Chapter 5: «Appointment»

      — И как тебе жилось в Мэриленде? — спросил у дочери Лоуренс Гордон.       — Душно, влажно, дорого. Скучала по дому. Здесь в жару хотя бы сухо. Не понимаю, почему мама решила переехать именно в Балтимор… — улыбнулась Диана. — Хотя нет, понимаю. Говорила: «школы неплохие». Да и колледж мне нравится. Профориентация — ничего так. К нам как-то приходил один врач из «VISN 5»…       Время уже близилось к закату. Жаркий солнечный день сменялся тёплым вечером, особенно приятным на террасе кафе, ограждённой невысокими чёрными деревянными перилами, обдуваемой напольными вентиляторами. Деревянные доски на полу были покрыты лаком, а в воздухе висел ощутимый аромат кофе с соседнего столика и слегка навязчивый запах жареного масла, доносившийся из помещения.       Лоуренс с дочерью сидели на пластиковых стульях под навесом, друг напротив друга, неподалёку от одного из таких вентиляторов. Между ними находился небольшой лакированный деревянный столик без скатерти.       Доктор, по привычке, заказал обычную холодную воду, помогавшую оправиться от тепловой волны июля, а Диана — холодный латте с ванильным сиропом. Возможно, Лоуренс был слишком старомодным, но он не признавал подобные напитки за кофе, пусть и не говорил об этом открыто.       — Это он тебя надоумил?       — Та нет же, доктор Перри просто лишний раз подтвердил, что я хочу именно этого, — улыбнулась Диана, отпив из своего пластикового стаканчика. — Он рассказал о работе с ветеранами и о том, насколько необходимо не только физическое благополучие… Правда, я думаю, что это моё.       — Но знай, для врача деньги не должны быть приоритетом, — согласился Гордон, кивнув ей. — Пациенты — на первом месте.       — Я понимаю, — кивнула она. — А что у тебя нового?       — Да, как сказать… — задумался Лоуренс, чуть улыбнувшись. — Работа — дом, дом — работа… График забит, пациенты проблемные. Времени почти нет. Ещё и Стефани…       — Подружка? — с лёгким блеском в глазах спросила у него Диана.       — Журналистка. Занимается документальным фильмом о Джоне Крамере и всё рвётся взять интервью у меня.       — А что ты отвечаешь?       — Что подумаю об этом, если она пообещает не лезть к тебе, родственникам Элли и моим пациентам, — с лёгким раздражением ответил Лоуренс.       — А подружка-то у тебя есть?       — Нет, — покачал головой Гордон. — Понимаешь, я когда-то дал твоей маме клятву оставаться с ней, во что бы то ни стало… Я не намерен её нарушать, даже если она ушла. Это было бы неуважением к самому себе. Что бы тогда значило моё слово?       — Вау… — улыбнулась Диана. — Не думаешь, что ты слишком радикален? — спросила она, за несколько глотков допив содержимое стаканчика, который она тут же отставила в сторону. — В смысле, не нужно же отказывать себе в счастье.       — А я и не отказываю, — возразил Гордон, чуть откинувшись на спинку стула. — Напротив, я чувствую, что теперь могу отдавать всего себя делу и уделять больше внимания своей второй клятве.       — Вот он — идеальный врач, — негромко усмехнулась девушка.       — Не знаю насчёт идеального, но пациенты обычно довольны, — улыбнулся Лоуренс, допив оставшуюся воду. — Ты, кстати, где живёшь-то сейчас?       — Снимаю комнатку, — отмахнулась она.       — Если хочешь, я мог бы помочь.       — Нет, спасибо, не стоит, — слегка смущённо ответила Диана.       — Но напиток я оплачу. Я настаиваю.       