Глава 29. Предметный урок провокации

∴ ∵ ∷ ❉ ❈ ☾ ☠︎ ☽ ❈ ❉ ∷ ∵ ∴

Она зябко куталась в белую простыню, которая то и дело норовила сползти. Под босыми ступнями холодный пол казался почти ледяным. Одри выглянула из-за стены осторожно, почти крадучись. Сначала только взгляд, потом чуть подалась вперёд плечом. Камера в углу комнаты выглядела чужеродно, как затаившийся паук. — Бросил... Просто взял и ушёл. Она всё ещё не привыкла к гаджету. Не могла. Каждый раз это ощущалось одинаково, будто за ней наблюдают даже тогда, когда никого нет. Будто стены перестали быть защитой. «Я посмотрю запись… Пойму, когда он ушёл.» На подоконнике в стакане стояла одинокая роза. Её лепестки казались слишком яркими, почти кровавыми на фоне серого утреннего света. «Откуда она тут? Малек принёс? Но когда?» Райт сделала жадный глоток воды, чувствуя: холодная влага обожгла горло. Глядя на розу с подозрением, она резко развернулась и почти бегом бросилась в спальню. Белая простыня развевалась за её спиной широким шлейфом. На секунду она горько усмехнулась. «Вылитый профессор Снейп, только без чёрной мантии и с куда более скверным предчувствием.» Схватив телефон, нырнула в постель. Пальцы слегка дрожали, когда она открывала приложение для управления камерами. Интерфейс казался лабиринтом, но настойчивость взяла своё. Найдя нужный фрагмент, Одри начала нетерпеливо перематывать запись. — Ну же, мерзавец, покажись, — бормотала она. — Хоть бы записку оставил, «фраер» хренов. Она нашла момент, когда Синнер покинул гостиную. Мужчина выглядел как всегда безупречно, даже в утренней спешке. Но то, что последовало далее, заставило сердце пропустить удар. Она листала запись дальше, ожидая увидеть, как в её окно ломится тот самый преследователь. Как он крадётся по комнате и оставляет этот чёртов цветок. Но экран показал иное. Глаза Одри округлились, став похожими на две старые медные монеты. Она перестала дышать. На видео, датированном пятью часами утра, из спальни вышла она сама. Полностью голая, с растрёпанными волосами. На записи шатенка двигалась странно — плавно, словно не касаясь пола. Как марионетка на ниточках. Она подошла к окну, открыла его. Высунулась наружу так далеко, что сердце реальной Одри едва не выпрыгнуло из груди от страха, и достала цветок. Затем спокойно поставила розу в стакан, из которого пила, и вернулась в спальню. — Что за херня?.. — буркнула шатенка, выронив телефон на одеяло. — Это... я что, лунатик? Она посмотрела на свои запястья. Холодный пот прошиб спину. Райт не помнила ни секунды из этого. Сознание просто стёрло фрагмент реальности, оставив её один на один с доказательством собственного безумия. В этот момент входная дверь хлопнула. Подпрыгнув на кровати, студентка едва не запуталась в простыне. Страх, подпитываемый недавним видео, заставил её вообразить самое худшее: преследователь вернулся, чтобы закончить начатое. Выскочила в коридор, судорожно перехватив простыню на груди. На пороге стоял Малек. В одной руке он держал картонную подставку с двумя стаканами кофе. От них шёл манящий пар. Во второй — розовую коробочку с логотипом её любимого заведения. — Я немного потерялся. Ну и улочки тут у вас. Планировка района явно создавалась кем-то с тяжёлым расстройством личности. Одри замерла, глядя на него во все глаза. Напряжение в груди начало медленно сменяться облегчением, которое тут же попыталась скрыть за раздражением. Синнер окинул её тяжёлым взглядом — от босых ног до растрёпанных волос. Его серые глаза задержались на простыне. — Что за Афродита вышла к завтраку? — он сделал шаг вперёд, заполняя собой всё пространство маленького коридора. — Моя богиня проголодалась или решила устроить мне персональное дефиле в греческом стиле? Несмотря на шок от