Вернутся к фанфику
Часть 3
4 октября 2025, 11:17Даже в полном хаосе может возникнуть стабильность.
Самое безопасное и стабильное место в урагане — это его середина. Если даже в подобном смертоносном явлении в самой сердцевине природой заложена стабильность, то Йост Кляйн, при всех своих трудностях, тоже мог её обрести. Что-то знакомое и постоянное, что непременно с ним повторится и он будет знать, что это такое. И Йост обрёл некую стабильность.
Стабильность его заключалась в том, что он просыпается в своей мягкой кровати, пару секунд смотрит в потолок и постепенно начинает не понимать, что происходит. На этот раз этому поспособствовало что-то холодное, что прислонилось к его колену под одеялом. Из-за этого Йост вскочил с кровати и сел в ней в одно движение, тут же ощущая головокружение от такого трюка. Придерживая одной рукой голову, он внимательно рассматривал медленно дышащий бугор под одеялом, который располагался у него в ногах. Как и в прошлый раз, картина предыдущей ночи восстанавливалась в голове цепочкой, звеньями цепляясь друг за друга.
Говоря предельно откровенно, не часто Йост просыпался в одной кровати с тем, кого не помнил. Ещё реже он просыпался в кровати с тем, кого сначала не помнил, а минутой позже говорил про него:
— А, ну да, — тихо себе под нос.
Осторожно вставая с кровати, Кляйн обошел её почти по кругу. Ещё некоторое время смотря на что-то, что дышало и было скрыто, он так же осторожно взял край одеяла, отодвигая его в сторону. Воспоминания о ночи и чёткая картина перед глазами не остановили Йоста от того, чтобы выдохнуть в удивлении. Он присел на корточки перед кроватью.
Существо, которое он решился…приютить, прямо сейчас спало на его кровати, свернувшись в маленькую точку, будто стараясь занять как можно меньше места и сохранить как можно больше тепла. Обе его руки лежали под головой, колени были подтянуты к груди. Сев поудобнее, Йост продолжал рассматривать вампира, на секунду обернувшись к окну, чтобы удостовериться, что шторы были задёрнуты. К своему стыду Кляйн понятия не имел, как работают вампиры, поэтому до выяснения более подробных инструкций он будет следовать штампам из фильмов. Штамп первый — для вампиров солнечный свет губителен и масштаб поражения может быть непредсказуемым: от быстрого и кровавого сгорания до слоя блестящего глиттера, которым несчастный вампир может покрыться за пару секунд и выраженно блестеть какое-то время.
В общем, лучше бы шторам быть задёрнутыми.
Футболка Стунтье и его собственные шорты смотрелись на существе одновременно инородно и в самый раз, учитывая ещё и то, как забавно помытые вчера седые волосы растрепались под одеялом. Нечисть, жуткое существо, что скалило свою пасть на уличных афишах, сейчас было похоже на какого-нибудь знакомого Йоста, который всю ночь провёл за написанием новой музыки, а сейчас намеревался проспать до обеда. Но, несмотря на всю “обычность” с которой вампир спал, Кляйн чувствовал себя ребёнком, которому впервые купили хомячка или рыбку в аквариуме. Он сам понятия не имел, сколько времени уже рассматривает чужое лицо, по-обычному и, ладно уж, по-милому расслабленное, но как-то прерываться Йост не собирался. Скорее всего, у ведьм и вампиров это считается таким же нарушением личных границ и банальной грубостью как и у людей, но при всём желании Йост не смог бы расслышать никаких претензий — в его кровати спал самый настоящий вампир, большее его не волновало. Спустя какое-то время, когда просто видеть стало недостаточно для того, чтобы удостовериться в реальности происходящего, Кляйн медленно протянул ладонь, чтобы убрать с чужого лба прядь волос, на что вампир нахмурился и попытался уйти от чужого прикосновения, опуская голову ниже, прячась от раздражителя. Раздражитель же так и завис с поднятой рукой, задержав дыхание и смотря во все глаза на вампира, волосы у которого, как оказалось, на ощупь были мягкие и пушистые и который вновь погрузился в глубокий сон.
Напрягшись мгновение назад, Йост наконец-то выдохнул, решая закончить сеанс созерцания, вновь накрывая существо одеялом. Подумав, Йост подложил ему подушку. А потом вспомнил про ещё один вампирский штамп, про который совсем забыл.
Вампиры спят весь день.
Йост не знал, относится ли этот вампир к своим собратьям-совам и спит ли он сейчас, потому что так положено самой природой или потому что провести две ночи в холодном сарае в луже своей крови было весьма утомительным занятием, после которого требовался отдых. Кляйн закусил щёку и поправил одеяло, после чего направился в ванную.
Так странно выполнять ежедневную рутину в виде умывания и чистки зубов, зная о том, кто лежит в комнате через пару стен отсюда. Йост не мог перестать об этом думать до такой степени, что ненароком подавился зубной пастой. И ведь он даже не был каким-то большим фанатом вампиров — вся эта романтизация в книгах и фильмах прошла мимо, а в Сумерках он выступал за команду Вольтури только потому, что ему тоже не нравились Эдвард и Белла.
Хотя, если подумать, Карлайл Каллен был ничего.
Протерев зеркало краем полотенца от брызг пасты, Йост вгляделся в отражение, смотря на что-то позади себя. Затем он резко обернулся.
— Вот же идиот, — раздражённо выдохнул он, снимая с полотенцесушителя чужую порванную рубашку, на которой всё ещё виднелись края кровавых разводов и чужую пару штанов.
Как легко и просто его отлаженный как часы план мог пойти по пизде из-за собственной невнимательности.
Вернувшись в комнату, Йост тихо прошел к шкафу, пряча чужой комплект одежды на верхней полке, между полотенцами. Оставалось только радоваться тому, что он успел устранить проблему до возвращения Стунта. Хотя, если предположить, в каком состоянии Стунтье может вернуться домой, то брали справедливые сомнения по поводу того, сможет ли он заметить хоть что-то. Йост усмехнулся этой мысли, тихонько прикрывая дверцы шкафа, снова смотря на одеяло, под которым всё ещё дремал вампир.
Ночка вчера была весёлой у всех.
Из сарая с новоприобретенной ношей Йост возвращался ещё более окольными путями, чем шёл до него. Сама ноша не жаловалась, только залезть в рюкзак поначалу отказывалась, всё смотря в сторону леса и на Йоста, который уже держал транспорт с лямками на готове.
— Мне правда можно…? — вампир не договорил, но пальцем показал на раскрытый рюкзак.
— Быстрее, пока я не передумал.
Йост успел только моргнуть, и перед его глазами уже махнул белый хвост, обладатель которого уже обосновывался внутри рюкзака.
Всю длинную дорогу пассажир на его спине вёл себя тихо, Кляйн даже подумал, что кот умудрился уснуть, пока они не дошли до дома. Решив зайти со двора на кухню, перед этим обойдя дом и убедившись, что свет в их окнах не горит, Йост уже вставил ключ в дверь, когда в его рюкзаке начались тревожные движения и попытки вырваться на волю. Рюкзак ещё сильнее заходил ходуном и Йост поспешил снять его побыстрее, приговаривая:
— Ладно, ладно, ладно! Угомонись!
Кот выскочил через дырку в молнии, которую успел проделать лапами и мордой. Он с опаской переводил взгляд с двери на Кляйна, будто пытаясь что-то сказать. И вампиру было понятно, что перевоплощаться в истинную форму сейчас небезопасно, поэтому Йосту пришлось играть в угадайку, пока он не понял.
Вампирские штампы.
Он не может войти, пока его не пригласят.
Йост устало прикрыл глаза и вздохнул.
На самом деле, по его мнению, которое в последнее время не учитывается, приглашение на поездку в рюкзаке вполне может сойти за приглашение в дом, но, кажется, вампирская логика работала по-другому и совершенно не хотела работать с Кляйном.
Кот всё ещё смотрел на Йоста, прижавшись к подстриженной траве.
Глядя на кота в ответ, Йост повернул ключ в замке, дёргая за ручку и открывая дверь на кухню.
— Прошу, — для пущей убедительности Йост даже вежливо и пригласительно поднял руку.
Кот с опаской принял предложение, подходя ко входу, замирая. Что-то вновь ему не понравилось и он отошёл назад. А затем подошёл, приподнимая переднюю лапу. Устав стоять на месте, кот сел, оборачивая хвост вокруг себя.
Вампир. Но так же и кот.
Йост выбил ебаное бинго.
Постояв и подумав вместе с котом, Йост закинул рюкзак на спину.
— Я очень сильно извиняюсь, — предупредил Кляйн и решительно шагнул к коту. — Но у нас нет времени на твои кошачьи приколы.
Обхватив кота под испачканное уже в высохшей крови брюхо, Йост воровато огляделся вокруг, надеясь, что у них не было лишних свидетелей. Когда взгляд его упал на козырёк крыши над дверью, Йост дёрнулся вместе с котом, спокойно повисшем в его руке. Оттуда на них смотрел ворон, подозрительно похожий на того, что обругал их в сарае. Не выражая никакой заинтересованности, кот дёрнул ухом, так же смотря на ворона.
Перехватив незаинтересованного кота удобнее, Йост шикнул:
— Он вообще-то ещё живой, лети отсюда, — уже раздражённо сказал Кляйн, не давая птице ответить и шагая на кухню, закрывая за собой дверь.
В доме, как он и предполагал, было тихо, темно и пусто. Порадовавшись, что Стунтье ещё не возвратился с празднества, Йост решил не терять ни секунды и, не включая свет, в темноте пробежал через кухню и гостиную прямо к лестнице, перепрыгивая через ступеньку, на ходу поправляя рюкзак, скатившийся на одну руку и кота в другой, мявкнувшего на двух ступеньках — на первой и последней.
Его комната ощутилась островком безопасности, на котором ни его гостя, ни его самого никто не тронет. Поставив кота на пол и скинув рюкзак у порога, Йост на всякий случай повернул замок и только тогда облегчённо выдохнул,включая приглушённый свет на люстре. Выключатель на стене сработал не только на люстру, потому что стоило Йосту повернуться, как он уже мог наблюдать вампира в своем полном человеческом виде, который медленно ходил по комнате и пытался рассмотреть сразу всё, не переставая вертеться и не зная, к какой первой вещи потянуться, чтобы изучить её получше. Первой такой вещью оказалось окно, которому вампир тут же припал, лбом почти прислонившись к стеклу. Йост сразу же дёрнулся к нему, не успевая перевести дух и размахивая руками.
— Нет, нет! — несдержанно крикнул он, экстренно пытаясь разобраться, как работают жалюзи, которые он здесь ещё ни разу не опускал, ограничиваясь шторами.
Для надёжности их он тоже задернул.
Чужие глаза, которые выглядели ещё страннее в комнатном электрическом свете, посмотрели на него с испугом. Вампир отошёл от окна, всё ещё смотря на Йоста как-то виновато, а затем упёр взгляд в пол.
— Извини, — сказал он, тихо и почти неразборчиво.
Йоста настигло мерзкое чувство, будто он случайно пнул котёнка.
— Нет, ничего страшного, — поправив очки в нервном жесте, Йост продолжил, стараясь звучать как можно более дружелюбно. — Но будет лучше, если никто случайно не узнает, что у нас прибавилось жильцов.
Улыбка, призванная разбавить атмосферу, не произвела должного впечатления — существо так и стояло, будто стараясь не смотреть на Йоста. Однако же, почти сразу Кляйн заметил, как вниманием вампира завладело что-то новое. Проследив за его взглядом, Йост понял, что гость изучающе рассматривает его плеер и наушники, которые он оставил с утра на тумбочке. Не думая, чем уже пожившая техника так привлекла вампира, Йост с готовностью взял музыкальный набор и протянул его существу, которое в свою очередь прижало руки к груди.
— Бери, могу даже включить его, — предложил Йост, зажимая боковую кнопку.
Если у Йоста будет немного времени для того, чтобы понять, что ему делать прямо сейчас и вампир всё это время будет занят каким-нибудь безобидным для себя самого делом — Йост будет невероятно рад. К его облегчению вампир осторожно потянулся за загоревшимся светом на тусклом экране плеера и уже сел на коврик, облокачиваясь на кровать, с опаской нажимая на другие кнопочки, внимательно наблюдая за тем, как меняются обложки песен. Йост присел рядом и хотел быстро объяснить, как работает плеер, но застопорился, рассматривая сосредоточенное лицо вампира, на котором так и застыло удивление. Йост откашлялся, предусмотрительно не забирая вещь из чужих рук, а указывая пальцем:
— Вот это вставляешь в уши, — указал он на оба наушника, а потом перешёл к самому плееру, показывая на кнопки посередине. — А здесь выбираешь, что хочешь послушать.
— Эти фотографии и рисунки со звуком? — всё ещё пребывая в шоке уточнил вампир, уже без опаски смотря на Йоста.
— Добро пожаловать, — немного забывшись в своем внезапном умилении, Йост хлопнул вампира по плечу, но тот вновь с головой ушел в изучение технологий десятых годов двадцать первого века.
Выпрямившись и со своей высоты оглядев существо, которое всё было в крови и пыли, Кляйн понял, что на плеере чужое знакомство с новым миром не ограничится. Но прежде, чем представить вампира множеству пахучих баночек и флаконов, что стояли в ванной, вампира стоило переодеть во что-то более чистое. И пока Йост в подступающей панике рылся в маленькой куче своих вещей, которую он таки выложил из рюкзака, только чтобы переложить её на подушку, вампир уже вставил один наушник в ухо. Оглядываясь на него и мысленно примеряя все свои лонгсливы со штанами, которые на существе рисковали подмести всю грязь в окрестности, Йост мог заметить, как вампир с каждым нажатием кнопки удивлённо выдыхает и дёргает плечами, реагируя на звуки.
Как хорошо, что в этом плеере нет его песен.
Почти отчаявшись, Йост вспомнил об одежде всё ещё висевшей во дворе. Самому себе щёлкнув пальцами, он вновь присел возле вампира, привлекая его внимание.
— Я вернусь через минуту, — Йост почти грозно указал на существо пальцем. — Не ходи никуда.
Вампир только молча кивнул, вновь целиком и полностью устремляясь в маленький экран.