Лоуренс жестом позвал проходившую неподалёку официантку, достав небольшой кожаный бумажник из переднего кармана брюк.       — Счёт, пожалуйста, — обратился он к сотруднице, когда та подошла к ним. — У нас были только вода и холодный кофе.       — Конечно. С вас семь девяносто девять, — улыбнулась официантка, бегло заглянув в блокнот у неё в руке. — Картой или наличными?       — Наличными, — произнёс Лоуренс, протянув ей купюру в десять долларов. — Оставьте на чай, — добавил Гордон.       — Спасибо, — работница кивнула, взяв деньги и вскоре удалившись.       Лоуренс, тяжело вздохнув, поднял трость и поднялся, всем весом оперевшись на неё. Прошло более десяти лет, а окончательно привыкнуть всё ещё было непросто.       Они неспешно покинули кафе и, под шум проезжавших неподалёку машин, направились по малолюдному тротуару к разветвлению дороги. Под вечер воздух переставал быть слишком сухим, позволяя наслаждаться прогулкой.       — Тебя проводить? — вскоре спросила Диана.       — Не стоит, иди к себе, — улыбнулся Гордон, посмотрев на неё. — Мне недалеко.       — Ну, как знаешь, — согласилась она, обняв отца на прощание. — До встречи.       Лоуренс левой рукой обнял её в ответ, правой продолжая опираться о трость. Ему всё ещё было непривычно видеть Диану такой взрослой: ощущение, словно всего пару дней назад она была маленькой девочкой. Сейчас он, пожалуй, жалел, что не проводил с ней достаточно времени тогда. Несколько секунд Гордон ещё держал её в объятиях, пока, наконец, не отпустил, спросив:       — Помнишь, как папа любит дочку?       — Как дочка — папу, — посмеялась она, поцеловав отца в щёку. — Очень.       — Очень, — согласился Гордон, мягко улыбнувшись.       Он ещё некоторое время смотрел ей вслед, пока она не растворилась вдали. Лоуренс же, выдохнув, направился по тротуару. Он жил в жилом комплексе неподалёку — не более пятнадцати минут пешком, даже несмотря на его увечье. После его разрыва с Эллисон Джон ведь говорил ему, что однажды дочь захочет восстановить контакт. Он помнил эти слова до сих пор. Крамер уверял, что когда-то Диана будет гордиться своим отцом, несмотря ни на что. Похоже, его слова снова сбываются.       Лоуренсу казалось, что размышления, помогли прилично скоротать дорогу. Настолько, что он и не заметил, как быстро добрался до двери своей квартиры, под которой стояла достаточно большая коричневая почтовая коробка, запечатанная скотчем. В некоторых местах виднелись сухие пятна бурого оттенка. От посылки исходил несильный сладко-гнилостный запах с едва ощутимыми металлическими нотками.

***

[Архив полиции. Фрагмент запечатанной аудиозаписи допроса, 2016 год] … Детектив Хант: Мисс Бонневилль, перед тем как начать, я хотел бы напомнить вам, что сказанное вами может использоваться против вас. Если вы не готовы ответить — вы имеете на это право. Если будет доказано, что вы сознательно предоставили ложные сведения, вас могут привлечь к ответственности за лжесвидетельство. Вы это понимаете? Элеонор Бонневилль: Понимаю, детектив. Детектив Хант: Мисс Бонневилль, как вы узнали о месте проведения, так называемой «игры»? Элеонор Бонневилль: При исследовании тела Малкольма Нила мы обнаружили следы экскрементов домашнего скота с явными признаками болезни Ауески. По этой болезни я и отследила ферму. Детектив Хант: «Мы» — это вы с доктором Нельсоном? Элеонор Бонневилль: Не только — скорее, специалисты в лаборатории. Детектив Хант: Почему вы сузили круг поиска