16. Принцесса

      Дни в особняке Хатаке протекали одинаково: сборы на практику, сама практика и обратный путь. В первом и последнем звене этой цепочки Сакуру сопровождал Саске. Их поездки в клинику стали чем-то вроде ритуала. Саске всегда приходил первым и ждал её у машины. Она выходила, коротко здоровалась, затем он заводил двигатель и они ехали.       Токио в утренние часы только напитывался теплом. Сакура смотрела на улицы, и ей казалось, что она впервые за всё это время открыла глаза. Вчера она заметила, как у перекрёстка, где они стояли на светофоре, на боковое зеркало села стрекоза с блестящими прозрачными крыльями и красным тельцем. Стоило им тронуться, она взлетела, метнулась вдоль капота и унеслась прочь, в сторону деревьев. Сакура проводила её взглядом и чуть улыбнулась.       Саске никак не отреагировал, да и не должен был — он следил за дорогой. Порой его молчание казалось Сакуре не холодным, а скорее, удобным, как тень под деревом в жаркий полдень. Рядом с ним не нужно было держать лицо, придумывать слова, или быть остроумной. Можно было просто смотреть в окно.       Иногда стала ловить себя на том, что сравнивает себя и его. Они были почти ровесниками, но он уже водит машину как взрослый, и выглядит слишком надежно. А она?       Сравнение было не в её пользу, но обиды она не чувствовала. Внутри было нечто похожее на азарт: дотянуться, выровняться, стать на одну и ту же ступень хотя бы внешне.       После допроса прошло несколько дней. Следователи приняли её спокойно. Задали несколько уточняющих вопросов, попросили повторить, кто именно и что сказал. Сакура говорила медленно, стараясь не упустить деталей. Тензо сидел рядом, и его присутствие напрягало. После допроса он отвёз её в клинику, как и обещал, и больше не возвращался к этой теме.       Никто в доме не заговаривал ни об отравлении, ни о клинике, однако Сакура замирала каждый раз, когда видела Какаши за столом. Ей казалось, он вот-вот глянет на неё так, что внутри всё похолодеет. Но он был спокоен и вежлив. Иногда ненадолго задерживал взгляд чуть дольше, чем следовало. Стоило ей заметить, и он отводил глаза.       Какаши не заговаривал с ней ни на какие темы. Впрочем, для остальных он тоже был не досягаем. Но по вечерам, когда Сакура оставалась наедине с собой, иногда задумывалась о нём. Хотя… что толку думать, если он закрылся, как устрица? Может, оябун ждет ответного интереса?       Чёрта с два!       Наверняка, на такого как он, женщины вешаются по умолчанию, но Сакура вряд ли заинтересовалась им. Тем более, как мужчиной.       Прежний страх постепенно отпускал. Она не пыталась заставить себя поверить всему тому, что он сказал в беседке, но возможно, несколько дней без особых происшествий успокоили её.       Всё это время она видела и могла общаться (если это можно назвать общением) только с Саске.       На вид он был безразличным к чему бы то ни было, и многословием явно не страдал. С ней он держал дистанцию: не интересовался делами, не пытался развлечь или подлизаться — но всегда был рядом. Иногда Сакуре казалось, что он понимает её без слов лучше, чем кто-либо в этом доме.       Недавно они возвращались из клиники, и она попросила Саске свернуть в сторону залива. Он не стал уточнять зачем, просто кивнул и сменил полосу.       Солнце висело низко над городом, всё вокруг было залито медовым светом. Жара отступала нехотя, уступая место вечерней духоте. В такие минуты Токио напоминал огромный разогретый камень, остывающий слишком медленно.       Они ехали по тихим, заросшим зеленью улицам. Потом показалась узкая зеленая полоса парка, и дорожка, спускавшаяся к воде. Саске остановился у входа и вышел первым. Сакура выбралась следом.       Здесь было иначе, чем в центре: от залива тянуло свежестью, а цикады, казалось, стрекотали прямо над ухом.       Они медленно пошли по дорожке. Сакура молча шла впереди, Саске на два шага позади. Это было странно: проводить почти всё время с якудза, но при этом не чувствовать неловкости или потребности завести разговор. В отличие от Тензо, его присутствие не давило.       В какой-то момент Сакура остановилась у каменного фонаря. Отсюда было видно ярко-синюю воду залива, подёрнутую блеском солнца, и далёкие огни на той стороне. Ветер принёс с воды лёгкий бриз. Сакура прикрыла глаза на секунду, подставив лицо ветру. В этот момент стало почти хорошо, будто всего этого с ней не случилось и она не живет в доме якудза, да и её не сопровождает якудза.       

