Глава 10.

      Оказывается, на стене в углу спальни все это время была трещина, которую кто-то до Клоринды пытался замаскировать обоями. Если за этой трещиной долго следить, может показаться, что она увеличивается, и что дом вообще скоро весь развалится. Но он продолжает стоять, что бы ни происходило внутри и снаружи. Продолжает стоять, игнорируя трещину.       Клоринда тоже должна была держаться. «Обоями» была работа в издательстве, она прикрывала все остальные провалы. Ризли эти обои содрал с той же грубостью, с которой взял Клоринду в готическом замке в Землях Хаоса; он создал еще одну трещину, а она даже не смогла возмутиться. Ее максимум теперь — сидеть на кровати, прижав колени к груди. Клоринда не знала, что вообще способна на настолько откровенные безразличие и апатию.       Может, в этот раз тело просто просило отпуск подольше? Может, в многотысячелетней усталости была причина, по которой Клоринда так легко поддалась демону и бросила себя в цепкие объятия греховной связи? Нет, едва ли. Это лишь слабые оправдания. Во всем виновата Клоринда, ее выбор и воля, пусть и были привлекательны мысли о том, чтобы свалить ответственность за все происходящее на кого-то другого. Виноват ли Ризли? Не больше, чем она сама.       Клоринда почти перестала вставать с кровати. Сквозь пододеяльник ее кожу иногда кололи основания перьев, выбивающиеся из наполнителя одеяла. Она сидела, закутавшись в нем, глаз цеплялся только за трещину в углу. В дверь каждый день стучал Ризли — он больше не маскировался под Венти и не пытался скрыть свою демоническую ауру. Зачем-то просил впустить.       Он не знал, что ее дверь не заперта, и было даже немного странно, что он это не проверил в первый же день.       А сколько таких дней прошло, Клоринда не считала. Шторы всегда занавешены, часы перестали идти. Чувство времени пропало, как и остатки сил — новым неоткуда было браться.       Ризли приходил часто. Пару раз говорил, что выломает дверь — Клоринда не шевелилась. Потом он с завидной периодичностью матерился на Венти, утверждал, что «советы не работают». Клоринда не пыталась в это вникать.       Цикл под названием «от одного стука до другого» продолжался ровно до сегодняшнего дня.       — Клоринда, — постучав, позвал Ризли. — Воспринимай это, как хочешь, но меня напрягает тишина.       Он с силой дернул ручку и удивился тому, как легко было войти в квартиру: сопротивления не оказала ни дверь, ни Клоринда. С несвойственной ему осторожностью Ризли преодолел темную прихожую, а затем заглянул в более мрачную комнату — ту, в которой сидела Клоринда. В ее взгляде читалось слабое «уходи», но Ризли и не подумал сделать это.       Ее волосы были растрепаны, лицо осунулось, а след Хаоса на щеке увеличился. Ризли подошел к кровати и сел на край. Клоринда не сдвинулась с места. Она выглядела так, будто была на грани потери сознания.       Ризли тяжело вздохнул. Как начать разговор, он не знал — только Клоринда могла заставить его чувствовать себя настолько растерянно. А не начать разговор он не мог — изнутри его грызла вина, пусть и не хотелось это признавать. Опять-таки, чувство это вызвала только Клоринда. И пятна Порядка тоже ее рук — или не совсем рук — дело. Черт.       — Ты выглядишь как смерть, — тихо сорвалось с его языка. — Человеческая, само собой. То, что этот ублюдок тебя уволил, еще не повод не заботиться о своей смертной оболочке.       Уголок ее пересохших губ дрогнул, но она не ответила. Клоринда могла бы высказать ему все, что думала, однако предпочла молчать. Ее не напрягал даже ужасный «комплимент» от Ризли: чтобы что-то изменить и перестать выглядеть настолько «смертельно», к этому должна быть воля, а ее у Клоринды словно украли. Говорить, что-то делать и взаимодействовать с миром вокруг просто не хотелось.       Окончательно уйти в себя у Клоринды не вышло — ее состояние выдало урчание в животе.       — Ну и когда ты в последний раз ела? — слегка отчитывающим тоном спросил Ризли, в очередной раз глубоко вздохнув.       Клоринда пожала плечами. Язык, казалось, онемел.       — Понял, — он задумчиво потер свою щеку. Запоздало сообразил, что в глазах Клоринды этот жест, должно быть, выглядел как осуждение за пятно Хаоса у нее на лице, а потому убрал руку и хлопнул себя по колену. — Ты можешь не принимать моих извинений, пусть мне бы и хотелось обратного, но истязать себя я тебе не позволю.       Ризли поднялся с кровати. Клоринда не следила за его движениями даже взглядом.       — Есть пожелания относительно еды?       Ответа не последовало.       — Я польщен, что ты доверяешь моему выбору, — с самоиронией пробормотал он и вышел из спальни.       Вскоре послышался щелчок входной двери: Ризли покинул квартиру. Как к этому отнестись, Клоринда не знала — она решила не задавать себе лишних вопросов и вместо этого промотать время. Через несколько минут она задремала.

