Ад.

Жизнь в Аду похожа на вечную жизнь в самом плохом районе самого ужасного города. Здесь нет солнца, неба и свежего воздуха. Вместо этого — бесконечные пещеры из чёрного камня, освещённые зловещим красным светом, который льётся из трещин в земле. Воздух густой и тяжелый, пахнет гарью, серой и чем-то прокисшим.Демоны не дружат. Они соседи по несчастью, которые вечно соперничают друг с другом. Они могут подраться из-за места получше или просто так, от скуки и злости. Здесь нельзя показывать слабость. Если ты выглядишь беззащитным — тебя сразу же унизят или атакуют. Поэтому все носят маску безразличия и крутости. Никакой поддержки, никаких душевных разговоров. Просто вечная борьба за то, чтобы не оказаться на самом дне. Но даже в этом хаосе есть одно железное правило. Раз в три года, когда демону исполняется шестнадцать, его вызывают к самому Повелителю Теней. Это не награда — это самый страшный экзамен в его жизни. Повелитель, чей облик скрыт ворохом чёрного пламени и движущихся теней, отдаёт приказ. Всем один и тот же: «Устранить человека.» Честно, никого из демонов даже не волнует, зачем и для чего? Хороший это человек или плохой? За что?  Пришло время, отсчет закончен. Майку шестнадцать, а это значит, что повелитель его позовет к себе и назначит задание, портал откроется и он попадет на землю, гадких и мерзких людей. Майк почувствовал лишь раздражение. Ему совсем не хотелось покидать привычную, пусть и мрачную, реальность Ада ради какого-то тупого мира людей. "Боже", — пронеслось у него в голове с горькой усмешкой, ведь он знал, что никакого божества для него не существует.В этот момент один из помощников Повелителя грубо толкнул его в спину. – Эй, шестнадцатилетний! Повелитель Теней зовёт тебя на личную беседу. Быстро! Парень пошел за помощником, он шел быстро, даже не оборачиваясь на Майка. Придя в такой же темный коридор пещеры, где только было чуть больше пространства, чем в других местах, Уилер оглянулся, над ними висел факел, большой, только от него сходил свет. Голос раздался отовсюду: – Майк Уилер, тебе наконец исполнилось шестнадцать, и как ты знаешь пришло время выполнять задание. — Голос на время затих. Майк нервно сглотнул. – Завтра тебя поведут в портал, на землю, тебе нужно найти ангела, который будет прятаться среди обычных людей, также как и ты. Провести с ним обряд по устранению, но..он может тебя опередить, сделав обряд усмирения, от твоей личности не останется ничего, кроме спокойствия и безжизненности, ты же этого не хочешь? Майк громко и тяжело вздохнул, сжимая кулаки так, что костяшки побелели. – Нет, повелитель, я не хочу стать безжизненным. Я готов. Майк не видел Повелителя, но почувствовал, как тьма перед ним исказилась — будто гигантская тень на мгновение склонила голову. В воздухе повисло нечто, напоминающее ледяную, беззвучную ухмылку, полную одобрения и предвкушения. – Ступай. Завтра за тобой придут. Ты узнаешь всё о своей новой...семье. В последнем слове сквозила насмешка. Майк разжал кулаки, на ладонях остались красные полумесяцы от ногтей. Он развернулся и вышел из зала, чувствуя на спине тяжёлый, незримый взгляд. Пришло его время.  Честно говоря, Уилеру было плевать. Никакого предвкушения от задания он не чувствовал — только раздражение от необходимости куда-то идти и что-то делать.Утро следующего дня наступило резко и грубо. Его не разбудили, а вырвали из сна резким толчком в бок. – Подъём, чёртик. — прозвучал над ним чей-то грубый голос. Майк вскочил с походной койки, сердце на мгновение ушло в пятки. Он инстинктивно озирался, пытаясь сообразить, где он и что происходит. Сон смешался с явью, и в голове промелькнула бессвязная мысль: «Что? Где я?»