7. Второй этап.

      Лес встретил их тишиной.       Не той умиротворяющей, что бывает ранним утром, когда мир ещё не проснулся, а тяжёлой, давящей, будто сам воздух затаился, боясь выдать чьё-то присутствие. Эммет остановился на границе сосновой рощи, втягивая носом воздух. Розали замерла рядом, её золотистые глаза сузились, сканируя подлесок.       — Чувствуешь? — спросил он тихо.       — Чувствую, — отозвалась она. — И это мне не нравится.       Запах был странным. Не человеческий. Не вампирский. Что-то среднее, будто кто-то пытался замаскироваться под зверя, но делал это неумело, грубо. Пахло мокрой шерстью, землёй и чем-то металлическим. Кровью.       — Джейкоб сказал, след обрывается где-то здесь, — Эммет присел, касаясь пальцами влажной почвы. — Не больше часа назад. Отпечатки… — он нахмурился. — Слишком лёгкие. Существо бежало на двух ногах, но вес почти не давит на землю.       — Значит, либо вампир, либо что-то близкое, — Розали скрестила руки на груди. — Но почему тогда пахнет так?       Запах они заметили ещё пару месяцев назад, в городе, подумав, что в местных лесах живёт стая оборотней. Это было любопытно и в то же время настараживающе. Стая Джейка ещё не переехала в Монреаль, потому что Сэт не закончил школу, но в этом году должен был поступить, только они задержались со сборами. И найти местную стаю было интересно. Но они должны были проверить, что они не опасны и как-то договориться о сотрудничестве и безопасном сосуществовании. Однако, стоило им войти на, условно, их территорию, как Каллены поняли, что это не оборотень. Запах был грязный и кровяной. Это кто-то тëмный и скорее всего опасный. Ответа у них не было. Они решили проверить, и с тех пор, каждую ночь выходили в лес, в надежде найти след.       Сегодня очередь Роуз и Эммета.       — Идём по следу, — Эммет поднялся, отряхивая руки. — Тихо.       Они двинулись вглубь леса, не касаясь земли там, где можно было прыгнуть с ветки на ветку. Вампиры умели двигаться бесшумно, но это существо… Оно будто чувствовало их приближение. Каждый раз, когда они подходили ближе, тень мелькала впереди, быстрая, почти размытая и исчезала за поворотом.       — Оно играет с нами, — прошипела Розали.       — Или проверяет, — Эммет ускорился.       След привёл их к оврагу. Тень скользнула вниз, и Эммет прыгнул следом, готовый схватить, скрутить, выяснить…       Но на дне оврага никого не было. Только запах, густой, тяжёлый, пропитанный кровью. И вход в пещеру. Тёмный, узкий, скрытый за корнями старого дуба.       Розали спустилась следом, и её лицо исказилось от отвращения.       — Здесь пахнет… — она замолчала, прислушиваясь.       Из пещеры не доносилось ни звука. Ни дыхания, ни движения, ни шёпота. Только тишина, глухая, вязкая, как болото. И запах крови, въевшийся в камни.       — Оно ушло, — сказал Эммет.       — Или спряталось.       Они постояли ещё минуту, вслушиваясь. Ничего. Только ветер шевелил листья над головой, и где-то далеко кричала ночная птица. Эммет шагнул вперёд, раздвигая корни.       — Пойдём посмотрим.       Пещера оказалась глубже, чем выглядела снаружи. Узкий коридор вёл вниз, расширяясь в небольшую камеру, вырубленную в скале. Эммет вошёл первым, Розали следом, держась настороже.       Внутри было пусто. Совсем пусто. Ни мебели, ни вещей, ни следов недавнего присутствия. Только голые стены, покрытые влагой, и земляной пол, усыпанный сухими листьями. Пахло сыростью и чем-то ещё, слабым, почти выветрившимся запахом дыма. Будто здесь когда-то жгли костёр.       — Бедно, — Розали обвела взглядом камеру. — Даже для логова.       — Может, оно недавно здесь, — Эммет присел, касаясь пальцами пола. — Или не задерживается подолгу.       Розали прошлась вдоль стены, внимательно осматривая трещины. Что-то блеснуло в углу, маленькое, почти незаметное среди листьев. Она наклонилась.       — Эммет.       Он подошёл. На земле, наполовину засыпанная грязью, лежала игрушка. Пластиковая кукла, дешёвая, с облупившейся краской на лице. Одна рука отломана. Платье порвано.       Розали подняла её двумя пальцами, будто боялась испачкаться. Или боялась того, что это значило.       — Здесь был ребёнок, — сказала она тихо.       — Может, просто потеряли, — Эммет сказал это, но сам не поверил.       — В глубине леса? В пещере, куда не ведёт ни одна тропа?       Он не ответил. Розали перевернула куклу. На спине, выцарапанное чем-то острым, виднелось имя. «Мари».       Тишина стала гуще.       — Надо уходить, — сказала Розали, опуская игрушку в карман куртки. — И рассказать остальным.       Эммет кивнул. Он бросил последний взгляд на пустую камеру, голые стены, земляной пол, запах дыма и крови и вышел следом за Розали.       Наружу они выбрались быстро. Лес встретил их той же тишиной, что и раньше, но теперь она казалась зловещей. Розали шла впереди, не оглядываясь. Эммет за ней, держась на расстоянии.       — Оно не одно, — сказал он, наконец. — Я чувствовал. Там, в пещере. Запах не одного существа. Нескольких.       — Стая, — Розали не сбавила шага. — И мы не знаем, насколько большая. — Мне это не нравится.       — Мне тоже.

***

      Рири проснулась раньше будильника. Тело само подбросило её в шесть сорок, как будто внутри всё ещё сидел Аврор, который не доверял тишине. Она лежала, глядя в потолок, и пыталась вспомнить, что ей снилось. Что-то про лес. Про чьи-то шаги за спиной. Только не про кампус. Про настоящий лес. С холодом, который не от дождя. За окном моросил мелкий дождь, барабаня по жестяному откосу, и где-то этажом ниже, кто-то уже гремел кружкой о тумбочку. Студенческое общежитие просыпалось нехотя, по частям. Она списала это на двухдневный недосып, который провела в магической библиотеке.       Телефон на тумбочке мигнул. Сообщение от Патрисии, отправленное ещё вчера поздно вечером:       «Поздравляю с прохождением первого этапа. Формат второго: шесть дней, шесть заданий. Максимум — шестьдесят баллов. Задания пришлю сегодня до полудня. Разбор результатов и награждение на вечеринке в следующее воскресенье. Отдыхайте, кандидаты. Вы это заслужили».       Рири прочитала дважды, потом отложила телефон и уставилась в потолок. На потолке расползалось старое пятно от протечки, похожее на карту какого-то неоткрытого острова. Шесть дней. Шесть заданий. Она вообще-то не планировала брать себе никаких дополнительных заданий.       К завтраку они с Драко спустились оба сонные, злые и с одинаковым выражением лица. В коридоре пахло сыростью и чужим шампунем, из-за одной двери доносился приглушённый смех, из-за другой — звук расстроенной гитары, которую кто-то упрямо пытался настроить. Когда двое суток работы проходят впустую, всегда так. Кампусное кафе встретило их запахом кофе и гулом студенческой жизни. У стойки толпилась очередь первокурсников, кто-то расплескал какао, и официантка с равнодушным лицом вытирала стол. Они заняли столик у окна. Драко заказал двойной эспрессо, для Рири латте и всё, что содержало сахар.       — Ты сегодня какая-то… — Драко прищурился, глядя на неё поверх чашки. — Мятая.       — Я не мятая. Я задумчивая.       — Это одно и то же в твоём исполнении.       Рири фыркнула, но не ответила. Она вертела в руках телефон, как раньше всегда делала с палочкой, когда не могла понять собственные чувства.       — Даже не представляешь, что это такое, подходить каждый раз к зеркалу и видеть не себя, — сказала она вдруг, тихо, глядя в окно. — Вот мозги мои, а это всё… хрен знает чё. Внутри всё крутит, мутит.       Драко отставил чашку. Посмотрел на неё внимательно.       — Это тоска, — сказал он.       — Что-то бабское, да?       — Нет, — он покачал головой. — Чисто человеческое.       Рири хмыкнула. Не то чтобы ей стало легче, но что-то в груди чуть отпустило. Она сделала глоток латте.       — Спасибо, — сказала она уже совсем другим тоном.       — За что? — удивился Драко.       — За то, что не стал утешать, — просто ответила она, точно зная, что Драко всё поймёт.       — Я никогда не утешаю. Это унизительно для обеих сторон, — высокопарно ответил он, хоть и выглядел, как мокрый воробушек от недосыпа и слишком ленивого душа с утра. Кончики его платиновых волос были ещё влажными. Он зябко передёрнул плечами и поплотнее запахнул манжету рубашки с длинными рукавами.       Она уже открыла рот, чтобы ответить колкостью, когда над столиком нависла тень.       — А я уж думал, вы двое сбежали из кампуса, — раздался ровный голос.       Джаспер стоял рядом, в компании с Элис. Они уже успели с ней познакомиться на вечеринке, хоть и очень вскользь. Она была членом клуба уже два года и училась на третьем курсе искусствоведения. Многие говорили, что они с Джаспером близки, но скрывают это, потому что являются членами одной семьи, хоть и сводными. Но Рири не спешила осуждать, пока не получила доказательства. Пока выглядело так, будто они родные брат с сестрой, которые в отличных отношениях. А то, что кто-то видел их поцелуй, так это странно, но не факт, что не сплетни. Джаспер держал папку в одной руке и кофе в другой. Кофе в его руке уже начал остывать, он держал стакан чуть отстранённо, как вещь, а не как напиток.       — Я два дня не мог вас найти, — заявил он, кладя папку на столик. — А я должен отдать план мероприятий на этот месяц. Ещё на прошлой неделе.       — Спасибо, — Рири взяла папку и потянулась её открыть. Пока она читала, то краем глаза рассмотрела и Джаспера, и Элис. Они были чем-то похожи. Словно действительно родные брат с сестрой. Держались ровно и сдержанно. Никаких лишних или суетливых движений, никаких признаков вредных тиковых привычек — и даже моргали одинаково ритмично. Забавные.       В кафе стало шумнее: кто-то уронил поднос, и по плитке разлетелись осколки. Джаспер даже не обернулся.       — Я не хочу на собрание с руководителем завтра утром идти, это обязательно? — спросила она, поморщившись. Так сильно спать хотелось, что она заранее устала за завтрашний день.       — Обязательно, — отрезал Джаспер. — Руководитель группы будет у вас до конца года, и с ним стоит познакомиться вместе со всеми.       — Ох, и это ещё учебный год не начался, — она закрыла глаза и потёрла переносицу, будто когда-то носила очки.       — Ты выглядишь усталой. — Джаспер не выдержал и попытался использовать своё вампирское обаяние ещё раз. Тем более Элис завела тихий разговор с Драко о клубе, и они не обращали на них внимания. Поэтому он облокотился локтями о стол и чуть склонил голову вперёд, чтобы на глаза упали светлые вьющиеся пряди. И спросил низким, проникновенным голосом: — Отбрось все мысли и скажи, что больше всего тебя беспокоит? Что случилось?       — Твой кофе остывает, — абсолютно спокойно ответила девушка, даже не подняв взгляда от папки.       Элис едва заметно хихикнула рядом, но никак не показала, что внимательно вслушивается. Но Джаспер не стал так сразу сдаваться.       — Я могу помочь, если нужно. Я за этим и здесь, — убеждённо сказал он.       — Тогда помоги и допей уже свой кофе, а то это подозрительно…       Теперь уже Элис не выдержала и удивлённо повернулась в её сторону. Однако Рири никак не реагировала, будто сама не отдавала себе отчёта в том, что говорит. Потом закрыла папку и тяжко вздохнула, как бы говоря этим, что поняла, приняла и недовольна. За окном по стеклу застучал дождь сильнее, смывая с подоконника пыль.       — Рири! — к столику подлетела Лера, следом Джон и Винеамин. — Ты прошла! Мы все видели список! Это же круто! Я ещё со вчерашнего дня вас двоих искала, но вы даже в кафетерии не появлялись.       Джаспер заметно закатил глаза, но покорно подвинулся, чтобы все уселись на скамью. Он больше был занят тем, что рассматривал Рири. Оказалось, что даже однокурсники их нигде не видели. Их не было в кампусе два дня, и он понятия не имел, чем те занимаются. Если они засветятся где-то вне кампуса в какой-нибудь скандальной ситуации, это плохо скажется на его репутации. Сейчас он подумал, что стоит внимательнее следить за этой парочкой. Тем более вид у них потрёпанный. Будто и не спали этой ночью вовсе. А в эмоциональном плане вообще бардак. Она изучает слишком много, а он слишком мало. Драко вообще, если не стремится участвовать в диалоге, как сейчас, настолько хорошо скрывает свои эмоции, что иногда выпадает из зоны контроля Джаспера. Он уже пару раз поймал себя на мысли, что практически не замечает его, если тот молчит и отстраняется. А вот Рири наоборот перебивает всех. Её настроение, чувства и эмоции постоянно меняются, как у ребёнка, который не может понять, что происходит вокруг. То раздражена, то насмешлива, то решительна, то смущена. Создаётся впечатление, что она чувствует сразу за нескольких людей одновременно. Это безумно сбивает с толку, не давая нормально с ней коммуницировать или хотя бы как-то контролировать общение. Стоит только зацепиться за одну из эмоций, так она уже передумала, став будто совсем другим человеком.       — Я тоже прошёл, — вставил Зигмунд, появившийся из-за плеча Джона.       — Да, но ты в рейтинге в конце списка, — воинственно заявила Алисия, решительно усаживаясь напротив Рири. — А Рири в первой пятёрке. Ты видела, сколько лайков?       — Я не смотрела, — честно сказала Рири.       — Триста с чем-то, — с гордостью сообщил Джон, быстро листая свой телефон и протягивая так, чтобы экран был виден и ей, и Лере, и Драко. — Это очень много. Ты в топе.       — Выглядит слишком… э-э-э… — промямлила Рири, не способная подобрать подходящее описание, разглядывая собственные фото. И вот тут Джаспер был уверен, как никогда, что она смутилась.       — Эротично? — подсказал Джон, поиграв бровями.       — Думаю, всё же перебор, — сделала она вывод, перестав разглядывать экран.       — Я так не считаю! — уверенно вклинился Винеамин.       — Да здравствует то, что вы разные люди, — чуть назидательно прокомментировала Хлоя, как всегда одетая в костюм с иголочки и с завитыми локонами. — Разность мнений называется плюрализмом. Главное, что двое из нашего факультета прошли отбор. У нас повышаются шансы на успех.       — Кстати, — сказала Лера, наклонившись к Рири пониже, чтобы никто не слышал. — Это силикон?       — Где? — не поняла брюнетка.       Лера чуть засмущалась и не стала пояснять, лишь немного порозовев. Зато, неожиданно для Джаспера, Драко, который сидел по другую от неё руку, несдержанно фыркнул, и от него пошла короткая волна насмешливой весёлости. Джон прыснул в чашку, а Хлоя сделала вид, что ничего не заметила, хотя уголок её губ предательски дёрнулся.       — Я не уверена, что вообще хочу участвовать, — сказала Рири.       — Что?! — хором воскликнули Алисия и Джон.       — Ой, не, я не могу, — Рири поморщилась. — Это же куча времени. Придётся ходить по кампусу часами, чтобы выполнить эти дурацкие задания.       — Есть вещи, которые нужно делать через не могу, — твёрдо сказала Хлоя. — Это будет плюсом для всего факультета. Ты не можешь просто слиться.       — К тому же тебе могут помогать ребята, это не станет ошибкой, — добавила Элис, фонтанируя энтузиазмом. — В нашем клубе очень много вещей, ради которых стоит поднапрячься. Связи, доступ к печати, дополнительные локации.       Рири посмотрела на неё, тяжело вздохнув. Если она сейчас откажется перед представительницей клуба, то точно заработает отстойную репутацию. А быть аутсайдером по жизни очень надоело, если честно. К тому же непонятно, сколько времени они с Драко проторчат в этом месте, а значит, наработать какие-никакие связи не помешает. Мысленно получив одобрение Драко, который точно бы счёл её решение правильным, она кивнула, чем заслужила всеобщий гул одобрения. Кто-то хлопнул ладонью по столу, Джон едва не опрокинул свою чашку, а Лера радостно пихнула Рири в плечо.       Джаспер вроде не выглядел недовольным. Ему, казалось, всё равно. Рири только обратила внимание, как периодически тот хмурится, когда она начинает говорить. Ведь ей не понять, что Джаспер просто каждый раз в некотором ступоре, потому что у него есть стойкое ощущение, будто она говорит каждый раз ровно то, что думает. Вот она внутренне решила, что участвует, и согласилась, хотя секунду назад выслушивала всех из вежливости, совершенно не собираясь ни в чём участвовать. Но при этом часто говорила так, что переворачивала впечатления Джаспера о её чувствах с ног на голову. Его немного напрягало то, что он не знал, что от неё ожидать.       — Я пойду руки помою, — сказала она, вставая.       Ребята стали наперебой обсуждать второй этап. Алисия вспоминала, какие задания были в прошлом году, и они вместе стали рассуждать, как можно провернуть подобное. Элис продолжила разговор с Драко. Она сидела чуть боком, подперев щёку кулаком, и разглядывала его с тем ленивым любопытством, с каким старшекурсники смотрят на первокурсников в первую неделю, пока те ещё не надоели.       — Это ведь твоё не первое образование, да? — спросила она, и голос у неё был ровный, без нажима. — Видно по тому, как ты держишься. Все новички либо суетятся, либо стараются выглядеть круто. А ты просто сидишь.       — А это плохо? — Драко приподнял бровь, но в голосе не было ни холода, ни интереса, просто вежливый вопрос.       — Нет, — Элис пожала плечами. — Просто забавно. Обычно к нам приходят либо за амбициями, либо за компанией. Ты пока не то и не другое. Мне интересно, зачем ты здесь.       — Разобраться, как всё устроено, — ответил он ровно.       Элис чуть склонила голову. Такой ответ ей понравился, короткий, без попытки понравиться. Она отпила свой травяной чай, который давно остыл, и продолжила, уже чуть тише:       — Ну, тогда слушай. Первое правило студенчества: не верь тем, кто говорит, что здесь всё по-честному. Второе: не спорь с кураторами, даже если они несут чушь. Третье: если тебе предлагают «особое задание», отказывайся. Обычно это значит, что кто-то хочет подставить новичка и посмотреть, как он выплывет.       — Полезно, — кивнул Драко. — А ты, значит, куратор?       — Первого курса, — подтвердила она. — Так что формально, я за тебя отвечаю. Но не надейся на поблажки. Я не из тех, кто прикрывает.       — Я и не надеялся.       