***

      Разбудило ее шебуршение на кухне. Клоринда лениво открыла глаза, даже не подумав вставать. Из комнаты не было видно, что там происходит, а проверять желания не было. Какая-то часть ее разума усмехнулась тому, что Ризли собрался готовить что-то. Он вообще умеет? Наверное, должен, учитывая, что свою смертную оболочку он держал в потрясающей форме, а без нормальной еды такого добиться трудно.       Мысли текли вяло, касаясь всякой ерунды, и в следующий момент Клоринда думала уже о том, насколько было иронично, что демон пытается заботиться об ангеле. Они ведь должны быть врагами, а он готовит ей еду. В голове эхом разнеслись его слова «истязать себя я тебе не позволю». От того, как близко это было к ее снам, ее фантазиям, защемило сердце.       Спустя неопределенное количество времени Ризли вошел в комнату, держа в руках дымящуюся миску с какой-то едой и ложку. Живот скрутило от голода, но шевелиться Клоринда не торопилась. Все еще находясь под одеялом, она ущипнула себя. Точно не сон.       — Поешь, — сказал он, аккуратно поставив тарелку на прикроватную тумбу. — Если тебе тяжело встать, могу поднять.       От этого предложения Клоринда лишь сильнее закуталась в одеяло. Ризли был виноват перед ней, она все еще его не простила за то, что ее уволили, однако проверять, какова будет реакция на его прикосновения, не хотелось. Обижена была голова, а не тело.       Ризли вздохнул.       — Лучше бы ты проклинала меня, а не молчала. И лучше б била, а не лежала без движения, — вдруг признался он и подошел к другому краю кровати, так, чтобы оказаться ближе к Клоринде. — Мне правда жаль, что так вышло. Ты, наверное, в это не веришь, но факт остается фактом, — Ризли присел на корточки и заглянул ей в глаза. — И… прости. Я не жалею, что ударил этого мудака. Я жалею, что из-за этого пострадала ты.       Он просидел примерно минуту, пытаясь отыскать в ее почти пустом взгляде намек на прощение. Клоринда была в ступоре. Присутствие Ризли ощущалось тяжелым. Хотелось прогнать его и в то же время попросить остаться — как вообще можно испытывать столь противоречивые чувства к одному человеку? Пожалуй, по-простому это объяснялось тем, что Ризли не человек, а более сложные объяснения на ум не приходили.       — Поешь, пока не остыло, — уже более мягко попросил он, направляясь к выходу из спальни. — Я еще вернусь, и…       На языке застряли весьма типичные угрозы и манипуляции, что-то вроде «и заставлю тебя поесть, если ты откажешься делать это сама» или «буду кормить тебя с ложки». Ризли быстро отвернулся, совсем тихо выругавшись, и ушел из квартиры Клоринды. На советы Венти уже давно пора было откровенно забить, но очень уж сильно въелась в мысли идея о том, что не стоит быть навязчивым. К этому относилось и причинение добра насильно, наверное. Но если Клоринда действительно не поест, придется ее заставить — других вариантов Ризли не видел.

