8. Кража.

      Медленно проезжая по улице и всматриваясь в номера домов, они молчали. Было немного волнительно, и в то же время спокойно. Предыдущие три дня они провели не расцепляя объятий, и теперь оба чувствовали себя более удовлетворëнными жизнью, чем раньше, хотя именно сейчас жизнь семьи терпит новые изменения. Но они действительно давно не отдыхали так полно, всей душой. И отдыхали бы дальше, но задача их была важная, а потому они сейчас здесь, в надежде найти информацию о мальчике из снов Джаса.       Эдвард вёл машину осторожно, почти лениво, но Бэлла чувствовала, как напряжены его плечи. Даже без чтения мыслей, а она и не пыталась сейчас читать его, слишком хорошо знала это состояние, она видела, как его пальцы чуть сильнее необходимого сжимают руль. Он всегда так делал, когда пытался казаться расслабленным, но на самом деле просчитывал каждый возможный исход.       — Четвёртый дом с конца, — тихо сказала она, глядя в окно. — Тот, с розовыми кустами у входа.       Эдвард кивнул и припарковался в тени старого дуба, метрах в тридцати от нужного дома. Тихий английский пригород выглядел именно так, как она и представляла: аккуратные газоны, одинаковые заборчики, чинные автомобили на подъездных дорожках. Здесь время будто замедлилось, законсервировавшись в какой-то идеальной версии шестидесятых.       Они вышли одновременно, без суеты, без лишних движений. Каждый из них знал свою роль, и каждый знал, что другой рядом. Эдвард поправил воротник рубашки, жест, который он перенял у людей ещё в двадцатых и с тех пор не оставил. Бэлла поправила его галстук, хотя он и так был идеален. Просто секундное движение, чтобы коснуться в очередной раз.       Дверь открыла женщина лет шестидесяти. Высокая, худая, с длинной шеей и острыми чертами лица, она напоминала птицу, готовую в любой момент взлететь, или клюнуть. Лёгкая седина пробивалась в тщательно уложенных светлых волосах. Её глаза, бледно-голубые и настороженные, скользнули по ним, оценивая, просчитывая, ища угрозу.       Эдвард очень внимательно следил за быстро пролетающим мыслями. Женщина оценила их внешний вид, подумав, что перед ней обычные люди, но точно незнакомые, значит не отсюда. Похоже, тут не так часто можно встретить незнакомцев.       - Добрый день, меня зовут Эдвард Каллен, я журналист и пишу статьи для популярных изданий Лондона, - дружелюбно улыбнувшись, сказал Эдвард. - Позволите украсть немного вашего времени и задать пару вопросов?       - О чëм вы хотите поговорить? - заинтересовалась она, открывая дверь шире, и даже немного улыбнувшись уголком губ.       Впечатление она производила двоякое. С одной стороны, ухоженная и явно не обделена воспитанием. Но было в ней что-то искусственное, как у актëров в низкобюджетном фильме. Такая дама скорее всего посвящала много времени, чтобы создать вокруг себя видимость некой идеальности, в собственном представлении, в то время как за глаза, кусала неопытных окружающих.       - Мы пишем статью, о детях, усыновлëнных в период до двухтысячных годов, - продолжил Эдвард, поняв, что женщина явно не прочь похвастаться собой и своей жизнью. - Ваша семья, по нашим данным, один из таких вот, удачных случаев. Вы ведь, Петунья Дурсль?       Он спросил это просто так, чтобы вызвать доверие, хотя сам уже услышал в её мыслях имя Вернон, а значит точно не ошибся. Но неожиданно, миссис Дурсль переменилась в лице, а её мысли просто захлопнулись, причём с такой силой, что у Эдварда в голове зазвенело. Он едва заметно поморщился, и Бэлла это заметила сразу, отчего напряглась.       - Нет, мы совершенно обычная семья! - довольно резко заявила Петуния и даже сильнее выпрямилась. - И нам не нужно, что всякие писаки полоскали наши имена в разных паршивых газетëнках.       Её голос звучал очень звонко, и она сразу стала напоминать тех склочных женщин, которых стороной обходишь в супермаркетах. Эдвард беспомощно посмотрел на жену. Что именно так разозлило женщину было непонятно, а без мыслей, он вообще не знал, что делать.       - Что вы, мы не в коем случае не хотели вас обидеть, - заговорила Бэлла успокаивающе и смотрела так эмпатично, как могла, пытаясь установить с ней контакт взглядом. - Мы лишь хотели узнать, какого было вам растить приëмного ребëнка и главное, кем он вырос?       Она почти мгновенно поняла, что ошиблась. Стоило ей закончить предложение, как Петуния вся напряглась и выставила ногу вперëд, словно принимая неумелую защитную позу.       - Вы думаете, это было легко? - проговорила она уже не так звонко, но более угрожающе. - Он был... Сиротой. Это всегда непросто. А кем он стал, это вообще не ваше дело. Оставьте нас в покое. Мы заслужили не вспоминать и жить спокойной жизнью. Убирайтесь!       И она захлопнула дверь. Маленький значок на двери громко стукнул о поверхность, словно ставя жирную точку. Эдвард и Бэлла ещё несколько секунд ошеломлëнно смотрели друг на друга, прежде чем развернуся и молча дойти до машины.       - Я несколько... Не ожидала, - пробормотала она неуверенно, едва дверь машины захлопнулась.       - Это мягко сказано, - фыркнул Эдвард. - Я слышал её мысли, как у самого обычного человека. Они читались легко и чëтко. Но стоило мне упомянуть усыновление, как её разум полностью закрылся.       - Человек не может перестать думать, - прищурилась Бэлла, заглядывая в свои мысленные записи. - Похоже на какой-то защитный механизм. Если предположить, что Гарри действительно был сильным колдуном, то чисто теоретически мог что-то сделать с ней?       - Не знаю, мы слишком мало знаем о его способностях, - сомневался Эдвард. - Возможно, мне показалось, но... Было ощущение, что она не просто не хочет о нëм говорить, но вообще старается не думать о чëм-то необычном. При упоминании усыновления, она успела испугаться, прежде чем её разум закрылся. Но вот ни одного образа в голове не возникло. Ни фото ни воспоминаний. Будто она намеренно не вспоминает о нëм, даже иногда. В общем, возможно, между ними были плохие отношения.       - Не уверена... - задумалась Бэлла. - У меня наоборот стойкое чувство, что она защищала его. Кто знает, может, мы не первые, кто пытался найти Гарри через его родственников.       - Это бы объяснило блок в голове, - закивал Эдвард. - Если колдуны могут закрывать разум, то возможно есть от чего. Может, кто-то ещё может читать мысли, мы очевидно, ещё многого не понимаем.       - Всё это невероятно, правда? - отвлеклась Бэлла, немного улыбнувшись.       - Мы вампиры, у нас есть дочь, которая проводит семьдесят процентов своей жизни с оборотнем. Мне уже ничего не кажется невероятным, - сказал он, вздохнул и завёл автомобиль.       - Едем в отель? - спросила Бэлла, нежно глядя на парня своей мечты. - Но мы же не сдадимся?       - За кого ты меня принимаешь, - шуточно возмутился Эдвард и чмокнул её в губы, прежде чем вырулить с парковки. - Джаспер и Элис, как никто другой в этом мире заслуживают счастья. И мы должны сделать всё, что в наших силах. Есть идеи? Миссис Дурсль нас теперь на пушечный выстрел не подпустит, по крайней мере, по собственной воле. Может, обыщем дом? Ночью, например.       - Не думаю, что в этом есть смысл, - помотала она головой из стороны в сторону, хотя он даже не смотрел в неё. Эдвард вообще был восхищён тем, как быстро и легко Бэлла привила себе человеческие привычки и смотрелась так естественно. - Есть другой способ. Лучше навестим тех, кто в течении многих лет неустанно следил на семьëй Дурслей, кто знает все сплетни и слухи связанные с ними, и кто с удовольствием нам всё выложит, - загадочно улыбалась она в окно. Эдвард заинтересованность перевёл на неё взгляд. - Соседи! - пояснила она. - Учителя, социальные работники. Главное не привлекать внимание слишком сильно.       - Кто знал, что из тебя выйдет такая гениальная женщина? - игриво проговорил Эдвард, всегда заводясь, когда Бэлла начинала фантанировать энергией. - Никогда не устану удивляться тому, как сильно мне повезло...       Бэлла сразу поняла, что ход мыслей Эдварда съехал с рабочего настроя, и, как и каждый подобный раз, загорелась изнутри, словно кровь закипела, а ведь он ещё даже не прикоснулся. Если бы она могла, то точно покраснела бы от яркости реакции собственного тела, а сейчас лишь поблагодарила Вселенную, что может не беспокоиться о том, что Эдвард прочтëт её глупые мысли, похожие на мысли девочки подростка, которые он в ней пробуждал. Но она дала себе слово, что завтра займëтся вопросом Джаспера и Гарри максимально плотно, и ни в коем случае не остановится, пока не выяснит что-то стоящее...

