Глава седьмая. Ночь в «Райских сумерках»

К пятнице Нил страстно мечтал о выходных. Переживания из-за Кевина и Рико, злость и досада на поведение товарищей по команде, бесконечные окрики и снисходительное презрение со стороны Дэя и Гордона – все это измотало его до предела. Он чувствовал, что больше не выдержит, но деваться было некуда. Весь день он тренировался с Лисами на поле, потом возвращался в общежитие и видел те же лица. Он задыхался от их присутствия и хотел только одного: смыться куда-нибудь на уик-энд. В суете Нил совсем забыл про уговор с Эндрю. Выйдя из душа после пятничной тренировки, он рассчитывал, что все уже ушли. На стадион Нил ездил на машине Мэтта вместе с Элисон, Сетом и Рене, но обратно возвращался всегда в одиночестве. Однако в пятницу все вышло по-другому. Покинув душ, он увидел Ники, который дожидался его на скамейке с черным подарочным пакетом в руках. – Поздравляю, ты пережил первую неделю. Что скажешь, весело было? – Так все лето будет? – вопросом на вопрос ответил Нил. – В общем, да. По крайней мере, скучать не приходится, согласен? Нил кинул грязную форму в корзину для белья, обернулся и налетел на Ники. Тот всучил ему пакет. – Это тебе. Эндрю сказал, у тебя нет нормального прикида на сегодняшний вечер. Он назвал твой размер, и я кое-что подобрал. Вот увидишь, шмот суперский. Нил уставился на пакет. Ники воспринял его колебания за подозрительность. – Не ссы, никакого подвоха. Это скорее ради нас, чем ради тебя. Нельзя же, чтобы в одной компании с нами видели какого-то зачуханного бомжа. Без обид, ладно? – Спасибо, – выдавил Нил. Ники потрепал его по волосам. – Мы зайдем за тобой в девять. До этого советую покемарить. – Он ухмыльнулся. – Кстати о контактах. Не надевай их сегодня. Я имею в виду контактные линзы. – Закрой рот, – прошипел Нил. Ники огляделся. – Можно подумать, это большой секрет. Если присмотреться, сразу видно, что ты носишь линзы. Я в первый день заметил. Только почему ты выбрал коричневые-то? Это же скучно! – Мне нравится. – А Эндрю не нравится. Сними их. – Нет. – Будь другом, сними. Тебя кроме нас никто не увидит. Прошу, не надевай. – А то что? Молчание Ники прозвучало красноречивее всяких слов. – Значит, в девять, – повторил Ники и ушел Гарри в это время сидел в своей комнате на четвертом этаже, перебирая в уме события прошедшей недели. «Поедешь с ними?» – спросил Том. Голос в его голове был тихим, насмешливым, таким же, каким он помнил его из той ночи в Лесу, когда он шел на смерть. Только теперь он не боялся. Привык. «Не знаю». «Поедешь. Ты же не можешь оставить мальчишку одного с этими психопатами». «Ты становишься сентиментальным». «Я становлюсь скучающим. За этой командой наблюдать интереснее, чем за Пожирателями Смерти. По крайней мере, здесь есть драма». Гарри усмехнулся. Стук в дверь отвлек его от размышлений. На пороге стоял Ники. – Перевелл! Ты сегодня свободен? – Вообще-то планировал выспаться. – Выспишься завтра. Мы едем в Колумбию. Эндрю, Кевин, Аарон, Нил. Составишь компанию? Гарри поднял бровь. – И куда именно? – В один клуб. Отличное место. Расслабимся, отметим конец первой недели. Эндрю сказал, ты можешь присоединиться. – Ладно, – сказал Гарри. – Во сколько? – В девять у машины. Ники ушел. Гарри закрыл дверь и подошел к окну. «Видишь? – сказал Том. – Я же говорил». «Заткнись».

***

В девять Гарри вышел из общежития. Машина Ники уже урчала двигателем. Нил забирался на заднее сиденье – в новой черной одежде, без линз, с непривычно яркими голубыми глазами. – Я на своем, – сказал Гарри, кивнув в сторону мотоцикла. – Как знаешь, – бросил Эндрю из окна. Гарри надел шлем, завел мотор и поехал следом.

***

Ресторан «У красотки» оказался забит. Гарри припарковал мотоцикл и вошел внутрь. Компания уже заняла кабинку. Гарри сел с краю, рядом с Кевином. Эндрю был бледен и напряжен. Гарри заметил, как дрожат его пальцы. Ломка. – Прими лекарство, – сказал Кевин. – Убери, – процедил Эндрю. Гарри промолчал. Когда подали мороженое, Эндрю нетерпеливо раскидал салфетки, обнажив пакетики с желтоватым порошком. Гарри почувствовал запах – химический, сладковатый. «Наркотики, – прокомментировал Том. – Примитивные, но эффективные. Он пытается заглушить боль». Гарри отвернулся. Он уже проходил этот опыт, по неопытности и юности, пытаясь уйти от воспоминаний в забвение и в этом же забвении чуть и не умер.

