Шёпот (Флинтвуды)

— У Марка красивое лицо, у Марка добрые глаза, Марк меня ненавидит, потому что боится отвержения, — пьяный шёпот Вуда скользит по коже, тёплые ладони с мозолями от метлы нежно касаются запястья, задевают паутинку тонких шрамов. — Пожалуйста, пусть Марк никогда не уходит, пусть он стоит рядом и позволяет мне его любить. Пожалуйста, пусть Марк поцелует меня в ответ.       Маркус нервно бледнеет, но не смеет отойти. Вечеринка, победа Гриффиндора, очередной проваленный зачёт — всё тает перед чертовски притягательным Вудом, от которого пахнет огневиски и малиной.       Следует развернуться и забыть об этом, или выхватить палочку, да даже треснуть его по лицу — всё что угодно, но остановить поток признаний, от которых по груди разливается горячий мёд.       Они враги, у них под кожей течёт ненависть, с первого курса от зубов отскакивают насмешки. Сейчас он не может раскрыть рта, потому что Вуд, как кот, трётся о его плечо, заглядывает в лицо мутными глазами. — Марк, Марк, Марк, пожалуйста, разреши мне не уходить, пожалуйста, хотя бы одну ночь, — от сладостного голоса нигде не скрыться, тени прыгают по очертаниям лица, которое Маркус запрещает себе называть красивым.       Всё разрушится, если он сдастся, отец убьёт его, если узнает об этих признаниях и их последствиях.       Мерлин, дай сил выдержать раскалённые прикосновения к кончикам пальцев, помоги справиться с тающим под рёбрами льдом.       У «тролля-Флинта» нет сердца, Вуд сам не раз это замечал, выкрикивал после матчей и в коридорах, но сейчас он уверяет в обратном. — Я не хочу, чтобы эта ночь заканчивалась, пожалуйста, только не уходи. Я люблю тебя Марк, люблю, люблю, люблю, — шёпот повторяет одно и тоже, персиковый румянец расползается по острым скулам.       Маркус обещает себе, что поцелует его в первый и последний раз: от одного касания губ ничего не случится — оно ведь ничего не значит.       Ни-че-го.       Ложь пахнет страхом, мысли испаряются из головы, когда он прикладывается ко рту Вуда, осторожно сцеловывает комплименты. Ласковый шёпот впитывается кожу и вытесняет ненависть, они целуются в нише у гостиной Гриффиндора, ещё не знают, что завтра всё будет иначе.       Маркус сам не замечает, как с губ перескальзывает на подбородок, шею и выступающие ключицы. Вуд громко стонет, не стесняясь случайных свидетелей, трётся пахом о слизеринскую форму и путается пальцами в непослушных волосах. — У Марка красивое лицо, у Марка добрые глаза, Марк меня больше не ненавидит. — Олли ужасно пьяный, Олли бесстыдный и горячий, Марк никогда не ненавидел Олли, — нежно подхватывает Маркус и обнимает Вуда крепче.       В мягком шёпоте таятся его страхи и мечты, он хочет остаться в этом моменте навсегда.