Часть 3. Разочарование

Разочарование — это молчаливый диалог между тем, кем ты был, веря в обещания, и тем, кем ты стал, увидев их исполнение.

***

Никки остановил мазерати на парковке Истхейвана. Все трое были напряжены от скорой встречи с трезвым голкипером.       — Я останусь в машине, — решил Кевин, и никто не стал спорить. Войдя в здание, кузены направились к регистратуре.       — Здравствуйте! — Никки дружелюбно улыбнулся женщине за стойкой, когда она обратила на него внимание. — Мы пришли за Эндрю Миньярдом.       — Добрый день! Вам нужно подписать некоторые бумаги. Лечащий врач Эндрю сейчас его приведёт, — она протянула бланк, и оба парня поставили подписи в нужных местах. Они направились в зал ожидания, сев в кресла рядом друг с другом. Белая плитка на полу, того же цвета стены, потолок, диван, кресла, двери и занавески на окнах — всё в этом месте заставляло чувствовать дискомфорт, ощущать, что за каждым твоим действием наблюдают, хотя в зале кроме них никого не было. Тут не было ничего живого и настоящего. Всё было фальшью.       — Думаешь всё пройдёт гладко? — разорвал тишину Хэммик. Он явно нервничал сильнее.       — С ним никогда ничего не проходит гладко, — выдохнул Аарон и глубже провалился в мягкое кресло. Вскоре из-за дверей показались Эндрю и, как гласила надпись на бейдже, доктор Слонски. Лицо Миньярда не выражало абсолютно ничего. Он молча провёл взглядом по кузенам, только чтобы увидеть, кто за ним приехал. Не задерживаясь ни секундой дольше, он отвернулся и ушёл в направлении выхода. Слонски продолжал говорить что-то о результатах реабилитации, но никто не стал его слушать — оба парня двинулись за Эндрю. По дороге он свернул за угол и вытряхнул содержимое спортивной сумки в мусорный бак. Открыв водительскую дверь, он не удостоил Дэя и взглядом, лишь достал сигарету из пачки и ловким щелчком прикурил её. После семи недель без никотина никто не торопил его ехать. Когда же он закончил, Никки с Аароном уже сидели сзади. Эндрю скользнул взглядом уже по всем в салоне авто, и впервые после встречи подал голос.       — Где Нил? — его тон звучал скущающе, но спокойнее от этого никому не стало. Кузены отвели глаза в сторону, опустив головы, а Кевин заметно напрягся. Озвучивать мысль не хотелось, хоть это и было неизбежно. Когда тишина затянулась, Эндрю так же ровно отчеканил:       — Не люблю повторяться. Почему он не с тобой? Напряжение в салоне чувствовалось каждой клеточкой тела.       — Нил... — начал Кевин хриплым голосом. — Нил погиб в аварии. Эндрю и бровью не повёл, продолжая сверлить нападающего взглядом.       — Прости, что... — не успел Никки договорить, как дёрнулся от звука выкрученного на полную катушку радио. Блондин втопил педаль газа и на бешеной скорости помчался к Пальметто.

