исполнять супружеский долг прямо посреди ночи. Еще и со своим постельным бельем... Он прищурился, подмечая, как бешено колотится сердце беты и как тот судорожно сжимает подушку. Сарказм был его единственным способом не дать этой удушающей неловкости поглотить их обоих. — Входи уже, — Тео отступил вглубь комнаты, освобождая проход. — Только не вздумай пускать слюни на мои простыни, когда будешь представлять разочарованного Макколла. Ложись с краю и постарайся не выть — мне завтра еще нужно как-то объяснить твоим родителям, почему их сын решил сменить ориентацию пока все спали. Когда дверь распахнулась, Лиам замер, чувствуя, как его и без того взвинченное состояние дополняется острой вспышкой неловкости. Он ожидал увидеть Тео заспанным или раздраженным, но химера стоял перед ним полуобнаженным, с влажными после душа волосами, и капли воды медленно стекали по его груди, поблескивая в тусклом свете коридора. ​Лиам отвел взгляд, стараясь сосредоточиться на чем угодно, кроме рельефных мышц Рейкена. Его пальцы судорожно сжали подушку. Слушая колкое замечание Тео про «супружеский долг» и постельное белье, Лиам лишь сильнее стиснул зубы. Он привык к этому яду, он был его щитом, но сейчас, когда в голове всё еще крутились кадры из кошмара, язвительность Тео казалась почти спасительной — она была реальной, в отличие от тех теней, что преследовали его в собственной комнате. ​— Заткнись, Рейкен, — пробурчал Лиам, проскальзывая мимо него в комнату. ​Оказавшись внутри, он почувствовал, как его окутал запах мыла и чего-то хвойного. Здесь было прохладно, но это была не та мертвенная стужа Громестуса, а обычная свежесть ночного воздуха. Лиам бросил подушку на край кровати, но не спешил ложиться. Его взгляд упал на скомканную куртку Тео, брошенную на стул, и в памяти тут же всплыл тот обрывок бумаги с поляны. ​«Пойдешь со мной на бал?» ​Лиам вдруг замер, осознав то, о чем не успел подумать в пылу битвы. Тео хранил эту записку. Он её писал, подбирал слова, боялся отказа. И Лиам со своим внезапным предложением «составить компанию» мог просто разрушить чей-то чужой план. Он представил какую-нибудь девушку из школы — ту, которой Тео, возможно, симпатизировал эти четыре дня, пока Лиам был занят своими страхами. ​— Послушай, — Лиам заговорил тихо, усаживаясь на край матраса и не глядя на Тео, который уже устроился на своей стороне. — Насчет того, что я сказал там, в лесу... Ну, про бал. ​Он замялся, чувствуя, как лицо начинает гореть. ​— Та записка. Ты ведь писал её для кого-то конкретного, верно? Для какой-то девушки. — Лиам наконец поднял глаза на химеру. — Я не хочу занимать чьё-то место. Ты не обязан соглашаться на моё предложение только потому, что я оказался рядом в паршивый момент. ​Лиам натянул на себя край одеяла, чувствуя, как кровать слегка вибрирует от каждого движения Тео. ​— Попробуй сначала пригласить её. Ту, для кого это было написано. Если ты хотел пойти с ней, то сделай это. Я просто... я не хочу быть тем, из-за кого ты лишишься шанса на нормальное свидание. Моё предложение всё еще в силе, но только если она ответит «нет». Понимаешь? ​Он замолчал, вглядываясь в потолок. Сердце всё еще колотилось, напоминая о близости Скотта и завтрашнем дне, но теперь к этому примешивалось странное чувство выполненного долга. Лиам хотел быть честным. Он хотел, чтобы даже у химеры был шанс на что-то настоящее, прежде чем мир снова взорвется от очередного кризиса. ​Закрыв глаза, Лиам прислушался к ровному дыханию Тео. Напряжение в теле постепенно сменялось тяжелой, свинцовой усталостью, и впервые за эту бесконечную ночь кошмары начали отступать, не выдерживая соседства с кем-то живым и таким невыносимо настоящим. Тео замер, когда Лиам заговорил о «какой-то девушке». Он продолжал лежать на спине, глядя в потолок, и капли воды на его ключицах казались холодными в ночной тишине комнаты. Благородство Данбара, его готовность «уступить место» воображаемой пассии, вызвало у химеры странное чувство — смесь раздражения и глухого, болезненного тепла, которое он поспешил скрыть за привычным фасадом. Он медленно повернул голову к Лиаму, который сидел на краю матраса, и его взгляд в полумраке блеснул опасным, насмешливым золотом. — Ты всегда такой самоотверженный, Данбар, или это побочный эффект от ледяного душа Бэкки? — Тео приподнялся на локтях, и рельеф его мышц напрягся, когда он подался чуть ближе к парню. — Твоя забота о моей личной жизни трогает до слез, но ты ошибаешься в одной маленькой, технической детали. Тео сделал паузу, его голос стал ниже, приобретая вкрадчивые, почти интимные тона. Он не собирался говорить прямо, но и скрывать очевидное в этой тесной, пропитанной запахом хвои и примкнувшего к нему запаха граната комнате больше не имело смысла. — Та записка... она не была адресована девушке. У меня никогда не было планов приглашать кого-то из тех девиц, что вешаются на спортсменов в школьных коридорах, — он коротко усмехнулся, глядя прямо в глаза Лиаму. — Скажем так, мои вкусы всегда были несколько специфичнее. Мне нравятся парни. Конкретные, упрямые и иногда невыносимо правильные парни. Он откинулся обратно на подушку, заложив руки за голову, и его губы тронула едва заметная, горькая усмешка. — И тот, для кого я это писал... он уже получил своё предложение. Правда, в очень паршивый момент и в очень странной форме, — Тео закрыл глаза, давая понять, что тема закрыта, хотя его сердце, вопреки внешнему спокойствию, выдавало его ритмичным стуком. — Так что не переживай, ты ничье место не занимаешь. Ты просто слишком туго соображаешь, чтобы понять. Он натянул на себя одеяло, отворачиваясь к стене и оставляя Лиама наедине с этой внезапной правдой. — А теперь спи, — бросил он через плечо. В комнате воцарилась такая оглушительная тишина, что Лиам отчетливо слышал каждый удар своего сердца. Признание Тео прозвучало буднично, почти небрежно, но для Лиама оно стало настоящим сейсмическим сдвигом. В его голове, и без того перегруженной образами монстров и страхом перед Скоттом, началась лихорадочная работа — он пытался переварить новую информацию и сопоставить её с реальностью последних дней. ​«Ему нравятся парни... Конкретные, упрямые...» ​Лиам во все глаза смотрел на затылок Тео, чувствуя, как пазл в его мозгу складывается в совершенно неожиданную картину. Перед глазами всплыл Фрэнк — капитан команды по регби, рослый, уверенный в себе парень, который весь последний месяц буквально не давал Лиаму прохода, уговаривая его сменить амплуа и вступить в их ряды. Фрэнк часто крутился возле них с Тео на парковке, бросая на химеру те самые взгляды, которые Лиам раньше списывал на обычную спортивную конкуренцию. ​— Фрэнк? — выпалил Лиам прежде, чем успел себя остановить. — Ты... ты серьезно про Фрэнка? ​Он приподнялся на локте, глядя на неподвижную фигуру Тео под одеялом. Внезапное