Глава 24: Призрачная Буря

      Селена лихорадочно мерила шагами тесное пространство каюты, двигаясь по кругу, точно запертая в клетке пантера, и беспрестанно, с задумчивым видом разговаривала сама с собой. Шаг, поворот, шуршание жесткой ткани чужого комбинезона по решетке пола — её тело подчинялось выученному ритму, пока разум тщетно пытался переварить остатки ночного кошмара.       — Нет, это не мог быть просто сон, — тихо, но отчетливо процедила она сквозь зубы, уставившись в пустоту перед собой. — Ну да, я за эти пару дней всякого дерьма навидалась, к этой безумной стальной утробе уже почти привыкла... Но там... Там всё было слишком осязаемо. Слишком детально. Этот призрачный, обжигающий запах родного Террасена, мокрая хвоя под ладонями. Прямо уж слишком всё реально, до тошноты. Вот только тень... Тень я толком не разглядела. Кто это мог быть? — Она раз за разом прокручивала в раскаленной голове обрывки видения, пытаясь выудить из памяти профиль существа с когтями, но перед внутренним взором пульсировала лишь багровая пелена, сквозь которую не пробивалось ничего конкретного.       Внезапно тишину каюты бесцеремонно разорвал резкий, высокочастотный звук: на левом бронированном наруче что-то противно пискнуло и замигало ядовито-зелеными строчками шифра. Селена от неожиданности испуганно дернулась, и её сердцебиение мгновенно участилось, отдаваясь гулом в ушах.       — Ай, блять! Твою мать! — яростно выкрикнула Селена, чувствуя, как по спине пробежал ледяной пот. Она начала лихорадочно крутить запястье, в панике клацая пальцами по всем светящимся сенсорам и выступам подряд, но проклятый огонек на дисплее всё равно продолжал упрямо мигать, а прибор — выдавать ритмичный, сверлящий уши писк.       — Ну что ты от меня хочешь, долбаная штука?! — раздраженно, с нажимом проворчала эрилейка, с силой телепая рукой в воздухе, словно пыталась стряхнуть с себя портового паразита. Но техника Гнезда не поддавалась примитивным манипуляциям. Окончательно потеряв остатки самоконтроля, Селена со злостью начала просто бить ладонью по всему наручью, но мерзкий технологический писк даже не думал униматься, продолжая методично вбивать удары прямо в её пульсирующий висок.       — Да ты… СКОТИНА! — истошно закричала Селена, и её лицо исказилось во вспышке чистой, первобытной ярости. Одним резким, рвущим движением она сорвала защелки, стащила тяжелый металл с руки и со всей силы зашвырнула прибор об противоположную стенку каюты. Дурастил с противным скрежетом глухо звякнул о панель обшивки.              Через несколько минут, в коридоре раздался тяжелый, настойчивый стук в дверь, заставивший девушку инстинктивно подобраться.       — Селена! Ты там? — донесся из-за переборки приглушенный, обеспокоенный голос Арна.       — Да заходи! — отрешенно, сорванным от злости хрипом ответила Селена.       Тяжелая бронированная створка двери с тихим гидравлическим шипением плавно съехала в сторону. Арн уверенно зашел внутрь и мгновенно замер на пороге, ошеломленно рассматривая представшую перед ним картину. Селена сидела в глубоком кресле, сжавшись в хрупкий комок: она высоко поджала к себе колени, обхватив ноги руками, словно пыталась защитить свой надломленный внутренний мир от этого стального гроба. Её длинные, тяжелые золотистые локоны хаотичными, яркими волнами свисали по бедрам, выглядя в выхолощенном армейском интерьере как вызывающее знамя павшей империи.       Арн медленно перевел озадаченный взгляд на разоренную кровать. До его слуха донесся тихий, монотонный и приглушенный писк коммуникатора, который почему-то лежал прямо на матрасе, скрытый тяжелой подушкой.       — Я тебя вызывал по внутреннему каналу, ты чего не отвечала? — спокойно спросил мандалорец, делая шаг вглубь комнаты. Но Селена после его вопроса лишь еще сильнее, болезненно сжалась в кресле, упрямо пряча лицо, и абсолютно ничего ему не ответила.       — У тебя что... наруч сломался? — Арн непонимающе приподнял брови, чувствуя, как в каюте начинает сгущаться тяжелое, плотное безмолвие.       Селена лишь немного приподняла голову. Сквозь спутанные золотые пряди Кросс отчетливо увидел её расширенные, покрасневшие зрачки. Девушка шмыгнула носом и быстрым, нервным движением одной руки вытерла слезу со щеки, тут же демонстративно отвернувшись от мандалорца к стене, чтобы этот синий шкаф не увидел её королевской слабости.       — Нет… или да… я не знаю, — глухо, с ядовитой досадой выдохнула она сквозь плотно сжатые губы. — Не приставай ко мне со своими тупыми вопросами.       Арн озадаченно почесал затылок прямо под короткими темными волосами, переваривая её резкий тон.       — Слушай, я тут поузнавал по твоему вопросу, — медленно, размеренно заговорил офицер, неторопливым шагом направляясь в сторону кровати и чеканя каждый шаг по металлическому настилу. — В общем… к  Дженне просто так сейчас попасть нельзя.       Селена опять опустила голову, спрятав лицо в ладонях, и тихо, грязно выругалась на родном эрилейском наречии, после чего тяжело, со свистом вздохнула. Каждое мгновение в этой проклятой стальной утробе Гнезда высасывало из неё остатки королевского самообладания, а осознание того, что Шаол там, за гранью реальности, истекает кровью под когтями Железнозубой ведьмы, завязывало внутренности в тугой, леденящий узел.       — Но есть хорошая новость! — внезапно нарушил гнетущую тишину Арн. Мандалорец уверенно подошел к разоренной кровати, бесцеремонно запустил руку под подушку и достал оттуда злополучный наруч, который теперь лишь глухо и натужно вибрировал в его массивной ладони. Пальцы офицера в плотной перчатке быстро и методично начали клацать по светящейся панели, сбивая настройки. Селена медленно подняла голову и сквозь упавшие на глаза золотистые пряди внимательно, с затаенным хищным прищуром смотрела на его манипуляции.       — Я договорился со своим командиром, мы тебя возьмем с собой на патруль, — Кросс на секунду оторвался от экрана прибора и ободряюще посмотрел на эрилейку. — Мы будем пролетать, в принципе, недалеко от границы закрытого сектора, так что поймаем устойчивый сигнал и свяжемся с «Кеширом», чтоб они тебя забрали. Как тебе идея?       — Арн! — Селена резко, точно сработавшая стальная пружина, сжала челюсть и вскочила с глубокого кресла, едва не запутавшись в чересчур широких штанинах чужого комбинезона.       — Сразу с хороших новостей нельзя было начать?! — яростно выплюнула она, сокращая дистанцию и буравя мандалорца своим леденящим взглядом ассасина. Внутри неё впервые за утро вспыхнула дикая, торжествующая надежда — шанс выбраться из этой камеры и подобраться ближе к Дженне и порталу был осязаем как никогда. Селена опустила взгляд на наруч в руках у Арна и брезгливо скривилась: — Но эту срань я больше не одену.       — Да не волнуйся, тут всё просто… — Арн примирительно поднял свободную руку, но вдруг нахмурился, вглядываясь в мерцающие строчки кода на дурастиловой панели. — Хм… он почему-то упорно не хочет распознавать твою биометрию. Вообще ничего не выдает. Наверное, какой-то глюк. Ладно, я полностью убрал жесткую блокировку и наглухо отключил этот чертов баззер. Теперь прибор будет только тихо мигать. Но надеть наруч все равно придется — там внутри зашито слишком много полезных вещей, от навигатора до полевых логов. К тому же, без него на любом внутреннем посту Гнезда ты для систем безопасности просто… неопознанное существо.       У Селены расширились глаза, в которых опасно вспыхнуло ледяное эрилейское пламя.       — Это ты меня только что назвал существом? — она начала стремительно закипать, подступая к мандалорцу еще на шаг и едва не дыша ему в лицо. — Да сам ты существо! — нахально и дерзко огрызнулась Селена, высокомерно вздернув подбородок и демонстративно скрестив руки на груди.       — Что? Да я не об этом! Это не ты… ну, то есть, ты… но… — Арн от неожиданности даже немного растерялся, его уши под короткими темными волосами заметно покраснели, а сам он смешно замахал руками перед её лицом. — Да пойми ты! Для приборов базы ты без этого чипа просто… чужеродная форма жизни! Так тебе, понятней?!              — Ладно, давай уже закончим с этим, — Селена недовольно поморщилась, прерывая его путаные объяснения, и брезгливо выхватила прибор из рук Арна. — Когда мы выдвигаемся?       — Полетное окно через полчаса, — мандалорец облегченно выдохнул, заметив, что градус её ярости наконец-то пошел на спад. — Но можем уже идти потихоньку, так что собирайся.       Селена быстро взяла все элементы брони, так требовал устав, о котором постоянно тошнил Арн, и они двинулись еще к одному железному монстру. Проволока датчиков, жесткие пластины защиты и тяжелый пояс — впихивая свое тело в эти технологичные оковы, она мысленно проклинала весь этот чертов мир.       Они вышли из жилого блока и двинулись к докам. Селена шла рядом, едва поспевая за размашистым, чеканящим шагом Арна, который просто молча шел вперед, уставившись невидящим взглядом в серую дурастиловую пустоту коридора. Тяжелые пластины его брони мерно поскрипывали в такт шагам, смешиваясь с фоновым гулом вентиляции базы, но это монотонное безмолвие давило на уши сильнее, чем недавний писк наруча.       Селену немного напрягло молчание, и она искоса посмотрела на Арна, пытаясь сквозь его каменное выражение лица считать хоть какие-то эмоции, но тот упорно не обращал на неё внимания, полностью погруженный в свои глубокие армейские думы.       — Слушай! Зачем тебе это? — наконец не выдержала и прервала молчание Селена, резко повернув к нему голову.       — Ты о чем? — сделал непонимающий вид Арн, даже не замедлив шага и лишь мимолетно мазнув по ней взглядом своих темных глаз.       — Почему ты возишься со мной? Помогаешь мне, — Селена раздраженно дернула плечом, чувствуя, как непривычно жесткий воротник комбинезона трет кожу. «И терпишь мои капризы», — подумала Селена, но вовремя прикусила свой наглый язык и не сказала этого вслух. Вместо этого она холодно добавила: — Ты ж меня совсем не знаешь!       — Ну, меня просто Дженна попросила, а что? — пожал широкими плечами мандалорец, словно этот сухой аргумент должен был разом закрыть все вопросы ассасина.       — Это я поняла, что она попросила, — Селена напирала, шпионски сокращая дистанцию на ходу и заставляя парня чувствовать себя неуютно. — Просто я не верю в «бесплатно». Из своего горького опыта я прекрасно знаю, что в жизни никто палец о палец не ударит без личной выгоды. Обычно все всегда хотят поиметь с тебя что-то . Поэтому мне чертовски интересно, какой у тебя интерес? Какая твоя цена, Арн?       