Глава 20: Розовая молния

      Дженна еще раз лихорадочно перечитала вспыхнувшее на дисплее текстовое сообщение от командира, чувствуя, как адреналин пытается бороться с алкоголем.        — Блять! Это точно не к добру, — хмельным, слегка заплетающимся, но на удивление серьезным голосом произнесла мандалорка. Она на секунду замерла, потирая виски здоровой рукой, и глухо добавила:       — Черт, я вообще потерялась в пространстве после этого пойла... — Переведя тяжелый взгляд на совершенно ничего не понимающую Селену, Дженна до боли сжала губы в узкую линию и безапелляционно произнесла:       — Нам надо идти.       — Что?! Прямо сейчас? — недовольно, с явным возмущением в хриплом голосе переспросила Селена, даже не сдвинувшись с места. Она бросила быстрый взгляд на глухую обшивку каюты, за которой не было видно внешнего мира.       — Посреди ночи? Сейчас ведь ночь, верно?       — Да, всё верно, — абсолютно сухо, без капли прежней эмпатии отрезала Дженна, уже на ходу сбрасывая домашнюю одежду и начиная стремительно облачаться в свой серый мандалорский походный костюм. Повернувшись к застывшей пленнице, шпионка раздраженно прикрикнула:       — Чего стоишь как вкопанная?! Собирайся живо! Нам нужно прибыть на посадочную палубу раньше Брена и Си’вил!       Селена лишь растерянно развела руки в стороны и скорчила недовольную, язвительную гримасу, всем своим видом транслируя каноничное «какого, хера!». Однако, понимая, что спорить с вооруженной хозяйкой каюты сейчас бесполезно, она послушно последовала за ней.       — Все вопросы потом, Селена, нам нужно успеть! — бросила Дженна, резко распахивая гидравлическую створку и первой выходя в темный, гулкий коридор сектора ноль-девять.       — Куда успеть?! — сердито выкрикнула Селена, едва поспевая на своих двоих за стремительно уходящей вперед мандалоркой. Но Дженна так ничего ей и не ответила, лишь крепче сжав челюсти и упрямо ведя их по запутанным индустриальным переходам «Гнезда» навстречу ревущим двигателям «Кешира».       Быстро шагая по гулким, металлическим переходам «Гнезда», Дженна нарочно увеличила дистанцию, оторвавшись от Селены на несколько шагов вперед. Пользуясь тем, что в полумраке технических ярусов её манипуляции с техникой незаметны, она активировала скрытый канал дальней шифрованной связи на своем левом бронированном наруче. На быстром ходу, стараясь говорить максимально тихо, мандалорка принялась надиктовывать экстренное аудиосообщение для своего штаба на Конкордии:       — «Гнездо» расшевелили, нас срочно отправляют в сектор S35. Оружейница, походу, лично в деле. Запрашиваю текущий статус нашей операции, любую информацию по инциденту в пустыне и экстренные указания по Объекту. Последние выводы по Объекту: текущее поведение — вынужденное подчинение ради выживания. Объект не проявляет необоснованной агрессии. При этом мастерски, на инстинктах владеет ближним боем. Навыками обращения с плазменным орудием не обладает. — Дженна быстро и четко отчеканила финальные строки рапорта, убирая палец с сенсора и намертво блокируя канал связи.       Всё это время Селена, ничего не подозревая о тайном докладе своей «надзирательницы», понуро шла следом за ней по запутанным коридорам базы, спотыкаясь на ходу и едва поспевая за размашистым шагом мандалорки [20.10]. Внутри у бывшей королевы Эрилеи всё кипело от ярости. Превозмогая обжигающую сухость в горле после проклятого тхиара, она без остановки ворчала себе под нос самые грязные ругательства на родном языке, костеря этот безумный железный мир, его ночные тревоги и сумасшедших людей в броне.       Селена резко прибавила шаг на своих тяжелых ботинках, нагнала Дженну у очередного поворота индустриального коридора и, ухватив её за плечо, требовательно спросила:       — Зачем нам нужно прибыть раньше Си’вил и Брена? Ты... ты хочешь рассказать Калебу про меня? Про то, что произошло в каюте?       Мандалорка резко остановилась как вкопанная посреди пустого перехода. Она устало поставила руки в бока, опустила голову и шумно, тяжело выдохнула, невидящим взглядом уставившись в рифленый металлический пол, словно принимала последнее, самое сложное решение в своей шпионской карьере. Помедлив пару секунд, Дженна подняла на Селену свои темные глаза и глухо произнесла:       — Да. Нам стоит ввести Калеба в курс дела. И сделать это нужно как можно деликатнее, пока мы на базе.       Полковник Конкордии сделала шаг ближе к эрилейской пленнице и заговорщически понизила голос до шепота:       — Если твоя... аномалия каким-то чудом спонтанно выяснится в пустыне, на глазах у ученых и при всех бойцах отряда, то это будет не просто проблема. Это будет... Что с тобой? — Дженна резко осеклась, заметив, как на лице Селены предательски расползается широкая улыбка. Эрилейка прикрыла глаза, повернулась к Дженне боком и изо всех сил попыталась сдержать рвущийся наружу смех, судорожно прикрывая рот тыльной стороной ладони.       — Да нет, ничего, — сквозь силу ответила Селена, отчаянно пытаясь вернуть лицу серьезное выражение, но у нее это вышло из рук вон плохо.       Дженна нахмурилась и предприняла попытку продолжить рапорт:       — В общем, если... — мандалорка на секунду зависла, хмельной тхиар предательски стер оперативную память, и она покрутила пальцами в воздухе, пытаясь вспомнить, о чем говорила.       — О чем это я? А, да! Если они все про это узнают... — В этот момент Селена окончательно не сдержалась и издала громкий, сдавленный смешок.       — Ой, прости! — выдохнула пленница, её глаза смешно прищурились от подступившего хохота, и она снова уткнулась лицом в ладонь, чтобы окончательно не заржать на весь технический ярус.       — Я просто... я просто на секунду представила лицо Калеба, когда он узнает, кто я такая на самом деле! Он же от этого шока просто провалится сквозь землю!       — Хм... Да уж, забавно выйдет, — уголок губ Дженны дрогнул, и хмельной алкогольный кураж вперемешку со стрессом наконец пробил её профессиональную шпионскую маску. Тяжелый абсурд ситуации окончательно дошел до мандалорки, и её тоже начало медленно, но верно пробирать на заразный смех. Двчонки прыснули одновременно, на пару секунд полностью позабыв об Оружейнице, Калебе и закрывающемся летном окне. С трудом взяв себя в руки и утерев выступившие слезы, Дженна шумно вдохнула озоновый воздух коридора и крепко ухватила Селену за локоть, увлекая за собой:       — Всё, отставить смех! Вопросы и шутки потом, нам реально нужно успеть проскочить на палубу первыми!       Командир Калеб уже добрых полчаса в одиночку возился с экстренным приготовлением «Кешира» к вылету, лично перепроверяя каждую тактическую систему штурмовика посреди погруженного в ночной полумрак ангара. Внезапно сквозь тяжелый, мерный гул прогревающихся турбин до его слуха долетели приглушенные женские голоса, которые то и дело бурно обсуждали какую-то чепуху и заливисто, весело смеялись на весь пустой отсек. Поправляя массивное гидравлическое крепление навесного оборудования возле самого входного проема корабля, мандалорец раздраженно отодвинулся назад и заглянул за угловатый борт спидера.       Сфокусировав тактический визор, он отчетливо увидел идущих по ангару Дженну и Селену. Обе женщины, начисто растеряв былую шпионскую выправку, шли заметно шатаясь, едва удерживая равновесие на ровном месте. Калеб в ярости прищурил глаза под Т-образным прорезом своего шлема.       — Какого...?! — глухо выдохнул командир, мгновенно осознав, КТО именно перед ним стоит и в каком, черт возьми, невменяемом состоянии они умудрились явиться на боевой вылет. Жестко зажав челюсть, мандалорец со всей злости, до скрежета металла посильнее затянул крепежный замок, выплескивая первое кипящее возмущение. Отпустив инструмент, он тяжелыми, чеканящими шагами поспешил им навстречу, будучи абсолютно разъяренным.       Быстро подскочив к пошатывающимся женщинам, Калеб испуганно и нервно огляделся по сторонам, проверяя темные углы ангара. Не говоря больше ни слова, он мертвой хваткой сгреб обеих за локти и силой поволок по металлическому настилу в сторону штурмовика.       — Быстро внутрь! Живо! — приглушенным, яростным басом скомандовал командир и ещё раз воровато оглянулся на шлюзы. Кое-как затащив двух вяло ворчащих и спотыкающихся девушек по рампе в закрытый десантный отсек корабля, Калеб с силой заблокировал бронированную створку.       Сорвав с головы массивный шлем, он до боли стиснул зубы и со всей злости накинулся на свою по-прежнему тихо хихикающую сестру:       — Дженнифер, блять! Какого хера ты творишь?! У нас боевой вылет а ты нажираешься в каюте до беспамятства?! — сорвался на глухой, вибрирующий рык командир.       Селена, которой хмельной тхиар окончательно выжег остатки страха перед мандалорцами, бесцеремонно толкнула Калеба кулаком в плечо.       — Да чё ты к ней пристал? — покатываясь со смеху и едва удерживаясь на ногах, заступилась за подругу эрилейка.       — Мы просто... мы просто весело проводим время!       Дженна, утирая выступившие слезы и силясь устоять на месте под тяжелым похмельным накатом, заговорщически подмигнула пленнице:       — Селена... Селена, покажи ему. Ну давай, покажи!       — Да ну, брось, — смешно отмахнулась Селена, забавно кривя губы. — Он всё равно не поймет.       — Покажи, ну покажи ему! — не унималась в край расслабившаяся мандалорка, подначивая её локтем в бок.       — О-о-х, ну ладно, так и быть, — со вздохом согласилась Селена.       Калеб стоял посреди десантного отсека в полнейшей непонятке, переводя ошарашенный и злой взгляд с сестры на Селену. Он абсолютно не понимал, что вообще здесь происходит и что за глупые секреты связывают этих двоих. Суровый командир насупился, ожидая хоть каких-то внятных объяснений, но Селена вместо этого медленно, с нарочитой торжественностью подняла правую руку на уровень его лица и продемонстрировала плотно сжатый кулак. Калеб в глубоком недоумении нахмурился еще сильнее:       — Это что ещё за цирк, я не понял? — сухо спросил он.       — Это — когда ты видишь меня! — с каменным лицом ответила Селена и принялась медленно, издевательски разгибать вверх средний палец.       — А это — когда ты видишь меня в наручниках с мешком на голове!       Секундную гробовую тишину в отсеке разорвал дикий, истошный взрыв. Дженну после этой убойной похмельной шутки просто напрочь порвало. Полковник Конкордии согнулась пополам, хватаясь за живот и сползая по переборке штурмовика, заходясь в неудержимом, пьяном хохоте.       До Калеба далеко не сразу дошел истинный, издевательский смысл того жеста, который так уверенно продемонстрировала ему девушка. Но когда до разума командира наконец дошло, ЧТО именно произошло, у мандалорца от такой наглости шокировано расширились глаза. Он еще сильнее, до хруста сжал челюсть, шумно выдохнул сквозь зубы и, не говоря ни слова, круто развернулся на пятках. Калеб подошел к настенному медицинскому блоку десантного отсека и принялся сосредоточенно шуршать тактическими ампулами, быстро подбирая нужную дозировку армейских препаратов. Селена с Дженной в это время продолжали безудержно хохотать до слез, полностью обессилев от алкогольного куража и буквально уперевшись лбами друг в друга, чтобы не упасть. При этом Селена, давясь от смеха, то и дело продолжала победно демонстрировать Дженне свой кулак, забавно выдвигая средний палец вперед и со сдавленным смешком задвигая его обратно, отчего Дженна заходилась в новом приступе хохота.       