до этой конкретной фермы? Элеонор Бонневилль: Она принадлежала семье Джилл Так… жены Пилы. Детектив Хант: Почему, узнав о ферме, вы предпочли обратиться к доктору Нельсону, а не в полицию? Элеонор Бонневилль: Доктор Нельсон предлагал обратиться в полицию, но я догадывалась, что за убийствами стоит детектив Хэллоран, а Логан… Я доверяю доктору Нельсону. И не зря — он в итоге спас мне жизнь. Детектив Хант: Вы утверждаете, что подозревали детектива Хэллорана. Могу ли я узнать причину ваших подозрений? Элеонор Бонневилль: Больше никто не мог подбросить тело… на мою частную собственность. Детектив Хант: Прошу прощения, мисс Бонневилль, но это не так. Доктор Нельсон мог. Элеонор Бонневилль: Нет, он бы не стал… Я уверена в нём, детектив. …

***

      Глаза не могли сфокусироваться в одной точке, пальцы подёргивались, а руку словно отняло. Лишь тиканье часов и напряжённое дыхание сбивали тишину вокруг. Времени оставалось всё меньше. Думать дольше — непозволительная роскошь.       Со стороны кухни доносилась лёгкая смесь запахов ванили и фруктов — Мелисса утром училась печь пирог, а запах всё ещё полностью не выветрился. Из приоткрытого окна веяло вечерним теплом, а последние, но всё ещё яркие лучи солнца, прорывавшиеся в комнату, — единственное, что освещало шахматную доску на столе. Игра достигла наиболее напряжённого момента.       Ещё секунда — и рука Мелиссы Нельсон скользнула к фигуре белого короля, перетаскивая его на «f3». У неё оставалось меньше трёх минут до проигрыша.       Не задумываясь, Логан перетянул ферзя на «f2», заканчивая игру.       — Нет… — тяжело вздохнула девочка, осматривая поле.       Ничего уже нельзя было сделать. Чёрный слон на «е6» прикрывал коня на «g4». Белый король был в ловушке на собственной стороне поля. Одна глупая ошибка определила исход всей игры. Если бы две минуты назад она заметила угрозу своему ферзю на «b4» со стороны отцовского на «e7», прикрываемого слоном позади… Если бы не эта глупость.       — Дурацкая игра, — тяжело вздохнула Мелисса, закрыв лоб ладонью. Она откинулась на спинку стула, от чего ножки жалобно скрипнули по полу, а прядь волос предательски сползла прямо на глаза. — Как вообще можно так быстро думать?       Она попыталась сдуть мешавшую ей прядь, но после нескольких неудачных попыток раздражённо заправила её пальцами за ухо.       — Ну, я же думаю, — улыбнулся ей Логан, указав на таймер, судя по которому у отца оставалось ещё восемь минут и двадцать три секунды.       — Если бы времени было больше…       — Тогда и у меня было бы больше времени подумать, — пожал плечами Логан, поднявшись с деревянного стула с подкладкой и, обойдя новый круглый столик, погладив дочь по коричневым волосам. — Не расстраивайся, в следующий раз обязательно победишь.       — Мог бы поддаться…       — А тебе бы этого хотелось?       Девочка лишь отрицательно покачала головой, подняв взгляд на отца. Разумеется, в глубине души ей хотелось победить, даже если бы это потребовало от Логана «игры в поддавки», но Мел всё продолжала повторять себе: «Разве в такой победе есть смысл?»       — В жизни никто поддаваться не будет, как бы сильно этого ни хотелось, — согласно кивнул отец, поцеловав её в лоб.       — Знаю, — улыбнулась она, переведя взгляд на шахматную доску, задумавшись о чём-то своём.       Логан вернулся к своему стулу напротив дочери, чуть оперевшись руками о него. Это был первый день недельного отпуска, который Нельсон планировал посвятить, в том числе, времени с Мел.       — Пап… — неожиданно начала Мелисса, снова посмотрев на отца, точнее на его руки. — А ты кольцо снял? Я только сегодня заметила.       Логан интуитивно потёр безымянный палец левой руки, словно убеждаясь в отсутствии обручки.       — Не совсем, — мягко улыбнулся он, достав из-под воротника футболки цепочку, удерживавшую чуть потёртое простое мужское кольцо, по виду которого трудно было сразу определить материал, но Мелиссе всегда казалось, что оно из платины или белого золота. — Я перевесил на цепочку, а это не одно и то же. Отпустить — не значит забыть.       — Мамина фотография в моей комнате постоянно напоминает мне о том, что её с нами больше нет. Я бы спрятала её, но… думаю, это неправильно, — выдохнула она, не слишком крепко сжимая края столика руками.       — Знаешь… — произнёс Логан, тяжело вздохнув и вернув цепочку с кольцом на прежнее место. — Это одно из тех самых решений, которые ты должна принять сама. Я пойму его в любом случае, если ты об этом волнуешься.       Мелисса с лёгкой неуверенностью улыбнулась, кивнув отцу. Она опёрлась руками о стол, переведя взгляд на доску и начав всматриваться в белого короля так, словно пыталась найти ещё один, несуществующий ход. Наконец, менее чем за тридцать секунд, девочка выдохнула, покачав головой.       — Нет, это точно мат.       Логан негромко усмехнулся, спросив:       — Хочешь реванш?       — Я всё равно проиграю, — отмахнулась она.       — А если не на время?       Мел перевела взгляд на отца, затем на доску. Она понимала, что отсутствие времени не даст ей большого преимущества, но откуда-то взявшийся азарт и желание убедиться наверняка сделали своё дело:       — Давай, — согласилась она, сразу потянувшись руками к фигурам, начав размещать их на доске.       Отец уже готовился сделать то же самое, как вдруг его телефон, лежавший на столе рядом с доской, завибрировал.       — Подожди секунду, милая.       Логан поднял устройство со стола и посмотрел в экран, сразу обратив внимание на всплывшее уведомление о приходе сообщения от неизвестного номера. Текст гласил: «Я знаю, кто вы. Завтра в 12:00. Больница «Святого Юстаса», отделение онкологии. Приходите вовремя. Доктор Лоуренс Гордон. Конфиденциально».       Его взгляд застыл на экране, а мозг не мог подобрать правильных слов для ответа. Он знал о том, кто был лечащим врачом Джона. Более того, доктор Гордон был его коллегой, когда Нельсон проходил резидентуру в больнице «Ангела Милосердия» — месте работы Лоуренса до «Святого Юстаса». За то короткое время, которое Нельсон успел провести с Джоном, Крамер упоминал Лоуренса как человека, нуждавшегося в испытании.       Логан перебирал в голове разрозненные факты, куски пазла, подобно тому как это делал Джон, пытаясь собрать полную картину событий воедино. Он знал, что Лоуренс выжил в своей игре, как и то, что многие из последних игр Джона нуждались в хирургическом вмешательстве, но фактов всё ещё не хватало, чтобы подтвердить его версию наверняка.       — Пап? — спросила у него Мелисса, расставив все фигуры на доске. — Ты как, готов?       — Что? — переспросил Логан, переведя взгляд на дочь. — А, да… Готов, — выдохнул он, сразу выключив экран и отложив телефон в сторону, так и не ответив на сообщение. «Посмотрим, что ты завтра скажешь, Лоуренс Гордон», — мысленно сказал себе Нельсон, выдохнув, настраиваясь на новую партию.

