Глава 12

Когда изначальное удивление прошло, то выяснилось, что против приглашения Тахион в команду никто особо не возражает. Даже скупая на похвалу Скарлет признала, что та здорово умеет бегать. Это и помогло мне окончательно утвердиться в решении. Навыки решают. А что до эксцентричного поведения — да черт с ним. У нас тут живая посланница бога рандома всегда поблизости ошивается, и если уж она не смогла команду развалить, то младшая сестра Герберта Уэста-реаниматора и подавно не сумеет. Страсти улеглись, и все потихоньку стали заниматься своими делами. Я подозвал Судзуку. — Вы что-то хотели, тренер-сан? Может, собираетесь огорошить нас еще какой-нибудь внезапной придумкой? — Есть такое. — сказал я. — Видишь ли, Судзука, с Тахион все так спонтанно получилось, в моменте, поэтому мне нужно еще одну потенциальную кандидатку встретить. Чтоб подкрепить свои слова, я разблокировал мобильник и продемонстрировал Судзуке экран с часами. Там значилось без трех минут час дня. — Она как раз должна подойти сейчас, поэтому мне нельзя отлучаться. Ты не могла бы сопроводить Тахион в офис к Рудольф-сан и зарегистрировать ее в качестве участницы нашей команды? Судзука задумалась. — Я, конечно, не против, тренер-сан, но обычно этим занимается только руководитель… Рудольф-сан, может быть, меня и выслушает, но вот Грув-сан… вы же с ней встречались? У меня даже волоски на руках дыбом встали, как только я вспомнил ее. Чесслово, от белых ходоков меньше холода исходило. — Да, жизнь уже успела свести. Понимаю твои опасения. — Грув-сан очень строго относится к бюрократической стороне школьного образования. — сказала Судзука. — Наверняка она начнет ругаться. Я усмехнулся. — Да, такую вероятность я не исключаю, но знаешь, что? Я сейчас позвоню Рудольф-сан и предупрежу, что ты придешь. Так она будет в курсе, что это не самовольная инициатива с вашей стороны, а мое официальное подписание. Подстрахуемся, так сказать. Судзука мягко кивнула. — Тогда хорошо. Как только вы свяжетесь с Рудольф-сан, дайте мне знать, и мы пойдем. — Супер. Номер Рудольф у меня имелся — он был первым в списке принятых вызовов. Памятуя о правилах современного этикета, вместо звонка я тапнул на кнопку “открыть диалог”. У самого жестко подгорает пониже спины, когда без предупреждения начинают звонить и затевать бессмысленные разговоры… Если они, конечно, не связаны с рабочими моментами. Я: Привет, Рудольф-сан. Это Йошиаки Кира, тренер “Спики”. Не отвлекаю? Ответа пришлось ждать совсем недолго — уже секунд через десять возле моего сообщения появились две галочки, а потом по экрану побежали точки. Рудольф: Здравствуйте, Йошиаки-сан. Не отвлекаете, я только вернулась с обеденного перерыва и еще не приступила к делам. Что вы хотели? Я: Отлично, потому что у меня к вам как раз есть дело. Я официально принял в команду новую участницу и хотел бы ее зарегистрировать. А отойти не получается, потому что щас жду прибытия еще одной видной кандидатки. Если я пошлю к вам Судзуку, поможете ей с оформлением? На этот раз ответа пришлось чуть подождать. Я пока успел сходить и попить воды, накатил лютый сушняк, аж язык к небу присох. То ли жара, то ли коктейль Тахион выжег всю воду у меня в теле. Пришлось восполнять баланс. Слава богам, на стадион нормально завозили воду. Автоматы и просто кулеры стояли тут и там. Ну, все логично. Атлетам же нужно восполнять баланс жидкости