Глава 10. Встреча Шедвелла со сверхъестественным

      -1978- Скручивание самокруток было грязным делом. Шедвеллу никогда не хватало мастерства, чтобы сделать это идеально, после того, как он закуривал, края его небрежно скрученной сигареты всегда трескались. Это заставляло его чувствовать себя янки, одним из тех ковбоев, которых играл Джон Уэйн, это заставляло его чувствовать себя настоящим мужчиной. Странно это или нет, но от покупных готовых сигарет нельзя было получить того самого ощущения. В данный момент Шедвелл ужасно замерз, топая ногами по улицам Сохо, всего в нескольких кварталах от дома, и ему предстояла долгая прогулка в такую погоду. Обмороженные пальцы дрожали и в итоге уронили третью полускрученную сигарету. — Боже мой, Фелл, здесь меньше 30 градусов, — Шедвелл ухмыльнулся, глядя на Фелла, когда тот выходил из-за угла с полными руками выпечки и пакетов с рынка. У этого южного женоподобного типа было озабоченное выражение лица, возможно, кто-то назвал бы это беспокойством, но они слишком сильно ненавидели друг друга, чтобы это можно было назвать так. — А ты сидишь здесь, без перчаток, только в одном слое одежды, и выглядишь так, будто вот-вот умрешь. Шедвелл презрительно усмехнулся ему, топнув ногой, как капризный ребенок, просто из вредности, и получая удовольствие от раздувания ноздрей. — Ну, я не настолько незрелый и мелочный, чтобы позволить тебе сидеть здесь и замерзать насмерть. Пожалуйста, пройди со мной в мой магазин. Я тебя согрею и вызову такси. Оскорбительное и грубое ругательство было наготове, но оно застряло у Шедвелла на языке. Оно было отвратительным и мерзким, и его разум изо всех сил пытался сделать его еще хуже. Однако из него вырвалось лишь «хмф», ведь он получал королевскую зарплату за слежку за этим гомиком перед ним. Если он хотел добровольно впустить его в свой дом, то потерять эту возможность — преступление. Шедвелл, однако, должен был признать, что дело было не только в мистере Кроули и его одержимости этой ведьмой и его шабашем, возможно, это также было связано с ведьминскими проклятиями. То, как он пристально посмотрел на него, высокомерно выпрямил плечи и краем глаза повернул голову к его лавке, — Шедвеллу было нечего сказать мистеру Феллу. — Будь хорошим человеком и открой мне дверь, она не заперта. Это не было просьбой, и Шедвелл все это время не сводил глаз с ведьмы, когда обошел мужчину и взялся за дверную ручку. — Она не взорвётся, гарантирую, — усмехнулся Фелл, но в его голосе чувствовалось нетерпение. Смысл был ясен: открой дверь сейчас же, и клянусь, мне будет очень плохо, если я уроню хоть одну из своих покупок, чтобы самому открыть дверь. Ведьма была слишком вежлива, чтобы прямо угрожать. — Пожалуйста, чувствуй себя как дома, — он сделал паузу, провожая его в заднюю часть магазина, едва дав Шедвеллу возможность как следует рассмотреть стопки книг, разбросанные по комнате (Фелл, похоже, как раз занимался перестановкой), — устраивайся поудобнее. Я сейчас вернусь с чаем и включу печь, чтобы тебе не было холодно. В магазине стоял резкий холод, не такой сильный, как на улице, но он ничуть не согревал Шедвелла. Он сел на диван, закинув ногу на журнальный столик, и нахмурился, глядя на горы бумаг, разбросанных по всему помещению. Море скомканных бумаг, разбросанных по старинному ковру, и большие стопки на столе, свежий лист, свисающий с пишущей машинки, а на пергаменте, над которым Азирафаэль работал, казалось, еще не высохли чернила. — Каллиграфия, — ответил Фелл на его безмолвный вопрос, войдя в комнату с подносом, на котором лежали закуски и две чашки. — В последнее время много практикуюсь, я решил восстановить несколько довольно старых документов и хочу сохранить их подлинность. Кастрюля стоит на плите, вода сейчас закипит, но, думаю, тебе нужно что-нибудь, чтобы немного согреться. Я приберег свой бренди, и что может быть лучше для начала нового года, чем наладить наши отношения с помощью горячительного напитка? Я был просто... настоящим мерзавцем по отношению к тебе, и это несправедливо с моей стороны. Я искренне сожалею о том, что был груб с тобой в последние несколько