Глава 3

Потребовалась минута, чтоб осознать, что этот колокол звонит не просто так, а по мне. В кармане штанов. Я засунул руку в карман и выудил оттуда мобильник — здоровенную лопату, габаритами побольше даже айфон макса. Ткнул на кнопку «ответить» и приложил к уху. — Д-да, то есть… слушаю. Голос был совершенно не мой. Низкий и с гнусавинкой, как у челов, что косят под старых видеокассетных переводчиков. Уже не самое приятное первое впечатление! — Даичи-сан! Какое счастье! — защебетал взволнованный женский голос. Так затараторил, что у меня внутри черепной коробки заколыхался мозг, — Я так рада, что наконец дозвонилась до вас! Я откашлялся и попытался собрать мысли в кучу. Но они собирались не очень активно. Я вроде вполне себе живой, руки ноги по ощущениям на месте, а вот непонятная легкость, что сопровождала меня во время перехода через тьму, ушла. Может, и правда оказался там привидением? Дух бесплотный, единение и прочее. Классный мульт был, аж детство вспомнилось. — Я… кхм, тоже рад, — сообщил я, — вы по какому вопросу звоните? Тут моя собеседница еще ускорилась, а в ее голосе появились встревоженные нотки. — Даичи-сан, вы кашляете? Господи, пожалуйста, не говорите, что и вы захворали! Кроме вас, обратиться совершенно не к кому — Оками слишком занят в кружке ремесел, а других вариантов нет! Не магистра же Комуру в состав заявлять в его восемьдесят четыре года! Меня в данный момент не очень интересовало, кто такой Оками и за какие такие заслуги на работе держат восьмидесятилетнего деда. Как-то подобные вопросы отходят на второй план, когда даже не знаешь, кто ты. Но я все же утвердительно буркнул в трубку. — Ага, разумеется. — Даичи-сан, не откажите, пожалуйста, на вас вся надежда! Хотелось в ответ сказать «Да без проблем, вот только разберусь сначала с тем, что еще за Даичи такой и чем он знаменит, а там уже посмотрим». Но я не решился. Еще подумает, что я крышей поехал. Но кто знает, может, безумие уже потихоньку ко мне подступается? Всякие сомнительные… вопросики уже, вон, в голову лезут. И вообще голова кругом идет, как будто я вчера упоролся двумя баклажками дешевого пива. А собеседница, как назло, бьет прямо в мозг из словесного пулемета. — Вы успокойтесь, пожалуйста, — попытался я вклиниться в этот поток сознания, — и расскажите, чего от меня хотите. Только не торопясь, ладно? «А то я так отъеду скоро… во второй раз». Женщина на том конце провода сделала над собой усилие и правда замедлилась. Но менее сумбурным от этого ее рассказ не стал. Может, и я виноват — понимал ее плохо. Языковой барьер ни при чем — оба мы говорили на чистом английском. Я и раньше неплохо его знал, если собираешься строить спортивную карьеру за бугром, без этого никак. Но раньше приходилось над собой усилия делать, в голове каждую фразу переводить и еще проверять, а не накосячил ли я. Но сейчас все получалось на автомате. Так что дело было в том, что дамочка просто действовала мне на нервы. Из ее рассказа я уяснил, что есть некоторая школа, где меня очень ждут. Ибо только незнакомый мне Даичи мог спасти местную баскетбольную команду. Потому что все предыдущие кандидаты либо слились, либо слишком стары для этого дерьма, как магистр Комура. Когда в разговоре прозвучало слово «баскетбол», с меня как будто весь дурман слетел. Значит, девица-то не обманула. Действительно дала второй шанс! Да еще какой — вытащить команду за уши из болота. Я откинулся в кресле и прищурился. Что ж, мне не привыкать. На любительском уровне мне часто приходилось, что называется, тащить. Бывало, что и по сорок очков набирал, и по пятьдесят. Старался этим не флексить обычно, потому что для команды вредно, никто не должен чувствовать себя балластом. Но когда игра сама показывает, кто есть кто, тут ничего не поделаешь. Бывало, что на меня разом стягивались два-три игрока, но тут они выясняли, что я парень не жадный. Скидка на дугу свободному, а дальше три очка вынимай… — Ну так что, Даичи-сан, выручите? Болтливая собеседница вырвала меня из