в организмах. Телефон нетерпеливо завибрировал. Рудольф: Хорошо, я помогу. Только очень советую вам поспешить. Грув-сан скоро закончит кричать на цветы и вернется. И в очередной раз появилось впечатление, что у меня съезжает крышка. Я: кричать на цветы??? Рудольф: Она предполагает, что с мотивационными речевками они растут быстрее. Не знаю, правда ли это, но мне не хочется ее разочаровывать. По-моему, тут все вокруг поехавшие. Скоро я сам кричать начну, чего доброго. Я: Тогда я их сейчас же к вам отправлю. Рудольф: А почему бы вам сначала не поговорить со второй участницей и уже потом пройти регистрацию? Вопрос абсолютно резонный, на самом деле я бы так и поступил. Но просто время шло, и Тахион становилась все более нервозной. Это заметила Спе-тян и поинтересовалась, в чем дело. На что Тахион ответила, мол, у нее в комнате стоит портативная духовка и в этой духовке щас “доходит до нужных кондиций” нечто НЕВЫРАЗИМОЕ. Я: там у Тахион-сан опыт какой-то грозит сорваться, ее надо отпустить пораньше. Рудольф: Интересный выбор, Йошиаки-сан. Тогда жду ваших подопечных. Я: Благодарю, Рудольф-сан. Рудольф: Не за что. Отрадно видеть, что вы взялись за работу с таким рвением. :) После светского обмена любезностями с президенткой я наконец дал отмашку Судзуке, и они с Тахион отправились в высокие кабинеты. — Тренер, ну и чего мы ждем? — Водка нетерпеливо поддела лежащий на траве камешек мыском кроссовка. — Может, вас продинамили? — предположила Скарлет. — Или вы просто недопоняли? Не первый раз в моей жизни такие недопонимания случаются, это верно. Но Маккуин мне показалась слишком серьезной, чтоб такие трюки проворачивать. Думаю, даже если бы она передумала приходить на наш, кхм, кастинг, то нашла бы возможность предупредить об этом. — МЕДОК! МЕДОК! МЕДОК! ПРЕКРАСНЕЙ, ЧЕМ ХОЛОДОК! — заорал кто-то у ворот. — МЕДОК! МЕДОК! МЕДОК! — Вот блин. — изрекла Водка и покосилась на подруг. — Это та, о ком я думаю? — Рианна? — всполошилась Голши. — Черт, а я как раз выбросила упаковку из-под духов на прошлой неделе. Будь проклято мое неизменное стремление к чистоте! И даже зонтика свободного нет, чтоб автограф оставить… Скарлет вытаращила на нее свои красные глаза. — Откуда Рианне здесь… что… как ты до этого дошла вообще? Ай, ладно. Я обернулся и увидел двух ум, приближающихся к нам. Одной из них была Маккуин. На ней был надет то ли пиджак, то ли куртка в черных тонах. Не знаю, как это описать, одежда в очень аристократическом духе. Как будто по фасону восемнадцатого века сделана, не хватает только кудрявого белого парика. Вот ниже уже шла короткая юбка, которая возвращала нас в современность. Но в целом это очень ей шло. Рядом с Маккуин шла… уменьшенная копия Рудольф. Во всяком случае так мне показалось сначала. Потом она приблизилась, и я понял, что это два разных существа. У этой умы были голубые глаза, волосы не распущены, а стянуты в длинный, до пояса, хвост. Костюм тоже яркий, цветастый, я бы его сравнил с униформой какого-нибудь трубача из парадного оркестра. — Добрый день, Йошиаки-сан. Добрый день, девочки. — начала Маккуин, когда остановилась. — Я прошу извинить меня за опоздание, всему виной обстоятельства, на которые я никак не могла повлиять. — Здрассти! — гаркнула ее спутница. — Обстоятельства — это я! Дурацкий автомат сожрал мою монетку, а отдавать шоколадку не собирался. Вот мы с Маккуин-тян ее и