Глава 74 (18+)

                    Пыль, лава и пар заполняли всё пространство. Сейрейтей уже не узнавал себя: провалы, кипящие ямы, обугленные руины.              Ямми, хрипя, выдирал из себя куски разъевшейся плоти.Его огромное тело дрожало, словно в нём борол ись две стихии: его регенерация и кровь Уноханы, пожирающая всё, к чему прикасается.              — СТОЙ!!! — ревел он, выдирая из плеча остатки панциря. — Я ТЕБЯ… Я ТЕБЯ УБЬЮ!!! ОНА ЖРЁТ МЕНЯ!!! ОНА..              Унохана шагнула вперёд. Спокойно. Тихо. Словно прогуливалась. Несмотря на все сражение в котором Ямми её развлек ему уже пора умирать, он слишком задержался в этом мире, и должен будет исчезнуть, чтобы не мешать никому другому существовать, в целом её это устраивало. Нужно будет разобраться с тем бардаком что сейчас происходит с Сейрейтеем и Готей 13, который явно сократился на значительный процент.              Кровь её банкая текла вокруг, как красный океан.Она подчинялась каждому её движению, словно разумная.              Минадзуки вибрировала.              — Ты слишком шумный, — сказала она, словно делала замечание пациенту, который жалуется больше нормы.              Ямми рванулся вперёд всей массой — как падающая гора.Он ударил, и удар был бы достаточным, чтобы раздробить двадцать капитанов. Но Унохана была уже под ним. Внизу. Сбоку. С другой стороны.              Она двигалась как хирургическая тень.              Кровавые нити банкая рванули вверх из алого пола. Они обвили его ноги, живот, спину — и сформировали кровавые клинки, выросшие прямо из поверхности.              Они вбились в тушу Ямми, входя в мясо, как в глину не было никакой разницы. Ямми взревел, пытаясь оторвать их — но кровь расползалась по ним дальше.              — НЕЕЕЕТ!!! ОНА ЛЕЗЕТ ВНУТРЬ!!!              Унохана подняла клинок.              — Да, — сказала она спокойно. — Внутри — намного интереснее.              Она провела лезвием по воздуху, и кровь банкая вспыхнула — завибрировав, как биологическое оружие.              — Кровоснабжение тела — как река, — произнесла она.Каждо е слово было тихим, как лекция. — И если изменить направление течения…              Она вытянула руку. Кровь банкая поднялась, вытянулась, и сформировала гигантский спиральный поток, прямо перед ней. Он был как спиральная артерия, наполненная кислотной, плотоядной субстанцией.              — …можно прийти к удивительным результатам.              Она направила пальцем — лишь жест.              Поток сорвался.              И влетел в пасть Ямми. Благо та была очень большой, и как раз подходила для чего-то такого, для финальной казни. Которая должна была убить Нулевого Эспаду, так как тот заслуживал, за все что сделал в своей жизни.              Он даже не успел закрыть рот. Кровавый вихрь впился в глотку, как гигантский червь.              И сразу начал жечь.              Разъедать.              Делать кратеры изнутри.              Расширяться.              Ямми попытался закрыть челюсти — но кровь разорвала мышцы. Его рёв превратился в булькающий вой.              — СТОООООЙ!!! СТОЙ!!! ВЫТАЩИ ЕЕ!!! Я— Я— Я…              Унохана наклонила голову.              — Ты хотел умреть сражаясь?              Она улыбнулась очень мягко.              — Я дарю тебе смерть… с медицинской точностью.              Поток крови разорвал его трахею. Пошёл вниз. В лёгкие. В сердце. В желудок. В кости.              Плоть вспучивалась изнутри. Кровь пела, разрушая ткани.              Регенерация Ямми билась с ней, но сила Уноханы была глубже: она уничтожала саму структуру клетки. Саму идею плоти.              — ААААААААААААААААА!!! -Вой был уже не ревом — а отчаянной, животной мольбой.              Его желудок взорвался. Кровь вырвалась наружу потоками. Кости размягчались. Органы растворялись. Он падал на колени, расплавляясь на глазах.              Унохана давно такого не делала, был один человек с которым она хотела такое сделать, тот, кто пригласил её в этот цирк под названием Готей 13, с другой стороны, она встретила Зараки, Орихиме и Ичиго. Такие возбуждающие дети, которые просто так и хотят превзойти её, это было очень возбуждающим.              Унохана подошла к нему. Посмотрела на гигантское тело, которое уже рушилось в алый водопад.              — Процесс очищения завершён, — произнесла она, как после операции.              Она провела рукой по клинку. Кровь банкая отозвалась — и последний импульс прошёл по телу Ямми.              Гигант содрогнулся.              — НЕ—!!!              И рассыпался.              Медленно. Последовательно. Как будто его растворили в кислотном море.              Через несколько секунд от «Сильнейшего Эспады» осталась лишь лужа мутной красно-чёрной жидкости, которая парила, уже не способная к регенерации.              Унохана закрыла глаза на мгновение.              — Спасибо за бой, — сказала она почти искренне. — Это было… приятно.              Минадзуки пульсировала у её руки. Кровь банкая стекала обратно, словно довольная.              Битва окончена.              Унохана Ячиру ограничила своё духовное давлениеи пошла дальше — будто только сейчас закончила обычную тренировку.              