Взгляд упал на помощника Повелителя, того самого, что вчера грубо его толкал. Тот стоял, скрестив руки на груди, и смотрел на Майка с откровенной, злобной усмешкой. Его глаза с наслаждением выхватывали каждую деталь: взъерошенные волосы Майка, его растерянное выражение лица, учащённое дыхание. – Ну что, выспался? — язвительно протянул помощник, явно получая удовольствие от замешательства Майка. Майк сгрёб с лица волосы и попытался придать лицу привычное безразличное выражение. Но внутри всё сжалось в тугой, злой комок. Эта насмешка, этот взгляд... Всё это было лишь началом. И он понимал, что в мире людей его будет ждать ещё больше подобных «сюрпризов». Пусть они все идут к чертям. Он сделает то, что должен, и покончит с этим как можно быстрее. Майк недовольно промычал и буркнул: – Заткнись. Они пошли к порталу. По пути Майк чувствовал на себе десятки глаз. Демоны по обеим сторонам коридора усмехались, перешёптывались, глядя на него с насмешкой и любопытством. Кто-то даже негромко фыркнул.Придя к порталу, Майк с неприязнью его оглядел. В отличие от небесного врата, этот представлял собой пульсирующий вихрь густой, почти осязаемой черноты. От него веяло не светом и теплом, а пронизывающей до костей прохладой, которая заставляла кожу покрываться мурашками. Это ощущение Майку категорически не понравилось.Помощник грубо положил ему руку на плечо и начал начитывать информацию, словно загружая программу: – Ты — Майк Уилер. Сын Карен и Тэда Уилеров. У тебя есть старшая сестра Нэнси и младшая — Холли. Ты перешел в новую школу, ведь недавно переехали.Запомни это. И постарайся не скалиться на всех подряд, будь похож на человека, чертёнок. Хотя бы внешне. Майк молча кивнул, чувствуя, как холод от портала смешивается с холодом внутри него. Он сделал шаг в пульсирующую черноту.Мир вокруг закружился, заискрился чёрными всполохами. Майк на мгновение почувствовал, как его сознание растворяется в вихре, а тело будто разрывают на части. Он инстинктивно зажмурился.Когда он открыл глаза, то обнаружил, что стоит посреди незнакомой комнаты. Она была просторной и залитой солнечным светом, который падал из большого окна, заставляя пылинки танцевать в воздухе. Он медленно повернулся на месте, осматриваясь.В углу стоял деревянный шкаф, рядом — большой стол, заваленный бумагами, карандашами и какими-то непонятными фигурками. В другом углу — кровать. Но больше всего его внимание привлекло пространство над изголовьем. Стена была практически полностью обвешана яркими плакатами, на которых были изображены люди в странных костюмах, застывшие в динамичных позах. Он прищурился, пытаясь разобрать логотипы. – Какая ерунда. — мелькнула у него первая мысль. Вся эта пестрота и кажущаяся бессмысленность вызывали у него лёгкое раздражение. Но затем его взгляд упал на стол. Среди разбросанных карандашей лежала тетрадь в тёмной обложке. На первой странице было чётко выведено имя: «Майк Уилер». Он провёл пальцами по буквам, ощущая шершавость бумаги. Так вот она какая — его новая жизнь. Не тёмные тоннели Ада, а эта светлая, залитая солнцем комната, наполненная чужими вещами и чужими увлечениями. Где-то здесь, в этом городе, скрывался ангел. И ему предстояло его найти, притворяясь одним из них. Майк невольно сморщил нос, уловив в воздухе странный, но приятный сладковатый запах. Он был совсем не похож на тяжёлые, удушливые ароматы серы и гари, к которым он привык.Его взгляд упал на небольшой флакон, стоявший на столе среди карандашей и бумаг. Он взял его в руки, с любопытством повертел. Аккуратно открутив крышечку, он поднёс его к носу.Лёгкий, но насыщенный аромат ударил в обоняние. Сначала — сочная, почти спелая вишня, сладкая и фруктовая. Но сразу же за ней, словно лёгкий укол, проступила острая, древесная нотка чёрного перца, не давая запаху стать приторным(Не спрашивайте откуда он знает, как пахнет вишня и перец) Майк на мгновение замер, анализируя это странное сочетание. На его лице, обычно бесстрастном, промелькнуло нечто, отдалённо напоминающее удивление. – Ну... неплохо, — тихо пробормотал он себе под нос, ещё раз вдыхая аромат. Этот простой, земной запах был до смешного, до невозможности прекрасен по сравнению с тем, чем он дышал всю свою предыдущую