17. Счастье Айса

Микроавтобус въехал в Хорансон через южные ворота, и город сразу же показал свой нрав. Вместо уютных улочек Инуминато здесь царили высокие каменные стены, чёткая геометрия улиц и военная выправка даже у случайных прохожих. Тигриные статуи на крышах, резные изображения полосатых хищников на фонарных столбах и чёрно-оранжевые флаги клана, которые хлестали на ветру, как боевые знамёна. — Сурово, — прокомментировал Наклз, выглядывая в окно. — Зато безопасно, — заметил Айзек с переднего сиденья. Айс, сидевший рядом с Соником, ничего не сказал. Он просто осматривался, и в его глазах горел тот самый огонёк, который Соник уже научился распознавать. Охотничий. Микроавтобус остановился у гостиницы — массивного здания из тёмного камня с коваными воротами и тигриными мордами по бокам от входа. Вывеска гласила: «Хоранчжо» — «Тигриный приют». Айзек вышел первым, привычно поправил воротник и направился к стойке администратора. За ним потянулись остальные — с рюкзаками, чемоданами и сонными лицами. Соник уже собирался вылезти, когда его перехватили за локоть. — Кадзэ, — прошептал Айс, придвигаясь ближе. — Задержитесь на секунду. Соник замер. В микроавтобусе они остались вдвоём — водитель-овчарка вышел покурить, остальные уже скрылись в холле. — Что ещё? — спросил Соник, подозрительно сужая глаза. — Я хочу тебя попросить, — Айс говорил тихо, почти в ухо, оглядываясь на дверь гостиницы. — Ты же быстрый. Ты можешь незаметно проследить за Айзеком, пока мы здесь? — Следить? — Соник уставился на него. — Ты хочешь, чтобы я шпионил за твоим братом? — Не шпионил, а… отмечал, на кого он смотрит. — На кого смотрит? — На женщин, Соник! На кошек! — Айс чуть не зашипел от нетерпения. — Я же тебе говорил. Мы здесь не просто так. Я хочу найти ему пару. Но он же как танк — если я спрошу прямо, он всё разрушит. А ты можешь сходить в разведку. Соник открыл рот, закрыл, снова открыл. — Ты хочешь, чтобы я, агент GUN, носитель сверхскорости, использовал свои таланты для того, чтобы высмотреть твоему брату девушку? — Именно, — кивнул Айс, не моргнув глазом. — Айс, это безумие. — Это любовь. — Это сводничество. — Какая разница. Соник вздохнул, потёр переносицу и понял, что спорить бесполезно. С Айсом — как с Айзеком, только в другую сторону. Старший — напирает приказами, младший — улыбкой и напором. — Ладно, — сказал он. — Что я должен делать? — Присматривать, запоминать, докладывать, — чётко перечислил Айс. — И снимать, если получится. — А если он заметит? — Ты быстрый. Убежишь. Соник вздохнул. — У тебя телефон с собой? — спросил Айс. — Всегда. — Отлично. Значит, будешь ещё и видео снимать. Для доказательной базы. — Ты — злодей. — Я — дипломат, — поправил Айс. — Это одно и то же. Они вылезли из автобуса и направились к входу. В холле гостиницы уже толпилась группа — Наклз пытался всучить администратору-тигрице свой паспорт, Эми крутилась у стойки с сувенирами, Руж фотографировала интерьер. Айзек стоял у стойки с планшетом и распределял номера. Его хвост был неподвижен, уши — торчком, взгляд — сосредоточен на документах. — Операция начинается, — шепнул Айс. — Какое кодовое название? — «Тигриная охота». — Ужасное название. — Зато запоминающееся. — И сколько у нас времени? — спросил Соник. — Мы же здесь всего на пару дней. — Достаточно, — уверенно сказал Айс. — Айзек