***

             Всё вокруг на миг стихло. Даже Респира перестала свистеть в воздухе — будто сама смерть испугалась задержать дыхание.              Зараки слегка наклонил голову в сторону, и тихо, почти буднично, сказал:              — Банкай.              Мир лопнул.              Воздух перед ним пошёл трещинами, как стекло под молотом. Реацу взорвалась бархатным, густым красным светом.Пыль и обломки поднялись в воздух — и распались на атомы.              Сейрейтей содрогнулся от вибрации, будто кто-то ударил по его фундаменту.              Когда свет погас, на месте Зараки стояла чудовищная, выплеснувшаяся наружу сущность.              Краснокожая, покрытая кровавыми жилками. Рога, как у демона. Глаза — горящие, безумные, сияющие чистым наслаждением от разрушения.              Клинок в руке был расколот, обшарпан… но теперь он был не мечом. Он был продолжением его ярости.              Это был Банкай Зараки — слияние его безумия, силы и желания уничтожить всё.              Барагган чуть пошатнулся. Это было не обычное движение.              Это было движение существа, которое впервые за тысячи лет испугалось до дрожи в костях. Действительно банкай Зараки был не просто ужасным, он был ужасающим, только банкай Ямамото, Куросаки или Айзена, могли сравнится с чем-то подобным, с подобной яростью и жестокостью. С такой превосходящей все что можно только представить              — …Н-н… - Голос Бараггана захрипел.              — НЕВОЗМОЖНО. - Он сделал шаг назад. — ЭТО… НЕ БОЖЕСТВЕННАЯ СИЛА… ЭТО ЧТО-ТО ДРУГОЕ… ЭТО — УЖАС!              Зараки улыбнулся — широкой, зверской улыбкой берсерка. Ему было теперь плевать на все он хотел драться, он хотел уничтожить все на своем пути, так чтобы уничтожить врага, и с максимальной жестокостью.              И исчез.                     Он появился уже внутри Респиры. Прямо в сером облаке, которое старило даже свет. Но его кожа не треснула. Не постарела. Не изменилась.              Она лишь закипела от его собственного жара. Словно Респира пыталась старить огонь. И провалилась.              Барагган выдохнул весь туман — обрушил Респиру в полную мощь. Поток серой смерти брызнул во все стороны.              Но Зараки перешагнул через него. Просто. Как будто в тумане. И ударил.              Ему было все равно на все, он был одним из самых могущественных синигами и теперь действовал на чистых инстинктах, а Барагган только что и мог инстинктивно пытаться выжить, используя все что у него есть. Он вспоминал силу Айзена перед которой он все же склонился, он не ожидал встретить ровно такое же чудовище, которое может сделать все что угодно с ним, и что он теперь должен как-то сбежать. Сохранить свою жизнь, и атаковать в следующий раз или же вообще не атаковать, вернувшись в свой мир, правя там из Лас Ночес.              Первый удар его банкая пробил броню Бараггана так, что та взорвалась облаком из костной пыли и осколков.              Барагган взревел, но звук был сдавленным — Зараки врубил его в землю, как будто пытался забить гвоздь. Земля под ними лопнула, ушла вниз, образовав кратер глубиной в несколько этажей.              Все что оставалось от строений Сейрейтея, проходило дополнительное всеуничтожащий уровень, удары Зараки тянулись на километры, на десятки километров, и еще не снесенные строения, превращались просто в пыль. Не выдерживая колосального духовного давления, Кенпачи был действительно достойным своего титула – сильнейшего, он сражался с такой яростью и силой, что ни у кого не могло быть по этому поводу сомнений.              Зараки не остановился.              Ещё удар. И ещё.              Каждый — как удар демонской кирки по мраморной колонне.              Сносил все больше и больше, принося все больше и больше урона.              Барагган поднял руку и выпустил Респиру в упор, прямо в грудь Зараки.              — СТАРЕЙ!!! — заорал он. — СТАРЕЙ!!! УМИРАЙ!!! УМИРАЙ!!!              Это был отчаянный призыв человека что не хотел умирать, просто не хотел, поэтому пытался что-то сделать, только у него никак не получалось. Отчаяние было таким сильным, что просто страшно.              Респира завила его тело. Проникала в мышцы. Старалась прожечь печень, сердце, кожу.              Но…              Зараки посмотрел вниз на серый туман.              И ухмыльнулся как будто говоря: «Это всё?». Сила Бараггана теперь превратилась просто в шутку, в жалкое подобие силы, и тот был столько раз унижен…              Он сжал руку — и раздавил часть Респиры, словно воздух был твёрдым. Только Зараки буквально утрачивал к нему интерес, когда видел, что тот не может нанести ему никакого урона, в этом была некоторая ирония. Барагган был страхом всего Уэко Мундо пока не пришли проклятые синигами и лиши его всего… Заставив сражаться в своих войнах и приведя буквально его к смерти…              Барагган проклинал Айзена, который втянул его во все это. Барагган ненавидел Айзена всеми фибрами своей души, ненавидел так яростно, так отчаянно что это было страшным, с такой ненавистью ему стоило быть Ямми.                     На этот раз он ударил в шею Бараггана. Не сверху. Не сбоку. А так, как бьют берсерки — в полную силу, без техники, просто потому что сила сама ищет выход.              Череп Бараггана треснул. Пошёл гигантской трещиной. Кроваво-чёрная субстанция хлынула наружу.              Барагган завизжал — не как король, а как зверь, которому ломают шею.              — НЕЕЕТ!!! Я — ВРЕМЯ!!! Я — ВЕЧНОСТЬ!!! Я….              Зараки, не дав ему закончить, разрубил его пополам одним широким, беспощадным ударом банкая.              Разрубил вместе с Респирой.              Вместе с пространством.              Вместе с реальностью.              Ему было плевать на все что кричала жалкая муха, которая стала перед ним, нужно было уничтожить противника, он как раз это делал, делал с такой точностью и силой на которую был способен. Вместе с Барагганом образовывался гиганский каньон в земле, глубиной в десятки метров, как и шириной в десятки метров.              Был бы в Сейрейтее туризм, то сюда бы водили туристов, как на свидетельство мощи 11го Кенпачи – Зараки. Сильнейшего из всех Кенпачи.              Тело Бараггана, разрезанное надвое, пыталось регенерировать.              Но банкай Зараки — это не просто разрушение. Это разрушение, которое остаётся. Которое не даёт собраться обратно.              Барагган полз, оставляя за собой след серой пыли. Респира дрожала, не слушалась, сбивалась, вдыхала хаос.              — …н… н-не… п-подходи… - Просипел он. Страх был таким отчаянным.              А Зараки уже шёл. Как Рок неизбежности, как воплощение самой смерти, как само воплощение Синигами. Он был страшнее всей Королевской Гвардии вместе взятой, так как в нем была чистая неподдельная ярость берсеркеров.               Каждым шагом — земля трескалась. Камни вскипали от его давления. Он поднял клинок.              Не сказав ничего, берсекеры не разговаривают, они исполняют свою функцию – сражаются, сражаются пока кто-то их не убьет, не было таких в Сообществе Душ, во всяком случае сейчас. Все доступные сражались в Мире Живых или же были в Уэко Мундо.              Он ударил сверху, и клинок банкая врубился в череп Бараггана, как топор в гнилое дерево.              Удар продолжался ещё мгновение — и тело разошлось, как разломанная статуя. Респира вспыхнула — и исчезла, растворившись без хозяина.              От Сегунда Этапа Бараггана осталась только серая пепельная пыль, разлетающаяся лёгким ветром. Зараки стоял посреди кратера, краснокожий, испачканный пеплом, дыша тяжело, с хрипом, и улыбался.              Это была улыбка существа, которое наконец-то получило то, что хотело.              Смерть достойного врага. Сражение с достойным было самым волнительным моментом который он испытывал, сражение до смерти, до того момента, когда кто-то из них не погибнет.              Он не погиб, теперь может и дальше сражаться.              

