Первые разочарования. Часть 2

            Вечеринка была назначена на начало февраля. Воспользовавшись отъездом родителей на несколько дней, Майк решил устроить ее прямо у себя дома. Двухэтажный особняк был достаточно просторным, чтобы вместить компанию из двадцати человек.       Тимоти прибыл по назначенному адресу точно к началу вечеринки. Заметив среди толпы несколько знакомых лиц, он заметно расслабился, стараясь погрузиться в атмосферу всеобщего веселья.       Джереми нашел его стоящим неподалеку от большинства приглашенных. В отличие от Тимоти, те не стесняясь пробовали предложенные напитки, преимущественно алкогольные и какие-то сладкие.       Какая-то размалеванная маленького роста девчонка, с прической под названием «взрыв на макаронной фабрике» настойчиво крутилась возле Тимоти, уговаривая его выпить хоть немного пунша. Парень отказывался.       — Да что тебе будет с одного бокала? — смеялась девушка, еле стоящая на ногах. Она игриво пританцовывала вокруг Тимоти, то и дело пытаясь прикоснуться к нему. Тимми недовольно скривился. Почему обязательно нужно столько пить?       — Веселишься? — бодрый голос Джереми прозвучал где-то в районе уха, от чего Тимоти в испуге дернулся.       — Эй, ты чего? — парень явно не хотел напугать его. Выражение лица Джереми приняло обеспокоенный вид, отчего Тимоти понял, что ему не стоило так реагировать.       — Прости. — шумно выдохнул он. — Просто у меня был уже один нехороший опыт несколько месяцев назад.       В ответ Джереми ухватил его за локоть, утягивая куда-то в толпу.       — Не бойся, Тимоти! Тут все свои, я тебя уверяю. Расслабься! Веселись, друг!       Громкая музыка оглушительно била по ушам. Первую песню сменила вторая, затем третья и так по кругу. К середине вечеринке Тимоти понял, что у него разболелась голова от через чур громкого шума и непрекращающегося смеха смеющейся толпы рядом.       Кто-то из ребят любезно предложил ему бокал с каким-то красным коктейлем, но парень категорично замотал головой.       — Вечеринка без алкоголя — пустая трата времени! — крикнул Тимоти какой-то незнакомый парень, убедительно кивая подтверждая свои слова. — Выпей хоть один! Ну чего ты?       «Выгляжу со стороны как белая ворона», — подумал Тимоти, глядя на разгоряченную толпу. Вокруг него стоял непроходимый шум и гам. Отдыхающие ребята веселились, что-то кричали, пели в такт громкой музыке. В какой-то момент Тимоти понял, что оказался втянут чьей-то назойливой рукой в толпу танцующих, вцепившейся в него мертвой хваткой.       Кто-то из веселившихся издал громкий призывной свист, и несколько человек в толпе радостно его поддержали. Повернув голову в ту сторону, откуда раздался свист, Тимоти заметил еще парочку знакомых лиц, кто по его мнению, никак не мог оказаться в числе приглашенных. Эти ребята, как и он, не были любителями подобных мероприятий. «Удивительно, что здесь так много народу», — подумал Тим, успешно укорачиваясь от танцующих.       Толпа весело кричала и пела, уверенно завывая и хохоча.       Неожиданно в центре зала раздался восторженный крик — к столу были поданы свежеприготовленные коктейли.       Наблюдая за несколькими ребятами, с удовольствием потягивающими из высоких бокалов разноцветные напитки, Тимоти задумался, что один — два коктейля он вполне может себе позволить. От них с ним ничего не случится. Тем более, ему уже становится откровенно скучно, а еще так мало времени прошло.       Он выбрал какой-то сладкий коктейль ярко-желтого цвета. На вкус было очень даже неплохо, и он быстро осушил бокал, потянувшись за вторым. Было вкусно, и очень непривычно. Сочетание яркого сока с нотками ванили, цитруса понравилось мальчику. Он почти не почувствовал в бокале мартини, благо его там было немного.       После второго бокала последовал третий, уже более терпкий, чем его предыдущие товарищи. Допивая коктейль, Тимоти вдруг ощутил такой необходимый сейчас прилив сил и уверенности в себе. Что же он в самом деле, как сам ни свой? Ему всего двадцать, он молод и красив и может позволить себе расслабиться в компании таких же молодых веселых студентов, собиравшихся в этот шумный вечер.       