в незнакомом месте всегда начеку. Он будет осматриваться, запоминать выходы, оценивать угрозы. А значит — будет смотреть по сторонам. А если будет смотреть по сторонам — обязательно на кого-нибудь посмотрит чуть дольше, чем нужно. — А если нет? — Тогда продолжим в Инуминато, на обратном пути. У нас два месяца в запасе. Не в Хорансоне, а в целом по королевству. Соник вздохнул и сунул руки в карманы. — Я в доле. Но если он узнает, я скажу, что ты меня заставил. — Договорились. — И что я был против. — Конечно. — И что я пытался тебя отговорить. — Айс, — перебил его Айзек, подходя к ним с ключами. — Ты чего застрял? — Обсуждаем архитектуру, — не моргнув глазом, ответил Айс. — Очень колоритный холл. Айзек посмотрел на него, потом на Соника. Соник сделал максимально невинное лицо. — Ладно, — сказал Айзек. — Третий этаж, комнаты 320, 322 и 324 для парней. Девушки на втором. Я в 326. Он развернулся и направился к лифту. Айс подмигнул Сонику: — С этого момента — внимание. Вещи разобрали быстро. Наклз успел перекинуть через спинку стула свою гавайскую рубашку, Соник — спрятать блокнот под подушку и затянуть бинты потуже. Айс уже стоял в коридоре и подгонял: — Шевелитесь! Экскурсовод ждёт. — А кто экскурсовод? — спросил Соник, выходя. — Местный. Тигр. Говорят, бывший военный. — Айс подмигнул. — Но это не точно. На улице их встречал высокий, поджарый тигр в тёмно-синей рубашке с коротким рукавом. Полосы на его шерсти были почти чёрными, глаза — янтарными, а хвост — мощным, как бревно. Он не улыбался, но и не хмурился. Просто кивнул: — Меня зовут Чинхэ. Я покажу вам Хорансон. Не отставайте. Группа двинулась по широкой центральной улице. Вместо черепичных крыш здесь были плоские, с зубчатыми парапетами. Вместо резных деревянных столбов — каменные колонны. Даже фонарные столбы стояли ровно, как солдаты на параде. — Красиво, но сурово, — заметила Эми. — Зато безопасно, — повторил Айзек, очевидно, одобряя. Чинхэ вёл их по узким улочкам, рассказывая о крепостных стенах, которые ни разу не брали враги, и о тиграх, которые охраняют город уже тысячу лет. Соник слушал краем уха — он высматривал. На кого смотрит Айзек? Пока — ни на кого. Кот шёл с каменным лицом, смотрел прямо перед собой и не поворачивал головы даже на крикливые вывески местных лавок. Айс, заметив это, тихо шепнул Сонику: — Расслабленный режим. Это маскировка. На самом деле он сканирует пространство. — Сканирует? — Оценивает. Как есть, как пить, как спать. — Ты говоришь о военном положении? — О браке, — ответил Айс. — Это война. — Перемена, — сказал Чинхэ, когда они вышли на небольшую площадь, и впервые за экскурсию почти улыбнулся. Из-за угла высыпала шумная, разношёрстная толпа. Маленькая. Пушистая. И очень громкая. Котята. Первоклашки. Рыжие и чёрные, полосатые и пятнистые, с кисточками на ушах и без. Львята, леопардята, рысята, пара гепардят и с десяток обычных домашних котят с бантиками и рюкзачками. Все они неслись по мостовой, толкаясь, визжа и пытаясь догнать укатившийся мяч. — Учебное заведение для маленьких хищников, — пояснил Чинхэ. — Уроки закончились. Котята заметили группу. Заметили Айзека. Замерли. — Ой, смотрите! Котик! — Большой! — Белый! — Как снег! — закричали они хором и ринулись вперёд. Айс, который до этого шёл с улыбкой до ушей, резко побледнел под шерстью. — Айс? — спросил