Как бегун и ниндзя в одном флаконе, Йост быстро преодолел расстояние между своей комнатой и задним двором. Быстро пощелкав прищепками, он мастерски закинул свою одежду и футболку Стунтье себе на плечо, вновь вбегая на кухню, про себя думая о том, что теперь он ещё больше понимает родителей, которые используют планшет с мультиками как отвлекающий манёвр.
Интересно, какие бы мультфильмы понравились вампиру?
Все части Монстров на каникулах?
Йост вновь запер за собой дверь, выдохшийсь после марафона с препятствиями. Его плеер всё ещё старательно изучался, а комната была цела, что не могло не радовать.
— Так, — сложив одежду на кровати рядом с вампиром, Йост начал давать новые указания. — Сейчас нам нужно тебя отмыть. Точнее, тебе нужно, — Йост посмотрел вниз, на непонимающее лицо и махнул рукой. — Ты понял.
Смотря себе за плечо, существо сразу потеряло интерес к плееру, вытаскивая наушник и перекладывая всё из рук на пол, вполоборота рассматривая обновки и осторожно беря в руки футболку с выцветшим принтом, которая принадлежала Стунтье и была вампиру на пару размеров больше.
— Э-э-э, — Йост очень надеялся, что этот звук заставит существо одуматься и сделать выбор в пользу рубашки, как и изначально планировал Кляйн.
Но вампир уже вовсю рассматривал новый предмет гардероба, вытянув его в руках.
— Я хотел отдать рубашку, — попытался возразить Йост, уже заранее как-то беспомощно.
Услышав это, существо оглянулось на белую рубашку, которая, кажется, для него не представляла абсолютно никакого интереса. Посмотрев на Йоста, вампир без лишних слов прижал чужую футболку к своей груди, чуть отворачивая корпус, говоря этим, что у футболки теперь новый хозяин. Йост потёр лоб. Теперь нужно было убедить Стунтье, что его одежду унесли лесные вороны.
— Хорошо, как скажешь, — сдался Йост, перехватывая собственные джинсовые шорты до колена.
Как хорошо, что он не взял с собой юбку. Предпочтения в вампирской моде были для Кляйна загадкой, но угроза никогда не нулевая.
Спохватившись, Йост суетливо двинулся к двери, жестом зовя за собой существо.
— Пойдем, провожу тебя в ванную.
Без лишних слов вампир встал и пошел за ним, прижимаясь ближе к кровати, когда мимо него вновь пронесся Йост, забывший взять новое полотенце на полке в шкафу. Оглядев комнату на всякий случай ещё раз и убедившись, что на этот раз всё идёт по плану, Йост открыл дверь, не включая свет и двигаясь к ванной на ощупь.
Пропуская вампира, так и идущего с чужой футболкой, в новую комнату, Йост щёлкнул выключателем и закрыл дверь. Не давая чужому любопытству вновь за что-то зацепиться и пуститься в изучение, Йост тут же огласил:
— Твою одежду придется выкинуть.
Выражение лица вампира в один момент стало похоже на то самое, с которым он прижимался к стене сарая, пытаясь отгородиться от Йоста. Он отступил на шаг, случайно наступая своим лёгким ботинком на мягкий коврик у раковины, тут же оступаясь и смотря себе под ноги.
Точно. Тапочки. А коврик в стирку.
— Почему? — Вампир посмотрел на Йоста так, будто Йост отбирал у него единственную дорогую вещь, которая была у вампира за всю его долгую жизнь.
Но именно здесь Йост решил не сдаваться и даже добавил голосу строгости.
— Она дырявая и вся в крови, — сказал очевиднейшую вещь Йост, думая, что это как-то убедит вампира.
Но вампир только отложил чужую футболку на раковину, рассматривая свою одежду и пальцами прослеживая место, где ткань разошлась под колом. Даже отсюда Йост видел, что края дыры были вдавлены во внутрь и всего час назад полностью обрамляли собой рану. Кляйн поморщился.
— Я могу её зашить!
Радостный голос существа не фоне не самых приятных мыслей прозвучал до жуткого неправильно. Йост вздёрнул бровь и открыл рот, наблюдая за вампиром, который с надеждой ждал его ответа.
— Ты шить умеешь?
В ответ вампир только несколько раз кивнул, видимо чувствуя, как его идея продавливается. Именно на этот моменте Йосту потребовался молчаливый перерыв. Он выдохнул и сложил руки на поясе, смотря на себя в зеркало и качая головой, ведя с собой же немой диалог о том, в какую странную сторону свернула его жизнь за считанные дни. К его уставшему лицу в отражении прибавилось ещё одно — любопытное и подходящее ближе к зеркалу маленькими шажками. Поначалу Йост не обратил на новый процесс изучения никакого внимания. Затем, по мере доходящих до него мыслей, Йост нахмурился, смотря то на вампира, который уже опёрся о раковину, то на его отражение.
Система вампирских штампов дала сбой.
— Какого хрена ты отражаешься? — с почти что претензией спросил Йост.
Существо, до этого занятое рассматриванием своего лица, резко отошло от зеркала, по видимому усиленно думая над тем, что оно сделало не так. Кажется, Йосту следовало научиться наконец-то контролировать собственный голос.
— Прости, всё в порядке! — снова резче нужного сказал Йост. В его планах не было доводить вампира до нервного тика, но он уверенно шёл к этой цели.
Чертыхнувшись, он положил свои шорты с полотенцем на футболку, сразу поднимая коврик с пола и закидывая его в стиральную машину под раковиной.
— Так и быть, попробуем привести в порядок твой костюм, — Йост чувствовал, с каким трудом вертятся шестерёнки в его голове, когда он смотрит на все эти кнопки с подписанными цифрами на приборной панели машинки.
Всё было на английском, но задачу это облегчало несильно. Что следует нажать, чтобы один коврик с лёгким пятном от обуви и окровавленная насквозь рубашка со штанами, которые старше него самого вдвое, могли нормально отстираться? Его телефон интернета не предусматривал, а инструкции он нигде не видел. Но тут Йоста посетила очередная мысль. Его умнейшая хозяйка дома могла помочь, тем более, судя по шуму, который он слышал с улицы, расходится по домам никто не собирался, значит его новая подруга ещё не спит. Заодно нужно выяснить, как там Стунтье и помнит ли он вообще о том, что у него все ещё есть дом.
Очнувшись от мыслей, Йост посмотрел на вампира, который тоже смотрел на него и судя по всему, делал он это всё то время, которое Йост гипнотизировал кнопки.
— Я всё придумал, — не скрывая гордости за себя сказал Кляйн. — Теперь раздевайся.
И до того, как Йост понял, что сказал, вампир, застыв на секунду, начал расстёгивать рубашку, ничего не говоря. Кляйн же поспешил подняться и подошёл к ванной, отодвигая шторку.
— Вещи закинь в коробку с дверью, на которую я смотрел всё это время, — не поворачивая скомандовал он, перебирая бутылочки и ища среди них гель и шампунь.
Все остальные многочисленные причуды в виде скрабов и бальзамов, свойства которых Йост был не в силах объяснить даже себе, не то что существу из леса, он отправил на многоярусную полочку, стоящую рядом. Тут же он сделал себе пометку расставить всё по местам. Всё в этой ванной должно выглядеть так, будто в ней никогда не мылся найденный в сарае и сбежавший из своего мира вампир, и Йост об этом позаботится.
— Смотри, — Йост приготовился объяснять принцип работы крана и душа, поэтому повернулся к вампиру и тут же отвернулся назад, прикрываясь рукой. — Нет, не смотри! — чуть не взвигнул он, без собственного желания убедившись в том, что вампир уже полностью разделся.
Ладно, возможно нагота в другом мире не самая большая проблема общества. В другой ситуации Йост бы поддержал всех этих потусторонних ребят.
— Ты же сам сказал…— попытался оправдаться вампир, всё ещё не чувствуя никакого стеснения.
Йост на это справедливое замечание замычал, чувствуя стеснение за двоих.
Боже, если ты есть, дай ему сил. И чуть больше мозгов с последовательным мышлением.
— Смотри, — повторил он, выравнив голос и всё ещё прикрываясь от вампира. Абсолютно голого вампира, который, как ему и сказали, внимательно смотрел. — Горячая вода и холодная, — он по очереди повернул два крана и спустил лейку с подставки, повернув вентиль посередине. — Душ, — продекламировал он. — Вот это для головы, — он показал на шампунь, а потом на гель, судя по картинке, с запахом лавандовых лугов. — А это для всего остального.
Йост отошёл от ванной, освобождая существу путь.
— Наслаждайся, — пожелал он, отворачивая и вытаскивая телефон из кармана, оба своих глаза направив в чёрно-белый экранчик с контактами, ища номер Элизабеты.
Позади послышался звук неловкого открывания воды. Хорошо.
Была какая-то пытка в том, что Йосту несколько раз нужно было нажать на одну и ту же кнопку, чтобы выбрать нужную букву, но он с этим справился, умудрившись запихнуть в лимит символов пожелание доброго вечера, вопрос о Стунтье и стиральной машине, а так же глупый смайлик.
— А, точно, — напомнил себе Йост, снова нажимая на кнопки.
“ А ещё мне нужны нитки с иголкой 0.0 ”
Отправив послание, Йост развернулся назад и сделал то, что в последнее время делал очень часто: тяжко вздохнул. Усиленно рассматривая плитку на стенах, Йост подошёл к ванной, из которой уже во всю звучал шум воды и шёл пар, и дёрнул шторку, полностью закрывая вампира от внешнего мира и своих глаз. Глаза же, по идее занятые рассматриванием белой плитки, вопреки воли их хозяина всё равно успели увидеть…всё, что видеть не нужно. В том числе Йост снова заметил длинную цепочку с каким-то круглым медальоном, водой прибитую к…Кляйн повертел головой и присел на крышку унитаза, держа в руках телефон. Оставлять существо один на один с ванной Йост точно не собирался, поэтому ему оставалось только ждать. Ждать весьма неловко, под шум воды и редкие удивлённые звуки из-за шторки. Кляйн подозревал, что он так закошмарил вампира, что тот его больше ни о чем не спросит, поэтому Йост надеялся, что тот все таки не проиграет в своей одиночной битве с сантехникой и шампунем.
Телефон издал сигнал и Йост поспешил открыть сообщение. Краткая инструкция по эксплуатации машинки, которую Элизабета расписала без лишних вопросов и информация о том, что Стунтье в полном порядке, наслаждается жизнью с разряженным телефоном и остаётся у них на ночь по понятным причинам вселили в Кляйна небывалое облегчение. Всё складывалось как нельзя лучше. Вторым сообщением Йост получил подробный маршрут до нитки с иголкой и пожеланием спокойной ночи. Будь у него лишняя энергия на раздумья, в нём тут же возникла бы подозрительность, но Йост только пожелал хорошего вечера в ответ, выставляя на машинке нужный режим, с опозданием надеясь, что чужая одежда не превратится в груду тряпок.
Подумав и приняв тот факт, что возвращения Стунтье теперь опасаться не стоит, а вампир, судя по тишине, спокойно справлялся со всеми процедурами в одиночку, Йост решил, что его пятиминутное отсутствие ничем плохим не обернётся, а за это время он найдет набор юной швеи для существа, который так не хотел расставаться со своей столетней рубашкой. И заодно спрячет его обувь под кровать.
Йост подошёл чуть ближе к ванной, чтобы его голос было лучше слышно сквозь воду. В нос тут же ударил концентрированный, химический запах лаванды.
— Я отойду ненадолго, — зачем-то кашлянув, оповестил он. — Никуда не… — Йост подумал ещё раз. — Неважно.
Из-за шторки послышался тихий голос, но Йост не расслышал, что именно он сказал. А ещё он не хотел переспрашивать. Решив, что если вампир снова не рычит и не кричит от боли означает, что всё хорошо, Йост вышел из ванной, направившись прямиком к шкафу у лестницы на первом этаже. Щёлкнув выключателем, он открыл нужную дверку и нашёл нужную полку — всё чётко по инструкции Элизабеты.
Перед глазами лежала сине-белая круглая жестяная коробка. Йост достал её на свет, смотря на аппетитные рисунки печенья, облитого шоколадом. Поддев крышку ногтями, он увидел, что вместо угощения по маленьким отсекам разложены нитки, иголки и пуговицы.
В эту секунду Йост понял, почему даже у детей в округе такие строгие, понявшие и принявшие всю тяжесть жизни лица.
Быстро занеся коробку с нитками в комнату и задвинув её под кровать, рядом с чужой обувью, Йост вернулся в ванную, очень сильно надеясь, что ничего нового и ужасающего он не обнаружит. И в этот раз надежды Кляйна были оправданы. Машинка спокойно делала свое дело, гудя под раковиной, а из-за шторки слышался плеск. Кажется, вампир понял, что если заткнуть ванну пробкой на цепи, воды станет больше и идея эта ему понравилась. Какой сообразительный.
Йост вернулся на своё место — на крышку унитаза и позволил себе немного передохнуть от беготни по дому. Перепроверив в собственной голове все свои действия, проверяя, не забыл ли он чего, Йост выдохнул и почесал затылок. Над тем, что будет завтра и последующие дни он точно не думал, и пока что сильно думать не хотел. Ровно как и над своим порывом, с которым он пригласил вампира сначала в свой рюкзак, а потом в свой дом. Йост посмотрел на задёрнутую шторку. На ней даже не было какого-нибудь глупого рисунка в виде дельфинов или ракушек — обычная белая шторка. Обезличенная, как и всё в этом доме. Кроме них со Стунтом. У Стунта личность была хорошая, добрая и придурковатая, а у Кляйна такая, что что от неё же страдал он сам.
А вот у безымянного вампира за обезличенной шторкой…Йост понятия не имел. Это он и вынес первым пунктом в список своих дел на завтра. Раз уж он предоставил этому существу даже не свою жилплощадь, он же имел право узнать что-то больше, чем-то, что у вампира нет имени, живёт он не в лесу и в воскресенье он уйдет восвояси? Йост тоже думал, что да, имел.
Когда машинка пропищала о том, что стирка окончена, Йост понял, что он уснул сидя, а в руке его телефон со включенной Змейкой и не побитым рекордом. Судя по времени на экране, он отключился на минут пятнадцать. Встав и потянувшись, Йост снова посмотрел на белую шторку, за которой было подозрительно тихо. Могло ли существо тоже уснуть? Чёрт, это было бы очень неловко, а неловкости Йосту и так хватило на год вперёд.