доставали! — Тейо, ну ты нашла кого просить о помощи с шоколадками. — съязвила Скарлет. — Маккуин наверняка вся обкапалась слюной от одного вида шоколада. Запретный плод сладок и все такое. Маккуин побагровела. — И вовсе я не обкапалась. К твоему сведению, Скарлет-сан, я бы отказалась от угощения, даже если бы Тейо предложила мне попробовать. Все-таки потомку рода Меджиро подобает непрерывно проверять характер на прочность. И это испытание воли я прошла с честью. Тейо запустила руку в карман и зашуршала там оберткой. Наружу появился недоеденный сникерс. — Правда? — сказала она невинным тоном. — Значит, ты не будешь возражать, если я сейчас его доем, да? Маккуин шумно сглотнула и повела ноздрями. А потом отодвинулась от Тейо на пару шагов. Хе, может, с манерами у рода Меджиро все пучком, зато в скрытности полный провал. — Доешь-доешь. — не удержался я. — Иначе на жаре растает все. Тейо с готовностью вгрызлась в батончик и энергично заработала челюстями. Маккуин изо всех сил старалась на нее не смотреть. — Тренер, может, мы приступим? — с нажимом сказала она. — Я офф, посижу афк. — заявила Голши и извлекла из своей спортивной сумки еще одни наушники, только в этот раз с неоновой расцветкой. — Вот и нет. — сказал я. — Давай за дело, Голд Шип. Она с недоумением воззрилась на меня. — Тренер, у вас опять кэш обнулился? Забыли про наш договор? — Ничего я не забыл. — парировал я. — С тренировками к тебе я не полезу, все верно. Но у нас сейчас впереди не тренировка, а показательное выступление. Я не зря просил вас вчера собрать инструменты. Почти все оборудование нам пожаловала сама школа. Минувшим вечером я списался с преподавательницей музыки и по совместительству руководителем музыкального кружка. Тот факт, что мы планируем инструменталы именно играть, а не запускать минусовку с компьютера растопил ее и без того податливое сердце. Поэтому дама согласилась выделить нам от щедрот академии две гитары, клавиши и барабанную установку. Про мелочи типа пары усилков я уже не говорю. Мужики-охранники, кряхтя и матерясь, стаскали все это добро во флигель. Я не зря поставил на то, что Водка принадлежит к племени латентных гитаристов — в подвале у нее и правда нашлась достойная электруха. Не Лес Пол и не Стратокастер, но все равно хорошая вещь, солидная. Правда, она ее всю обклеила стикерами и потом долго их сдирала, почему-то отчаянно краснея при этом. Тейо тут же начала ее подкалывать. Впрочем, эта мелкая зараза лезла ко всем. Норовила подергать за струны у Спе, пнуть в “бочку” у Скарлет и потыкать в кнопки синтезатора. Мои глаза, честно говоря, разбегались — то она возле меня ошивается, то через три секунды уже пытается стащить шапку у Голши. Где-то по городу наверняка бродит санитар с сачком и ведром транквилизатора специально для нее. — Этот табурет не очень удобный. — пожаловалась Скарлет. — У меня с него хвост свисает сильно. — Потому что надо меньше эклеров есть. — отозвалась Водка. — Тогда и зад умещаться будет на сидении. Та сразу же взвилась. — Кто бы говорил! Сама перед тем как лечь спать, листаешь шортсы в тик-токе и чипсы точишь. Такой хруст стоит, что ушам больно! — Я только один раз! — А потом еще раз. И еще много, много, много, много, много раз! Водка по-бычьи насупилась. — Ах так? Может, мне тогда рассказать тренеру, что ты держишь в морозилке прямо за куриными грудками и протеиновыми йогуртами? Тут ей