Соник. — Они же меня тоже заметят, — прошептал дипломат. — И что? — Я белый. Пушистый. И я не хочу, чтобы меня тискали полчаса. Не дожидаясь ответа, Айс метнулся за спину Соника. Спрятался. Полностью. Только хвост торчал сбоку и нервно подрагивал. — Ты серьёзно? — спросил Соник, не оборачиваясь. — Я дипломат. Моё тело — государственная тайна. — Ты просто трусишь. — Я стратегически отступаю. Котята тем временем окружили Айзека плотным кольцом. Самый смелый — рыжий львёнок с уже заметной гривой — дёрнул его за брючину. — Дядя, а дядя! Ты кто? — Начальник охраны. — А это страшно? — Для нарушителей — да. — А для нас? — Для вас — просто кот. Львёнок задумался, потом широко улыбнулся. — А можно тебя погладить? Айзек посмотрел на него долгим взглядом. Потом опустил лапу и осторожно потрепал львёнка по чёлке. Тот зажмурился и замурлыкал, как трактор. — Сдался, — прошептал Айс из-за спины Соника. — Ты бы на его месте тоже сдался, — заметил Соник. — Я бы убежал. — Ты уже убежал. За мою спину. — Это стратегия. К Айзеку тем временем тянули лапки ещё трое. Пушистая рысь с кисточками на ушах, гладкошёрстный гепардёнок и маленькая чёрная пантера с огромными зелёными глазами. Айзек гладил их всех. По очереди. С каменным лицом, прямой спиной и горящими ушами. Но гладил. — Он улыбнулся, — сказал вдруг Соник. — Что? — Айс высунул нос из-за его плеча. — Улыбнулся. Один раз. Краем губ. — Ты врёшь. — Посмотри сам. Айс выглянул. Айзек, присев на корточки, гладил самого маленького котёнка — белого, пушистого, с голубыми глазами. И уголок его губ чуть заметно подрагивал вверх. — Боже, — выдохнул Айс. — Он влюбился. — В котёнка? — В идею. Идею того, что можно быть мягким. — Айс, ты философствуешь, а он сейчас встанет и всё прекратит. Не успел Соник договорить, как Айзек выпрямился, отряхнул брюки и отошёл на безопасное расстояние. Тут из-за поворота вышла учительница. Рыжая кошка с зелёными глазами и хвостом-метёлкой. Она свистнула, и разношёрстная стайка мгновенно выстроилась в шеренгу. Подошвы ботинок стучали по камням, рюкзаки висели смирно, уши торчали. Идеальная дисциплина. Айзек напрягся. Замер. Уши встали торчком, хвост перестал двигаться. Сейчас, — подумал Соник. — Сейчас она скажет что-то про котят, и он побежит. — Благодарю за терпение, — сказала учительница Айзеку, и голос у неё был мягкий, спокойный, без тени той слащавости, с которой обычно обращаются к незнакомцам в собачьих городах. — Они у меня ещё маленькие. Иногда забывают, что не всех можно трогать. Айзек кивнул. Не расслабился, но хотя бы не отступил. — Бывает, — сказал он. — Вы похожи на моего кота, — добавила учительница, улыбнувшись. — Такой же серьёзный. И такой же добрый. Айзек дёрнул ухом. — Я не добрый. — Конечно, — кивнула рыжая кошка. — Просто гладили котят. Она махнула лапой, и стайка послушно потянулась за ней. — До свидания, белый дядя! — крикнул напоследок львёнок. — Удачи в учёбе, — ответил Айзек. Учительница увела котят, и улица снова опустела. — Ну, — сказал Айс, вылезая из-за спины Соника. — Я думал, будет как со щенками. — Я тоже, — признался Наклз. — И я, — добавил Вектор. — Все так думали, — подвёл итог Эспио. Айзек обвёл группу взглядом. — Вы что, ждали, что они на меня прыгнут? — Да, — хором ответили все. Айзек отвернулся и зашагал дальше. — Идиоты, — сказал он, не