***

             Кровь на земле ещё не высохла, кратер от удара банкая Зараки всё ещё дымился… а Унохана стояла неподвижно —и дышала так, будто сама только что вышла из схватки. Она была возбуждена и дрожала всем телом.              Её руки слегка дрожали. Не от усталости. От чувства, которое она всегда скрывала.              От боевого экстаза. От сексуального желания, от того чтобы такой мужчина ей овладел, чтобы они трахались вечность, и плевать на все эти камни и разрушения, да что там плевать абсолютно на всех синигами, плевать на все это. Плевать.              — Это… он… — прошептала она едва слышно.              Она видела, как краснокожий берсерк разрубил Бараггана. Как стоял в кратере, непокорённый. Как игнорировал смерть, время, логику.              Это нельзя было просто так передать, это было что-то неподдельное, в этом была грубая мощь.              И внутри Уноханы что-то рвалось наружу — глубокая, древняя часть её природы. Та, что раньше пробуждалась только рядом с настоящей болью, настоящей смертью, настоящим врагом.              И только с ним.              Её зрачки сузились. Реацу дрогнула. Плечи напряглись, будто она пытается сдержать себя.              Он. Он это сделал. Он переступил ту грань. И стал существом, которого она ждала тысячи лет.              Она провела языком по сухим губам — резко, нервно, как хищник, почуявший кровь. Теперь она имела право на награду, чтобы забрать у него то что принадлежало ей…              — Кенпачи… - Голос сорвался на чуть слышный, хриплый тон. Хотя это походило больше на сексуальный тон, той что сейчас буквально изнасилует его.              В нём не было нежности. Не было романтики. Только одержимость.              Ей хотелось — подойти. Погрузить руки в его кожу. Проверить, сколько его тело выдержит. Убедиться, что он действительно настоящий. Что он — не иллюзия. Целовать его, кусать, чтобы он трогал её во всех доступных ему местах, а после чего трехал десятки часов, пока все это не закончится. Будь то победа Айзена или Готей 13. Больше никаких арракаров не было, они отступали, понимали, что не могут сражаться с объеденными силами двух Кенпачи, и что будут разбиты. Станут, наверное, какими-то бандами, которых со временем будут уничтожены.              Внутри неё разгоралось нечто, что в обычных людях проявляется как страсть. Но Унохана была не обычным человеком.              В ней это выливалось в жажду боя, одержимость силой, влечение к разрушению, к тем, кто может разорвать её саму. Как буквально, так и фигурально. Пусть он забирает все, её тело, её жизнь, все что возможно. Пусть трахает, хоть в пизду, хоть в жопу, хоть в рот. Все это теперь для него… С таким мужчиной хотелось сражаться и хотелось трахаться.              Она улыбнулась. Тихо. Но эта улыбка была слишком широкой, слишком долгой — нездоровой. Хотя этот диагноз могут ставить лишь жалкие идиоты, которые ничего не понимают. Которые слишком слабы, чтобы сказать это в лицо, вместе с этим ей плевать буквально на все что они говорят. Сейчас она одержима своим парнем.              — Кенпачи… ты наконец-то…              Она сжала рукоять меча так, что костяшки побелели.              — …стал тем, кого я хочу.              Это был не вызов. Не признание. Не похвала. Это был диагноз.              Она сделала шаг вперёд - тело само пошло к нему.              Шаг, в котором не было сдержанности, не было покоя, не было мира, которые обычно скрывали её истинную природу.              Теперь в её правилах не было места дисциплине. Перед ней стоял он — и весь её мир сузился до одного существа.              — Кенпачи…              Её руки дрогнули. Губы слегка приоткрылись от тяжёлого дыхания.              — …я хочу тебя.              Тихо. Хищно. Так, как древние духи желают идеального убийства.              Её клонило вперёд. Она уже не просто синигами. Она — исчадие войны, которое нашло пару.              