Внезапно Селена почувствовала резкий, болезненный укол прямо в ягодицу. Девушка испуганно вскрикнула и резко отпрянула в сторону, дико оглядываясь назад и сталкиваясь взглядом со стоящим сзади Калебом, в чьей массивной руке был зажат пустой автоматический шприц-пистолет. В ту же секунду весь хмельной смех у нее как рукой сняло. Её лицо скривилось в злую, яростную гримасу, и она попыталась выплюнуть в лицо командиру всё свое возмущение:       — Ты... ты что себе позв.. — Однако договорить Селена не успела. Мощнейший боевой седативный антидот подействовал мгновенно: у нее резко закатились глаза, колени предательски подкосились, и она мешком рухнула на рифленый пол штурмовика.       Дженна, увидев лежащую на полу и уже мирно сопящую Селену, моментально стерла с лица улыбку и предприняла попытку резко привстать с дивана с самым злобным выражением лица, на которое была способна. Но алкоголь затормозил её шпионские рефлексы. Полковник Конкордии тут же ощутила точно такой же резкий, жгучий укол в районе бедра. Опустив затуманенный взгляд вниз, она ошеломленно уставилась на бедро, после чего перевела на Калеба полный обиды взор.       — Ну ты и свол-лв... — едва ворочая языком, успела прохрипеть Дженна, перед тем как убойный транквилизатор наглухо отключил её оперативную память. Запнувшись на полуслове, мандалорка без чувств повалилась на настил прямо возле сопящей Селены.       Спустя несколько минут тяжелая гидравлическая рампа штурмовика с шипением опустилась, и на борт «Кешира» быстро поднялись Брен и Си’вил, полностью экипированные и готовые к вылету. Едва переступив порог десантного отсека, оба бойца резко замерли на месте, ошеломленно уставившись на представшую перед ними картину. Командир Калеб молча сидел в кресле второго пилота, с подчеркнутым, угрюмым безразличием клацая по светящимся кнопкам приборной панели. А чуть поодаль, на узком походном диване, без малейших признаков жизни лежали две девушки — Дженна и Селена спали мертвым лечебным сном, самым нелепым образом завалившись друг на дружку в позах поверженных воинов.       Си’вил и Брен стояли абсолютно неподвижно, не в силах проронить ни слова и решительно не понимая, какого хера здесь вообще произошло за время их отсутствия. Калеб на секунду прервал свое занятие, медленно развернул шлем в полоборота к вошедшим подчиненным и намертво замер, словно сканируя их реакцию. Тяжелое, звенящее безмолвие повисло под сводами корабля.       — Вам что?! Официальное приглашение нужно, чтобы вы соизволили занять свои места?! — нервно и яростно гаркнул Калеб сквозь визор шлема, заставив бойцов инстинктивно выпрямиться по струнке. Отрезав любые потенциальные вопросы о спящих телах на диване, командир жестко добавил:       — Готовимся к вылету. Сейчас снабженцы Гнезда доставят нам электронные пропуска на закрытую исследовательскую базу в пустыне, и мы немедленно стартуем в сектор S35! Живо по местам!       Размеренный гул турбин на мгновение перекрыли тяжелые, синхронные шаги — к опущенной аппарели штурмовика быстро подошли два вооруженных гвардейца в глухой темной броне Кузницы.       — Получите пропуска! — глухо отозвался один из них сквозь динамик шлема.       Брен молча поднялся со своего места, сошел по рампе на плиты дока и забрал из рук часового запечатанный тактический кейс с электронными чипами допуска. Но, едва начав перебирать пластиковые карточки, боец «Кешира» резко замер на месте. Он раз за разом, с нарастающим недоумением пересчитывал пропуска, переводя взгляд то на гвардейцев, то на приборы.       — Постойте-ка... — Брен нахмурился, упрямо сверяя данные. — Здесь всего четыре пропуска. А нас в полетном листе пятеро!       Калеб, услышав это из кабины, нервно вскочил со своего кресла, быстрыми шагами спустился к гвардейцам. Его лицо под шлемом перекосило от ярости.       — Ребята, чё за дела?! Нас пятеро! Где электронный допуск на моего фаундлинга? — злобно насел на часовых командир.       Гвардейцы лишь безмолвно переглянулись между собой и синхронно, абсолютно безразлично повели бронированными плечами.       — Это всё, — сухо и монотонно ответил старший конвойный. — Прямое распоряжение Оружейницы. Высший уровень разрешения выдан только на кадровых офицеров отряда.       — Да вы издеваетесь?! И что мне, по-вашему, прикажете делать с... — Калеб осекся, обернулся назад, посмотрев на спальные ложа, где мертвым лечебным сном сопели Дженна и Селена, и в изнеможении взялся руками за голову. — О, долбаный мифозавр!       — Слушай, Калеб, чё ты вообще от нас хочешь? — раздраженно буркнул второй гвардеец. — Мы, что ли, тебе эти пропуски ковали? Сказано в приказе четыре — значит, летите вчетвером. А с ней... — он выразительно кивнул головой в сторону десантного отсека штурмовика, — ...делай что хочешь. Время вышло, закрывайте шлюзы.       Калеб жестко стиснул зубы. Долг перед Кузницей и уходящее летное окно не оставляли ему выбора. Тяжело выдохнув, Калеб принял самое скверное решение за всю эту ночь. Спустя минуту «Кешир» с глухим металлическим стуком наглухо закрыл свою аппарель, с ревом запустил форсажные турбины и, медленно оторвавшись от платформы дока, стремительно растаял в темноте ночного неба, отправляясь на задание в сектор S35.       Два гвардейца Кузницы остались стоять посреди опустевшего, гулкого ангара, молча созерцая лежащую у их ног и совершенно беззащитную Селену. Девушка, напрочь вырубленная убойным армейским транквилизатором Калеба, мирно спала прямо на холодном настиле платформы, тихо посапывая во сне и даже близко не подозревая, что её отряд улетел без нее. Стражи порядка Гнезда озадаченно переглянулись под своими глухими Т-образными визорами и одновременно покачали головами.       — Ну и куда её теперь? — недоуменно спросил один, подтолкнув носком тяжелого сапога край её робы.       