just a scratch

Несмотря на слова союзницы, Моракс и не думал отказываться от тренировок, потому что понимал — по-другому он научиться не сможет. И сколько бы Гуй Чжун ни убеждала его в том, что она просто пошутила, а в человеческом облике нет необходимости и отказаться от него можно в любой момент, Моракс её не слушал. — Упрямый дурак… — так его обычно называла богиня, вкладывая в эти слова одновременно убойную дозу осуждения и такую же — нежности. Уж кто-кто, а она точно знала: переубедить Моракса, что-то вбившего себе в голову, невозможно. Пришлось сотрудничать. Хоть высшие силы и одарили её умом, было нелегко. Потратив немало времени на размышления, Гуй Чжун смогла придумать для своего союзника лишь один способ привыкнуть к человеческому облику — медитации. Долгие, упорные и временами очень тяжёлые. Моракса это совсем не пугало. Кто же ещё мог похвастаться каменной силой воли и упорством, если не Гео Дракон? Но даже принимая во внимание всю его выдержку и готовность трудиться, привыкание к новому телу шло довольно… медленно. Нелегко. А если говорить точнее — очень тяжело. Моракс был настроен серьёзно. Исполненный решимости добиться хороших результатов, он проводил целые дни и даже недели, медитируя где-нибудь в горах подальше от шума и суеты внешнего мира. В какой-то мере он делал успехи, но… Оставалась одна маленькая проблема. И эта проблема звонко смеялась, носила в волосах глазурные лилии и всегда смотрела на мир глазами, полными восторга. Формально Гуй Чжун никак ему не мешала. Всего лишь навещала Моракса так часто, как только могла. С её появлением в воздухе ваегда начинал витать аромат глазурных лилий, а вместе с ним частенько и терпкий запах беспокойства — должно быть, богиня не была уверена в том, что её дорогой друг в порядке. Зачастую Гуй Чжун даже не пыталась приблизиться и уж тем более завести разговор, а просто наблюдала издалека и позже уходила, вновь оставляя его в гордом одиночестве. В редкие дни она не сбегала: садилась чуть поодаль и тихонько занималась своими делами, чтобы не отвлекать Моракса от медитаций. А Моракс всегда отвлекался. Стоило его союзнице появиться где-нибудь на горизонте, он напрочь забывал о собственных делах вне зависимости от того, насколько важными они были. Ну правда, о каких медитациях могла идти речь, если с недавних пор в присутствии Гуй Чжун он хотел только одного — уложить голову ей на колени, закрыть глаза и слушать её тихие рассказы обо всём на свете до тех пор, пока не уснёт? Сейчас это желание было особенно сильным… Медитация длиной в три дня грозила пойти крахом, а всё просто потому что Моракс снова был не один: присутствие Гуй Чжун он почуял сразу, как только она появилась на вершине горы. И раз уж её невесомый цветочный запах на кончике языка не становился слабее, значит сегодня она решила остаться здесь подольше, не подозревая, что этим вот-вот разрушит остатки самообладания Моракса. И как у неё это получалось?... Помучившись с несколько минут, мужчина всё же вздохнул и открыл глаза, а жалкие крохи, оставшиеся от его силы воли, мгновенно развеялись по ветру. Гуй Чжун, которая всё это время тихо сидела в тени деревьев чуть поодаль, тут же подняла голову и приветливо ему улыбнулась. Уголки губ Моракса дрогнули сами по себе. — Как твои успехи? — поинтересовалась она, когда союзник опустился на траву рядом. — М-м… — Моракс что-то неразборчиво проворчал, а затем и вовсе уронил голову на плечо подруге, устало прикрывая глаза. Золотые рога на его голове и длинный хвост, который улёгся у ног Гуй Чжун, говорили сами за себя. — Понятно, — богиня вздохнула, но сопротивляться не стала, — Ну ничего… Я верю в то, что ты справишься, мой друг. Моракс и в лучшие времена не отличался разговорчивостью, а сейчас, когда в его жизни вдруг появились эти медитации, отнимающие немало сил и времени, — тем более. Гуй Чжун не обижалась на него, потому что прекрасно всё понимала. Она вообще никогда не обижалась на своего союзника — ни на его молчание, ни на нелюдимость, потому что очень хорошо знала его непростой характер, который не намеревалась ломать. В конце-концов Моракс и так делал для неё слишком много: защищал, заботился, прислушивался к её советам и даже иногда соглашался на авантюры! Было бы наглостью пытаться изменить его просто из-за собственной прихоти. А ещё… Временами ей было действительно стыдно за подобные мысли, но именно эта нелюдимость и скверный характер как следует напоминали Гуй Чжун о том, какое счастье ей послали небеса. Дракона. Собственного, преданного, почти ручного дракона, который угрожающе скалил клыки в ответ всему миру, но почему-то был ласков с ней. Чем не повод считать себя