.2.

      Прошел только месяц учебы, а Кайл уже устал. Его выводило из себя вставать утром, и еще больше выводило проводить в школе по семь часов стабильно. Школа была редкостным ужасом. Неприятным, противным. Пусть он был почти отличником и уважал образование, это не помогало чувствовать себя комфортно. Он никогда не общался с одноклассниками. Он не хотел.       Снова поднимаясь с кровати из-за криков в соседнем доме, он в очередной раз проклинает чертову соседскую семейку.       Снова Ренди разгулялся.       Кайл помнит его еще с детства; жилистый, с пивным животом и щетиной. Всегда от него пасло травкой и вонючим одеколоном. Хорошо, что у него отца нет.       Слышит крики и Кайл проклинает ебучие дома, сделанные из говна и палок.       Плетясь в школу, заходит в магазин по пути, покупает булку с газировкой. И если честно, осенняя хандра накрывает его раньше времени. Потому что у него нет друзей; потому что он может не говорить сутками, потому что не с кем. Так было всегда, и, казалось, стоило уже привыкнуть, но Кайлу, с точностью, да наоборот - с каждым годом все сложнее это осознавать. Он молится на какое-то ебанное чудо, потому что так продолжаться не может; потому что тоже хочется друга. Он никому не нравится и понимать это становится все сложнее.

***

      И если Кайл болезненно душился одиночеством, Стен хочет почувствовать свободу от круга общения хоть на секунду. Он кривится и морщится; часто даже цокает. Пресловутые друзья мысли выражать не умеют. Стен свои навыки тоже потихоньку теряет. Он бы хотел сказать каково это - но способен сообразить только "тошно от себя". И больше ничего. Он срывается на неженок, которые косо смотрят, проходя мимо на улице; и срывается снова, когда видит недовольную физиономию Брофловски.       Потому что и так мерзко.       Потому что кажется , что Кайл не имеет права выебываться, у него все хорошо. И когда он заталкивает того в пустой кабинет, кажется, информатики, то переживает больше о целостности техники, чем о нем.       — Да за что блять? — Кайл в предистерике; он красный и испугавшийся, потому что это впервые не по делу.       К нему Марш подлетел неожиданно, не так, как обычно. Он ничего не говорил и ни о чем не предупреждал.       — Рожу свою хули корчишь? — Стен останавливается в паре шагов. Кайл уже вплотную к стенке.       Сильная рука упирается в стену по правую сторону от лица. Кайл вздрагивает. Еще секунда и Марш занесет вторую руку. Он смотрит в темные глаза, тщетно пытаясь разглядеть: то ли пьян, то ли объебан.       — Ты, ебанная мразь, с хуя страдаешь-то, а? — он придвигается вплотную, почти в ухо выдыхая, — у тебя же все хорошо, — успокаивается, даже не рычит и спокойно продолжает, — ты хочешь, чтобы тебя пожалели, или как?       — От тебя мне ничего не надо, — отворачивает голову и отпихивает рукой. Стен осаждается, теряя равновесие на пару секунд.       Кайл отходит, а тот опрометчиво ставит подножку, и Брофловски валится на пол; руки гудят и подбородок подбитый будет. Стен выходит, думает, что, возможно, ему стало легче. Совсем немного. Еще пару дней его греет мысль о разбитом подбородке, а Кайл отлеживается дома и не может жевать. Стен собой доволен на все сто процентов. Он показал свою силу. Этого должно быть достаточно для того, чтобы прожить еще недельку.       Впрочем, могло быть и хуже.

***

      В школе пустота - Брофловски любит приходить раньше всех, стоять у шкафчиков, пока кабинет не откроют. Мимо начинают проходить разные группы, по три-четыре человека. Они на него косятся.       Потому что он не такой.       Он закрытый и мало говорит, ему не о чем с ними разговаривать. И если в этом мире так и должно быть устроено, то Кайл не против. Пусть его унижают и оскорбляют, он будет и дальше жить с мыслями о поступлении в университет и новой жизни. У него хотя бы есть шанс поступить, так-то.       Утыкаясь в телефон и читая очередную книжку, он не замечает пристального взгляда.       — Привет, у тебя прикольные кудряшки! — чудо с черными волосами и улыбкой во все тридцать два с диким восторгом оглядывает его с ног до головы.       Это еще что такое? С ним кто-то разговаривает вообще?       — Эм, спасибо, — он окидывает взглядом незнакомку: длинные волосы и юбка чуть выше колена.       — Венди, — она продолжает пялится на него, и Кайл чувствует, что хочет куда-то сбежать, — Ну ладно, я побежала, — и она даже машет ему женственной ручкой, прощаясь.       И как вообще Кайлу на это реагировать?