месяцев. Он сделал паузу, направился к своему столу, открыл шкафчик, в котором хранилось внушительное количество спиртного, и вытащил бутылку без этикетки в красивом янтарном флаконе, который сверкал и переливался на свету. Он кивнул в знак согласия со своим выбором, прежде чем налить по бокалу каждому из них, подал им по кусочку изысканного шоколадного торта и поставил перед Шедвеллом, который лишь разглядывал его. У мужчины не было в планах употреблять что-либо из того, что ему предлагала ведьма. Словно почувствовав его мысли, Фелл отпил глоток свеженалитого виски, а затем откусил кусочек торта. Закрыв глаза и наслаждаясь вкусом, он почти мгновенно вернул себе румянец на бледные щеки, вызвав от этого у Шедвелла дрожь страха. Он вспомнил предупреждения Кроули о том, что нельзя причинять вред Феллу: отравление питьем ведьмы может быть менее болезненным, чем если его таинственный работодатель узнает, что он обидел эту проклятую ведьму, — поэтому Шедвелл с неохотой отпил виски. Оно мгновенно согрело его, приятным и сильным теплом, разливающимся по всему телу, словно он встал перед ярко освещенным камином после снежной бури. Честно говоря, Шедвелл не очень хорошо помнил, что произошло дальше. Начав пить, он не мог легко остановиться, и у него остались лишь смутные воспоминания о том, как он пытался использовать свой колокольчик, чтобы изгнать злых духов от Фелла, и когда это сработало, он разразился смехом. Он помнил, как Фелл показывал ему фокус с монетой, но совсем не помнил, как это было, однако это было своего рода доказательством того, что он не настоящая ведьма и что магия в том виде, в каком он её понимал, не существует. Он проснулся с ужасной головной болью на полу в комнате Фелла, на нём лежала куча одеял, а под головой лежала декоративная подушка, усыпанная кричащими розовыми цветами. Он кисло поморщился от музыки, доносившейся из соседней комнаты — старомодного, но задорного свинга. Мужчина вошёл в соседнюю комнату и застал Фелла за расстановкой книг. Он пожелал ему доброго утра и объяснил, что миссис Дойл сегодня не планирует открывать магазин, после чего потащил его на завтрак. Шедвелл не был до конца уверен, как это произошло, но, возможно, он просто подружился с ведьмой, за которой должен был шпионить.

✧✧✧

— Ах, мистер Шедвелл, вы не пришли прошлым вечером. Он презрительно усмехнулся, глядя на распутницу, и, топнув ногой, направился наверх, не обращая на женщину никакого внимания. Он все еще был изрядно пьян от вчерашней ночи с этой проклятой ведьмой и не хотел тратить время на еще одно грешное создание; он уже провел день, терзаемый наглой женоподобной особью. Он заставил его ехать за блинами три часа на поезде, потому что обиделся, что Шедвеллу эти чертовы блины не понравились. — Не сейчас, Лоакс, — проворчал он, чувствуя, как женщина спешит вверх по лестнице позади него, еще не закончив с ним и не желая позволить ему просто так уснуть в своей постели. — Но мистер Шедвелл! Он распахнул дверь и тут же захлопнул её перед лицом женщины. — Это было совсем не по-джентльменски с твоей стороны, — шипяще произнес демон. Мужчина презрительно усмехнулся Кроули; он почувствовал, как его измученные кровеносные сосуды в мозгу сжимаются от разочарования, обнаружив здесь своего работодателя. Блудница из Содома впустила его, и он обязательно поговорит с ней об этом позже. Это было его личное пространство, она не была хозяйкой, у нее не было такой власти. Он отбросил мысли о женщине, которая имела достаточно приличия, чтобы попытаться его предупредить, и испепелил взглядом сидевшего перед ним мужчину. Он допил остатки эля, закинув ноги на кофейную стойку, и провёл языком по краю пергаментной бумаги, докручивая остатки табака. Он протянул Шедвеллу один из красиво скрученных косяков, тот с усмешкой выхватил его, но отказался садиться, продолжая пристально смотреть на Кроули. Он внимательно наблюдал, как тот прикурил свою сигарету, а затем и поджег сигарету Шедвелла. — Что за хрень... Кроули прервал его, покачал головой и твердым взглядом приказал сесть рядом с ним. Шедвелл почувствовал, как страх закружился у него в животе, и