жизнь. Он на мгновение прикрыл глаза, позволяя этому новому ощущению заполнить себя. Это был его первый, крошечный, но осязаемый контакт с миром, в котором ему предстояло жить. И, против всей его воли, этот контакт оказался... приятным. Майк резко обернулся на скрип двери. На пороге стояла кудрявая девушка — явно старше него, но не настолько, чтобы быть матерью. В её глазах читалось лёгкое раздражение. Нэнси. "Старшая сестра". Молнией пронеслось в голове, сопровождаемое вложенной кем-то сводкой данных. – Майк! — её голос прозвучал нетерпеливо. – Ты долго будешь тут сидеть? Мы уже все собрались гулять, одного тебя ждём! Она говорила так, будто это было само собой разумеющимся — что он пойдёт с ними, что он часть этой «всех». Майк замер на мгновение, его демоническая сущность с отвращением отшатнулась от этой навязчивой попытки включить его в стадо. В Аду его никогда и никуда не ждали.Он судорожно попытался придать своему лицу подходящее выражение — может, виноватую улыбку? Получилось скорее неестественной гримасой. – Я...ээ…сейчас, — выдавил он, голос прозвучал хрипло от непривычки. Нэнси, не дожидаясь, развернулась и вышла, бросив на прощание: – Быстрее! Стив нас не будет ждать вечно! Майк остался стоять посреди комнаты, сжимая в руке флакон с духами. Резкий, сладкий аромат вишни теперь смешивался с ощущением полнейшей потерянности. «Гулять», «Стив», кто это? Может этот Стив ангел? Ему предстояло не просто притворяться человеком, а влиться в их стаю, следовать их ритуалам. Майк вышел из комнаты и остановился на секунду в коридоре, ошеломлённый. Он не ожидал, что дом окажется двухэтажным. В Аду пространство было плоским, лишённым таких простых, но впечатляющих вертикалей. Он медленно подошёл к краю лестницы, глядя вниз в прихожую. Это было... незнакомо.Внизу мелькнула фигура Нэнси — она как раз выходила из какой-то комнаты и направлялась к входной двери, на ходу накидывая куртку. – Не уйти..— пронеслось у него в голове. Он инстинктивно понял, что отказ от «прогулки» вызовет ненужные вопросы, внимание, которое ему было сейчас смертельно опасно.Он спустился вниз, движения ещё немного скованные и неуверенные. На полке в прихожей валялось несколько пар обуви. Его взгляд упал на кроссовки с липучками вместо шнурков. Слава всем тёмным силам, хоть с этим не пришлось мучиться. Он натянул их на ноги, торопливо прижал липучки и выбежал за дверь, которую Нэнси придержала для него.Прямо перед домом стояла машина. На водительском сидении сидел парень — тот самый Стив, как сразу понял Майк. Он был неплох собой: уложенные с явным старанием волосы, пухлые губы, тронутые лёгкой улыбкой, и — что поразило Майка больше всего — по-настоящему добрые глаза. В них не было ни капли той привычной демонам озлобленности или пустоты. – Ну наконец-то, Майк. Привет, малой, — Стив обернулся к нему, и его голос звучал тепло и немного насмешливо. – Что ты как девчонка долго собираешься? Он тихо посмеялся, и это не было злым. Майк, чувствуя, что сейчас от него ждут какой-то реакции, невольно ухмыльнулся в ответ, садясь на заднее сиденье. Эта ухмылка была неестественной, лишь слабой попыткой скопировать поведение других. Майк почувствовал, как на него смотрят, и постарался сделать свой голос максимально обычным. – Привет, Стив. Извини, я... я отвлекся немного. Его оправдание прозвучало немного неуклюже, но Стив, кажется, не придал этому значения. Однако Нэнси, сидевшая на пассажирском сиденье, покачала головой, и в её взгляде мелькнуло что-то похожее на понимание. – Оу... да, — тише сказала она, глядя на него через зеркало заднего вида. – Завтра же ты идёшь в школу. Новое место, новые люди... Я помню это чувство. Но не бойся, всё будет хорошо. Слова «не бойся» отозвались в нём горькой иронией. Если бы они только знали, чего ему на самом деле стоит бояться. Не школы, не новых лиц, а одного-единственного человека, чьё присутствие он должен был почувствовать, чью «слабость» — тот самый свет