Офицер промолчал, лишь сильнее сжал челюсти, отчего на его скулах заходили желваки. Селена считав эту заминку воина, выдала свою главную тактическую догадку:       — Из этого всего я могу лишь сделать вывод, что ты в неё…       — Хватит! Тебя это не должно касаться! — резко, точно выстрел плазмы, прервал допрос Арн. Его бас в замкнутом пространстве коридора прозвучал так жестко и властно, что Селена от неожиданности даже замерла на долю секунды. Этот синий шкаф впервые за всё время их знакомства проявил хоть немного мужчины, огрызнувшись с настоящим, боевым напором воина, а не покорного кадета.       Селена послушно замолчала, оценив этот внезапный внутренний стержень мандалорца. И они пошли дальше, шурша тяжелыми подошвами армейских ботинок по рифленому настилу пола.       Немного пройдя по бесконечному лабиринту переборок, Арн шумно, с надрывом выдохнул сквозь плотно сжатые зубы и всё же заговорил первым, не выдержав гнетущего груза вины.       — Извини, что… нагрубил тебе. Я не хотел. Просто… — он запнулся, и его пальцы в плотной перчатке судорожно сжались в кулак, выдавая бушующее внутри смятение.       — Да ладно, я понимаю! — уже гораздо мягче ответила Селена, и в её голосе прорезалась искренняя, чистокровная горечь королевы, потерявшей свой дом. Перед её глазами на миг вспыхнуло бледное лицо Шаола в кандалах. — Есть вещи, которые нам неподвластны. Но держать в себе такой удушающий груз тоже нельзя. Ты понимаешь, о чем я? Если вовремя не выпустить эту гарь наружу, она просто сожжет тебя изнутри до самого пепла.       — Всё не так просто! — задумчиво и глухо ответил Арн, уставившись себе под ноги, словно пытался пробить взглядом сталь пола. Потом, помолчав пару томительных секунд, он негромко добавил: — Она очень… независимая, понимаешь? Слишком сильная. И я меньше всего на свете хочу обременять её какими-то… отвлекающими вещами. Особенно сейчас, когда вся галактика стоит на пороге войны.       Селена ничего не сказала в ответ, просто продолжила идти, тяжело вбивая подошвы тяжелых ботинок в рифленый дурастил настила. Она чертовски сильно не хотела произносить вслух удушающую, страшную правду, которая липким холодом оседала на подсознании: где бы она ни оказалась, в какую бы дыру её ни забросила судьба — везде этот проклятый мир стоял на пороге тотальной, всепожирающей войны.       Арн коротко посмотрел на её помрачневшее лицо сквозь полумрак пролета и негромко спросил: — Ну а ты? У тебя… есть ну или был кто-то там, дома?       Селена опустила взгляд, чувствуя, как внутри болезненно заныло старое клеймо Эндовьера. Она не хотела ворошить пепел прошлого, но эти мрачные, серые проулки Гнезда, затхлый влажный воздух, пропахший озоном, и непрекращающийся, давящий гул разных механизмов за стенами как будто бы намеренно заставляли её вспоминать ЕГО.       Она ведь искренне думала, что всё прошло, что глубокая рваная рана в душе наконец-то затянулась; она даже открылась Шаолу в надежде обрести хоть какой-то душевный покой, но судьба, если она вообще существовала в природе, распорядилась иначе. Жестокое, подлое предательство и последующее убийство Сэмюэля, страшная смерть единственной настоящей подруги Нехемии в залитой кровью постели, а затем… затем Шаол, который, как выяснилось, до последнего знал про смертельную опасность Нехемии и молчал…       — Нет, — Селена качнула головой, силой загоняя подступивший к горлу комок обратно в легкие. — Никого у меня нет и не было, — отрешенно и глухо ответила потерянная королева Террасена, намертво захлопывая бронированные двери в свои воспоминания.       Арн на неё посмотрел с неожиданным, глубоким пониманием, он аккуратно подошел ближе и нежно, по-отечески положил свою массивную руку ей на плечо, слегка сжав пальцы.       — Ничего страшного, ты симпатичная юная девушка, у тебя ещё всё впереди, — как можно нежнее сказал Арн, и в его суровом басе впервые проступило настоящее, теплое человеческое сочувствие.       Селена сквозь набежавшую слезу коротко, слабо улыбнулась, оценив его неуклюжую попытку её поддержать. — Я тоже так думаю, — тихо выдохнула она, быстро смахнув влагу с ресниц, пока мандалорец этого не заметил.       Арн вовремя заметил, что их диалог получился слишком уж драматичным и тяжелым для простого похода в ангар. Решив как-то развеселить и растормошить замкнувшуюся эрилейку, Кросс резко сменил тон и принялся увлеченно рассказывать ей самые нелепые и смешные истории, которые происходили с ним во время кадетских тренировок на Конкордии и патрулей Внешнего Кольца. Селена, естественно, сделала самый вежливый вид, что ей безумно интересно, изредка натянуто кивая, и под это монотонное солдатское бормотание они наконец дошли до массивных гермодверей доков, где на посадочной платформе их уже ждал «брат Кешира» — грозный патрульный шаттл «Кайлан».       Селена с Арном подошли к доку 24, где стоял «Кайлан». Когда они подошли ближе, то Селена увидела первого участника их вылета, если не считать самого Арна.       Эта мандалорка была невысокого роста, с очень ровными черными волосами средней длины, отливавшими в полумраке ангара темно-синим переливом. Лицо её было светлым, а выразительные темно-карие глаза имели немного зауженные веки. Селена таких ещё не видела — интересных, узких глаз, которые шпионски сканировали пространство вокруг. Девушка сидела прямо на аппарели челнока и спешно, жадно ела сухпай; судя по зеленой броне, это и был их пилот.       — Селена, знакомься, это Линь, наш пилот. Линь, знакомься, это Селена, фаундлинг Калеба, о которой я рассказывал, — представил её Арн, сделав шаг вперед.       Линь удивленно подняла одну бровь и, продолжая жевать, на ходу вытерла испачканную руку об штанину зеленого комбинезона, после чего лениво протянула её Селене.       — Привет! Добро пожаловать на «Кайлан», — произнесла Линь со специфическим портовым акцентом и тут же, потеряв к гостье интерес, продолжила уплетать свой утренний завтрак.       Затем из трюма челнока послышался тяжелый, размеренный стук сапог, и наружу вышла ещё одна мандалорка. Это была мощная, здоровая баба, размером с Калеба, а может, даже и больше; её гладкая кожа была цвета благородного оникса, а густые шоколадные волосы на голове были туго заплетены в аккуратные брайды. Она была одета в тяжелую коричневую броню. «Командир, значит», — мгновенно подумала Селена, профессионально оценивая её внушительные габариты.       Женщина вышла на свет прожекторов и уверенно положила массивную руку на стальную переборку шлюза.       — Селена, это наш командир, Кайра, — негромко пояснил Арн.       Селена повернула голову и посмотрела на Арна с немым, ироничным вопросом в светлых глазах: «Что этот синий шкаф вообще делает среди такого сурового девичника?»       — Ну, привет, Селена, — раскатисто пробасила Кайра, и этот глубокий звук эхом отскочил от дурастиловых стен дока. Командир медленно, грузно спустилась по аппарели на настил палубы.       — А ты не упомянул, что она красотка, Арн! — Кайра широко, белозубо заулыбалась и от души хлопнула Арна по плечу своей массивной ладонью — да так сильно, что бедолага аж наклонился немного вбок, едва удержав равновесие под весом её мандалорского радушия.       — Черт возьми, не думала, что у этого святоши Калеба появится фаундлинг, да ещё и какой! — командир хохотнула, скрестив руки на мощной кирасе. — Слушай! А ты точно фаундлинг?.. Ладно, шучу!       — В следующий раз, когда нам надо будет получать новые припасы, я, пожалуй, тебя отправлю к этому старому пройдохе на центральном складе Гнезда. Против такой мордашки он точно не устоит и выдаст нам двойной рацион жидкого топлива и нутрипаков, — Кайра заговорщически подмигнула Селене, обнажая в ухмылке клыки.       Кайра мощно, с оглушительным сухим хлопком ударила в ладоши, заставив Ванду и техников на палубе инстинктивно вздрогнуть, и громко произнесла на весь док: — Ну что, пустыня не ждет, надо вылетать! Линь, всё, бросай это дело, все равно этими нутрипаками ты вес не наберешь! — безжалостно подколола она пилота.       Развернувшись на каблуках тяжелых сапог, Кайра размашистым шагом вожака пошла в последний раз лично осмотреть внешнюю обшивку и маневровые двигатели «Кайлана». По пути она с ругательствами и тяжелыми пинками повыгоняла мелких ремонтных дроидов, путавшихся под стояночными лапами десантного челнока. Линь от такого комментария лишь недовольно закосила свои узкие карие глаза, неторопливо встала с аппарели и ленивой кошачьей походкой побрела в кабину пилота, на ходу дожевывая свой батончик сухпая.       Арн дождался, пока они останутся относительно наедине среди ангарного гула, аккуратно пододвинулся к Селене и негромко, прямо ей на ухо произнес: — Линь участвует в боевых соревнованиях Гнезда, и ей нужно набрать массу для повышения весовой категории. Но у неё из-за бешеного метаболизма не слишком это получается, вот Кайра над ней постоянно и издевается.       Селена непонимающе приподняла одну бровь, провожая взглядом хрупкую фигуру пилота. «Набирать вес, чтобы драться на арене... О боги, пожалуй, мне еще многое нужно понять в этом безумном железном мире!» — задумчиво подумала потерянная королева и, поправив давящие лямки мандалорского снаряжения, пошла вслед за Арном вверх по настилу закрывающейся аппарели.       Селена зашла на борт и начала внимательно осматриваться вокруг. Вроде всё было то же самое, но интерьер десантного челнока всё же заметно отличался от привычного ей «Кешира» — здесь во всем чувствовалась твердая, но по-своему заботливая женская рука. На разных металлических крючках у переборок висели диковинные амулеты и какие-то непонятные ритуальные символы, что ли, защищающие экипаж в полете. К потолку был намертво прикреплен какой-то длинный цилиндрический кожаный мешок, нижняя часть которого была дополнительно зафиксирована тяжелыми цепями к решетчатому полу, а рядом на зажимах висели несуразные, массивные перчатки, похожие на две огромные кожаные капли. «И что в таких перчатках вообще можно делать? Бить по этому мешку?» — недоуменно подумала ассасин, не зная о существовании боксерских груш.       Отбросив лишние вопросы, Селена села на уже знакомое ей по прошлому кораблю боковое кресло в глубине трюма и привычным движением пристегнулась тяжелыми магнитными ремнями.       Кайра, сидевшая в кабине на месте второго пилота, боковым зрением через открытый шлюзовой проем увидела Селену и плавно развернулась к ней всем своим мощным корпусом.       — Эй! Ты сидишь на месте для пленных преступников и допрашиваемых! — раскатисто крикнула она на весь трюм, после чего хищно ухмыльнулась и язвительно спросила: — Тебя что, Калеб с самого начала приучает к этому месту? Вот жеж… — Кайра с искренней усмешкой мотнула головой, поправляя шоколадные брайды.       