***

      Сегодня практика закончилась как обычно. Сакура, забросив сумку на плечо, вышла к воротам клиники, где её уже ждала чёрная «Тойота». Она была на полдороге к машине, как вдруг услышала знакомый голос:       — Эй, Сакура!       С противоположной стороны стоянки, поправляя на ходу ремешок маленькой сумочки, к ней спешила Ино. Её светлые волосы были собраны в высокий хвост, а в ушах объёмные пластмассовые кольца цвета фуксии. Выглядела она так, будто только что сошла со страницы журнала — свежая, отдохнувшая, и абсолютно не вписывающаяся в пейзаж практики.       — Как ты здесь оказалась? — искренне удивилась Сакура.       — Нужно было завезти документы, — Ино махнула рукой в сторону остановки. — Зато теперь я свободна! Пойдём, расскажешь мне обо всём! Там про тебя тако-ое говорят… Я уже не знаю, кому верить!       Сакура на секунду замялась. Саске уже вышел из машины и обходил её сзади, по привычке открывая дверцу. Ино перевела взгляд на него, и застыла.       Сегодня Саске был в тёмной рубашке с закатанными рукавами. На предплечье, где заканчивался рукав, угадывался край цветной татуировки. Он не смотрел на Ино, но та, кажется, облизала его взглядом с головы до ног. У Ино слегка приоткрыла рот.       Но уже в следующую секунду она ослепительно улыбнулась и сделала вид, будто рассматривает облака.       — Ой, а я думала, ты на метро, — произнесла она светским тоном, переводя взгляд на Сакуру. — А у тебя, оказывается, появился личный водитель.       — Тебя подвезти? — Сакура кивнула на Саске. — Нам по пути.       — Нет, — протянула Ино, и снова покосилась на Саске, на этот раз чуть дольше, но тут же отвернулась, будто заметила что-то чрезвычайно важное на носке собственной туфли. — Мне вообще-то в магазин надо, но если выпала такая возможность… Вдруг мне всю жизнь придётся ждать, пока меня подвезёт Учиха Саске?       Саске наконец удостоил её взглядом. Его глаза сузились — он посмотрел на неё так, будто она была недостойна его внимания. Взгляд был коротким, но настолько выразительным, что Ино мгновенно отвела глаза и поправила хвост, делая вид, что ничего не заметила.       — Садись, — коротко сказал Саске Сакуре.       — Я сяду назад, с подругой, — ответила она.       Саске не стал спорить. Он сел за руль, включил зажигание. Ино и Сакура устроились на заднем сиденье.       — И всё-таки, — Ино чуть понизила голос, наклонившись к Сакуре, — я мечтать не смела, что меня будет подвозить сам Учиха Саске. Теперь моя жизнь прожита не зря!       Саске снова бросил на неё взгляд через зеркало заднего вида — на этот раз ещё более ледяной. Ино сделала вид, что увлечённо разглядывает свои ногти.       Сакура прыснула со смеха. Напряжение, сковывавшее её несколько мгновений назад, понемногу отпускало. Саске мог одним взглядом заставить замолчать кого угодно.       Когда Саске подъехал к магазину Яманака, Сакура отпросилась проводить Ино и поболтать с ней. Солнце клонилось к закату, но время еще оставалось, и Сакура собиралась провести его так, как хотела, не подчиняясь правилам дома Хатаке.       Выйдя из машины, Ино схватила Сакуру за локоть и потянула к магазину так быстро, будто боялась, что машина уедет прямо с ней.       — Это вообще что такое? — горячо прошептала она, едва они отошли. — Почему ты с ним ездишь? Он же из этих…       — Из каких?       — Ну… из этих, — Ино поводила пальцами вокруг туловища, имитируя татуировки якудза.       — Он обычный водитель, — ответила Сакура, но сама почувствовала, что это прозвучало не очень убедительно.       — Ага, так я тебе и поверила, что он водитель, — хмыкнула Ино. — Ты видела, как он на меня посмотрел? Я думала, у меня инфаркт жопы случится!       — Он на самом деле не такой, — улыбнулась Сакура. — Просто не любит лишних разговоров.       — Да я уж поняла, — Ино покосилась через плечо на машину. — Ладно, пусть постоит, отдохнёт, раз подвёз. А ты мне лучше расскажи, как у тебя дела. Только не здесь.       Они вошли в магазин, и стеклянная дверь отсекла жаркий вечерний воздух. Внутри было прохладно, пахло влажностью и цветами. Ино наконец расслабилась, стянула с волос резинку и тряхнула головой, как в рекламе шампуня. Затем достала из холодильника для цветов две бутылки рамунэ и одну протянула Сакуре.       — Рассказывай, — потребовала она, откупоривая свою. — Только не вздумай говорить мне, что всё в порядке. Я же вижу, что нет.       