***

[Полицейский архив] [SEALED] Внутренняя аналитическая справка (фрагмент, 2016 год) Лицо: Нельсон, Логан Допрос проведён: Хантом К., 2016 *Согласие с процедурой допроса и осведомлённость о последствиях лжесвидетельства зафиксированы. *Подтверждено: подозреваемый детектив Хэллоран угрожал убийством при свидетеле (Э. Бонневилль) с применением огнестрельного оружия (Глок 17). *Из показаний Нельсона: Хэллоран потребовал у Бонневилль сложить оружие (по мнению опрашиваемого, вооружённость, вероятно, спасла ей жизнь). В условиях возникшего замешательства Нельсон разоружил подозреваемого и велел Бонневилль бежать (она подчинилась). *По словам опрашиваемого, детектив Хэллоран применил к нему неизвестное вещество (вероятно, транквилизатор), вследствие чего Нельсон потерял сознание. *Очнулся, пристёгнутым ошейником с лазерными резаками (наличие подобных устройств на месте преступления подтверждено), в одиночестве, но вскоре подозреваемый поджёг амбар. *Способ выхода из ловушки не раскрыт под запись по причине эмоциональной травмы. *Обоснование исключения Бонневилль из числа подозреваемых на раннем этапе обусловлено профессиональным доверием. Утверждает, что на месте преступления начал подозревать Бонневилль, но детектив Хэллоран вскоре окончательно раскрыл себя. Примечание: Показания подтверждают наличие угрозы жизни со стороны подозреваемого Б. Хэллорана и совпадают с предоставленными Э. Бонневилль, а также с уликами, обнаруженными на месте преступления; требуется дополнительная психологическая экспертиза для оценки характера пережитой травмы. Составил: К. Хант, детектив [Подпись] [Печать]

***

      Солнце взошло к зениту, освещая жёлтым светом кабинет, пробиваясь через приоткрытые металлические жалюзи. Недавно проведённая тонировка искажала свет, делая его чуть более тусклым, но достаточным для хорошего освещения всей комнаты.       Сидевший за столом доктор Гордон взглянул в экран своего телефона, наблюдая, как уходит последняя минута перед полуднем. Внезапно раздался не слишком громкий стук в дверь кабинета.       — Проходите, — произнёс Лоуренс Гордон, как только услышал так ожидаемый им звук. Логан вошёл в кабинет, сразу бегло осмотрев комнату и плотно закрыв за собой дверь. Переведя взгляд на доктора, он кивнул:       — Я получил ваше сообщение, доктор Гордон.       — Здравствуйте, доктор Нельсон. Как по часам, — поздоровался Лоуренс, поднявшись со своего стула и, хромая, направившись к Логану, глухо постукивая тростью о деревянный пол на каждом шагу. — Это честь, — добавил тот, протянув ему руку.       — Мы знакомы. Я проходил резидентуру в «Ангеле Милосердия», — ответил Нельсон, однако пожал ему руку. — Вы хотели поговорить. Я слушаю.       — Располагайтесь, — пригласил его Лоуренс.       Гордон медленно направился обратно к своему рабочему месту, где сразу расположился за столом.       Логан лишь молча кивнул, устроившись напротив.       — Я знаю, кто вы, доктор Нельсон, — первым обратился к нему Гордон.       — Не понимаю, о чём вы.       — У Джона не было от меня тайн. Разумеется, он рассказывал и о вас. Мы с вами — его последние ученики. Хранители его наследия. Оба — отцы. Коллеги по разные стороны линии между жизнью и смертью. Жаль только, что вы его оставили в период, когда ему как никогда нужна была помощь.       Логан опёрся о стол, осматривая лицо собеседника. В период, когда они с Джоном создавали наследие, этот лицемер держал руку на двери каждый раз, когда Крамер приходил к нему, ожидая помощи. Джон тогда видел в нём не более чем карьериста, изменявшего собственной жене.       Нельсон тяжело вздохнул, покачав головой:       — Я выполнил свою часть уговора и помог ему провести игру.       — И всё же свою вы не прошли, — произнёс Гордон, наклонив голову в сторону. — Но Джон дал вам второй шанс, и мне очень интересно… почему?       Казалось, Лоуренс нарывался на конфликт, пытался прощупать слабые места собеседника, но Логан слишком хорошо понимал, что за подобным высокомерием зачастую скрываются собственные травмы.       