озарение казалось ему настолько логичным, что он даже почувствовал легкий укол совести. Конечно, Фрэнк! Он капитан, он атлетичен, он чертовски упрям в своих попытках затащить Лиама в регби. И Тео, судя по всему, всё это время наблюдал за этим со стороны, скрывая свои симпатии за едкими комментариями. ​— Господи, Тео... — Лиам выдохнул, чувствуя, как неловкость сменяется странным чувством солидарности. — Он же капитан команды. Я и не подозревал, что ты... ну, что тебе нравятся такие типы. И та записка... ты хотел передать её ему в раздевалке? ​Лиам поудобнее перехватил подушку, чувствуя, как страх перед Громестусом окончательно отступает под натиском этой новой, чисто человеческой драмы. ​— Послушай, если ты правда хочешь пригласить Фрэнка, я могу помочь, — добавил он тише, искренне желая загладить свою «вину» за то, что влез со своим предложением. — Я завтра же могу с ним поговорить. Ну, прощупать почву. Ты же понимаешь, он меня послушает. Тебе не обязательно идти со мной на бал просто из-за того, что ты не решился подойти к нему на поляне. ​Лиам замолчал, ожидая реакции. Он чувствовал себя почти гордым за свою догадливость. Ему казалось, что он наконец-то нашел способ отплатить Тео за поддержку: спасти его личную жизнь, пока Скотт будет разбираться с его собственной. ​Но Тео не шевелился и не отвечал. Лиам подождал еще минуту, а затем, решив, что химера просто слишком смущен или уже засыпает, сам откинулся на подушку. ​«Фрэнк и Тео...» — пронеслось в его голове уже на грани сна. — «Скотт точно сойдет с ума, когда об этом узнает». Тео лежал неподвижно, уткнувшись лицом в подушку, и единственным, что выдавало его бодрствование, было едва заметное вздрагивание челюстных мышц. Услышав имя Фрэнка, химера едва не прыснул от смеси яда и искреннего изумления. «Фрэнк? Серьезно, Данбар?» — пронеслось в его голове. Мысль о том, что он мог сохнуть по капитану регбистов, была настолько абсурдной, что Тео захотелось либо рассмеяться в голос, либо придушить Лиама этой же подушкой. Он почувствовал, как кровать слегка просела, когда Лиам устроился поудобнее, явно довольный своей «гениальной» догадкой. Тео не шевельнулся, старательно имитируя глубокое, ровное дыхание спящего человека. Внутри него кипело глухое раздражение: он только что практически вывернул душу наизнанку, а этот тугодум умудрился приплести сюда Фрэнка. — Идиот... — беззвучно одними губами произнес Тео в подушку. Для самого себя он окончательно подтвердил диагноз: Лиам Данбар был непроходимым тупицей в вопросах всего, что не касалось клыков и когтей. Помощь в «прощупывании почвы» с Фрэнком была последним, что Тео хотел услышать перед сном. *** Утро наступило слишком быстро. Серый свет едва пробивался сквозь занавески, когда Тео открыл глаза. Первое, что он почувствовал — тяжесть и чужое тепло. Лиам во сне окончательно лишился всех границ: его нога была бесцеремонно закинута на бедра Тео, а рука собственнически покоилась на его прессе, небрежно, но крепко «недообнимая» химеру. Тео замер, чувствуя, как Лиам уткнулся носом прямо ему в шею, обдавая кожу мерным, горячим дыханием. Это было чертовски неудобно, слишком интимно и совершенно не вписывалось в образ «опасного одиночки», который Тео так тщательно выстраивал. Он скосил глаза вниз, глядя на макушку беты. — Капитан регбистов, значит? — шепотом пробормотал Тео, ощущая, как рука Лиама на его животе слегка сжимается во сне. Он не стал сбрасывать его или будить. Вместо этого Тео продолжал лежать, глядя в потолок и слушая, как дом Гейеров начинает просыпаться. Скотт Макколл должен был появиться с минуты на минуту, и вид «будущего Альфы», который спит в обнимку с химерой, после всех вчерашних драм про руины стаи, обещал стать лучшим моментом за всё утро. Тео позволил себе слабую, едва заметную усмешку. — Удачи тебе со Скоттом, тугодум, — тихо произнес он, чувствуя, как на прессе лежит тяжелая рука парня, который вчера предложил свести его с Фрэнком. Лиам почувствовал, как сознание медленно возвращается к нему сквозь вязкий, на удивление спокойный сон. В комнате было тепло — гораздо теплее, чем обычно в его собственной спальне, — и это уютное ощущение не хотелось отпускать. Он лениво перевернулся на другой бок, чувствуя, как его рука соскальзывает с чего-то твердого и горячего, а нога, до этого покоившаяся на чем-то массивном, наконец находит опору на матрасе. ​Его мозг, всё еще затуманенный остатками сна, даже не зацепился за то, что это «что-то» только что тихо и очень красноречиво выдохнуло рядом. ​Лиам приоткрыл один глаз. Серый, неуютный свет раннего утра просачивался сквозь щель в занавесках, высвечивая пылинки в воздухе. Он сфокусировал взгляд на прикроватной тумбочке, которая теперь была заставлена какими-то мелочами Тео, и нашел глазами электронные часы. ​06:42. ​Лиам издал приглушенный стон и уткнулся лицом в подушку, которая пахла не его кондиционером для белья, а чем-то хвойным и резким. У них было еще ровно 18 минут относительного покоя. Восемнадцать минут, в течение которых можно было просто лежать и делать вид, что мира снаружи не существует. ​Затем начнется привычный ад: душ, завтрак под подозрительными взглядами отчима и, самое паршивое, школа. Бейкон-Хиллс Хай не принимала в качестве оправдания за пропуски аргументы вроде «мы запечатывали древнего паразита в дерево в лесу». Для учителей Лиам всё еще был просто неуспевающим подростком с проблемами с гневом, а не бетой, удерживающим город от краха. ​Лиам зажмурился, стараясь не думать о том, что Скотт приедет как раз к концу занятий. Ожидание этой встречи висело над ним, как дамоклов меч. ​«Сначала школа, потом Скотт. Сначала химия, потом Альфа...» — монотонно повторял он про себя, словно мантру. ​Его мысли невольно вернулись к ночному разговору. Несмотря на недосып, Лиам почувствовал странный прилив гордости за себя. Теперь, когда он «вычислил» симпатию Тео к Фрэнку, всё казалось гораздо проще. Он уже представлял, как выловит капитана регбистов у шкафчиков и как бы невзначай упомянет, что Тео Рейкен — парень вообще-то надежный, хоть и с характером. ​Лиам слегка улыбнулся в подушку. Он поможет Тео устроить личную жизнь, и тогда, возможно, химера перестанет быть таким невыносимым язвой. Это был отличный план. Почти такой же отличный, как и идея пойти на бал вместе, чтобы «прикрыть» друг друга. ​Лиам снова пошевелился, чувствуя, как матрас рядом с ним едва заметно прогибается под чужим весом. Он всё еще не подозревал, что последние несколько часов провел, практически приклеившись к Тео, используя его как огромную грелку. В его голове Тео был просто... Тео. Вредным сожителем, который по какой-то причине не вышвырнул его из комнаты ночью. И по чистой случайности стал якорем, хоть и Лиам тщетно пытается это скрывать. Эти волчьи повадки доведут его до белого каления. «Якорь же не