Элис усмехнулась, коротко, уголком рта. Он не пытался её очаровать, не ловил каждое слово, не заглядывал в глаза. Просто слушал и отвечал по делу. Это было… необычно. И от скуки, а ей действительно было скучно, третий год в клубе, все лица примелькались, она решила продолжить разговор.       — Знаешь, у нас в клубе не так много людей, с которыми можно говорить, не изображая ничего. Все куда-то бегут, что-то доказывают. Ты не похож на такого.       — Я просто не вижу смысла бежать, если можно идти, — пожал плечами Драко.       Элис хмыкнула. Ответ был не блестящий, но честный. А честность в этом кампусе встречалась реже, чем вампиры на дневном свете. Она откинулась на спинку скамьи и решила, что этот новичок, пожалуй, будет поинтереснее остальных. Не как мужчина, она давно перестала смотреть на первокурсников как на мужчин, а как объект наблюдения. Живой, неглупый, не пытается казаться кем-то. За таким можно понаблюдать. Хотя бы до конца семестра, пока не надоест.       Драко в это время думал о другом. Он отметил про себя, что Элис говорит по делу, без лишней мишуры, и что она, похоже, знает клуб изнутри. И что немало важно, одета прилично, не мешает бренды и не портит их своим присутствием. Это было полезно. Всё остальное, как она смотрит, как держит чашку, как улыбается, его не касалось.       За соседним столом кто-то уронил ложку. Звякнуло о плитку. Элис поморщилась, Драко даже не обернулся.Однако один парень, Зигмунд, не участвовал в разговорах, а пошёл вслед за Рири, стараясь не привлекать внимание. Элис не выглядела нисколько напряжённой, всецело погрузившись в тихий разговор с Драко, но Джаспер всё равно прислушался.       У входа в туалет стоял Винеамин. Он выглядел так, будто ждал. Рири прошла мимо, толкнула дверь и вошла. Дверь закрылась. Она подошла к раковине, открыла воду. В зеркале мелькнуло её собственное лицо — бледное, с тёмными кругами под глазами. За спиной раздался щелчок. Свет погас.       — Какого чёрта… — начала она.       Из темноты выдвинулась фигура. Чужое дыхание, где-то в сантиметре от лица. И крепкая мужская хватка на плече. На секунду она подумала, что это Винеамин, и немного прифигела, потому что тот был очень уж неуверенным в себе, чтобы оказаться в таком положении, но при первых же словах поняла, что ошиблась.       — Знаешь, — раздался голос Зигмунда, тихий и ровный. Правда, такого голоса Рири у него ещё не слышала, с ядовитой угрозой. — Ты можешь просто уйти. Сказать, что передумала. Второй этап — это не для всех. Особенно не для тех, кто… не готов.       Рири замерла. Вода всё ещё текла. Сердце ударило в горле. Хотелось защититься по инерции, ведь Зигмунд вошёл в её личное пространство, но она выдохнула, считая до трёх. Потому что прекрасно понимала, что тот просто пытается надавить. Гарри таких в школе десятками на дню встречал. В темноте кафеля гудели трубы, и капли с крана отбивали дробь по эмали.       — Знаешь, что я сделала с парнем, который в прошлый раз пытался меня напугать? — спросила она, не повышая голоса. — Отправила в полёт. Дверь он пробил спиной. Хочешь проверить?       Тишина. Потом шаг назад. Он не сдался, просто понял, что физическое превосходство, это не то, что способно заставить Рири Малфой отступить. Придётся действовать тоньше.       — Репутация, это не монумент, её можно испортить в мгновение ока, — начал Зигмунд, с намёком на подковёрную игру. — Пусть победит сильнейший.       Дверь распахнулась. Джаспер стоял на пороге. Свет из коридора ударил в темноту.       — Всё в порядке? — спросил он ровно.       — В порядке, — отозвалась Рири, выключая воду. — Мы просто разговаривали. Правда, Зиг?       — Да, — выдавил тот. — Мы же в одной лодке, должны держаться вместе!       — Тогда не смею отвлекать. — Джаспер отступил, давая ему пройти.       Зигмунд вышел, не оглядываясь, не сгорбившись и даже не смутившись. Такой мелкий проигрыш его не остановит. В коридоре тут же нашлись любопытные глаза, пара студентов у автомата с газировкой делали вид, что не подслушивают.       Джаспер вошёл, прикрыл дверь.       — Ты могла позвать, — сказал он тихо, включая свет обратно.       — Я справилась, — снисходительно ответила она.       — Я знаю. Я слышал, — легко признался он.       — Тогда зачем пришёл? — спросила она, действительно заинтересованно. — Ты будто меня опекаешь.       Он помолчал. Посмотрел на неё. В этом взгляде не было ни жалости, ни снисхождения.       — Пожалуй, я действительно тебя опекаю, в каком-то смысле. Ты моя подопечная, и за твой успех я получу баллы для аттестации в зимнюю сессию, а за твой провал потеряю репутацию, которую нарабатывал два последних года, — он слегка усмехнулся, смотря на её недовольно нахмуренные брови. — Я просто имел в виду, что так вышло, что я на твоей стороне. И ты можешь на меня положиться. Мне только выгоднее будет, если ты это сделаешь.       — Сделали это его мама с папой, и то явно не очень старались, — фыркнула Рири. — А «положиться» звучит двусмысленно. Так что предпочту справиться сама.       — Ладно, — хмыкнул Джаспер. — Но хоть не отказывайся сразу. Я многое могу. Например, знаю, что первое задание будет сфотографироваться с деканом. А он как раз завтра будет обедать с сыном в ресторане, и я даже знаю, в каком.       — О, а вот за это спасибо! — обрадовалась девушка. Она явно завелась и хотела этого сынка декана прижать. Чем не победа, если она обойдёт его в этом тупом конкурсе. Зигмунд явно очень хочет победить, только понятия не имеет, с кем связался. — Буду должен!       — Что, прости? — слегка нахмурился Джаспер.       — Я говорю, должна буду, — чуть громче сказала она, будто проблема была в слухе Джаспера.       — А-а… — протянул он, но не стал обдумывать. — Тебя подвезти завтра?       — Я не очень люблю автомобили, — немного засомневалась Рири. Она действительно предпочитала ходить пешком, чем в машине, потому что ей казалось, что машина её слишком ограничивает физически, а потому она чувствовала в них себя неуютно. Но до города пешком далековато, так что… — Ладно, только если тебя это не затруднит.       — До начала года, ты моя единственная задача, так что нет, меня это не затруднит. К тому же, мне нужно отвлечься, вот и постараюсь помочь, чем смогу.       Она вышла, не сказав больше ни слова. Он пошёл за ней. Прямо на выходе из туалета ей преградил путь Винеамин.       — Слушай, Рири, хочешь, провожу тебя до корпуса? — спросил он, храбрясь изо всех сил.       — Зачем это? — спросила она немного раздражённым тоном, так как вся эта тема с Зигмундом её нехило взбесила.       — Думаю, пришло время перейти на «ты», если ты понимаешь, о чём я, — ответил Винеамин, понизив тон и неловко положив руку ей на плечо.       — Да? А на зимнее время ты перейти не желаешь? — последовал саркастический ответ.       — Послушай… — чуть менее уверенно продолжил он, но Рири его перебила.       — Грабли убери, — грубовато, но действенно.       Рука Винеамина слетела быстро. Как и он сам с горизонта. Он попятился, налетел на урну и, бормоча извинения, исчез в коридоре под смешки проходивших мимо.       — Бедняга… — послышался голос парня, что проходил мимо. Его лицо было знакомо, но Рири никак не могла вспомнить, где его видела. — Я Пол. И если ты победишь, то мы станем часто видеться.       