***

      Звонок на урок прозвенел, все уселись на свои места, Кайл, отвлекаясь от телефона, оглядывает помещение.       Марш на месте и он наблюдает.       Почему он вообще так много своего внимания посвящает Кайлу? Брофловски не понимал, к чему столько интереса. И, даже если, как утверждал сам Марш, он наказывает его за высокомерие, то наказания должны были закончится примерно полгода назад. Марш даже ответить на этот вопрос не смог, он не знает. Ему нужно сгонять на ком-то злость, а Кайл вроде никогда не против, к тому же, рот у него открывается часто и не по делу, да и просто так Стен никогда не бьет. Только если выбесит конкретно. И, к сожалению, Стена воспитали так же, как и всех в их семье. Он принимает лишь своих, а к себе в компанию берет лишь сильных. И это не было бы проблемой, если бы это было тем, что он сам хочет. Ведь его жизнь делилась на черное и белое: и в его жизни либо его, либо он. А Кайл зыркает, на всех злостно шипит, взглядом прожигает. Может в нем и плюсов-то много, на самом деле: Стен иногда думал, что дружить с ним было бы удобно.       Учительница по литературе всячески привлекает внимание, но класс успокаивается только при появлении на пороге директора, и он не один.       — Так, это ваша новая одноклассница, прошу принять ее в ваш коллектив без агрессии, ее зовут Венди.       —Хорошо, — вздыхает учительница средних лет, — проходи, Венди.       У Кайла челюсть отпадает, если честно. Все тихо стушевались, изучая новенькую. Кайл исключением не был. А ведь она идет к парте, стоящей рядом с его.       Что за день такой блять?       — Привет, — с улыбкой присаживается на свое новое место Венди.       Кайл окончательно роняет челюсть на пол; все смотрят в их сторону.       — Привет, — он окидывает Венди уже в профиль, подмечая, что та очень красивая. Но старается вести себя как можно больше отстраненней.       — А как тебя зовут? — девушка видимо не собирается оставлять его в покое.       — Кайл.       А та улыбается ему приторно. Растягивает розовые губы, сверкающие блеском.       Кайл узнает, что ту перевели посреди года за плохое поведение. А еще, что живут они почти рядом, и Венди идет с ним в одну сторону после школы, и Кайл чувствует это самым необычным из того, что с ним когда-либо происходило.       — Вообще, моя мама канадка, так что я наполовину канадка, получается, — Тестабургер раскидывает камни ногами и пинает, что попадется под ногу, да и ведет себя как будто током ударенная, — кстати, дай свой номер телефона! А ты любишь собак? У меня просто есть, Клара зовут, она как ты рыжая.       Кайлу слушать интересно. Он по-детски улыбается и рассказывает о себе скромно. Венди в восторге, кажется, от всего, что Кайл говорит. Она доводит его до дома и предлагает утром пойти вместе. Он то и не против, вроде. Потому что Венди прикольная и веселая, а еще милая и добрая; она интересная.       Кайл заходит домой с какой-то надеждой, что все изменится с ее приходом. Стен наблюдает за этой картиной из окна своего дома, и его пробирает дрожь вперемешку с ознобом.

***

      — И я ему говорю, мол я тебе ебальник на задницу натяну, — Стен вальяжно сидит на спинке скамейки, наиграно усмехаясь со своего рассказа, — ну а потом въебал.       — Правильно, малой, так этим гомикам и надо, — компания одобрительно кивает, и все дружно бьются стеклянными бутылками. Марша дрожь пробирает, но он подавляет. Не позволяет своей голове мысли пропускать странные.       — Если еще кто захочет у нас в такую хуйню обмалеваться, я лично убью нахуй, — подытоживает кто-то из компании, отпивая из бутылки.       Стен думает, что тому парню, возможно, даже шло. Красные волосы - это же ведь не признак гейства? Верно?       Становится холодно, и он говорит, что пойдет домой. Его никто не отговаривает. Поднимаясь, вспоминает, что не вернул мазь Кайлу, хотя прошло уже пять дней, да и фингала уже нет давно. Стучит. У Кайла заметно спадает улыбка с лица, когда отворяет дверь. Не хотелось встретить кого-то такого в такой удачный день. А ведь надеялся, что мать пришла, наконец, проведать любимого сыночка. Пусть и бросила она его уже давно, он ведь ее все равно любит. И оба застывают в проходе, без слов тюбик передавая из одних рук в другие. Напрягает двоих эта встреча, так что быстрее разбегаются, даже не прощаясь.