всегда про что-то романтическое.. Верно?» ​До подъема оставалось семнадцать минут. Лиам глубоко вздохнул, наслаждаясь теплом одеяла. Он не знал, что Тео уже давно не спит и, скорее всего, мысленно проклинает и его самого, и Фрэнка, и всё это утро в целом. ​— Еще немного... — пробормотал Лиам, окончательно зарываясь в подушку и не подозревая, что его рука снова инстинктивно ищет то самое тепло, которое он только что потерял при перевороте. Тео не стал устраивать из этого сцену. Он просто сидел на краю кровати, чувствуя, как утренний холод приятно покалывает кожу, еще хранившую тепло Лиама. Когда Данбар завозился и его рука снова инстинктивно потянулась к горячему прессу химеры, Тео поймал его запястье — мягко, но уверенно — и слегка сжал. Он обернулся к заспанному Лиаму, который явно еще не до конца «вдуплил» в происходящее. Тео не стал язвить или жестить, он лишь коротко усмехнулся, глядя на взъерошенную макушку беты. Он-то прекрасно понимал, что Лиам — стопроцентный натурал, и все эти ночные «обнимашки» были лишь следствием пережитого кошмара и волчьих инстинктов, ищущих защиты. Насмехаться над этим было бы слишком даже для него Тео выпустил его руку и поднялся, потягиваясь так, что мышцы на спине отчетливо перекатились под кожей. Он сделал вид, что ничего особенного не произошло, не желая вгонять Лиама в краску или провоцировать ненужную истерику перед важным днем. — Ты всю ночь лип ко мне как банный лист, — бросил он через плечо, направляясь к шкафу за вещами. — Если тебе так не терпится полапать голого Тео Рейкена, можешь просто попросить — У тебя пятнадцать минут, чтобы привести себя в чувство и смыть с лица этот сонный вид. Нас ждет школа, а потом твой Альфа. Постарайся хотя бы при Скотте держать руки при себе. Лиам замер, уставившись на свою руку, которую Тео только что выпустил. Мозг, все еще работающий на частоте медленного сна, отчаянно пытался обработать информацию: он не просто спал в одной кровати с химерой, он буквально использовал его как личную грелку. ​Ощущение горячей, твердой кожи под пальцами все еще покалывало ладонь фантомным теплом. Лиам почувствовал, как краска медленно, но неумолимо заливает его лицо, шею и, кажется, даже кончики ушей. ​— Я... я не лип, — выдавил он, наконец обретая дар речи. Голос прозвучал хрипло и подозрительно оправдывающе. — Это... это волчьи инстинкты. Коллективное тепло, все такое. В стае это нормально! ​Он резко сел, натягивая одеяло до самого подбородка, словно это могло защитить его от насмешливого взгляда Тео. Наблюдая за тем, как Рейкен потягивается, демонстрируя идеальный рельеф спины, Лиам снова вспомнил про свою «гениальную догадку». ​«Конечно, он такой уверенный,» — пронеслось в голове Лиама. — «Он же теперь знает, что я знаю про Фрэнка. Наверное, он специально так красуется, тренируется перед тем, как подойти к нему». Эта мысль придала Лиаму странной уверенности. Ему стало почти жаль Тео. Столько усилий ради капитана регбистов, который, скорее всего, даже не подозревает, какая драма разворачивается в доме Данбаров. ​— И я не собираюсь тебя лапать, Рейкен, — буркнул Лиам, сползая с кровати и стараясь не смотреть в сторону «бронзового» торса соседа. — У меня просто была паршивая ночь. А насчет Скотта... я буду вести себя нормально. Руки при себе, когти втянуты, лицо кирпичом. ​Он подхватил свои вещи, одеяло и подушку что уже пропахли хвоей, и направился к двери. Остановившись на пороге, он обернулся, бросив на Тео короткий, почти сочувствующий взгляд. ​— Слушай, если тебе нужно... ну, больше времени перед зеркалом, чтобы подготовиться к встрече с Фрэнком в школе, я могу занять ванную внизу. Не хочу, чтобы ты провалил свой «выход в свет» из-за того, что я долго чистил зубы. ​Лиам не стал дожидаться ответа — он практически вылетел в коридор, чувствуя, как адреналин окончательно вытесняет остатки сна. ​ ​Через десять минут, стоя под струями теперь уже прохладной воды, Лиам пытался сосредоточиться. «​Первый урок — химия. Нужно не взорвать кабинет, если рука снова начнет дрожать.» «​Перемена. Найти Фрэнка и закинуть удочку насчет Тео.» «​После уроков... Скотт.» ​Мысль об Альфе отозвалась тупой болью в животе. Лиам понимал, что сегодняшняя школа — это лишь затянувшаяся прелюдия к главному суду. Ему нужно было продержаться шесть часов, притворяясь обычным подростком, пока внутри него сворачивался в тугой узел страх разочаровать человека, который доверил ему этот город. ​Выйдя из ванной и уже полностью одевшись, Лиам посмотрел на себя в зеркало. Вид был... помятый. Темные круги под глазами выдавали бессонную ночь, но в глазах горело то самое упрямство, о котором говорил Тео. ​— Ладно, — прошептал он своему отражению. — Сначала регбист, потом Альфа. Ты справишься, Данбар. Тео стоял посреди комнаты, натягивая футболку, и на мгновение замер, когда услышал очередную тираду Лиама про «коллективное тепло» и «выход в свет» к Фрэнку. Он проводил взглядом захлопнувшуюся дверь, чувствуя, как внутри него поднимается волна чего-то среднего между диким хохотом и желанием просто закатить глаза до хруста в черепе. — «Коллективное тепло», Данбар? Серьезно? — негромко пробормотал Тео в пустоту комнаты, едва заметно усмехнувшись. — Ты бы еще про миграцию гусей вспомнил, только чтобы не признавать, что тебе просто нужно было за кого-то держаться ночью. Он подошел к зеркалу, поправляя воротник. Сочувствующий взгляд Лиама перед уходом был вишенкой на торте этого абсурдного утра. Тео понимал, что бета сейчас искренне верит в свою миссию «свахи» для капитана регбистов, и переубеждать его в таком состоянии было бесполезно — Лиам вбил себе это в голову с тем же упрямством, с каким обычно бросался на монстров. Через пятнадцать минут Тео уже спускался вниз, полностью готовый к выходу. Он выглядел как обычно — безупречно собранным, спокойным и слегка отстраненным, хотя внутри всё еще вибрировало эхо ночного кошмара и тяжелого признания. Проходя мимо ванной, откуда доносился шум воды, Тео притормозил на секунду. Но также быстро спустился на кухню, где уже вовсю пахло завтраком, и небрежно кивнул родителям Лиама, сохраняя маску вежливого гостя. Тео знал, что впереди у них шесть часов притворства в школе, а затем — финал, к которому никто из них не был готов по-настоящему. ​Лиам спустился на кухню, на ходу поправляя лямку рюкзака. Запах крепкого кофе и поджаренных тостов на мгновение усыпил его бдительность, но взгляд матери тут же вернул его в реальность. ​— Лиам, ты выглядишь так, будто тебя переехал грузовик, — мама тут же приложила ладонь к его лбу. — Точно всё в порядке? Может, останешься дома? ​— Всё окей, мам, честно, — Лиам быстро увернулся, хватая тост. — Просто... контрольная по химии. Не хочу потом переписывать. ​Доктор Гейер медленно опустил газету, глядя на пасынка поверх очков. Его взгляд был слишком