Часть 2

После беспрерывной болтовни Саммер и кучи новой информации голова Нила гудела и молила об отдыхе. Он решил прилечь на кажущийся удобным диван и под тихие голоса девушек вскоре уснул. Ему снились тени. Все они были в масках, закрывающих половину лица. Гладкие, чёрные, без выражения — будто вырезанные из пустоты. Джостен пытался разглядеть их, уловить хотя бы контуры фигур, но что-то искажало пространство. Они двигались рывками, появлялись то справа, то слева, шептались на языке, который скользил мимо слуха, не оставляя смысла. И тянули к нему руки. Когда за ногу его ухватила одна из теней, Нил почувствовал сильный морозный озноб по всему телу и резко проснулся. Пытаясь отдышаться и смириться со своим бренным существованием, он огляделся — комната была пуста. Джостен корил себя за неосмотрительность: «Они исчезли? Саммер и Марту забрали Манусы? Как ты мог уснуть в такое неспокойное время?! Чёрт возьми...» Он хотел было покинуть чемодан и отправиться на поиски, как вдруг услышал звук открывания. Кто-то спускался по лестнице. Нил быстро выхватил пистолет, который до этого был надёжно спрятан под его мешковатой толстовкой. На всякий случай проверил магазин. Щелчок показался слишком громким. Он встал у входа в комнату, готовый стрелять без предупреждения. — Какой тёплый приём, — спрыгнувший Кевин обернулся и приподнял правую бровь. Вторая была рассечена, по виску тянулась засохшая полоска крови. — Ох, прости. — Нил стушевался и отпустил оружие. — Ты в порядке? А все остальные? — Ага, одна тварь меня зацепила. Гончие не должны были нас заметить, но Никки запаниковал — и вот что из этого вышло. — Он указал на свою бровь. — Этот идиот чуть не лишился руки. Аарон и Эндрю уже вернулись, с ними всё замечательно. Мы направляемся обратно в Фонд. Ты с нами? — Да. Другого варианта у меня и нет. Облегчение накрыло Нила, словно цунами. Было сложно поверить в то, что с ребятами всё в относительном порядке. Он привык относиться ко всему с подозрением и ждать от мира только худшего. Судьба не баловала его чудесами. Но вот, выйдя из чемодана, Нил внимательно осмотрел всех присутствующих. Аарон, караулящий около двери, слегка потрёпан, но выглядит полностью невредимым. Эндрю же будто мимо проходил — слишком уж чистенький. У Никки была перевязана рука, от кисти до локтя. Сестрички о чём-то тихо переговаривались. — У тебя есть шанс заразиться бешенством, нужно срочно отправляться в Лаплас! — Аарон смотрел на Хэммика укоризненно. — И как ты умудрился? Ты ведь боец дальнего боя. — Дорогой кузен, для чего же тебе тогда твоя игрушка? — второй Миньярд говорил со скукой в голосе, судьба Никки его явно не волновала. — Я же не нарочно... — понуро опустил голову Хэммик. Его невредимая рука была занята посохом. — Они кузены? — Нил обратился к Кевину, удивившись этому обстоятельству. Он ещё раз посмотрел на близнецов, потом на высокого парня со смуглой кожей и не нашёл ни единого сходства. — В семье не без урода, — вместо Дэя ответил Эндрю. Аарон закатил глаза, но промолчал — видимо, привык к подобным подколам. Никки тем временем морщился, пытаясь перехватить перевязанную руку поудобнее. — Да ничего с ней не сделается, — отмахнулся он, заметив взгляд Нила. — Пара дней — и заживёт. — Если ты не откинешься раньше, — хмыкнул Эндрю, даже не открывая глаз. Он стоял, опершись на стену, и казалось, происходящее его развлекало ровно настолько, насколько вообще может развлекать что-то человека, которому на всё плевать. — Ладно, хватит, — Кевин хлопнул в ладоши, привлекая внимание. Бросив взгляд на наручные часы, он сказал: — Собираемся. Чемодан сам себя не закроет, а Фонд сам себя не найдёт. Он подошёл к столу, быстро сгрёб несколько карт и приборов в небольшую сумку, затем повернулся к Джостену: — Держись рядом, снаружи совсем не то, что ты привык видеть. Началась другая эпоха. Сейчас 1980 год, 8 июля. Нил замер. Слова Кевина повисли в воздухе, тяжёлые, как намокшая ткань. — Что? — переспросил он, надеясь, что ослышался. — Разве это была не шутка? Мы ведь только что были в две тысячи... — Пятом, — кивнул Кевин. — Эндрю не шутил. Время сдвинулось. Шторм всегда так делает — сбрасывает эпоху назад, перематывает плёнку. Иногда на десять лет, иногда на все сто. В этот раз — на двадцать пять. — Но... — Нил оглянулся на остальных, ища