увиденного, присутствие профессора действовало на неё странно. Страх перед неизвестным отошёл на второй план, уступая место этому опасному, искрящему флирту. — Ты ушёл, — выпалила она. — Телефон выключил. Я думала... — Думала, я сбежал? Одри, лисичка… — он подошёл вплотную, так что она почувствовала стойкий запах парфюма. — Если бы я мог сбежать, всё равно вряд ли бы стал. Я просто не мог позволить тебе завтракать остывшей яичницей из холодильника. Мужчина протянул ей кофе. Его пальцы намеренно коснулись её руки. По коже Одри мгновенно разбежались мурашки. — Пойдём, — кивнул в сторону кухни. — Будем лечить твою паранойю глюкозой и кофеином. Малек, даже не сняв пальто, прошёл на кухню. Его шаги звучали тяжело, мгновенно вытесняя остатки утренней тишины. Он бросил мимолётный, почти изучающий взгляд на розу в стакане, но не произнёс ни слова. Лишь едва заметно дёрнул уголком губ. Поставил картонную коробку на стол и откинул крышку. Одри, всё ещё пребывая в странном оцепенении от увиденного на камере, подошла ближе. Внутри ровными рядами лежали четыре пончика, лоснящиеся от глазури: нежно-розовой, шоколадной и белёсой, щедро посыпанной сахарной пудрой. — Я не был уверен в твоих гастрономических пристрастиях, — брюнет указал длинным пальцем на один из них. — Этот с персиковым джемом. Остальные — с заварным кремом, шоколадом и классический «пустой». Для тех, кто боится избытка радости в жизни. Райт молча поставила стаканчики на стол. Её ещё потряхивало — то ли от холода, то ли от осознания собственного лунатизма. Она сделала шаг и обняла Синнера со спины, прижавшись щекой к грубой, пахнущей морозом ткани его пальто. — На улице прохладно? — пробормотала, закрывая глаза. Профессор накрыл её ладони своими. Холодные пальцы почти интимно прошлись по её запястьям. — Одри… Мужчина не оборачивался, но шатенка кожей чувствовала, как изменился его тон — насмешка исчезла, уступив место давящей внимательности. — Ты как, Райт? — Я… Студентка сильнее зажмурилась, растворяясь в его близости. «Какая же я дура! Он — взрослый, состоявшийся мужчина, а не импульсивный подросток. С чего я взяла, что он сбежал? Телефон наверняка просто разрядился, ведь он не брал с собой зарядку.» Её паранойя начинала принимать пугающие масштабы. — Всё в порядке. Просто... утро выдалось странным, — ответила она. — Почему спрашиваешь? Синнер внезапно высвободился из её объятий и резко развернулся. Взгляд зацепился за её шею и ключицы, где яркими багровыми пятнами расцветали оставленные им ночью метки. Девушка вскинула руки, пытаясь прикрыть их. — Если ты про это, — она выдавила слабую улыбку, — то это пустяки. Малек вынудил её чуть откинуть голову назад и обхватил лицо ладонями. Его большие пальцы властно легли на скулы. — Разумеется, пустяки, — в его серых глазах вспыхнул опасный огонёк. — В следующий раз я просто откушу тебе голову, чтобы ты не забивала её глупостями. Но сегодня я милосерден, моя лисичка. — Какое благородство, профессор. Четверокурсница попыталась перевести дыхание, хотя его близость действовала на неё сильнее любого кофеина. — Вы всегда такой щедрый на угрозы перед завтраком? — Только для особо отличившихся студенток, — он склонился к её уху, обжигая кожу горячим дыханием. — Где у тебя чай? Мне нужно согреться, пока я окончательно не превратился в ледяную статую. — Полка над раковиной, — кивнула в сторону гарнитура. — Есть чёрный, зелёный и каркаде. Сам сделаешь? Или преподавателям не пристало возиться с заваркой? Синнер отпустил её лицо, но не отошёл. — Сделаю сам, — прошептал, и в голосе снова зазвучала та самая низкая, вибрирующая нотка. — Хотя есть вариант согреться по-другому. И боюсь, в одиночку явно не справлюсь. Девушка закусила губу. Внутри всё сладко