Он говорил неприятным приторным голосом. А потом ещё последовало наглое вторжение. Пол просто крепко обнял Рири за талию, прижимая к своему боку и бесцеремонно вдыхая запах её волос. Рири вся вытянулась, готовая оттолкнуть, но не успела. Сзади, почти над ухом, прокашлялся Джаспер, и Пол резко её выпустил из объятий.       — Каллен? — пропел Пол. — Рад видеть.       Рири, чтобы не сорваться на жёсткий мат, просто развернулась и молча двинулась к столу, полная ярости и собираясь забрать Драко и свалить к чертям отсюда. Один взгляд на её лицо — и он всё понял. Он поднялся и, даже не попрощавшись с собеседницей, пошёл к ней навстречу.       — Мы пойдём, — сказал он, ни к кому конкретно не обращаясь. — У нас ещё дела.       — Но мы же хотели обсудить… — начала Лера.       — Позже. Вечером. У библиотеки. В семь.       Он взял Рири за локоть и вывел её из кафе. На улице было свежо. Дождь уже кончился, но воздух остался влажным и тяжёлым, а под ногами блестели лужи, отражая серое небо. Заговорил он только тогда, когда они закрылись в её комнате. В комнате пахло старыми книгами и мятной жвачкой, на подоконнике кисла недопитая кружка чая. Она коротко выложила всё, что произошло. Потом с кислым лицом дождалась того, что Драко перестанет смеяться, и только потом расслабилась.       — Ты как? — спросил он.       — Как будто меня пытались полапать, а я даже не поняла, зачем. Как ты думаешь, как я?       — Зато совсем не скучно ждать учебного года. Мне Элис рассказала вкратце, что там к чему, и нам действительно нужно это место в клубе.       — Джас подсказал, что Зиг ужинает с отцом в городе завтра, — сказала она.       — А вот за это спасибо. Правда, я завтра не могу. У меня встреча с той сквибкой, которая послала крайний сигнал о вампирах. Я человек воспитанный, должен быть вовремя.       — Каллен предложил подвезти, — сказала она, странно усмехнувшись. — Так что езжай. Дело прежде всего.       — Всё в порядке? — спросил он, заметив, как она смотрит на свои руки, перебирая пальцами. Так всегда делал Поттер, когда бывает зол, но не в открытую, а как бы внутри.       — В порядке. Только порядок какой-то странный. Все эти студенты… Сексуально озабоченные дебилы, — процедила она сквозь зубы.       — Ну, тут всем едва за двадцать, — пожал плечами Драко. — Это нормально. Себя вспомни.       — Вёсла бы им пообломать, — сморщила носик Рири, как котёнок перед огромным псом.       — Вёсла? — фыркнул Драко. — Простоватое ругательство для тебя.       — Я уже все эпитеты израсходовала. Мне нужно выпить, — решила Ри и с кайфом развалилась на его кровати.       — Чё, всё так плохо? Можем бросить эту гонку в любой момент, — заметил Драко.       — Ты же знаешь, Поттер не сдаётся, — Рири усмехнулась. — К тому же, Джаспер не так уж плох. Хоть дистанцию держит.       Драко вскинул голову. Посмотрел на неё с любопытством.       — Вот, уже как женщина рассуждаешь. Это любопытно.       — Да сплюнь ты, придурок. Я, наверное, вообще больше из комнаты не выйду. Будут опять ходить, облизывать всякие.       — Ерунда какая. Чего ты разнылась? Мужик ты или где? Любая леди знает, что мужчин нужно держать на расстоянии, так сказать, в стойле. Веди себя правильно, и ни один бык не навострит рога в твою сторону. Главное, поставить их на место.       — Угу, апперкот справа и все дела, — буркнула Рири, но улыбнулась.       — Именно, — кивнул Драко. — А теперь идём. Нам нужно собрать и отправить всю эту макулатуру Грейнджер. У нас ещё шесть заданий и целая неделя впереди.       День только начинался, а Рири уже чувствовала, что эта неделя будет длинной. Очень длинной.