профессиональным, слишком понимающим. Он перевел глаза на Тео, который как раз вошел в кухню, выглядя подозрительно свежим и собранным. ​— Тео, присматривай за ним сегодня, — негромко сказал отчим. — У него вид... нестабильный. ​Лиам бросил на химеру многозначительный взгляд, в котором читалось: «Я-то знаю, кто из нас сегодня будет делать глупости ради капитана регбистов». Он ободряюще кивнул Тео, мол, «держу за тебя кулаки», стараясь скрыть собственную дрожь в руках при мысли о Скотте. ​Когда они вышли на улицу, утренний воздух ударил в лицо бодрящей прохладой. Лиам глубоко вдохнул, чувствуя, как внутри всё сжимается при виде знакомого пикапа. Они сели в кабину, и тишина мгновенно стала плотной. Лиам пристегнулся, глядя в лобовое стекло. ​— Значит, план такой, — заговорил он, когда они выехали на дорогу. — Мы идём на химию. На большой перемене я найду Фрэнка. Постараюсь быть максимально тонким, чтобы он ничего не заподозрил. ​Лиам мельком глянул на Тео, ожидая реакции на свою стратегию. ​— Просто помни: я на твоей стороне, — добавил он тише. — И если Фрэнк окажется идиотом, то это его проблемы, а не твои. Тео крепче сжал руль, когда Лиам в очередной раз завел пластинку про свою «тонкую стратегию» и идиота-Фрэнка. Лиам отвернулся к окну. Пикап плавно подкатил к парковке школы. Для всех этих людей день только начинался, а для него он уже казался марафоном, в конце которого его ждал истинный Альфа и ответы на вопросы, которые он сам себе боялся задать. Он затормозил на парковке школы, заглушил двигатель и несколько секунд просто смотрел перед собой, пытаясь переварить услышанное. Уровень заблуждения Данбара бил все рекорды, но спорить с ним сейчас было всё равно что доказывать Громестусу, что страх невкусный. Он медленно повернул голову к Лиаму, окинув его своим фирменным скептическим взглядом, в котором на этот раз смешались усталость и едва заметная усмешка. — «Максимально тонким», Данбар? — Тео прищурился, вытаскивая ключ из зажигания. — Твоя «тонкость» обычно заканчивается разбитыми носами или рычанием посреди коридора. Постарайся хотя бы не напугать своего капитана регбистов до икоты своими расспросами обо мне. Он вышел из машины, захлопнув дверь, и дождался, пока Лиам выберется со своего сиденья. Слова доктора Гейера о том, чтобы «присматривать за нестабильным Лиамом», всё еще звучали в голове, и Тео понимал, что сегодня это будет его основной задачей — удерживать этого гиперактивного «свата» от окончательного социального суицида. — И спасибо, конечно, что ты на моей стороне, — бросил Тео через плечо, направляясь к главному входу в школу. — Но мой тебе совет: сосредоточься лучше на химии и на том, как ты будешь объясняться со Скоттом через несколько часов. Это куда опаснее, чем мифические проблемы Фрэнка. В коридоре школы их уже ждали. Мэйсон, всё еще немного бледный после событий в канализации, стоял, прислонившись к шкафчику, рядом с Кори, который, казалось, пытался слиться с кирпичной стеной от одного вида прибывающих учеников. Нолан и Алек с Бэкки тоже были здесь — «детская стая» выглядела как группа выживших после кораблекрушения, вынужденных притворяться обычными подростками. ​Лиам кивнул им, чувствуя, как внутри всё сжимается. Они обменялись короткими, тревожными взглядами — словами сейчас ничего нельзя было исправить. Вместе они двинулись по школе, и Лиам ощущал себя так, будто идет по минному полю. Каждый смех в коридоре, каждый хлопок дверцы шкафчика отдавались в его ушах неестественно громко. ​ ​Урок химии превратился в изощренную пытку. Лиам сидел за лабораторным столом, тупо глядя на синеватое пламя горелки Бунзена. Этот цвет мучительно напоминал ему призрачную ауру Бэкки и тот мертвенный холод, который всё еще, казалось, сидел глубоко в его костях. ​Ему нужно было смешать какие-то реагенты, но руки слегка подрагивали. Запах серы в кабинете смешивался с фантомным запахом канализации, вызывая тошноту. Лиам старался дышать ровно, считая секунды. «Дыши. Один, два, три... Скотт приедет через пять часов. Четыре, пять, шесть...» Он мельком глянул на Тео, сидевшего через два ряда. Тот выглядел пугающе спокойным, записывая что-то в тетрадь, и Лиам в очередной раз поразился его выдержке. Или, может, Тео просто умел прятать свой страх глубже, чем любой из них. Мысль о том, что этот «ледяной» химера может сохнуть по капитану регбистов, придавала ситуации какой-то сюрреалистичный оттенок, который помогал Лиаму не сойти с ума от тревоги. ​ ​Когда прозвенел звонок, Лиам вылетел из класса одним из первых. Ему нужно было действовать сейчас, пока решимость не сменилась паникой перед встречей с Альфой. ​Он увидел его почти сразу. Фрэнк, в своей ярко-красной спортивной куртке, стоял в окружении пары ребят из команды по регби, что-то весело обсуждая. Он выглядел воплощением нормальности — без клыков, без древних паразитов в голове, просто парень, который хочет выиграть следующий матч. ​Лиам глубоко вдохнул, поправляя лямку рюкзака. «Будь тонким, Данбар. Максимально тонким», — повторил он про себя голос Тео из машины, хотя сам в свою «тонкость» верил слабо. ​Он дождался, пока друзья Фрэнка отойдут к своим шкафчикам, и быстрым шагом направился к капитану. ​— Эй, Фрэнк! — окликнул он его, стараясь придать голосу непринужденность. — Есть минутка? Насчет того твоего предложения... вступить в команду. ​Фрэнк обернулся, расплываясь в широкой, уверенной улыбке, которая заставила Лиама почувствовать себя еще более неловко. ​— Данбар! Наконец-то ты созрел? — Фрэнк хлопнул его по плечу так сильно, что Лиам едва устоял на ногах. — Я же говорил, нам нужны такие агрессивные ребята, как ты. ​Лиам заставил себя улыбнуться в ответ, лихорадочно соображая, как перевести разговор на Тео, чтобы это не выглядело как допрос. ​— Да, я всё еще думаю... — Лиам понизил голос и заговорщицки придвинулся ближе, оглядываясь по сторонам, словно они обсуждали государственную тайну. — Слушай, а ты... ты как вообще относишься к людям, которые кажутся, ну, сложными? Вот, например, Тео Рейкен. Вы же пересекались на парковке. Как он тебе? Как человек? ​Лиам замер, ожидая реакции, и чувствуя, как его сердце начинает колотиться быстрее. Он сделал первый шаг — теперь оставалось надеяться, что он не разрушил всё окончательно. Фрэнк усмехнулся, поправляя воротник своей куртки, и в его взгляде промелькнуло нечто среднее между гордостью и любопытством. Он явно не ожидал, что разговор так резко свернет в сторону «новенького» из компании Данбара. ​— Рейкен? — Фрэнк хмыкнул, качнув головой. — Слушай, он парень своеобразный, конечно. Но я вчера выловил его после тренировки. Сказал ему, что с его данными ему прямая дорога в регби. И, честно говоря, я думал, он меня пошлет. ​Фрэнк сделал паузу, заставляя Лиама затаить дыхание. ​— Но он согласился, Лиам. Сказал, что ему не помешает немного «физической