***

Клуб «Райские сумерки» встретил их грохотом басов. Гарри прошел внутрь вместе с остальными. Толпа, кожа, цепи. Место, где можно потеряться. Они заняли столик на возвышении. Эндрю утащил Нила к бару. Гарри остался с Аароном и Кевином. Когда Эндрю и Нил вернулись с подносом, Гарри взял свою стопку. Поднес к носу – и почувствовал тот самый сладковато-химический запах. «В твоём напитке наркотик, – сказал Том. – Они положили его всем. Даже тебе». Гарри сжал зубы. Он сделал вид, что пьет, а потом «случайно» задел стопку локтем. Стекло разбилось о пол. – Аккуратнее, Перевелл, – лениво заметил Эндрю. – Извините, – сказал Гарри, поднимаясь. – Схожу за новой порцией. Он направился к бару. Роланд – тот самый бармен – стоял за стойкой. Гарри дождался, пока он освободится, и встретился с ним взглядом. Палочка скользнула из-под митенки в ладонь. Под шум музыки никто не заметил легкого движения. – Империо, – прошептал Гарри. Глаза Роланда остекленели. – Ты будешь делать то, что я скажу, – тихо произнес Гарри. – Когда я подойду за заказом, ты нальешь мне чистую водку. Без добавок. В напитки Эндрю и его компании – клади то, что они просят. Меня это не касается. И ты ничего не скажешь. Понял? – Понял, – эхом отозвался Роланд. Гарри убрал палочку и вернулся с новой стопкой. Пахло водкой – чистой. Он выпил залпом.

***

Водка лилась рекой. Кевин, сначала мрачный, вдруг расслабился. Они начали орать песни – старые, дурацкие, магловские. Гарри чувствовал, как мир плывет, но становится легче. Свободнее. Ники пытался подпевать, сбивался и хохотал. Аарон сидел с каменным лицом, потягивая пиво. Эндрю курил, наблюдая за ними, и улыбался своей кривой улыбкой. Гарри и Кевин уже пили водку с горла – по очереди. – Я был лучшим, – сказал вдруг Кевин. – Понимаешь? Лучшим. А он просто взял и сломал меня. Как вещь.... – Знаю, – ответил Гарри. – Я тоже был лучшим. И меня тоже пытались сломать. Кевин посмотрел на него мутными глазами. – И как? Сломали? – Нет. – Гарри покачал головой. – Но иногда мне кажется, что я сам себя сломал. Когда решил, что больше не хочу быть тем, кем меня хотят видеть. Мне кажется, что я собственными руками всех тех, кто видел во мне героя, но я слишком хотел жить. Они чокнулись бутылками.

***

Через час Гарри понял, что ему нужно выйти. Воздух в клубе стал слишком тяжелым. Он поднялся, сказал что-то Кевину и направился в коридор, ведущий к туалетам. Там было тише. Он прислонился к стене, закрыв глаза. «Ты пьян, – заметил Том. – Не отрицай». «Знаю. Но мне нужно было». «Понятно. Но будь осторожен, нельзя сказать лишнего». Гарри кивнул и открыл глаза.