избранной? Гуй Чжун встряхнула головой. Осторожно, чтобы не побеспокоить друга на своём плече. — Рассказать тебе что-нибудь? — подушечки её пальцев пробежались по венам на руках Моракса, — Или ты бы хотел побыть в тишине? — Расскажи… О местах, в которых ты побывала, — последовал ответ через несколько секунд. В глазах Гуй Чжун промелькнуло удивление. Она не говорила своему союзнику о том, что собирается опять отправиться на поиски приключений. Откуда ему было знать? Ответ последовал сразу: богиня просто увидела, как придирчиво Моракс вдыхает запахи от её волос и шеи, словно пытаясь всё узнать самостоятельно. Получалось плохо — человеческий нос всё-таки был куда менее чувствительным, чем драконий. Единственное, что мог понять Моракс, это то, что его подруга покинула знакомые территории на какое-то время. Хотя бы поэтому она решила помочь: — О, с радостью! Гуй Чжун всегда умела рассказывать истории. Наверное, это у людей и называется талантом. Она говорила о прекрасных полях, полных трав и цветов, о тихой колыбельной, которую ей напевали реки, и о глубоком озере с водой цвета голубого неба, которое было скрыто от любопытных глаз где-то далеко в землях Ли Юэ. Говорила так, что даже Моракс, никогда не бывавший в тех краях, очень живо представлял себе подобный пейзаж. И то, что Гуй Чжун сейчас держала его за руку, только добавляло реалистичности. Казалось, что она вот-вот засмеётся и сожмёт его ладонь крепче, а потом потянет следом за собой в новое приключение, как всегда. Моракс не открывал глаз, а голову не убирал с её плеча, но Гуй Чжун не сомневалась: он не спит. И даже более того — слушает очень внимательно. — А знаешь, что самое интересное? — хмыкнула она, продолжая рассказ, — Я нашла там звёздную ракушку! Гляди… И Моракс тут же открыл один глаз, чтобы посмотреть на пресловутую ракушку, которую Гуй Чжун держала на ладони. Она была старой, покрытой сколами и царапинами, а некогда яркий голубой цвет потускнел и словно бы смылся холодной речной водой. Совсем не похож ни на небо, ни на море, ни на глаза его союзницы… — Должно быть, её принесло туда течением, — богиня вздохнула, — Интересно, сколько же лет она там пролежала? Наверное, не меньше… — Ты ранена? — неожиданно перебил её Моракс. Гуй Чжун запнулась на полуслове. Она в недоумении обернулась на союзника, и его угольная ладонь снова — почти привычно! — легла ей на щеку, большим пальцем очерчивая неглубокую рану под глазом. — Ах, это… — она улыбнулась, — Просто царапина. Наткнулась на стайку цицинов у озера и пропустила пару ударов, ничего страшного. Моракс, которому уже знакомая, но всё ещё до конца не понятная злость уже начала застилать глаза, замер. Её голос звучал твердо и спокойно, а в словах не получалось найти лжи, поэтому пришлось признать — Гуй Чжун правда была в порядке, и ничего страшного не произошло. Мужчина сделал медленный и глубокий вдох, а затем тяжело выдохнул, пуская тонкие струйки дыма сквозь сжатые зубы. Успокоиться почему-то было трудно. — Точно? — спросил он напоследок. Это могло бы прозвучать безобидно, если бы Моракс не продолжал буравить царапину недобрым взглядом, явно желая свести со света того, кто посмел напасть на Гуй Чжун. Ничего не мог с собой сделать… В памяти невольно всплыли имена и лица всех тех, с кем ему пришлось в жизни сойтись в бою. Большая часть из них была размытой, тусклой, сливалась в одну серую массу, но Моракс до сих пор вполне чётко помнил лица тех, кто когда-то ранил Гуй Чжун. Неважно, была ли это маленькая царапина на её теле или едва не перегрызенная глотка, смерть ждала любого, кто решил напасть на его союзницу. Гуй Чжун всегда была благодарна ему за защиту. Возможно, она не одобряла некоторые из его привычек, но когда речь шла об её здоровье и даже жизни, то выбирать как-то не приходилось. Даже если он начинал перегибать палку. Но сейчас Моракс и правда увлёкся. Лёгкий, не особо болезненный, но такой обидный и знакомый щелчок по носу отрезвил его. — Точно-точно, — засмеялась богиня, держа пальцы наготове на случай, если понадобится щёлкнуть Моракса ещё раз, — Мне ничего не угрожает, несносный ты дракон. Может, я и не самая сильная среди богов Ли Юэ, но с цицинами уж как-нибудь справлюсь! — Ладно… — буркнул в ответ несносный дракон, пальцами потирая свой многострадальный нос. Невольно вспомнился тот полдень в туманных горах, когда Гуй Чжун точно так же наказала его за шалость — щёлкнула по носу, а затем ещё и посмеялась. Единственным отличием от сегодняшнего дня было лишь то, что Моракс не был драконом. А ещё его нос остался без лечения. Мужчина скосил глаза на Гуй Чжун. Она увлечённо разглядывала звёздную ракушку, кончиком ногтя