***

      - Слава Богу! Ты здесь, - чуть раздражëнно воскликнул Джаспер, когда наконец увидел Рири, выходящую из корпуса. - Уже думал, ты снова пропала.       - Ой, стоило выпасть на два дня, так теперь всё время будешь вспоминать? - ответила девушка с растрëпанными кудрями. Её руки были крепко сложены под грудью, отчего она была высоко поднята, а голова опущена, словно была тяжёлой, и создавалось впечатление, что она собирается лечь. - И кто тебя покусал с утра пораньше?       - Скоро обед, - уже более ровным голосом ответил он. - А ты выглядишь так, будто только из постели вылезла.       - Я скорее не ложилась, - призналась она. Ночью они с Драко действительно мотались в Монреальскую библиотеку, чтобы отыскать ряд книг, которые запросила Герми, после того как изучила всё что они ей отправили. Изучила за ночь! В таком темпе, до Рождества, они всю библиотеку перелопатят. - Так чего ты кусаешься. Обычно такой выдержанный.       - Извини, - вежливо улыбнулся Джаспер одними губами. Они как раз поравнялись и пошли дальше вместе шаг в шаг. - Это скорее связано с не очень позитивными новостями, которые я получил утром. Тут ещё ты задержалась... В общем, я как-то не привык, что не могу найти кого-то. Особенно в пределах кампуса.       - Привыкай! - она лихо хлопнула того по плечу, про себя удивившись крепости мышц. Джаспер конечно совсем не выглядит худым или слабым. Рельефы у него вполне годные, но на ощупь вообще, как сталь. Такого результата в зале добиться очень непросто. В голову приходили подозрения, что Джаспер балуется химией. Вот такого Гарри не одобрял. За секунду мимолетное восхищение физической формой Хейла, превратилось в невольное осуждение. - Мы с Драко часто гуляем в городе. Монреаль прекрасен в этом время года.       - Готова? - спросил Джаспер, подставляя руку, согнутую в локте. Она С началом удивлено на неё уставилась, а потом только пробормотала, что готова, и пошла чуть вперёди к выходу из кампуса, полностью проигнорировав его вежливый жест.       Джаспер глубоко вздохнул, усмиряя раздражение и пошёл следом. И хотя девушка пахла не особо ярко и даже как-то пресно, он всё равно решил, что стоит сегодня вечером отправиться на охоту. Настроение стало неконтролируемо скакать.       На выходе из кампуса была большая парковка. Чтобы ехать в город, приходилось использовать транспорт. До самого города было всего десять минут пешком, но даже дойдя до городской черты, приходилось пройти ещё минут двадцать, чтобы дойти до более менее оживлëнной его части. С этой стороны города было много построек, больше напоминающих пригород. Было много социально значимых зданий, вроде общественных столовых, церкви или дома престарелых. Это были довольно спокойные улицы, с не очень оживлëнным движением. Но если тебе требуется попасть именно в город, с развитой городской инфраструктурой, то быстрее это будет сделать на колëсах, так как общественный транспорт до кампуса не ездит.       - Такси ждать минут сорок, не против поехать на моëм транспорте? - спросил Джаспер.       - Вообще-то, я не очень люблю автомобили, - ответила она, чуть скривившись. - Внутри, я чувствую себя запертой в коробке, не способной контролировать движение. За рулëм ещё ничего, но вот, как пассажир...       - Боюсь, всё ещё хуже, я не езжу на машине, разве что в редких случаях, - сказал он, полностью успокаиваясь, в предвкушении ветра в волосах. - Надеюсь, ты не струсишь.       