— А-а, эм, — Кляйн склонил голову вбок, пытаясь разглядеть что-то за непрозрачной тканью. — Пора выходить.
Никакого ответа. Йост сжал губы и на цыпочках подошёл ближе. Решившись, он осторожно отодвинул штору, желая заглянуть одним глазом, только чтобы убедиться, что в ванной ещё кто-то есть, но, не рассчитав силу своего удивления, он отодвинул преграду подальше, а пар хлынул ему в лицо, оседая на очках. Где-то на фоне стиральная машинка пискнула ещё раз, напоминая о себе, но Йост не обратил на неё никакого внимания.
Ванна была полна уже подтаявшей пены, и да, вампир в ней тоже был. Точнее, он в ней спал, откинув на бортик голову с потемневшими от воды волосами. Колени его возвышались над водой и были сложены на стенку ванной, а бледная кожа на медленно вздымающиеся груди покраснела. Цепочка с медальоном плавала в воде, всё ещё обвивая шею существа. На ней Йост заострил особое внимание. Была причина.
Все раны, что были на теле существа ранее исцелились, не оставив от себя даже следа. Только на шее, прямо поперёк кадыка даже в тусклом свете ванной виднелся тонкий, зарубцевавшийся шрам, который ранее был скрыт стоячим воротником рубашки и запёкшейся кровью. Йост поморщился и машинально провёл по собственному горлу, сглотнув. Ну нет, это уже точно не его рук дело. Вопросов к вампиру стало больше ровно в этот момент.
Очнувшись и проморгавшись, Йост осторожно коснулся чужого распаренного плеча, напрасно думая, что это ни к чему не приведёт и чужое плечо придется трясти. Но нет, вампир моментально открыл глаза, резко вздыхая и поднимая плеск, оглядываясь по сторонам и останавливая ошалелый взгляд на Йосте, который к этому моменту уже поднял обе ладони кверху.
— Тише, — успокоил он существо, взгляд которого приобретал узнавание. — Нам пора назад в комнату.
Вампир провёл по лицу мокрой ладонью и кивнул, вставая из ванной. Стараясь не смотреть в его сторону и чувствуя себя обманщиком, потому что до этого Йост успел рассмотреть всё, он дотянулся до полотенца на раковине и передал его в чужие руки. Тут же он занялся делом, потянув пробку за цепочку и почти вскрикнул, когда его рука коснулась воды.
— Кипяток! Ты свариться хотел? — в шоке спросил он, спуская воду.
— Мне было холодно, — тихо пробурчал вампир со стороны.
Йост покачал головой, отодвигая шторку до конца и начиная расставлять все бутылочки по своим местам, вспоминая, как ещё в сарае существо дрожало, обхватив себя руками. При этом ночи холодными не были, лишь чуть свежее, чем дни. Йост задумчиво хмыкнул своим мыслям, заканчивая расстановку и поворачиваясь к машинке, которая уже просто мигала своим экранчиком, потеряв надежду на всякое внимание. Вещи с раковины он так же не глядя передал куда-то за плечо, дождавшись, когда их заберут.
Разгрузив машинку, Йост искренне хотел знать только одно: где нечисть закупает одежду. Мало того, что столетние нитки не разошлись, так ещё и темного цвета штаны не покрасили ничего, что стиралось вместе с ними. Такая бытовая деталь приятно удивила Кляйна, который уже развешивал чужую одежду на полотенцесушителе, за пеленой усталости и размышлений не видя в этом никакой проблемы.
— Ну что, как тебе новый наряд? — Йост развернулся к вампиру, поправляя коврик на своем плече.
Вытянув на себе футболку, существо молча разглядывало рисунки вперемешку с какими-то глупыми подписями на голландском. Йост моргнул. Футболка и правда была больше нужного, а ноги у вампира были худые и для нечисти весьма красивые. Йост провел рукой по лицу, задирая очки. Ему просто нужно было поспать.
С волос вампира всё ещё капала вода, но это его не беспокоило. Полотенце осталось лежать на раковине. Очередной безрассудный порыв подхватил Йоста и он подошёл ближе, чтобы забрать полотенце и самолично обтереть чужую и, судя по всему, не особо умную голову. Вампир отвлёкся от рассматривания футболки и даже успел кинуть удивленный взгляд, прежде чем его накрыло полотенце.
— Волосы вытирать надо — простудишься, — наказал ему Йост, в последний раз пройдясь полотенцем по голове и возвращаясь к сушителю, чтобы повесить полотенце к одежде.
Возможно, он всеми силами старался не думать, что это только что было.
— Простудишься? — донеслось из-за спины.
Йост вздохнул и молча оглядел ванную. Всё было в полном порядке и ничто не намекало на то, что здесь только что вытирались мокрые волосы вампиру, который сейчас вопросительно пялился на Йоста. Конечно, всё было так только потому, что чужие одежда и полотенце висели за Йостом, но мозг его мудро решил, что раз проблемы не видно, значит её нет.
— Пойдем в комнату, — устало сказал он, открывая дверь наружу, тут же чувствуя, как в коридоре по сравнению с ванной было свежо и прохладно.
Запустив вампира назад, Йост зашёл за ним и увидел своё отражение в маленьком зеркале в углу. Секунда осознания была очень громкий в его голове. Он успел протянуть руку и ухватиться за плечо вампира, потянув его назад. Людей в зеркале не прибавилось, а вампир вопросительно смотрел на Йоста, не понимая, что его смущает. Смущало Йоста очень многое, но на этот раз он решил не спрашивать ни о чём, просто делая себе очередную пометку и отпуская существо так же молча, как потянул к себе. Существо тоже решило не задаваться вопросами, просто заново идя туда, куда шло до этого. Только сейчас в зеркале Йост увидел ещё и коврик, который до сих пор болтался у него на плече. Цокнув, он заметил раскрытый рюкзак, из бокового кармана для бутылки которого виднелась пачка сигарет. Предвкушающе хмыкнув, он нагнулся и достал её, отпихнув рюкзак ногой в угол комнаты. Вампир уже успел устало прошествовать на свое место на коврике, откинув голову на кровать.
Йост мог понять его в полной мере.
— Я отойду ещё раз, — сказал он, уже перехватывая сигарету в зубы. — Никуда не ходи, — сказал он уже за порогом.
Возможно, в Йосте говорила собственная сонливость, притупляющая рациональность, но он думал только о том, как выкурит заслуженную за все старания порцию никотина. А ещё о том, что вампир сам устал настолько, что не станет сбегать или привлекать к себе лишнее внимание.
Во дворе Йост уже закрепил коврик на оставшиеся прищепки и с характерным кряхтением присел на скамейку, слушая эхо музыки и чужих голосов, долетающие с площади. Сделав длинную затяжку, Йост стряхнул пепел, думая о том, что его ночь всё равно прошла веселее, чем у всех, кто сейчас был на празднике. Интересно, что сейчас делает Стунтье? Кляйн не удивится, если тот уже пьяный прыгает через костёр. Была ли здесь вообще традиция с костром? Йост слышал об этом от кого-то. Должно быть, это было весело. И зная Стунта, даже если костра нет — он бы всё равно его нашёл. И перепрыгнул. На этой мысли сигарета полетела в банку, а Йост вернулся в дом. По-хорошему ему тоже нужен был душ и, посчитав, что пяти минут ему хватит, он снова направился в ванную, скидывая одежду прямо на пол, а очки откинув на одежду. Кажется, ему хватило даже четырёх минут.
В комнате было тихо. Зловеще тихо. Не найдя седой макушки, Кляйн успел запаниковать и быстро прошел на середину комнаты, боком стукнувшись об угол кровати, но всё оказалось намного проще, чем он думал. Пропажа лежала у книжной полки, перевоплотившись в кота, свернувшись калачиком и спрятав нос в хвосте. Белая шёрстка так же очистилась от грязи и вновь стала белой и пушистой. Кот дёрнул ухом, а Йост облегчённо выдохнул, возвращаясь, чтобы выключить свет, а затем рухнул на кровать. Сил на какие-либо раздумья перед сном не было, поэтому Йост пару секунд посмотрел в потолок и забрался под одеяло, уже приготовившись закрыть глаза, но тут он снова посмотрел на кота на полу.
Что-то в этом было неправильно. Даже с учётом того, что сам вампир выбрал себе форму и место для сна. Но, в конце концов, дело Йоста только предложить. Тем более, судя по прошедшему дню, лимита для глупостей у него точно нет. Именно поэтому он минуту думал, как обратиться к коту.
— Кыс-кыс? — Йост остановился на самом странном и логичном варианте одновременно.
Не сразу, но кот навострил уши и поднял голову. Даже сквозь темноту Кляйн видел на кошачьей морде вполне человеческое “ серьёзно ?”
“ Охренеть, я покыскыскал вампиру ” — подумал Йост.
Кэтколлинг он презирал как явление, но как к этому относится нечисть и что ещё было делать в данной ситуации Йост не знал. Поэтому он пошел дальше и похлопал рукой по кровати. Кот же, для приличия подождав пару секунд, запрыгнул на кровать, тут же забираясь под одеяло в ногах Йоста и, судя по копошению, устраиваясь там поудобнее.
— Только не обижайся, если я тебя пну, — не самая странная фраза, с которой Йост засыпал.
Для такой насыщенной на события ночи Кляйн ощущал себя подозрительно бодро. Стоя во дворе с сигаретой в зубах, он снимал высохший коврик с верёвки, слушая блеяние соседских коз и напевая под нос какую-то старую песню со своего плеера. Услышав шаги, он повернулся на шум и ухмыльнулся.
— Посмотрите на это — король вечеринок возвращается домой, — выдыхая дым и перехватывая коврик поудобнее объявил Йост.
Стунтье, план которого тихо пройти через чёрный ход только что пошел крахом, только махнул рукой, ничего не говоря и говоря обо всем предельно ясно. Даже не покурив вместе с другом, Стунтье сразу зашёл в дом, устало шаркая кроссовками по дорожке. Йост затянулся, переводя взгляд с закрывшейся двери на своё окно. Вот и подоспел новый уровень сложности в игре “не дай понять своему другу, что с вами теперь живёт вампир”. С этого момента любая ошибка будет фатальна.
Едва не пачкая только выстиранный коврик в сигаретном пепле, Йост зашёл в дом.
— А где весь сок?
Стунтье стоял у открытого холодильника, по-видимому ища что-то, что сможет заглушить в нём воспоминания о вчерашнем времяпрепровождении. Йост прошёл мимо него, не подавая никакого виду и направился к лестнице.
— Я выпил, — спокойно и уверенно сказал он уже на лестнице, оттуда же слыша обречённый стон Стунтье.
Коврик был быстро закинут на своё место, ванна ещё раз проверена быстрым взглядом, а дверь в комнату подёргана, чтобы убедится в том, что она заперта. Выдохнув и пытаясь изобразить на своём лице максимальное спокойствие, Йост спустился вниз. Стунтье сидел на диване с тарелкой какого-то салата в руках, откинув голову на спинку. Оценив весьма скорбный вид друга, Йост уселся рядом, раскачивая диван, а вместе с ним и Стунтье с его салатом.
— Как всё прошло? — даже не с улыбкой — с улыбочкой спросил Йост, ожидая легендарную историю.
Стунтье медленно повернул голову, будто прося пощады. Йост не смог удержать смех и прикрыл рот рукой, чтобы не мучать чувствительное восприятие Стунта ещё сильнее.
— Добре , — принимая более сидячее положение ответил Стунт, морщась от смеха на фоне, который стал ещё громче. — Тут так принято говорить.
— Ты уже почти свой, — заметил Йост, наблюдая, как друг с хмурым выражением лица начинает есть салат.
Стунтье забурчал, тщательно пережевывая мясо с овощами.
— Пока даже не близко. Но, — Стунтье вытер губы. — Элиза и Тея сказали, что я держался весьма неплохо.
— Весьма неплохо для них всех?
— Весьма неплохо для туриста.
Когда новая порция салата была наколота на вилку и поднесена ко рту Стунтье, а смех Йоста вновь зазвучал выше желательного уровня, сверху раздался звук, будто что-то упало. Всё тут же затихло, а для Йоста ещё и остановилось, как его сердце на пару секунд. Стунт медленно вытащил вилку изо рта, вместе с Йостом смотря на потолок. Кляйн сглотнул, его запоздалые надежды на то, что весьма заметный звук заметил только он таяли с жуткой для него скоростью.
— Это из твоей комнаты? — не прожевав до конца спросил Стунт.
Йост же только сейчас закрыл свой открытый рот, пожимая плечами смотря на лестницу. Он очень, очень надеялся, что вампир просто упал с кровати. Кляйн повернулся к Стунтье, который тоже напряжённо смотрел в том же направлении.
— Пойду проверю, — стараясь, чтобы это прозвучало настороженно, а походка его не была подозрительно быстрой Йост уже слез с дивана и поднимался по лестнице, держась за перила.
— С тобой сходить? — вдогонку спросил Стунт.
— Ешь свой салат, — ответил Йост, поднимаясь на второй этаж.
Снаружи дверь была точно такой же, какой он её и оставлял. Это уже радовало. Это уже было…плюсом. Тихо повернув замок, Йост заглянул в комнату. В ней было так же темно из-за штор и немного душно из-за закрытого окна. Вещи из рюкзака валялись или, как предпочитал говорить Йост были сложены на полу, вся мебель стояла как ей положено. На кровати никого не было.
В голове вмиг поселилась паника, мешающая выдохнуть. Йост осторожно вошёл в комнату, прикрывая за собой дверь и уже машинально поворачивая замок. Почему-то его взгляд уцепился за раскрытый рюкзак, который он лично запнул вчера к стене. Йост сузил глаза. Рядом со вкрытым рюкзаком валялся нож, который доставлял ему проблемы уже два дня подряд. Даже сейчас он блестел, будто специально акцентируя на себе внимание.
— Вот бл…— не успел договорить Кляйн, так как что-то сбило его с ног и всем весом прижало собой к кровати.
Мир перед глазами сделал сальто, а руку Йоста, которой он хотел отбиться от внезапного противника, перехватили за запястье. Злые глаза вампира, что сидел на нём верхом, изучали его лицо, а его ледяная рука сильнее сжала запястье.
— Понежнее, пожалуйста! — нашёл, что ответить Кляйн, дождавшись, когда в голове всё утряслось. На пробу он дёрнул рукой, но попытка была ожидаемо безуспешной.