разрядки». Так что сегодня Тео в команде. Будет моим вторым номером в защите. ​Мир Лиама на мгновение качнулся. «Согласился?» — эхом отозвалось в голове. Лиам знал Тео: тот терпеть не мог командные виды спорта, если они не давали ему какого-то стратегического преимущества. Но согласиться пойти в регби к Фрэнку сразу после того, как он признался в своих «специфических вкусах»... Для Лиама это было окончательным, железобетонным доказательством. Тео решил действовать. Он буквально пробивал себе путь к сердцу капитана через тренировки и раздевалки. Слова Фрэнка обрушились на Лиама подобно внезапному силовому приему на поле. «Он согласился». Два простых слова, которые заставили воздух в легких Данбара мгновенно застояться. ​— А тебя это почему так волнует, Данбар? — Фрэнк прищурился, и в его голосе прорезалось опасное любопытство. — Ты так расспрашиваешь, будто ревнуешь. ​Лиам почувствовал, как к лицу прилила кровь, но это не был стыд. Это был странный, колючий жар, вспыхнувший где-то в груди и разошедшийся по конечностям. Ревность? Слово ударило по ушам, как оскорбление. ​— Ничего я не ревную, — огрызнулся Лиам, и его голос прозвучал чуть громче, чем следовало. — Просто... Тео — это Тео. Удачи с ним. ​Он развернулся и быстро зашагал прочь, едва не задев плечом проходящего мимо младшеклассника. Внутри него всё кипело. Ему хотелось найти Тео прямо сейчас и спросить: «Какого черта?». Регби? Серьезно? Человек, который еще четыре дня назад заявлял, что «командная работа — это для слабаков», теперь идет под крыло к Фрэнку? ​«Это из-за якоря», — лихорадочно убеждал себя Лиам, сжимая лямки рюкзака так, что костяшки пальцев побелели. — «он МОЙ якорь. Мы связаны этим дерьмом из канализации, из-за неметона, я его вытаскивал, я... мы спали в одной кровати этой ночью, потому что нам обоим было паршиво. А теперь он просто идет в команду к какому-то Фрэнку?» ​Лиам чувствовал себя преданным на каком-то глубоком, почти животном уровне. Его волчья сущность протестовала против того, чтобы кто-то другой занимал место рядом с «его» химерой на поле. Но он тут же подавил эту мысль, подменяя её логикой стаи. Это просто ответственность. Он боится, что Тео сорвется, а Фрэнк не сможет его остановить. Да, именно так. Фрэнк — человек, он не знает, как удерживать химеру. А Лиам — знает. ​И всё же... Мысль о том, что Тео согласился на это ради Фрэнка, жгла сильнее, чем лед Бэкки. ​«Он правда хочет быть с ним», — Лиам остановился у окна, глядя на пустую парковку. — «Он готов играть в гребаное регби, чтобы просто быть поближе к этому парню. А я... я просто удобный вариант, чтобы не сойти с ума от кошмаров по ночам». ​Ему даже в голову не пришло, что это чувство — эта острая, лишающая покоя обида — имеет какое-то отношение к любви. Для Лиама «любовь» была чем-то светлым и понятным, как у его родителей. А то, что он чувствовал к Тео, было темным, путаным и агрессивным, возможно ему это нравилось но он не думал что это может быть любовь, нет ведь? Это не могла быть влюбленность. Это просто... побочный эффект их странной связи. ​Лиам прислонился лбом к прохладному стеклу. Ему было обидно за себя, но еще больше — за ту роль «второго плана», которую он сам себе отвел в этой истории. ​«Ладно, Данбар. Если он хочет Фрэнка — пусть получает Фрэнка. Тебе нужно думать о Скотте». ​Но как только он подумал об Альфе, тишину школьного двора разрезал далекий, но до боли знакомый рев мотора мотоцикла. Скотт. Он был уже здесь. ​Лиам выпрямился, чувствуя, как ревность к Фрэнку мгновенно перемешивается с ледяным ужасом перед встречей с наставником. Он должен был выйти туда. Вместе с Тео. С Тео, который теперь принадлежал другой команде. *** Тео зашел в раздевалку, когда пар от горячего душа еще висел в воздухе плотной пеленой. Он небрежно бросил сумку на скамью и начал стягивать футболку, чувствуя на себе взгляд Фрэнка. Капитан регбистов стоял у своего шкафчика, застегивая щитки, и на его лице блуждала та самая самодовольная ухмылка, которая обычно предвещала порцию «дружеских» расспросов. — Слушай, Рейкен, — Фрэнк хмыкнул, качнув головой в сторону двери, через которую только что пролетел взвинченный Лиам. — Твой приятель Данбар только что устроил мне настоящий допрос. Расспрашивал, как я к тебе отношусь «как к человеку». Выглядел так, будто решал, стоит ли мне доверять государственную тайну или свою почку. Тео замер на секунду, стягивая кроссовки. В голове мгновенно всплыла утренняя сцена и «гениальный план» Лиама по сводничеству. Химера почувствовал, как внутри поднимается знакомое раздражение, смешанное с желанием рассмеяться прямо в лицо этому напыщенному капитану. — Данбар? — Тео выпрямился, демонстрируя рельефный торс,Он окинул Фрэнка ленивым, пронзительным взглядом и усмехнулся в своем фирменном стиле. — Не бери в голову, Фрэнк. У Лиама пунктик на «сложных людях». Видимо, он решил, что тебе не хватает в жизни острых ощущений, и решил прорекламировать меня как лучшую кандидатуру для твоих регбийных амбиций. Он подошел ближе к Фрэнку, поправляя воротник своей тренировочной формы, и добавил чуть тише, с отчетливым привкусом сарказма: — Постарайся не воспринимать его «тонкие намеки» слишком серьезно. Лиам иногда путает командную стратегию с мелодрамой. Если он решил, что мы с тобой должны стать лучшими друзьями или чем-то поинтереснее — это исключительно его богатая фантазия, подпитанная недосыпом. Фрэнк только рассмеялся, хлопая Тео по плечу. — Да уж, парень явно перегрелся на химии. Ладно, пошли на поле. Посмотрим, на что ты способен в защите, «сложный человек». Выйдя на поле, Тео сразу почувствовал запах свежескошенной травы и нарастающий гул школьного двора. Он надел шлем, скрывая за ним свой взгляд, и выбежал на газон. Тренировка началась жестко — Фрэнк гонял их по полной, и Тео приходилось выкладываться, чтобы соответствовать статусу «второго номера в защите». *** Лиам толкнул тяжелые двери школы, и прохладный воздух вестибюля мгновенно сменился запахом нагретого асфальта и выхлопных газов. На парковке, прислонившись к своему знакомому мотоциклу, стоял Скотт. Он выглядел старше, чем несколько месяцев назад, или, может быть, это Лиам за последние четыре дня разучился видеть мир простым. ​ ​Сердце Лиама пропустило удар, а затем забилось в привычном ритме — смесь облегчения и паники. Он быстро спустился по ступеням, стараясь, чтобы его походка не казалась слишком дерганой. ​— Скотт! — Лиам выдавил улыбку, которая на самом деле была наполовину маской. ​Они столкнулись на полпути и крепко обнялись. Этот жест был коротким, по-мужски жестким, но Лиам кожей почувствовал ту самую спокойную, уверенную энергию Истинного Альфы. На мгновение все ужасы — Громестус, ледяные узоры Бэкки и даже раздражающая физиономия Фрэнка — отошли на второй план. ​— Я так рад тебя видеть, — честно признался