Вернутся к фанфику
Месяц
4 октября 2025, 09:14Целых тридцать дней с тех пор, как Кацуки Бакуго встал на колени перед Изуку и поклялся быть его опорой. Тридцать дней, за которые мир не перевернулся, но треснул по швам и начал медленно собираться в новую, более прочную мозаику.
Изуку исправно ходил к психологу. Сначала это было мучительно. Вытаскивать наружу страх, стыд и боль было больнее, чем любые физические травмы. Но он делал это. И после каждого сеанса его ждал Кацуки — мрачный, молчаливый, но неизменно присутствующий. Он не лез с расспросами, просто был рядом. Иногда его грубая рука ложилась на затылок Изуку, и того становилось достаточно, чтобы дыхание выровнялось.
Их отношения были... странными. Они ходили на свидания — в кино, на прогулки, даже в музей героев. Они целовались, украдкой и страстно, в лифтах и на темных лестничных клетках. Но дальше поцелуев дело не шло. Слишком свежи были раны. Слишком много призраков стояло между ними.
К тому же работа. Герой «Динамит» был нарасхват. А Изуку, чья система анализа квирков теперь была на слуху у всех крупных агентств, практически жил на работе. Они виделись урывками, украденными моментами. И с того рокового совместного задания их больше не сводили — начальство, видимо, решило не искушать судьбу.
Еще одна проблема — дом. Отношения с мамой, Инко, стали натянутой струной. Она видела, что сын изменился, что он прячет глаза, что по ночам ему снятся кошмары. Но он молчал, прикрываясь усталостью от работы. Ее тихое, ненавязчивое беспокойство давило на него сильнее любого крика.
Кацуки, в свою очередь, тоже не спешил объявлять на весь мир об их отношениях. Не из стыда. Никогда. Просто он был частным человеком, а весь этот сыр-бор с публичностью он презирал.
Но однажды вечером, заказывая суши на двоих в его квартире, Кацуки положил палочки и уперся взглядом в Изуку.
«Хватит это прятать».
Изуку вздрогнул. «Что именно?»
«Все. Нас. Твои проблемы. Напряжение с твоей мамашей. Пора выкладывать карты на стол».
Изуку побледнел. «Каччан...»
«Нет, — Кацуки перебил его, но без злости. Твердо. — Мы идем к твоей маме. Завтра. Говорим ей все. Про Лигу. Про психолога. И про нас. Потом идем к моим старикам. А после...» Он вздохнул, будто готовясь к худшему. «После я расскажу своим идиотам-одноклассникам».
Решение было принято.
---
Визит к Инко Мидория был тяжелым. Изуку, запинаясь и плача, рассказал ей все. О похищении. О пытках. О страхе. Кацуки сидел рядом, молчаливый каменный столп, и держал его за руку. Инко плакала. Плакала от ужаса, от жалости, от вины, что недоглядела. Но когда слезы высохли, она обняла сына и сказала: «Я всегда с тобой». А потом посмотрела на Кацуки и добавила: «И Кацуки спасибо, что вернул мне его».
У родителей Кацуки реакция была иной. Мицуки, его мать, сначала всплеснула руками: «Так вот почему ты стал таким смирным!», а потом расцеловала Изуку в щеку, назвав его «храбрым мальчиком». Масару, отец, просто хмыкнул и сказал: «Главное, чтобы вы были счастливы». Все прошло на удивление гладко.
Самым страшным для Кацуки был разговор с одноклассниками. Он собрал их после занятий в пустом классе — Тодороки, Киришима, Урарака, Иида, Айшидо и все кто с мог прийти.
«Так, вы,потом передадите остальным кто не пришёл — начал он, скрестив руки на груди. — У меня новость. Я... в отношениях».
Повисла тишина.
«С кем?» — первым нарушил молчание Киришима, его глаза блестели от любопытства.
Кацуки тяжело вздохнул. «С Деку».
Эффект был мгновенным. Урарака ахнула, Иида начал махать руками, как ветряная мельница, Тодороки наклонил голову, а Киришима взревел: «Я ЗНАЛ! Я ЗНАЛ, ЧТО МЕЖДУ ВАМИ ЧТО-ТО ЕСТЬ!»
И тут случилось неожиданное. Их приняли. Без колебаний. Урарака, хоть и с легкой грустью в глазах (старые чувства не умирают полностью, ей нравился Кацуки), улыбнулась и сказала: «Главное, чтобы вы друг друга поддерживали!». Иида начал читать лекцию о важности взаимного уважения в романтических отношениях между героями. Тодороки спросил: «Это повысит вашу эффективность на поле боя?», на что Кацуки просто фыркнул.
А потом Киришима, самый душевный из них, обнял Кацуки за плечи и сказал: «Рад за тебя, братан! А где твой парень? Позови его!»
Изуку, которого Кацуки буквально вытащил из-за двери, где тот прятался, был в шоке. Он стоял, красный как помидор, и смотрел на этих сильных, ярких, уверенных в себе людей, которые улыбались ему. У него не было друзей. Все его школьные годы ушли на погоню за несбыточной мечтой и анализ героев. А здесь... они принимали его просто так.
«Эй, Мидория! — крикнула Ашайдо. — Говорят, ты гений анализа! Поможешь мне с дипломной работой по квирк-тактике?»
«А... а конечно!» — прошепелявил Изуку.
С этого все и началось. Его окружили. Засыпали вопросами о поддержке героев, пригласили на совместные тренировки и в кафе после учебы. Изуку, сначала робкий, постепенно начал оттаивать. Он нашел общий язык с Тодороки, обсуждая стратегии, с Иидой — этику геройской работы, а с Киришимой и Денки — простые человеческие вещи.
Он сдружился. По-настоящему.
Сидя вечером того же дня на диване у Кацуки, Изуку уткнулся лицом в его плечо.
«Спасибо», — прошептал он.
«За что?» — буркнул Кацуки, переключая каналы.
«За все. За то, что заставил меня посмотреть правде в глаза. За то, что был рядом. За... за них». Он кивком указал на телефон, где в общем чате вовсю шел оживленный спор о лучшем виде суши.
Кацуки хмыкнул, но обнял его крепче.
«Идиот. Это ты все сделал сам. Я просто... открыл дверь».
«Самая тяжелая работа — это решиться подойти к этой двери», — тихо сказал Изуку.
Кацуки посмотрел на него — на его все еще немного грустные, но уже более спокойные глаза, на легкую улыбку на губах. И почувствовал, как в его груди расправляется что-то теплое и гордое.
«Теперь, когда все карты на столе, — сказал Кацуки, его голос приобрел новый, низкий оттенок, — может, наконец, перестанем целоваться, как первокурсники?»
Изуку покраснел до корней волос, но улыбнулся, и в его улыбке впервые за долгое время не было ни тени страха или печали.
«Может, и перестанем».
Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!