воспоминаний. У нее было столько надежды в словах, что я понял — вот она, та самая возможность, о которой вещала моя "кураторша". На школьном уровне я всех просто-напросто вынесу. И можно будет занести себе в отчет первую наградку. — Конечно, — заверил я с готовностью, — ща только немного разомнусь, форму упакую и подъеду. Вы только адрес мне скиньте, куда направляться, а то че-т из головы вылетело, уж простите. Неожиданно возникла тишина. Хех, наконец-то мне удалось ее ПЕРЕГОВОРИТЬ, уже немалое достижение. А сколько их еще будет… Лучше бы было побольше — я ж все-таки не только для себя стараться собираюсь. — Х-хорошо, Даичи-сан, — ожил голос, — записывайте… …После этого весьма живительного разговора я соскочил с дивана и отложил телефон. Времени на сборы оставалось с запасом, почти два часа. Поэтому я решил провести их с пользой. Для начала — познакомиться со своим новым «я» во всех смыслах. Подозрения закрались с самого начала. Кем бы этот Даичи ни был, но только на толковое жилье он пока себе заработать не смог. Тесная квартирка — две маленькие комнаты, гостиная, в которой самый дорогой предмет — телевизор с консолью («SONY GAMESTATION 4» прочел я на корпусе), облупленный потолок в разводах, мебель хоть и аккуратная, но не новая и вся в пыли. Мда. Спальни не лучше — в одной бардак, одеяло на кровати комком валяется и белье несвежее, а в другой напротив, — все убрано и по местам разложено. Но такое чувство гнетущее, как будто туда никто не заходил пару лет. Стало жутковато, так что я поспешил оттуда убраться. «И как ему в таком, кхм, убранстве, норм живется?» — думал я по пути на кухню. Миновал небольшой коридорчик, вышел из него, и расстройство усилилось. На столе, полу и возле мусорного ведра в изобилии валялись обертки от шоколадных батончиков, пустые картонки из-под пудинга, ведерки с остатками мороженого и прочие следы праздника. Кажется, Даичи не мог найти для себя лучшего времяпрепровождения, чем всласть пожрать какой-нибудь вредной еды. Не, я не из тех ребят, которые угорают по здоровому образу жизни и питаются смесью из энергии солнца и ростков пшеницы, но… за последние несколько суток этот товарищ стрескал маленький кондитерский отдел. Ну хоть на бухло не налегал, и то маленькая радость, за которую можно возблагодарить Вселенную. Относительно полезных продуктов на кухне вообще не оказалось. В холодильнике загибались от старости три ломтя пиццы, а еще нашлась кастрюля с непонятной массой темно-бурого цвета. Масса так застенчиво колыхалась, что пробовать ее я не рискнул. Вдруг оно живое? Так что просто выпил кофе с ничем. Кофемолка? Турка? Цельные зерна? Забудьте. Растворимая бурда из пакетика — наш выбор. Во время завтрака напряженно думал. Надо бы щас к зеркалу смотаться и себя осмотреть. Руки сильные, но двигается Даичи тяжеловато. И пристрастие к жирной пище стопудово подточило ему реакцию, скорость… печень, в конце концов. Поэтому моя задача несколько усложняется. Школьников я все еще смогу развалить, но чтоб на хоть какой-то профессиональный уровень претендовать — с этим будут проблемы. Стоп. А если я «сан», то примут ли меня вообще в игру? Будет странно, если за команду школоты вдруг заявится чел значительно старше по возрасту? С другой стороны, если на подмену, может, и допустят. Скинув пустую чашку в мойку, я направился в ванну. Там было темно, и какой-то мегамозг додумался прикрутить выключатель не снаружи, а внутри. Поэтому я чуть не навернулся, когда споткнулся о мокрое полотенце на входе. Злость на Даичи еще подросла. Уже скоро подползет к критическим значениям, чесслово. Я щелкнул выключателем. Под потолком зажглась лампочка в пластиковом абажуре и открыла моему взгляду щербатый кафель на полу, трещины в экране душевой кабинки и подтекающий кран в раковине. Потрясающее бинго, просто три-в-ряд. Отчего-то показалось, что и тараканы тут тоже живут, только от моего появления они разбежались кто куда. Я подошел к раковине и открыл кран. Умыл лицо… заодно ощупал его и результат