Глава 5. Артефакты

Свежий вечерний воздух пошёл на пользу и немного проветрил мозги. Они шли в быстром темпе. Рука Игоря придерживала его за талию. Не столько для поддержки, сколько…Для тепла? Да, для тепла. Холодно просто. Так и дошли почти до подъезда. И тут… — Поднимешься? Чаю попьём, согреешься. Дыхание паром улетучивалось в свете фонарей. — Да, с удовольствием. Уже в лифте оба поняли, что это был только предлог. Потому что Сидорин вновь оказался прижатым к стенке и теперь совершенно не сопротивлялся, как будто стены лифта давали какую-то обнадёживающую интимную обстановку. Пока они не приехали на этаж.

***

Валентин отпрянул, чтобы проверить заперта ли дверь и продолжил поцелуи, попутно раздевая своего гостя. Удалось снять только плащ. Его и свой. Небрежно откинув обувь, они прошли в комнату.

Сидорин оторвался-таки от Милосердова и посадил его на диван. ­— Я сейчас. — Чайник поставишь? — Что? А, да, конечно, сейчас… Он засуетился на кухню. Вышел оттуда с кувшином и стаканами. — Что это ты там ешь? Таблетки? — Уголь, — Сидорин возился с бумажной упаковкой, — Активированный. Он запил несколько таблеток водой, предлагая надорванный блистер Игорю. — Пф-ф. — И тебе бы надо. Сегодня — кутёж, завтра страдать будешь. Он нехотя принял стакан с водой и бумажку. — Я поставил чайник, пожалуйста, последи. Сидорин отошёл в спальню и переоделся из пиджака и свитера в лёгкое поло с коротким рукавом. Посмотрел в зеркало, пригладил волосы, поправил "шероховатости" и что-то достал из тумбочки.

***

Игорь же в это время встал и прохаживался по комнате. Рассматривал полки с фигурками, и фото на стенах. Плакаты с Высоцким и Маяковским. Портрет Фаины Раневской с подписью. Книги, пластинки, бобины. Фото с мамой. Фото с сослуживцами в форме. С какими-то товарищами на природе. О, фото в движении. О! Конькобежец! Он бы посмотрел на него в чём-нибудь таком, спортивном и облегающем… Отличные икры и бёдра, жаль ракурс только один. А вот и значок кандидата в мастера спорта. Внимание привлёк стоявший в углу кофр для гитары. Наверно покоится внутри. Ему хотелось аккуратненько смести пыль и вскрыть, полюбоваться хотя бы. Наверняка в идеальном состоянии, такой там слой… А вообще, инструмент создан для игры. Надо им овладеть только. Валентин подошёл тихо и положил на столик какие-то очередные блистеры. С противным свистом начал закипать чайник. Игорь обернулся: — Я уже не хочу чай. — Я тоже. Чайник заверещал. Сидорин метнулся на кухню выключить его. Вернулся не сразу, виновато улыбаясь своей нерешительности: — Я всё-таки заварил… Гхм. Куда-то растерялась вся его уверенность. И он вдруг как-то очень уж "правильно" сел на диван, руки сложил на колени. Игорь, помедлив, сел рядом вполоборота.

***