выполнил приказ. Его тело не слушалось разума, который велел ему не садиться рядом с демоном. — Я собирался заглянуть, но был в Америке. Пришлось искать специалистов за границей, поэтому приношу свои глубочайшие извинения за долгое молчание. Шедвелл усмехнулся: чеки были обналичены, и он не видел этого человека с Рождества, а уже был почти конец января. По мнению Шедвелла, не видеть этого странного человека было настоящим подарком судьбы. Он не спрашивал, где тот был, и ему было все равно. — Как поживает мистер Фелл? В его словах чувствовалась искренняя обеспокоенность, и иногда Шедвеллу казалось, что ему это кажется, но, видимо, это не так. Зачем кому-то идти на такие крайности ради человека, которого он едва знал? В конце концов, Кроули платил ему огромные деньги просто за то, чтобы тот присматривал за этим человеком. Это само по себе обычно обременительно для демона. — С Нового года он стал чаще приглашать меня в магазин. Не могу сказать о нем ничего хорошего, но он умеет пить виски, и я не могу сказать, что меня сильно раздражает его стряпня. Кроули усмехнулся, стряхивая пепел на диван, совершенно не обращая внимания на имущество Шедвелла, что его сильно раздражало, но он действительно не мог с ним спорить. Возможно, в мистере Кроули тоже была частичка ведьмы, а может быть, он и Фелл были из одного ковена. — Этот человек — ангел, иногда нужно время, чтобы привыкнуть к его жеманному поведению, но он... — Пауза, долгая затяжка сигареты, за которой последовало впечатляющее кольцо дыма, повисшее в воздухе вместе с паузой. — В любом случае, он просто невероятный человек. Он порылся в куртке, вытащил сверток, завернутый в черную бархатную ткань, и передал его Шедвеллу, который без колебаний взял его. Сверток казался невесомым в его руках, но от него исходила какая-то напряженная аура, которая давила на его душу, заставляя руки дрожать. Он попытался уронить предмет, но не смог этого сделать. — Сколько я тебе сейчас плачу? Шедвелл открыл рот, чтобы ответить, но Кроули уже махнул ему рукой, тонкая струйка дыма поднималась в воздух, а пепел разлетался во все стороны. — Неважно, это не имеет значения, я позабочусь о том, чтобы ты, если захочешь, жил в замке с настоящей армией воображаемых охотников на ведьм, если выполнишь это задание. Шедвелл снова открыл рот, чтобы спросить, но Кроули в очередной раз заставил его замолчать жестом. Пепел был похож на серу, а спичка, которую он зажег, чтобы закурить новую сигарету, ощущалась как адское пламя, горящее в нескольких сантиметрах от Шедвелла. Улыбка, обнажающая его острые, похожие на клыки зубы, перекликалась с душами проклятых, отчего сердце мужчины забилось сильнее. — Именно для этого я тебя и нанял с самого начала, — сказал он, повернув голову к Шедвеллу. Солнцезащитные очки сползли с его носа, обнажив демонические глаза, от которых сердце Шедвелла на мгновение замерло от страха и шока. — Этот кинжал, — сказал он, указывая головой на предмет, крепко сжатый в дрожащих руках Шедвелла, — достать было непросто. Пришлось преодолеть немало препятствий, чтобы его заполучить, но он как раз то, что нужно для этой работы. Снова пауза, снова кольцо дыма и еще одна струя пепла — все это окружало и душило Шедвелла в его панике. — Узнай, когда в следующий раз придёт главарь ковена, а затем убей его. Позвони мне, когда дело будет сделано, и сообщи, как себя чувствует мистер Фелл. Он встал, чтобы уйти, оставив дрожащего и испуганного Шедвелла сидеть на диване. — Ах да, и знаешь, забудь обо всём этом, что я тебе за это плачу, просто считай, что ты убиваешь своего первого монстра. Снова пауза, он задумчиво почесал свои рыжие усы и на мгновение постучал по щеке. — Воспринимай всё это как сон. Ложись, — Шедвелл откинулся на спинку кресла, — закрой глаза, — он так и сделал, — расслабься и пусть тебе снятся приятные сны, ты это заслужил. Ты спасаешь настоящего ангела, единственного, кто хоть чего-то стоит на небесах. Незадолго до того, как он заснул, он едва слышно услышал незнакомый голос, который щелкнул пальцами и произнес: — Он ангелоподобен, настоящее небесное существо, вот что я хотел сказать.