Глава 19

Каспиан

      — Думаю, нам пора прощаться, — тихо говорит Эдмунд и поднимается, не сводя наполненных решимостью глаз с Аслана.       Сердце сжимается. Нервно сглатываю.       — Что ты имеешь в виду? — голос Юстаса ломается. Эд переводит на него взгляд и печально улыбается. Кладет руку на его плечо и сжимает.       — Наше путешествие подошло к концу. Мы получили клинок дриад, омытый слезой дракона. Теперь… — он не заканчивает, это и не нужно.       — Но… — голос Юса обрывается, и он отворачивается.       Мне казалось, что я уже смирился со судьбой Эдмунда, но мысли в голове снова начинают метаться в поисках решения. Неужели нет другого пути? Все закончится именно так?       — Я не умру, — продолжает друг, заглядывая в глаза брату. — Я стану лучшей версией себя. Стану настолько сильным, что смогу противостоять самому Злу, — он на секунду замолкает и вытирает слезу с щеки Юстаса. — Но я не смогу вернуться домой. Прости, что объяснения с семьей я оставлю на тебя. Питер, Сьюзан и Люси поймут, но мои родители…       — Это не важно, я справлюсь, не беспокойся — Юстас качает головой, Эд благодарно улыбается. — А я… я не могу остаться с тобой подольше?       Эдмунд качает головой и взъерошивает волосы на его голове.       Я вижу, что друг недоговаривает, чтобы успокоить Юстаса, но ничего не говорю. Если мальчик будет жить в своем мире, уверенный, что с его братом все хорошо, то, может, так будет лучше. Эд замечает это и благодарно кивает. Переводит взгляд на что-то за моей спиной и встает на колено в поклоне. Юстас следует его примеру.       Поворачиваюсь и вижу Аслана. Он подходит к нам.       Теплота при виде Него смешивается со стыдом и страхом. Клонюсь. Все сомнения, что я чувствовал до Его прихода, растворяются. И мысль, что я знаю лучше, сейчас кажется глупой — она теряется в бесконечном величии Аслана и доверии ему.       — Встаньте, короли Нарнии, Юстас. И ты, Зарим.       Мы поднимаемся. Мне все еще сложно смотреть Ему в глаза — не свожу их от земли.       — Каспиан, подними свои глаза.       Невольно вздрагиваю. Сердце разгоняется, желудок скручивает. Невольно вспоминаю, как сомневался в Аслане. Как готов был пройти против Него. Что Он скажет?       Смотрю на Льва, и от Его проникающего в самое сердце взгляда стыд разгорается горячим огнем в груди.       — Каспиан, веришь ли ты мне?       Он спрашивает. Само наличие этого вопроса давит на меня. Вызывает череду воспоминаний, как я подвел его. Предал.       С трудом киваю.       — Каспиан, веришь ли ты мне? — повторяет Аслан все так же твердо и мягко.       Сглатываю. Щеки горят. В горле ком. Я уверен, он видит, что даже сейчас где-то в глубине души я держусь за мысль, что можно спасти Эда. Я ему лгу? Нет! Это не так. Я ему верю!       — Да, — шепчу.       — Каспиан, веришь ли ты мне?       Третий раз. И почему-то он ударяет сильнее, чем два предыдущих. Во время войны с Миразом и путешествия к Стране Аслана — каждый раз я видел, чувствовал силу и любовь Аслана. Каждый раз убеждался, что все, что он делает — только нам во благо. Но все равно, когда он потребовал от меня жертву, я растерял веру. Решил, что знаю лучше и даже готов был перейти на сторону Джадис.       Горло сжимается, но мне получается хрипло ответить:       — Верю.       — Тогда защищай мой народ.       Я застываю. В голове не укладывается. Я ожидал хотя бы упрека. Гнева или разочарования. Но Аслан ничего не сказал. Он простил меня? Я чуть не уничтожил Нарнию из-за своеволия, а Он, несмотря на мое предательство, все равно доверяет мне Нарнию?       К горлу подступает комок. Щеки горят еще сильнее. Мне хочется что-то сказать, извиниться, но язык не поворачивается. Я только встаю перед ним на колени и чувствую теплое дыхание Льва. Оно наполняет меня изнутри спокойствием, развеивая стыд и грусть.       — Храни свой огонь бескорыстной любви и веры и будь достойным королем.       Его слова снимают с меня груз от предательства и волнения — на душе необычайно легко. Я улыбаюсь и встаю.       Аслан переводит взгляд на Зарима. Мужчина стоит позади нас и смотрит на землю.       — Зарим, принесет ли тебе смерть нарнийского короля счастье?       Охотник вздрагивает, удивленно и внимательно смотрит на Эда, мельком на Льва и качает головой.       — Тогда искупи кровь невиновных.       — Как? — нерешительно спрашивает Зарим.       — Иди по пути, который перед тобой лежит. Он тяжелый, но в конце ты обретешь истинную свободу и счастье.       Охотник задумчиво наклоняет голову. Аслан смотрит на Эдмунда, затем на Юстаса.       — Юстас, попрощайся с братом. На рассвете ты вернешься домой.       — Мы с ним больше не увидимся? — голос Юстаса кажется сейчас особенно детским, наивным и смелым по сравнению с нашими.       Аслан улыбается ему.       — Это будет зависеть от тебя.       Он отворачивается, чтобы уйти, но я решаюсь спросить.       — Что нам делать с Джадис?       — Теперь она принадлежит к миру людей. Судите ее по вашим законам.