сжалось. — После душа я вся твоя, — пообещала, глядя прямо в глаза. Преподаватель дразняще провёл ладонями по её ключицам. Пальцы зацепились за край простыни, и он, не сводя с неё хищного взгляда, потянул ткань вниз. Белое полотно бесшумно соскользнуло к её ногам, оставляя полностью обнажённой. Синнер придвинулся вплотную, нагнулся и запечатлел влажный, собственнический поцелуй в ложбинку между шеей и плечом. — Ты и так соблазнительно пахнешь, — прохрипел, расстёгивая пальто. Резкая, навязчивая трель телефона, оставленного в спальне, прорезала установившееся напряжение. Девушка вздрогнула, морок мгновенно рассеялся. — Я на минутку... — сказала она, поспешно приседая, чтобы подобрать простыню. Не стала кутаться, лишь небрежно прикрыла переднюю часть тела, удерживая ткань одной рукой. Направилась в спальню, намеренно не пряча спину. Она чувствовала на своей коже тяжёлый, оценивающий взгляд. Малек стоял, прислонившись к дверному косяку, и провожал её глазами. Одри ввалилась в спальню. По коже пробежала стайка ледяных мурашек. Без обжигающего присутствия Синнера комната казалась выстуженным склепом. Схватила вибрирующий смартфон, зажала плечом к уху и рухнула на кровать. С головой зарылась в ворох подушек и куталась в шерстяной плед. Ходить нагой по дому оказалось сомнительным удовольствием — паранойя и холод были плохими союзниками. — Слушаю, моя любимая брюнеточка! — Ну наконец-то! — голос Фелонии Янг ворвался в пространство комнаты, как порыв штормового ветра. — Я уже палец над кнопкой вызова полиции держала. Ты там жива вообще или тебя похитили и заставили чистить картошку в подвале? — Фел, что-то случилось? На той стороне повисла театральная пауза, прерываемая лишь каким-то шорохом. — Случилось, Райт. Случилось то, что моя лучшая подруга променяла меня на мужика и подходит к телефону так долго, будто по меньшей мере принимает роды у английской королевы! Шатенка с силой выдохнула, чувствуя, как напряжение покидает плечи, оставляя после себя лишь глухое раздражение. — Тьху ты блин, Янг! Сучка. Я испугалась, — она поглубже зарылась в плед. — Нельзя так пугать человека с моим... анамнезом. — Ой, не драматизируй, дорогая. Лучше скажи, как там наш великий и ужасный профессор? Судя по тому, что ты дышишь, как после марафона, на «пятёрку» перед сессией ты потрудилась на славу. Рассказывай: он всё ещё у тебя или уже улетел на своём чёрном вертолёте в логово злодея? Райт невольно перевела взгляд на приоткрытую дверь спальни. Из кухни доносился едва слышный звон посуды и аромат свежего кофе. — Да, он тут ещё, — понизила голос до доверительного шепота. — Принёс кофе и целую коробку пончиков из того места на углу, которое я люблю. На другом конце послышался страдальческий стон, полный искренней зависти. — О-о-о... ну какой же он охренительный. Слушай, если вы расстанетесь, дай его номер? Или хотя бы скажи, где он заказывает эти завтраки. Мужчина, который знает путь к сердцу женщины через глазурь и углеводы — это исчезающий вид. Последовала долгая пауза, а затем Одри услышала характерный звук выдыхаемого дыма. — Ты что, на перекуре? — спросила, представляя брюнетку в её неизменной кожаной куртке у чёрного входа бара. — Ага. Ты же благополучно забросила наши девичьи посиделки ради «индивидуальных занятий» по психиатрии. Вот я и вышла на смену вместо Хлои. Кстати об этом, — Янг отвлеклась, с кем-то поздоровалась и снова затянулась. — В четверг ты должна быть свободна. Это не просьба, а приказ. Даже если у тебя грандиозные планы с твоим... как его правильно называть? Твой парень? Ухажёр? Благодетель? В общем, я тебя застолбила. — В четверг? — закатила глаза к потолку, пытаясь вспомнить расписание. — Фел, скоро сессия начнётся. Конец года на носу, мне бы оценки