обводя все сколы и трещины, и продолжала что-то говорить. Моракс слушал её вполуха. Всё его внимание было приковано к злополучной царапине на её белой щеке, а зародившаяся в голове идея не давала покоя. Сработает или нет? — Я всё думала… А что если я уже держала эту ракушку в руках? — богиня принялась рассуждать вслух и теперь едва ли обращала внимание на мысленные метания своего друга, — Ведь мы с тобой посещали отмель у Облачного моря много лет назад… Кто знает, может, эту самую ракушку я однажды вытащила из песка, кинула в воду и забыла о ней навсегда, а теперь она вновь попала мне в руки? Сердце Моракса дрогнуло в груди от улыбки, которая озарила её лицо — такой нежной и восторженной, какая могла быть только у Гуй Чжун, по-настоящему влюблённой в эту жизнь. Возможно, в этом и был её секрет. Любовь, которой Архонт Пыли делилась с миром, просто не могла не исцелять, и если так — Мораксу оставалось только надеяться на то, что и его сила на что-то да сгодится. — Может… — Моракс протянул руку вперёд, и ладонь союзницы сразу доверчиво легла в его собственную, — Может, это та ракушка, о которую ты споткнулась, когда впервые увидела меня человеком. — Не исключено, — хихикнула она. Гуй Чжун зачарованно смотрела на то, как палец союзника рисует невидимые фигуры на её ладони — то ли круги, то ли ромбы. Это очень успокаивало. Возможно, она бы так и заснула на траве под этим деревом вместе с Мораксом, лежащим у неё на плече, но из дрёмы её вырвало неожиданное прикосновение к щеке. К той, что пострадала в схватке с цицинами. Гуй Чжун густо покраснела. И ведь было из-за чего! Если не считать всех тех прикосновений драконьего языка, которые доставались ей на протяжении прошлых столетий, сегодня Моракс впервые поцеловал её сам! Его губы оказались мягкими, сухими и тёплыми, а поцелуй — на удивление нежным. Совсем не таким, как ожидалось от дракона. — Что ты делаешь? — Гуй Чжун потребовалось всё имеющееся у неё в запасе самообладание, чтобы эти слова прозвучали спокойно. Бесполезно: дрожь в её голосе не услышал бы только глухой. — Хочу облегчить твои страдания. Сначала Гуй Чжун подумала, что он шутит. Но когда она подняла голову и встретилась с серьёзным и на редкость решительным взглядом янтарных глаз, то просто не смогла сдержать смеха. Искреннего и беззлобного. Видело небо — Моракс, который пытался заботиться о ней так же, как когда-то сама Гуй Чжун заботилась о нём, был до невозможности забавным. — У меня не получилось? — растерянно спросил он. От противоречивых чувств радости и недоумения его сердце билось слишком быстро, а уже знакомые приятные спазмы в животе стали только сильнее. А ещё он действительно не понимал… Если поцелуи Гуй Чжун всегда лечили его раны, то почему это не работало в обратную сторону? — Ох, Моракс… Ну что ты? — хихикнула богиня, как только смогла отдышаться, — Конечно же получилось! И хотя её щёки горели ярче, чем первозданный пиро, а сердце от волнения грозило выпрыгнуть из груди, восторг в глазах Моракса того стоил. Гуй Чжун даже не могла припомнить, когда она в последний раз видела своего союзника таким счастливым — его вечно безэмоциональное лицо прямо-таки светилось от радости, а беспокойный драконий хвост стучал по земле, поднимая вокруг себя маленькие тучки пыли. — Я думаю, что одного будет недостаточно, — вдруг объявил он. И бедной, без того до смерти смущённой Гуй Чжун ничего не оставалось, кроме как принять этот дар — ласковые, немного неумелые, настоящие поцелуи Моракса. Он явно не собирался придерживаться той же стратегии, что и его союзница, и решил баловать её по-полной. Захочет хоть сотню поцелуев — получит их! А если не захочет… Всё равно получит! Гуй Чжун держалась стойко. Даже мокрые прикосновения драконьего языка в своё время не смущали её так же сильно. Кто же мог знать, что однажды вместо дракона появится мужчина?! — Ну хватит! — без особой надежды на успех пискнула богиня через несколько минут, закрыв руками щёки. К счастью, его это и правда остановило, — Уф… Спасибо за твою заботу, Моракс… Теперь-то царапина точно заживёт. Такой ответ его удовлетворил. Моракс выпрямился и сел на своё место, а взгляд устремил куда-то вдаль — туда, где море подпирало горизонт, и облака погружались под воду, сбегая с неба. И всё равно краем глаза он поглядывал на Гуй Чжун, чьи пунцовые щёки проигнорировать было просто невозможно. Повисшая тишина не продлилась и минуты. — Точно? — в голосе Моракса послышались нотки веселья. Гуй Чжун ничего не оставалось, кроме как принять эту игру… и добавить в неё свои правила. — Точно-точно… — хмыкнула она, и её сложенные привычным жестом пальцы вновь угрожающе нависли над носом Моракса.