Договорив, он остановился у крайнего парковочного места, посмотрев на своего красавца.       - Ого! Это твой? - воскликнула Рири голосом полным радостного удивления. Самое неожиданное было, это волна чистейшего восторга от неё. Джаспер так привык, что на фоне семьи выглядит в глазах людей глупо со своим мотоциклом, что даже опешил. Но забыл об этом сразу, как только посмотрел в эти глаза полные нетерпения.       - Мой, - ответил он с задержкой, отвлëкшись на удовольствие от ощущения её чувств. Было приятно, потому что её чувства были чистыми, без примесей сомнения или страха. Очень большая редкость, присуща скорее детям, чем взрослым. Он и сам не заметил, как улыбается. - Нравятся байки?       - Вообще обожаю! - отаетила она, подходя к металлической машине и внимательно рассматривая каждую деталь. - Мой крёстный оставил мне один, старый но самый его любимый байк. Я решил...а, что должна освоить езду на нëм, в память, так сказать. А потом влюбилась в это всё. Теперь у меня есть несколько дома. Правда Драко их терпеть не может, поэтому не так уж часто получается покататься.       Джаспер впервые присмотрелся к ней, с точки зрения внешнего вида. И, действительно, выглядела она очень даже упакованной. Бренд на бренде. Просто она носила это всё так небрежно, что почему-то не бросалось в глаза. В рекламу бы её точно не взяли. Но факт остается фактом, Малфлуа очень даже небедные. Может оттуда эта её непоколебимая уверенность в себе, а в Драко столько пренебрежения к остальным.       - Садись, - ровно произнëс он, седлая сиденье. Рири, кажется, даже пискнула от предвкушения и запрыгнула сзади. Этот момент, он как-то не продумал. Тëплая, мягкая девушка, без какого-либо намëка на дистанцию, прижалась сзади и счастливо выдохнула. А ведь со стороны казалось, что она крайне осторожно относится к мужскому полу. Ни разу он не заметил флирта или даже поощрения флирта в её сторону, а внедрение в личное пространство вообще воспринимала в штыки. Но сейчас, она была так воодушевлена, что вела себя, как самая обычная девчонка.       Медленно тронувшись с места, Джаспер выехал с парковки под мягкий, почти интимный рокот двигателя, тот самый звук, что вибрацией отдавался где-то в основании позвоночника. На пустой дороге к городу он позволил себе прибавить, но лишь до той черты, где скорость ещё не пугает, а ласкает. Во-первых, чтобы не спугнуть Рири. Во-вторых, чтобы не потерять контроль. Потому что девушка за его спиной действовала на него сильнее любого виража.       Она молчала. Но её чувства кричали громче слов. Рири вся наполнилась тягучим, тёмным удовольствием, тем самым, что он и сам ловил на скорости. И это было редкостью. Обычно девушки напрягаются, цепляются за плечи, переживают за причёску, вскрикивают на поворотах. А она... она таяла. Её восторг был таким глубоким, таким телесным, что Джаспер начал заводиться сам. Уж чего, чего, а от чужих эмоций, он ещё никогда не возбуждался. Это было странно, но в то же время волнующе, словно она окутала его своими эмоциями с ног до головы и опрокинула в марево ощущений. Он чувствовал каждую часть её тела, которая касалась его. Слышал дыхание у плеча, рваное, тёплое, влажное. Чувствовал напряжение бёдер, будто она мысленно управляла мотоциклом, вжималась в каждый поворот, подавалась вперёд, когда он ускорялся. Она не просто ехала, она отдавалась дороге.       Хотелось застонать от охватившего его удовольствия и зарычать от напряжения. Ещё ни одно живое существо не будило в нём столько. Никогда. Это обескураживало настолько, что пальцы на руле побелели. Джаспер вдохнул глубже, и не смог выдохнуть. Воздух был пропитан ею. Не запах. Эмоции.       Он остановился у соседнего здания от ресторана и с сожалением слез с байка. Она казалась ещё более растрëпаной, но такой счастливой в эту секунду, с этими красными от удовольствия щеками, что показалась ему самой красивой женщиной на планете. Забавно, что подобные чувства вызывала девчонка, которая большую часть общения вызывала скорее недоумение и раздражение.       - Уже придумала, как будешь действовать? - спросил он, с трудом сам вспоминая истинную цель их прибытия в город. - Декан не особо любит общаться со студентами в неформальной обстановке, к тому же это его обед с сыном, что тоже может стать препятствием. Хотя, если бы вы с Зигмундом хоть немного поладили, то можно было бы это использовать, но в данных обстоятельствах, он скорее станет препятствием.       - Не волнуйся, Драко обо всём позаботился. Он всё утро на телефоне висел, чтобы найти лазейку к сердцу декана, - легкомыслено махнула она рукой. И вообще ни капельки не волновалась. - Зачем нужны связи, если их не использовать, когда нужно? - очень похоже на Драко, заявила Рири.       Пояснять она конечно же не стала, но Джаспер, вопреки обыкновению, заинтересовался. В ресторан они зашли вдвоëм. Рири сразу же просканировала всё помещение взглядом. Джаспер даже уловил момент, когда она увидела декана, очевидно узнав его по Зигмунду, сидящему напротив отца. Но даже сейчас она нисколько не занервничала. Она только коротко кивнула сама себе, словно галочку поставила в списке дел. Вообще, создавалось впечатление, что девушка выполняла некое тайное шпионское задание. По крайней мере, так она ощущала это внутри. Хотя может, задание этапа и можно было интерпретировать так, в любом случае, Джасперу было интересно наблюдать за ней. Он пропустил её вперëд, предлагая выбрать место. Она выбрала столик недалеко от их цели, но так, чтобы их не было сильно видно. Стратегический ход, чтобы выбрать момент.       Декан сидел у окна. Сын напротив, спиной к входу. Оба в дорогих костюмах, оба с тем выражением лиц, которое говорит: мы здесь не просто едим.       — Выглядят очень официальными, — тихо сказала Рири, не глядя на Джаспера. - И не скажешь, что это семейный обед.       — И? - Джаспер демонстративно взял меню в руки, собираясь заказать хоть что-то, чтобы не выглядеть подозрительно.       — Пока рано, - мельком заглянув в меню, она ткнула в апельсиновый сок пальцем и снова перевела взгляд.       Она ждала, положив ладони на стол, и в этой неподвижности было столько сосредоточенности, что он почти физически ощущал, как она проигрывает каждый ход в своей голове. Она даже дышала иначе, ровнее, глубже, будто перед забегом.       Зигмунд поднялся. Поправил пиджак. Направился к выходу, видимо, помыть руки или позвонить. Рири выждала ровно три секунды. Потом встала. Джаспер весь обратился во внимание. И если изначально собирался просто наблюдать, то теперь с удивлением осознал, что готов подхватить и помочь, когда это потребуется. А это точно потребуется, потому что декан славился строгим нравом и не очень любил, когда к нему приходят студенты по разным праздным вопросам, особенно во внеурочное время.       — Сиди, — бросила она через плечо, заметив движение с его стороны. Не просьба. Она была уверена в себе и словно предупреждала его не помешать.       Джаспер остался на месте. И приготовился смотреть. Её уверенность только подпитала его любопытство.       Она шла не спеша. Не как студентка, которая просит. Как человек, который пришёл предложить. Плечи ровные, шаг уверенный, подбородок чуть вверх. Джаспер поймал себя на том, что задержал дыхание. Она каждый день казалась ему разной. Сначала он подумал, что она глупышка с богатыми родителями. Потом, что она тусовщица без планов на реальное образование. И каждый раз ошибался, потому что опирался на её эмоции, с которыми девчонка была явно не в ладах. Сейчас он впервые в жизни отбросил анализ чувств человека, пытаясь разобраться иначе, не отвлекаясь на вспышки чувств с её стороны.       Она подошла к столику декана с той лёгкой, открытой улыбкой, которая не просит разрешения, а предполагает его. Мужчина поднял глаза. И тяжело вздохнул. Внутри у него была досада, смешанная со смирением. Джаспер даже поморщился. Она явно не первая за это утро, кто пытается сделать селфи с деканом.       — Добрый день, — сказала она ровно, тепло. — Какая приятная неожиданность. Я и не думала, что вы бываете здесь.       — Мисс... — он чуть прищурился, пытаясь вспоминить фамилию.       — Малфлуа, — подсказала она. А затем уверено села напротив декана, на место Зигмунда. — Не пытайтесь узнать. Я лишь первогодка, и видела вас только издалека на собрании в первый день.       — Понятно, - процедил он, выдавливая вежливую улыбку. Уверенность, с которой она говорила с ним, его немного покоробила. Затем пауза. Вежливая. Холодная. — Я знаю, зачем вы подошли, — сказал он наконец, опуская на стол бокал, который держал до этого. — И знаю, что вам нужно. Фотография. Молодые люди постоянно хотят фотографию перед началом семестра. Всё понимаю, но... Я не в настроении, мисс Малфлуа. У меня хватает забот, и я пришёл сюда, чтобы на полчаса о них забыть. Приходите завтра после четырёх, и возможно, я найду для вас минутку.       Она не отвела взгляда. Не стушевалась. Только чуть склонила голову так, будто принимала его правила игры и тут же их переписывала.       — Да, я вроде как знаю о ваших заботах, — сказала она тихо, заговорчески наклоняясь к нему. — И, возможно, кое-чем могу помочь. Оформление фонда. Бумаги застряли на согласовании, верно? Уже третий месяц.       Декан замер. Бокал, взятый снова в его руке, остановился на полпути ко рту. Он поставил его обратно, медленно, не отводя от неё глаз. Потом усмехнулся, коротко, снисходительно.       — Молодая леди. В таких делах всё всегда долго. Старые богатые ответственные люди никуда не торопятся. Это игра, а не гонка. Вам ли, студентке, на неё влиять?       — Я никогда не говорю пустых слов, — ответила она спокойно. — Проверьте почту. Сейчас.       Он смотрел на неё ещё секунду. Что-то в её лице не позволило ему отмахнуться. Может, абсолютное отсутствие суеты. Может, то, как она стояла, не как просительница, а как равная. Потом, сам не зная почему, достал телефон. Открыл. И лицо его изменилось. Сначала недоумение, потом недоверие, потом что-то похожее на уважение, смешанное с досадой. Внутри же Джаспер уловил что-то похожее на детский восторг. Его брови неуклонно поползли вверх.       — Как вы это сделали?       — Скажем так, — она улыбнулась мягко, без торжества. — Ради моей успешной учёбы, мои родственники готовы договориться с кем угодно. И о чём угодно.       Декан долго смотрел на неё. Потом рассмеялся, коротко, искренне, впервые за эту долгую неделю. Не над ней. Над собой. Над тем, что едва не прогнал её. Потом вздохнул, почти с облегчением. И кивнул.       — Хорошо. Хотите фото?       — Очень, - на её лице промелькнуло секундное облегчение. Похоже, она не была на сто процентов уверена, что это сработает. Чем бы это ни было.       Она села рядом, плечом к плечу, и он позволил. Даже улыбнулся. Чуть покровительственно, но всё же искренне. Вспышка. Кадр. Он даже положил руку ей на плечо, жест, который Джаспер видел издалека и от которого у него почему-то свело челюсть.       Джаспер видел всё. И впервые за долгое время не понимал до конца, кто это рядом с ним. Эта девушка не просто любила скорость. Она умела вести. Только не мотоцикл. Людей. И, глядя на то, как она улыбается декану, легко, тепло, ни следа напряжения, он понял, что не хочет оказаться на месте тех, кто встаёт у неё на пути. Странное чувство, которое для вампира его возраста не очень подходит.       Зигмунд вернулся через минуту. Он видел, как Рири отходит от столика его отца, и усмехнулся, скользнув к своему месту.       — Пыталась? — спросил он вполголоса, когда она проходила мимо. — Зря. Отец никому не позволяет. Уж точно не вне стен ВУЗа.       Рири не остановилась. Только посмотрела на него мельком, спокойно и широко улыбнулась.       — Мне позволил.       - Очень сомневаюсь... - недоверчиво прошептал он, явно думая, что Рири просто пытается его надуть. - Рано скалишься.       - Зубы есть, вот и скалюсь! - сохраняю вежливый тон, ответила девушка и двинулась дальше, не дав Зигмунду ничего ответить.       