подтянуть, а не по барам шататься. Ты же знаешь, Синнер не самый мягкий преподаватель, несмотря на... пончики. — Ой, да брось! — Фел… — Будет ещё время посидеть над учебниками. Слушай сюда: в четверг начальника не будет. Он уезжает куда-то на выставку. Хочет обзавестись новым оборудованием или какими-то заумными шейкерами. И... — Фел, ближе к сути, — перебила её, потирая висок. — Суть в том, — затараторила подруга, — что ты нашу общую группу в мессенджере вообще не читаешь! Я ещё вчера предложила собраться всем в моём баре. Выпить, пообщаться с одногруппниками в неформальной обстановке. Лэйн тоже приглашена, она обещала быть. В четверг после занятий. Это отличный повод вылезти из своей раковины и перестать вздрагивать от каждого шороха. — Фел, я всё ещё принимаю таблетки после того... инцидента, — прикусила губу, глядя на свою руку. — Мне нельзя мешать алкоголь с этим коктейлем из успокоительных. — Ой, да брось! От одного бокала пива ничего с тобой не случится. А если совсем боишься — у нас куча «инстаграмных» безалкогольных коктейлей. Которые выглядят так, будто в них литр текилы, а на деле — сплошные витамины. Будешь сидеть красивая и трезвая. Брюнетка, судя по звукам, докурила и вошла обратно в бар. Фон заполнился приглушённой музыкой и гулом голосов. — У тебя есть выбор: или провести время просто хорошо, или провести его сногсшибательно со мной. Что выбираешь? Девушка вздохнула, понимая, что сопротивление бесполезно. Энергия Янг могла сносить дамбы. — Так понимаю, выбора у меня нет? — Именно. Заодно расскажешь всё в подробностях. И я хочу знать, какой на вкус этот профессорский кофе. — Ладно, ладно... — её голос стал тише. — А Алекса не будет, надеюсь? После нашего расставания видеть его смазливую физиономию — последнее, чего мне хочется. — Он пока не отписался. Фел на мгновение затихла, видимо, проверяя чат. — А ну подожди... Форд был в сети вчера. Знаешь что? Просто напиши в группе, что ты точно будешь. Он же гордый у нас, как павлин. Если увидит, что ты придёшь, автоматически не явится на сходку. Чтобы не портить себе имидж «страдающего бывшего». — Хитро, — признала Одри. — Ладно, я подумаю. Но ничего не обещаю. — Никаких подумаю! В четверг после пар. И не забудь надеть что-нибудь, что заставит Синнера кусать локти, когда он будет отпускать тебя из дома. Всё, целую, клиент пришёл! Студентка откинула телефон на подушку и уставилась в потолок. Мысль о выходе «в свет» вызывала двойственные чувства. С одной стороны, хотелось нормальности. С другой — страх, что преследователь может быть где-то там, среди знакомых лиц, не покидал её ни на минуту. Она села, плед соскользнул с плеч. Понимала, что Малек всё ещё на кухне, за дверью. И знала, что он наверняка слышал каждое слово.

***

Толпа студентов лавировала между рядами припаркованных машин. Кузова, абы как отполированные или вовсе заляпанные грязью, тускло поблёскивали от фонарей под ноябрьским небом. Пары официально закончились, а значит, пришло время того самого сомнительного веселья, которое обычно заканчивается тяжёлой головой наутро. Вместе с Одри и Фелонией шли ещё семеро одногруппников. Хвала небесам, Алекса среди них не было — видимо, сегодня он требовал уединения или другой компании. Группа шумно обсуждала предстоящий вечер, вырываясь вперёд. В то время как две подруги намеренно застряли в хвосте. — Только не втягивай меня в долги, ладно? — Одри поправила ремешок сумки. — Отец и так за учёбу в этом месяце заплатил, сверху накинул сущие крохи. Сейчас я очень ограничена в бюджете. Янг скептически вскинула бровь и поправила своё безупречное каре, которое даже ноябрьский ветер не решался растрепать. — Раньше ты не жаловалась на отсутствие денег. Я думала, ты подрабатываешь где-то в