***

             Warning 18+              Зараки мало что помнил когда был в банкае, поэтому не слишком его любил, с другой стороны Назараши было весело и это хорошо. Да, трудно было привыкать что он стал «стандартным синигами» с шизофренией, когда ему постоянно Назараши что-то кричит прямо внутри в головы, он привык даже начал медитировать… Редко.              Тут перед ним появилась Ячиру, и та была впорядке, она уже прикончила своего противника.              - Эй, что с тобой такое…              Ячиру без всякий сантиментов впилась в него долгим поцелуем.              «Я ЗНАЛА!!! ТРАХНИ ЕЁ!!!» - Кричала Назараши.              - Э-э-э-э….              - Что «э-э-э-э», трахни меня, или я трахну тебя, схвати мою грудь, вонзи свой член прямо в меня, заставь кричать твое имея Зараки! – И Ячиру вновь набросилась на него. Только руки стали действовать без участия мозга, хотя Зараки никогда не уповал на мозг в битвах, и вот сейчас все его инстинкты кричали ему – взять эту женщину прямо тут, потому что нет ничего лучше хорошего секса после драки.       Его руки скользнули в её руки, а она повернула голову и поцеловала его опять с большим напором. Унохана вздрогнула от предвкушения, потянулась вверх и обхватила руками шею Зараки.              Кенпачи проник языком ей в рот, а его руки обхватили её большую грудь. Унохана тихо застонала в рот мужчине.              «Ух ты, грудь Ячиру такая же упругая, как я и представлял...». - подумал Зараки, лаская её. Его сердце забилось быстрее, когда Унохана потянулась назад и схватила его за выпуклость в штанах.              Решив, что время одеваться прошло, Зараки расстегнул свой пояс оби, позволив хакаме упасть на землю. Спустив трусы, капитан 11го отряда повернул Унохану и усмехнулся, увидев её расширенные глаза.              - Нравится то, что видишь? — поддразнил он. – Знаю, что нравится.              - Да. Мне нравится то, что я вижу. - Сказала Унохана, облизывая губы и глядя на член Зараки. - Часть меня всегда задавалась вопросом, не перебарщивает ли ты со своим занпакто. Мне приятно видеть, что я ошибалась. На мой взгляд меч является отражением синигами, у Ямамото он такой же сморщенный как его меч в банкае.              Усмехнувшись, Зараки быстро поцеловал её мягкие губы, прежде чем переключить внимание на её одежду и расстегнуть пояс. Унохана вздрогнула, когда Кенпачи наклонился вперёд, тихо дыша ей в ухо и медленно снимая её сихакушо. Когда Унохана оказалась наполовину обнажённой, мужчина поцеловал её в щёку, а затем спустился ниже по её обнажённой груди.               Губы Уноханы приоткрылись, и она издала тихий стон, когда горячие губы Зараки скользнули по её груди. Кенпачи нежно поцеловал её пупок, прежде чем потянуться к её поясу и снять его. Когда хакама Уноханы сползла к её ногам, оставив её только в чёрных трусиках, Зараки уткнулся лицом ей в промежность и вдохнул её аромат, опьянённый её мускусом. Унохана невольно слегка задрожала, когда руки Кенпачи медленно скользнули вверх по ее бокам, по ее коже пробежали мурашки, прежде чем мужчина схватил край ее трусиков и стянул их вниз. Капитан 11го чувствовал, как его член бешено пульсирует, когда он смотрел на вагину Уноханы, ее розовые губы были увенчаны прядью черных волос.              Выбравшись из-под одежды, Унохана подняла Зараки на ноги, обняла его и крепко прижала к себе губами. Они отступили назад и легли на твердую землю, которая была идеально уничтожена сражением.              Оба Синигами катались по твердой земле, их руки и ноги переплелись. Кенпачи взял инициативу в свои руки и толкнул её на спину. Унохана провела ногтями по спине Зараки, пока молодой человек целовал её челюсть, находя то самое чувствительное место. Хотя ему было тысячу лет, но явно очень молодой.              - Ооо... - простонала она, начиная тереться всем телом о него. Битва с Ямми, битва Зараки против Бараггана все это возбудило капитана 4го Отряда сверх всякой меры, так что ей было полностью на все наплевать. Она почувствовала, как пульсирующий член Кенпачи трётся о её внутреннюю сторону бедра, и едва сдерживалась, чтобы не сойти с ума от вожделения.              Поглаживая её бока, мужчина сполз вниз и обхватил её большую грудь. Кровь его закипела, когда он сжал её и услышал стон Уноханы. Наклонившись вперёд, он обхватил губами её розовый сосок. Унохана обхватила руками голову Зараки и выгнула спину в экстазе, пока мужчина нежно сосал её.              - О боже... - выдохнула она, никогда не представляя, что боевой берсеркер настолько искусен в доставлении удовольствия женщине. - Так хорошо...              Зараки обратил внимание на шрам на её груди, тот шрам который он сам нанес сильнейшей женщине Сообщества Душ тысячу лет назад, как им тогда было хорошо, в той битве, прям как хорошо во время этого секса. Тогда им, как и сейчас было плевать на всех. На синигами, на пустых, были только они. Первое их свидание, было битвой, не на жизнь, а на смерть… И это было искреннее чем весь мир мог принять, так же как и сейчас.              Отбросив волосы с её изящного тела, Зараки снова лёг на неё и начал сосать её грудь. Унохана тихонько заворковала, прежде чем закрыть глаза и тяжело вздохнуть от удовольствия, когда Кенпачи укусил её за сосок, нежно потянув зубами за чувствительный бугорок. Почувствовав, что он достаточно подразнил Унохану, мужчина скатился с неё и лёг рядом, положив руку на её гладкий живот.              - Я никогда не представлял вас такой Ячиру? А ты все это время хотел меня трахнуть, очень плохо… Хотя могла подойти раньше.              - Раньше ты был слабаком, и не был достоин ни моего тела ни моей жизни. - Она наклонилась вперед, пока он не почувствовал ее дыхание у своего уха. – Нужно будет наградить Ичиго Куросаки, за то что он пробудил тебя, и всех этих врагов, которых ты убил чтобы вернутся, а еще Минадзуки, но её я поблагодарю отдельно от тебя, или хочешь чтобы я её призвала и был тройничок?              