***

Эндрю вошёл в общежитие с роем мыслей в голове. По отсутствующему выражению лица нельзя было понять, но тот был зол. Пока его снимали с таблеток, в «Лисьей Норе» произошло немало событий, с которыми теперь ему следует разобраться. Это утомляло. Кевин хотел позвать Эндрю к Монстрам, но не успел произнести и слова, как был прижат к стене. Нож расположился около сонной артерии. С близкого расстояния Дэй смог чётче разглядеть синяки под глазами Миньярда, взъерошенные волосы и пустые, бесчувственные глаза.       — Проваливай, — тихим, почти убийственным шёпотом приказал Миньярд. И кто такой был Кевин Дэй, чтобы не послушаться и поспешно удалиться из комнаты. Оставшись в комнате в одиночестве, Джозеф схватил пачку сигарет и ключи. Он уже направился к выходу, как взгляд привлекло что-то вырвиглазно-оранжевое, аккуратно сложенное на его кровати, и кисть застыла над дверной ручкой. Подойдя он взял вещь в руки. Толстовка. Толстовка «Лисов». Игрока под номером десять. Скула дрогнула, но на лице оставалась привычная безэмоциональность. Не долго думая, он напялил её, так как всё равно собирался провести время на морозе. Сев на краю крыши, парень закурил сигарету, которую чуть не затушил прохладный поток ветра. Никотин успокаивал, страх держал в реальности, и он начал обдумывать все последние события. Эндрю обещал, что Нил доживёт до конца сезона. Была эта смерть несчастным случаем, или он всё же не смог сдержать своё слово? В голове вертелось слишком много вопросов, но как на зло, ни на один из них не находилось достойного ответа. Могла ли эта смерть быть подстроена? Что ж, один ублюдок явно на него зуб точит. Вернее, точил. Миньярд рылся в воспоминаниях, чтобы найти зацепки. Осенний банкет. Как только «Лисы» сели за стол, Моро поменялся местами с одной из девушек своей команды, чтобы сидеть напротив Джостена. У Кевина перехватило дыхание, когда эти двое начали вести явно не милую беседу. Эндрю не мог понять суть диалога из-за незнания французского. Он должен узнать о чём они говорили. День отъезда в Истхейвен. Нил, не раздумывая, предложил взять защиту Кевина на себя. По сетке грубых шрамов, можно было лишь представить реки крови и жгучие волны боли, сопровождающие раны. Эти отметины вряд ли были заработаны в бегах, тот явно умолчал важную правду. Но всё же, он стоял перед ним. Ему хватило сил пережить то время, и это внушало веру в то, что он справится с Рико.       "Когда ты вернёшься, мы оба будем здесь", — голос чёткий, уверенный. Он поверил.       "Конечно же, ты не сдержал обещание."       "Лжец." Рука машинально потянулась за очередной сигаретой, но не нашарила в пачке ничего, парень вынырнул из своих мыслей. Смяв пустой блок, и выкинув его, Эндрю спустился обратно на свой этаж.

***

На ночной тренировке Кевин словно светился. Не каждый же день, сам Эндрю Джозеф Миньярд без уговоров отвозит его на корт. От радости Дэй слишком поздно задумался о том, что тот не стал бы этого делать просто так. Когда дело дошло до отрабатывания ударов по воротам, Миньярд без каких либо усилий поймал мяч, но не стал возвращаться в стойку, что заставило брюнета вопросительно вскинуть бровь.       — Осенний банкет. Слышал о чём говорили Нил с Жаном? — задав вопрос в лоб, он ждал немедленного ответа. Нападающий встал в ступор и задумался, но не смог вспомнить ничего полезного.       — Нет, — вдруг, в голове что-то щёлкнуло. Он напрягся и резко выпрямился, несколько секунд спустя выронив клюшку. Видимо собственные умозаключения ему не особо понравились. — Рико... — тихо и сдавленно прохрипел парень. Кевин пришёл в себя от удара мячом по голове, но не успел среагировать, как уже был прижат к плексигласу. Эндрю навалился на него всем весом, удушая предплечьем. Боль под рёбрами давала понять, что лезвие уже прокололо кожу. Лишь в предупреждающем жесте, но давление в любой момент могло усилиться.       — Подумай ещё раз.       — Не знаю, не знаю! — торопливо начал тот. — Я слышал лишь обрывки фраз. Похоже, Рико нашёл какую-то информацию о нём, но я не мог тогда состредоточиться на их словах, — несколько секунд прошли в молчании, Эндрю не собирался ослаблять хватку.       — Ещё... на рождественском банкете Вороны на несколько минут разделили нас. Нил мне ничего не рассказал. Хмыкнув, блондин отстранился и пошёл в сторону выхода с поля. Поняв, что на этом тренировка окончена, Кевин начал складывать разбросанный инвентарь и погрузился в мысли. Что, если к смерти новичка, как и в покушении на жизнь Сета был причастен Рико? Обсуждали ли они это на банкетах? Очевидно, он что-то скрывал, раз не стал обсуждать тот вынужденный тет-а-тет. От нахлынувшей тревоги и чувства вины к горлу подкатывал ком. Если бы он не вёл себя как тряпка, услышал бы полный диалог Джостена и Моро на первом банкете. Он бы мог заметить, что опасность грозит не ему одному. Он не смог защитить его.       "Была бы у меня возможность вернуть всё назад"

