Глава 7. День, когда я умер вновь.

Пандак вновь с трудом открывал свои глаза, но на его удивление он оказался на привычной ему белоснежной мягкой кровати, на втором этаже таверны «Гордость Льва» в Златоземье. Голова была тяжёлая, пульсировала от каждого движения тела и перемешивалась со звоном в ушах, который медленно утихал. Пандарен с трудом поднялся на край кровати и обернулся, увидев на второй половине оголённое тело молодой девушки, которую вчера он брал с собой в военный поход в качестве талисмана. Он знал и рассчитывал, что именно этим и закончится их общение, но рыцарь смерти собирался запомнить кульминацию их встречи. Пандак опустил голову, натирая ладонью висок в попытках вспомнить, что именно вчера произошло и как он оказался здесь. Перед глазами появлялся образ эльфа-паладина, его агрессивный настрой и острый клинок, после – вкус собственной крови на губах и пропасть. Неужели без драки не обошлось, и он вновь потерял контроль над собой? Он переместил свою ладонь с виска ко рту и нащупал свежий шрам, пересекающий обе губы. Значит дуэль всё-таки свершилась и раз сейчас он живой сидит в таверне – значит пандарен вышел победителем. «Уже проснулся?» – Тонкие женские руки обхватили его широкие плечи сзади, девушка быстро чмокнула его в щёчку и положила свою голову ему на плечо. Массивные белоснежные волосы, словно лавина, скатывались по его телу вниз. В ответ он лишь положительно промычал и бросил на неё быстрый взгляд, стараясь не пересекаться с ней глазами. Ему было стыдно за то, что он не помнит ни имени девушки, ни то, что произошло вчера. «Слушай, а…» – Он встал с кровати, выбираясь из её объятий и повернулся к ней, упирая лицо в пол, старательно делая вид, что пытается вспомнить её имя, которое он даже не знает. «Муэрта, – подсказала девушка, – я понимаю, имя не из самых простых, Пандак» – с улыбкой ответила ему обнажённая девушка, полулёжа распластываясь на кровати и совершенно не стесняясь своего соседа. «Муэрта, да. Не сочти за грубость, но что вчера произошло и как я тут оказался?» – Пандак вопросительно поднял одну бровь, с надеждой глядя на девушку. «Ну как же. Я вчера отдыхала здесь у себя в комнате после нашей победы, а ты начал настойчиво стучаться ко мне в дверь посреди ночи, пришлось впустить. Ты стоял у входа весь такой в латных тяжёлых доспехах с кровавыми подтёками, со своим руническим клинком за спиной, тяжело дышал, а из твоих глаз валил тяжёлый ледяной дым. Я поняла, что путь у тебя оказался не из простых и помогла тебе избавиться от доспехов. После же помогла избавиться ещё и от усталости, хотя ты сам запрыгнул на меня и взял так грубо, что… мне даже понравилось, – После последних слов она начала игриво водить пальцем по белоснежной простыни, заманивая Пандака вернуться в кровать, но ему от её слов наоборот сделалось тошно, – Я бы попросила тебя повторить вчерашнее, но, боюсь, тебя уже все ждут внизу, в таверне». «Все?» – с недоверием и непониманием спросил пандарен, пытаясь глазами найти свои латные доспехи. «Конечно! Все только и говорят о том, как ты с друзьями организовал победный рейд на территорию Орды! Ждут только тебя, так что собирайся скорей, а я присоединюсь чуть позже» – она пальцем указала в угол комнаты, где в кучу были сложены все вещи пандарена. Он, благодарно кивнув, начал быстро собираться и, поцеловав её на прощание, поспешно вышел из комнаты Муэрты, тяжело выдыхая и стараясь осознать всё произошедшее. С первого этажа таверны «Гордость Льва» доносилось множество весёлых воскликов, стук деревянных стаканов, пьяный галдёж посетителей, которых, судя по шуму, сегодня было особенно много. Пандак посмотрелся в небольшое зеркало, что висело в коридоре, чтобы хоть немного привести себя в порядок, но из зеркала вместо отражения на него взглянула искажённая версия Пандака. Лицо пандарена, обезображенное злобным оскалом в сочетании с кровоточащим свежим шрамом на губах, демонстрировала вместо усталости жажду крови и азарт охотника, а из глаз обильно валила ледяная дымка, которой до этого момента не было так много. Он глянул на зеркало всего лишь на мгновение и сразу же отпрянул в страхе, но невольно точно запомнив мутировавшее лицо. Неужели