Она села обратно за столик. Джаспер молчал. Смотрел на неё, на то, как она берёт бокал с соком, как отпивает, как ставит на место, будто ничего не произошло. Будто не она только что развернула чужую волю на сто восемьдесят градусов. Он и сам не заметил, как подался вперёд, локти на столе, взгляд тяжёлый.       — Что? — спросила она, не поднимая глаз.       — Ничего, - ответил он, не до конца решив, что именно хочет спросить.       — Врёшь, - она весело улыбнулась, а глаза её заблестели от озорства.       — Каждый раз думаю, что понял тебя, — сказал он медленно, слегка прищурившись. — И каждый раз ошибаюсь.       - Так может хватит меня разгадывать? Как правило, это не приводит никого к результату, - ответила тихо, вспоминая, как часто люди видели в нëм оживший таблоид и верили, что он такой, каким его описывают.       Джаспер откинулся на спинку. Усмехнулся, сам не зная чему. И впервые за долгое время почувствовал не голод, а скорее азарт. Что-то такое, что заставляло хотеть смотреть, хотеть понять.       Вечерний воздух ударил в лицо прохладой резкой, после тёплого, приторного нутра, ресторана. Рири вдохнула глубоко, будто смывая с себя чужой запах вина, духов, вежливых улыбок.       — Может обратно пешком? Такая погода, что хочется погулять, — спросила она, чувствуя внутри медитативное удовлетворение.       Джаспер посмотрел на неё. Потом на дорогу. Потом снова на неё.       — Байк заберу вечером. Всё равно собирался отвезти сестру поужинать, — он пожал плечами. — Прогуляемся.       Она кивнула, и они пошли не спеша, вдоль улицы, где солнце ещё ярко освещало дома. Город дышал ровно. Мимо проплывали витрины, частые прохожие, чьи-то разговоры, обрывками.       — Ты видел его лицо? — спросила она, глядя прямо перед собой, после долгой уютной паузы. — Декана. Когда он открыл почту.       — Видел, - кивнул Джаспер. - Кажется, его так уже давно не удивляли.       — Вот именно. Он не поверил сначала. Потом поверил. И сразу, фото. Всё, вопрос закрыт, - она даже тихонько захихикала. Похоже, она воспринимала эти задания от клуба, как какую-то миссию. Ей словно очень важно всё сделать, но и никакого удовольствия или гордости собой не чувствовалось. Она изначально не хотела особо участвовать, но Джаспер был уверен, что дело в том, что она не была уверена в своих силах, а потому стеснялась. Но похоже и тут он прогадал. Загадка Рири становилась всё интереснее и интереснее.       Джаспер усмехнулся уголком губ, уловив капельку злорадства с её стороны.       — Зигмунд бы позеленел, если бы ты говорила с его отцом при нём.       — Он и позеленеет, — спокойно сказала она. — Я просто переживала, что он встрянет со своими угрозами прямо во время разговора. Но я не удержалась и всё же не промолчала, на его бесючую любовь к комментам всего происходящего.       — Смотрю, он нехило тебя зацепил, неужели напугал? - спросил Джаспер, вспомнив её разговор с Зигмундом накануне в туалете.       — Я его не боюсь. Он просто обнаглел и этим раздражает, - она даже куст за листочек дëрнула, чтобы как-то выразить чувства. - Это разные вещи.       Джаспер помолчал. Но потом не выдержал и заметил:       — Я видел, как он вернулся. Как ты ему что-то прошептала. Он, мне кажется, даже не понял до конца, что произошло. Фото с отцом для него не проблема, но он уверен, что для тебя, да. Думаю, он всерьёз считает, что у тебя ничего не вышло, на самом деле.       — Поймёт. Позже. Это самое приятное.       Они прошли ещё квартал. Прохожих уже было меньше. Город стал заметно тише в этом районе. Они как раз проходили мимо старого детского дома, обшарпанный фасад, детская площадка за железной оградой. И стена, вся в объявлениях. Сначала Джаспер не обратил внимания. Просто ещё одна стена. Такая же. Ничего необычного, он уже третий год тут проходил сотни раз. Здесь редко что-то меняется. Но Рири остановилась. Резко. Будто налетела на стекло. Внутри она подобралась, чувства неожиданно обострились и словно выстроились в ряд. Как у прожëнных вояк, не позволяющих себе даже лишних мыслей. Странно. Но с ней он уже не удивлялся, а просто делал пометочки в своём мысленном блокноте.       