Глава 2. Часть 3. Гордыня

Ледяной ветер завывал между острыми пиками гор, швыряя в лица мелкую снежную крошку. Отряд двигался по узкой тропе, вырубленной прямо в скале. Джон снова превратился в «черный силуэт»: балаклава скрыла лицо, тактическая каска была плотно застегнута, а на плече покоился карабин. В этом белом безмолвии его камуфляж выглядел чужеродно, как тень из другого мира. Коталло шел впереди, уверенно перешагивая через сугробы, несмотря на потерю руки. Его голос доносился сквозь завывание ветра, резкий и сухой. — Текотте — это не просто вождь, — говорил Маршал, не оборачиваясь. — Он — корень упрямства Клана Небесников. Он верит, что Вал нерушим. Для него всё, что происходит за пределами его гор — лишь шум. Он не пошлет бойцов на Кульрут, потому что боится потерять свою власть здесь, наверху. Его нужно заставить склониться... или сломать его гордыню на глазах у всего клана. Снег под ногами становился всё глубже, а подъем — круче. Впереди, за пеленой метели, начали проступать очертания Вала — колоссальной стены, вгрызшейся в плоть гор. Элой прищурилась, изучая конструкцию через визор. Стена Вала представляла из себя вертикальную кладку гигантских валунов, удерживаемая льдом и упрямством строителей Тенакт. Она перевела взгляд на Джона. Он стоял неподвижно, его фигура в камуфляже казалась темным пятном на фоне белого склона. За его спиной тускло поблескивала труба РПГ-7, а в руках он привычно сжимал карабин. — Значит, он уверен в прочности стен, — медленно произнесла Элой, и в её глазах промелькнул опасный огонек. — Коталло, а что если заставить его усомниться? Если мы покажем ему, что его «нерушимая крепость» — это всего лишь груда старого мусора, которая может обрушиться в любой момент? Коталло обернулся к ней, нахмурившись. — Эти стены выдержали века бурь и атак машин. Теккоте не поверит словам. — А я и не предлагаю слова, — Элой кивнула в сторону Джона. — У нашего друга сейчас есть оружие, которое способно проверить прочность этой стены на деле. Джон, та штука у тебя за спиной... что она сделает с этой стеной? Джон плавно перевел взгляд с Элой на величественную преграду. Он активировал визор, сканируя структуру Вала. В голографическом интерфейсе подсветились точки напряжения и пустоты в кладке. — Это кумулятивный заряд, Элой, — голос Джона из-под балаклавы звучал пугающе обыденно, словно он обсуждал прогноз погоды. — Он не просто бьет. Он прожигает металл и превращает камень в крошку. Если я всажу пару ракет в основание, которое держит основной массив... — Стены не просто дадут трещину. Теккоте почувствует, как его трон задрожит под ногами. Один точный удар — и его вера в безопасность испарится вместе с каменной крошкой. Они подошли к подножию Вала, где среди камней была вырублена узкая площадка. Путь им преградили двое часовых в тяжелых доспехах из пластин. Их лица были раскрашены белой глиной, сливаясь со снегом. Один из воинов, окинув отряд презрительным взглядом, остановился на Коталло. Его глаза сузились, заметив пустой рукав Маршала. — Калека? Зачем пришел? — голос часового прозвучал резко, с явной издевкой. — Неужели в Роще закончились помои, раз ты решил подняться так высоко за милостыней? Коталло выпрямился, и в этом движении было столько достоинства, что часовой невольно сделал полшага назад. Маршал не удостоил его ответом на оскорбление, его голос был холодным и твердым, как лед под ногами. — Нам нужно поговорить с Теккоте. Немедленно. Второй воин перевел взгляд на Джона. Солдат стоял в своей привычной стойке — ноги на ширине плеч, карабин в положении готовности, матовый шлем и черная балаклава делали его похожим на статую из обсидиана. — Это еще кто? — воин указал копьем в сторону Джона. Джон медленно поднял голову. — Ты слышал Маршала, — произнес Джон. — Открывай дорогу, у нас нет времени на болтовню. Часовые переглянулись. Голос человека, который выглядел как ожившее «Видение» из их легенд, подействовала лучше любых слов. Один из них кивнул в сторону подъемника. — Проходите. Теккоте наверху. Но помните: Вал не прощает слабости. Если ваш язык окажется короче вашего самомнения, вы не спуститесь отсюда живыми. Главный зал Вала был вырублен прямо в скале. Огромные костры в чашах отбрасывали пляшущие тени на стены, украшенные трофейными шкурами и знаменами Клана Небесников. В центре, на возвышении, восседал Теккоте. Его доспехи из фиолетового металла и меховая накидка делали его похожим на заснеженную гору — массивную, неподвижную и