в глазах — он должен был найти и погасить. Он кивнул, глядя в окно на проплывающие дома, и прошептал так тихо, что это услышал только он сам: – Да... Не боюсь. Все нормально. День пролетел для Майка стремительно. Они колесили по городу, заезжали в огромные, ярко освещённые торговые центры. Майк ходил с широко раскрытыми глазами, молча поглощая всё вокруг. Внутри него безостановочно работал аналитический ум, сравнивая и оценивая. «Пространство. Здесь его так много. И оно не давит, не ограничивает. В Аду все коридоры узкие, низкие, будто всё время хочешь согнуться». «Свет. Он не красный и не тусклый. Он бывает разным: яростно-белым под потолком, тёплым жёлтым от ламп в магазинах, разноцветным от неоновых вывесок. Он не режет глаза, он... показывает». «Люди. Они не сторонятся друг друга. Они толкаются, смеются, разговаривают. Они... шумят. Не криками боли или ярости, а каким-то другим, живым гомоном». Каждый новый образ, каждый звук и запах он мысленно отмечал: «В Аду этого нет. В Аду это хуже. В Аду это невозможно». По ходу дня, улавливая обрывки разговоров между Нэнси и Стивом, он уловил суть их отношений. Стив — бывший парень Нэнси. Сейчас они не вместе, но сохранили странную, по мнению Майка, связь — дружескую. Они подкалывали друг друга, смеялись, и между ними не чувствовалось ни злобы, ни тягостного напряжения. – После разрыва — и не враги? — эта мысль казалась Майку самой непостижимой за весь день. В его мире любая связь, разорвавшись, оставляла только пепел и желание мести. А здесь... здесь всё было иначе. Сложнее. И, он с неохотой признавал, возможно, прочнее.К концу дня первоначальное раздражение Майка сменилось глубочайшей, почти научной заинтересованностью. Этот мир был не просто "тупым". Он был бесконечно сложным. Находясь, уже дома мысли Майка вихрем проносились в голове, пока он лежал на кровати и смотрел в потолок. «Интересно, что сейчас делает этот чёртов ангел? Сидит так же, как и я, и строит планы? Или уже рыщет по городу, пытаясь учуять мой запах?» Он с усмешкой перевернулся на бок. «Они же ещё те маскировщики. Притворяются милыми и пушистыми, а сами готовы на всё... Хотя... Я-то уж точно не промах. Пусть попробует найти меня в этой толпе. Вряд ли он представляет, с кем имеет дело.» Внезапно его мысли прервало странное ощущение. Сначала тихий, но отчётливый звук, доносящийся из глубины его тела. Затем — резкая, скручивающая боль в животе. Майк ахнул и сжался в комок, не понимая, что происходит. – Чёрт... — прошипел он, когда до него наконец дошло. – Точно, люди же питаются чем-то... Голод. Это голод. С гримасой боли и отвращения он вскочил с кровати и направился к двери. Теперь его главной задачей было не найти ангела, а найти хотя бы еду.Майк спустился вниз, по пути пытаясь вспомнить нужное слово. В гостиной он увидел мужчину лет пятидесяти в очках, который читал газету. В памяти всплыла вложенная информация: «Тэд Уилер. Отец». Майк подошёл к нему, неуверенно подобрав интонацию: – Пап... А у нас есть что-нибудь поесть? Я голодный. Тэд за шумом страницы не сразу расслышал его. Он медленно опустил газету, устало протёр переносицу и посмотрел на Майка поверх очков. В его взгляде не было ни раздражения, ни особой радости — лишь привычная отстранённость. – На кухне, наверное, осталась пицца с обеда, — равнодушно бросил он и снова поднял газету, явно давая понять, что разговор окончен. – Разогрей в микроволновке, если хочешь. Майк почувствовал лёгкое разочарование. Он не ожидал бурной заботы, но и такое полное безразличие тоже казалось странным, разве отцы могут быть такими?Однако цель была достигнута — он получил информацию о еде. Кивнув в пустоту, он направился на кухню, в очередной раз отмечая про себя, насколько странными и нелогичными были эти люди. Майк подошёл к столу, где лежала картонная коробка с остатками пиццы. Он с любопытством приоткрыл крышку. Внутри лежали три остывших, слегка заветренных куска. Сыр затвердел, а начинка выглядела не так аппетитно, как в рекламе, которую он видел днём.