пришлось уворачиваться, потому что Скарлет запустила в любимую соседку барабанной палочкой. — Только попробуй! Я потом твои останки там хранить буду! — Может, мы уже начнем? — робко предложила Спешл Уик. Я вздохнул. — Дожидаемся Судзуку, бас-то у нее. К счастью, долго ждать не пришлось. Вскоре показалась Судзука с кофром в руках. За ней шла довольная Тахион. — Тренер-сан, мы все сделали так, как вы велели. — произнесла Судзука. — Отлично. — похвалил я. — Никаких проблем? — Нет. Рудольф-сан уже подготовила бланки заявления к тому моменту, как мы пришли. — И на Грув-сан не наткнулись? — Только у самого выхода. — встряла Тахион. — судя по сильному запаху земли, она проводила время в школьной оранжерее. Ага. Например, прикапывала там какую-нибудь несчастную уму, решившую в недобрый час пробежаться по коридору до классной комнаты. — Тогда если я вам не нужна больше, тренер, я пойду? — спросила Тахион. В этом вопросе, однако, откровенно считывалось “я уже готова свалить и мне только нужно ваше формальное позволение”. — Не желаешь остаться и посмотреть, как щас девочки практиковать выступление будут? — Я бы с удовольствием, но у меня там в комнате… ситуация, скажем так. — уклончиво произнесла она. — Эксперимент требует моего скорейшего участия. — Иди-иди. — махнул я рукой. — Не хочу потом краснеть перед директрисой, когда она начнет задавать вопросы, мол, почему это в общежитии для девочек выбило все стекла. Тахион обрадовалась и не теряя времени пошла к выходу со стадиона. Она так быстро чесала, путаясь в ногах. Наверное, я оказался близок к истине, и эксперименты, которые она проводила, имеют взрывоопасную природу. А у нас тем временем тоже начались безумные опыты. Совместными усилиями девочки расставились полукружком возле сарайки со спортинвентарем. Не самое очевидное место для репетиции, но там по крайней мере было можно подключить все усилители Голши заняла место у микрофона. Вообще по моей задумке я бы обеспечил ими всех, кроме разве что Скарлет, потому что петь и по тарелкам стучать не каждый сможет. Но пока что агрегат у нас был один, да и тот с нюансами. Мало того, что он принадлежал к не самому элитному ценовому сегменту, так и лучшие годы уже прошли давно. Ну да ладно. — Перед концертом убедительно просим вас не кидаться в артистов помидорами, яйцами и ботинками. — возвестила Голши. — Все эти предметы будут незамедлительно съедены, а значит, не возвратятся к владельцу. Руки тоже лучше не тянуть, даже в порывах восторга и экзальтации. — Голши… — вздохнула Судзука. — Да-да. Итак, мы представляем вам песню, которую принес тренер. Возможно, и написал тоже он, я этого не знаю… — Мне пришлось немного поправить ваш подстрочник. — добавила Судзука. — Простите, если отклонилась от художественного замысла, просто грамматические ошибки покоробили… Кстати, а что там в оригинале за язык? — Русский. — ответил я. — Поправила — и пусть. Очень сомневаюсь, что ты исказила смысл. У нее на лице отразился вопрос, почему именно русский, что повлекло за собой такой нестандартный выбор, но субординация победила любопытство. Голши устремила пространный взор в небо. — А смысл там есть! Это глубоко личное произведение. Когда я разучивала его три минуты тому назад, то все это пережевывание глубоко отразилось на моей личности. — Может, переживание? — переспросил я. Голши ухмыльнулась. — Неа. — Да блин, играем уже! — рявкнула