он начал сходить с ума и терять контроль над самим собой? Провалы в памяти и кошмарные сны и правда начали его мучать в последнее время чаще обычного, но то было последствие обильного употребления алкоголя и воздействия Короля-Лича на его разум. В любом случае, решать проблему надо было срочно, и он знал, что с этим ему может помочь только Бартас, так как он знает больше остальных и активно намекал, и говорил о каком-то пророчестве. Собрав волю в кулак, он взглянул ещё раз в зеркало, которое на этот раз точно транслировало уставшее отражение лица Пандака. Он быстро поправил выбившиеся волосы своей большой рукой и пошёл к лестнице, медленно спускаясь к бурной толпе, что, заметив его, начала ликовать и вопить ещё громче. «Пан-дак! Пан-дак! Пан-дак!», – толпа, приковав всё своё внимание к пандарену, начала синхронно выкрикивать его имя, не давая даже шанса ему остаться незамеченным. Ему ничего не оставалось кроме того, как поднять обе свои руки, приветствуя огромную толпу народа, сквозь которую активно пробивался таурен. «Пандак! Брат, что ты так долго?! Бартаса не видел?», – с трудом подойдя к панде, начал сыпать свои вопросы Думселл, который, скорее всего, празднует победу ещё с самого утра. Он, по-дружески обняв пандарена за плечо, провёл его к барной стойке, впихивая в руки полную бутылку бурбона. «Да я только проснулся, не знал, что тут уже вся таверна отмечает. А Бартаса не видел с тех пор, как мы с ним в Мулгоре разминулись», – отвечал на вопросы Пандак, открывая бутылку бурбона и жадно глотая травяной напиток. «Панда, я уже столько денег срубил на продаже сумок и зелий! Надо срочно запрячь Бартаса на изготовление новой партии. Кстати, держи, – Думселл передал Пандаку солидный мешок с золотыми монетами, – Остальное доля Бартаса. Он у нас всё-таки всё это придумал и изготовил, так что ему больше всех. Но если он не объявится здесь через пару часов, то клянусь, что потрачу его деньги на алкоголь и девочек. Смотри, кстати, там эльфиечки стоят!» – Слегка постучав по плечу пандарена, он указал своей рукой в сторону двух молодых пьяных и весёлых ночных эльфиечек, что время от времени бросали на таурена заигрывающие взгляды. «Да иди если хочешь, я пока Бартаса подожду, да и с народом поболтаю. Хочется просто отдохнуть, а не приставать к девочкам. По крайней мере, не сейчас, возможно, я просто трезвый» – слегка рассмеявшись, произнёс Пандак, делая ещё несколько глотков из горлышка бутылки с бурбоном. «Уверен? Их там две, а я не жадный, могу, так и быть, с тобой поделиться. Будешь куколдом нашим, на стульчике в уголке сидеть» – смеясь и не отрывая своего хищного взгляда от девушек, сказал Думселл. «Да иди уже к ним, считай, я дарю тебе свою долю. Я если захочу, то без женского внимания не останусь, ты меня знаешь» – Пандак с наслаждением и умиротворением смотрел на всю кучу народа, что теснилась в относительно небольшой таверне. Ему было просто приятно находиться здесь, внутри этого огромного организма, что вчера воинственно шагал по землям Орды, а сейчас отдыхал в своём логове. Вместе с этим организмом отдыхал и Пандак, он чувствовал наконец-то полноценное спокойствие – они с друзьями поставили цель и всего за одну ночь справились с ней с сокрушительным успехом. В этот момент у пандарена было всё, о чём только можно мечтать: верные друзья, признание и уважение окружающих его людей, денежный достаток такой, что он мог ни в чём себе не отказывать, и, самое главное, у него было обильное внимание женщин, так что обделённым любовью он тоже не был. Пусть и любовь эта была только на одну ночь или пару дней, но она всё же была. Хорошие мысли взяли долгожданную победу в голове Пандака над плохими и в этот момент он осознал: он счастлив. Дальнейший вечер и досуг пролетели быстрей ветра, толпа всю ночь ревела и начала расходиться только под утро вместе с первыми лучами солнца. К пьяному и счастливому пандарену подошёл точно такой же таурен. «Ты пропустил такую яркую ночь, ох, что же творили эти две сучки в постели. Бармен! Плесни-ка мне чего покрепче!» – окликнул уставшего мужчину за барной стойкой Дум, он в ответ лишь только что-то пробубнил себе под нос, но всё равно налил стакан бурбона и