— Зачем тебе нож? — прошипело существо, смотря в упор и сжимая губы. — Почему ты носишь его с собой?
Незнакомая речь преобразовалась во вполне понятные вопросы, на которые Йост, однако, не мог ответить. Он судорожно оглянулся на нож и вновь посмотрел на вампира, который ждал ответ и наклонился ещё ближе. Седые пряди его сбились и лезли в глаза, создавая ещё более дикий вид. Не было ни единой подсказки, как выбраться из данной ситуации, а быть сожранным явно разозленным существом, пока твой друг сидит внизу и в похмелье ковыряет салат, Йост явно не хотел, хоть это и было в его стиле.
В дверь постучали. Вампир вздрогнул, резко оглядываясь на звук, а Йост почувствовал, как хватка на его запястье ослабла. Посмотрев на дверь и вампира, он решил не терять возможность и резко рванул вперёд, выдергивая руку и теперь сам прижимал вампира, чей взгляд стал ещё злее, к постели, слыша на фоне голос Стунтье под скрип пружин и чужое шипение.
— Йост? Ты там как? Всё в норме?
“ Всё просто охуительно ” — подумал про себя Йост, поймав оба чужих запястья в одну ладонь и зажав чужой рот второй. От усилий с Йоста чуть не слетели очки, которые он поправил, резко дёрнув головой.
— Не смей опять меня кусать, — прошипел тихо Кляйн в чужое, быстродышащее лицо и повернулся к двери:
— Да, Стунт, всё ок! — сдув волосы с лица громко сказал Йост. — Птица в окно залетела.
Вампир продолжал смотреть на Йоста, стараясь вырваться из захвата, но опасность ситуации будто придала Йосту дополнительные силы, с которыми он сдерживал существо двумя руками.
— Птица? — удивление Стунта можно было прочувствовать через дверь.
— Ну да. Они здесь бешеные, — ответил Йост, глядя на вампира, который не сводил с него глаз.
— Э-э…ладно, — Стунтье явно хотел сказать что-то ещё, но передумал. — Я буду внизу, если что.
— Ага! — продолжая гляделки с вампиром сказал Йост, слушая, как отдаляются чужие шаги.
Вампир тоже посмотрел в сторону двери, а затем вновь на Йоста, щурясь крайне недоверчиво. Дождавшись полной тишины в коридоре и для верности выждав ещё секунд десять, Йост тихо заговорил:
— Ладно, — начал он, всё ещё крепко прижимая существо к кровати. — Надеюсь, тебе там хорошо слышно, так что слушай внимательно.
Ответом ему стало рычание. Йост прекрасно понимал, что находится на крошечном расстоянии от того, чтобы остаться без обеих рук, но страх странным образом вселял ещё больше уверенности. А главное в поведении с диким зверем — это не показывать свой страх, потому что зверь его чует и считывает за слабостью. Йост слышал об этом в каком-то выпуске Дискавери, пока сидел в больничном коридоре.
— Нет, дорогуша, я не отпущу тебя, пока ты меня не выслушаешь, — со всем спокойствием сказал Йост, чувствуя, как вампир сглотнул.
Рычание прекратилось и Кляйн счёл это за готовность к переговорам.
— Я не собираюсь убивать тебя или делать больно, — Йост оговорился и на секунду зажмурился. — Больше я не буду делать тебе больно. Уяснил?
Чужой взгляд теперь стал больше вопросительный, чем злой. Существо в немом вопросе посмотрело на нож и снова на Йоста, который вопрос понял и только вздохнул сквозь зубы.
— Я понятия не имею, что это за нож и зачем мне его всучили, но он от меня не отлипает, хочешь верь, хочешь нет.
Никакого впечатления это на вампира не произвело и Кляйн не мог его осуждать.
— Я взял его с собой на всякий случай. Он всегда со мной на всякий случай и я так же как и ты надеюсь, что однажды он где-нибудь пропадёт и не вернётся.
Глупо было бы сейчас упомянуть, что тем самым “всяким случаем” как раз и мог стать вампир, если бы что-то вышло из-под контроля Йоста в том сарае, но существо под его руками только начало успокаиваться и терять этот прогресс в угоду правды Йост точно не хотел.
На чужом лице Кляйн мог наблюдать мыслительный процесс, больше походивший на последние стадии принятия. Существо зачем-то оглядело комнату, будто бы больше не хотело смотреть на Йоста и нахмурилось, взглядом всё же указав на ладонь на своих губах. Йост намёк понял.
— Я тебя отпускаю, а ты больше не будешь пытаться меня убить, договорились? — Йоста даже хватило на улыбку, глядя на то, как все местные ругательства ощутимо мечутся в голове вампира.
Кивнув, насколько это возможно с чужой рукой, которая крепко держит твоё лицо, существо встряхнуло головой, как только освободилось и отвернулось на бок, уперев взгляд в скошенную подушку. Следом Йост отпустил чужие руки, которые так и остались лежать на груди. Нужно было и самому уже наконец-то подняться, но Йост, конечно же целиком и полностью против своей воли застыл, смотря на чужой острый профиль и приоткрытый рот, а затем опускаясь ниже, где на бледном горле виднелся шрам, который теперь был ещё заметнее. Если бы Кляйна никто не остановил, он бы провёл по нему пальцем в каком-то гипнотическом порыве, но существо повернулось к нему, настороженно ожидая, когда его отпустят. Спохватившись, Йост неловко слез с вампира, а сам вампир тут же перелез через кровать и спустился на пол, отворачиваясь от Кляйна. Возможно, Йосту нужно было извиниться за своё жуткое поведение, но не он один здесь наводил жути, поэтому теперь у них хотя бы был ровный счёт.
По возможности поправив сбившуюся под недолгой борьбой постель, Йост в тишине сложил сверху одеяло, упавшее на пол. Запястье, которое до этого сжали, пульсировало болью. Шикнув, Йост приблизил руку к глазам и увидел начинающие наливаться синяки. На самом деле, обе его ладони представляли нечто жуткое, исцарапанное и искусанное. Ладно, укус был только один, но царапины выглядели болезненно, хорошо, что похмелье Стунтье не дало ему заметить лишнего. Рассматривая собственные руки и думая, закинули ли ему в рюкзак его перчатки, Йост не заметил, как вампир уже встал со своего места и приблизился к нему, видимо отреагировав на чужой болезненный звук. Ничего не говоря и наблюдая уже больше из любопытства, Йост смотрел за тем, как вампир тихонько подошёл ещё ближе, пока не взял в свои холодные ладони обе ладони Йоста, хмуро рассматривая следы, которые сам и оставил.
— Эм, ничего страшного, — всё же прервал молчание Кляйн, но тут же испуганно расширил глаза и затих, когда увидел, как существо прокусило собственный большой палец клыком, принявшись втирать выступившую кровь в царапины и синяки, как какую-то мазь.
Смотря то на сосредоточенное лицо вампира, то на его руки, которые своими холодными пальцами будто пытались согреть, Йост в полном шоке заметил, как кожа становится чистой, а синяки сходят в одно мгновение. Укушенный палец больше не тянуло от боли, которая иногда напоминала Йосту о ране, но делала это не так настойчиво, чтобы Йост что-то предпринял.
— Охренеть, — прокомментировал Йост и хотел было поблагодарить существо, но тут заметил, как оно опустевшим взглядом смотрит на его ладони и всё ещё сжимает их.
А потом в чужом взгляде проявилась ясность и руки Йоста резко отпустили, будто ошпарившись. В том же молчании вампир вернулся на свой коврик и через кровать Йост мог заметить, как тот рассматривает собственные бледные ладони, сжимая и разжимая их.
Что ж…это можно было счесть, как извинения за лишние подозрения и доставленные неудобства? Кстати говоря о неудобствах. Стоило разобраться ещё кое с чем, пока его не хватился Стунтье.
Опустившись у рюкзака, Йост принялся рыскать по карманам в поисках платка, который шел с ножом. Найдя его и крепко замотав, Йост с явным раздражением закинул его в шкаф, всё оглядываясь на вампира. Но тот на звуки не реагировал. Нет, конечно Кляйна радовало то, что существо было таким доверчивым и спокойно сидело в одной комнате с тем, кому минутами ранее устроило засаду, потому что думало, что его хотят убить. Но это же его и пугало и в первую очередь Йосту было страшно за само существо.
Всё ещё смотря на чужую седую голову, Йост потёр палец о палец, пытаясь избавиться от ощущения холодного металла. Здесь же Йоста почти что осенило, по-другому это назвать он никак не мог.
Ошпарившись .
Руки у Йоста были тёплые, как и у многих людей.
И вампира это, кажется, сильно беспокоило.
***
За то время, что Йост со Стунтье гуляли по торговой улице, со Стунтье поздоровались раза три. Два из них даже обняли, крепко и со всем уважением, как здесь и подобает. Гуляли они минут двадцать, если от силы. Когда же Стунта позвала прямо из окна дома какая-то девушка и помахала ему рукой, Стунтье воодушивленно помахал в ответ, а затем повернулся к Йосту и сказал: — Помолчи, пожалуйста. Йост, который не говорил ничего, но ухмылялся очень красноречиво, только развёл руками. — Водить машину из нас двоих умеешь только ты и, знаешь ли, это начинает меня волновать. — Будешь продолжать в том же духе и Леуварден увидишь только во сне, пока я завожу здесь семью с двумя детьми. Йост засмеялся в голос и смех его сливался с общим гомоном и лёгкой музыкой, которая играла из маленьких кафе, что вынесли своим столики и стулья на улицу. Сама же улица оправдывала своё народное название на все сто. В отличие от центральной, по которой люди шли на площадь и которая была свободна от всего лишнего, здесь, куда ни глянь, висели вывески на кронштейнах и непонятном для Йоста языке, по центру стояли деревянные скамейки под тенями от огороженных заборчиками деревьев, а торговцы из своих палаток, похожих на скворечники, предлагали гуляющему и шумному народу свежие овощи и фрукты, вместе с напитками и выпечкой. Йост не знал, как выглядит эта улица вне праздника, но сейчас всё, что он видел, ценилось им по достоинству, как человеком, который сам любит веселье и праздничную атмосферу. Только шума и правда было многовато. Кляйн по привычке потянулся к уху, а потом вспомнил, что наушников на нём нет. Они и плеер остались в его комнате вместе с вампиром, которому также была вручена коробка с нитками и его же рубашка, чтобы он не скучал, пока Стунтье дышит свежим воздухом, а Йост минимизирует возможность случайных встреч. Перед глазами вновь возникло существо, которое очень заметно погрустнело, когда Йост сказал о том, что ему придётся посидеть в одиночестве. И пока Стунтье рассматривал новые вывески и витрины, Йост молча думал о том, какой бы восторг произвело всё это на вампира, для которого плеер и горячая вода из уже были чем-то запредельным в своей невозможности. Почему-то стало грустно. Йост никак не мог показать вампиру больше обычной человеческой жизни, не рискуя при этом собственной жизнью и тем более — жизнью самого вампира. Хотя, кто знает? Если он наденет на него очки, чтобы спрятать эти его глаза и спрячет от солнца и людских взглядов в нескольких слоях одежды, поможет ли это? Возможно. Но некоторые жители деревни производили такое впечатление, будто бы они знали жизнь Йоста наперёд и уж тем более они догадаются, кого Йост догадался вывести на прогулку. В этом всём его беспокоила ещё одна вещь. Почему Йоста вообще всё это так сильно беспокоило. — О чём задумался? — Стунтье возник перед его глазами и посреди внутреннего монолога с двумя увесистыми хот-догами в руках. Только сейчас Йост понял, что пару минут шёл один. Кляйн поправил очки и взял один хот-дог себе,пытаясь не испачкаться в соусе. — Да так, — кивая в благодарность за еду ответил он. — Весело здесь, — сказал он, продолжая оглядывать улицу и цветные ленты на столбах, морщась от солнца. То, как Стунтье посмотрел на него и как он покачал головой, перед тем как откусить кусок теста с мясом и продолжить идти вперёд, не скрылось от Йоста, но он не стал подавать виду. Как и каждый раз, когда он замечал подобное, от Стунта или других своих друзей. Никогда это не казалось ему чем-то, что он должен принять, как должное. От подобного всегда противно крутило в животе, а в голове возникали злоба и раздражение. На себя в том числе, за своё бессилие. Соус капнул на палец и Йост, полностью игнорируя салфетки в пакете, облизнул что-то похожее на кетчуп и горчицу. Он пробовал говорить об этом, Стунту, Апсону, Танту с Донни, но всё его попытки рушились о внезапные вопросительные взгляды и фразы о том, что они не понимают, о чём говорит Йост. Поэтому Йост говорить прекратил, но ощущение того, что все они находятся в цирке, а он — умирающий пудель, которого жалко усыпить, никуда не пропало. Близился тот день, когда Йост встанет на стул и громко объявит: я больше не умираю, прекратите ходить с лицами, как на похоронах, иначе я могу передумать! Всё это было ещё одной вещью, с которой Йост ничего не мог поделать, кроме как игнорировать. Чем он и планировал заняться снова, кусая хот-дог и вытирая усы рукой. Стена одного из домов стала причиной того, что Йост чуть не подавился и не исполнил свою угрозу раньше времени. Он стукнул Стунтье по плечу и быстро показал пальцем на висящие блоком плакаты. Смотря туда, куда ему указали, Стунт силился рассмотреть подпись хотя бы на одном из рисунков. — Вероника, — подсказал Йост. — Та самая. — Красивая, — подумав, сказал Стунтье, вместе с Йостом стоя посреди дороги и доедая хот-дог. — Вблизи не так сильно, — вместе со Стунтом приканчивая свой ужин признался Йост, боковым зрением чувствуя на себе вопросительный и неодобрительный взгляд. — Откуда знаешь? — Видел эти плакаты у Констракты, — будто выдавая великую тайну заговорчески ответил Йост, отнимая у Стунтье маленький пакет от хот-дога, а потом скомкал его вместе со своим и выкинул в ближайшую урну. — Когда чай к ней пить ходил. Идя дальше с руками в карманах, Йост сдвинулся в тень, оглядываясь, чтобы Стунтье проследовал за ним. Он постепенно начинал свыкаться с этой жарой, но вполне возможно, что жара сама стала менее невыносимой. В школе его дразнили альбиносом и если бы все эти идиоты и идиотки из его класса были правы, тогда бы Йосту здесь точно не поздоровилось. Но и без этой