Скарлет. — Раз-два-семь-восемь! Я очень быстро понял, почему многие лошадевочки так легко находят себя в творчестве. Черт знает, может, им как виду это действительно ДАНО, что называется. В талант я особо никогда не верил, потому что за этим словом чаще всего скрывается чудовищной силы упорство и бетонная жопа, на которой ты сидишь, пока осваиваешь скилл. Но знаете, когда видишь, как пятеро девчонок, которые до этого момента послушали песню ровно один раз, играют ее, что называется, с листа, мнение-то немного меняется. Скарлет довольно беспроблемно выдерживала высокий темп, бас-линия у Судзуки получалась аккуратная и гладкая, Спе и Водка практически сразу сыгрались и практически друг другу не мешали. Но больше всех удивила Голд Шип. Я был на сто пятьдесят процентов уверен, что щас начнется какая-нибудь дурка, потому что с ней иначе не бывает. Либо текст задом наперед пойдет, либо все слова заменит на “авокадо”. Но я попал впросак. — еще один холодный день, идти куда-то просто лень / да и никто сегодня не звонит… Нижний регистр у нее оказался просто замечательный — звучал плотно и свободно. А самое главное — и эмоции, и меланхоличное настроение ей удалось передать точно. Стопроцентное попадание, по-другому и не скажешь. Но она не была бы собой, если б не выкинула внезапный фокус. Перед вторым припевом Голши набрала в грудь воздуха и вскричала: — Стоп-стоп-стоп-стоп! Никому не двигаться! Руки со струн убрали! Девочки подскочили как ужаленные. — Что случилось? Голши медленно повернулась вокруг себя. Обвела всех окружающих взглядом. — Мозгошмыги говорят мне, что нам чего-то не хватает для окончательного грува. А они редко вносят в мое мышление свою лепту, поэтому когда все же подают голос, я склонна им верить. У нас уже испечен прекрасный пирог с вишней. Но его надо присыпать лепестками миндаля, если выражаться метафорически. — А по-людски можно сказать? — попросила Водка. Глупая, блин, конечно же, нельзя. Маккуин, до этого скромно стоявшая рядом со мной, шагнула к новоиспеченному ансамблю. — Кажется, я поняла, что она имеет в виду. Она включила синтезатор, тот самый, который стоял в комнате музыки (и который мы позаимствовали). Пальцы пробежались по клавишам и Маккуин нахмурилась. — Нет, не тот тембр. Переключившись на экран, она ввела номер пресета и снова сыграла несколько аккордов. Полился тягучий, немного ноющий звук. — Вот это больше подходит. — сообщила она и деловито добавила. — Давайте еще раз, со второго припева. И группа собралась окончательно. На лепестки миндаля синтезатор Маккуин не очень был похож, больше казалось, что на фон налили густого киселя, но в атмосферу этот кисель подходил на ура. Я даже заново проникся этим треком, хотя он у меня уже давно в плейлисте болтался. Было что-то разрывное в том, что няшные лошадевочки играют думерское музло. Я чувствовал, что этим мы и можем взять. Но не все разделяли это мнение. Когда последний припев кончился, а вместе с ним и песня, Спе-тян с надеждой поинтересовалась: — Ну как вам, тренер? Я уже приготовился излить всевозможные похвалы. Абсолютно заслуженные, никто не провалился, разве что Скарлет наколотила сбивок там, где они на хрен были не нужны, но это мелочи. Однако мне не позволили этого сделать. — Мрак и ужасть! — вынесла вердикт Тейо. — Чего??? — возмутился “ансамбль” — Почему? Тейо принялась невозмутимо загибать пальцы. — Во-первых, музыкальный