недовольно подал его рыцарю смерти. «Да мне было и здесь заебись. До сих пор не могу поверить, что у нас получилось, – Задумчиво произнёс Пандак, не отрывая своего взгляда от догорающих в камине пален, отхлебнул немного бурбона из своей бутылки и произнёс с лёгкой тревогой в голосе, – Единственное, что Бартас так и не появился за всю ночь, вряд ли он спит больше суток, да и в комнату к себе он не возвращался, я уже спросил у людей». Таурен жадно отхлебнул бурбона и со стуком поставил полупустой стакан обратно на стойку, переводя своё внимание на задумчивого друга: «Да может он в Сумеречном Лесу или у своих учителей дома» – спокойно предположил Дум, не торопясь делать никаких выводов. «Что ему делать у учителей? Устраивать оргии?» – Пандак с улыбкой взглянул на своего друга и снова прислонил губы к бутылке, допивая остаток пряного крепкого напитка. «Да ты заебёшь, будешь мне теперь всю жизнь это припоминать? Пошли лучше Бартаса искать, мало ли он в алкогольной яме валяется, пока мы тут резвимся» – Он допил остатки напитка, небрежно бросил стакан на стойку и, сильно шатаясь, пошёл в сторону выхода из таверны. Пандак, усмехнувшись нелепости своего друга, спрятал за улыбкой лёгкую тревогу за Бартаса и тоже медленно поплёлся на улицу. На улице золотое солнце рассвета ослепило двух пьяных и весёлых друзей, что вышли из здания, не ожидая такой резкости света. Они, тихо выругавшись, отправились сначала в уже привычный дом на берегу озера, двери которого были открыты круглосуточно для всех желающих согреться или переночевать, но, на их удивление, сейчас помещение было абсолютно пустое, не было детей на втором этаже или заблудившихся путников, а две молодые учительницы профессий только возвращались домой. Два рыцаря смерти, чуть ли не падая на них, сразу же напали с расспросами про Бартаса, не появлялся ли он здесь в последние дни. Девушки отстранились от двух пьяниц, от которых таращило перегаром, и ответили, что Бартас уже давно к ним не заявлялся и не брал никаких новых уроков. Такой ответ посеял тревогу уже в обоих друзьях, но отчаиваться они не спешили и отправились сразу же в Сумеречный Лес, в их дом в Гниющем Саду, надеясь, что Бартас будет там заниматься шитьем сумок, зельеварением или же просто спать. Важно было знать, что с ним всё в порядке и ничего не стряслось. Уставшие и протрезвевшие по дороге рыцари смерти добрались до своей базы, но, осмотрев всё помещение, они никого не нашли. Мало того, всё лежало ровно на тех же местах, как и тогда, когда они уходили. Значит Бартас сюда не возвращался, также не возвращался к учителям за новыми уроками и его никто не видел в таверне «Гордость Льва» – в месте, где он с друзьями отдыхал каждую ночь и проводил большую часть времени. Отчаявшиеся в безрезультатных поисках, они оба вернулись в Златоземье и, не рискуя открыть дверь в таверну, молча смотрели на неё, готовые от усталости уснуть стоя, но им двоим стало страшно – вдруг они сейчас откроют дверь в таверну и Бартаса внутри не окажется. Неужели такой сильный рыцарь смерти мог вот так просто пропасть без следа? Думселл сжал ручку двери и пару секунд решался, прежде чем медленно потянуть её на себя, отворяя дверь и проходя внутрь. Ранним утром таверна, как и полагается, была совершенна пуста, не было даже бармена или хозяина таверны, не было спящих пьянчуг, что не смогли дойти до дома, не было никого, а самое главное – не было Бартаса. «Нуу, – неуверенно разрезал тишину своим голосом Думселл, – Может он нашёл новое хорошее место для базы и завтра придёт с кучей товара и расскажет нам о своём новом плане и товарах?» «Угу, – легким мычанием и киванием поддержал его слова Пандак, – А может он и правда сейчас в алкогольной яме. И завтра, как очухается от празднования, вернётся и расскажет». «Хорошо, если бы так. Ладно, я пойду спать. Сладких снов, Пандак» – по-дружески похлопав по плечу пандарена, таурен, зевая, отправился на второй этаж таверны, очевидно, к тем же двум девушкам, с которыми он был всю ночь. Пандак же отправился на кухню, в поисках хозяина таверны, с целью снять комнату на определённый срок, чтобы было место, куда можно возвращаться ночевать и просто побыть хотя бы немного одному.