Прижимая бокал к себе, Тимоти не заметил, как вновь был утянут в толпу. Возгласы и крики охватили комнату со всех сторон. Обрывки фраз то и дело долетали до ушей Тимоти, пока он не понял, что кто-то настойчиво зовет его.       — Тимоти!       Парень развернулся на голос. Перед ним стоял инициатор всеобщего веселья — Майк — в распахнутой синей рубашке и бутылкой пива в руке. На лице парня сияла странная улыбка. Тим не был хорошо знаком с Майком, однако его странная улыбка его насторожила.       — Что тебе нужно? — испуганно пропищал парень.       — Джереми ищет тебя! — заплетающимся языком произнес Майк. — В такой толпе он потерял тебя из виду. Оу, ты все-таки решился попробовать мое творение? — воскликнул он, глядя на полупустой стакан в руке Тимоти. — Неужели?       Тимоти не хотелось продолжать этот разговор. Майк был пьян, от него разило алкоголем, да и выглядел он откровенно плохо. «И это еще и баскетболист!» — возмутился Тимоти.       — Никогда не понимал, что в тебе нашел Джереми! — неосторожно добавил Майк, — ты скучный и совершенно неинтересный!       Тимоти это замечание не понравилось.       — Это не твоего ума дело, — процедил он сквозь зубы, изворачиваясь от Майка, старательно пытающегося ухватить его за руку.       В какой-то момент рука Майка задержалась над бокалом кудрявого мальчика, однако Тимоти не обратил на это внимание.       — Иди к черту, Майк! — кинул ему Тим напоследок, скрываясь в толпе.       Громкий неприятный до ужаса смех прозвучал вслед его удаляющейся спине.       Вечеринка была в самом разгаре, но именно сейчас Тимоти захотелось покинуть ее как можно скорее.        «Проклятье!» — выругался он про себя, осматриваясь по сторонам в попытке разглядеть Джереми. В какой-то момент он его заметил. Тот сидел на высоком диванчике с пустым бокалом в руке. Вид у него был задумчивый.       Тимоти опустился рядом, придерживая свой бокал с недопитым напитком.       — Я хотел кое-что обсудить с тобой. — крикнул Джереми ему в ухо. Музыка все еще звучала катастрофически громко. — Но здесь мы не поговорим. Пойдем наверх. Тимоти поднял голову. Речь шла о втором этаже, где располагались две спальные комнаты. Испугавшись, он запротестовал.       — Нет –нет. В этом нет необходимости.       — Ладно, можно и здесь. — нехотя согласился Джереми.       Наблюдая, как Тим подносит бокал к губам и делает заключительные глотки, Джереми как-то подозрительно улыбнулся, в его карих глазах мелькнул огонек азарта.       — Что ты хочешь? — спросил Тимоти.       Он чувствовал, что несмотря на данное Арми обещание, все-таки перебрал. Ох уж эти молодежные вечеринки! На завтра ему будет стыдно смотреть Хаммеру в глаза. Тимоти представил недовольное лицо возлюбленного, говорящего ему «Я же тебя предупреждал. Ты совершенно не умеешь пить, Тимми!»       — На, выпей еще один. — Джереми настойчиво сунул в скрещенные ладони Тима еще один бокал на этот раз с синим коктейлем. И снова загадочно улыбнулся, наблюдая, как парень ошарашенно смотрит на него.       — Мне уже хватит. — запротестовал Тим, качая кудрявой головой. Кудряшки, которые он с таким усердием укладывал в начале вечера, успели растрепаться и теперь выглядели взлохмачено и неаккуратно.       Джереми молча облизнул губы.       — Ради меня, пожалуйста. Последний.       — Ладно. — подчинился Тимоти, поднося бокал к губам. Вкус был странный. Сладковато-терпкий с дольками незнакомого Тиму вкуса. Он так и не понял, что было в бокале.       — Давай-давай! До конца! Вот так! Ну же! — подбадривал его Джереми, заметив, как Тим морщится. Он помог мальчику придержать бокал, пока Тимми послушно осушал его.       — Все, не могу больше. — щеки Тимоти порозовели ни то от количества выпитого им за вечер, ни то от переполняемого его тело жара. Было жарко. Он смутно понимал, что происходит.       — А больше и не нужно, Тимми… — горячий шепот Джереми больно обжигал кожу.       Ощущения были странные. Ничего общего с теми, что испытывал Тимоти, когда Арми дотрагивался до него также смело. На лбу выступила испарина, а губы пересохли.       