Сакура устроилась на высоком стуле у прилавка и сделала глоток. Холодная, сладкая вода с пузырьками обожгла горло, но стало легче.       — Ты о чём вообще?       — Обо всём! Например, почему тебя возит сам Учиха Саске? Это же не просто так, Сакура.       Ино облокотилась на прилавок, глядя с любопытством, в котором не было ни капли осуждения. Она и раньше так смотрела, когда выпытывала у Сакуры, кто ей нравится из старшей школы.       Сакура задумчиво покачала бутылку в руке.       — Там, где я теперь живу, так заведено. Меня отвозят и привозят. А кто именно… мне не предлагали выбирать.       — Ну, с таким лицом, как у него, и без выбора можно жить, — фыркнула Ино. — Хотя смотрит он так, будто прикидывает, куда закопать твой труп.       — Нет, ты что, он не такой, — вырвалось у Сакуры быстрее, чем она успела подумать.       Ино подняла бровь.       — Уже защищаешь?       — Нет. Просто он… — Сакура замолчала, подбирая слова, и продолжила: — он не лезет в душу. Рядом с ним не нужно изображать, что всё хорошо.       Ино хмыкнула и сделала глоток.       — Ну, звучит почти как комплимент. Смотри, а то влюбишься.       — Не говори ерунды, — Сакура качнула головой, но щеки всё же обожгло жаром.       В магазине снова стало тихо. Где-то на улице проехал велосипедист, и звякнул колокольчиком кому-то. Ино лениво покручивала ленту на катушке, чтобы занять руки.       — А тот, главный? — спросила на полтона тише. — Ну, который… он к тебе как?       Сакура напряглась.       — Я не знаю…       — Ты с ним уже переспала?       — С кем? — вспыхнула Сакура.       — Лобастая, не задавай тупых вопросов! — взвилась Ино. — Я прекрасно знаю, что у твоего отца начались проблемы с ними, потом ты ходила как в воду опущенная и пропускала занятия, а сейчас тебя возит Учиха. Сай многое мне успел рассказать!       — Может быть, ты получше меня все знаешь, Свинина? — прищурилась Сакура. Она хотела добавить, что наверняка Ино уже успела переспать с Саем, но в этот момент с улицы донёсся низкий рокот мотора. Он приближался, нарастал, и вскоре затих со стороны чёрного входа.       — А вот и Сай, — Ино отставила пустую бутылку и выпрямилась.       — Помяни чёрта… — процедила Сакура.       Сай вошел без стука, будто у него был свой комплект ключей от магазина или Ино специально держала запасной выход открытым. На нём была всё та же кожаная куртка и неизменная странная улыбка. За его спиной, в проёме двери, сгущалась вечерняя синева.       — Явился, не запылился, — усмехнулась Ино. — Мы уже думали, ты забыл.       — Разве, я мог забыть? — ответил Сай, проходя внутрь. — Привет, Сакура.       — Ты едешь? — спросил он.       — Сакура, ты с нами? — спросила Ино.       — Нет, меня ждут, — она кивнула головой в сторону, где за окном, густо заставленным букетами, её ждала чёрная «Тойота».       — Да ладно, подождёт, ничего страшного! Мы быстро, правда? — подмигнула она Саю.       Тот лишь пожал плечами.       — Я не могу так просто уехать!       — Можешь, — возразила Ино мягче. — Ты не пленница, Сакура. Поехали, проветришься.       В её голосе слышалась не только бесшабашность, но и забота. Ино смотрела так, будто понимала: ещё немного, и Сакура больше не выдержит, подчиняясь правилам.       — Ладно, — сдалась Сакура. — Только недолго.       Ино просияла и потянула её к чёрному выходу.       Когда Сай завел мотоцикл, Ино села за ним, прижимаясь к его спине и обхватив за талию. Сакура неловко устроилась позади неё, стараясь не думать, как это выглядит со стороны.       Они помчались сквозь вечерний город. Ветер дул навстречу, трепал волосы, и заставлял щуриться. Замелькали светофоры, дорожные знаки, указатели населенных пунктов — всё это слилось в цветные полосы.       Сай свернул с оживлённой магистрали в сторону промзоны. Здесь потянулись бетонные заборы и глухие корпуса складов. Дорога стала темнее: фонари попадались всё реже, и вскоре их свет исчез совсем, уступив место редким и тусклым лампам на столбах.       Мотоцикл сбросил скорость. Сай лавировал между какими-то ангарами, сворачивал в проулки, пока не остановился перед трёхэтажным строением, зажатым между складом и заброшенной стройкой. Окна первого этажа были заложены камнем, но из щелей пробивался слабый свет. Над входом не было вывески, только голая лампочка, вокруг которой вились мотыльки. Сай заглушил мотор.       — Куда ты меня завезла? — тихо спросила Сакура.       — Это наша база, — уклончиво ответил Сай, помогая Ино слезть. — Мы быстро.       Ино поправила волосы, одёрнула платье и повернулась к Сакуре:       — Подожди нас тут, ладно?       В её голосе сквозило лёгкое смущение, но также возбуждение, которое она не могла скрыть. Она взяла Сая за руку, и они скрылись в тёмном проёме.       Сакура вошла следом.       Внутри воняло табаком. Сай с Ино быстро прошмыгнул через смежную комнату и закрыл за собой дверь. Сакура осталась за закрытой дверью.       Комната напоминала самодельный бар: вдоль одной стены тянулась стойка. За ней на мутных стеклянных полках стояли полупустые бутылки. У противоположной стены диванчик, похожий на кухонный.       Сакура смахнула пыль и присела, надеясь, что Ино вернется быстро. Она разглядывала бутылки, пыталась читать этикетки. Где-то капала вода: методично, раз в несколько секунд — звук сначала раздражал, но вскоре стал почти успокаивающим.       Прошло минут пятнадцать, может, двадцать. Посмотрела на часы: половина девятого.       Потом она кое-что услышала. Как обычно: сначала не поняла, откуда доносились приглушенные стоны. Звук был вроде как из-за стены, где, видимо, находилась еще одна комната. Ритмичный скрип, перемежаемый тихими вскриками. Сакура даже не поняла происхождение этих стонов. Кому-то плохо?       Кровь прилила к лицу.       Нет, кажется, кому-то было слишком хорошо… Сакура мысленно выругалась. Она не собиралась сидеть и слушать, как её подруга занимается сексом. Если уйти сейчас — ближайшая станция метро будет в часе ходьбы, попутку она вряд ли поймает в промзоне.       Она прислушалась снова. Скрип стал активнее, но теперь к нему добавился ещё один ритм — музыка. Кто-то включил магнитофон, зазвучала тяжёлая гитарная партия, заглушившая остальные звуки.       Сакура постучала в стену — никто не услышал. Музыка не стихала. Тогда она ударила ногой в закрытую дверь изо всех сил, но… Никто не отреагировал.       Пришлось вернуться на место. Она давно себя не чувствовала такой дурой. Злилась на Ино с Саем, на себя за то, что согласилась. Если в особняке узнают, что она свинтила с Ино через запасной выход в магазине, то…       Разразится большой скандал, наверняка за ним последует наказание — какое там положено у якудза… Но она же не якудза? Что там полагается сделать, чтобы стать одной из них? А что полагается тем, кто нарушит их правила?       Хотя по сути, её семья принимает помощь якудза, она сама живет с ними в одном доме и даже ест одно и то же… Она стала одной из них. Ну или почти стала.       И за подобный поступок её по головке не погладят.       Стоп.       А не этого ли хотела Сакура?       Она нарушает правила, её выгоняют и она свободна — всё просто!       Но во взрослой жизни «просто» не бывает, — это она уже успела понять. Если Сакура вернется домой, вернется и Коноха-кай. А ещё придётся выплачивать долг за лечение отца, который, наверняка, погасил Какаши.       Помимо этого была еще поездка к следователям, и Сакура теперь проходит свидетельницей по делу о нападении на «Токё Инвестментс».       Сейчас ей было очень невыгодно делать назло Какаши, и она прекрасно это понимала. Но продолжала находиться чёрт-те где, и имела крайне смутную перспективу вернуться в магазин Яманака в ближайшие пару часов.       «Этак можно и до утра прождать!»       Сакура решительно поднялась с сидения и прошла к двери. Ничего страшного, как-нибудь вернётся на своих двоих. Появилось решительное желание проколоть Саю шины на мотоцикле.       Она дёрнула ручку двери, но та распахнулась едва не стукнув по лбу. На пороге стоял парень в оранжевой спиралевидной маске с прорезью для одного глаза. Он замер, увидев её, и его голова наклонилась набок.       — О-о-о, а что это за розоволосое чудо тут? — произнёс он высоким, дурашливым голосом, растягивая слова.       Сакура не сразу поняла, что это Тоби. Узнавание пришло вместе с холодом, пробежавшим по спине. Она видела его мельком, на сходке босодзоку, но тогда он казался ей безобидным клоуном. Теперь, в тусклом свете этого помещения, его маска выглядела жутко.       Он сделал шаг вперёд, разглядывая её.       — Ты заблудилась, принцесса? — в его голосе звучала насмешка, но Сакура чувствовала за ней что-то ещё. Что-то, от чего мурашки побежали по позвоночнику.