Глава 12: Наследник и Наследие

Второй курс начался с напряжённой атмосферы. Стены Хогвартса были испещрены надписями кровью, обещавшими смерть всем грязнокровкам. В школе началась паника. Гарри наблюдал за происходящим с холодным интересом, сидя за столом Слизерина и потягивая утренний чай. — Все думают, что это Наследник Слизерина, — прошептал Теодор Нотт, бледный, но собранный. — Министерство уже здесь. — Глупцы, — тихо фыркнул Драко, но его взгляд вопросительно устремился на Гарри. Он-то знал, кто на самом деле был Наследником. Гарри лишь покачал головой, давая понять, что это не его рук дело. По крайней мере, не напрямую. Вечером того же дня в Тайной Комнате Гарри собрал военный совет. Перед ним на грубо отёсанном каменном столе лежал дневник Тома Риддла. Рядом, свернувшись кольцом, дремала Наагни, приоткрыв один глаз. — Это не я, — твёрдо прозвучал голос из дневника, теперь чистый и ясный. — Моя память здесь, цельная. Я бы никогда не стал писать угрозы кровью на стенах. Это… варварство. Неэффективно. Это лишь привлекает внимание. — Но кто-то использует твоё наследие, — задумчиво произнёс Гарри. — Или его пародию. Он уже знал ответ. Джинни Уизли, маленькая робкая первокурсница-гриффиндорец, бродила по замку смертельно бледная, с расширенными зрачками. Она украла дневник у него? Нет. Он всегда был при нём. Значит, существовала копия. Или подделка. Идеальная мишень для обвинений. — Кто-то хочет спровоцировать меня, — заключил Гарри. — Заставить открыто заявить о себе, пока я ещё не готов. Или дискредитировать саму идею Наследника, связав её с нападками на учеников. — Дамблдор? — предположил Риддл. Его голос звучал почти с одобрением. — Это в его стиле. Создать кризис, чтобы потом героически его разрешить и укрепить свою власть. — Возможно, — согласился Гарри. — Или кто-то ещё. Неважно. Мы используем их игру против них. Он разработал план. Во-первых, тайно защитил нескольких наиболее уязвимых учеников-магглорождённых — тех, кто был достаточно умен, чтобы быть полезным, и чью лояльность можно было заслужить защитой. Он наложил на них древние обереги Слизерина, невидимые для обычного сканирования. Во-вторых, позволил панике нарастать. Чем больше Министерство и Дамблдор метались в поисках Наследника, тем больше падал их авторитет. И в-третьих, начал свою контрпропаганду. Через Драко и его друзей пополз слух: настоящий Наследник Слизерина не стал бы нападать на беззащитных. Он был бы выше этого. Он был бы стратегом, а не маньяком. Настоящий Наследник восстановил бы славу Слизерина через силу знаний, а не через террор. Слух нашёл отклик. Многие в Слизерине, даже не подозревая, что говорят об своём однокурснике, начали сомневаться в официальной версии. «Может, это провокация?» — шептались они. Тем временем Гарри через Наагни установил слежку за Джинни. Василиск, перемещавшийся по трубам, был идеальным шпионом. Он видел, как девочка в трансе писала в какой-то другой дневник, а потом прятала его. Это была не копия. Это был другой артефакт. Возможно, чья-то попытка создать собственного «Наследника». Кульминация наступила, когда Джинни исчезла, а на стене появилась новая надпись: «Её плоть отдана Наследнику. В Тайной Комнате». Замок погрузился в ужас. Дамблдор был отстранён. Министр Фадж метал гром и молнии. Именно тогда Гарри решил сделать свой ход. Ночью он пришёл в кабинет профессора Снейпа. — Профессор, я знаю, кто Наследник, — заявил он без предисловий. Снейп, лицо которого было бледнее и напряжённее обычного, устремил на него пронзительный взгляд. —Если это шутка, Поттер… — Это не шутка. И