Глава шестая. А.П.А.Т.И.Я. (Ассоциация по астральному треккингу индонезийских ямайчиков) (Рон/Тео)

— Завтра после обеда к нам прибудет А.П.А.Т.И.Я., — на лице у Блэквуда сияет блаженный восторг. — Я прошу вас быть очень внимательными: собрать все нужные документы, подготовить зал для приёма гостей и завтра прийти на полчаса пораньше — проведём внеочередное собрание.       Присутствующие сотрудники серьёзно кивают, распределяют обязанности и хмурят брови. Очевидно, они хорошо осведомлены о происходящем. — Извините, сэр, апатия — это же…ммм…заболевание, разве нет? — Рон чувствует себя идиотом, губы против воли разъезжаются в улыбке. — Просто, как…       Разумеется, все тут же оборачиваются на него с такими взглядами, что становится неловко; особенно презрительным выглядит Нотт. Вот так штука, устроились в Отдел одновременно, но влился он куда быстрее, даже несмотря на то, что так и остался скользким слизеринцем. — А.П.А.Т.И.Я., мистер Уизли, это ассоциация по астральному треккингу индонезийских ямайчиков, которая планирует расположиться в Лондоне на некоторое время в связи с подозрительной активностью браконьеров в пригороде, — блаженный восторг сменяется усталостью, на задних рядах кто-то кашляет.       Задавать следующий вопрос ещё более неловко, и Рон смущённо кивает, будто понял.       Он вообще ничего не понял. Какой астральный треккинг? Кто такие индонезийские ямайчики? Почему все, дракклы их дери, так нервничают? И какое отношение Отдел Международного Магического Сотрудничества имеет к этим самым ямайчикам?       Планёрка заканчивается звучным хлопком, пару секунд Блэквуд смотрит на Рона, а затем тычет толстым пальцем в кого-то, стоящего у двери: — Мистер Нотт, вы возьмёте над мистером Уизли контроль. Обговорите с коллегами задачи, будете выполнять их вместе.       Нотт, подпирающий стену, показно стонет и закатывает глаза, увы, решение начальника спорам не подлежит; приходится подчиниться.       Рон выходит следом за коллегами в коридор и задумчиво чешет затылок. Ему всё объяснили, но он так ничего и не понял, в такие моменты очень не хватает рядом Гермионы. — Уизел, ты так и планируешь стоять с идиотским выражением лица или чем-то всё же займёшься? — растянутые гласные, аля «Малфой два-ноль», долбятся в уши без приглашения зайти. — У Хорька украл привычку разговаривать? — Рон улыбается и облизывает губы в предвкушении потрясающих часов совместной работы.       Да, Нотт раздражающе неприятный, вечно бубнит себе под нос и обожает самоутверждаться за счёт других, но тем приятнее его доставать. Терять нечего — уволят, всегда можно будет вернуться в магазин Джорджа или найти что-нибудь поинтереснее. — Мама научила, — по веснушчатым скулам растекается румянец. — Советую слушаться меня, Уизли, иначе намекну Блэквуду о твоём неспортивном поведении. — Ябедничать тоже мама научила? — Рон хихикает. — Да пошёл ты! Наша задача — подготовить зал для приёма гостей. Помыть его позовут домовиков, а вот расставить стулья, таблички, достать планы на день — за нами, — уголки губ Нотта дёргаются. — Будь, пожалуйста, серьёзнее, это важные гости и… — Важные гости, которые для названия своей фирмы выбрали слово, обозначающее болезнь. — Апатия — это состояние, а не болезнь, Уизел. Но я не удивлён твоим познаниям — иметь хорошие мозги не всем дано, — Нотт разворачивается и идёт в сторону дверей залы. — Тогда мы в одной лодке, — Рон с почти болезненным удовольствием смотрит, как бордовая краска растекается по чужим ушам.       Кажется, ещё мгновение, и Нотта разорвёт на мелкие кусочки, но пока он держится и бормочет проклятия себе под нос. Прекрасное начало дня.

*****

      Ближе к обеду Рон наконец начинает понимать Малфоя и его компанию, от издёвок действительно поднимается настроение. С утра, собираясь на работу, он несколько раз думал о том, чтобы уволиться, сейчас же держится за эту должность руками, ногами и даже зубами, если понадобится.       А вот у Нотта настроение стремительно рушится. С мученическим видом он машет палочкой, с трудом сосредотачивается на простейших заклинаниях и никак не вернёт лицу нормальный цвет. Подбородок дрожит — значит, цель достигнута. — Уизли, ты закончил? Мне…мне надо отнести документы Блэквуду, — каждое слово выверяется в три раза тщательнее, Нотт подходит ближе, осторожно протягивает руку за бумагами. — Уже сбегаешь? Я думал, тебе нравится наша совместная работа, — Рон разочарованно кривит губы и левитирует пергаменты к выходу. — Не переживай, я тебе помогу. — Со стояком тоже поможешь? — неожиданно резко шепчут в самое ухо, по коже мгновенно бегут мурашки. — Чего? — шутка переходит грань, но Рон не может заставить себя отодвинуться.       Нотт стоит почти вплотную, так близко, что можно сосчитать все мелкие веснушки, подсвеченные румянцем. Карие глаза смотрят из-за длинных ресниц совращающе, лишь лёгкая искорка болезненного испуга прыгает по краю радужки.       Одно слово заводит их так далеко, как не заводило ни одно дурачество, случайные взгляды перестают быть случайными, дыхание замедляется. — Поможешь со стояком, Уизел, или ты слишком занят доведением меня до самоубийства? — Нотт неестественно улыбается и вскидывает брови, но теребящие рукав рубашки пальцы выдают страх.       Рискнуть и ошибиться или не рисковать вообще? Мысленно Рон даёт себе пощёчину и твёрдо шагает в пропасть. — Никаких самоубийств до нашего поцелуя, да и после тоже, — шепчет он и аккуратно целует первым.       На перерыве они разберутся и со стояком, и со всеми остальными проблемами.