особенности организма он чувствовал, как его оголённые плечи и щёки медленно сгорают, будто вампиром здесь был он. — Кстати, я попытался узнать о ней побольше у Элизы с Теей, — начал Стунтье и голос его вновь стал тихим, как тогда, когда они купили во дворе. — О ком? Скажи погромче, — Йост усмехнулся, стараясь не выдать того, как задрожали его ладони в карманах. Чего бы там Стунтье не выяснил, ему точно не вспарывали руку и потом её не исцеляли с таким видом, будто произошло обычное событие обычного вторника. Йоста толкнули в плечо. — В общем, — проигнорировав громкое “ауч” продолжил Стунт. — Она у них что-то вроде мэрки, но в более, эм, — всю паузы Стунтье тянул протяжное “э-э”. — Фамильярном плане. Заметив нахмуренные брови Йоста, Стунтье пояснил: — Она здесь за всё отвечает, но может и чай позвать выпить, к примеру, как ты успел заметить. — В библиотеку, — зачем-то договорил Йост. Дождавшись, когда они достаточно отойдут от палатки с овощами, в которой продавец и не особо довольный клиент, судя по всему, спорили про цену, разговор без имён продолжился. — Здесь тоже интересно, — на секунду завесил интригу Стунтье. — Это не совсем библиотека. Она там живёт. В абсолютном непонимании у Йоста скривилось лицо, но Стунт только пожал плечами, заверяя друга в том, что он в своем непонимании не одинок. — Она…просто поселилась в библиотеке? Ладно, Йост в очередной раз позорно, но честно сдаётся. Чёрт с ним, с его рукой — удивить его сегодня всё таки смогли. Вдобавок ко всему Йост услышал характерный смешок со стороны Стунта. — Она перестроила свой дом под библиотеку, — поправил он. — Живёт на втором этаже, на улицу выходит редко, — предвещая все остальные вопросы, Стунтье договорил. — Это всё, что мне удалось узнать. Не сговариваясь, Йост и Стунтье сели на свободную скамейку напротив цветочной палатки и пока Стунт обмахивался кепкой, Йост продолжал хмуриться. Он мало чего знал о порядках в этих местах, Йост вообще мало чего знал о порядках, за что нередко отхватывал не самых хороших вещей. Возможно, перестроить свой дом в общественное место и продолжать в нём жить считалось чем-то обычным, но Кляйн этого понять не мог. И почему Констракта так редко покидает свою обитель? Он видел её вблизи, говорил с ней — и всё это против своей воли, но он бы точно не сказал, что она чем-то болеет или она слишком стара. Сколько вообще ей лет? Сам Йост не дал бы больше сорока, но мог ли он быть хоть в чём-то уверен? Расшитая нитками салфетка, висящая на прилавке с цветочными горшками, привлекла внимание Кляйна. Салфеток было несколько, висели они как флажки между столбов и на каждой был вышит цветок, но Йост в упор смотрел на одну единственную, которая висела с краю прилавка. На ней сиреневые и зелёные нитки образовывали круглолистый маленький цветок, а серыми нитками было вышито что-то, похожее на камни. Йост в любопытстве склонил голову и в осознание раскрыл глаза шире. Он уже видел этот цветок. На плитке на кухне и на костюме Констракты, буквально вчера днём. В каждом своём воплощении — нарисованном на кафеле и живом, иглой приколотым к белой ткани чужой одежды, цветок этот возник в памяти Йоста, как на стоп-кадрах какого-то фильма. Внезапно стало зябко. Йост мог почувствовать, как от лёгкого ветра, который должен был принести облегчение, у него тут же замёрз кончик носа. Обзор на цветочную лавку Йосту не особо вежливо закрыло два человека, ставшие прямо перед их со Стунтье скамейкой. Подняв голову, Йост увидел, что перед ними стояло двое детей, мальчик и девочка, едва ли каждому исполнилось по десять лет, оба в футболках с супергероями и клетчатых шортах. Мальчику в глаза лезли его кудри, которые он постоянно нервно зачесывал, а у девочки была косичка с бантиком на конце, которого она так же нервно касалась, смотря то на мальчика, то на пару туристов. Дети выглядели встревоженно, пересматривались друг с другом и пинались кулачками в плечи, вынуждая начать диалог. Йост поднял бровь и посмотрел на Стунтье, который тоже в непонимании рассматривал странную парочку. — Как много ты успел за эту ночь? — очень серьезно спросил Кляйн, заставляя Стунта задохнуться в возмущении. — Извините, — наконец-то подали голос дети, причем хором и смотря только на Йоста. Девочка и мальчик снова переглянулись и, наконец что-то решив, девочка продолжила говорить: — Не могли бы вы нам помочь? — сейчас Йост мог слышать её сильный акцент, звучавший очень интересно и лишающий английский язык мягкости. Ещё он мог заметить, что девочка снова смотрит только на него. Йост снова посмотрел на Стунтье, продолжающего в непонимании таращиться на детей. — Ха! И у меня тут есть друзья! — Йост даже не стал переходить на голландский ради этой шутки. Лучше пусть его посчитают странным, чем невежливым. Вновь оставив Стунта в смешанных чувствах, Йост обратился к детям: — Смотря с чем именно вам нужна помощь, ребятки. Что случилось? Девочка в приступе радостных чувств схватила мальчика за ладонь, а мальчик обернулся куда-то себе за спину и замахал рукой, будто зовя кого-то. Девочка последовала его примеру, но никаких действий это не возымело. Йост вместе со Стунтом пробовали присмотреться к месту, откуда дети зовут то, с чем наверняка и нужна была помощь, но видели только тень он палатки и пару палетов, стоящих друг на друге. Спустя ещё пару попыток девочка эмоционально топнула ногой в цветном кроссовке и громко вздохнула, отпуская брата и направляясь прямо к месту, из которого никто не приходил. Мальчик наблюдал за ней со своего места, говоря ей что-то на своем языке и весьма громко. Йост не понял, как и откуда, но из тени девочка вытянула странного человека в потёртой одежде и накинутой на согнутую то ли усталостью, то ли возрастом спину накидкой, похожей на плед. Его рыжие волосы ярко горели в свете солнца, что поразило Йоста ровно на секунду. Что-то приговаривая и держа человека за руку, девочка подвела его к скамейке. Проходящие мимо люди и продавцы из соседних лавок смотрели на всё это с интересом, но быстро его теряли, продолжая идти дальше или зазывая новых покупателей. Йост внимательно посмотрел в лицо человека. Судя по морщинам и медленным шагам он был в возрасте — не древний старик, но и кросс уже точно не пробежит. Было ещё кое-что, на что Йост старался не сильно пялиться. У рыжего человека, судя по всему, не было одного глаза. Бесполезное, плоское веко прикрывало пустую глазницу, а единственным своим глазом человек смотрел на плитку под своими стоптанными ботинками. — Итак? — после долгого молчания спросил Стунтье, смотря на странную делегацию. — Мы видели, как вы вчера ходили к Констракте, — заговорил мальчик, смотря на Йоста в упор, откуда-то доставая всю свою взрослую серьезность. Акцент в его голосе был таким же заметным, как и у девочки. Проникшись серьёзностью своего собеседника Йост кивнул, стараясь своей нервозностью не выдать реакцию на это имя. — Этого человека нужно отвести к ней, — продолжил мальчик, подбирая слова на не своем языке. — А что он сделал? — спросил Йост, сразу исключая возможность того, что к Констракте можно было пойти за чем-то, кроме наказания. Девочка, всё ещё придерживая рыжего человека под руку тут же завертела головой, от чего её светлая коса заходила ходуном. — Он потерялся! — сказала она. — Мы нашли его в углу между домами и он сказал, что не знает, как ему попасть домой. Правда же? — девочка обратилась к рыжему человеку, который только сжал губы и всем своим видом говорил, что не хочет здесь быть. Йост снова переглянулся со Стунтье, деля между собой вопросительную паузу. — Отведите его в полицию, — предложил Стунт самый логичный вариант. — У вас же есть полиция? — решил уточнить он. Нутром Йост чуял, что это вопрос с подвохом. Девочка же неуверенно затопталась на месте, а мальчик сжал в руке край свой шорт. — Есть, — кивнул мальчик, кидая взгляд на девочку. — Но… — Лучше его сейчас не трогать, — подхватила девочка. Судя по всему, на английском она говорила более бегло, чем её спутник в футболке с Халком. — Кого - его? — спросил Стунт. — Нашего…полицейского, — ответила девочка. — Мама с папой говорят, что в это время месяца он себя плохо чувствует. И пока мальчик утвердительно кивал, Стунтье продолжал хмуриться, а рыжий человек молчал, Йост во все глаза посмотрел на детей и от силы собственной догадки стукнул Стунтье по плечу. — Эй! — Вашего полицейского зовут Зоран и он выглядит как жуткий дед с усами? — быстро заговорил Йост, не заботясь о том, поймут ли его дети. Но, услышав знакомое имя, дети бодро закивали, как смешные болванчики с приборной панели машины. — Оху…— на этот раз Стунтье стукнул Йоста. То есть человек, который кинулся к ним под машину, который чуть не убил вампира, которого Йост притащил за собой, который заявился на праздник с окровавленным колом и который вручил Йосту нож, из-за которого всё шло наперекосяк и который постоянно возвращался к нему бумерангом…Человек, который по рейтингу своей зловещести в рейтинге Йоста находился на втором месте был местным шерифом? Хорошо, ладно, теперь Кляйн мог понять, почему местные больше доверяют Констракте. Она хотя бы не пытается никого убить, гоняя по всему лесу. …Наверное. Кстати, куда вообще делся этот дед? Йост помнил только то, как его уводят люди в сутанах. — Констракта всегда всем помогает, — сказал мальчик будто заученную фразу. — Так родители наши говорят. — И желает всем самого лучшего, да, да, понял, — договорил Йост, нервно сжимая колено ладонью и оглядываясь по сторонам, всё ещё переваривая информацию и одновременно вспоминая методы помощи у Констракты. Краем глаза Йост чувствовал, как Стунтье смотрел на него с подозрением, дети же своими большими глазами смотрели с каким-то непониманием. — Но почему вы сами не можете его отвести? — спросил Стунтье, будто чувствуя напряжение Йоста. Да и без него он наверняка понимал, почему лишний поход к Констракте — это вовсе не увеселительная прогулка. Оглянувшись в сторону, в которой стояла площадь, рядом с которой и была библиотека, Стунт судя по виду прикидывал примерное расстояние, — Тут же недалеко, — сказал он, оглядывая по очереди сначала рыжего человека, который так и не проронил ни слова, а потом девочку с мальчиком, которые, видимо, являлись сестрой и братом. Йост не знал, как выразить немую благодарность, но очень пытался. Стунтье, несмотря на свою внешнюю доброту и мягкость мог вовремя отказать и не заниматься тем, чем не хочет, в отличии от самого Йоста, который в худшие дни мог выглядеть так, будто держит человека в подвале, но при этом тащил в дом всех, кого ни попадя. И даже не в подвал. Под вопросительным взглядом Стунта дети вновь посмотрели друг на друга, всё хуже пряча волнение. Рыжий человек будто бы находился не здесь, все так же молча стоя на месте. Йост уже начал думать, что тот уснул. — Нам пока нельзя к Констракте, — сказал мальчик и по голосу его Йост мог понять, что он снова повторяет слова родителей. — Нам пока рано, — продолжила его сестра, будто смущаясь. Об этих словах детей было расспрашивать бесполезно, Йост почти наверняка был уверен, что услышит что-то похожее на “ Так говорят родители ”. Поэтому он только вздохнул, утирая пот с усов. Понимая и чувствуя, что от этой ситуации ему никуда не деться, Йост посмотрел на Стунтье, который ждал его ответа и только пожал плечами. Говорить нет он и правда не умел, тем более когда на тебя смотрит две пары больших детских глаз, для которой ты будто бы являешься последней надеждой. Тем более, хоть Йост и откладывал эту мысль подальше, встречи с Констрактой всё равно было не избежать. И причина этого сейчас наверняка продолжала изучать его старый плеер. В подтверждение своему решению Йост хлопнул себя по коленкам. — И как давно вы нас преследовали? — спросил он у детей, что явно повеселели, даже мальчик улыбнулся и вновь отмахнулся от собственных кудрей. — От лавки с хот-догами, — с гордостью объявила девочка, широко улыбаясь улыбкой, в которой не было одного зуба. Йост улыбнулся им в ответ, снова только молча пожимая плечами Стунту, который точно не был настроен на то, чтобы идти в гости к Констракте. Возможно, за время своего короткого отпуска Йост надеялся набрать себе побольше плюсов в карму, будто он был синим скоростным ежом, собирающим все монетки на своём пути. С опасением Йост ждал, когда дорога с монетками сменится стеной, в которую он влетит, растеряв все свои плюсы, так старательно забираемые в счёт кармы. И монетки.***