Лиам, отстраняясь. — Бейкон-Хиллс без тебя... ну, ты сам знаешь. ​Скотт внимательно посмотрел на него. Лиам на секунду испугался, что Альфа сейчас учует на его одежде запах Тео или тот самый «аромат» страха, который всё еще пропитывал город. Но Скотт лишь мягко улыбнулся. ​— Я тоже рад, Лиам. Ты как? Выглядишь... уставшим. ​— Да, пара бессонных ночей над учебниками, — соврал Лиам, тут же переводя тему. — Послушай, я бы с радостью всё рассказал прямо сейчас, но у меня через десять минут тренировка. И тренер Финсток сегодня в особенно скверном расположении духа. ​— Тренировка? Понимаю, — Скотт понимающе усмехнулся. — Финсток не из тех, кто любит прогулы. Иди, я всё равно хотел перекинуться парой слов с тренером. Посижу на трибуне, посмотрю за игрой. ​ ​Лиам кивнул и со всех ног бросился к раздевалкам лакросса. Он чувствовал себя так, будто только что избежал пули, но внутри всё равно всё зудело. Мысль о том, что Тео сейчас где-то на соседнем поле надевает форму для регби, чтобы впечатлить Фрэнка, вызывала у него глухое раздражение. ​«Это просто игра», — убеждал он себя, натягивая защиту. — «Он мой якорь, и я иду играть в жесткий спорт с людьми. Если я сорвусь, он даже не увидит этого с другого поля». ​Лиам выбежал на поле для лакросса, концентрируясь на сетке клюшки и свистке тренера. Он не видел того, что видел Скотт. ​Скотт Макколл медленно поднимался на трибуны, окинув взглядом спортивный комплекс. Его внимание привлекло соседнее поле — там, где вместо ворот для лакросса стояли высокие Н-образные штанги. Группа парней в массивной защите для регби как раз начинала разминку. ​В центре этой группы, прямо рядом с рослым капитаном Фрэнком, Скотт заметил знакомую фигуру. Тео Рейкен, в непривычной форме, о чем-то сосредоточенно переговаривался с Фрэнком, и тот одобрительно хлопал его по плечу. ​Скотт замер, прищурившись. Тео Рейкен... играет в регби? В его голове тут же всплыл десяток вопросов. Что химера делает в школьной команде? Почему Лиам об этом не упомянул? И, самое главное, почему ему кажется что эти двое, будто за время отсутствия Скотта стали лучшими друзьями? ​Скотт медленно перевел взгляд на поле для лакросса, где Лиам с удвоенной яростью атаковал ворота, явно пытаясь выплеснуть накопившееся напряжение. Альфа сел на скамью, понимая, что разговор после тренировки будет гораздо длиннее и сложнее, чем он планировал. Лиам изо всех сил всадил мяч в сетку ворот, чувствуя, как пот застилает глаза под шлемом. Каждое движение было резким, пропитанным тем самым раздражением, которое он безуспешно пытался подавить с момента выхода из пикапа. Он мельком обернулся и увидел Скотта у кромки поля. Альфа стоял рядом с тренером Финстоком, и, судя по активной жестикуляции тренера, беседа была «содержательной». ​ ​Лиам притормозил, тяжело дыша, и поправил перчатки. Он видел, как Скотт что-то спокойно объясняет, а Финсток то и дело хватается за свисток, словно тот был его единственной опорой в этом безумном мире. ​— Макколл! — взревел тренер, так что его голос перекрыл шум всей тренировки. — Ты врываешься на моё поле и требуешь забрать моего капитана? В разгар сезона?! Ты понимаешь, что без Данбара эта команда превратится в сборище испуганных хомяков? Холлоуэй один не потянет! ​Скотт что-то тихо ответил, примиряюще подняв ладони. Финсток побагровел, посмотрел на Лиама, затем снова на Скотта и, наконец, яростно дунул в свисток. ​— Данбар! — заорал он, указывая на Лиама пальцем. — Твой «старший брат» утверждает, что у вас семейное ЧП! Проваливай, пока я не передумал! Но запомни: на следующей тренировке ты пробежишь десять лишних кругов. Нет, двадцать! Десять за прогул и десять за то, что Макколл до сих пор выглядит более атлетичным, чем ты! ​Лиам не стал спорить. Он лишь коротко кивнул и начал стаскивать шлем, чувствуя, как напряжение в плечах немного отпускает — хотя бы на время. ​ ​Пока он шел к трибунам, мимо пронеслись Алек и Кори. Они выглядели вымотанными, но, заметив Скотта, оба на мгновение притормозили. ​— Привет, Скотт! — крикнул Алек, махнув рукой, и тут же рванул дальше за улетевшим мячом. Кори лишь коротко улыбнулся и кивнул, прежде чем раствориться в толпе других игроков. Для них Скотт был легендой, но сейчас тренировка была важнее. ​Лиам бросил взгляд на беговые дорожки вокруг поля. Там Бэкки вместе с остальными девчонками из группы поддержки репетировала новый номер. Она выглядела сосредоточенной, её движения были точными, но Лиам заметил, как она на мгновение замерла, кутаясь в тонкую кофту, словно ей было холоднее всех остальных. Он знал, что внутри неё просыпается борятся две сущности, и этот контраст — яркие помпоны и древний дух — казался ему пугающим. ​Чуть выше на трибунах сидел Мэйсон. Он не тренировался, просто наблюдал, положив ноутбук на колени. Заметив взгляд Лиама, Мэйсон поднял большой палец вверх, но в его глазах читалось беспокойство. Он был «мозгом» их маленькой стаи и прекрасно понимал, что приезд Скотта — это не просто визит вежливости. ​ ​Лиам подошел к Скотту, на ходу вытирая лицо полотенцем. Он видел, что взгляд Альфы направлен не на него, а на соседнее поле для регби. Там, в гуще игроков, мелькала фигура Тео. Химера как раз проводил жесткий захват, повалив кого-то на траву, и Фрэнк, стоявший рядом, одобрительно закричал, протягивая Тео руку, чтобы помочь подняться. ​Внутри Лиама снова ворохнулось то самое чувство. «Это просто ответственность за якорь, вдруг он пострадает», — напомнил он себе, но кулаки сжались сами собой. Ему не нравилось, как Фрэнк смотрит на Тео. Ему не нравилось, что Тео вообще там находится. ​— Двадцать кругов — это дешево отделался, — тихо сказал Скотт, не оборачиваясь. — Но Лиам... почему Тео Рейкен играет в регби? И почему он выглядит так, будто он в этой команде уже сто лет? И вообще почему он ходит в школу? Он же мой ровесник. ​Лиам замялся, чувствуя, как под пристальным взглядом Скотта его уверенность начинает таять. ​— Это... долгая история, Скотт, — пробормотал он, глядя, как на соседнем поле Тео и Фрэнк о чем-то смеются, направляясь к раздевалкам. — У Тео свои методы «социализации». И, кажется, он нашел себе новый объект интереса. ​Скотт медленно повернул голову к Лиаму. В его глазах светилось понимание, которое Лиаму сейчас было совсем не нужно. ​— Объект интереса? — переспросил Скотт. — Ты уверен, что дело только в регби, Лиам? Потому что запах химии и ревности здесь такой сильный, что его почувствовал бы даже только обращённый оборотень. Лиам резко отвернулся от поля, стараясь не смотреть на то, как Тео и Фрэнк скрываются в дверях спортзала. Внутри него всё зудело от желания закричать, но вместо этого он перешел в наступление — в своём фирменном стиле «лучшая защита — это смена темы». — Слушай, Скотт, это всё вообще не важно, — Лиам заговорил быстро, почти захлебываясь словами. — У нас тут