поддержки. Саммер отвела взгляд. Марта смотрела в пол. Даже Эндрю на секунду приоткрыл глаза — и в них не было привычной скуки, только усталость. — Моя мать… Она вернётся? — Её больше нет в этом времени, — тихо сказал Кевин. — Извини. Здесь она не рождалась, не жила, её не существовало. Здесь ты вообще не должен был существовать. Нил почувствовал, как подкашиваются ноги. Он опёрся о стену, пытаясь переварить услышанное. — Тогда почему я здесь? Почему я жив? — Потому что ты арканист, — ответил Кевин. — И, видимо, сильный. Очень сильный. Такие, как ты, не стираются со временем. Вы — исключения. Баги в системе. — Баги, — эхом повторил он. — Пойдём, — Кевин тронул его за плечо. — Нам правда нужно торопиться. Они поднялись по лестнице. С каждым шагом Нил чувствовал, как воздух становится тяжелее, гуще. А когда крышка чемодана открылась, он вдохнул этот воздух полной грудью — и закашлялся. Улицы Лондона пахли тяжёлым дизелем чёрных такси, но этот запах перебивался ароматом свежего асфальта, разогретого редким лондонским солнцем. Он пах жизнью. Из открытых дверей кофе-баров в Сохо доносился запах крепкого эспрессо. По улицам сновали пузатые красные автобусы с открытой задней площадкой, на которую можно запрыгнуть на ходу. А кафе, в котором они находились до этого, видимо, ещё не появилось. — Добро пожаловать в восьмидесятые, — хмыкнул Эндрю, засовывая руки в карманы. — Меньше говна, больше панка. — Заткнись, — беззлобно огрызнулся Аарон. — Не смущай парня. — Быстро и тихо, — скомандовал Кевин, поправляя плащ. — За мной. Они двинулись в ночь. Никки плёлся в хвосте, прижимая перевязанную руку к груди и тихо бормоча. Аарон то и дело оборачивался на него с выражением «я же предупреждал». Эндрю, как всегда, выглядел так, будто совершал вечерний променад. Краем глаза Нил заметил движение на крыше одного из домов. Саммер и Марта держались рядом с Нилом. То ли чтобы он не отстал, то ли чтобы самим не так страшно было. Они свернули в переулок. Воздух стал плотнее, влажнее. Джостен поёжился, его не покидало ощущение того, что за ними следят. Он обернулся. На крыше, в тени трубы, стояла фигура. Высокая. Тонкая. В чёрном плаще, полы которого стелились по воздуху, не касаясь поверхности. Лица не было видно — только чернильная маска в провале капюшона. — Кевин, — выдохнул Нил. Дэй обернулся. Увидел. Выругался сквозь зубы. — Не смотри на него. Сделаем крюк. Нельзя позволить ему узнать новый вход в наш Штаб. И они продолжили идти размеренным шагом. Петляли по переулкам, посетили каждый театр на Ковент-Гарден и почти все магазинчики улицы Оксфорд, заходили в различные пабы и кабаки — всё, чтобы запутать наблюдателя. Нил не понимал, куда и зачем, но ноги несли сами. Краем глаза он заметил, как Марта тащит за собой Саммер, как близнецы двигаются синхронно, будто один человек. Впереди всех — Кевин, чья спина оставалась прямой, даже когда мир вокруг рушился. В конце концов, когда фигура затерялась где-то между зданиями, они вышли на площадь. В центре возвышался Собор Святого Павла — монументальный, закопчённый десятилетиями смога, но величественный. Его тёмный силуэт на фоне серого неба выглядел особенно драматично. — Сюда! — Кевин рванул к тяжёлой двери. Она поддалась с душераздирающим скрипом. Внутри пахло сыростью и ладаном, сам собор кишел людьми. Кевин аккуратно провёл их к незаметной комнатке, нажал что-то в стене — и бесшумно открылся люк в полу. — Добро пожаловать в Фонд Святого Павлова, — сказал он, тяжело дыша. — Это один из входов, идёт он через цокольный этаж. Здесь мы в безопасности. Нил посмотрел в неглубокий провал под ногами, в котором виднелась винтовая лестница. Оттуда тянуло теплом и едва слышным гулом голосов. Живых голосов. — А то существо… на крыше? — спросил он, не решаясь шагнуть. — Манус-наблюдатель, — ответил Дэй. — Они не нападают первыми. Просто следят. Собирают информацию. Но раз он здесь — значит, они знают, что мы вернулись. — И что это значит? Кевин посмотрел на него долгим взглядом. — Это значит, что война продолжается. Он шагнул вниз. За ним — Аарон и Эндрю. Хэммик аккуратно полез следом. Саммер и Марта взялись за руки и нырнули в люк. Нил остался один на один с тишиной собора, в которой всё ещё чудился чей-то взгляд. — Ну, — сказал он сам себе, сжимая руки в кулаки. — Пути назад нет.