— Опять этот здесь, — самым скорбным тоном объявил Йост, подходя к библиотеке и оглядываясь на Стунтье, который под локоть медленно вёл за собой рыжего человека. По большей части дорога прошла в молчании, по меньшей с вопросами Стунта о том, во что они ввязались и зачем они это сделали. Йост решил провести ему мини-лекцию о добрых делах и о том, как они влияют на мир, а рыжий человек так и продолжал молчать. Казалось, что он пойдет в любую сторону, в которую его поведут и будет при этом молчать в тряпочку. Поэтому ни Йост, ни Стунтье не задавали ему никаких вопросов, просто надеясь на то, что они доведут его до нужного места и на этом их работа закончится. Стунтье заозирался, оглядывая библиотеку и поудобнее перехватывая руку рыжего человека. — Кто? — Опять ты здесь! — донеслось звонко со скамейки под каштаном. Йост всё ещё не был уверен, каштан ли это. Неспешно подойдя поближе к Луке, который в гордом одиночестве восседал на скамейке и оглядывал Кляйна с явным недовольством, Йост не придумал ничего лучше, чем поклониться вместо приветствия. Лука на это только фыркнул, переводя взгляд на остальных гостей. Понаблюдав за взаимодействием своего друга и странного паренька, рубашка на котором могла бы быть застёгнута на пару пуговиц больше ради приличия, Стунт неловко помахал свободной рукой. — Друзей привёл, значит, — сказал Лука, зевая и прикрывая рот рукой. Йост скривил рот, пытаясь не зевнуть после него — вот на таком уровне он не хотел иметь с Лукой ничего общего. — Мартейн, да? — указав пальцем на Стунта спросил Лука, осматривая его с ног до головы. — Э, просто Стунтье, — явно сбитый с толку ответил Стунт, выглядя явно неловко под подобным быстрым сканированием и оглядываясь на Йоста. — Первый раз? — спросил Йост на голландском, уже явно не заботясь о том, чтобы показаться невежливым. Луку же это никак не заинтересовало — вытянув вертлявую голову он смотрел за плечо Стунта, своими глазами без зрачков оглядывая рыжего человека, который теперь стоял за Стунтом и молча рассматривал длинные листья на ветках дерева. — А это кто? — кивнул на рыжего Лука, наконец вставая со скамейки и подходя ближе. Стунтье едва успел отойти в сторону, видимо тоже удивившись внезапному высокому росту нового знакомого. — Понятия не имеем, — честно ответил Йост, складывая руки на груди. — Нам сказали, что он потерялся и попросили отвести его к Констракте. Даже по спине и затылку Луки Йост мог заверить — этот мудак его не слушал, игнорируя, как какую-то летнюю муху, жужжащую у уха. Ради интереса он подошёл к парочке поближе и увидел, как Лука внимательно рассматривает лицо немого незнакомца. Будто бы увидев что-то или же вспомнив, а может и поняв, Лука схватил рыжего человека за плечи и ахнул: — Стипа! — в шоке произнёс он имя их “пропажи”. — Где ты был всё это время? Зачем сбежал? Захотелось быть как Гертруда? — пока Лука без остановки сыпал вопросами, он вертелся вокруг рыжего человека, которого зовут Стипа и вертел самого Стипу из стороны в сторону, видимо ища возможные травмы. Хотя, то с какой резвостью Лука вертел несчастного Стипу туда-сюда заставляло Йоста всерьёз испугаться того, что травмы у Стипы появятся после подобной карусели. — Больше не уходи от нас! Мы все так испугались! — продолжил свою тираду Лука, наконец-то ставя Стипу на место и смотря на Йоста и Стунтье, которые всё это время молча наблюдали за происходящим. На секунду Йост ещё мог успеть увидеть на его лице что-то помимо вселенской усталости и высокомерия — обеспокоенность. И пока Кляйн не успел поверить, что Лука может испытывать что-то доброе, как и говорила Констракта, тот снова посмотрел на них двоих так, будто они лично сожгли его дом вчера вечером. — Удивительно, — сказал Лука, встряхивая свои кудри ладонью. Пижон. — Констракта попросила эту стаю придурков найти Стипу, но вы отобрали их работу, — он хлопнул в ладоши и склонил голову вбок, ухмылялся. — Но я этому даже рад. Затем произошло то, что не ожидал никто: Лука поочерёдно пожал руку сначала всё ещё молчащему Стунтье, который выбрал просто наблюдать и не спрашивать, а потом Йосту и на лице его даже не отобразилось ни грамма отвращения. Сам он в ответ даже сжал мягкую ладонь, явно никогда не держащую ничего тяжелее какого-нибудь маленького сборника рассказов. — Какая ещё стая придурков? — решил таки спросить Йост. — Оу, ты-то их точно видел, — улыбнулся Лука, отпуская его руку. — Гуляют тут всякие под фонарями. Смешок Луки сжал виски, как кратковременный приступ мигрени. Древо связей всех со всеми в этом месте начало становиться запутаннее и пока Йост краем мысли думал, чего такого Лука не поделил с Бояном и остальными в его группе, он услышал голос Стунта: — Под фонарями? Вот блять. — А, ну да, — Йост выдохнул и сделал это со всей ненавязчивостью, поправляя очки за дужку. — Какие-то пёстрые ребята нашли меня под фонарем у площади, а потом передали людям Констракты, — спокойно сказал Кляйн, смотря прямо в недоумевающее лицо Стунта. Фактически, если исключить пару промежуточных событий, которые естественно не имели никакого веса в повествовании — всё так и было и он даже почти не врал своему другу в очередной раз. Стунтье, не особо довольный ответом, но принявший его, как правду, посмотрел на Луку, который уже усадил Стипу на скамейку. — Еще что-то? — спросил Лука, всё ещё держа Стипу за руку, и смотря на них двоих. — Нет, мы уже… — Мне надо к Констракте, — перебил Стунта Йост, пальцем показывая на библиотеку, стоящую за ними. Все рассыпавшиеся надежды на то, что они легко отделались и сейчас пойдут домой были слышнв в голосе Стунта, когда он, не возмущаясь даже, спросил одно единственное: — Что? Уже готовясь наплести очередную ложь, Йост открыл было рот, но тут заговорил Лука: — Она сейчас занята, но ты можешь подождать её внутри, — распорядился библиотечный помощник. — Только ты, — Лука посмотрел на Стунта. — Тебе не надо, — улыбнулся он самым краем губ и Йосту стало немного не по себе от того, как неотличимо Лука в одно мгновение стал похож на Констракту. Стунтье, тоже чуть приоткрывший рот от этого зрелища, неловко откашлялся, поправляя козырёк у кепки. — Не особо то и хотелось, — пробурчал он, смотря на Йоста и кивая в сторону библиотеки. — Иди уже, выясняй, что хотел. В благодарном жесте Йост сложил обе ладони вместе и потряс ими в воздухе, разворачиваясь к библиотеке. Проходя мимо клумб и подходя к тяжёлой двери, Йост думал о том, что и дня не хватит, если бы он действительно пошел выяснять всё, что хотел выяснить. Тяжёлая дверь поддалась всё с тем же трудом и хлопнула тем же оглушительным хлопком, к которому Йост был готов, но который всё равно заставил его вздрогнуть. Коридор с завешенными всякой всячиной стенами почти не изменился, только и здесь теперь рядом друг с другом висели два плаката — Вероники и вампира, внешность и воинственный настрой которого были совершенно недостоверны. Войдя в зал, Йост огляделся. А потом прислушался. Тишина давила на уши вакуумом и собственное дыхание в унисон с шагами казались оглушительно громкими. Казалось, что Кляйн здесь один и до него людей тут не было очень давно. Осторожно подойдя к столу Луки, будто он какой-то вор, Йост посмотрел на закрытую дверь кабинета. Если Констракта занята, то очевидно, что занята она в своем кабинете. Пару минут бесполезно оглядывая полки и стол, Йост всё таки решил потихоньку двинуться дальше — прямо к двери, чтобы постучаться и вежливо дать знать о своём присутствии. Вспоминая вчерашний день, Йост подумал о том, как всё таки странно всё складывается. Ещё вчера он бы всё отдал, чтобы не стоять на этом месте, а сейчас пришёл по собственной воле и без приглашения.— Это ты ко мне тянешься .
Йост сглотнул, пытаясь избавиться от внезапного воспоминания. Почти что подойдя к двери, он оглянулся на стол, заметив что-то новое на границе зрения. Увидя маленькую корзинку, Йост так и застыл с повёрнутой головой. Из корзинки выглядывали уже знакомые фиолетовые цветы, те самые, с плитки, кармана и салфеток. Когда шея уже затекла от напряжения, Йост всё же повернулся всем телом, продолжая с расстояния оглядывать круглые лепестки. Хотелось подойти и рассмотреть их поближе, но Йост будто прилип к полу, забыв про то, что ему нужно постучать в дверь. — Здравствуй, — с лёгким эхом донесся до него голос Констракты. Экстренно отмерев, Йост посмотрел сразу во все стороны и на потолок с лепниной в том числе, вертясь вокруг себя и с опозданием понимая, что голос Констракты слышался со стороны стеллажей. Подобно рыбе, которую выкинуло на сушу прибоем, Йост нервно похлопал руками-плавниками по карманам, открыв и закрыв рот. — Здравствуйте? Чуть смелее Йост сделал шаг, подойдя поближе к стеллажам и продолжая идти вдоль них, заглядывая в каждый узкий коридорчик. Констракта нашлась у четвертого стеллажа от двери, она стояла на маленькой стремянке с парой ступеней, которую обычно ставят у раковины в ванной, чтобы маленьким детям было легче чистить зубы. Несмело Йост подошёл ближе, замечая, что Констракта на стремянке была ненамного выше его самого. — Я ждала тебя сегодня пораньше, — сказала она, не отвлекаясь от рассматривания многочисленных корешков книг. Йост на это только вздёрнул брови и поправил очки. — Ну, если честно, я к вам вообще сегодня не собирался. Сверху до него донёсся смешок. Найдя нужную книгу, Констракта аккуратно достала её с полки и наконец повернулась к Йосту, смотря ему в глаза. — Конечно собирался, — сказала она, сохраняя тень улыбки на лице. Несмотря на то, что Йосту в очередной раз стало жутко, он подал ей руку, помогая спуститься. В благодарность Констракта кивнула и вышла в зал, держа в руке потертую книгу с синей обложкой. Йост же посмотрел ей вслед и, оглянувшись на верхнюю полку, тоже поспешил выйти из-за стен стеллажа, поближе к свету ламп и подальше от полок, веящих чем-то непонятным. — Я только хотел сказать, что… — Йост не договорил, сначала видя, как Констракта, будто увидя кого-то, развернулась и остановилась, а потом услыша звук шагов со стороны лестницы. Йост обернулся и улыбнулся внезапно встрече, приветственно взмахивая рукой. — Тея! — он очень надеялся, что краткая форма чужого имени теперь открыта и для него, но видя, как женщина будто растерялась при виде него, Йост испугался, что сделал что-то не так. — Привет, Йост, — всё же с улыбкой ответила она и даже потянулась, чтобы обнять. Йост только с облегчением улыбнулся, осторожно принимая объятия. Было что-то успокаивающее в том, что он не был здесь с Констрактой один на один. Хоть Тея с Элизой и были для него очередными загадками, которые вполне могли заставить почувствовать себя не в своей тарелке, Йост всё равно был очень рад, что кто-то вместе с ним разделяет всю эту подавляющую энергетику. — Как ты? Хорошо себя чувствуешь? — спросила Тея, смотря на Йоста. Йост же не знал, ответить ли ему так, будто он ни о чём не подозревает или же ответить с лёгким подколом, который даст понять, что он в курсе, что с площади его не уносили и вчерашний вечер он провёл вовсе не в кровати. Решив не рисковать с вариантами и сюжетами, по которым может пойти его история, он ответил ненавязчиво: — Да, всё отлично. Твой гранатовый сок очень помог, — всё же не удержался Йост. Тея, к её гордости, не изменилась в лице, только кивнула и посмотрела на Констракту, которая всё это время стояла молчаливой тенью. — Я могу зайти завтра. Если у вас ещё одна встреча…— предложила Тея, поглядывая на Йоста и только сейчас он мог заметить, как нервно она прячет руки за спиной, наверняка сжимая ладони в кулаки. — О, нет, если ты пришла раньше и у вас какой-то разговор, то я просто…— слишком резко для человека, который хотел изобразить расстройство, предложил Йост, уже готовясь сделать шаг в направлении к двери. — Всё в порядке, — спокойно ответила Констракта им двоим, за секунду ломая все надежды Йоста на его глупый побег. — Подожди меня наверху, я скоро вернусь, — сказала она Тее, на что та только кивнула. Йост заметил, как Тея мельком глянула на него, тут же отворачиваясь и расслабляя свои руки. Она снова пошла к лестнице, говоря на ходу: — Ещё увидимся, Йост. Голос её был всё так же спокоен, но на внутренней стороне её ладоней Йост успел разглядеть побелевшие следы от длинных ногтей. — Увидимся, — запоздало ответил он, когда Тея уже скрылась, чувствуя, как на него смотрит Констракта. Кашлянув, чтобы скрыть растерянность, Йост снова заговорил, поворачивая к женщине. — Да, я просто хотел сказать, что вчера всё прошло…успешно, — отчитался он, тут же чувствуя себя последним придурком. Но Констракта только легонько кивнула, всё ещё смотря на него и всё ещё держа книгу в руке. — Ты молодец. Похвала от Контракты звучала…странно. Неправильно. Будто бы такие люди, как она, не хвалят тебя просто так и точно не хвалят за хорошие решения. Будто бы сейчас Йоста должны были устранить, как нежелательного свидетеля чего-то сверхсекретного. Но нет, Констракта просто подошла к столу, кладя на него книгу и переводя всё внимание на корзинку, осторожно касаясь пальцами лепестков одного из цветка. — Хоть и твоё решение было очень…необычным, — сказала она, посмотрев на Йоста. — Я много необычных решений за последнее время принял, вы не могли бы уточнить? — скрываясь за нервным смешком ответил Кляйн. — Ты меня понял, — Констракта снова еле заметно улыбнулась, переводя взгляд на цветы. По длительности это напоминало вспышку грозы или пшиканье открываемой банки с газировкой, но Йост недаром носил очки и подмечал всякую чушь. Пустота в глазах Констракты мелькнула очень быстро, ровно на полсекунды пустота эта сделала её похожей на простую, уставшую от всего женщину, которой…был нужен отдых? Разговор с кем-то? Или же полная тишина? Йост не знал, да и половина секунды пролетела очень быстро. — Эм, да…— стараясь не думать о том, что только что видел, Йост вернулся к разговору. — Когда родители были живы, они покоя не знали от беспризорных кошек и собак, так что это как-то по старой памяти произошло, — постарался разрядить обстановку Йост, уже привычно чувствуя в горле ком от старых воспоминаний. Было очень ясное понимание того, что скрываться перед Констрактой бесполезно, да и в принципе бессмысленно. Когда Йост отвёл глаза и тихо шмыгнул носом, чтобы хотя бы не выдавать себя со всеми потрохами, он услышал её тихий и непривычно мягкий голос: — Я понимаю. И Йост не мог поручиться за то, что именно понимает Констракта, но и узнавать он не хотел. Желая как-то быстро отвлечься, Йост подошёл чуть ближе, кивая на корзинку. — Что это за цветы? — Рамонда, — ответила Констракта. — Теодора любезно приносит их мне. Они очень буйно растут у её с Элизабетой дома, хоть и сами по себе считаются редкими. Йост наклонился ближе к корзинке, рассматривая маленькие цветы. Стебельки их казались слишком тонкими для собственных лепестков и Йост мог представить, как беспокойно цветы колыхаются от малейшего порыва ветра. — Красивые, — сказал