материал и правда сомнительный. Это какая-то музыка для пыльных стариков! Как вы ее на стадионе представляете? Люди только что смотрели на скачущих чирлидерш, кушали хот-доги и запивали их кока-колой, а потом кто-нибудь из вас выигрывает забег и начинает вот это??? Но с песнями вопрос решаемый. Вы почему такие скованные, м? Однако возможности ответить никто не получил — Тейо подскочила к Водке и ткнула той в грудь пальцем. — Водка-сан! Это кошмар! Ты главный гитарист в команде. Главный гитарист должен быть весел. Почему ты выглядишь так, будто стоишь на похоронах своего любимого хомячка? Хоть бы ходила туда-сюда, я не знаю! Судзука-сан вообще на мраморное изваяние похожа, если б пальцы не шевелились, я бы вообще подумала, что попала в дом восковых фигур! Судзука попыталась как-то оправдаться, но момент уже был упущен. — Спешл Уик-сан! — рявкнула Тейо. — Да! — пискнула Спе. У нее от страха даже уши прижались, как у щенка, который обоссал любимый бабушкин ковер и теперь боится наказания. — Ты ведешь себя активнее! Это хорошо. — сказала Тейо, и Спе выдохнула. — Но при этом хмуришься так, будто пытаешься в голове перемножить шестьсот восемьдесят два на триста сорок четыре. — Я сосредотачиваюсь, чтоб не сбиться… — пролепетала Спе. — Сосредотачивайся сколько влезет, но про улыбку не забывай! — велела добрая наставница. — Я вижу, что работы у вас предстоит так много, что хоть шерсть с хвоста выдирай. А ведь дебютные гонки уже скоро. И дебютные концерты тоже. Без обиняков скажу, что придется туго! — Так, остынь чутка, Саймон Кауэлл. — припомнил я имя склочного мужика, который на американском шоу талантов всех посылает домой. — Для первого раза это было чудесно. Мы еще только практикуемся. — Только вот времени практиковаться у вас нетушки. — отрезала Тейо с веселой улыбочкой. — А в твиттере и на реддите сидят настоящие звери, ультра-фаны-ноулайферы. Если опозоритесь, они вам потом до конца жизни будут эти выступления припоминать. Тут девочки разом приуныли. Даже Голши замолкла. А жаль, сейчас ее шизанутые фокусы пришлись бы как раз к месту. Чтоб разрядить тяжелую атмосферу. — И чё делать будем? — понуро спросила Скарлет, вертя в руках палочку. — Непростая это задача. — заявила Тейо. — Даже, я бы сказала, миссия, которая даже для Тома Круза не выполнима. Но вы не бойтесь — я вас поднатаскаю. Ее голубые глазищи загорелись алчным блеском. — Да, точно! Думаю, у меня не осталось выбора! Я присоединюсь к вашей команде и сделаю из вас настоящих королев сцены! — А есть альтернативные варианты или это случится несмотря ни на что? — язвительно поинтересовалась Водка. — Ты принята. — сказал я и погасил развитие конфликта в зародыше. Наверное, со стороны такие мои тренерские ходы несколько попахивали глубоким отчаянием. Но по Тейо и дурак бы заметил, сколько у нее энергии. За пятнадцать минут знакомства она не успела разве что на шею ко мне сесть и ноги свесить. В обычной жизни это, должно быть, утомительно, зато очень пригодится на треке. Если хотя бы половина этого ресурса направится в нужное русло. — Вооооот! — обрадовалась она. — Этот местный мужчина ПОНИМАЕТ! Изящным шагом вбок она зашла мне за спину, а потом цепкие руки обхватили меня за шею. Что за хрень? Через пару секунд у меня на левом плече выросла еще одна голова. — Тренер-сан, мы с вами такого наворотим вместе! Судя по тому, как вас клонит