Второй гвардеец опустил бластер и задумчиво почесал подбородок прямо под бронированным шлемом:       — Так это же... фаундлинг Калеба, верно? Отнесем её к нему в комнату, пусть там отсыпается. Нам лишние проблемы не нужны. — Сгребнув спящую девушку в охапку, гвардейцы медленно поволокли её по техническим коридорам базы.              Селену грубо и бесцеремонно выдернул из тяжелого сна оглушительный, требовательный стук в дверь. Три мощных, гулких удара, нанесенных явно тяжелой мужской рукой в металлической боевой перчатке, эхом разнеслись по замкнутому пространству незнакомого помещения. Девушка лежала на животе, уткнувшись лицом в подушку и нелепо повернув голову вбок. Она медленно, со стоном попыталась открыть налившиеся свинцом глаза, но абсолютно безуспешно — какие-то дикие, жужжащие стрекозы в раскалывающейся голове напрочь мешали сосредоточиться и понять, где именно она находится. Превозмогая жуткую слабость, она с трудом перевернулась на спину, попробовала приподняться на локтях, но силы мгновенно покинули её, и она беспомощно рухнула обратно в чужую кровать.       «Господи, я же всего-то немного пригубила вчера с Дженной!..» — лихорадочно, в полнейшем ужасе пронеслось в её мыслях. Разум отказывался выдавать оперативную информацию. «Ни черта не помню! Вообще ничего!» Стиснув зубы, Селена предприняла вторую попытку отделиться от матраса. Кое-как преодолев сопротивление собственного тела, она потихоньку сползла на край постели и замерла, опустив босые ноги на холодный пол. Чувства начали возвращаться к ней постепенно, словно перезагружающиеся терминалы базы: сначала резко улучшился слух, затем обострилось обоняние, уловившее запахи озона и машинного масла, за ним последовало мутное зрение, и в самом конце пришла её «любимая», подкатывающая к горлу тошнота.       — Всё... Больше ни одной проклятой капли этого мандалорского пойла, — в очередной раз в жизни мысленно поклялась себе бывшая королева.       Она с силой потерла ладонями бледное лицо, пытаясь прийти в себя, и аккуратным движением пальцев попробовала поправить взъерошенные, спутанные волосы. Внезапно на затылке её пальцы наткнулись на огромную, болезненную шишку.       — Ай!.. — Селена поморщилась от резкой вспышки боли и испуганно отдернула руку. — Что это ещё за хрень? Как я умудрилась её набить? — Она отчаянно попыталась вспомнить события уходящей ночи, но память была намертво заблокирована последствиями калебовского транквилизатора. Девушка резко вскочила на ноги, но из-за дикого головокружения в ту же секунду рухнула обратно на матрас. Отрицательно помотав головой, чтобы разогнать туман в глазах, она повторила попытку, но теперь уже действовала медленно, осторожно выпрямляясь во весь рост. В горле ужасно, невыносимо пересохло. Селена затравленно оглянулась по сторонам в поисках хотя бы стакана чистой воды, но ничего похожего поблизости не оказалось.       — И где это я, черт возьми, оказалась? — тихо пробормотала она, снова осторожно почесав кожу возле шишки, и принялась внимательно осматривать помещение. В каюте царил уровень максимального, железобетонного военного минимализма: ни одной лишней детали, каждая вещь, элемент экипировки и тактические приборы были сложены со строжайшей, идеальной армейской точностью. Пошатываясь, Селена двинулась в сторону узкого проема рефрешера, на ходу лихорадочно вспоминая значения всех этих чужеродных светящихся символов на панелях и для чего именно нужна каждая кнопка. С огромным трудом разобравшись с замудренной гидросистемой, она сходила в туалет и тщательно умылась ледяной водой. Про себя эрилейка нехотя отметила, что местная сантехника в принципе удобная — дико замудренная, но, черт возьми, чертовски удобная.       Выйдя обратно в жилую зону каюты, она остановилась прямо перед ростовым матовым зеркалом у стены и уставилась на свое помятое отражение. Из темноты стекла на неё смотрела бледная девушка со всклокоченной шевелюрой и диким, похмельным взглядом затравленного хищника.       — М-да. И в кого же ты в итоге превратилась? — с горькой, ядовитой иронией негромко произнесла Селена, кривя губы в изломанной ухмылке. — Аэлина Ашерир Галатиния... Ты здесь больше не великая королева. Ты теперь простая, никому не нужная оборванка в чужой железной клетке.       Она еще раз скептически окинула взглядом свое отражение в зеркале и внезапно отчетливо осознала, что ужасно, просто волчьи голодна. Измученный похмельем организм требовал ресурсов. «Так, ладно... Надо пойти поискать ту самую столовку, в которой меня недавно кормили, — лениво подумала Селена, припоминая дорогу к пищеблоку. — Надеюсь, этот их блок питания находится не слишком далеко отсюда». Кое-как, преодолевая легкую дрожь в коленях, девушка полностью оделась в свою серую робу и уверенным шагом подошла к выходу. Перед самой дверью она на секунду замерла и обернулась. Разоренная, незаправленная кровать Калеба теперь визуально и слишком агрессивно выбивалась из безупречного, выверенного до миллиметра интерьера каюты. Селена лишь безразлично махнула на неё рукой — наводить здесь уставной порядок она точно не нанималась.       Повернувшись обратно к выходу, она принялась озадаченно рассматривать глухую металлическую переборку, хаотично тыкая пальцами в разные светящиеся узоры на боковой панели.       — Блин... Но где-то же здесь вроде они постоянно что-то нажимают, — раздраженно проворчала эрилейка, перебирая пальцами по сенсорам. Спустя пару секунд её палец наконец удачно наткнулся на нужную комбинацию: панель пискнула, и тяжелая бронированная створка двери с тихим гидравлическим шипением плавно съехала в сторону.       — А это ещё что такое? — Селена удивленно опустила взгляд вниз и мгновенно замерла. Прямо на металлическом пороге, в пустом и тихом коридоре, лежал интересный, довольно увесистый кейс металлического цвета. Корпус контейнера был явно потрепанным, покрытым глубокими царапинами и сколами от плазменных ожогов, словно он побывал не в одной галактической передряге. На его верхней крышке красовалась литая рельефная эмблема в виде ромба, внутри которого была четко выбита массивная голова какого-то свирепого, неведомого ей зверя с закрученными тяжелыми рогами. Осторожно оглядевшись по сторонам и не обнаружив в коридоре ни единой живой души после недавнего стука, Селена присела, подхватила тяжелый контейнер за ручку и быстро занесла загадочную посылку внутрь каюты, позволив двери захлопнуться обратно.       Селена опустила контейнер на стол и принялась озадаченно крутить его со всех сторон, настойчиво тыкая пальцами во все кнопки, защелки и выступы, которые только можно было потыкать. Спустя минуту её хаотичные тактические манипуляции увенчались успехом: тяжелые замки с металлическим лязгом разошлись, и крышка кейса плавно откинулась вверх.       — Да ладно!.. — скептически и с явным недоумением в хриплом голосе произнесла девушка, вглядываясь в содержимое контейнера.       В коробке аккуратно покоился комплект настоящей мандалорской брони, правда, в несколько упрощенном, облегченном варианте, и глухой боевой шлем. Если тканевая походная роба сине-болотного оттенка выглядела абсолютно новой, словно её только что достали со складов снабжения Гнезда, то сам защитный шлем явно был подержанным, покрытым сеткой глубоких царапин, боевых сколов и потертостей серого цвета. Через весь купол, от самого центра переносицы и до затылка, тянулись две тускло-розовые полосы, нарисованные явно кустарным, искусственным путем, а сбоку красовались четкие инициалы «JD», выведенные на фоне стилизованной молнии. Узкий Т-образный визор шлема имел характерные, изящные очертания, безошибочно выдававшие его прежнюю женскую принадлежность.       — И мне теперь предстоит ходить вот в этой безвкусице? — Селена брезгливо покрутила увесистый серый шлем в руках, разглядывая розовые кадетские художества Дженны, и тяжело, измученно. Помедлив мгновение, она горько усмехнулась собственным мыслям:       — Ладно... Какая-никакая, а это всё же официальная маскировка для этого железного гроба.       Руководствуясь чистой интуицией и с трудом припоминая, как Дженна крепила свои доспехи, Селена кое-как натянула на себя все присланные причиндалы, защелкнув хитрые фиксаторы. Шагнув к зеркалу, она во весь рост встала перед матовой поверхностью и растерянно развела руки в стороны Зрелище вышло монументальным: её длинные, густые золотистые локоны хаотичными, яркими волнами свисали из-под жесткого мандалорского шлема, рассыпаясь по бронированным плечам и сине-болотной спине. Понуро опустив голову в тяжелом шлеме, бывшая королева Эрилеи лишь отрицательно и обреченно покачала головой, признавая крах своего эстетства. Она подняла руки, внимательно осмотрела плотные перчатки с наручами и, заметив на металле щитков точно такие же блекло-розовые узоры, снова с тяжестью вздохнула. И ровно в эту секунду тишину каюты бесцеремонно нарушило громкое, требовательное урчание в её пустом желудке — похмельный голод мгновенно напомнил, что пора выдвигаться на поиски пищеблока.       Селена осторожно вышла из многоярусного жилого блока Гнезда, чисто интуитивно следуя за редкими группами мандалорцев. Она изо всех сил старалась не выделяться в этой бронированной толпе и отчаянно гнала прочь глупые мысли о том, как весь этот огромный подземный город умудряется существовать без капли магии. Или же все эти провода, гудящие генераторы и трубы — это просто какой-то особый, неведомый ей вид технологического колдовства? Девушка шла по бесконечным стальным коридорам, сворачивала в темные проулки ярусов и намеренно выбирала маршруты, где было больше всего суеты. На ходу она честно пыталась вспомнить, какими именно путями Калеб вел её в местный пищеблок, но вокруг всё казалось слишком однотипным, серым и одинаково холодным.       — Господи, и куда я в итоге зашла?.. — растерянно пробормотала Селена сквозь фильтры шлема, резко останавливаясь посреди очередного развилистого перекрестка и озираясь по сторонам. Ровно в этот момент мимо неё неспешно проходила пара молодых мандалорцев в точно таких же сине-болотных походных робах, как и у нее. «Наверное, такие же салаги, как и я», — скептически подумала Селена, оценив их легкую, еще не обстрелянную броню. Понимая, что похмельный желудок больше ждать не намерен, она шагнула им наперерез и попыталась заговорить как можно более непринужденно:       — Эй, ребят! Не подскажете, как тут пройти в столовую? Я просто... здесь недавно, еще не запомнила все эти повороты.       Парни удивленно переглянулись под своими глухими шлемами.       — А что, у тебя навигатор на наруче не работает, что ли? — озадаченно спросил один из них, кивнув на её левую руку.       — А... эм-м... — Селена на секунду зависла, растерянно посмотрев сначала на правый наруч, затем на левый. С трудом скрыв нахлынувшее раздражение от собственного незнания местной техники, она лишь молча развела руками, изображая нелепую поломку. Мандалорец вздохнул, шагнул ближе и бесцеремонно перехватил её левое запястье. Он быстро набрал короткую комбинацию на встроенной мини-панели, и над её рукой мгновенно вспыхнуло объемное синее марево в виде перевернутого голографического конуса. В самом центре этой светящейся проекции отчетливо пульсировала маленькая красная точка. От неожиданности Селена даже слегка дернулась назад, но воин Кузницы крепко удерживал её руку.       — Да вроде всё у тебя нормально работает, — проворчал мандалорец, изучая тактический интерфейс прибора. — Вот, смотри сюда. — Он ввел еще несколько быстрых команд, и от пульсирующей красной точки через всю трехмерную карту коридоров базы плавно проложилась четкая желтая линия, упирающаяся в схематичное изображение нужного ей сектора. Отпустив её руку, парень похлопал Селену по бронированному плечу и зашагал дальше. Девушка еще некоторое время продолжала стоять в полном шоке, уставившись на светящийся прибор. Это было невероятно сложно и одновременно потрясающе просто! Ей, прирожденному эрилейскому следопыту, больше не нужно было высматривать приметы, читать знаки или ориентироваться по мху на стенах. Просто нажал пару кнопок — и вуаля, тебя за ручку ведет гребаный железный наруч!       Селена всё-таки благополучно добрела по навигатору до массивного пищеблока, возле входа в который то и дело крутились самые разные мандалорцы и громыхающие живые железяки — дроиды-уборщики. Девушка медленно зашла внутрь и ненадолго замерла у самого прохода, критически рассматривая местный интерьер и оценивая обстановку. «Так... Значит, справа сидят те, кто в синих, зеленых и коричневых одеждах. Наверное, местное офицерье, — прикинула Селена. — А слева — в точно таких же убогих болотных тряпках, как и я. Походу, салаги-новобранцы». Стараясь не привлекать лишнего внимания, она плавно двинулась к длинной барной стойке, которая тоже была условно разделена на две зоны: офицерскую, с богатым голографическим меню, и рядовую, где сиротливо дымились всего пара огромных чанов с каким-то варевом.       Она подошла к рядовой стороне раздачи и, уверенно опустив руки на холодную стальную столешницу, спросила у огромного, плечистого мандалорца-буфетчика, стоявшего за раздачей. Свой шлем Селена снимать не торопилась, постаравшись придать голосу как можно более невозмутимый и скучающий тон:       — Гм... Что сегодня на завтрак?       Буфетчик даже не повернулся, продолжая орудовать огромным черпаком.       — Отряд? — коротко и хмуро бросил он сквозь динамик.       — Я... черт, как-то подзабыла, — Селена неловко почесала затылок под шлемом, лихорадочно соображая, как выкрутиться.       — Кто твой командир? — буфетчик наконец развернулся и уставился на нее в упор.       — О... Этот! Калеб! — обрадовалась девушка, мысленно похвалив себя за то, что похмельная память выдала хоть какое-то имя.       — Я всех имен на базе не знаю, — глухо и абсолютно невозмутимо отрезал громила. — Мне фамилию его назови, салага.       Селена понуро опустила голову, затем медленно, с нарастающим бешенством помотала ей из стороны в сторону. Терпение бывшей королевы Эрилеи лопнуло. Она медленно сняла с себя тяжелый мандалорский шлем, с раздражением сдула упавший на лоб золотистый локон и с размаху припечатала железо к стойке.       — Слушай ты, жердяй! — с ледяной яростью процедила она, окончательно забив на маскировку. — Какая тебе, блять, разница, чья я подопечная?! У тебя здесь на раздаче всё равно всего один вид этого помоя! — Селена брезгливо ткнула острым подбородком в сторону дымящегося чана. — Неужели фамилия моего командира каким-то волшебным образом спасет меня от этого кулинарного страдания, а?! — И она буквально впилась в ошарашенного буфетчика своим фирменным, смертоносным взглядом хищника.       Огромный мандалорец замер с черпаком в руке, разглядывая свирепую златовласую девчонку, а затем из его шлема донесся тяжелый, рокочущий смешок:       — Гы... — искренне развеселился повар, оценив её наглую дерзость. — Ладно, держи, сопля, свой «завтрак». — Он небрежно подхватил раздаточную ложку и с глухим шлепком ляпнул на стальную круглую тарелку две увесистые порции безвкусной серой каши, после чего с грохотом пододвинул порцию к ней. Селена молниеносно, едва ли не с мясом выдернула тарелку из его рук. Развернувшись на пятках и медленно отходя к свободным столам, она, не сводя с ухмыляющегося буфетчика злого, сверкающего взгляда, тихо и отчетливо процедила сквозь зубы: — Вот имбецил!..       Крепко удерживая стальную тарелку с серой жижей, Селена медленно пошла вдоль рядов, придирчиво выбирая, куда именно ей сесть, как вдруг со стороны раздачи громом прозвучал глухой, насмешливый голос буфетчика:       — Эй, сопля! Ты шлем свой забыла!       Девушка резко остановилась как вкопанная и в полнейшем раздражении нервно прикрыла глаза. «Чертов железный горшок...» — мысленно выругалась она. Селена медленно развернулась, чеканя шаг вернулась к стойке, забрала многострадальный шлем и на прощание одарила буфетчика самой приторной, ехидной улыбкой, на которую только была способна.       — Попался бы ты мне в Террассене... — едва слышно, одними губами прошептала она про себя, обещая мысленно устроить повару королевский прием на своей родине, если они когда-нибудь там окажутся.       Оглядев зал еще раз, Селена наконец заметила в самом дальнем и темном углу пищеблока одиночное, стратегически выгодное место. «Вот и отлично», — тактически оценила она позицию. Быстро добравшись до стола, она села спиной к стене и с огромным трудом принялась поглощать местную кашу, которая на вкус оказалась чуть хуже размокшей бумаги. Жуя это кулинарное недоразумение, эрилейка не теряла времени даром: её цепкий взгляд профессионального убийцы внимательно изучал повадки, жесты и разговоры местных мандалорских воинов. Внезапно её взор снова упал на дальний конец зала, где её новый «друг»-буфетчик бурно разговаривал с каким-то массивным мандалорцем в глубокой синей броне.       Прямо на её глазах повар активно зажестикулировал и без всякого стеснения начал открыто указывать черпаком в её сторону. Мандалорец в офицерском доспехе тут же медленно обернулся, уставившись своим глухим Т-образным визором точно на её угловой столик.       «Черт!» — мысленно чертыхнулась Селена. Она мгновенно прикрыла лицо ладонью, спешно пересев полубоком и оперевшись локтем о край стола, чтобы максимально скрыть свои золотистые волосы и профиль. Это шпионское действие было у нее чистокровным, выработанным годами инстинктом: в каких бы мирах она ни находилась, если про тебя начинают шептаться и выспрашивать в трактирах — это никогда не к добру.       