он задумчиво. — Особенно вблизи, — в голосе Констракты была слышна улыбка. Йост от этого ответа только тихо выдохнул. — Их ещё называют Цвет феникс за свою способность к выживанию, — добавила Констракта. — Для них достаточно каменистой почвы и капли воды. — Вот как, — оценивающе покачал головой Йост. — Впечатляюще. Уже некоторое время Йост смотрел не на свежесрезанные цветы. Точнее, он смотрел на один конкретный цветок, лежащий среди своих собратьев и сильно выделяющийся на фоне их. И здесь Йост был уверен: именно этот цветок привлек внимание Констракты, заставляя испытывать кратковременную человеческую эмоцию. Возможно, именно этого цветка она и коснулась. — Ты очень хороший человек, друг мой. Йост поднял голову от корзинки, в удивлении смотря на Констракту. С этими разговорами о цветах он совсем упустил их главную тему разговора. — Эм…спасибо? — Йост по-дурацки даже для себя самого хмыкнул, почесав затылок. На самом же деле он понимал, что есть много людей, для которых эта мысль Констракты будет абсурдной. Далеко ходить не нужно — для себя самого хорошим человеком Йост точно не был по многим причинам, по одной из них он буквально приехал сюда. Но устраивать какие-либо задушевные диалоги с этой женщиной он точно не хотел. Кто знает, сколько ещё всего ей известно и что именно она может сказать. — Но, если ты хочешь, то можешь отдать его мне. Тебе будет легче. От услышанного Йост опешил. Констракта сказала это так просто, так и стоя у стола и смотря на Йоста, будто говорила о какой-то ненужной вещи, которую можно спокойно передать из рук в руки. С одной стороны было ясно как день, что Констракта понимает и знает намного, намного больше Йоста, а значит и вампиру сможет помочь лучше него. С другой же… Йост снова быстрым взглядом посмотрел на корзинку. Если всё, что он думает верно, почему тогда вампир ни словом не обмолвился о Констракте? Почему не искал её помощи? Почему она сама, в конце концов, не пришла за ним, когда ему нужна была эта помощь? Зачем он вообще ей нужен? Йост знал, что его молчание затянулось, но Констракта с ответом не торопила. — Думаю, я справлюсь, — Йост улыбнулся и тут же стёр улыбку с лица, смотря во внимательные глаза Констракты. — Я уже наловчился прятать его в комнате, а ему…— он замолчал на секунду, невольно вспоминая, как забавно существо познавало мир в двух маленьких комнатах. Улыбка сама собой вновь возникла на лице и в ней не было ни капли неловкости или насмешки, только тепло, которое согревало самого Йоста. — ему понравился мой старый плеер, — договорил он почти шёпотом, будто эта фраза должна была объяснить Констракте что-то. — Я поняла тебя, — кивнула Констракта, не споря. — Тогда попрошу Теодору принести вам ещё гранатового сока. Йост очнулся от мыслей. Ему стало немного спокойнее от того, как легко с ним согласились. — Его снова нужно будет разбавлять с…моей кровью? — Думаю, ему вполне хватило того, что ты отдал ему вчера. До своего возвращения домой он сможет продержаться без крови, — Констракта поправила свои свободно лежащие волосы. — Сок нужен только для энергии. — Хорошо, запомнил, — Йост даже пожалел, что не взял с собой блокнот и ручку. Решившись, он захотел попытать удачу: — Вы не могли бы рассказать о нём побольше? Сам он даже не знает, есть ли у него имя, так что…я подумал, что вы могли бы… На все оправдания и просьбы Йоста Констракта только покачала головой. Йост успел подумать, что немого отказа с него достаточно, но потом она всё таки заговорила: — Его жизнь меня никак не касается. Тебе будет лучше обратиться к тем, кто его знает, — заметив в нахмуренном лице Йоста непонимание, она заверила: — Со всеми ними ты уже знаком. На всё это Йост только кивнул. Понятнее не стало, но, кажется, Констракта предложила ему самолично воссоздать всю жизнь вампира по кусочкам, перед этим ещё догадавшись, где эти кусочки могут быть запрятаны. Список возможных мест выходил незавидный. Блеск. Он как раз не знал, чем ему заняться в этом месте. — Теодора меня уже заждалась, — Констракта посмотрела в сторону лестницы и снова на Йоста. — Да и тебе наверное нужно домой, — сказав это, она придвинула к Йосту книгу, которую взяла с полки ранее и о которой он сам успел забыть. — Возьми. Я нашла её для тебя. Поняв, что он не ослышался, Йост взял в руки книгу, разглядывая обложку с детскими рисунками сначала в непонимании, а потом в шоке, когда эти рисунки начали приобретать узнавание. Затаив дыхание, он аккуратно открыл книгу под треск корешка, пролистывая страницы, что были сплошь на голландском. На сто седьмой странице нашлась сказка про Угольного человечка. Та самая, к которой Йосту внезапно захотелось вернуться. — Откуда…— Кляйн прочистил горло, чтобы его голос не был таким хриплым. — Откуда у вас эта книга? Констракта улыбнулась, беря в руки маленькую корзинку с цветами. — Это библиотека, здесь много разных книг. Йост открыл было рот, чтобы попытаться возразить, но его прервал мощный раскат грома за окном, а за ним поливший с неба и забивший в окна дождь. Чуть не выронив книгу, Йост прижал её ближе к себе, тут же вспоминая про Стунтье, который ждал его за порогом. Йост очень надеялся, что все они успели забежать под козырек над дверью, не успев промокнуть. — Не знал, что в это время у вас могут быть такие ливни, — сказал Йост, даже через занавешенные окна видя, как на улице потемнело из-за туч. — Не могут, — то ли подтвердила, то ли опровергла его слова Констракта, медленно выходя из-за стола и смотря куда-то наверх. — Это она. И она в печали. — Кто? — Вероника. Постояв ещё немного в молчании, которую нарушал только звук дождя, Констракта направилась к лестнице, стуча по паркету своими маленькими каблуками, оставляя Йоста с еще большим количеством вопрос чем с тем, с которым он пришёл. — Возвращайся. Тебя уже заждались, — сказала она вместо прощания. Йост сглотнул и обернулся к лестнице, возле которой уже никого не было. А перед глазами вновь возникла корзинка со свежей, ещё сохранившей в себе жизнь рамондой и одним единственным цветком, чей стебель иссох, а лепестки потемнели, потеряв былую нежность и цвет. Йост не знал, что случилось с этим цветком, но он точно знал, что вампиру будет лучше у него в комнате.***
Дождь продолжался весь путь от библиотеки до дома и шёл до сих пор, когда Йост и Стунтье уже сидели в гостиной перед телевизором, обсыхая и смотря какой-то сериал. Язык, на котором говорили герои местной любовной драмы не был известен никому из них, хоть Стунтье и хвастался знанием некоторых слов, но в первые минут пятнадцать они даже пытались понять все межличностные перипетии персонажей. Кажется, муж главной героини изменил ей с её же подругой. Вот мудак. Очень скоро всё происходящее на экране стало фоном. Стунтье полностью погрузился в свой телефон, а Йост в свои мысли. Одна из мыслей была такой: Стунт был настоящей капибарой. И у Йоста даже было логичное объяснение. Как только он вышел из библиотеки наружу, его встретил громкий смех Луки, который сидел на крыльце. Рядом с ним устроился Стипа, а с другой стороны стоял Стунтье, рассказывающий какую-то историю. Йост не знал что это была за история, потому что не слышал её за своим шоком. Лука же был полностью вовлечён в рассказ, шутил сам и задавал вопросы и глядя на него ни за что нельзя было поверить, каким жопозадом он был на самом деле. Или дело было в самом Йосте, потому что по его скромному мнению его окружало много жопозадов. Так и был сделан вывод, что Стунтье — капибара, которая может комфортно себя чувствовать среди крокодилов, котов, змей и хищных птиц. Если применить эту систему измерения к Йосту, то он был дворовой собакой, которая сама не знала, зачем она кусалась. Вывод был озвучен Стунтье, пока они бежали через центральную улицу под дождём, а Йост старался не намочить книгу со сказками, которую он до сих пор прижимал к себе и который уже успел удивиться Стунт, пока они ещё стояли у библиотеки, а Лука со Стипой уже ушли. В тот момент Йост вспомнил, что не сказал ни слова о найдёныше Констракте, но что-то ему подсказывало, что она была в курсе ещё до того, как он успел пересечь порог библиотеки. Книгу Йост сразу же отнёс в комнату, желая проверить, как его новый тайный постоялец проводит свой день. Йост отнюдь не был паникером, но он был очень рад, когда понял, что их дом снаружи и внутри был точно таким же, каким он его помнил, когда уходил. Конечно, комната его была закрыта на замок, а вампиру был проведён полный инструктаж, однако волнений, которые возникли в голове Йоста только тогда, когда они бегом возвращались назад это не убавило. К счастью, всё в его комнате было спокойно. Существо сидело там, где он его и оставил — на том же коврике у кровати и не сразу Йост заметил, что оно уснуло, откинув голову на кровать. На чужих коленях лежала раскрытая книга, одна из тех, что стояла на полке и от чтения которых Йост отказался ещё в первый день своего пребывания здесь. Сделал он это не зря — по всей видимости книга была не особо увлекательной. Да и прочесть он бы её всё равно не смог. Отложив собственную книгу на стол и делая это с наименьшим количеством шума, Йост какое-то время ещё неловко стоял, не зная, стоит ли ему предложить место поудобнее и даже с подушкой. Он уже хотел подойти, чтобы разбудить его, но все планы прервал Стунтье, позвавший его зачем-то с первого этажа и Йост не нашёл ничего лучше, как с позором сбежать из собственной комнаты, надеясь, что вампир не проснётся. Конечно же, Йост мог закончить начатое и не быть придурком, но тогда он бы не был Йостом. Ещё и вампир этот, так по-глупому уснувший прямо на полу, прямо с раскрытой книгой. Прямо в этой дурацкой футболке, пропажу которой Стунт всё ещё не заметил. Всё здесь было против Йоста.— Можешь отдать его мне. Тебе будет легче.
Йост нахмурился. По телевизору началась следующая серия, а Стунт начал клевать носом прямо в свой телефон. Найдя пульт, Йост нажал на кнопку выключения. — Похоже, кому-то пора баиньки. Стунтье на это только зевнул и подтверждающе закивал, помахав Йосту, когда тот желал ему спокойно ночи, уже поднимаясь по лестнице. Комната Стунта была на первом этаже и Йост подумать не мог, как он оценит такую расстановку в последствии. Открывая дверь в комнату, Йост думал, что ему делать с заснувшим у его кровати вампиром, но обстановка внутри уже успела поменяться. Одеяла на кровати не наблюдалось, как и коробки ниток с иголками и рубашки, которые при первом визите Йоста так и лежали на кровати. Когда Кляйн зашёл в комнату, он включил свет и в свете он ясно увидел, как вампир, замотавшись в одеяло, обернулся к нему через кровать, приветственно кивая. — Привет, — тихо ответил Йост, обходя кровать. В руках вампира он увидел рубашку с уже наполовину зашитой дыркой, а рядом стояла коробка. Он продолжал шить, ловко обращаясь с ниткой и иголкой, образуя ровный шов. Для Йоста любое обращение с шитьем было ловким, сам он разве что мог загнать себе иголку под ноготь, но происходящее сейчас впечатляло на каком-то высшем уровне. А ещё существо, судя по всему, не замечало никакой разницы между тёмной комнатой и светлой. Наверное, эти его необычные глаза были необычными не только внешне. Йост не знал, входит ли ночное зрение в вампирские штампы. — У тебя хорошо получается, — зачем-то сделал комплимент Йост, кивая на рубашку, когда вампир посмотрел него с непониманием. — Спасибо, — тихо ответил он, возвращаясь к работе. Процесс был сбит, об этом говорило то, что иголка больше не входила в рубашку, вдевая за собой нитку. Существо подняло голову, смотря на зашторенное окно, на лице его была какая-то невысказанная мысль. Йост мог видеть, как ткань рубашки натягивается под бледными руками, которые сжимали эту рубашку в ощутимом волнении. Йосту что-то хотели сказать, но не говорили. Что ж. — Что такое? — спросил Йост, присаживаясь рядом у кровати, сразу давая понять, что от разговора с ним никто не отвертится. Вампир резко повернулся к нему, до этого полностью посвятив все свои мысли шторе. Йост видел, как он нахмурил брови и сжал губы, отворачиваясь к рубашке, всё ещё держа иголку. Он не торопил существо, давая ему возможность самому решиться на ответ. — Мне нужно в лес. Теперь нахмурился сам Кляйн. Он тоже посмотрел в сторону окна, за которым всё ещё шёл дождь. — Прямо сейчас? Вампир быстро покачал головой из стороны в сторону. — Нет, нет, — ответил он, будто вопрос Йоста предполагал какое-то недовольство. — Мне нужно найти кое-что. Для Вероники. Йост почти чувствовал, как у него навострились уши. Он снова посмотрел на окно. Интересно, вампир знал о том, что этот дождь в его честь? Если, конечно, Констракта это имела в виду. То, что речная ведьма грустит по своему пропавшему брату. — Знаешь, давай-ка поподробнее. Вампир всё ещё мял в руках рубашку и понятия не имел, что от него хотят. Это было видно по его лицу. — Что тебе нужно в лесу? И зачем ты приходишь туда каждый год? — спросил Йост первые вопросы на повестке, устраиваясь поудобнее. Уж на эти вопросы ему точно могли дать ответ. Ну, и особого выхода у вампира не было. Однако, Йост очень надеялся, что он не услышит ничего про кровавые ритуалы, заблудших в лесу людей и жестокие пиршества во славу нечисти. Но судя по тому, как вампир напрягся ещё сильнее, готовым нужно быть ко всему. — Давай же. Как я смогу тебе доверять, если не знаю, что тебе нужно? Это можно было назвать манипулированием? Один из психотерапевтов, к которому Йост пытался ходить, частенько упоминал это слово в своих заумных речах. Йост их не особо слушал. Он только думал о том, как в последний момент смог заменить слово “помочь” на “доверять”. Как бы вампир сейчас ни выглядел в одеяле, с ниткой и иголкой в руках, Йост