оборачиваясь. — Прогресс! — выдохнул Айс, когда учительница с котятами скрылась за поворотом. — Прогресс-прогресс-прогресс! Он погладил их! Соник не успел ответить — Айс схватил его за плечи и принялся трясти. — Ты видел?! — зашипел он, но радостно. — Он сам! Добровольно! Погладил чужих котят! — Видел, — выдавил Соник. — Отпусти плечи! — Это первые шаги к отцовскому инстинкту! — Айс не слушал. Глаза его горели, хвост распушился. — Мой старший брат гладил их! Не отгонял! Не кричал! Гладил! — Айс, отпусти. — Он будет хорошим отцом! Я знаю! Я всегда знал! Наклз, наблюдавший за этой сценой, медленно поднял бровь. — Он про Айзека? — Про Айзека, — подтвердил Вектор. — Того самого Айзека, который вчера записал Соника на курс восстановления мужского здоровья? — Того самого. — И он считает, что этот Айзек будет хорошим отцом? — Младшие братья всегда так считают, — философски заметил Эспио. — Им положено. Айс наконец отпустил Соника, но продолжил мерить шагами тротуар. — Он погладил котёнка! Одного! Потом второго! Потом третьего! — Четвёртого, — поправил Соник, поправляя воротник. — Четырёх! — Айс схватился за голову. — Мой старший брат погладил четырёх котят за один подход! Если так пойдёт дальше, через месяц он будет умиляться на детских площадках! — Давно ты так не радовался, — заметил Наклз. — Давно я не видел у старшего брата проблесков человечности. Айзек, шедший впереди с Чинхэ, не оборачивался. Но его уши были развёрнуты назад. Он всё слышал. — Идиот, — сказал он негромко, но без обычной злости. — Кто? — спросил Чинхэ. — Брат. Младший. — Хороший брат? — Надоедливый. — Значит, хороший, — кивнул тигр. — Младшие всегда надоедают старшим. Это у них в крови. Айзек не ответил. Но уши его чуть заметно расслабились. — Завтра мы идём в парк, — объявил Айс, когда они двинулись дальше. — Там точно будут котята. Много. Соник, ты с нами? — Я пас. — Ты нужен как свидетель. — Для чего? — Для истории. Чтобы потом показать внукам Айзека, как он впервые погладил ребёнка. Соник посмотрел на Айса, на удаляющуюся спину Айзека, на хвост, который чуть подрагивал в такт шагам. — Ладно, — сказал он. — Но если он меня убьёт, я напишу жалобу. — На кого? — На тебя. Как на подстрекателя. Айс улыбнулся и похлопал его по плечу. — Не убьёт. Он теперь добрый. — Он погладил котят. — Это начало. — Айс, это не начало. Это случайность. — Самая лучшая случайность в его жизни. Айс пошёл догонять брата. А Соник остался с Наклзом, Вектором и Эспио. — Он рехнулся, — сказал Наклз. — Он младший брат, — поправил Эспио. — Это их работа — верить в лучшее в старших. — Это лечится? — Ничем. — Тогда пойдёмте за ними, — вздохнул Соник. — А то Айс ещё кого-нибудь затискает. Они двинулись дальше. Улица уходила вверх, к тигриной цитадели. Впереди маячила спина Айзека — прямая, напряжённая, но почему-то уже не такая холодная. Рядом, чуть в стороне, Айс что-то радостно втирал экскурсоводу про «невероятный отцовский потенциал своего старшего брата». Чинхэ кивал, слушал и, кажется, даже улыбался. А Соник подумал, что вот так, незаметно, между делом, мир меняется. Не от великих событий, а от того, что кто-то погладил чужого котёнка. А кто-то другой — его младший брат — заметил это и обрадовался, как ребёнок. — Идиоты, — сказал он вслух, но тепло. — Какие же вы идиоты. И пошёл дальше, догоняя группу.