к земле, вы уже мудры и готовы фонтанировать знаниями во все стороны! Я буду очень внимательно вас слушать, обещаю. К моему горлу подкатил горячий комок. Но там и встал, потому что руки Тейо дальше не пускали. Голова закружилась. — Я щас начну фонтанировать своим обедом во все стороны, если ты не отпустишь. — пригрозил я. Тейо хихикнула и соскочила на землю. Вновь обошла меня и направилась к девочкам. — Со своей стороны могу пообещать, что буду супер-старательной! В конце концов, если я собираюсь превзойти Президента Рудольф, мне придется жестко попотеть! — она энергично потрясла кулачком. — И вам всем помогу, конечно, девочки, мы же теперь товарищи! Тейо остановилась, выбирая жертву. Мои несчастные умы замерли как стадо антилоп перед гепардом. — И начну, пожалуй, с тебя! Выбор пал на Маккуин. Та попыталась стать незаметной, но получилось у нее не очень хорошо. — Когда играешь, не стой как палка! За такой огромной штуковиной не попрыгаешь нормально, но проявляй хоть какие-нибудь эмоции! На тебя просто скучно смотреть. Маккуин моргнула, словно до нее не сразу дошло, что все эти претензии сыплются ей на голову. Однако скоро самообладание возвратилось. — Я ценю твои советы, Тейо-сан. Однако хочу заметить, что я еще даже не приняла решение о том, что присоединюсь к “Спике”. Не поймите меня неправильно — вы все замечательные и сам просмотр получился… крайне необычным. Но завтра мне предстоит собеседование с Ханой-сан из команды “Ригель”. А это сулит отличные перспективы в преддверии “Сияющей Серии”. Мягко и вежливо, но она нас отшивала — это и дураку было понятно. Впрочем, я особо ее не винил. Наверняка у этих неведомых Ригелей все отточено и отлажено так, что от зубов отлетает. Райс же говорила, что там тренерша строгая, так что и престиж, наверное, немалый. Ну что… придется еще кого-то поискать. Меня пихнули в бок так, что чуть не треснуло ребро, а потом передо мной нарисовалась Голши. — Босс, у нас код коричневый. — заговорщицки шепнула она. — Коричневый? — Ага. Мы в дерьме, проще говоря. — пояснило мое несчастье. — Рыбка вот-вот сорвется с крючка и уплывет на рандеву с мегалодоном. А я по вашей довольной морде видела, что вы кайфуете от песни. Нам нельзя ее отпускать, эта нежная фиалочка будет секретным соусом команды. — Согласен. Но видишь, она уже говорит так, как говорят эйчары, когда высылают тебе отказ. Голши подмигнула. — Скажите одно волшебное слово — и все тут же переменится. — Кхм, пожалуйста? Она посмотрела на меня с укором. — Вам же не девять лет, тренер, и вы не уговариваете родителей разблокировать канал, на котором ночью показывают порно. Другое слово. — Какое? Губы Голши разошлись в дьявольской ухмылке. — Скажите “пихтолапка”. — Это вообще не слово! — возмутился я. — Тик-так, тик-так, она ускользает… — промурлыкала Голши. — Тик-так, тик-так… с мятой, с апельсином и мой любимый, со вкусом рыбьего жира… — Хорошо-хорошо, пихтолапка! Голши сразу заткнулась. С ее мордашки сразу же стекли вообще все эмоции, оно стало пустым, как начисто вытертая классная доска. Медленно повернувшись всем корпусом, она вперевалочку пошла по направлению к Маккуин, которая как раз отключала провода от синтезатора. — Голд Шип, ты отлично спела. — сказала Маккуин, когда ее заметила. — Тебе стоит почаще пользоваться этим диапазоном… Однако Голши пропустила похвалу мимо ушей. — Значит, ты собираешься уйти? — проговорила