***

      Несколько дней дождь шел почти безостановочно. Клоринда так и не открывала шторы, а о погоде за окном могла судить только по звукам. И по одежде Ризли. Он приходил с мокрыми волосами, в мокрой куртке, тщательно игнорируя такое чудесное изобретение как зонт.       В каждый свой визит Ризли готовил еду, наводил мало-мальский порядок в квартире, а потом упрямо отказывался уходить, пока Клоринда не поест. Пытался ее разговорить, но это было почти бесполезно — она не произнесла ни слова с тех пор, как ее уволили. Но Ризли не отступал. Ждал, когда она начнет ему отвечать; ждал, хотя и нельзя было сказать, что очень уж терпеливо. Ему небезосновательно начало казаться, что Клоринда утратила способность говорить. Прямо русалочка, а не ангел.       Пусть она и продолжала молчать, Ризли не мог не заметить улучшений в ее состоянии. Клоринда начала выбираться из-под одеяла и периодически заглядывала на кухню, пока он был занят готовкой. Сменила растянутый свитер кофтой, которая не скрывала пятна Хаоса. Смысла их скрывать уже тоже не было — из дома Клоринда по-прежнему не выходила, а Венти не заглядывал к ней только потому, что Ризли уверил его, что в этом нет нужды и он справится с поддержкой Клоринды сам. И, насколько он мог судить, он делал все правильно. Это, конечно, шло вразрез с интересами Хаоса, зато так Ризли чувствовал меньше вины. Что еще он чувствовал, он решил не разбираться.       Приходить к Клоринде просто вошло в привычку, а потом странным образом умудрилось превратиться в добровольное желание Ризли.       Текущий день должен был стать похожим на предыдущие, но начался уже по-другому: в обед вместо дождя из-за туч показалось солнце. Ризли понимал, что Клоринда этого не увидит, если ей не показать, а потому собрался впустить луч света в темное царство, распахнуть наконец тяжелые шторы в спальне. Вряд ли Клоринда будет против. В крайнем случае, чтобы выразить свое недовольство, ей придется повзаимодействовать с Ризли, а он этого и добивался. Хоть слово, хоть действие — сгодится все.       Когда он вошел к ней домой, то сразу же заметил изменения. В квартире было значительно чище, а сама Клоринда стала напоминать себя прежнюю. Более опрятный вид, волосы заплетены в строгий хвост и завязаны черной лентой, ресницы слегка подведены тушью. Ризли даже замер на пару мгновений, когда осознал: Клоринда стояла в прихожей. Ждала, когда он придет.       — Неожиданно, — впечатленно выдохнул он, ненадолго отведя взгляд. — Может быть, ты сегодня и поговорить со мной захочешь?       — Может, — тихо сказала Клоринда.       Ризли растерялся. Он прощен? Или ей просто надоело молчать? Как вообще ему себя теперь вести? Инструкцию на случай, если Клоринда в самом деле ему ответит, он как-то не подготовил. Не ожидал, что это произойдет сегодня.       Пока он не опомнился, Клоринда исчезла за дверным проемом, что вел на кухню. Поставила чайник на плиту, села за стол, посмотрела в окно.       Она распахнула шторы сама.       Так иронично, что Ризли это восхищало. Вроде обычные действия, а он радовался так, будто Клоринда совершила немыслимое. Хотелось верить, что он хотя бы частично поспособствовал улучшению ее морального состояния.       Ризли сел напротив, все еще не зная, что сказать. Чайник начал свистеть, и Клоринда отвлеклась на то, чтобы снять его с плиты. Когда легкое ощущение нереальности происходящего стало проходить, Ризли сосредоточился на обдумывании темы для разговора. Вряд ли стоило начинать со сложного и глубокого: своими в сотый раз озвученными извинениями он рисковал опять спровоцировать одно лишь молчание, а обсуждение пятен Хаоса едва ли добавит позитива. Вот и осталось только две темы — произошедшее в Землях Хаоса и… погода. Первое, разумеется, затронуть приятно, но Ризли небезосновательно сомневался в том, разделяла ли Клоринда его мнение. В конце концов, для нее это стало своеобразной точкой невозврата. Для него тоже, и он даже почти перестал это отрицать.       Что ж, погода, так погода.       — Сегодня солнце, — констатировал Ризли.       Клоринда пожала плечами, пока насыпала в заварочный чайник листья. Ризли почувствовал себя идиотом, чуть не спросил «Это солнце тебя так взбодрило?», но вовремя прикусил язык. Нужно было срочно продолжить разговор.       — Выйдем прогуляться? — выпалил он, не успев как следует все обдумать.       