проблем выше крыши. Бэкки — она кицуне, ледяная кицуне, и она понятия не имеет, как с этим справляться. В психушке заперта баньши, которая кричит так, что стены трещат. И еще этот друид из другой стаи... Клянусь, она в разы круче Дитона, не в обиду твоему наставнику, но та женщина реально знает, что делает. И ты правда хочешь сейчас обсуждать... это? Мои «чувства» к Тео? ​Лиам скрестил руки на груди, вызывающе глядя на Скотта. Он ожидал чего угодно: лекции о безопасности, строгого взгляда Альфы или приказа немедленно ехать в клинику. ​Но Скотт лишь улыбнулся. Это была та самая его «глупая» улыбка — добрая, слегка наивная и обезоруживающая. В этом взгляде не было осуждения, только бесконечное терпение человека, который сам прошел через все круги подросткового и сверхъестественного ада. ​— Да, Лиам, — тихо сказал Скотт. — Я хочу поговорить именно об этом. Потому что это тебя тревожит. А значит, это тревожит и меня. ​Лиам почувствовал, как его «броня» дает трещину. Он шумно выдохнул, сбрасывая агрессию словно балласт, присутствие альфы рядом даёт о себе знать. ​— Тео — мой якорь, — выпалил он, и эти слова повисли в воздухе, как признание в чем-то постыдном. — И я, черт возьми, не понимаю почему! Разве якорь — это не про... ну, романтику? Любовь? Хейден была моим якорем, и то это помогало через раз. А Тео... это другое. ​Лиам замолчал, подбирая слова, чувствуя, как внутри ворочается его волк, который затихал каждый раз, когда химера оказывался рядом. ​— Одного его запаха достаточно, чтобы мой волк просто сжался и утихомирился. Это как будто... выключатель в моей голове. Но это же бред, Скотт. Я же не гей. Ну, была же Хейден, я знаю, что мне нравятся девушки. ​Скотт кивнул, не переставая улыбаться своей мягкой, поддерживающей улыбкой. ​— Лиам, мир не делится только на черное и белое, — начал он, и в его голосе послышались нотки наставника. — Есть такое понятие, как бисексуальность. Это когда тебе могут нравиться и девушки, и парни. И в этом нет ничего неправильного или странного. Сердцу — и волку — не прикажешь выбирать по шаблону. ​Лиам замер. Слышать такое от Скотта было странно. Он помнил всё: как Тео предал их, как он пытался убить Скотта, как он разрушил стаю и чуть не лишил их жизни. И всё же Скотт сидел здесь, на этих трибунах, и рассуждал о чувствах к человеку, который причинил ему столько боли. В этом был весь Макколл — слишком добрый, слишком всепрощающий. ​— И всё-таки, — Скотт чуть подался вперед, заглядывая Лиаму в глаза. — Что ты на самом деле думаешь о Тео? Не о том, кем он был, а о том, кто он сейчас, сидит за соседней партой и идет играть в регби, чтобы... ну, по твоим словам, впечатлить капитана? ​Лиам открыл было рот, чтобы снова упомянуть Фрэнка, но слова застряли в горле. Он вспомнил, как Тео держал его за руку этим утром. Вспомнил его хвойный запах. И то, как он сам, Лиам, подсознательно искал его тепла во сне. ​— Я думаю... — Лиам запнулся, глядя на свои кроссовки. — Я думаю, что он невыносим. Но без него я бы, наверное, уже сошел с ума в этом городе. Лиам почувствовал, как по спине пробежал холодок, и это не имело никакого отношения к магии Бэкки. Под пристальным, всепрощающим взглядом Скотта скрывать что-то становилось физически больно. Он нервно дернул застежку на защите, глядя, как на соседнем поле игроки в регби начинают расходиться. ​— Подумай об этом, Лиам, — негромко повторил Скотт. — Да, Тео натворил много дел. Ужасных дел. Но посмотри на него сейчас. Он в школьной команде, он ходит на уроки... Это огромный путь для того, кто привык только разрушать. Ты ведь мог рассказать мне об этом раньше. Я надеюсь, это всё? Ты больше ничего не скрыл от меня? ​Лиам запнулся. Его язык словно прирос к нёбу. Он вспомнил те ночи, когда Тео спал в своем разбитом пикапе, дрожа от холода и кошмаров, прежде чем Лиаму хватило мозгов это осознать и привести его домой. ​— Ну... — Лиам отвел взгляд, усиленно изучая узор на своих кроссовках. — Возможно, я забыл упомянуть одну «небольшую» деталь. ​Он глубоко вздохнул, понимая, что сейчас плотина окончательно рухнет. ​— После того как я вытащил его из ада... ну, из-под земли, у него ничего не было. Вообще ничего. Он был бездомным, Скотт. Жил в машине, питался чем придется, прятался от полиции. ​Лиам замолчал на секунду, чувствуя, как внутри всё сжимается от воспоминаний о том, каким затравленным выглядел Тео в те первые недели. И не осознавал этого тогда. ​— Но сейчас уже всё в порядке. Арджент помог, у него теперь есть все документы, страховка, всё легально. И... — Лиам замялся, чувствуя, как уши снова начинают гореть. — Он живет со мной. Под одной крышей. В гостевой комнате. Ну, технически, мы сегодня спали в одной, потому что мне было... не по себе. ​Он выпалил последнее предложение на одном дыхании и зажмурился, ожидая какой угодно реакции: шока, недоверия или даже гнева. Но в ответ услышал лишь тихий, понимающий вздох. ​Лиам приоткрыл глаза и увидел, что Скотт всё еще улыбается той самой своей ухмылкой, которая всегда выводила Лиама из себя своей безграничной добротой. ​— Значит, он не просто твой якорь на поле боя, — Скотт слегка кивнул, словно подтверждая какие-то свои внутренние догадки. — Он часть твоей жизни. Твоего дома. Теперь понятно, почему тебя так задевает этот Фрэнк. Ты делишь с Тео самое личное пространство, Лиам. Конечно, твой волк будет защищать свою территорию... и своего человека. ​— Он не мой человек! — тут же вспыхнул Лиам, хотя его протест прозвучал крайне неубедительно. — Он просто... ну, он Тео. И он невыносим. Он нравится моим родителям по-моему больше чем я и ворует мой шампунь! ​Скотт негромко рассмеялся, вставая со скамьи трибуны. ​— Если ты готов терпеть воровство шампуня от парня, который пытался нас убить, значит, всё зашло гораздо дальше, чем ты сам себе признаешь. Пойдем, «со-капитан». Нам пора встретиться с твоим сожителем. Я хочу лично увидеть, как он справляется с ролью «нормального подростка» в раздевалке регбистов. ​Лиам поплелся следом за Скоттом, чувствуя, как мир вокруг него окончательно переворачивается. Он только что признался Альфе в том, в чем боялся признаться самому себе. И самое странное было то, что после этого признания дышать стало чуточку легче. Лиам шел по коридору рядом со Скоттом, чувствуя, как внутри всё вибрирует от смеси облегчения и нарастающей паники. То, что он только что вывалил на Альфу правду о «совместном проживании» с Тео, казалось прыжком в бездну без парашюта. ​Когда они поравнялись с дверями раздевалки для лакросса, Скотт остановился и положил руку Лиаму на плечо. ​— Лиам, — его голос был спокойным, но в нем прозвучала та самая сталь истинного лидера. — Иди, прими душ и переоденься. Тебе нужно смыть с себя этот день. А я хочу поговорить с Тео. Лично. Наедине. ​Лиам замер, его волк внутри мгновенно ощетинился. — Наедине? Скотт, он