интернете. Фриланс там, тексты или что вы, умники, ещё делаете? Райт на секунду замерла, заметив на выезде чёрную «Тойоту» Синнера. Машина идеально вписывалась в образ своего владельца. — Да... после того случая под трибуной больше не работаю. Это была полуправда. На её счету покоились тридцать шесть тысяч долларов. Сумма, которая могла бы решить все её проблемы на год вперёд. Но к ней она боялась прикасаться. Эти деньги манили, как запретный плод, напоминая о жизни, которую она вела за ширмой анонимности. Фелония достала сигарету и щёлкнула зажигалкой, прикрывая огонёк ладонью. — Я и не задумывалась, что ты теперь безработная. А кем хоть работала до этого? Не на порно хабе же? — брюнетка хрипло рассмеялась собственной шутке, выпуская облачко дыма. Одри карикатурно, театрально рассмеялась в ответ, состроив забавную гримасу. — Нет, Фел, не на порно хабе. Я была онлайн администратором в магазине игрушек. И сразу отвечу на твою очередную пошлую шутку: нет, не в магазине секс-игрушек. Обычный детский отдел. Они поравнялись с «Тойотой». Девушка резко остановилась, делая вид, что ищет что-то в сумке. — Я сейчас. Ты догони остальных, мне нужно буквально три минуты. — Зачем? — Янг затянулась, подозрительно прищурившись. — Хочу подарок оставить, — ответила, стараясь не смотреть подруге в глаза. — О-о… Он тебе уже и ключи доверяет? Не боится, что ты машину угонишь? У шатенки внутри всё похолодело. В памяти всплыл тот последний раз, когда она действительно угнала машину. Скорость, визг шин и то чувство, когда смерть кажется единственным выходом. Тогда она этого хотела. Сейчас — нет. — Да иди уже, — буркнула, отпихивая подругу. — Только быстрее. Подруга театрально подняла руки, сдаваясь. Окликнула одну из одногруппниц, которая тоже отстала от основной толпы. Когда Райт осталась одна, быстро огляделась по сторонам. Ветер был на удивление щадящим для ноября, но всё равно пробирал до костей. Одри знала расписание Синнера — его последняя пара закончилась десять минут назад. Скоро он выйдет, чтобы поехать на матч со своим другом. На заднем сиденье его машины девушка уже приметила сумку с курткой, бейсболкой и шарфом какой-то команды. В памяти всплыл их поход на стадион, то, как Малек бесцеремонно засунул ей в рот чупа-чупс. Его пальцы тогда коснулись её губ, и этот жест был куда интимнее любого поцелуя. Убедившись, что парковка пуста, приступила к задуманному. Адреналин ударил в голову, заставляя сердце биться в унисон с порывами ветра. Быстро, едва не путаясь в собственных пальцах, стянула капроновые колготки. Следом — трусики. Ощущение холодного воздуха на обнажённой коже было настолько острым и вызывающим, что у неё перехватило дыхание. Это было безумие. Прямо здесь, под окнами университета, под прицелом возможных камер. Но мысль о том, какое лицо будет у Малека, когда он найдёт этот «подарок» перед встречей с другом, стоила любого риска. Она хотела пробраться в его голову так же бесцеремонно, как он врывался в её жизнь. — Посмотрим, как долго ты не сможешь выбросить меня из головы, профессор, — прошептала, быстро натягивая колготки обратно на голое тело. С заговорщической улыбкой повесила кружевное бельё на боковое зеркало. Она задержала взгляд, оценивая результат, и усмехнулась. В этом жесте было что-то дерзкое, игривое. Она оставляла не просто вещь, а намёк, понятный лишь одному человеку. Представила его реакцию, короткую паузу, удивление, а затем ту самую улыбку, которую так любила. «Да, такой сюрприз точно не останется незамеченным.» Поправила одежду. Старалась унять дрожь. Быстрым шагом направилась в сторону остановки, не оборачиваясь. Она чувствовала себя преступницей, но этот внутренний пожар был куда приятнее, чем холодная паранойя последних дней.