На этот раз Ячмпу забралась на Зараки, просунула руки в его ладонь и переплела пальцы. Она поцеловала его в шею, прежде чем сесть. Зараки дико улыбался, когда она повернулась и легла на него сверху, ее влажная вагина оказалась в нескольких сантиметрах от его лица. Два проводника душ быстро начали делать друг другу минет в позе 69.              И снова Унохана была поражена тем, как хорошо Зараки умеет лизать женскую вагину. Она даже предположила, что у него могло быть больше любовниц, не всю же тысячу лет он сражался с сильными противниками, в Сообществе Душ достаточно женщин чтобы повесится на двухметрового бугая, который умело умеет пользоваться мечом.              Ведь она тоже повелась на этого бугая, хотя она как раз тысячу лет была без отношений, так как последним достойным мужчиной в Сообществе Душ был Кенпачи Куруяшики, который действительно был серьезным мужчиной, а не взрослым ребенком как Укитаке или Сюнсуй. Чем меньше все будут упоминать Ямамото, тем лучше.               Она глубоко взяла Зараки в рот, с трудом сдерживая рвотный рефлекс, когда кончик члена скользнул ей в горло. Кенпачи раздвинул ее влажные ягодицы пальцами и начал ласкать Унохану, умело вылизывая ее чувствительные места со всем мастерством, которое он приобрел за годы жизни. Мужчина стонал ей в вагину, пока его руки обхватывали и ласкали ее мягкие ягодицы, обволакивая их упругими щечками. В ответ на нежное прикосновение Зараки, Унохана потянулась к его нежным яичкам и начала играть с ними, капитан 11го отрядам стал податливым в ее мягких руках.              Сознание капитана начало отключаться, когда Кенпачи лизнул её клитор, а её минет стал неровным. Её руки непроизвольно сжали яички Зараки, когда она почувствовала, как пузырь внутри лопнул, её глаза закатились от оргазма, она стонала, уткнувшись в толстый член мужчины и кончила ему в рот. Зараки пил её соки, как жук липкий сок, его язык время от времени лизал её клитор, заставляя её извиваться на нём. Вытащив член Кенпачи из-за рта, Унохана громко застонала, продолжая извергать соки, а затем скатилась с мужчины в пылающем оцепенении.              Хараки вытер рот, чтобы смыть с него ее выделения, и попытался сесть, но Унохана, которая пришла в себя гораздо быстрее, чем он ожидал, поставила ему ногу на грудь и толкнула обратно на каменный пол.               - Я впечатлена, Зараки. Давно у меня не было мужчины, но то, что ты довел меня до оргазма так быстро, говорит о многом. Но несправедливо, что я получаю такой приятный оргазм, а ты все это держишь в себе. - сказала она с соблазнительной улыбкой, которая стала еще более коварной из-за распущенных по плечам и груди волос. - Ты показал мне свой талант. Позволь мне показать тебе свой ум.              Проникнув между ног Зараки, Унохана зажала его член между своими грудями, сжимая свои мягкие «соски» и зажимая его в своем декольте. Кенпачи вцепился в крошил камни, пока Унохана делала ему пайдзури, уже будучи на грани оргазма после минета.              - Ячиру, твои груди... - простонал он, когда груди Уноханы скользили вверх и вниз вокруг его члена. - Твои сиски потрясающие».               - Спасибо, Зараки. Всегда приятно слышать комплименты от мужчин. - Сказала Унохана с улыбкой, прежде чем наклониться. Глаза Зараки резко распахнулись, когда она высунула язык и лизнула его влажную щель, почувствовав вкус его предсеменной жидкости.               «О?» — подумала она, увидев, как головка его члена пульсирует в ее декольте.              - Ты собираешься кончить? Ну тогда кончи прямо на мои груди. - Сказала она, продолжая лизать его головку, еще сильнее сжимая свои груди вокруг него. Зараки больше не мог терпеть. Его мошонка сжалась, когда жгучее чувство внутри него выплеснулось наружу.              - Ячиру! Ааа! – Он излил сперму ей на лицо и грудь.              - Черт! — прорычал он, извергая липкие струи спермы на нее.              Унохана издала похотливый стон, когда жар от спермы Зараки проник в нее.              - Такая густая и горячая. От нее я еще больше возбуждаюсь. Как же это будет внутри меня... – Сказала она. Потянувшись назад, Унохана схватила свой брошенный сихакушо и вытерла лицо и грудь. Особенно забавно было использовать для это хаори, а потом вспоминать все бредни Ямамото, что хаори с символом отряда это символ «чести» Готей 13, это иронично на стольких уровнях, что страшно становится.              Когда она отложила испачканную одежду в сторону, Зараки сел и притянул её к себе. Унохана снова обняла мужчину, и они катались по земле, Кенпачи не терял решимости, несмотря на обильное извержение. Увлекшись страстным поцелуем, Зараки провел рукой по её боку, не находя удовольствия от ощущения её обнажённого тела.              Решив, что сейчас ей как никогда хочется, чтобы Зараки был внутри неё, Унохана легла на спину и подтянула ноги, предлагая себя молодому человеку, которого она так сильно желала.              Иди сюда, Зараки ты должен быть сегодня во мне, — тихо сказала она, её глаза умоляюще просили его взять её. - Сделай меня своей сегодня ночью. Я хочу снова почувствовать себя настоящей женщиной. Что бы мы трахались вечность.              Не в силах отказать в такой важной просьбе, Зарак схватил свой член и направил его к её влажному входу. Вцепившись в её бёдра, Кенпачи вонзил свой член в неё, заполняя её влагалище до предела. Внезапная теснота была почти невыносима для Зараки, даже со всем его опытом.              «Так тесно!» подумал он, кряхтя, входя и выходя из неё. «Наверное, она долгое время обходилась без секса!»              