Впрочем, отчасти он мог согласиться со словами Гордона. Нельсон порой всё ещё продолжал винить себя за путаницу с рентгеном. Если бы он не совершил ошибку, быть может, у Крамера был бы шанс на исцеление.       Внешний вид Логана оставался таким же, практически безэмоциональным, как и с самого начала встречи, когда он сказал:       — Думаю, он решил, что мне не стоит умирать из-за непреднамеренной ошибки.       Гордон крепко сжал в руке трость, которую на этот раз продолжал держать при себе, словно готовясь незамедлительно действовать в случае ощущения угрозы:       — Непреднамеренной? Ваши действия лишили его шанса… но вам он его дал. И в этом весь Джон.       — Джон видел мой потенциал, — покачал головой Логан. Его пальцы тихо постукивали по поверхности стола, словно создавая иллюзию тикающих часов. — Как и ваш, судя по всему.       Гордон холодно улыбнулся, отпустив трость и переместив руки на стол, словно услышав какое-то подтверждение намерений Нельсона.       — Я тоже не выполнил свою задачу, но я усвоил урок. Я выжил и научился ценить то, что имею, — чуть смягчившимся голосом произнёс Лоуренс. — Вы же всё ещё в игре, доктор Нельсон.       — Вы позвали меня, чтобы поговорить о Джоне?       — Не совсем, — возразил Гордон. Его улыбка сменилась пронзающим взглядом, когда он поднял бумажную газету со своего стола, сразу показав её Логану.       Судя по виду, газета была явно не первой свежести. А дата на бумаге подтверждала, что издана она была около трёх лет назад. Заголовок гласил: «Сенсация! Детектив Брэд Хэллоран — подражатель Пилы».       — Он мёртв, так ведь? — спросил у него Лоуренс, положив издание на стол и толкнув его Логану.       Нельсон остановил газету постукивающими по столу пальцами. Недолго думая, он перевернул её к себе и улыбнулся уголками губ, глядя на, невозмутимое лицо Хэллорана на первой полосе:       — Он не усвоил урок.       — Хорошо, — кивнул Гордон, медленно откинувшись на спинку стула. — А после?       — Мы с ним были последними игроками, — ответил Логан, переведя взгляд на Лоуренса.       — Вы уверены? — его тихий голос звучал вызывающе, возможно, даже пренебрежительно. — Недавно я получил посылку.       — От кого? — хмыкнув, спросил Нельсон, отложив газету в сторону.       Гордон перевёл взгляд в окно, тяжело вздохнув. Он и с самого начала считал Логана маловероятным кандидатом, но, возможно, в глубине души надеялся, что он поможет ему хотя бы пролить свет на полученное послание:       — Пока не знаю… В коробке было две головы в масках.       Нельсон провёл ладонью по лбу, покачав головой. «Лишь бы он не втянул меня в очередную игру», — мысленно сказал он самому себе, добавив вслух:       — Кто они?       — Сообщники… — ответил Лоуренс, чуть сжав руку в кулак. Но не от гнева на Логана, нет. Его ненависть была направлена к собственному роковому решению. Да, Джон знал о них. Крамер с Гордоном вместе стояли у магазина Вельтхаммера, когда Брэд и Райан выжили в их испытании, но именно Гордон решил завербовать их. — Когда-то были ими. Они прошли испытание и проявили верность, помогая мне исполнить последнюю волю Джона.       — Джилл… — через несколько секунд раздумий тихо, практически шёпотом, предположил Логан. — Значит, вот что случилось с детективом…       — Верно, — согласно кивнул Лоуренс. Его голос уже звучал куда менее холодно, возможно, даже с лёгким одобрением. — Они помогли мне поймать Марка Хоффмана… а потом сами опорочили наследие. Превратили его в сборище фанатиков, читающих форум.       — Они создали сайт «Правила Пилы»? — негромко спросил Логан, переведя взгляд в сторону окна. Он смотрел в него так, словно наконец получил ответ на загадку, не дававшую ему покоя уже не один год.       — Да, — утвердительно ответил Гордон. — Они исказили идеи Джона и начали делиться ими в сети, порождая прецеденты, вроде Уильяма Эммерсона… А он ведь, похоже, правда верит, что чтит дело Джона, — с явным отвращением произнёс Лоуренс.       