Юстас

      — Держи, — протягиваю Зариму кулон.       Он удивленно смотрит на него и качает головой.       — Я не могу его принять.       — Он тебе нужнее, чем мне. Тем более, я не смогу его забрать с собой. И я хочу, чтобы он остался у тебя… помог с твоим горем, — тише добавляю.       Взгляд Зарима теплеет, и он берет подвеску.       — Я буду хранить его в память о смелом друге с сердцем дракона, — он взъерошивает мои волосы и хлопает по спине.       Закусываю губу. Возможно, я больше никогда его не увижу. По рассказам Эдмунда, никогда не знаешь, сколько пройдет времени, когда ты попадешь в Нарнию следующий раз. Возможно, все, кем я дорожу, уже будут мертвы — Элиана, Каспиан и Зарим. И только Эдмунд останется навсегда. По его словам, он станет бессмертным. Но это не успокаивает. Хоть брат будет жив, шанс увидеться у нас невелик. И возможно, я больше никогда его не увижу.       Смотрю на брата. Он что-то обсуждает с Каспианом. Мне хочется присоединиться, но я вижу — сейчас не время.       — Что ты будешь делать дальше? — спрашиваю Зарима.       Он задумчиво смотрит на камень, затем переводит взгляд на Каспиана.       — Буду служить королю Нарнии.       — Ему повезло.       Он смеется и хлопает меня по плечу.       — Как посмотреть, может, повезло мне, — он теряет веселье и снова задумывается. Я понимаю, что сейчас больше не стоит его отвлекать, и отхожу к Аэрону.       — Значит, ты вернешься в свой мир? — спрашивает дракон, приподнимая сонные глаза.       Он, наверное, единственный, кто может спать. Я не смогу уснуть, и остальные, думаю, тоже.       — Да. А ты полетишь в Страну Аслана?       — Благодаря тебе, я получил эту возможность, — он улыбается и гладит меня по плечу кончиком хвоста. — Ты первый за сотню лет, кто проявил сочувствие ко мне. Я перед тобой в неоплатном долгу и никогда не смогу его оплатить.       Я смущенно улыбаюсь.       — Ты уже помог нам. Без тебя мы бы не справились с Колдуньей и ее головорезами.       Он приподнимается и пронзает меня серьезным взглядом, от которого мурашки пробегают по спине.       — Спасибо тебе, Юстас, что пробудил мое сердце и разделил мои слезы. Желаю тебе долгую и счастливую жизнь, дабы в конце ее мы встретились в Стране Аслана.       Закусываю губу и кладу ладонь на теплую шею дракона. Он мягко упирается головой в мое плечо.       — Я буду скучать и помнить о тебе, Аэрон.       

      Эдмунд

      Это была самая длинная и самая короткая ночь в моей жизни. Кажется, не хватает слов, чтобы попрощаться с друзьями и братом. Не хватает времени, чтобы распрощаться с прошлым навсегда и умереть.       Конечно, я не умру телом, но то, что меня ждет, можно назвать смертью. Нынешний я уйдет, чтобы уступить место новой и лучшей версии.       Что меня ждет? Что я узнаю? Каким я стану? Мне до сих пор страшно, но с другой стороны — я жду этого момента. Жду, когда вступлю в совершенно иной мир, со своими правилами. Мир, который видят и понимают только единицы.       Мы встречаем рассвет, так и не поспав за ночь. Сложнее всего расставаться с братом. Юстас — единственный, кого, возможно, я никогда больше не увижу. Он пытался сдерживаться, но в итоге закончил в моих объятьях с глазами полными слез. Я гладил его по голове и не знал, как успокоить. Хоть он и будет знать, что я жив, но я исчезну из его жизни навсегда. И он из моей тоже. И от этой мысли к горлу подступает ком.       До скончания веков я не увижу своих родных.       — Обещай попрощаться с ними за меня. И передать, что я их люблю.       Он кивает и снова по щекам текут слезы.