Он аккуратно, почти с опаской, взял первый кусок. Тонкое тесто прогнулось у него в руках. Положив его на тарелку, он проделал то же самое с остальными двумя. Затем его взгляд упал на странную коробку с прозрачной дверцей, стоявшую на столешнице. «Микроволновка», — вспомнил он. Он открыл дверцу, поставил внутрь тарелку и закрыл её. Перед ним была панель с кнопками и циферблатом. Майк пожал плечами и начал хаотично нажимать на всё подряд. Одна из кнопок издала щелчок, и внутри аппарата что-то щёлкнуло и загудело. Он с интересом наблюдал, как тарелка начала медленно вращаться.Но через несколько секунд гуждение сменилось тревожным гудением. Из-под тарелки вырвалась первая синяя искра. Пахнуло гарью. Потом — вторая. Сыр на пицце начал не просто плавиться, а чернеть и пузыриться, издавая шипящий звук. Из микроволновки повалил едкий дым. – Бац!! — раздался оглушительный хлопок, и внутри что-то ослепительно сверкнуло. Майк отпрыгнул от устройства, широко раскрыв глаза. Запах гари заполнил кухню. Он понимал лишь одно: его попытка разогреть еду явно пошла не по плану.Из гостиной на кухню ворвалась женщина с испуганным и рассерженным лицом. «Мама... Карен», — мгновенно сообразил Майк. – Майки!! — закричала она, резко останавливаясь перед дымящейся микроволновкой. – Ну что ж ты, болван мой! Она одним движением дернула дверцу аппарата, и в кухню хлынула густая струя едкого дыма. Карен отшатнулась, махнув рукой перед лицом. – Ты же знаешь, что нельзя разогревать еду в тарелках с окантовкой! — продолжила она выговаривать ему, с раздражением выставляя почерневшую тарелку на стол. – Металлические полоски! Искры! Ты что, никогда не слушаешь, что тебе говорят?! Майк стоял, опустив голову, и чувствовал себя неловко. Не от крика, а от собственной оплошности. В Аду не было таких правил, не было этих хрупких человеческих устройств с их тайными запретами. Каждая мелочь здесь оказывалась минным полем.Он смог выдавить только тихое «прости», чувствуя, как горит от стыда. Карен, выбросив почерневшую тарелку, с облегчением вздохнула и неожиданно приобняла его за плечи.Майк моментально напрягся, будто его коснулись раскалённым железом. В Аду никто и никогда не прикасался к нему просто так — только толчки, пинки, удары. Это объятие было тёплым, мягким и... пугающим. Он застыл как вкопанный, не зная, как реагировать. Его тело окаменело, отчаянно пытаясь оттолкнуть эту чуждую ласку, но разум скомандовал не двигаться. – Вот, вроде не особо подгорело, — Карен отпустила его и пододвинула новую тарелку с пиццей, которую успела достать до катастрофы. – Вовремя я достала. Майк молча кивнул, всё ещё ощущая на плече призрачное тепло её рук. Оно жгло сильнее, чем любое пламя Ада. Он медленно взял кусок пиццы, стараясь не смотреть ей в глаза. Она ушла, ворча что-то про "непоседливых мальчишек", а Майк остался на кухне один. Он схватил кусок пиццы и впился в него зубами с жадностью, которой никогда раньше не знал.Она была очень вкусной. Теплое тесто, расплавленный сыр, острый томатный соус — это был взрыв неизвестных доселе ощущений. Где-то на заднем плане чувствовался легкий горьковатый привкус гари, но он только придавал еде какую-то особенную, "грешную" остроту.Он ел быстро, почти не жуя, чувствуя, как голод — настоящий, человеческий голод — заставляет его забыть обо всем на свете. В этот момент он не думал ни об ангелах, ни о Повелителе Теней, ни о своей миссии. Он был просто голодным существом, которое наконец-то получило пищу. – Вот оно как... — промелькнуло у него в голове, когда он уже доедал последний кусок. – Быть человеком — это значит постоянно хотеть есть. Быть уязвимым. И... находить в этом какое-то странное удовольствие. Он облизал пальцы, на которых остались капельки жира, и впервые за весь день почувствовал нечто, отдаленно напоминающее удовлетворение. Это было опасно. Очень опасно. Но пока что... почти приятно.