***

По жребию, принимать осенний банкет выпало университету Блэквелла. Для «Лисов» этот вариант был относительно удачным — Блэквелл располагался всего в четырёх часах езды от Пальметто. И всё же, загружаясь в автобус ранним утром субботы, никто не испытывал особой радости по этому поводу. Автобус выехал с четырнадцатью пассажирами на борту: командой, тренером и медиком, а также спутниками Аарона и Никки. Банкет планировался как двухдневное событие, чтобы участники, добиравшиеся издалека, не зря потратили время и деньги, но Лисы единогласно решили уехать в субботу вечером. Шести часов в обществе команд, которые регулярно высмеивают их перед журналистами, будет более чем достаточно. Дэн уверяла, что вряд ли кто-то из спортсменов рискнёт затеять потасовку на официальном мероприятии, однако Нила это не утешало. Его напрягали не тринадцать крепких команд, а один единственный человек. Блэквелл медленно вырастал на горизонте, уже можно было различить очертания двух стадионов. Футбольный стадион и стадион для игры в экси высились на противоположных концах кампуса, словно два гигантских краеугольных камня. Они прибыли не первыми, но и не последними. Зацепив взглядом три чёрных автобуса, явно принадлежавших «Воронам», Ваймак благоразумно припарковался подальше от них. Все прибывшие уже собрались на поле. Толстый настил защищал гладко отполированный паркет от царапин, которые могли оставить ножки столов и стульев. Здесь ярко светили все прожекторы, и только экраны электронного табло под потолком оставались тёмными. Нил услышал слабые отголоски музыки, но убедиться в том, что ему не показалось, смог, только оказавшись во внутренней зоне. На банкет съехались четырнадцать команд, а это означало, что на поле присутствуют двести пятьдесят спортсменов плюс ещё человек девяносто сопровождающих и служебного персонала. Нил впервые видел столько людей на поле для экси. Ваймак придержал дверь и жестом пропустил своих ребят вперёд. Сразу за входом стояла небольшая группа тренеров. Один из них в рупор объявил о прибытии команды Пальметто. Оживленный гул разговоров немного стих. Ваймак посмотрел на Дэн и дёрнул подбородком в безмолвном приказе двигаться дальше, а сам направился к коллегам, чтобы обменяться приветствиями. Эбби пошла за ним, напоследок окинув Кевина задумчивым взглядом. Места рассадки гостей были закреплены заранее. Найти короткий ряд, отмеченный оранжевым, не составило труда. Увидеть рядом места «Воронов» оказалось ещё проще. Команды усадили за одним столом, друг напротив друга. Едва новоприбывшие расположились, Ворон, находившийся справа от Рико, встал и приблизился к девушке, сидевшей напротив Нила. Он молча положил два пальца ей на плечо, и этого оказалось достаточно, чтобы она поднялась и пересела на освободившийся стул, уступив своё место ему. Новый сосед Нила подался вперёд, изучая его взглядом. Он не узнал этого человека, но в этом не было нужды. Чёрная цифра три, вытатуированная на левой скуле, говорила, что перед ним никто иной, как Жан Моро, основной защитник команды университета Эдгара Аллана и, предположительно, давний друг Кевина.       — Где-то я тебя видел, — произнёс Жан с французским акцентом.       — На «Шоу у Кэти», если смотрел.       — А, точно. Как говоришь, тебя зовут? Алекс? Стефан? Крис? В желудке всё перевернулось. Секунду, минуту, вечность спустя он осознал, что не сдвинулся с места. Более того, замер не дыша.       — Меня зовут Нил.       — Эй-эй, — отвлёк голос Эндрю. — Кевин, если будешь так дышать, у тебя что-нибудь порвётся. Пошли. Он обернулся. Эндрю уже стоял рядом с Кевином в нескольких метрах от стола, пока тот пил воду трясущимися руками.       — Посмотри на меня, — сказал Эндрю. — Всё будет хорошо. Ты же мне веришь?       — Верю, — с заметным напряжением ответил Кевин.       — Нихрена подобного, — рассмеялся Миньярд. Жан вернул к себе внимание, продолжив диалог на французском. Дальнейшие слова Моро выбили землю из под ног Джостена.