Линь, услышав этот грохочущий хохот командира, недовольно откинулась на спинку своего пилотского кресла, лениво повернулась боком к Кайре и принялась сверлить её нудным, тоскливым взглядом. При этом она методично, с противным чавканьем жевала жвачку; надув прямо перед носом Кайры огромный розовый шарик, пилот с сухим щелчком лопнула его и втянула остатки обратно в рот.       Кайра мгновенно это заметила и раздраженно повела плечом в тяжелой коричневой кирасе.       — Да чё ты, Линь?! У нас новенькая на борту, хоть и ненадолго! Надо же как-то проявить наше фирменное гостеприимство, — Кайра демонстративно отвернулась обратно к своей панели и начала быстро, со знанием дела клацать по тумблерам приборов, после чего едко добавила: — Гостеприимство «Кайлана»!       Линь в ответ лишь демонстративно надула и лопнула ещё один розовый шарик. Сохраняя на бледном лице всё то же молчаливое, скучающее выражение, она плавно повернулась обратно к лобовому стеклу и принялась один за другим уверенно включать разные светящиеся тумблеры на массивной верхней панели управления, запуская предвзлетную диагностику систем.       — Арни, детка, у тебя всё готово? — Кайра, не оборачиваясь, бросила короткий вопрос вглубь трюма.       — Да, командир, — послушно ответил Арн. Поймав на себе изумленный и едкий взгляд Селены, мандалорец лишь смущенно повел широкими плечами, мол, не обращай внимания, такие подколки у нашего девичьего экипажа — это абсолютно нормально.       Линь всё с тем же скучающим видом лениво активировала бортовую радиосвязь, щелкнув тумблером на панели.       — Диспетчер Келдаби, вызывает «Кайлан», позывной: Кило, Сиерра, Дельта, Эхо, Новембер. Прошу разрешение на вылет, — монотонно, на одном дыхании отчеканила она в микрофон вокодера.       В динамиках под потолком трюма тяжело заскрипел и затрещал помехами чей-то далекий, усталый голос портового смотрителя: — Кило, Сиерра, Дельта, Эхо, Новембер, разрешение на полетный коридор получено.       — Закрывай аппарель, Линь, — тут же четко скомандовала Кайра, сверяясь с показателями давления в гидросистемах.       — СТОЙТЕ! — внезапно разорвал ангарный гул отчаянный, пронзительный крик. Прямо к медленно поднимающейся стальной створке, спотыкаясь, со всех ног бежал гвардеец Кузницы.       — Какого черта?! А ну постой, Линь! Блокируй поршни! — Кайра мгновенно среагировала на угрозу, вскочила со своего кресла и быстрыми, тяжелыми шагами вышла наружу к запыхавшемуся бойцу. — Что случилось?       Гвардеец тяжело, шумно отдышался, правой рукой придерживая шлем, а из-под левой мышки поспешно достал массивный, длинный и плотный сверток около метра длиной, после чего официально вручил его Кайре.       — Это Оружейница передала. Сказала лично отдать в руки фаундлингу Калеба, — на одном дыхании выдохнул солдат, чей синий визор тускло блеснул в полумраке.       Кайра молча приняла неожиданный груз, с явным подозрением взвесила его в руках и немного приоткрыла край грубой серой ткани. Из глубины свертка матовым, чистым блеском на неё пахнуло выжженным холодом — внутри лежал Дамарис.       — Ладно, потом разберемся, — нахмурившись, глухо бросила Кайра. Она быстро вернулась обратно на корабль, совершенно безучастно, на автомате вручила тяжелый сверток ошеломленной Селене и грузно опустилась обратно в кресло второго пилота.       — Взлетаем! — рявкнула командир, и створка аппарели с глухим гидравлическим стуком окончательно встала в пазы, погружая трюм «Кайлана» в багровый полетный полумрак.              Дженна стояла возле самого выхода из просторного зала центра управления лагеря «Буревестник», лениво облокотившись плечом о холодную дурастиловую переборку и намертво скрестив руки на груди.        Из своего затененного угла полковник Конкордии молча, со шпионским прищуром наблюдала за тем, как первый советник Вален Шаад вкрадчиво разговаривал с одной из этих мерзких джедаев.       Она внутренне сразу догадалась, с кем именно её хочет познакомить этот ряженый, напыщенный чинуша Вален, и принялась ментально готовиться к тяжелому, изнуряющему допросу. Ей много раз рассказывали на закрытых брифингах про Орден и их хитрые ментальные уловки, но сама Дженна за годы службы в разведке никогда лично с ними не сталкивалась лицом к лицу.       Из-за этого дефицита реальных фактов полковник в свое время даже начала цинично думать, что все эти байки про «всесильных колдунов» — обычная пропаганда и уловка радикального командования Конкордии, призванная просто дать мандалорцам общего опасного внешнего врага. По её расчетам, Дозор Смерти и Пре Визла раздували эту джедайскую угрозу лишь ради того, чтобы на этом тревожном фоне перенаправить вековые междоусобицы и кровавые распри между местными кланами в совершенно другое, контролируемое русло.       Но все же в последнее время, по мере того как Галактика стремительно скатывалась в предвоенное противостояние Сепаратистов и Республики, на зашифрованные сервера Конкордии поступало все больше и больше реальной информации об этих «хранителях мира». Вот только чьего именно «мира»? — с горьким презрением подумала шпионка, глядя на строгий коричневый плащ мириаланки. Для мандалорцев ответ был очевиден: этот «мир» пах корусантской бюрократией, чужими догмами и тотальным подавлением чужой независимости.       «За что, походу, и поплатилась сенатор с Набу», — цинично констатировала Дженна, переводя взгляд на полыхающий на экранах Корусант. Устроить масштабную катастрофу на глазах у всего Сената, прямо под носом у коррумпированного правительства Республики, и так чисто замести следы — для мандалорского аналитика это был очевидный маркер. Провернуть подобный теракт в самом сердце галактической столицы без прямого содействия изнутри было попросту невозможно. В эту кровавую игру явно были замешаны внутренние спецслужбы Республики, причем ниточки тянулись на самый верх, в высшие эшелоны власти. И что бы там теперь ни рассказывали в Сенате, пытаясь свалить вину на Сепаратистов, здесь и дурак догадается, что Корусант гниет с головы.       Дженна прервала свои размышления, когда Вален указал ладонью в её сторону, и обе джедайки синхронно обернулись на нее. Первый советник медленным, размеренным шагом повел их к переборке. Дженна мысленно напряглась, чувствуя, как внутри всё сжалось от опасной близости «колдунов», и с трудом сглотнула тяжелый ком, вставший в пересохшем горле.       По мере приближения этой троицы Дженна начинала отчетливо слышать их голоса. Вален Шаад на ходу что-то подобострастно объяснял гостье про внутренние протоколы безопасности лагеря и координацию ведомств, но та отвечала ему сухо, размеренным и абсолютно лишенным эмоций голосом.       Магистр Ундули медленно подошла к Дженне, шурша полами своего тяжелого темно-коричневого плаща по рифленому полу отсека. Она остановилась в паре шагов и плавно, с мягкой грацией наклонила голову в знак приветствия.       — Добрый вечер. Меня зовут Луминара Ундули, а это моя помощница Баррисс Оффи, — мириаланка сделала подчеркнуто дружелюбный вид, и на её бледном татуированном лице заиграла вежливая дипломатическая полуулыбка. — Но ты можешь обращаться к нам просто по имени.       Дженна в ответ сдержанно наклонила голову, строго соблюдая рамки официального приветствия, но её взгляд оставался ледяным.       — Полковник Конкордии Дженнифер Д’Гойя. Прибыла по прямому указанию Командования Конкордии при координации с Келдаби для оказания содействия Республиканскому корпусу в расследовании аномального всплеска, — по-военному четко отчеканила Дженна и мгновенно приняла жесткую стойку смирно, нарочито глядя куда-то сквозь Магистра Ундули. — Буду рада помочь всем, чем смогу.       Ундули от такой стальной армейской выправки немного наклонила голову вбок и принялась внимательно всматриваться в лицо Дженны долгим, изучающим взглядом, словно пыталась прощупать её разум через Силу.       — Советник Вален, можете выделить нам изолированное помещение? Я хочу побеседовать с полковником лично, — мягко, но не терпящим возражений тоном скомандовала Луминара, переводя взгляд на чиновника. — Да, и передайте герцогине Сатин: я только что получила рапорт от нашей инспекционной группы в Сундари. Там всё в пределах нормы, паника преувеличена. Но здесь, в секторе S35, нам предстоит ещё много работать.       — Да, Магистр. Спасибо за хорошую весть, я сейчас же лично свяжусь со столицей и сообщу обо всем в резиденцию, — Вален облегченно выдохнул и коротко поклонился джедаям. — Вас прямо сейчас проведет часовой в закрытый конференц-блок.       Советник быстро дал устное распоряжение вооруженному гвардейцу у дверей и спешно пошел по делам, но перед самым уходом на долю секунды обернулся. Они с Дженной на миг встретились взглядами в багровом полумраке коридора. «Будь осторожна», — беззвучно, но предельно ясно говорил этот предупреждающий, напряженный взгляд Валена Шаада.       Они проследовали по стерильному коридору лагеря прямиком в конференц-блок. На входе Ундули мягко поблагодарила сопровождавшего их гвардейца, и они втроем зашли внутрь изолированного помещения, гермодверь за которыми с тихим шипением отсекла любые внешние шумы центра управления.       Блок представлял собой небольшое прямоугольное помещение, вдоль стен которого тускло мерцали выключенные мониторы систем связи, а в дальнем углу в режиме ожидания безмолвно замер металлический протокольный дроид. Посередине отсека высился ровный пластиковый стол со стульями по всему периметру, и на каждом месте аккуратно лежал штатный армейский датапад; всего посадочных мест было ровно десять.       Дженна уверенным, отточенным движением заняла кресло посередине — как раз то, что сидело спиной к стене и смотрело прямо на единственный вход. Луминара без лишней спеси плавно опустилась напротив неё, а Баррисс Оффи так и осталась покорно стоять чуть позади своего мастера, со смиренным видом спрятав руки в широкие рукава темного плаща.       Дженна беглым, профессиональным взглядом разведчика быстро сканировала периметр, убедилась, что больше никого нет рядом, скрытые датчики пассивны и за ними прямо сейчас никто не наблюдает. Только после этого она слегка облокотилась на спинку стула и всем своим видом демонстрируя, что она ни на миллиметр не трепещет перед этими двумя «важными» республиканскими личностями.       Дженна посмотрела на стоящую мириаланку и спросила, кивком указывая на Баррисс:       — А ей что, запрещается садиться? — начала первой разговор Дженна.       