непроницаемую. Теккоте медленно обвел взглядом вошедших. Его взор скользнул по Элой, задержался на пустом рукаве Коталло, но когда он увидел Джона, его лицо дрогнуло. Он подался вперед, впившись глазами в фигуру в камуфляже. — Видение... — выдохнул Теккоте, и в его голосе смешались страх и суеверный восторг. — Ты выглядишь точно как тот, кто вел Десятерых в бой в горах. Неужели камни Вала пробудили духов? Джон не шелохнулся. Из-под черной балаклавы донесся спокойный, приглушенный голос: — Я не дух, Теккоте. И я здесь не для того, чтобы подтверждать твои легенды. Коталло сделал шаг вперед, нарушая тишину. — Теккоте, отбрось суеверия. Мы здесь по приказу Хеккаро. Твои люди нужны на Кульруте. Регалла собирает армию машин, против которой твоя стена не выстоит. Вал падет, если мы не объединимся. Теккоте откинулся на спину и громко, хрипло рассмеялся. — Падет? Вал стоял веками, Маршал! Ни одна машина, ни один смертный не смогли выбить даже осколка из этих стен. Хеккаро просто трус, который хочет забрать моих лучших воинов, чтобы прикрыть ими свою слабость. Пока я здесь — мой клан в безопасности. В этот момент Джон вышел из тени Коталло. Его тяжелые ботинки гулко простучали по каменному полу. Он поднял руку и указал на массивные своды зала, которые опирались на внешнюю стену. — Ты называешь это безопасностью? — Джон говорил сухо, как офицер, читающий отчет о повреждениях. — Я смотрел на твою стену снизу. Это просто наваленные друг на друга валуны. Они держатся на гравитации и удаче. Одного точного выстрела из тяжелой пушки «Громозева» в основание будет достаточно, чтобы вся эта гора камней сложилась внутрь, похоронив тебя и твой клан под тоннами обломков. Теккоте вскочил с места, его лицо покраснело от гнева. — Дерзкий чужак! Ты смеешь сомневаться в силе Неба? Эти стены — кость земли! Никакое оружие не способно их сокрушить! Он сделал шаг к Теккоте, и охрана вождя приняла боевую стойку, видя решимость в движениях солдата. Джон заглянул вождю в глаза. — Ты уверен, Теккоте, что готов проверить прочность этой стены прямо сейчас? Одно выстрел — и мы узнаем, прав ли ты... или твои воины сегодня начнут копать общую могилу. Теккоте лишь презрительно скривился, сложив руки на груди. Его высокомерие было толще стен Вала. — Твои слова пусты, как брошенное гнездо, — бросил он. — Уходите. Мой Вал не дрогнет перед ни перед чем. Джон ничего не ответил. Он лишь коротко взглянул на Элой и Варла, и те сразу поняли — время дипломатии вышло. — Спускаемся. Живо, — отрывисто скомандовал Джон. Когда они оказались у подножия, Джон действовал с холодной решительностью кадрового офицера. Он подошел к часовым, которые всё еще стояли у ворот. — Всем отойти от стен! — проорал он. — Если жизнь дорога — убирайтесь на открытое пространство! Джон отмерил ровно сто метров, хрустя подошвами по подмерзшему снегу. Он остановился, развернулся к стене и перехватил РПГ-7 поудобнее, укладывая тяжелую трубу на плечо. — Элой, Варл, Коталло — отойдите от меня на пять метров. И закройте уши. Сейчас будет очень громко, — предупредил он, не отрываясь от прицела. Он выждал несколько секунд, сканируя стену через визор. Цель — та самая опорная точка, на которой держалась половина массы стены. Уязвимое место, «ахиллесова пята» этой каменной громады. — Чисто... — прошептал Джон. Он нажал на спуск. Из задней части тубуса вырвался столб огня и пыли. Реактивная граната с характерным свистящим ревом прочертила дымный след в морозном воздухе. Удар был сокрушительным. Раздался оглушительный взрыв, который эхом раскатился по всему ущелью, перекрывая свист ветра. В месте попадания вспыхнул ослепительный шар пламени. Кумулятивная струя, разогретая до тысяч градусов, вонзилась в древнюю кладку, превращая камень в крошку. Вал содрогнулся. Сверху посыпались первые камни, а по монолитной стене, которую Теккоте считал вечной, поползла глубокая, ветвистая трещина, сопровождаемая жутким скрежетом рвущегося камня. Облако серой пыли накрыло подножие крепости. Пыль еще не успела осесть, а звон в ушах всё еще мешал воспринимать реальность, когда Джон опустил пусковое устройство. Элой стояла, приоткрыв рот, переводя взгляд с дымящейся воронки в стене на Джона. Она знала, что оружие Предтеч сокрушительное, но видеть, как кусок скалы, считавшийся божественным и нерушимым, превращается в щебень за одну секунду — это было совсем другое дело. Варл непроизвольно сделал шаг назад, его пальцы крепко сжимали копье. — Клянусь всеми именами Матери... — прошептал