Прозвучало слишком внезапно, и Клоринда на секунду замерла с ложкой в руке. Ризли поспешил поправить себя:       — Завтра. Предлагаю выйти завтра.       — Завтра солнца может и не быть, — заметила Клоринда, заливая чайные листья кипятком.       — Значит… пойдем сегодня? — неуверенно уточнил он. — Затворничество никому не идет на пользу. За окном, конечно, не родные тебе Земли Порядка, но вроде тоже ничего.       Клоринда горько усмехнулась. Упоминание Земель Порядка было, пожалуй, лишним, но забрать свои слова назад Ризли уже не мог. Он лишь с облегчением заметил, что она не обиделась и не ушла в себя.       — Думаю, это сейчас даже хорошо, — негромко проговорила Клоринда и отвернулась, чтобы достать кружки. Не поворачиваясь, она добавила: — Вряд ли мне будут рады там в таком виде.       Ризли прикусил щеку изнутри. Пятна Клоринды больше не разрастались, но и пропадать не спешили. Она не скрывала их от Ризли иллюзией, и это казалось жестом доверия. По крайней мере, ему хотелось так думать.       Клоринда села на табурет напротив него. Теперь нужно было ждать, пока заварится чай, и мучиться от натянутого молчания. Ризли судорожно пытался придумать, о чем они могут поговорить, но не мог. Клоринда, похоже, облегчать его участь не собиралась. Ризли выдал первое, что пришло в голову:       — Какие у тебя дальше планы?       Вопрос был глупым. Они оба должны выполнять свои обязанности и думать только об этом. По-хорошему, им обоим пора сменить обличья и войти в жизнь Венти другим путем, но делать этого странным образом не хотелось. Ни Ризли, ни Клоринде.       Клоринда пожала плечами. Она не думала о том, что будет делать теперь, когда ее кожа покрыта пятнами Хаоса, а с работы ее уволили. Пару дней назад она вообще планировала лежать и ждать, пока ее тело не начнет отказывать. О том, что в после этого она застряла бы в бестелесном обличии и вынуждена бы была все-таки вернуться в Земли Порядка, она не думала. Она вообще мало думала в последние дни.       — Дождаться, пока заварится чай.       Это был не тот ответ, на который рассчитывал Ризли.       — А… в более глобальном смысле? — уточнил он. Клоринда снова пожала плечами.       — Я пока не думала об этом. А у тебя?       — Вывести тебя погулять, — ответил Ризли и усмехнулся. — Не самые глобальные планы, но я тоже о большем пока не думал.       Они посидели в молчании. Когда чай заварился, Клоринда разлила его по кружкам и поставила одну перед Ризли. Разговор явно не клеился. Что вообще могут обсудить ангел и демон?       Клоринда сжала ручку кружки. Они отвечали так на вопрос о планах, потому что им больше нечего было сказать, не затрагивая темы Хаоса и Порядка. Планы должны были быть очевидны: бороться за душу Венти дальше, но оба понимали, что это сейчас уже ушло на второй план.       Допив чай, Клоринда поднялась на ноги и забрала кружки, чтобы помыть. Ризли остался сидеть, глядя на ее спину. Вот и поговорили. С демонами было гораздо проще. Ризли приподнял уголок губ. Может, и проще, но его ни к одной демонице еще так не тянуло. Да и что он ожидал? Что с существом, буквально противоположным ему по природе, будет легко? К тому же, в этом… была своя прелесть.       В молчании они вышли в прихожую. В молчании обулись и надели верхнюю одежду. Ризли невольно обратил внимание на то, что у Клоринды вся одежда в светлых оттенках. Даже пальто светло-серое. Видимо, даже в этом проявляется их полярность. Сам-то постоянно носит черное.       Солнце не грело, но в его свете улицы выглядели менее уныло, чем могли бы. Пахло легкой сыростью, опавшими листьями и холодной свежестью ветра, который сулил скорые заморозки. Ощущения после длительного пребывания в четырех стенах обострились, и это объясняло резь в глазах — солнечные лучи отражались от луж совсем как весной. Хотелось спрятать лицо в шарф и остановиться, но Клоринда продолжала идти: Ризли шел рядом, уйти и скрыться от него просто не вышло бы. Впрочем, желание сбежать или необходимость это делать отсутствовали.       