Звук движений бёдер Зараки, соприкасающихся с её бёдрами, наполнил уши Уноханы, когда она поддалась плотским наслаждениям.              «О! Зараки! Да!» — простонала она, её грудь дико подпрыгивала, когда Кенпачи наполнял её своим членом, её стенки растягивались вокруг его толстого тела. - Он попадает во все мои точки одновременно! Это потрясающе!               Её рот открылся, чтобы издать мелодию стонов, пока Зараки непрерывно попадал в её точку G. Наверное, это все его из-за его аномальной точности, или из-за инстинктивного управление мечом. Но сейчас женщине не было так важно, как он добивается таких результатов.              - Мы едва начали, а я уже близка к оргазму! Нет ничего лучше секса после драки не на жизнь, а на смерть…              Вид капитана Уноханы, да ещё и такой, какой она была, под ним, с распущенными волосами на земле и подпрыгивающими грудями, пока он трахал её вагину, превзошёл всё что было с ним до этого момента.               Наклонившись, Зараки прижался к ней всем телом, прижимая её к себе и трахая её вагину своим толстым членом. Кенпачи заставил её замолчать сладким поцелуем и стал трахать её быстрее.              - Ячиру! Ты такая горячая и узкая! - простонал он, прервав поцелуй, пот стекал с его тела, пока шли минуты.              Унохана выгнула спину, когда Зараки глубоко вошёл в неё, её разум взорвался от удовольствия.              - Ах! Не останавливайся!              Приподнявшись, она обхватила губами его плечо и впилась в него зубами, царапая ногтями его спину. Грубое обращение лишь заставило мужчине отдаться своим внутренним желаниям и трахать её ещё сильнее. Одним толчком Зараки достиг входа в её матку, отчего у неё потемнело в глазах. Она оторвала рот от плеча капитана 11го отряда, откинула голову на подушки и похотливо закричала:              - Ах! О боже! Да! — закричала она, её ноги выскользнули из хватки Кенпачи и обвились вокруг его талии. - Кончаю! Я кончаю!              Зараки потянулся к её упругим грудям и сжал их, когда Унохана кончила вокруг его члена, её соки хлынули из её вагины, заткнутой пробкой. Он наслаждался видом сексуального лица Уноханы и улыбался, наблюдая, как грозная капитанша кончает. Видеть её такой было гораздо приятнее, чем в её вечно доброй улыбкой, маской за которой скрывается истинная личина, безжалостного воителя.              Когда ноги Уноханы отпустили Зараки, освободив его от её железной хватки, он вытащил свой член из неё и сел, глубоко вдыхая, чтобы остыть. Его тело горело, словно он вот-вот вспыхнет пламенем. Он закрыл глаза, чтобы успокоить учащённое сердцебиение, но тут же открыл их, когда Унохана скользнула ему на колени. Обняв его за плечи, Унохана села ему на колени, прижимаясь лбом к его лбу, их носы соприкасались.              - Зараки, я думаю, ты испортил меня для других мужчин. Не думаю, что кто-то ещё когда-либо заставит меня кончить так сильно. – Это была игра, ей и не нужен был никто, да и не было больше таких мужчин, которые могли бы её довести до экзстаза.              - Правда? - сказал Кенпачи, потянувшись руками к мягкой попке Уноханы и подняв её. - Что ж, тогда мне лучше взять на себя ответственность... Или как там говорят в таких тупых случаях… Хе-хе-хе-хе.              - Ах! - Унохана крепко держала Зараки, пока он опускал её вниз, снова пронзая её своим членом. Площадь снова наполнилась двойными стонами, когда Синигами развратно трахались на земле. Руки Зараки сжали её ягодицы, пока он наклонялся вперёд и облизывал её губы. Унохана ответила взаимностью, высунув язык, и они начали развратную словесную битву. Опустившись на колени на коврик, Унохана начала быстрее двигаться на его члене. Её голубые глаза закатились, когда Кенпачи пронзил её матку своим толстым членом и вошёл в самую глубокую часть её влагалища.              - Оооо! Чёрт! — подумала она, чувствуя, что её тело больше не поддаётся контролю. - Он в моей матке! Не останавливайся! Ещё! ЕЩЁ!»              Зараки думал, что вот-вот взорвётся. Его член постоянно ударялся о её матку, и это сводило его с ума. Каждый раз, когда он входил в неё, Унохана сжималась вокруг неё, и он больше не мог сдерживаться.              - Ячиру! Я сейчас кончу!- прорычал он, крепко обнимая её, когда его начало охватывать жгучее, обжигающее чувство. - Я сейчас кончу внутрь тебя!              Руки Уноханы обхватили его лицо, и она прижалась лбом к его лбу.              - Да! Иди со мной!              Зараки уткнулся лицом в грудь Уноханы, изливая свою сперму внутрь неё, прижимаясь носом к её шраму.              - Аааа! - закричал он, его голос был приглушен, когда Унохана обняла его за голову и крепко прижала к себе, а его член изверг поток белой спермы в её ожидающую вагину. Жгучий влажный поток, наполнявший её, был слишком силён для Уноханы, которая кончила вокруг его члена в третий раз за эту ночь. Она откинула голову назад и издала громкий крик экстаза, изливая сперму вокруг него. Она чувствовала, как Зараки наполняет её вагину до предела, гадая, сколько же ещё в нём осталось.              Потрясенный оргазмом, Кенпачи упал навзничь на землю, Унохана нежно ворковала, лежа у него на груди. Зараки ахнул, перевернул их на бок, вытащил свой член из ее наполненной вагины, из входа в которую капала белая сперма. Остыв на земле, они обнялись, Унохана тяжело дышала.              - Зараки.              - Да, Ячиру?              Унохана прижалась к шее Зараки, когда он лежал на спине, придвинулась к нему и положила голову ему на плечо.              - С этого момента ты можешь делить со мной постель, когда захочешь. - Тихо сказала она, чувствуя усталость. – Можешь приходить, когда угодно и брать меня, это будет интересно.              У них были собственная динамика отношений понятная только им, а на всех остальных было слегка так наплевать.              