***

В дальнем конце коридора, у выхода на служебную лестницу, стояли двое. Один из них был высоким темноволосым мужчиной в дорогом костюме, с идеальной осанкой. Второй, в кожаной куртке, что-то передавал ему, быстро оглядываясь. Гарри хотел уже развернуться и уйти — не его дело, не его проблемы, — но мужчина в костюме повернулся, и свет упал на его лицо. Сердце пропустило удар. Гарри узнал его. Не по лицу — лица он не помнил, видел мельком, давно, в кошмарах, которые не были его собственными. Он узнал его по тому, как стоял, как держал голову, по той холодной, давящей ауре, которая шла от него, как от открытой могилы. Это был Том Реддл. Волан-де-Морт. В человеческом теле, без змеиных черт, без искажённой магией внешности — красивый, молодой, смертельно опасный. Гарри замер, чувствуя, как палочка под митенкой нагревается, как сердце ухает куда-то вниз. Он не знал, как Том здесь оказался, зачем пришёл, ищет ли его, знает ли вообще. Но одно он знал точно: если Том его заметит, если почувствует связь, обратной дороги не будет. Палочка скользнула в ладонь. Гарри сделал шаг назад, в тень, надеясь, что его не увидят. Том развернулся и пошёл к выходу. Его шаги были уверенными, неторопливыми, как у человека, который знает, что никто не посмеет встать у него на пути. Он прошёл мимо Гарри, не глядя, не оборачиваясь. Просто прошёл. Но на долю секунды, когда они поравнялись, Гарри почувствовал это — лёгкое, почти незаметное напряжение в воздухе, как будто магия Тома нащупала что-то знакомое, как будто связь между ними дёрнулась, как спящая змея. Том замер. Гарри не дышал. Медленно, очень медленно, Том повернул голову. Его глаза — холодные, древние, ничего не выражающие — скользнули по лицу Гарри, по его длинным волосам, скрывающим лоб, по чёрным митенкам, по тому, как он стоял — напряжённый, готовый к броску. На мгновение Гарри показалось, что сейчас всё рухнет. Что Том узнает его. Что будет боль, крики, зелёный свет. Но Том просто смотрел. И Гарри видел, как работают его мысли — быстрые, холодные, расчётливые. Узнавание было, но не полное. Не лицо — что-то другое. Магия. Связь, слишком слабая, чтобы быть уверенным, слишком сильная, чтобы её игнорировать. — Вы, — сказал Том, и его голос был тихим, вкрадчивым. — Кто вы? Гарри заставил себя выдохнуть. Рука, сжимавшая палочку, дрожала, но голос, когда он заговорил, был ровным. — Я здесь работаю, — сказал он. — Охрана. Вечерний обход. Я новенький. Том приподнял бровь. В его взгляде мелькнуло что-то — насмешка? Интерес? — Охрана, — повторил он. — В таком возрасте? — Студенческая подработка, — Гарри пожал плечами, стараясь, чтобы жест вышел расслабленным. — Стипендия не покрывает всё. Том изучал его ещё секунду. Потом его губы изогнулись в тонкой, неприятной улыбке. — У вас хорошая реакция, — сказал он. — Я заметил, как вы напряглись, когда я остановился. Это не свойственно простым охранникам. — Я играю в экси, — ответил Гарри. — Там и выработал быструю реакцию — это всё. — Экси, — Том произнёс это слово так, будто пробовал его на вкус. — Да, я слышал. Местное развлечение. — Он сделал шаг назад. — Что ж, удачной вам... охраны. Он развернулся и пошёл к выходу, не оглядываясь. Его фигура растворилась в темноте, и только тогда Гарри позволил себе выдохнуть. Он стоял, прислонившись к стене, и чувствовал, как дрожат руки, как колотится сердце где-то в горле. Палочка всё ещё была в ладони. Он медленно убрал её обратно под митенку. «Он не знает, — сказал голос Тома в его голове. — Он чувствует связь, но не понимает, что это. Для него ты — просто случайный человек с хорошей реакцией». Гарри закрыл глаза. «А если он вернётся? Если начнёт копать?» «Он не вернётся. У него нет причин. Ты для него никто. Просто охранник, который вовремя напрягся». Пауза. «Но ты был близко. Слишком близко. Если он когда-нибудь увидит тебя снова, если связь станет сильнее...» «Я знаю», — оборвал его Гарри. Он оттолкнулся от стены и пошёл обратно в зал. Ноги были ватными, в голове — пустота. Он не знал, что Том делал здесь, на стадионе, зачем ему «Лисы» и их игры. И, честно говоря, не хотел знать. Его побег ещё не раскрыт. Его тайна ещё не выплыла наружу. Но впервые за долгие месяцы Гарри понял, что его покой — иллюзия. Магический мир, от которого он бежал, был ближе, чем он думал. И Том Реддл, сам того не зная, прошёл от него в трёх шагах.

***

Когда Гарри вернулся за столик, Нил куда-то исчез. Эндрю тоже не было. – Где Нил? – спросил Гарри. – Отдыхает, – пожал плечами Ники. – Эндрю с ним. Гарри хотел встать, но Кевин схватил его за руку. – Не надо, – сказал Кевин. – Эндрю не причинит ему вреда. Он просто проверяет. – Проверяет? – Хочет увидеть, что он за птица. – Кевин отпил из бутылки. – Так работает Эндрю. Если Нил пройдет, он станет одним из нас. Гарри смотрел на танцпол, где исчезли Нил и Эндрю, и чувствовал, как внутри поднимается тревога. Но сил вмешиваться не было. Он опустился на стул, взял бутылку и сделал большой глоток.

***

Когда Нил появился – бледный, шатающийся, с расширенными зрачками – Гарри уже был на ногах. Он видел, как Эндрю держит Нила, как Аарон и Ники подходят сзади. Как они выводят его из толпы. Нил пытался вырваться, но сил не было. И вдруг Эндрю отпустил его. Нил остался стоять, прислонившись к стене, а Эндрю склонился к нему и что-то говорил. Гарри не слышал слов, но видел, как побелело лицо Нила, как он дернулся. Он двинулся к Нилу, но Эндрю уже развернулся и исчез в толпе. Нил стоял один, шатаясь, и Гарри успел подхватить его. – Не надо, – прохрипел Нил. – Не могу, – ответил Гарри. – Ты упадешь. – Мне плевать. – А мне нет. Нил посмотрел на него мутными глазами. – Зачем ты здесь? – Затем же, что и ты. Он вывел Нила на улицу. Тот шел, спотыкаясь, но держался. Прохладный ночной воздух ударил в лицо. – Спасибо, – сказал Нил, когда они остановились у мотоцикла. – Не за что. – Нет, за что. Ты мог не вмешиваться. – Мог, – согласился Гарри. – Но не стал. Они стояли в тишине. Гарри думал о встрече в коридоре. О Томе Реддле, который прошёл мимо, не узнав. Который был так близко. «Он не знает, – сказал голос в голове. – Пока». Гарри посмотрел на звезды, которых не было видно за городскими огнями. – Поехали, – сказал он. – Отвезу тебя в общагу. Нил кивнул. Они сели на мотоцикл и уехали в ночь, оставив клуб и его тайны за спиной.