Нельсон улыбнулся, отвернувшись от окна, в которое смотрел последние несколько секунд. Как же фанатично звучали слова онколога. Даже забавно — и что же сделал с ним Джон, чтобы превратить безразличного врача и лживого мужа в того, кем он стал сейчас.       — Я бы поблагодарил Эммерсона. Он чистит полицию от коррупции, — пожал плечами Логан. С самого раскрытия личности подражателя Логан видел в нём какое-то родство, словно Шенк — тот, кем Нельсон мог бы стать, не сумей он вовремя остановиться.       — Вы слишком поверхностны, доктор Нельсон, — сразу отрезал Гордон, смотря на него так, словно пытался просверлить его взглядом. — Он мститель.       — Я бы сказал, что он говорит за мёртвых, — возразил Нельсон. — Джон одобрял этот подход.       — Его уроки — профанация, а игры — личная месть, — произнёс Лоуренс, понизив тон и облокотившись о поверхность стола, смотря «коллеге» прямо в глаза. — Кажется, для вас тоже… Я разочарован.       — Мне не нужно ваше одобрение, доктор, — ответил Логан, с явным уколом на последнем слове, не отводя взгляд от глаз Гордона. — Я не трогал ваших сообщников и уж тем более не отправлял вам их головы, если вы ещё не поняли. Я даже не был уверен в вас.       — Если это так, значит, моя обязанность — предупредить вас, — ответил Лоуренс. — Быть может, это что-то личное ко мне… а возможно, и ко всему наследию Джона. Я повторюсь: взамен на то, что я выполнил его волю, у него не было от меня тайн, а значит, я знаю наверняка, что остались только мы.       — «Правила Пилы», значит… Не обязательно быть учеником Крамера, чтобы подражать ему, и Эммерсон тому доказательство. Многое можно узнать на фанатском сайте. Ваши сообщники могли сами выдать себя, а потом и вас.       — Возможно, — согласился Гордон. — Поэтому нам стоит оставаться на связи. Что скажете, доктор Нельсон?       — Если я что-то узнаю — сообщу и рассчитываю на то же с вашей стороны.       — Разумеется.       — Ваши сообщники знали обо мне?       — Нет.       На телефоне Гордона неожиданно прозвенел будильник, который доктор тут же выключил.       — Прошу прощения, но боюсь, у меня заканчивается перерыв, — добавил Лоуренс, протянув Логану руку. — Было очень приятно.       — Мне тоже, — согласился Нельсон, кивнув и ответив рукопожатием, затем поднявшись и направившись к двери.       Его пальцы уже соприкоснулись с дверной ручкой, когда он услышал голос Гордона:       — Нет.       — Вы о чём? — спросил Нельсон, обернувшись и посмотрев на Лоуренса.       — Уверен, вы задаётесь вопросом, достойны ли вы Джона… Нет. Вы — лишь едва уловимая тень его прошлого. Не забывайте, он ненавидел приписывание ему чужой работы. Будь он жив — был бы разочарован.       — Но Джон мёртв, я — нет… — Логан сразу покинул кабинет, не дав доктору возможности высказаться в ответ.       Он спешно направился по коридорам больницы к выходу, достав из кармана телефон, который тут же крепко сжал в руке. В воздухе стоял запах спирта, смешанный с чем-то химическим, чуть напоминавшим аммиак. Причастность самого Гордона к убийствам собственных сообщников казалась ему маловероятной — слишком многое он рассказал, чтобы оказаться виновником, но Логан не мог полностью отбрасывать это предположение.       Оказавшись на улице под палящим солнцем, Логан прошёл к остановке, где его ожидала собственная машина, сев в которую, он уставился в экран телефона — будто рассчитывал увидеть какую-то подсказку или просто интуитивно ожидал нового сообщения, когда почувствовал вибрацию в своей руке и увидел, на дисплее, всплывающее уведомление о входящем звонке, которым оказался вызов от контакта «Кит Хант».       — Твою мать… — прошептал он, затем ответил на звонок и приложил телефон к уху. — Здравствуй, Кит. Что-то срочное?       — Логан, выезжай на работу.       — Притормози — у меня сейчас отпуск, — с лёгким возмущением ответил Нельсон.       — Отпуск подождёт. У нас два трупа. Оба без голов и в ранах по всему телу… На каждом вырезан пазл.       Логан прикрыл глаза, оперевшись лбом о чёрный руль, медленно при этом выдохнув, после чего негромко, но на удивление ровным голосом ответил:       — Понял тебя, Кит. Скоро буду.