***

Несмотря на то, что до выходных было ещё несколько дней, свободных мест в баре практически не осталось. Низкие потолки удерживали в себе смесь ароматов хмеля, крепкого табака и чего-то жареного. Тусклый свет неоновых вывесок отражался в лужах пролитого пива на полированном столе, создавая атмосферу уютного, но порочного хаоса. Ребята заняли длинный стол в самом углу, подальше от сквозняка из входной двери. Хлоя, сменщица Фелонии, чьи огненно-красные волосы были стянуты в тугой хвост, то и дело сновала между залом и барной стойкой, принося всё новые и новые заказы. Слева от Одри расположился Арчи. Он то и дело поправлял свои тёмные волосы, зачёсанные назад с помощью бриолина. Его профиль с характерной, заметной горбинкой на носу казался завлекающим в полумраке бара. Карие глаза то и дело останавливались на Райт с нескрываемым интересом. Справа сидела Лэйн, которая, вопреки обыкновению, выглядела расслабленной и даже иногда подпевала доносившейся из колонок музыке. Дальше по кругу расположились остальные: Ребекка и Люк, оживлённо спорившие о чём-то своём, Энтони, Уолт, Тоби и вечно молчаливый Нейт. К ним прибилась парочка «прогульщиков» — Виола и Филлип, которые решили, что вечер в баре куда важнее утренних лекций. Барменша в очередной раз подошла к столу, ловко балансируя подносом. Хлоя явно нацелилась на Люка. Её бёдра покачивались сильнее, чем того требовала работа. Остановилась она именно возле него, едва ощутимо коснувшись его плеча. — Так, господа алкоголики, посуду освобождаем, — скомандовала, собирая пустые бокалы. — У вас тут прямо выставка достижений ликёро-водочной промышленности. Кто что повторяет? — Эй, Хло, ты же помнишь — от меня скидка на общий счёт! — крикнула Фелония через стол, уже захмелевшая после трёх коктейлей. — Не вздумай обсчитать моих друзей, а то я завтра на смене тебе все чаевые переполовиню. Красноволосая девушка шутливо фыркнула, не сводя глаз с Люка. — Конечно, помню, Янг. Главное — на чай отвалите мне побольше, а то ваша скидка выйдет мне боком. Ну, кто следующий? Компания зашумела, делая новый заказ. Пили всё подряд: от тяжёлого крафтового пива и коктейлей до ледяной текилы. И только Одри сидела перед своим третьим по счёту «Девственным Мохито», уныло ковыряя трубочкой листик мяты. — Ещё бутылочку текилы... и ещё одну рюмку, чистую! — заявила Янг. Требовательно стукнула ладонью по столу и выразительно посмотрела на трезвенницу, намекая, что пора бы уже прервать этот «сухой закон». Райт лишь картинно закатила глаза, откидываясь на спинку стула. Внутри неё всё горело совсем не от алкоголя. Её буквально пожирала одна единственная мысль: «Почему Малек молчит? Прошло уже несколько часов.» Она представляла себе сотню сценариев: от его яростного звонка до внезапного появления в баре. Но телефон в сумке хранил гробовое молчание. «Может, он не увидел? Но как? Не мог же он сесть и ничего не заметить... Или он настолько невозмутим, что просто отбросил их в сторону и поехал смотреть свой чёртов матч?» Мысль о том, что Синнер мог оставить машину у университета и поехать с другом на другой, больно кольнула. Её грандиозная провокация могла обернуться пшиком. За соседним столиком группа мужчин бурно что-то обсуждала. Один из них, сидевший к Одри боком, не отрывал взгляда от экрана телефона, где шла прямая трансляция матча. — Да куда ты пасуешь, идиот! — выкрикнул он, едва не опрокинув стакан. — Ставь корпус! Шатенка неосознанно прислушалась к звукам игры из его динамика. Знакомый шум трибун вызвал у неё воспоминание. Она вспомнила холодную кожу сидений в машине Малека, запах его парфюма и ту невыносимую уверенность, с которой он всегда смотрел на неё. — Одри, эй! — Арчи коснулся её локтя, заставив вздрогнуть. — Ты вообще с нами? Я уже дважды спросил, не хочешь ли ты сыграть в дартс на раздевание. Шучу, просто в дартс. — Прости, Арчи, — выдавила улыбку, которая больше напоминала гримасу боли. — Задумалась. — Ты слишком напряжена, — он придвинулся ближе, обдавая её запахом джина. — Расслабься. Твой бывший сегодня наверняка занят более важными вещами, чем проверка твоей посещаемости в баре. — Едва ли он меня волнует, — прошептала себе под нос, снова проверяя экран смартфона. Пусто. Тишина с его стороны была самым пугающим ходом из всех возможных.