Баррисс практически незаметно шевельнулась, выдавая свое присутствие, и немного приоткрыла глаза от дерзости мандалорки. Луминара проигнорировала этот выпад, посчитав лишним объяснять внутренние Кодексы Ордена посторонним.       — Полковник Д’Гойя, могу я называть вас по имени? — спросила Магистр. Дженна коротко кивнула.       — Дженнифер, я перейду сразу к делу! У нас есть информация, что во время инцидента ваш патрульный корабль «Кешир» был неподалеку. Затем, сразу после всплеска, он влетел в зону аномалии, пробыл там некоторое время и вылетел обратно.       — Потом из доклада Келдаби выяснилось, что вы нашли там некую персону, молодую девушку, — Луминара сделала короткую паузу, внимательно вглядываясь в лицо собеседницы. — И, как указано в вашем рапорте, она является жертвой работорговли. Это так?       — Всё верно! — спокойно ответила Дженна, максимально сдерживая эмоции и удерживая на лице маску абсолютного хладнокровия.       — И где сейчас эта жертва работорговли? — прямо спросила Ундули, намертво уперев свой леденящий взгляд в Дженну.       — Она сейчас находится в Келдаби и уже является полноправным членом Гнезда по Кодексу Пути, — Дженна ответила без секундного колебания, чеканя каждое слово. — Она стала фаундлингом одного из бойцов отряда «Кешир» и теперь осваивается у нас.       — Интересно... — протянула Ундули, и в её глазах промелькнул опасный огонек подозрения. — А можем ли мы...       В это же самое время Баррисс сделала резкий шаг назад и судорожно дотронулась пальцами до своего виска, словно от внезапного ментального удара. Луминара резко остановилась на полуслове и замерла как вкопанная, мгновенно отведя взгляд в сторону ученицы.       Они переглянулись в немом, напряженном диалоге через Силу. Затем Луминара развернулась к мандалорке.       — Прошу извинить нас, но нам нужно удалиться ненадолго, — бросила Магистр.       Дженна так и осталась сидеть в кресле, от сильного удивления немного приоткрыв рот и ошеломленно глядя на пустой дверной проем, в который Ундули и Баррисс только что вышли наружу.       Баррисс вышла в пустой стерильный коридор и тяжело облокотилась спиной на холодную дурастиловую стену, пытаясь унять судорожное дыхание.       — Баррисс? — с небольшой тревогой в голосе спросила Луминара, остановившись прямо перед своей ученицей и внимательно всматриваясь в её растерянное лицо. — Что ты почувствовала там, внутри?       — Я… я не уверена, учитель… — задумчиво и тихо ответила Оффи, продолжая прижимать пальцы к пульсирующему виску.       — Дыши глубоко. Сосредоточься на Силе, почувствуй её течение вокруг нас, — мягко, но уверенно напутствовала её Ундули, пытаясь вернуть падавану ментальный покой.       — Учитель… я чувствовала боль. Но это была не моя боль, — Баррисс сделала глубокий, рваный вдох. — И мне всем сердцем захотелось к ней прикоснуться. Я как будто бы шла прямиком на этот источник боли сквозь пространство, но в самый последний момент меня что-то резко сбило с пути… Что-то невероятно мрачное, холодное и жестокое.       Падаван немного помолчала, унимая дрожь в руках, а затем с испуганным, переполненным паранойей взглядом посмотрела снизу вверх на своего наставника:       — Учитель… я что? Неужели я сейчас тянулась к Тёмной стороне?       Луминара медленно подняла голову и посмотрела поверх Баррисс, уставившись куда-то в пустоту. Её взгляд словно пытался пробить обшивку лагеря и высмотреть источник этой аномалии далеко в пустыне, сквозь все стальные стены и бронированные блоки, но безуспешно.       — Нет, Баррисс, ты просто стала свидетелем, — каменно отозвалась Ундули, опуская взгляд на ученицу. — Нежелательным свидетелем проявления каких-то очень темных, скрытых сил.       — Но как у меня это получилось? Вы ведь ничего не почувствовали, верно? — растерянно спросила Оффи.       Луминара посмотрела на неё с легкой, тщательно скрываемой досадой. В её голове на миг пронеслась мысль, и Магистр что-то хотела сказать, но вовремя промолчала, решив не сеять панику, а лишь успокоительно ответила:       — Такое бывает. Сила иногда подкидывает нам самые разные, причудливые испытания, волноваться не стоит… — Услышав это, Баррисс немного успокоилась и наконец опустила руку от виска.       — Но всё же проигнорировать этот всплеск мы не можем! Мне нужно немедленно связаться с Советом на Корусанте, — Луминара перешла на строгий командный тон. — А ты возвращайся обратно к этой мандалорке. Иди и выясни, что именно она так тщательно скрывает от нас в своих отчетах. Только учти: Силу против неё можешь даже не использовать, её разум заблокирован, я уже проверила.       — Учитель, но что мне с ней делать? — Баррисс испуганно округлила глаза, отступая на шаг назад. — Я допросы никогда в жизни не вела! Я не смогу так, как вы!       Луминара мягко, по-матерински улыбнулась, и этот жест мгновенно разгладил строгие морщины на её лице.       — Я тебя ценю не за то, чтобы ты была в точности как я, а за то, что у тебя есть то, чего нет у меня! — Ундули тепло положила ладонь на плечо Баррисс, слегка сжав пальцы. — Доверься своей интуиции Баррисс. И да пребудет с тобой Сила!       — И с вами, учитель, — Баррисс уважительно склонилась в глубоком, каноничном джедайском поклоне.       Луминара плавно поклонилась ей в ответ и быстрым, стремительным шагом направилась по коридору в сторону узла дальней связи лагеря. Она спешила срочно узнать что происходит на Корусанте.       — Магистр Йода, Магистр Винду, мне нужна информация по происшествию на Корусанте. Боюсь, это как-то связано, так или иначе, с Мандалором, — Луминара резко отрезала свою догадку, едва на зашифрованном голоэкране узла дальней связи лагеря замерцали синие силуэты лидеров Ордена.       Мейс Винду и Йода многозначительно переглянулись в полумраке Зала Совета Храма.       — С чего вы так решили, Магистр? — спросил строгим, глубоким басом Винду, нахмурив темные брови и подавшись вперед к проектору.       — Мой падаван почувствовала нечто неосязаемое и тревожное, — ответила Ундули, сдерживая внутреннее волнение.       Мейс отодвинулся в своем кресле и глубоко задумался, сложив пальцы домиком.       — Мы ничего не почувствовали в Силе, — медленно произнес он, качнув головой. — И при том, сенатор Амидала выжила, погиб лишь её двойник. Сейчас её безопасность лично охраняют Оби-Ван и юный Скайуокер. Но пока больше нам сказать нечего, расследование только началось.       — Я поняла вас, Магистр, — глухо отозвалась Луминара, чувствуя, как тактический тупик вокруг сектора S35 становится всё более зловещим.       — Магистр Ундули… Почувствовала что, падаван ваш? — внезапно подал голос Йода, мерно опираясь обеими руками на свой верный деревянный посох и хищно прищурив вековые зеленые глаза.       Ундули на секунду замялась, внутренне борясь с тяжелым долгом наставника, но всё же решилась выдать Совету горькую правду:       — Я боюсь, у неё связь с Тёмной стороной Силы, Магистр. И у неё есть определенная предрасположенность к ней, — печально, с глубоким надрывом в голосе ответила Ундули. — Но я непрерывно за ней наблюдаю.       — Явление частое это среди юных джедаев. Но пример личный учителя служить маяком света должен для них, — мерно проговорил Йода, качнув длинными зелеными ушами и вперив мудрый взгляд в голограмму мириаланки.       — Да, Магистр Йода, я внемлю вашей мудрости. Путь наставника тернист, но я не позволю тени затмить разум моей ученицы и буду непрестанно направлять её к Свету, — проговорила Ундули. — До связи, и да прибудет с вами Сила! — Луминара смиренно склонила голову перед мерцающим экраном проектора, прижав правую ладонь к груди в традиционном джедайском жесте почтения.       — Да прибудет с тобой Сила, — ответил Винду строгим басом.       Связь с лагерем «Буревестник» мгновенно прервалась, синее свечение проектора погасло, и в Зале Совета на вершине Храма опять воцарилась глубокая, звенящая тишина.       — Мандалор?.. Какая связь может быть с Мандалором? — задумчиво проговорил Винду, переводя тяжелый взгляд на панораму бескрайних неоновых небоскребов Корусанта за окном.       — Уверен, не заставит нас долго ждать ответ на этот вопрос, — мрачно отозвался Йода, крепче сжав набалдашник своего посоха и подсознательно чувствуя, как Тёмная сторона медленно затягивает петлю вокруг Ордена.       Ундули сидела и размышляла над тревожными словами Йоды, пока сзади не послышался чей-то робкий, прерывистый голос.       — Магистр Ундули? — спросил республиканский офицер связи, неслышно переступив порог узла дальней связи лагеря.       — Консул Кван Толен срочно вызывает вас к себе в посольство Сундари, — поспешно, на одном дыхании выдохнул он. — Говорит, это жизненно важно, и ему нужно вам что-то лично показать. Пометка: совершенно секретно.       — Сейчас? Посреди ночи? Что может быть такого секретного, что требует немедленного присутствия Магистра? — удивленно спросила Ундули, резко обернувшись к связисту.       — Он не сказал, Магистр, — офицер растерянно мотнул головой, пряча глаза. — Просто передал приказ как есть через закрытый квантовый канал и повторил, что это очень срочно.       Луминара внутренне сильно напряглась, чувствуя, как Тёмная сторона Силы начинает стремительно сужать кольцо вокруг лагеря. — Да, но мой официальный дипломатический корабль прибудет только завтра утром!       — У нас в резерве есть свободный штурмовой шаттл лагеря, и он уже полностью готов на платформе, двигатели прогреты, — отрапортовал военный.       — Штурмовой шаттл? Зачем вам здесь, на научно-исследовательском объекте Сундари, тяжелый штурмовой шаттл? — недоуменно приподняла брови Ундули.       — По Пакту и протоколу безопасности Республики положено на случай экстренной эвакуации гражданского персонала, — просто повел широкими плечами офицер, не вдаваясь в оборонные дебри.       Луминара пристально смотрела на офицера связи, потом на мгновение задумалась и ответила: — Ладно, не будем терять драгоценного времени, пошли, — глухо отрезала мириаланка, запахивая полы плаща.       Луминара решительным шагом вышла из блоков управления и проследовала по длинным техническим переходам к открытым посадочным докам «Буревестника». На улице была глубокая, леденящая мандалорская ночь, и бескрайнее звездное небо невероятно красиво и ярко светилось в тандеме с мерцающим неоновым диском луны Конкордии, висевшей прямо над дюнами пустыни.       Она быстро подошла к массивному угловатому кораблю и уверенно поднялась на борт по металлическому настилу опускающегося шлюза.       — Добрый вечер, ребята! — спокойно поздоровалась Ундули с экипажем, заходя в полумрак десантного отсека.       И в ответ с ней из темноты трюма синхронно, сухим армейским хором поздоровалось сразу шесть незнакомых, чужих голосо.

***