мне не очень понравился. Какое-то одутловатое, в колючей щетине на подбородке. Надо бы присмотреться. Зеркало, как назло, запотело. Ну-ка, что тут у нас? Из зеркала на меня глянул… я сам из прошлой жизни. Ну, почти. С несколькими косметическими отличиями. Так бы выглядел Даня Воронцов, если бы вместо каждого приема пищи он закусывал молочный коктейль кренделями. Лицо отечное, еще не расплылось, но уже наметился отчетливый второй подбородок. Волосы лохматые, растрепанные, явно несколько дней не мытые, что только усиливало печальное впечатление. А еще Даичи-сан чертовски плохо спит, под глазами такие мешки, что можно в них уложить все золотовалютные резервы нашей страны, и еще место останется под какую-нибудь Андорру. — Да уж, братан, ты пока не Ворон, ты даже на индюка не тянешь, — пробормотал я под нос и полез в душ. На этом откровения не закончились. После первого… знакомства я совсем приуныл, но еще оставалась надежда… вдруг он сильный от природы как бычара или атлетизм свой не полностью угробить успел. Мне бы хоть чуть-чуть материала, с которым работать можно, на опыте вывезу, на понимании игры… Но все надежды разбились — разлетелись вдребезги. После душа нашел в спальне чистую одежду и переоделся. Взял мобильник, и тут мне пришла в голову идейка. Кое-как устроил его на полке, поставил таймер… и получил селфи в полный рост. Когда взглянул на него, чуть на слезу не пробило. Похвалил я, значит, эту девку, а она мне такую подлянку подсунула, благодетельница хренова! Все в ее предложении было замечательно, только вот об одном пункте она умолчала. Критически важном пункте. По всему выходило, что о быстром успехе мне предлагалось забыть — хорошим набором скиллов это не исправишь. И высоким игровым интеллектом — тоже. Ничего не сделать, как ни усирайся. Потому что Даичи-сан оказался…низким. Со среднестатистическим мужиком он был вровень. Но по баскетбольным меркам настоящий гном. Уже появился живот (ничего удивительного, он же с таким удовольствием на сладкое налегает!) и рост не выше метра семидесяти пяти. Ну ладно, если расщедриться немного, можно дать метр восемьдесят. Но никак не больше. После моих привычных двух метров и шести сантиметров приземление оказалось жестким. Меня осенило; так вот почему тянка так мялась, когда я спрашивал, какая судьба меня ждет. Постеснялась, видать, сразу сказать, что я окажусь в теле, с которым даже водоносом не очень-то побегаешь. Подстава всех подстав! Надо будет в следующий раз при встрече спросить, мол, что за херня? Почему я стал этим? А до тех пор можно забыть и подзабить. Даже не ходить никуда. Сегодня и вообще… В голове снова возникла картинка. Ровный слой оберток и картонок на полу. Твиксы, сникерсы и прочие баскин-роббинсы — вот и все, что радовало мистера Даичи в последние несколько дней. А ведь он тоже к чему-то стремился, на что-то надеялся, как и я. И пришел в итоге к шоколадным батончикам размера XXL по два с половиной доллара за штуку. Не удивлюсь, если он заказывает их оптом через интернет и хранит в морозилке. Нельзя себя жалеть. С моим предыдущим телом уже ничего не сделаешь, оно откисает в холодильнике, но с этим… Ничего, Даичи-сан, мы с тобой еще растрясем жирок. Вот бы только познакомиться с тобой поближе… Познакомиться вышло, когда я залез в его письменный стол. В ящике, под еще одной кучей оберток от шоколадных батончиков и мятных леденцов, обнаружился паспорт. Я открыл разворот и прищурился. Так-так-так. Имя: Кенджи, фамилия Даичи, пол: мужской (ну хорошо хоть там знак вопроса не поставлен, как щас бывает иногда, хоть в этом он меня не подвел), возраст: шестнадцать лет… От последней цифры глаза у меня даже округлились. Кажется, проблемы со здоровьем у Кенджи даже серьезнее, чем я подумал изначально. Судя по тому, что выглядит он минимум на двадцать пять, в ближайшее время мне придется заняться ОБСЛУЖИВАНИЕМ организма. Рядом нашлась и карточка ученика. Довольно продвинутая — вместо того, чтоб всю инфу печатать, на нее поместили куар-код. Я