Тим чувствовал, как ему нужно выйти на воздух. Жизненно необходимо. Он просто сходил с ума от сгущающегося над ним пара развеселой толпы, шумно кричащей и что-то активно выкрикивающей на всю комнату. В добавок грохочущая из колонок музыка оглушительно била по голове, будто бы раскалывая ее на части.       Тимоти схватился за голову, зажмурив глаза. Ему было плохо. Не просто плохо, а ужасно. Казалось, никогда ранее он не испытывал ничего подобного. Эти ощущения не были сравнимы с теми, что он получил в стенах клуба несколько месяцев назад. Тогда он хоть что-то соображал и был вполне способным постоять за себя хотя бы немного. На этот раз все было куда хуже. Его ужасно мутило.       Он попытался встать на ноги, хватаясь за спасительно выставленную вперед руку Джереми, но тут же упал обратно на диван. Тело не слушалось, оно стало ватным и мягким, как желе. Тима можно было поднять как перышко в воздух — он совершенно не оказывал никакого сопротивления, когда почувствовал дыхание Джереми на своих губах, а в следующее мгновение как эти губы (вроде и отдаленно знакомые и одновременно такие чужие) пытаются настойчиво поцеловать его.       — Нет-нет.! — умолял он. — Не надо. Не трогай меня!       — Не бойся, Тимми. Расслабься. Тебе будет хорошо со мной.       Жадный поцелуй накрыл его губы, а чужой язык уверенно ворвался в приоткрытый рот. Напрасно Тимоти пытался скинуть с себя руки Джереми, уже успевшие притянуть его куда-то в сторону, оторвать от дивана, как пушинку и усадить куда-то высоко.       — АААХ! — голова кружилась. Он ничего не соображал. Совершенно ничего.       Перед глазами все плыло. Тимоти не мог разобрать ничего вокруг. Все окружающие его предметы, люди, звуки — все слилось в единую огромную массу, устрашающе поглотившую его с головой. Он чувствовал, как его настойчиво продолжают целовать, запуская руки в волосы, прижимая к такому же худому, как у него телу, как чужие грубые руки без разрешения забираются под рубашку, едва держащуюся на нем. Потом эти руки без стыда перемещаются на талию, а с нее и на бедра. Чужие губы одурманивающее ласкают его хрупкую белоснежную шею. Голова запрокидывается назад, а он чувствует себя куском пластилина, покорно подчиняющегося рукам незнакомого мастера.       — Арми…. — срывается с губ Тимоти, прежде чем он обессиленный проваливается во тьму.       Последнее, что он слышит, прежде чем сознание покинуло его — окружающий смех, скользкий, противный и до боли чужой.

***

      Тим проснулся от того, что кто-то настойчиво названивал по телефону. Он просто разрывался. Сквозь окно в комнату пробивался солнечный свет, заливавший ее своим светом, что было обычно не свойственно для серого и мрачного февраля.       Потянувшись в кровати, Тимоти ухватился за лоб — голова все еще болела, хоть уже и меньше. Приподнявшись на локтях, он обнаружил, что находится в своей комнате, прикрытый одеялом. Дома стояла угнетающая тишина. Он был один.       Телефон, лежащий на прикроватной тумбочке, наконец успокоился, и Тимоти будто бы только сейчас обратил на него внимание. Дрожащими руками он поднес гаджет к глазам, тут же округлившимся от испуга: пять пропущенных звонков от Полин. Что произошло?       Он смутно помнил прошедший вечер. Все было словно в тумане. Вечеринка у Майка, море выпивки, огромная толпа студентов, ужасающе громкая музыка, Джереми …. Все будто бы перемешалось между собой накануне. Тимоти совершенно ничего не помнил.       «Ты проснулся?» — пришло сообщение от Полин, а следом тут же прилетел очередной звонок от нее.       Тимоти принял вызов.       — Полин? — его голос прозвучал неуверенно.       — Тимоти! — парень едва не выронил трубку из рук от столь громкого крика. — Ты в порядке? Господи, наконец-то ты проснулся. Я все утро тебе пытаюсь дозвониться.       Он сел поудобнее в кровати, беспомощно встряхнув кудрявой макушкой.       — Что случилось?       Девушка не унималась.       — Это я тебя хочу спросить, что случилось? Что у вас там вчера произошло на этой дурацкой вечеринке?       Тимоти ничего не понимал.       — А что произошло?       — Господи, Тимми! — Полин будто бы была не на шутку разозлена чем-то. — Вспомни пожалуйста вчерашний день! Ответь мне наконец, что ты такого натворил, что Арми со вчерашнего вечера злой как собака!       — Полин, я ничего не помню. — в панике Тимоти приложил руку ко лбу. — При чем тут Арми?       Девушка шумно выдохнула.       — Ты вообще ничего не помнишь? Он сказал, что получил вчера какое-то сообщение на телефон. Там были твои фотографии и видео с твоим участием. Я точно не знаю, но он привез тебя вчера поздно вечером пьяного в хлам, буквально вручил мне тебя у порога. Господи, Тим, я еле доволокла тебя… Хорошо, что родителей не было дома, иначе, не знаю, что бы они сделали. Что у вас произошло? На Арми просто лица не было! Он был ужасно сердит. Я в таком состоянии его никогда не видела. Что ты устроил вчера?       Тимоти будто бы парализовало от услышанного. Он пытался вспомнить прошедший вечер, однако последнее, что он помнил, был подлетевший к нему Майк, сообщивший, что Джереми ищет его. Что было потом, Тимми ничего не помнил.       Внутри него нарастало тревожное чувство. Атмосфера была пугающей не на шутку. Слова Полин врезались в голову намертво.       — Я тебе перезвоню. — оборвал он сестру.       Этого просто не может быть. Он наскоро нашел в телефонной книге телефон Хаммера. Ожидание, пока Арми ответит на звонок, показалось Тиму вечностью. Наконец, он услышал в трубке знакомый голос.       — Арми? — мужчина молчал. — Арми, пожалуйста, ответь мне.       Ответом была тишина, прерываемая лишь тяжелым дыханием Арми.       Тимоти не мог больше слышать эту раздирающую душу тишину. Он буквально умолял Арми ответить ему, объяснить, что случилось.       Наконец, Хаммер ответил.       — Я скоро приеду к тебе. — и отключился.       Он и правда приехал быстро. Тимоти встретил его у порога, едва не бросившись в объятия, однако его попытки тут же были пресечены. Арми не позволил обнять себя. Нет, он не оттолкнул Тимми, но тем не менее ловко увернулся.       — Что с тобой? — не понимающе спросил Тим.       Прежде чем ответить, Арми шумно выдохнул. Тимоти обратил внимание на его глаза. Они всегда были полны радости и света. Сейчас же в них отражалось нечто холодное и чужое. Они словно были полны льда. Тимоти показалось, что он уже знаком с этим взглядом. Таким Арми смотрел на него в день его первой встречи на улице. Но тогда они оба еще совсем не знали друг друга. А что же случилось теперь? Тимми и подумать об этом было страшно.       В груди вдруг повеяло пронизывающим холодом. Словно предзнаменование чего-то нехорошего.       — Скажи мне, Тим, разве не ты обещал мне, что никогда не предашь меня? — наконец спросил Арми.       Тимоти этот вопрос застал врасплох. Он насторожился.       — Да. Так и есть. — с осторожностью в голосе произнес он.       — Тогда почему ты не выполняешь свое обещание? — глаза Хаммера стали еще более печальными, чем были. На лбу появилась морщинка.       Тимоти осторожно сглотнул, совершенно не понимая, о чем идет речь.       — Что ты имеешь ввиду?       Арми достал из кармана куртки смартфон, что-то долго искал в нем, прежде чем показать искомое Тиму.       Стоило мальчику это увидеть, он был шокирован. Теперь он понял, о каких фотографиях говорила Полин. На фото действительно был он в доме Майка на вчерашней вечеринке. На том самом диване, с которым они с Джереми сидели прошлым вечером. Только вот что у Тима никак не укладывалось в голове, так это как такое может быть, что он, на этом фото сидит на коленях Джереми, обнимая того за шею, и целуясь с ним? А вот следующее фото, где Джереми уже по-хозяйски лапает его и судя по счастливому выражению лица Тимми, ему это нравится.       А еще вроде было какое-то видео. Что на нем запечатлено, остается только догадываться.       Тимоти весь побелел от шока. Он чувствовал себя отвратительно. Фотографии явно были настоящими, но он никак не мог поверить собственным глазам. Казалось, это все просто чья-то злая шутка. Он просто не мог себе позволить такое поведение. Не настолько же пьян он был! Тогда почему же он ничего не помнит? Совершенно ничего.       Взгляд Арми с печального сменился на пустой. Именно пустой. Почти стеклянный. Заблокировав гаджет, он уже развернулся к Тимоти спиной, как тот внезапно понял, что происходит.       — Нет! Стой, не уходи! — Тимоти беспомощно цеплялся за грубую ткань куртки, в то время как внутри него просыпалась буря. Он не мог позволить Арми уйти. Они ведь толком и не успели разобраться в произошедшем.       — Отпусти меня. — мрачно произнес Арми.       Его лицо ничего не выражало. Голова была опущена, брови, несколько минут назад, нахмуренные, сейчас были спокойными, а губы сжались в тонкую линию. В голове крутился только один вопрос «Чем я заслужил все это? В чем был не прав?»       Тимоти сильнее вцепился в него, еле сдерживаясь от всхлипываний.       — Позволь мне все объяснить! — умоляюще закричал он. — Я ничего не помню, совершенно ничего. Но я уверяю тебя, что все это обман и чья-то жестокая ложь. Я не мог так поступить с тобой!       Сдерживать эмоции становилось труднее с каждым словом, и не выдержав окончательно, Тимоти расплакался.       — Ответь мне только на один вопрос, Тимоти, — голос Арми был чужим до неузнаваемости. — Что я сделал не так, за что ты так поступил со мной? Разве я заслуживаю того, чтобы мои чувства были так унизительно растоптаны?       Тим беспомощно вертел головой, в то время как его руки все еще удерживали Арми. Этого просто быть не может? Почему Арми ему не верит? Разве Тимми давал ему повод хоть на минуту усомниться в своей любви?       — Кто бы не сделал эти фотографии, он хотел нас рассорить. — всхлипывал мальчик, — Но я тебе клянусь, у меня не было ничего с Джереми!       Арми дернулся, вырываясь из цепкой хватки Тима.       — Не было значит? — его глаза стали будто бы черными. — Я по твоему слепой, да? Хочешь сказать, это не ты на этих фото сосешься с ним?       — Я ничего не помню! — закричал Тимоти, запустив пальцы во взлохмаченные волосы.       Он и правда не мог объяснить увиденного. Ему оставалось только надеяться и свято верить в то, что он говорит Арми правду. Как он мог целоваться с кем-то другим, ведь он и в мыслях такого не допускал, не то что воплотить такое в реальности? Однако, Арми оставался непреклонен.       Он продолжал сверлить заплаканного мальчишку убийственным взглядом. Этого человека словно подменили. Казалось, он был готов разорвать Тима на месте.       — Твой дружок утверждает, что вы переспали. Я надеялся, что это неправда и когда получил эти фото и видео, примчался в дом, где проходила ваша вечеринка. Я хотел. — Арми запнулся. — Убедиться в том, что эти фото поддельные. Но нет… Когда я приехал, ты еле на ногах стоял. Тебя буквально вынесли мне на руках, Тимми. И вид у тебя был пугающий.       — Откуда у тебя эти фотографии? — будто бы на минуточку придя в себя спросил Тим. Ему показалось странным, что кто-то прислал Арми эти снимки. Кто бы это ни был, он сделал это намеренно.       — Ханна. — мрачно ответил Арми.       — А у нее они как оказались? — испугался Тим.       — Понятия не имею. — ответил Хаммер, качая головой. — И если честно знать не хочу. Мне достаточно того, что я видел собственными глазами. И на снимках, и на видео. Господи Тим… Ты… Это так мерзко. Даже не представляешь, что я испытал, увидев все это. Я больше не хочу тебя видеть.       Скинув с себя тянущиеся к нему руки, Арми одним резким движением одернул куртку, и развернувшись, покинул дом.       — Я думал, что одной измены с меня хватит. Но нет. Тут еще ты такие сюрпризы мне преподносишь. Надо было запереть тебя дома и не пускать ни на какую вечеринку! — выругался Арми уже на улице, обернувшись к Тиму.       Мальчишка продолжал беспомощно рыдать и умолять выслушать его, однако терпению Арми пришел конец.       — Оставь меня в покое, Тимоти. Я больше не в силах этого выносить.       Едва его высокая фигура покинула придомовую территорию, Тимоти не выдержал и разрыдался еще сильнее. Любимый человек покинул его, не желая больше ничего слышать в свое оправдание. Обессиленно рухнув на холодный асфальт, Тимоти продолжать рыдать все громче и громче, пока не закашлялся от бессилия. Безысходность непроглядной тьмой сгущалась над ним, он совершенно не представлял, как убедить Арми в своей невиновности, от того было еще тяжелее. Казалось, что сердце его вот — вот разорвется от непереносимой боли. Он не знал, что ждет его впереди, и от того было еще невыносимее и страшнее.