***

«Лисов» и «Воронов» благоразумно рассадили на противоположных концах поля. Первая половина праздничного вечера прошла в спокойной обстановке. Шакалы не были настроены враждебно, и обе команды вели оживлённые беседы. Нил предпочитал молчать, если к нему не обращались, Кевин же вступал в диалог, когда речь заходила об экси и как только тема исчерпывала себя, замолкал, изредка бросая обеспокоенные взгляды на стол «Воронов». После обеда все столы, за исключением одного, убрали с поля, официанты вынесли большие чаши с пуншем и пластиковые стаканчики. На смену рождественским композициям пришла ритмичная музыка, поле превратилось в танцплощадку, и команды перемешались. Вскоре все Лисы растворились в толпе, только Дэн и Мэтт оставались на достаточно близком расстоянии, чтобы приглядывать за Кевином и Нилом. Через полчаса Рико нашёл их возле стола с напитками. За его спиной, как обычно, стоял Жан, а поодаль, в свете прожекторов, можно было заметить ещё несколько чёрных фигур. Их окружили, не привлекая внимания. Кевин сознательно не слушал ни то, о чём говорил Рико, ни то, что отвечал ему Нил. Он сосредоточился на контроле дыхания. Вдох, выдох. Медленно. Слева раздался удар, следом ещё один. Кевин отшатнулся, в шоке уставившись на развернувшуюся драку. Но она закончилась так же быстро как и началась.       — Жан, уведи его, — сквозь зубы процедил Морияма, делая лёгкий акцент на последнем слове. Только когда Моро с силой схватил его за запястье и потащил в толпу, Дэй заметил, что Нила окружили двое других Воронов, зажимая его между собой, дабы он не вырвался. Он бросал быстрые взгляды то на Кевина, то на Рико, прежде чем получил удар в живот. Картина скрылась за толпой танцующих спортсменов, он обернулся на Жана.       — Какого чёрта тут происходит?!Пусти меня! Защитник холодно окинул его взглядом, а затем швырнул его спиной в ограждение, к которому они подошли, всё ещё держа запястье железной хваткой.       — Тебе бы следовало следить за этим несчастным созданием и поумерить его пыл, прежде чем он успел создать вам так много проблем, — Моро говорил с явным призрением. — Почему он до сих пор не знает своего места? Кевин нахмурился и с решимостью заговорил.       — Лисы — не отбросы. Они выкладываются на все сто и при правильном подходе будут играть сильнее. Его место в этой команде, он способен. Жан недоумённо замер, явно ожидав услышать нечто другое, но мысленно сделав свои выводы, вернул прежнее выражение лица.       — Доиграешься же ты, Кевин. Смотри, как бы твоя уверенность в нём не затащила тебя на дно, — насмешливо сказал тот. — Впрочем, мы заболтались, не находишь? Он в последний раз крепче сжал руку Кевина и отпустил её, отдаляясь, пока окончательно не растворился в шумном потоке людей.