отсканировал его мобильником и уже через минуту изучал сайт. В этом году Кенджи перешел в «Старшую школу имени Дж. Нейсмита» из средней школы... но на занятиях так ни разу и не появился. За прошедшие три с лишним недели график посещаемости пестрел пропусками. Вчера, то есть двадцать пятого сентября, тоже стоял жирный крестик. По сравнению с подгруженным табелем из предыдущего класса, где посещаемость и успеваемость были близки к идеальным, это бросалось в глаза. Парень не самый спортивный, поэтому чтоб задержаться в частной школе (а школа была именно частная, если судить по ее полному наименованию), ему приходилось налегать на учебу. Но куда больше меня заинтересовала вкладка «Спортивные достижения». Я тапнул по ней. Ожидал увидеть что-то типа шахмат… потому что только они более-менее относятся к спорту и при этом выдающейся физической формы не требуют. Но Кенджи, как и я, тоже бросал мяч в корзину. Статистика у него оказалась скромная и почему-то только за позапрошлый сезон — судя по всему, занесли данные по среднеклассникам. Двадцать четыре матча, в среднем восемь с половиной очков, четыре передачи, два подбора и еще перехват. Об НБА с таким уровнем игры мечтать и близко не стоит. К тому же школьный уровень самый низший, о более-менее пристойном командном взаимодействии или продвинутых защитных схемах там говорить не приходится. Люди решают на физической форме, на атлетизме, и если игрок в таких условиях не начал читерить статку, то скорее всего, его ждет другая карьера. Неспортивная. Кенджи бы подошло работать в кафе-мороженом. Наверное, он и сам это понял, поэтому пропустил предыдущий сезон. Я вздохнул и тапнул по экрану мобильника. Следующей показалась вкладка «Здоровье» и выплюнула мне в лицо сразу охапку сканов. Я напряг взгляд и увеличил масштаб изображения. А вот это уже любопытно. Я поторопился и погорячился — здесь действительно есть потенциал для драмы. Предыдущий сезон Кенджи пропустил не потому, что начал жрать за обе щеки пончики с вареньем. Нет, это была не причина, а следствие. Во время двухсторонней игры на разминке он порвал ахилл. Когда я увидел этот диагноз в скобках, меня пробрало. Для игрока это травма не просто серьезная, а очень серьезная. Вот и ответ на вопрос, почему Кенджи настолько грузно двигается. Дело не только в пузе. Пузо возникло уже потом. После разрыва ахилла человек по-любому теряет в подвижности и в резкости. А для разыгрывающего эти качества критически важны… если не получается компенсировать их универсальностью. Иногда после подобных травм заканчиваются даже подготовленные атлеты из НБА. Не дожимают, не успевают, не добегают — сплошные «не» повсюду, куда ни сунься. Что ж, ясно, почему Кенджи мощно налег на сладкое — бедолага заедал стресс. С его физическими данными и так сложно рассчитывать на карьеру в баскетболе, а тяжелая травма и вовсе ставит на ней крест. Скорее всего, он решил, что солнце закатилось, мечта разбилась и все в таком духе. Он был недалек от истины. Все мои знакомые, кто рвал кресты или ахилл, рано или поздно бросали играть. Дело даже не в том, что восстанавливаться тяжело. Просто эти травмы выводят тебя из строя минимум на год, и мотивацию поддерживать становится очень сложно. Перспективы возвращения к былому уровню становятся зыбкими и призрачными, добраться туда сложно, зато боль и усталость — вот они. Эта сладкая парочка всегда с тобой — грызет мышцы, долбит в суставы…уговаривает забить на очередные изнурительные процедуры и вместе этого кайфануть на диване с сериалом. Кенджи Даичи очень старался работать. Но не вытянул и в итоге сдался. Это и привело его в цепкие объятия депрессии. Ее отголоски я чувствовал вполне отчетливо. Как и скованность в мышцах. — Так, брат. — сказал я одновременно и Кенджи, и самому себе. — То, что ты с собой натворил, никуда не годится. На твою генетику повлиять у меня никак не выйдет, но избавляться от мешка… — я провел рукой по животу. Жировая прослойка отвратительно промялась под пальцами. — мы начнем