Он обернулся.       Она смотрела на стену. На листы, приклеенные, пришпиленные, некоторые уже с обтрёпанными краями. Фотографии. Дети. Разного возраста. Мальчики, девочки. С именами. С датами. С номерами.       — Ты чего? — спросил он.       — Смотри, — тихо сказала она. И подошла ближе.       Джаспер подошёл. Пробежал глазами. Пожал плечами.       — Ну... детский дом. Объявления о пропавших. Бывает. Иногда дети сами сбегают. Их даже не особо ищут. Сама понимаешь, иногда они мечтают найти родителей, иногда ссорятся между собой, а бывает и сложные подростковые закидоны. Как бы неприятно это ни было, для детских домов это не такое уж редкое событие, даже для самых хороших. Каждый год пару детей сбегают, в иногда и сами возвращаются.       — Одиннадцать, — сказала она.       — Что? - не сразу понял её парень, который уже собирался продолжить путь.       — Одиннадцать, Джаспер. — Она повернулась к нему. Глаза тёмные, собранные. — Это не пара. Это не один. Это даже не три. Это одиннадцать. И не в год, а одновременно. Посмотри на даты.       Он посмотрел. Потом ещё раз. Медленнее. Даты шли неровно, где-то месяц, где-то два, где-то неделя. Но все за последние пол года. И все из одного учреждения.       — Ты понимаешь, что это значит? — спросила она, наконец расслабив плечи.       — Пока нет, - он даже прищурился, будто так мог лучше рассмотреть эти эмоции.       — Вот именно, — она снова повернулась к стене, к фотографиям. К лицам. — Я тоже пока не понимаю. Но здесь что-то не так. Один ребёнок, трагедия. Два, совпадение. Одиннадцать, это система.       Джаспер молчал. Смотрел на неё. На то, как она читает каждое имя, каждую дату, будто запоминает. Как пальцы чуть подрагивают у бедра, сдерживая желание прикоснуться к бумаге. Как дышит, ровно, глубоко, но с той особой собранностью, которую он уже видел сегодня. Только тогда это была игра. А сейчас, нет.       И вот тут он кое-что понял.       Её чувства. Это было не сочувствие. Не жалость к детям, которых он никогда не видел. Не абстрактное, «как жаль». В ней говорило что-то другое, холодное, точное, почти хищное. Она не переживала. Она оценивала. Считала. Сопоставляла. И в этом было столько личного, что Джаспер вдруг осознал, что она не впервые видит такое. Не впервые стоит перед стеной с лицами и чувствует, что за ней что-то большее, чем горе.       Он хотел спросить. Прямо. Без обиняков. «Откуда ты знаешь, что это система? Почему ты так смотришь?» Но что-то остановило. Может, то, как она в этот момент провела пальцем по одному из объявлений, по фотографии девочки лет двенадцати, и на секунду замерла. Не как посторонняя. Как своя. Как будто делала так десятки раз до этого.       — Рири, — позвал он тихо.       Она не обернулась сразу. Сначала убрала руку. Потом повернулась. И улыбнулась легко, будто ничего не было. А самое жуткое, что её эмоции изменились так же быстро, будто тумблер переключился. Словно она видела что яркое на экране ноутбука, а потом захлопнула крышку и картинка потухла, спрятавшись внутри этого самого ноутбука. Ты вроде её ещё помнишь, но уже не видишь, а потому перед веками пусто.       — Пойдём, — сказала она. — Скоро ужин, а я ещë не обедала. Надеюсь Драко уже вернулся, и мы сможем нормально покидать чего-нибудь сытного в топку.       Он не стал давить, потому что понимал, что она сменила направления мыслей не просто так, а чтобы не делиться именно с ним. Пошёл рядом. Но всю дорогу не мог отделаться от мысли, что Рири Малфлуа совсем не походит на богатенькую девчонку, хоть и обладающую интеллектом. В ней слишком много чего-то тёмного, скрытого для простого человечка. Травмы есть у всех, Джаспер знал это как никто, но эта девушка была странной по особенному. Внутри. Она была странной на уровне эмоции, и ему с невероятной силой хотелось разобраться, что с ней не так...