***

             Актовый Зал Ванденрейха              - Эй, кто переключил на порно? – Спросил Аскин, который пил, свое Пепси, и заедал попкорном, а многие мужчины квинси завидовали Зараки, с другой стороны и Эсдес завидовала Зараки, что поделать, Унохана действительно была очень сексуальной.              - Заткнись бюджетная версия Айзена! – Выкрикнул кто-то.              - Эй, мы даже не похожи! – Воскликнул Штернриттер «D».              - Хотя бы была устранена проблема в лице двух арранкаров. – Указала Эс Нодт, которому было несколько наплевать что двое сильных капитанов придаются любовным утехам, прямо на площади, которую создали их силы. Просто взорвав/состарив/растворив десятки квадратных километров территории.              - И они уничтожили большую часть Сейрейтея, опять переучивать его планировку. – Воскликнул Базз-Би, только Эсдес была в плохом расположении духа, так как Унохану так откровенно трахал кто-то другой, конечно Эсдес не испытывала у Первой Кенпачи сексуального влечения, она хотела ту зарубить, но все же было неприятно, когда кто-то другой доминировал над ней, в этом было что-то неправильное.              - У Зараки же можно отобрать банкай? – Спросила Бамбиэта. – Представьте, как он удивится.              Старшие капитаны вообще не хотели этого делать, так как стать берсеркером никому не хотелось, так можно просто напасть на самого сильного, а не на синигами в этом была большая опасность «дружественного огня», хотя просто лишить врага такой силы было бы хорошо. Одна проблема – заставить Зараки перейти в банкай очень трудно, нужно довольно долго выдерживать его шикай, так что лучше бы блокировать все его силы синигами. Как с баккото, да целый отдел квинси в НИИ разрабатывает как будет сдерживать всего одного единственного человека.              Этот самый отдел уже начал работать, так как брать Ллойды, притащили им весь архив Кучики, так что можно будет собрать данные о силах Королевской Гвардии. Ведь как раз там должна быть полезная информация.              - У всех можно отобрать банкай, только вот вопрос об контроле. Хотя было бы полезно использовать такой банкай против Королевской Гвардии. – Указал Лилье Барро, который являлся руководителем Штуцштафеля, и должен был готовится к сражению с Королевской Гвардией, которая по уверениям всех – сильнее всего Готей 13 вместе взятого.              Квинси не знали, это преувеличение или нет, поэтому просто готовились, больно мало было данных об этом.              - Согласитесь в чем-то эти звери подходят друг другу. – Сказала Лильтотто Лэмпард человек с действительно тупой силой – её рот расширялся, и она могла всех есть.              - Ей, мужик стал настоящим мужиком, он завоевал самую страшную женщину из доступных, это должен быть повод для гордости! – Вскричал Жерар Валькирия. – Он доказал превосходство собственных генов, над всеми прочими, и завоевал самую страшную самку. Кстати, Ичиго Куросаки сделал так же. Орихиме Иноуэ действительно страшная.              - С этим трудно спорить. – Указала Жизель Жеваль. – Кто еще может стереть твое существование, только потому что ты ей не нравишься.              - Молодежь. – Пробурчал Роберт Акуртион, хотя он больше бурчал потому что у него не было девушки, и это его удручало, даже у Йоганна из Лихтенвальда была РанТао, какой бы мерзостью не был их союз, сам факт, что девушка у него все же была.              - Заткнись старик, всем плевать на твою зависть! – Воскликнула Бамбиэта.              Юграмм Хашвальт просто закатывал глаза на то что происходит, только синигами могли превратить битву не на жизнь, а на смерть в порно, и это было на редкость раздражающим. Так что нужно было что-то сделать со всем этим. Но отключать трансляцию не было вариантов.              - Кстати, а где четвертый Благородный Клан, их же было 5, Шибу Изгнали, 3 подохли, так где четвертый? – Спросил Базз-Би, но никто не обратил на него внимание, так как были заняты другими делами.              Женщины обсуждали, насколько умелый любовник Зараки, мужчины Штернриттеры пытались сказать, что не хуже, но их всех отправляли победить Зараки и выяснить кто лучше. Штернриттеры конечно были психами, только сражаться с Зараки не хотелось никому, тот был натуральным монстром, только Пернида не испытывала никакого пиетета к этой силой, хотя… Рука Короля Душ вообще была бесполой, и действительно была способной победить Кенпачи Зараки, на самом деле она могла победить практически всех капитанов, даже Айзена Соске, просто стреляя во все стороны своими нервами, так что его иллюзие не имели бы над ней властью, и та бы быстро адаптировалась. Как раз поэтому она входила в Штуцштафель.              Пернида находилась тут просто потому что его позвали – все пошли, и он пошел. Тут разве что не было Гремми, а то тот своим бы «фантазерством», материализовал бы какую-то красотку с которой стал заниматься сексом, тот уже создавал постоянно жизнь. Одним из таких был Шаз Домино, который был создан со способностью регенерация. Вот оторвал все «фантомные» конечности и регенерировал настоящие, так стал живым, и не зависел от фантазии Гремми, так что вариант того что он бы устроил тут оргию была бы очень вероятной.              - Любовь — это хорошо. – Указал ПеПе Вакабрада.              - Заткнулся старый извращенец, чтобы тебя разрубили на тысячу кусочков. – Воскликнули женщины, никто не любил ПеПе, потому что он был стариком извращенцем, что мог заставить кого угодно сделать что угодно.              - Интересно можно было их убить в такой компрометирующей позе? – Спросил Эс Нодт. – Одним мощным ударом, и у нас не было бы проблем.              - Не, они боевые маньяки, у них сейчас все обострённо. – Указал Базз-Би, когда Унохана и Зараки пошел на второй круг, такое чувство что им полностью плевать на то что происходит вокруг. Точнее на людей, впрочем, госпиталь-в-канализации находился довольно далеко, а мастеров сюнпо уже не осталось. Так что у двух капитанов есть много времени.              - А им разве не следует бежать на помощь своим товарищам? – Спросила Кэндис.              - Они считают, что нет, и это хорошо, может Айзен убьет еще парочку капитанов и лейтенантов, меньше мороки будет потом.              Действительно, мертвые капитаны являлись существенным подспорьем. Сейчас 10 официальных капитанов, и Амагая Сюске который больше «штрафник». Но если бы выжил, ему бы вернули капитанского звание. Однако если капитанов поляжет больше, то прямая выгода для Штернриттеров, их то 28, а синигами будет меньше практически в три раза, и это хорошо.              