не должен был помогать ему в чем-либо, пока не узнает, что ему вообще здесь нужно. Стоило самому себе об этом напоминать. Откладывая рубашку со вдетой иглой на колени, вампир сложил руки, переплетая пальца. Смотря на них так внимательно, будто он видел какую-то шпаргалку, вампир заговорил, так и не посмотрев на Йоста: — Я помогаю Веронике. Мне нужно делать совсем немного и…— существо внезапно выдохнуло, отворачиваясь от Йоста ещё дальше. Кляйн же только наклонился ближе, едва видя его лицо. То, как затряслись чужие руки не на шутку его испугало. — Даже с этим я не справился, — наконец-то договорил вампир почти шёпотом, вновь смотря на свои руки. Голос его был безжизненным. Существо не готовилось заплакать, не вытирало такйком глаза и не шмыгало носом. Лицо было таким же стабильно хмурым, только взгляд…будто остекленел, ничего больше не видя. Йост хотел сделать что-то, сказать что-то, но слова застряли в глотке, когда он заметил, как вампир вдавливает свои всё ещё острые ногти в собственные костяшки. Где-то уже успели выступить капельки крови, когда Йост быстро накрыл чужие ладони своими, заставив резко прекратить существо делать себе больно. — Эй, эй! Тише, — осторожно разъединив чужие одеревеневшие пальцы, Йост продолжал держать вампира в руках и смотреть в чужие глаза, которые теперь в беспомощности и испуге смотрели прямо на него. — Всё можно поправить, если знать, что поправлять. Расскажи мне и мы придумаем, что делать. Отпуская чужие руки, Йост вперёд своих мыслей договорил: — Не делай так больше. Теперь существо смотрело не него в шоке, будто Йост сейчас сделал что-то сверх невероятное, что-то такое, чего вампир не видел даже в своём родном доме. С опозданием, с которым же видимо до него дошли чужие слова, вампир кивнул, вновь смотря на свои теперь синевшие и красневшие руки. Кляйн очень надеялся, что регенерация вампиров происходит сама по себе и не зависит от их психологического состояния. Потому что, сдавалось Йосту, что… Ладно. — В лесу две ночи в год цветет растение. Оно нужно Веронике для её ритуалов и обрядов. Но…— вампир нахмурился, вспоминая что-то не очень приятное. — Это растение жалит ей руки, если она захочет сорвать его. На её ладонях до сих пор есть следы, — перевернув собственную ладонь, он заводил по ней пальцем вдоль и поперек, наискосок и прямо, будто пытался найти свою судьбу на соответствующей линии. Йост же честно пытался не терять нить истории, наблюдая за этим действом. Спрятав руки за одеялом, существо продолжило: — На меня растение не злится и мне ничего не стоит помочь Веронике. Но, даже если бы оно не принимало и меня — я бы продолжал ей помогать. Обычно мне хватало пару минут от самой первой ночи, — вампир поерзал на месте и закутался в одеяло ещё глубже. — Я знаю, где растение растёт и каждый раз я иду по разным дорогам, как меня учили. Одеяло зашуршало, а Кляйн продолжал слушать и наблюдать. Вампир вытянул из-под футболки тот самый медальон, который Йост уже успел заметить не в самых приличных обстоятельствах. Существо показало его поближе, держа на ладони. — Она самая его сделала. Пока оно на мне, Вероника знает, что я жив. Вампир затих. Медальон напоминал неровно отчеканенную монету со знаком, незнакомым Йосту. Не удержавшись, он легонько тронул чуть выпуклые на металле линии пальцем. Лёгкое, как пёрышко птицы на ветру, его посетило странное чувство. Похожее он испытал в кабинете Констракты. Но пёрышко быстро полетело дальше, подгоняемое ветром. — Значит…растение, — сам не понимая зачем озвучил Йост. Существо как-то вопросительно мякнуло , снова пряча медальон и, Кляйн конечно не особо часто слышал кошачьи звуки, но он мог поклясться, что только что у него что-то спросили на кошачьем. Он едва не приложил руку к груди от неожиданности. Давай, Йост, ты справишься. — Я имею в виду, — стойко продолжил он. — Что тебе не нужна например…кровь туристов или детей…или тысячи белок, не знаю, — всё это время Йост активно жестикулировал, показывая то маленького, потерявшегося ребёнка, то ту самую тысячу белок. Его снова прервал ещё один звук и если бы Йост стоял, он бы споткнулся. Глаза его расширились, а брови поползли вверх. Прикрыв рот рукой, вампир совсем тихо смеялся, всё же выдавая смешинки в своих ярких глазах. — Это ещё что? — улыбка Йоста сама собой выросла до ушей. — Я вижу твою улыбку и слышу смех? Вампир в отрицании закачал головой, не прекращая смеяться. — Что тебя рассмешило больше: мёртвые белки или мёртвые туристы? — Ты! — откинувшись спиной на кровать, ответил вампир. — Ты меня рассмешил. Смех у вампира был тихий и приятный. Лёгкий и искренний, не заливающийся хохотом и не запрятанный в груди. Йосту нравился его смех. Ещё ему нравилось, что смеяться существо заставил именно он. — Буду считать это своей победой, — Йост поправил очки и перестал улыбаться, пытаясь вернуться к разговору. Получилось не сразу. — Я…всё таки должен спросить, — видеть вампира таким расслабленным и весёлым было очень приятно, но Йост должен был разрушить эту временную идиллию. — Почему на этот раз ты не смог дойти до этих своих растений. Будто ожидая этого вопроса, вампир снова выпрямился, а лицо его стало серьёзным. Он посмотрел на свою рубашку, зажав между пальцев край ткани. — Мне было интересно. И я давно хотел это сделать. — Сделать что? Чужая рука разжалась, отпуская рубашку. — Посмотреть на деревню. Хотя бы одним глазком. Йост не собирался этого делать, но он вздохнул очень громко и очень сочувствующе. В одно мгновение существо перед его глазами стало меньше, а его тоска давила на самого Йоста, беря под своё огромное, костлявое крыло. — Вероника говорила, что люди — кровожадные существа, которые ничего не знают о добре. Что от них нужно прятаться, что от них нужно бежать. Что они не хотят ничего, кроме нашей смерти. Люди ненавидят нас просто за то, что мы есть. Говоря всё это, вампир словно находился не здесь, а в своих воспоминаниях, в которых он сидел рядом со своей сестрой, которая раз за разом напоминала ему об этих словах. Йост не перебивал, хоть и лицо его хмурилось сильнее с каждой фразой. Ему стала интересна сама Вероника. Почему она так думает? Что она пережила? Элизабета говорила, что у её истории много версией — что же случилось с Вероникой в её истинной истории? — Когда я почти увидел из-за кустов огоньки, я сказал себе: всего одним глазком . Я просто хочу увидеть. Что-то в голосе вампира ощутимо сжало горло Йосту. Огоньки. Конечно же, вампир имел в виду обычные уличные фонари. — И тогда… — Тебя нашёл Зоран, — не выдержал Йост, снимая очки и протирая глаза. Один из кусочков его пазла встал на место, точнее был выложен на ещё пустой стол. Впечатления были…неоднозначные. — Про таких как он мне говорила Вероника, — продолжил вампир, замолкнув ненадолго, возможно вспоминая образ человека, с ненавистью в лице и колом в сжатом кулаке. Затем он посмотрел на Йоста, который уже надевал очки назад. — Ты знаешь его. Почему он… — О-о-о, нет, милый, я знаю точно меньше тебя. Хотя…— Йост задумался, стоит ли ему говорить об этом. Он часто делал это в последнее время — следил за языком, но пока что ни к чему толковому это не приводило. А вампир уже смотрел на него с надеждой в этих своих глазах. — Мне сказали, что такое с Зораном случается каждый год. Выходит, что цветение вашего растения полностью совпадает с праздником здесь, а он…всё время выслеживал тебя, — поделился своими догадками Йост. — Что за праздник? Ты говорил о нём и тогда. — Самому бы понять. Что-то там про границу с мирами и духов с яблоками, — Йост пожал плечами. — Граница твоего мира и нашего, получается. Про яблоки не спрашивай, я сам не допёр. Вампир о чем-то задумался, задумался и Йост. О том, что вампир точно не захочет видеть, как его рисуют местные жители. — И в лес тебе нужно, чтобы… — Найти растение, — ответил вампир. — Я знаю, где оно растёт, но никогда не ходил туда этой дорогой. Я всегда шёл от реки. — От реки? — не понял Йост. — Оттуда я всегда и выхожу, — теперь пожал плечами вампир. — А, — только и ответил Кляйн. Речная ведьма. Ну конечно. — Ты, значит, под водой живёшь? — Не совсем. Но тебе будет легче думать так. Йост не удержавшись фыркнул. — Ага, куда мне до ваших штучек. Вампир снова улыбнулся, неловко и мимолётно, но Йост заметил и был этому рад. Разговор выдался продуктивный и это был очередной плюс. Тут же в голову на полном ходу залетела мысль, которая заставила Йоста немного оживиться. Разговор был продуктивный, но нечестный. Кляйн хлопнул себя по коленкам, немного меняя позу. Конечности от долгого сидения начали затекать, а вставать он пока не планировал. — Итак, ты рассказал мне о себе. Я подумаю, как нам с тобой найти твоё растение. Чуть не подавившись воздухом, вампир заморгал, смотря на Йоста приоткрыв рот. — Нам? — Ну да. Ты думал, я тебя отпущу одного? — искренне не понимая, что так удивило существо, спросил Йост. Когда же он понял, что следить за языком у него всё ещё получается хреново, было уже неважно. Вампир смотрел на него с такой нежностью и благодарностью, будто Йост пообещал купить ему мороженое и сводить в парк развлечений. Скорее всего, вампир не знал, что такое первое и что такое второе. — Спасибо. Спасибо тебе, — взбудораженное эмоциями существо заговорило громче и Йосту пришлось приложить палец к губам, призывая к тишине. Радостно пошуршав одеялом, вампир продолжил уже тише: — Я знал, что Вероника может ошибаться. И ты…ты очень хороший человек, Йост. Это был первый раз, когда вампир назвал его по имени. И сделал он это с таким теплом, что Йост на пару секунд забыл, зачем ему нужен воздух. Ради приличия он всё таки закрыл раскрытый от удивления рот, чувствуя, как щёки начинают стремительно краснеть. Да ради бога, он просто благодарен тебе за помощь, угомони свои чувства, наконец. — Мне об этом стали очень часто говорить, — Йост хихикнул, пошкрябав пальцами бритый висок. — Но это не всё, что я хотел сказать. Вампир кивнул и посмотрел на него так внимательно, будто он был готов на всё, что скажет ему Кляйн. — Я узнал о тебе, но ты ничего не знаешь обо мне. Хоть мы и спали в одной кровати, кстати, — Йост улыбнулся, смотря на то, как существо склоняет голову вбок. — Можешь тоже спросить меня о чем-нибудь. От такого предложения у вампира загорелись глаза и он даже немного вылез из-под одеяла. Он осмотрел Йоста с головы до ног, не зная, за что ему уцепиться в первую очередь. Йост же устроился поудобнее, упираясь локтем в кровать и кладя подбородок на руку, полностью развернувшись к существу, всё ещё думающему над вопросами. — Что это такое? — наконец-то спросил вампир, вынимая руку из своего хлопкового кокона и трогая пальцы Йоста, на которых были вытутаированы цифры. — У тебя рисунки по всему телу, почему? — Это татуировки, — заулыбался Йост. — Рисунки на теле, как ты и сказал. — Откуда они? — спросил вампир, убрав свою руку и рассматривая все татуировки Йоста, которые он мог видеть. — Мне их нарисовали, потому что я захотел, — Йост тыкнул в свою шею, чуть отворачивая голову. — Это Лолла Банни. Крольчиха из мультика. — Мультика? — Картинок со звуком, — пояснил Йост, уже закатывая штанину на одной ноге. — Как в плеере? — вампир кивнул на плеер на столе, к которому всё ещё были подключены наушники. — Почти, — усмехнулся Йост, показывая ещё одну татуировку в виде контура. — Это Бельгия. Э-э, страна такая. — Я знаю, — закивал вампир, нисколько не обижаясь низкой оценки собственных знаний. — Ты из Бельгии? — Из Нидерландов. Но в Бельгии тоже был. Кстати! — Йост согнул левую руку, показывая на существо с шипами, рогами и булавой в виде сердца. — Призрак Фрисландии. Провинции, в которой я вырос. — сразу же пояснил он. — Он поклялся защищать родные земли и людей, которые там живут. Вампир подсел ближе, рассматривая странный рисунок со всех сторон, двигая головой туда-сюда. Это выглядело очень забавно. И мило. Рубашка на его ногах совсем сбилась и почти лежала на полу. — А это, — Йост вытянул обе руки, сжимая пальцы вместе, — года, в которых родились мои брат и сестра, — голос Йоста окутала любовь, когда он заговорил о семье. На него посмотрела пара удивлённых глаз. — У тебя есть брат и сестра? — с чем-то близким к умилению спросило существо, рассматривая цифры. Йост шутливо подумал, что для существа эти цифры могут быть совсем маленькими и теперь сам он в его голове будет выглядеть каким-нибудь подростком, если не ребёнком. — Ага. Они лучшие, — улыбнулся с теплом Кляйн, опуская руки. — У меня тоже есть братья и сёстры, — сказал вампир, улыбаясь в ответ. — Они добрые, но не ко всем. — Как Вероника? — спросил Йост, принимая ещё одну так любезно предоставленную деталь для своего пазла. — Она же тоже твоя сестра? — Не совсем, — задумался вампир, чуть откланиваясь назад и думая над ответом. — Она мне как мама. Сколько себя помню, она всегда была со мной, — существо улыбнулось, но на этот раз как-то грустно. Было видно и очевидно, что оно скучало по дому. По своей семье. Йост не хотел заставлять его грустить. А ещё в его голове крутился один вопрос. Или два. Сколько же ты себя помнишь? Сколько ты из себя помнишь? Йост тряхнул головой и заговорил снова. — А ещё я сочиняю музыку. И пою. Видя, как вампир тут же преобразился, Кляйн остался очень доволен собой. — Ты дашь мне послушать свои песни? Они есть на плеере? — тут же забыв о своей печали начал расспрашивать его вампир. — Нет, их там нет, — Йост засмеялся, сам же в моменте делая свой голос потише. — Как-нибудь в другой раз. Хоть Йост и был подростком в понимании вампира, такую музыку было рано слушать самому вампиру. Свет в комнате продолжал гореть, а за шторами уже начало светать.Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!