это не я. Но я могу это остановить. Для этого мне нужен доступ в Запретный отдел. И ваш… нейтралитет. — Ты требуешь невозможного. — Я требую разумного выбора, — парировал Гарри. — Либо вы позволите Министерству устроить в школе погром и арестовать половину Слизерина по надуманным обвинениям, либо дадите мне шанс поймать настоящего виновника. И спасти ученицу. Снейп сжал кулаки. Он ненавидел такое положение. Но он ещё больше ненавидел перспективу, что команда Фаджа будет рыскать в его кабинетах. —Что тебе нужно? — Книгу. «Темнейшие артефакты и их подделки». Я подозреваю, что мы имеем дело не с настоящим наследием, а с фальшивкой. Опасной фальшивкой. Снейп, скрепя сердце, выдал ему пропуск. В Запретном отделе под предлогом поиска антидота против василиска (что было и правдой, и ложью) Гарри нашёл то, что искал. Описание «Дневника-подражателя» — артефакта, созданного для копирования личности и силы другого тёмного объекта, но неустойчивого и приводящего носителя к безумию. Его создатель? Бывший чиновник Министерства, уволенный Дамблдором и одержимый наследием Салазара Слизерина. Теперь у Гарри были доказательства. Но ему нужно было больше. Ему нужно было показать силу. Он спустился в Тайную Комнату, где Наагни уже сторожила обессиленную Джинни, лежавшую без сознания у подножия статуи Салазара. Рядом валялся простой, на первый взгляд, чёрный дневник — подделка, пульсирующая нестабильной тёмной магией. — Пора заканчивать этот фарс, — сказал Гарри. Он не стал уничтожать подделку. Он взял настоящий дневник Риддла и поднёс его к фальшивке. Начался процесс поглощения. Подлинная тёмная магия, упорядоченная и могущественная, впитала в себя искажённую, нестабильную энергию подделки. Фальшивка рассыпалась в прах, а дневник Риддла на мгновение вспыхнул ярким светом, став ещё более мощным артефактом. Затем Гарри подошёл к Джинни. Он положил руку ей на лоб и вытянул остатки чуждого влияния, очистив её разум. Она слабо застонала. Теперь нужно было финальное представление. Гарри приказал Наагни оставаться в тени, но быть наготове. Сам же он поднял Джинни на руки и вышел из Комнаты как раз в тот момент, когда группа во главе с Локхартом (которого Снейп, по-видимому, привёл в качестве «эксперта») и Фаджем ворвалась в заброшенный туалет. — Она жива, — просто сказал Гарри, передавая девочку мадам Помфри. — Наследника нет. Это была подделка. Попытка осквернить наследие Салазара Слизерина. Фадж покраснел от ярости и смущения. Локхарт что-то лепетал. Но все взгляды были прикованы к Гарри — бледному, серьёзному, со следами борьбы на одежде, державшему в руках обугленные остатки дневника-подделки. — Кто… кто это сделал? — прорычал Фадж. — Тот, кто хотел посеять раздор и панику, — уклончиво ответил Гарри, глядя прямо на Дамблдора, который только что вернулся в замок и стоял в дверях с непроницаемым лицом. — Но он недооценил истинную силу наследия, которое пытался осквернить. И защиту, которую Хогвартс даёт своим ученикам. Он не назвал имён. Он не стал героем. Он стал… загадкой. Спасителем, но на своих условиях. Человеком, который вошёл в логово монстра и вышел невредимым. И теперь все — от министра до последнего первокурсника — смотрели на него иначе. Он спас школу. Он разоблачил фальшивку. И все задавались вопросом: если он так легко справился с подделкой Наследника, то какова же сила настоящего? Дамблдор смотрел на него, и в его голубых глазах не было ни благодарности, ни одобрения. Было холодное, безжалостное понимание. Его пешка не просто вышла из-под контроля. Она стала королевой. И игра только начиналась.