***

      Аслан тихой поступью выходит из леса. Все поднимаются.       — Пора, — говорит он.       Цветы, трава и плющ перед ним приходят в движение. Начинают расти, сплетаться между собой и подниматься, образуя широкую арку размером с человека.       Кажется, что за ночь мы уже распрощались, но сейчас я понимаю, что этого было недостаточно. Мне все так же сложно отпускать брата.       Юстас обнимает дракона за шею. Зарим игнорирует попытку прилично пожать руки и крепко прижимает к себе Юстаса. Каспиан тоже. И наконец брат подходит ко мне.       Снова в горле застревают слезы. Брат опускает глаза.       — Теперь никто не будет смеяться, что тебя провожают из школы, — хрипло подкалываю его.       Он фыркает.       — Учителя перестанут ставить тебя в пример, — улыбается со слезами на глазах.       — И никто не будет читать тебе нотации.       — И никто не успокоит, если приснятся кошмары, — шепчет еле слышно.       Сглатываю и вытираю его щеки.       — Я тоже буду скучать, Юстас, — прижимаю его к себе и жмурюсь. Глаза жжет. — Приглядывай за Люси. И хорошо учись.       Юс снова фыркает.       — Ладно.       — И не задирайся.       — Ой, все, — он отстраняется и вытирает глаза.       Усмехаюсь.       — Еще увидимся, братишка, — взъерошиваю его волосы.       Он улыбается и нерешительно отходит к Аслану.       — Я еще вернусь?       — Да, ты вернешься, — Лев кивает.       Юстас оборачивается. Смотрит на меня, Каспиана, Зарима, Аэрона и снова на меня. Подбадривающе улыбаюсь и киваю. Он отворачивается, несколько секунд глядит на проем под аркой, делает шаг. И исчезает.       Глубоко вдыхаю и задерживаю дыхание. Сердце глухо стучит в ушах. Грудь сжимает тоска.       Прощай, Юстас.       Как только мне удается собраться с мыслями и успокоиться, оборачиваюсь к Каспиану.       — Получается, до встречи в следующей жизни.       Кас не отвечает на мою слабую улыбку. Наклоняет голову.       — Я буду ждать. Ты знаешь, где меня найти.       Знаю. Но захочу ли искать? Я так и не понял, каким я стану. Возможно, мне вообще будет не до друзей.       Обнимаю Каспиана. Чувствую его напряжение.       — Я тебя найду, — говорю, несмотря на сомнения. Я сделаю все, чтобы сдержать обещание.       Каспиан кивает. Я отпускаю друга, подхожу к Зариму и пожимаю его руку.       — Спасибо, Зарим.       — Это я должен благодарить тебя. Ты разглядел во мне то, что я старался скрыть от самого себя. Поверил в меня и дал второй шанс. Я никогда этого не забуду, — он кланяется мне.       Я поднимаю его.       — Я ничего не сделал, просто увидел то, что в тебе уже было, — улыбаюсь и киваю на Каспиана. — Теперь его жизнь в твоих руках. Присмотри за ним за меня.       — Даже если от этого будет зависеть моя жизнь.       Надеюсь, до этого не дойдет. Киваю и подхожу к дракону.       — Благодарю, Аэрон, за помощь.       — Не стоит. Вы спасли меня, а не я вас, — он благодарно опускает голову, я отвечаю тем же.       Отворачиваюсь и мельком ловлю взгляд Джадис. Она все время надменно смотрела на нас и ни слова не сказала. Когда мы встречаемся глазами, в глубине зрачков мелькает что-то неуловимое. Она улыбается одним уголком губ и шепчет:       — Прощай, мой Король.       Сердце пропускает удар. Но я больше не смотрю на нее. Подхожу к Аслану и кидаю последний взгляд на Каспиана. Улыбаюсь ему.       Я не знаю, что меня ждет. Не знаю, кем стану и что буду чувствовать. Но уверен в одном — здесь мой путь только начинается. И как бы сложен он не был, я дойду до конца. Потому что я не один.