может... он может начать язвить или... — Лиам, — Скотт мягко перебил его, и его улыбка стала чуть шире. — Это Тео. Я знаю, на что он способен. Иди. Собери всю нашу «детскую стаю». Скажи Мэйсону, Нолану, Кори и Алеку, что после уроков у нас общий сбор. Нам нужно обсудить всё: и Бэкки, и друидов, и... всё остальное. ​Лиам нехотя кивнул, провожая взглядом Скотта, который уверенным шагом направился дальше по коридору, в сторону раздевалок регбистов. Вид Альфы, идущего на встречу с химерой, заставил Лиама почувствовать укол странной тревоги — он не знал, за кого боится больше: за Скотта, которого Тео когда-то предал, или за Тео, чье хрупкое искупление сейчас могло рассыпаться под одним тяжелым взглядом Макколла. ​ ​Внутри раздевалки стоял привычный шум: стук бутс о кафель, крики Финстока из кабинета и запах пота. Лиам быстро скинул защиту и залез под обжигающие струи душа, пытаясь смыть с себя не столько грязь с поля, сколько навязчивый запах хвои и ревности. ​Когда он вышел, обмотанный полотенцем, к нему тут же подкатили Кори и Алек. ​— Эй, Лиам! — Алек выглядел воодушевленным. — Мы видели тебя со Скоттом на трибунах. О чем вы говорили? ​Кори, прислонившись к шкафчику, внимательно наблюдал за выражением лица со-капитана. — Ты выглядишь так, будто он тебя отчитал, — заметил он. — Что-то случилось? ​Лиам нервно дернул плечом, натягивая чистую футболку. Он не мог сказать им: «Мы обсуждали мою бисексуальность и то, почему я сплю в обнимку с химерой». ​— Да так, о всяких мелочах, — уклонился он от ответа, стараясь говорить максимально буднично. — Семейные дела, старые долги. Короче, парни, не расслабляйтесь. Скотт собирает всех нас через пятнадцать минут. У нас, скажем так, незапланированная дополнительная пара по «Скоттоведению». Нужно ввести его в курс дела по полной программе. ​— Ого, — Алек переглянулся с Кори. — Значит, всё серьезно. — Серьезнее некуда, — буркнул Лиам, застегивая сумку. ​В его голове всё еще крутилась картина: Скотт стоит у дверей регбистов, дожидаясь Тео. Лиам представил, как Тео выходит оттуда, возможно, всё еще смеясь над какой-то шуткой Фрэнка, и натыкается на взгляд Истинного Альфы. ​«Пожалуйста, Тео, не испорти всё», — взмолился Лиам про себя, направляясь к выходу, чтобы найти Мэйсона и Бэкки. *** Тео вышел из душевой, обматывая полотенце вокруг бедер. Кожа еще дымилась от горячей воды, а в голове лениво прокручивались моменты тренировки. Фрэнк оказался паршивым тактиком, но отличным мотиватором — именно то, что нужно было Тео, чтобы заглушить гул собственных мыслей. Он подошел к своему шкафчику, насвистывая какой-то мотив, и замер. Веселый шум раздевалки регбистов — выкрики, хлопки дверцами, смех Фрэнка — внезапно стал для него фоновым шумом. У входа, прислонившись к косяку, стоял Скотт Макколл. Взгляд Истинного Альфы был спокойным, лишенным ярости, но в нем была та самая тяжесть, от которой у Тео внутри всё невольно сжалось. Старые инстинкты хищника шептали: «Беги или нападай», но Тео заставил себя просто стоять на месте. Он медленно потянулся за своей футболкой, натягивая её на влажное тело, выигрывая секунды. — Макколл, — Тео бросил это коротко, стараясь сохранить свой привычный тон. — Не знал, что ты фанат школьного регби. Пришел оценить мою технику захвата или просто соскучился по старым добрым временам? Фрэнк, проходивший мимо, притормозил, переводя взгляд с Тео на Скотта. — Эй, Рейкен, это твой знакомый? — спросил капитан, вытирая голову полотенцем. — Вроде того, — Тео выдавил усмешку, не сводя глаз со Скотта. — Иди, Фрэнк. У нас тут... семейные разборки. Когда капитан, пожав плечами, скрылся в глубине раздевалки, между Тео и Скоттом повисла тишина, нарушаемая только капающей водой из крана. Скотт сделал шаг вперед, заходя на территорию регбистов. — Регби, Тео? Серьезно? — Скотт окинул его взглядом. — Лиам сказал, что ты нашел себе «объект интереса». Но я вижу другое. Тео открыл рот, чтобы выдать очередную колкость про Фрэнка, про то, как ему нравится «командный дух», но под прямым, честным взглядом Скотта слова застряли в горле. Он вспомнил утро. Вспомнил Лиама, спящего у него на плече. Вспомнил, как сам не оттолкнул его. Ложь, которая всегда была его главным оружием, сейчас казалась тупым и бесполезным клинком. — Лиам много чего говорит, — буркнул Тео, отворачиваясь к шкафчику и начиная быстро одеваться. — Он вообразил себе целую драму с Фрэнком, потому что так ему проще. Проще думать, что я здесь из-за какого-то качка, чем признать очевидное. Тео застегнул джинсы и наконец обернулся к Скотту. Он выглядел защищающимся, несмотря на всю свою напускную уверенность. — Мы простили тебя, Тео. Почти все, — негромко произнес Скотт, подходя ближе. — Ты мог уехать. После всего, что случилось, ты мог покинуть Бейкон-Хиллс, начать с нуля там, где никто не знает твоего имени. Так почему ты всё еще здесь? Почему ты живешь в доме Лиама, ходишь в его школу и даже пошел в эту команду? Тео замер с сумкой в руках. Он хотел сказать: «Потому что мне некуда идти». Или: «Потому что я жду момента, чтобы снова всё разрушить». Но он знал, что Скотт учует ложь раньше, чем он закончит фразу. Химера глубоко вздохнул, глядя куда-то в сторону, на кафельный пол. — У меня появилось то, что я не хочу потерять, Макколл, — Тео произнес это тихо, почти загадочно, надеясь, что этой фразы будет достаточно, чтобы Скотт отвязался. Но Скотт не был «лохом». Он увидел, как дернулась жилка на шее Тео при упоминании дома Лиама. Он услышал, как участился пульс химеры, когда речь зашла о том, что он не хочет терять. Скотт понимающе прищурился, и на его лице проступила та самая «альфа-ухмылка», от которой Лиам обычно лез на стенку. — «То, что не хочешь потерять», значит? — Скотт кивнул, словно подтверждая свои мысли. — Это хороший повод, Тео. Наверное, самый лучший из всех возможных. Он положил руку на плечо Тео, и на мгновение химера почувствовал не угрозу, а странное, почти братское принятие. — Береги его, — добавил Скотт тише, уже направляясь к выходу. — И себя тоже. Лиаму... ему сейчас непросто. Ему нужен кто-то, кто не сбежит, когда станет по-настоящему страшно. Судя по тому, что ты всё еще здесь, этот «кто-то» — ты. Тео стоял один посреди пустеющей раздевалки, глядя в спину уходящему Альфе. Он чувствовал себя так, будто его только что вывернули наизнанку и прочитали всё, что он так тщательно прятал под слоями сарказма и регбийной защиты. — Черт бы тебя побрал, Макколл, — прошептал он, подхватывая сумку. — Слишком проницательный для своего же блага. Он вышел в коридор, где его уже ждал Лиам. Бета выглядел так, будто готов был броситься на амбразуру, защищая Тео от Скотта или Скотта от Тео — он и сам, кажется, не понимал. Тео лишь мазнул по нему взглядом и направился к выходу из школы.

Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!