немедленно. Тебя, может, и устраивало такое положение, но мне оно категорически не нравится. Кенджи, конечно же, ничего не сказал. Но своего рода диалог у нас все же состоялся. Потому что в голове сначала возникла картинка, мысленный образ. Пропахшие потом насквозь маты, тренажеры, отрывистые указания тренеров. Позже над всем этим возник адрес. РОЗОВЫЙ БУЛЬВАР, ЗДАНИЕ 7, ЗАЛ «ЗАЯЧЬЯ НОРА». — Спасибо. — сказал я. Мысленная пометка на будущее: постараться не пропускать наружу внутренний диалог, а то еще примут за шизофреника и отправят в комнату с мягкими стенами. А если я вдобавок изложу полную историю с ДТП, девицей и обретением нового тела, то и вовсе пропишусь в психушке до конца жизни. Интересно, а там на спортплощадке тоже есть кольцо? Уговорившись с самим собой таким образом, я отправился разбирать гардероб Кенджи. Внутри тесной кладовой, служившей ему платяным шкафом, было относительно чисто. Три вешалки и несколько полок, на которых аккуратно разложены вещи. Даже удивительно, как это он умудрился не намусорить и здесь — весь остальной дом требовал генеральной уборки на несколько дней. Скорее всего, Кенджи сюда даже и не заглядывал. На вешалке висели три комплекта школьной формы. Темно-синий блейзер, брюки из довольно неприятной на ощупь ткани. К каждому комплекту прилагалась и пара ботинок. Благопристойно, солидно и уныло до зубовного скрежета. Справа друг на дружке покоились футболки, и вот они уже выглядели поинтереснее. Обязательно разберусь, что тут к чему, но попозже. Я взял комплект формы и уже собирался выходить, когда приметил лежащую внизу спортивную сумку. Она поприветствовала меня известным логотипом и слоганом «JUST DO THIS». Я раскрыл ее и обнаружил, что сумка пуста. Ни формы, ни спортивной обуви — ничего. Такое впечатление, что после травмы Кенджи уже успел распрощаться со своим спортивным будущим. С одной стороны, сложно его в этом винить, когда живот уже начал испытывать все прелести земного тяготения, а с другой… ведь ногу же не отрезало, в конце концов. Я вздохнул и взял сумку с собой. Положил туда сразу несколько бутылок с водой — чувствовал, что по итогам сегодняшней тренировки они очень пригодятся. В школьную же сумку запихнул учебники с тетрадями (их Кенджи тоже не касался уже довольно долго, если судить по ровному слою пыли на обложках) и туда же бросил зарядку от мобильника. По своей прежней форме я скучал, но придется довольствоваться тем, что есть. Может, у них найдется что-нибудь на мои нестандартные габариты. Будет весьма забавно, если посреди дриблинга живот этого ФЛАББЕРА перевесит. Я подумал и на всякий случай закинул в сумку весь комплект личных документов Кенджи. Лучше перестраховаться — в школе я не появлялся долго. И на этом успокоился. Вроде бы все готово. Подошло время для моего первого дня… первого дня где? Об этом мире я пока что знаю чуть меньше, чем нихрена. Да что там — я не стопроцентно уверен, что это не предсмертный глюк или коматозное видение. Что там советуют для проверки, не спишь ли ты? Кажется, посмотреть на руки. Я посмотрел. Руки как руки. Ничего особенного. Крепкие, с погрубевшей на пальцах кожей и заусенцами. Обрастать новыми пальцами, как порождение нейросети, плыть и растворяться они не спешили. Значит, все взаправду. — Ладно. — сказал я. — Гандикап ты мне, конечно, накинула неслабый… эм… кхм… Тут я понял, что за все время общения так и не спросил у моей так называемой начальницы ее имя. Это просчет, но вряд ли можно обвинять в нем человека, который только что узнал, что он умер. — …Но я смогу с этим справиться. Только ты тоже не подведи, с бонусами не жадничай. В остальном можешь на меня положиться. Слегка кринжанул от своей речи, особенно с того, что говорил в никуда. Но почему-то возникло ощущение, что до адресата мои слова добрались успешно. Я спустился в холл и глянул в зеркало. Кенджи Даичи глянул на меня в ответ, и его потухший взгляд воспрял. Самую малость, но хоть что-то. С новыми силами я направился на улицу ловить такси.