он. — Текотте усомнится в своих убеждениях, когда увидит это. Маршал стоял неподвижно, глядя на трещину, которая продолжала медленно ползти вверх по кладке, издавая сухой, зловещий треск. Он посмотрел на Джона с таким уважением, которое Тенакт проявляют только к тем, кто способен изменить ландшафт одним движением руки. Сверху, с парапета, донесся крик, полный ужаса и ярости. Теккоте, шатаясь, вцепился в каменные зубья. Его лицо, еще минуту назад полное спеси, теперь было белым как снег. Он видел, как из основания его «вечной» крепости вырван огромный кусок, и как вся конструкция начала едва заметно крениться. — Прекрати! — завопил Теккоте, его голос сорвался на крик. — Хватит! Ты обрушишь всё ущелье! — У тебя было время для гордости, Теккоте. Теперь время для суровой реальности, — холодно произнес Джон. — Второй выстрел — и этот Вал станет твоим надгробием. Ты всё еще хочешь доказать нам, что мы не правы? Теккоте в ужасе замахал руками, приказывая своим воинам опустить оружие. Он понял, что его власть буквально рассыпается в пыль. — Стой! — крикнул он, тяжело дыша. — Я... я услышал тебя. Вал... Вал признает твою мощь. Клан Небесников отправит воинов на Кульрут. Мои люди выступят в Рощу Памяти на рассвете. Только не делай этого больше! Джон еще несколько секунд удерживал вождя в прицеле, давая тишине и страху закрепить урок. Затем он плавно опустил РПГ и закинул его за спину. — Разумный выбор, — бросил он, поворачиваясь к Элой и Коталло. — Похоже, дипломатия всё-таки сработала. Просто ей нужен был небольшой импульс. Коталло подошел к Джону и положил руку ему на плечо. — Ты не просто пробил стену, Джон. Ты пробил их застывший разум. Теперь Хеккаро получит свою армию. Идем. Нам нужно подготовиться к тому, что ждет нас на Арене. Путь обратно в Рощу Памяти лежал через заснеженные тропы, которые теперь казались не такими уж неприступными. Вечернее солнце окрашивало горы в багряные тона, отбрасывая длинные тени на снег. Коталло шел вровень с Джоном, его взгляд часто задерживался на снаряжении солдата. Наконец, Маршал нарушил тишину. — Ты пробил стену, которую мы считали вечной, — произнес Коталло, не глядя на собеседника. — Скажи мне, Десятый... как ты оказался в нашем мире? Кем ты был там, откуда пришел этот гром? — Я был солдатом, Коталло, — глухо отозвался Джон из-под балаклавы. — Мы сражались с машинами. Не такими, как ваши «Громозевы» или «Захватчики», а с бесконечным стальным роем, который пожирал всё живое. Они грозились уничтожить весь мир, до последнего колоска. Он замолчал, вспоминая крики в радиоэфире и запах гари. — Моему подразделению и другим бойцам удалось выиграть время. Мы остановили их, дали Земле шанс. В одной из последних битв меня серьезно задело. Помню только вспышку, боль... и как сознание начало угасать. Коталло внимательно слушал, его суровое лицо оставалось неподвижным, но в глазах читалось глубокое почтение. — Видимо, мои парни успели вытащить меня, — продолжил Джон. — Мы были загнаны в бункере глубоко под землей. Они заперли шлюзы, понимая, что снаружи ловить уже нечего. Ресурсов не оставалось, надежды тоже. Думаю, те, кто выжил, решили, что единственный шанс — это сон. Криосон. Они погрузили меня в капсулу, а затем легли сами. Это моя версия... я не знаю наверняка, кто нажал на кнопку последним. Он бросил короткий взгляд на Элой, которая шла чуть впереди. — Прошло очень много лет. Сколько точно — я до сих пор не осознал. Недавно Элой и Варл нашли этот бункер. Они взломали старые замки и разбудили меня. Джон на секунду запнулся, и его голос стал еще тише. — Остальным не повезло. За тысячи лет системы жизнеобеспечения дали сбой. Капсулы моих бойцов стали их гробами. Повезло только мне... если это можно назвать везением — проснуться на кладбище своего мира. Коталло остановился и повернулся к Джону. Он положил единственную руку на плечо солдата, сжав его с силой, понятной только воину. — Ты сражался за мир, которого больше нет, чтобы мы могли жить в мире, который есть, — веско произнес Маршал. — В глазах Тенакт нет большей чести, чем такая жертва. Твои братья по оружию не погибли зря, Джон. Они сохранили тебя для новой битвы. И эта битва начнется скоро. Элой обернулась и посмотрела на них. В её взгляде не было жалости, только понимание. Она знала, что значит нести на плечах груз прошлого. — Мы почти на месте, — сказала она, указывая на стены Рощи Памяти в лесу. — Нам нужно отдохнуть. Кульрут близко, и там нам понадобится все наши силы.