она тоскливо. — Да, время уже подходит, а мне еще нужно успеть… — Ты не хочешь вступать в команду… Маккуин примирительно подняла руки. — Я еще не решила, просто впереди еще одно собеседование. Не в моих правилах спешить, и… — АААААААААААААААААААААААА! Я подскочил на месте и чуть не плюхнулся носом вниз. Вопль, который издала Голши, напугал не только меня, но и вообще взбудоражил все окрестности, наверное. Как можно было столько боли и страданий одновременно изобразить… словно ударился мизинцем о шкаф и наступил пяткой на детальку от лего одновременно. — ПОЧЕМУ, МАККУИН, ПОЧЕМУ? — надрывалась Голши. — Мы открыли для тебя свои двери и свои сердца, чтобы ты заглянула в них, а ты бросила равнодушный взгляд и сказала “НЕ ИНТЕРЕСУЕТ”. ТЫ ДЛЯ МЕНЯ КАК СЕСТРА КОТОРУЮ ОТДАЛИ НА ВОСПИТАНИЕ ЛОРДУ КОРНУОЛЛУ В СРАНЫЙ ПЕНТЕРБРОК. НО ХОРОШИЕ МАНЕРЫ НЕ МЕШАЮТ ТЕБЕ ЖЕСТОКО И ВЕРОЛОМНО КРУШИТЬ НАДЕЖДЫ! ВЕРНО ГОВОРЯТ, ЧТО НА СВЕТЕ ЕСТЬ УБИЙЦЫ С ЛИЦАМИ МЛАДЕНЦЕВ! ТЫ ОДНА ИЗ НИХ! Маккуин всплеснула руками и попыталась успокоить Голши, заключив ее в крепкие дружеские объятия. Но та вырвалась. — НАША КОМАНДА ПЕРЕНЕСЛА МНОЖЕСТВО НЕВЗГОД И ЛИШЕНИЙ! ГОЛОД, БЕЗДЕНЕЖЬЕ, МЕДИЙНАЯ НЕПОПУЛЯРНОСТЬ И ЗАВИСИМОСТЬ ОТ ПУПЫРЧАТОЙ ПЛЕНКИ! И ВОТ СЕЙЧАС, КОГДА ВСЕ ЭТИ НЕСЧАСТЬЯ ПОБЕЖДЕНЫ, ТЫ ВЫБИВАЕШЬ ИЗ ПАЗЗЛА ПОСЛЕДНИЙ КУСОЧЕК! — Я не… пожалуйста, Голши, будь благоразумна… Но на этом представление не закончилось. Не переставая верещать, Голд Шип грохнулась наземь и поползла к Маккуин. Пальцы ее вонзились в почву. — Я ПЕРЕД ТОБОЙ НА КОЛЕНЯХ. В МОИХ РУКАХ ТРАВА. СИМВОЛ ПЛОДОЛЮБИЯ И ЖИЗНЕРОДИЯ. СЕЙЧАС ОНА ЗЕЛЕНА, НО ЧЕРЕЗ НЕСКОЛЬКО ДНЕЙ ПОЖУХНЕТ, ПОТОМУ ЧТО ЕЕ ОТОРВАЛИ ОТ ЗЕМЛИ. МАККУИН, ВСКОРЕ ТО ЖЕ САМОЕ ПРОИЗОЙДЕТ И С НАМИ. ПОЖАЛУЙСТА, Я МОЛЮ ТЕБЯ. СТАНЬ НАШЕЙ ЗЕМЛЕЙ. ААААААРАРАРАРОООООРРХЫЫЫЫЫЫЫЫ! Свою пламенную речь она завершила звуком, который я даже передать затрудняюсь. Маккуин вся побледнела, глаза огромные и светятся, чисто два фонаря. Наверное, бедолага сама близка к тому, чтоб свихнуться. Девочки тоже пребывали в шоке. Они как-то все сгрудились вокруг Спешл Уик и помалкивали. Голши принялась кататься по земле,сучить ногами и выдирать газон. Это стало последней каплей. — Я вступлю, вступлю, только прекрати безобразничать! Голши замерла, приоткрыв один глаз. — А не наеб… то есть, не обманешь? — деловито спросила она. Маккуин поджала губы. — Меджиро никогда не обманывают. Этого аргумента оказалось достаточно. — Тогда ладно. — сменила гнев на милость Голши. — Но знай, я вверила тебе свою жизнь. Не потеряй ее и не сломай. — Ты сведешь меня в могилу. — проворчала Маккуин и снова вернулась к синтезатору. Я посмотрел на часы. Уже натикала половина третьего, и отведенное нам на официальную тренировку время перевалило за экватор. Ничего особо важного уже сегодня не успели бы. Впрочем, я бы даже затевать какие-то подвиги — слишком много сил ушло. Ну что, не думал я, что состав соберется так быстро, но вот восемь участниц, которые нужны, у меня уже есть. Если Рудольф удивилась тому, что я одну девочку отыскал, то с трех за день она вообще рехнется. Надо пойти сказать Тейо и Маккуин, что щас пойдем в кабинет на оформление. Но сначала я остановился возле все еще лежащей Голши. На ее красном лице не было ни слезинки. — Ну, как вам? — спросила она. Довольная до чертиков. — Охрененно. — резюмировал я. — Никогда больше так не делай.