Превосходство в численности никогда не мешало ни в одной войне, так что они должны будут только неожиданно напасть, вырезая всех на своем пути. Стоило забрать так же банкай Рукии Кучики, как минимум затем, чтобы она им не пользовалась. Такое большое количество Штернриттеров, позволяет забрать банкаи всех капитанов, если те будут активированными, другое дело что банкай может оказаться слабее. Очень выгодный банкай у Сасакибе, который можно использовать для того чтобы уничтожить других капитанов.              Некоторые Штернритерров, хотя забрать себе некоторых капитанов. Эсдес забирает Унохану и будет сражаться с ней до смерти, Маскулин заберет себе Рейнджи Абараи и изобьет его до потери сознания, а потом просто раздавит своими кулаками, Эс Нодт убьет Бьякуя Кучики и заберет у того все. А Базз-Би явно хочет из-за психологической травмы убить Тоширо Хицугая, все это на самом деле была проекция, ведь навредить он хочет Эсдес. А остальных капитанов, на себя могут взять другие Штернриттеры, так что им нужно будет биться за добычу. Как стае волков.              О рядовых синигами можно не задумываться, ведь все они погибнут, крайне ужасной смертью, когда появятся квинси. Если 26 капитанов станут сражаться, одновременно, то рядовые синигами умрут в массовом порядке.              - Может придумаем какую-то бомбу, чтобы ускорить процесс? – Спросил тогда Аскин, когда обсуждали тактику нападения. – Выкатываем бомбу, где-то в их казармах, подрываем, а потом уже сами появляемся, и добиваем выживших, это же выгодно. Они все равно постоянно в казармах тусуются.              Хоть это и было логичным решением, Юха Бах, хотел, чтобы его войска обагрили руки кровью, и убили всех синигами в ближнем бою. Дабы синигами знали кто их убивает и за что.              Воля Короля была законом для квинси так что приходилось подчинятся.              Сейчас оставалось 60 тысяч синигами, через год их явно не станет существенно больше. И это означает что каждому из Штернритерров нужно убить 2 тысячи синигами. Это было возможно, только довольно напряженно. Поэтому все же на рядовых синигами стоит бросить зольдатов. Которые будут рады проявить себя, истребляя всякую падаль типа синигами.              Аскин все же думал о том, что с бомбой было бы практично, и такие как он могли бы набрать 2 тысячи фрагов, очень простым способом. А так нужно будет напрягаться и гонятся за синигами, которые начнут прятаться по разным канализациям, это как раз проблема. Узнав, что враг превосходит их по возможностям, синигами разбегуться. Они уже выучили этот урок.              Что когда сталкиваются сверхсильные существа лучше просто убегать, и дрожать как ни в себе, ведь это судьба всех синигами. Умереть прячась от истинных детей Короля Душ, которые пришли их судить.              Так что пусть сейчас они наслаждаются «мирными» деньками, так как очень скоро, будет конец всей их эпопеи. Конец тысячелетней истории Готей 13, которая закончится меньше чем за неделю, и погибнут все капитаны, а потом погибнет Королевская Гвардия. И во всех мирах наступит полный и абсолютный мир – навсегда.              

***

             Фальшивая Каракура              Как только баккото Амагая Сюсуке активировалось то все способности мечей синигами дезактивировались, в том числе и усиленный банкай Тоширо Хицугая на активацию которого потребовалось много времени. Только Ямамото не обращал на это внимание.              Ядро глаза этого баккото скрыто в нижней части рукоятки. Он уникален тем, что питается ядрами других баккото. Путём тэппинга, когда он держится в перевёрнутом состоянии, ядра высвобождаются, расширяясь, как завитки, вверх и вокруг правой руки Амагая, превращаясь в бронированную чёрную перчатку в форме дракона. Начиная с первоначального выпуска, перчатка может полностью охватывать всю руку, создавая коготь на руке. Компонент, похожий на пояс, попадает на левое плечо Амагая и доходит до его талии, содержащей пять ядер баккото. Крепление бронированной правой руки и пояс — это что-то напоминающее хвост дракона, который свободно свисает с верхней части спины.              - Теперь ты не сможешь использовать способности Кьека Сойгецу. – С налетом гордости, как будто он какой-то гений, и что только он мог додуматься до такой гениальной идеи, только Айзену если честно хотелось закатить глаза насколько это абсурдно было.              - Канаме Тосен, разберись. – Коротко сказал командующий армии Арранкаров.              - Все силы синигами запечатаны этим баккото, ты не сможешь отправить своих подчиненных разбираться с проблемой. – Прорычал Ямамото.              - Я нечто большее чем просто Кьека Сойгецу. – Мягко указал Айзен.              Тут Тоусен стал преобразовываться, входя в собственный рессурексион.              Сузумуши Хьякушики: Гриллар Грилло. В этой форме Тоусен становится похож на некое насекомое, хотя и больших размеров; тело покрыто чёрной шерстью, в области груди находится дыра пустого. В этой форме у Канаме прибавляется несколько конечностей: 4 лапы, пальцы которых больше напоминают острые когти;4 крыла, подобных крыльям насекомых, на спине;ттакже из спины выросли два рога, украшенные золотыми цепочками; появился длинный хвост. На голове образуется маска пустого, которая также напоминает голову насекомого. Глаза на маске позволяют ему видеть. По центру головы проходит отверстие в маске, за которым скрывается горло Тоусена. Помимо всего, около нижней части маски находится рот, полный острых зубов. По бокам есть отростки, похожие на уши, к которым прикреплены золотые кольца. Трансформируясь в эту форму, Тоусен приобретает чёрное реацу с фиолетовым контуром, хотя ранее его реацу было розового цвета. В этой форме способности Тоусена, основанные на звуках, усиливаются.              Все были в ужасе от того во что превратился Канаме Тоусен, который был не просто бойцом, он был самым воплощением силы и мощи, он превзошел силы обычного синигами, и даже вайзарда, он стал сильнее, быстрее и умнее. Теперь он мог бы сражаться на непредставимом уровне.              - Чем ты стал Канаме! – Вскричал Комамура, он был в шоке во что превратился его друг.              - Я стал сильнее, и эта сила уничтожит всех тех, кто защищают не справедливый мир Сообщества Душ. – Указал Тоусен. – Моя подруга не получила справедливости от Совета 46, что же теперь я уничтожу всех на своем пути, уничтожу и разорву семью Цунояширо, разорву каждого его представителя, особенно Токинаду Цунояширо. Вот и все. В этом моя цель, и тебе действительно не стоит стоять на моем пути Саджин, ведь твой клан не совершал никакого греха, вы просто всегда знали, знали, что Мир неправильный, что Король Душ не более чем марионетка, твоих родственников изгнали и притесняли исключительно из-за знания правды, потому что он был угрозой, так что это творится и во имя твоей свободы Саджин.              - Мне не нужна такая свобода.              - Просто ты не знал ничего другого. Я тебе покажу.