Смертных вокруг было мало. Клоринда сделала закономерный вывод — сегодня рабочий день. Так даже лучше: чем меньше людей видели их, тем спокойнее ей было. Она знала, что случайным прохожим до них нет дела, но расслабиться полностью все равно не могла. Не покидало ощущение, что за ними, мирно прогуливающимися врагами, наблюдают. Ризли и Клоринда должны влиять на Венти, должны сражаться за его душу, но они здесь, на входе в парк Пальменгартен, делают вид, что Хаос и Порядок им чужд, что подопечного у них нет и что они простые смертные, наслаждающиеся ясным днем среди череды пасмурных недель. Так странно, так… закономерно?       Парк был в состоянии легкой запущенности. Виднелись очертания людских усилий по облагораживанию его территории, но без регулярности природа все равно брала свое: дорожки местами заросли, ограды заржавели, некоторые кусты перестали выглядеть аккуратно, в прудах расцвели камыши. Удивляло, правда, что не все деревья были целы — многие срублены почти под корень. Пощадили только несколько кленов и елей.       — Их спилили местные, — объяснил Ризли, когда заметил, что Клоринда засмотрелась на пни. — Года три-четыре назад примерно.       — Лично убеждал смертных вредить природе? — она наклонила голову вбок. — Это выглядит как влияние творений Хаоса.       — Ну… Если в картине мира Порядка смертным лучше сдохнуть от холода, чем затопить печь срубленной из парка елкой, то да, это все точно Хаос людям нашептал, — хмыкнул Ризли. — Я видел, что творилось в этом парке, только потому, что Венти здесь часто гулял, а не потому, что я убеждал каждого встречного взяться за топор.       Клоринда скрестила руки на груди. Таких деталей о последних годах в Лейпциге она попросту не знала — она ведь не следила за жизнью подопечного двадцать с лишним лет, у нее не было времени посмотреть на город его глазами. У Ризли это время было. У предыдущего ангела-хранителя тоже. Клоринда нахмурилась. Не хотелось думать о том, как именно пал ангел, защищающий Венти до нее. С другой стороны… подумать о нем стоило хотя бы потому, что из-за него она оказалась втянута в самое неудачное дело за всю ее ангельскую карьеру. Секс, пятна Хаоса, смена приоритетов, даже эта прогулка — Клоринда могла всего этого избежать, но не стала, и уже не будет пытаться. Она сама тянулась к демону, как белый мотылек к огню, и очень глубоко внутри надеялась, что и огонь поднимается выше, чтобы дотянуться до мотылька. Так наивно и неправильно такое желать.       Задумчивая тишина продлилась недолго.       — Что тебе нравится в мире смертных? — вдруг спросил Ризли, сделав пару быстрых шагов вперед. Он развернулся и теперь шел медленнее, вперед спиной и лицом к Клоринде. — Я просто ни разу не видел тебя здесь довольной.       Конечно. Довольной он видел ее только в Землях Хаоса. В минуты страстной слабости. Она едва заметно мотнула головой.       — Ничего. Предпочитаю Земли Порядка, — проворчала Клоринда, посмотрев себе под ноги; сапоги лениво цепляли желто-оранжевые листья, и в наблюдении за их шуршанием она нашла кратковременное спасение.       — Врать у ангелов получается плохо, — беззлобно усмехнулся Ризли и специально остановился, ожидая, что Клоринда в него врежется. Однако она успела вовремя это заметить и остановилась тоже. — Не может же тебе совсем ничего не нравиться.       — Ладно. Ты прав. Мне нравилась Франция в прошлом веке. Повседневность аристократии была отчасти… красивой, — она посмотрела Ризли в глаза. Тот улыбнулся.       — Звучит как что-то, про что можно долго рассказывать, — он продолжил идти. — Однако, как ты и сама отметила, это было довольно давно. Должно же нравиться что-то и сейчас?       Клоринда поджала губы. Трудно размышлять, когда это «нравиться» шагает рядом в виде демона в смертном обличье. Мозг заставляет сердце усиленно гонять кровь, а не сосредотачивается на придумывании хоть сколько-нибудь внятного ответа.       — Кленовые листья, — ляпнула она, лишь бы не молчать.       От неожиданности Ризли прыснул.       — Удивлять у ангелов получается лучше, чем врать, — негромко произнес он, нагнувшись куда-то в сторону. Когда он выпрямился, в его руках оказался маленький ярко-красный лист. Кленовый. Ризли протянул его Клоринде. Ей пришлось достать руки из карманов, чтобы взять его, а заодно признаться самой себе, что Кастельман сейчас удивил ее не меньше.       Клоринда повертела лист в руках. Он был слегка мокрым и прохладным, зато чистым. Забавы ради его можно было бы сунуть в карман, а потом прийти домой, расправить и положить между тяжелых книг, сделать гербарий. Одна из ее коллег в издательстве увлекалась подобным. Клоринда тяжело вздохнула.       — Пользы от этих листьев ровно ноль, — начал Ризли, и Клоринда чуть было не стала объяснять, что, вообще-то, по замыслу Порядка все в природе полезно, — но могу тебе собрать из них яркий букет. Цветы-то ты отказывалась принимать.       Точно ли это демон-Ризли, а не Ризли-из-снов? Она прищурилась.       — Зачем тебе это? Чего ты пытаешься добиться?       — Прощения, — без раздумий ответил он, а затем добавил не без нотки сарказма: — Вот такое у меня эгоистичное желание.       Он отвернулся и подошел поближе к клену, поляна вокруг которого была накрыта желто-красным одеялом. Клоринда осталась на месте и растерянно захлопала глазами, наблюдая, как старательно Ризли начал выбирать листья. Было бы проще, если бы это был очередной сон о глупом свидании. Так было бы проще, потому что мозг усиленно отказывался осознавать, что Ризли не творил Хаос ради Хаоса, зло ради зла. Он демон, творение ада, и служить ему — его работа. Такая же, как у Клоринды — служить Порядку. Без этой обертки Ризли не хороший и не плохой. Он серый. Как его жилетка, как мораль в мире смертных. Как и сама Клоринда.       Холод обветривал правую руку, и она краснела вслед за купающимся в солнечном свете кленовым листом. Клоринда лишь надеялась, что это и правда от погоды, а не от того, что пятна Хаоса решили резко разрастись.       Ризли увидел, что лицо Клоринды помрачнело, и вернулся к ней, не упуская возможности прошелестеть всей кучей листьев под ногами. Ботинки и края штанин впитали дождевую воду, но Ризли был слишком сосредоточен на Клоринде, чтобы обратить на это должное внимание. Он проследил за ее взглядом.       — Я уже говорил, но… — он взял ее за руку. — Мне жаль. Я не хотел, чтобы ты была заражена Хаосом. Я вообще слишком поздно понял, что ты ангел.       Сердце застучало быстрее. Клоринда плавно высвободила свою ладонь из его. Слова Ризли звучали искренне, и от этого становилось страшно. Страшно, что рано или поздно эта искренность пропадет, что Ризли поменяется, вновь станет себя вести как образцовый демон.       — А что было бы, если бы ты знал? До того, как все случилось? — ее ресницы дрогнули. Хотелось убежать. Зачем же она это спросила, если не желала слышать ответ?       Ризли опешил. До случая в замке он вел себя с ней так, как привык. Не скрывал своего интереса, поставил перед фактом. Хочу и все — эгоистично и удобно. Если бы он знал заранее о ее истинной природе, это не изменило бы многого. Может, он был бы разве что более осторожным со своим врагом. Впрочем, этот ответ Клоринде вряд ли понравится.       — История не терпит сослагательного наклонения, — уклончиво проговорил Ризли и посмотрел куда-то вдаль. — Возможно, жил бы с пониманием, что желаю то, чего желать нельзя. Но точно не стал бы хотеть этого меньше.       Он ощутил на своем мизинце легкое касание. Вскинув брови, Ризли обернулся на Клоринду, которая уже тянулась к его запястью с намерением осторожно задрать рукав пальто.       — Это… — остальная часть фразы так и не прозвучала, утонув в удивленном выдохе. Клоринда рассматривала пятна Порядка на коже Ризли завороженно. А он думал только о том, как сильно они расползлись.       Следы, напоминающие мрамор. Белые как облака. Золотые прожилки, точно отблески солнца. Клоринда никогда не видела, чтобы демоны заражались Порядком, а потому не могла оторвать взгляд от этого явления. Это было пугающе красиво. Интересно, думал ли так Ризли о пятнах Хаоса у нее на коже?       — Почему ты не скрыл их иллюзией? — спросила она, аккуратно дотрагиваясь до следов пальцами.       — Я не знал, что они так разрослись, — ответил Ризли, тоже рассматривающий их. — До этого только под одеждой были.       Клоринда провела по ним рукой. На ощупь они казались прохладными, в отличие от пятен Хаоса, которые наоборот были теплее кожи.       — Красивые, — невольно вырвалось у нее. Ризли горько усмехнулся.       — Рад, что ты не считаешь их уродством.       Они помолчали. Клоринда хотела спросить, не считает ли Ризли уродством ее пятна, но не успела.       — Я-то думал, что демон, выпрашивающий прощение у ангела — это достаточно… хаотично, — произнес он. — Но Порядок так явно не считает. Видимо, извиняться — ангельская черта.       Клоринда хмыкнула, наблюдая, как пятна Ризли пропадают под иллюзией. Теперь им обоим есть, что скрывать.