Даже через монотонную какофонию всеобщего галдежа, гремящей посуды и гула дроидов Селена своим чутким слухом охотника отчетливо уловила приближающиеся к её углу грузные, размеренные шаги. Не шевелясь и сохраняя внешнее хладнокровие, она продолжала медленно ковыряться в тарелке, то и дело кривясь от вкуса серой каши. Спустя мгновение массивная темная тень перекрыла тусклый свет неоновой лампы, и синий силуэт офицера замер прямо возле её столика.       — Селена? — вопросительным, на удивление спокойным и глубоким голосом произнес мандалорец сквозь динамик шлема.       Девушка, плавно отодвигаясь на стуле назад, незаметно опустила правую руку с вилкой под столешницу, поудобнее перехватывая металлическое основание, готовая в любую секунду превратить столовый прибор в смертоносное лезвие.       — А кто спрашивает? — на полном серьезе, леденящим тоном осведомилась она, смело вскинув на него взгляд.       Офицер в синей броне слегка качнул головой, оценив её боевую стойку.       — Хм... Обычно, когда офицер обращается к рядовому, ответ должен звучать немного по-другому, — резонно заметил он.       Вместо того чтобы испугаться или вскочить по стойке смирно, Селена демонстративно расслабилась, оперлась спиной о переборку и нагло, с подчеркнутым безразличием принялась рассматривать ногти на своих пальцах.       — Я здесь недавно, — скучающим тоном ответила она, не глядя на собеседника. — Еще не все обычаи успела выучить.       — Это не обычай, а мандалорский воинский устав, — всё так же спокойно и рассудительно проговорил офицер.       — Называй это как хочешь, — лениво отозвалась Селена, переведя на него сонный, похмельный взгляд.       Мандалорец упер тяжелые бронированные руки в бока и слегка наклонил голову вбок, пристально изучая златовласую нарушительницу спокойствия.       — Хм... — внезапно издал он короткий, искренний смешок. — Надо же, какое чудное совпадение. Предыдущая владелица этой робы вела себя в кадетском корпусе абсолютно так же. Знаешь, если бы не твоя яркая внешность, я бы всерьез подумал, что кто-то из рода Д’гоя снова устроил бунт на раздаче.       Селена продолжала сидеть неподвижно, буравя офицера тяжелым, пронзительным взглядом исподлобья и по-прежнему не выпуская вилку из пальцев под столом. Мандалорец спокойно перенес этот смертоносный королевский досмотр и сделал шаг ближе.       — Я не представился, — ровным тоном произнес он, и правая бронированная рука скользнула к замкам шлема. Раздалось шипение герметизации, воин снял шлем, являя миру волевое, покрытое парой старых шрамов лицо. — Меня зовут Арниган Кросс. Для своих — просто Арн.       Офицер Конкордии добродушно усмехнулся, заметив, как Селена слегка расслабила плечи, но взгляда не отвела.       — Меня к тебе прислала Дженна, — пояснил Кросс, аккуратно пристроив свой синий шлем на край стальной столешницы. — Мы с ней в кадетстве на этой базе вместе учились, так что долгов друг перед другом у нас полно. Она успела скинуть мне экстренное сообщение с борта «Кешира» и очень просила помочь тебе освоиться здесь, пока они с Калебом торчат на этом закрытом задании в пустыне. А еще Дженна просила передать тебе извинения за то, что всё так криво вышло с вылетом.       Арн озадаченно почесал затылок, на секунду нахмурившись, словно перебирал в памяти странные шифры:       — И еще... Она добавила в конце фразу, которую я, если честно, вообще не понял. Что-то вроде: «Шутка с мешком — это полный улет, Калеб до сих пор со мной на борту не разговаривает!» — Кросс с любопытством прищурился, глядя на Селену. — Судя по твоему лицу, ты вполне в курсе, о каком мешке речь. Ладно, тайны вашего отряда меня не касаются. Я присяду? — вежливо и уважительно спросил мандалорец, указывая на свободный стул напротив.       Селена безразлично вздернула плечами и слегка помотала головой, всем своим видом демонстрируя ленивое «как хочешь». Арниган Кросс понимающе кивнул, отодвинул стул и грузно опустился напротив нее, сразу переходя к делу без лишних предисловий.       — Селена, смотри, у меня на самом деле не так уж много времени, — ровным, деловым тоном заговорил офицер, оперевшись локтями о стальной стол. — Просто так совпало, что сегодня у меня выдалось свободное окно между дежурствами. Поэтому давай, доедай, и мы сразу пройдем на ознакомление с базой. Заодно официально оформим твой допуск и приписку к «Кеширу», как просила Дженна.       Вместо того чтобы потянуться за едой, Селена замерла. Она зажмурилась и с силой почесала покрасневший лоб, пытаясь унять пульсирующую боль в висках.       — Где они делись, Дженна и Калеб? — серьезным, внезапно осипшим и очень строгим голосом спросила она, в упор взглянув на Кросса.       Арн недоуменно приподнял брови, явно не ожидая такого вопроса от члена их команды.       — Ну... Их экстренно отправили на задание в сектор S35, — непонимающе ответил мандалорец, всматриваясь в её бледное лицо. — Ты же вчера сама была с ними на взлетной палубе, разве нет?       — Короче! Я вчера немного перебрала этого вашего проклятого пойла и ни черта не помню, ясно?! — окончательно сорвалась Селена, и её похмельный самоконтроль с треском лопнул. Эрилейка со злостью швырнула несчастную вилку прямо в тарелку с безвкусной кашей, отчего та с противным металлическим лязгом подпрыгнула на столешнице. — Если Дженна успела написать тебе это свое письмо, или как вы тут вообще общаетесь через этот свой вспыхивающий голубой дымок... то может она…, может…блять! Не знаю! И у меня просто раскалывается голова! — Тяжело дыша, девушка уперлась локтями в сталь, запустила все десять пальцев в свои взъерошенные золотистые волосы и сжала их у корней, пряча лицо в ладонях.       — Селена, послушай, это вполне нормальная реакция. Практически все, кто в свое время сильно пострадал от галактической работорговли, прошли через подобный психологический срыв, — максимально спокойно, мягко и успокаивающе заговорил Арн, стараясь не давить на нее своим офицерским авторитетом.       Эрилейка медленно подняла голову от ладоней. Её мимика исказилась в глубоком, искреннем изумлении, смешанном со вспыхнувшей яростью.       — Чего?! — выплюнула она, ошарашенно уставившись на Кросса. — Какая, к черту, жертва работорговли?! Ты что вообще?!       — Селена, здесь нет абсолютно ничего постыдного, тебе не нужно защищаться, — Арн примирительно приподнял ладони в перчатках, демонстрируя полную открытость. — Я лично читал официальный рапорт, который Дженна подала в штаб Гнезда сразу после вашего прибытия. Она подробно расписала твое тяжелое состояние.       Селена издала истошный, утробный раздраженный звук и снова тяжело, обреченно опустила голову вниз, уставившись в стол. Ярость мгновенно сменилась глухим осознанием. До её похмельного разума наконец дошел весь этот блестящий конспиративный «почерк» полковника Д’гоя — Дженна просто создала для нее идеальное алиби, объясняющее и её амнезию, и её дикие повадки.       — Послушай меня, Селена, — Арн подался вперед, и его голос зазвучал с суровой, истинно мандалорской отеческой теплотой. — Ты, конечно, можешь и дальше забиться в этот угол, продолжать страдать, замыкаться в себе и жалеть свою горькую судьбу. А можешь взять себя в руки, воспитать в себе настоящего, стойкого воина. И, глядишь, однажды настанет тот момент, когда ты снова лицом к лицу встретишь своих обидчиков. Но к тому времени ты будешь уже не пугливой, слабой девочкой, а сильной, храброй женщиной, способной защитить себя. Ну так что? Ты идешь?       Селена слушала эту пламенную армейскую проповедь с легким, едва заметно приоткрытым от шока ртом, чувствуя, как у нее от такой концентрированной нелепости происходящего аж предательски задергался правый глаз.       «Бля… пиздец! Ну и дебил, — в полнейшей прострации и ярости пронеслось в королевских мыслях. — Если этот синий шкаф продолжит в том же духе толкать мне свои речи, я клянусь, я прямо сейчас сама себе разобью голову об этот стальной стол, лишь бы этого не слышать!» Однако шпионские рефлексы и холодный расчет убийцы мгновенно взяли верх над похмельной гордостью. Эрилейка шумно вздохнула и моментально состряпала на лице как можно более несчастный, понурый и жалкий вид, на который только была способна.       — Пожалуй… пожалуй, ты прав, Арн, — тихо, с фальшивой покорностью выдавила она, шмыгнув носом для пущей убедительности. — Что-то я совсем расклеилась и раскисла после вчерашнего. Ладно, пойдем.       Она нехотя поднялась со стула, подхватила со столешницы поцарапанный шлем Дженны с розовыми полосами и последовала за удовлетворенно кивнувшим офицером к выходу из пищеблока. И пока они шли мимо оборачивающихся мандалорцев, внутри Селены огромными огненными буквами полыхало лишь одно единственное, уничтожающее её эго слово: «Позорище… Великие боги, какое же я позорище!»       Они наконец покинули душный, пропахший гарью пищеблок и вышли наружу, на широкую техническую платформу одного из центральных ярусов Гнезда. Селена, еле поспевая за размашистым шагом офицера, в какой-то момент просто не выдержала. Чуть отстав от мандалорца, она жалобно шмыгнула носом и невинным, приглушенным голоском спросила:       — Слушай, Арн... Ты, наверное, своими пламенными речами людей прямо на месте исцеляешь, да? Меня твои слова так сильно впечатлили, мне аж прямо жить заново захотелось. Ты, должно быть, прирожденный великий мейстер.       Кросс от такого неожиданного признания даже слегка сбавил ход и озадаченно моргнул, явно переваривая странный термин.       — А... ну... — мандалорец польщенно кашлянул в кулак. — Вообще, я иногда практикую полевую психологию среди новобранцев, это у нас в уставе прописано. Но нет, исцелять людей я как-то не пробовал. А это что, разве вообще физически возможно без бакты и дроидов?       — О, я просто уверена, что у тебя обязательно получится! — Селена еще раз максимально натурально и жалобно шмыгнула носом       — Ты главное... ну, не стесняйся , ладно?       — Ты... ты правда так думаешь? — Арн расплылся в широкой, искренней улыбке, окончательно растаяв от собственной значимости.       — На все сто! — с каменным лицом заверила его эрилейка.       — Ну окей... Я подумаю над твоими словами на досуге, — важно кивнул офицер, круто развернулся и зашагал дальше по металлическому переходу, но теперь уже заметно более бодрой, веселой и пружинящей походкой.       Как только мандалорец оказался к ней спиной, с Селены мгновенно слетела вся её фальшивая покорность. Девушка с размаху влепила себе смачный, звонкий фейспалм, с силой прижав ладонь к лицу и обреченно помотав головой из стороны в сторону.       «Без-на-деж-ный! Боги, он абсолютно, каменно безнадежен!» — в полнейшем культурном шоке пронеслось в её мыслях. С трудом подавив новый приступ похмельного смеха, она покрепче перехватила шлем под мышкой и поспешила следом за своим новоиспеченным «психологом» вглубь административного крыла базы.              Раздался резкий, шипящий звук «спших» — и Дженна моментально, судорожно распахнула глаза, вырываясь из вязкого плена лечебного сна. Тяжелый похмельный туман еще стоял в голове, но профессиональные шпионские рефлексы сработали безотказно. Прямо перед собой она увидела Си’вил, которая спокойно убирала пустой автоматический инъектор обратно в медицинский подсумок на поясе. Полковник Конкордии рывком села на диване, бешено осматриваясь по сторонам и оценивая обстановку в вибрирующем отсеке летящего «Кешира». Заметив, что спальное место рядом пустует, она тихо спросила:       — А где Селена?!

***