Липкие разговоры

Чон тяжко вздыхает и все же встаёт, наблюдая за непонимающими глазами младшего, да вытягивает его с машины. Тут, среди высоких хвойных деревьев альфой почти не пахнет и послушная возбужденная дрожь почти проходит - Прости. Омега мямлит, ведь старший держит его руки, не позволяя залезть в собственное белье. - Всё нормально. Я не хочу что бы ты делал столь интимные вещи сам того не желая. Юнхо тяжко вздыхает, но голову в бок всё же наклоняет, словно давая знак, что он вовсе не против что бы Минги прижался к нему. Младший так и поступает, почти подлетая, робко и уже привычно дыша своим альфой. - Обижаешься, но всё равно нуждаешься в запахе. Я действительно никогда не смогу понять омег. Чон говорит тихо, медленно, не спугивая вздрагивающий от каждого дыхания комочек. - Ты ведь боялся забеременеть, но так рыдаешь из-за того, что не получилось с первого раза. Почему? Я не понимаю. Ты ведь не сексуальный раб, я ведь не использую тебя как инкубатор по выращиванию потомства, но по твоему желанию ощущаю себя каким-то осеменителем. Альфа все же выпускает воздух носом, когда Минги неловко целует его в шею. - Не нужно просить меня о детках. Я не смогу дать тебе их, пока наши циклы не совпадут, понимаешь? Я бы хотел, лишь бы ты не плакал от каждого беременного омеги, но я не могу. Я не могу дать тебе узел в отсутствие у меня гона. А без узла твоя течка нам ничего не даст. Чон буквально разжёвывает информацию, но младший принимается дрожать, расстроенный полученной информацией. - Ты ведь рецессивен. Нам нужно стараться что бы ты смог принять семя. В следующий раз стараться чуть больше. Но для Минги это слишком грустно и печально, поэтому он отлипает от шеи и только прикусывает пухлую и дрожащую губу. - Прости. Я должен был объяснить тебе куда мы идем. И я не должен был ругать тебя в общественном месте. Чон зачёсывает волосы назад и только осматривается. - Ты хоть успел покушать?Хотя бы немного? Альфа не смотрит на младшего, дает ему шанс не лгать и не напрягаться от пристального присмотра, от того Минги теряется. - Твой друг положил мне второе и пирожное с собой. Юнхо кивает, трёт ароможелезу, словно пытаясь успокоиться, но для омеги это только привлечение внимания, ведь запах распространяется. - Хорошо. Тогда садись и покушай. Говорят, что тут много грибов и ягод. Я пока посмотрю, а ты кушай. И ведь альфа почти уходит за ближайшее дерево, но младший семенит за ним, громко наступая на ветки под ногами, разламывающиеся и выдающие его с потрохами. - Не оставляй меня. Омега лепечет сразу, стоит Юнхо развернуться и вопросительно приподнять бровь. - Я буду тут, рядом. Мой запах сильный от того ты и дальше будешь пытаться залезть ко мне в штаны. Альфа чеканит, но его муж непонимающе склоняет голову в бок. - Ты не хочешь? Но ведь ты возбуждён! Тонкий пальчик указывает на бедные брюки, совершенно не спасающие их и Юнхо почти взвывает, отходя еще дальше. - Хочу ли я что бы мне сделали приятно? Чертовски хочу. Но не когда я буквально накричал на своего мужа, обидел его, не дал поесть, а он пытается успокоить мой гнев минетом. Нет, Минги, сейчас мне сосать не нужно. Я не смогу себя контролировать и твой первый раз окажется последним. Омега вновь дует губы, но от альфы не отходит, следует за ним по пятам, прибавляя каждый новый шаг при любом отступлении. - Мне страшно, когда ты уходишь. Этого хватает для Чона что бы наконец-то остановиться. - Я вновь могу на тебя накричать, если ты будешь пахнуть так же сладко и заинтересованно. У меня в машине нет нужных нам вещей что бы мы могли сделать хоть что-то. У меня даже салфеток нет. Его муж суетится и Минги только наблюдает за ним, пока его живот урчит. Он не хочет отпускать его, не хочет обрывать диалог, но альфа от чего-то почти убегает, всё вытягивая руки перед собой. - Ты обещал погулять. Едва слышимое, но такое значимое притоптывание ножкой заставляет Юнхо крупно задрожать. Омега канючит, настаивает на своем, ломает его, щуря свои опухшие от слёз глазки. Его хочется взять, подмять под себя, разморить, убаюкать и брать, но разве так можно? - Будь хорошим мальчиком, Милый. Иди в машину и кушай, ладно? Дай мне успокоиться. Мне нужно пять минут и я встречу тебя, да поведу на прогулку. Но супруг дует губки сильнее и только морщит брови, не соглашаясь. - Но ведь ты возбуждён! Разве я в таких случаях тебе не нужен? Омега приподнимает ножку, опуская ту совсем легонько, словно передумал притоптывать, но Чон закрывает глаза, выдыхая со свистом. - Если я знаю правильно, то рецессивные омеги не текут в отсутствие течки. Я возбуждён, но у нас нет смазки. Брать тебя на сухую - приятного мало, а тебе и подавно больно. Минет - это нужно время, а мой перегревшийся мозг тебе этого не даст. И альфа бы продолжил, если бы Минги его не перебил. - Время? Разве не нужно просто взять его в рот и обхватить губами? Чон вновь вздрагивает, но разжевывать продолжает. - Когда доминантный альфа возбуждён - он груб. Моя выдержка не железная. Минет- это не просто взять в рот и посасывать. Активный человек может совершать поступательные движения и тебе нужно будет расслабиться и принимать их. Это тот же половой акт, но он происходит в рот. Ты должен не смыкать зубов и не прикусывать ими член, должен работать языком и даже так это весьма сложно. Данный процесс требует времени, обоюдного интереса и нервов, а если ты сейчас просто возьмёшь в рот, то я не смогу просто дать тебе привыкать, что у моего полового члена есть свой вкус и вес на языке. Тебе будет неприятно, поэтому на этот раз дай своему альфе остыть, а потом, когда сам захочешь научиться, то ты скажешь мне об этом и мы попробуем. Омега хлюпает носом, ощущая себя бесполезным, пахнет кисло, но в машину все же уходит, весьма громко хлопая дверью, да шурша упаковкой. Он обиженно даже не смотрит в сторону оставшегося в лесу Юнхо, только выуживая из бумажной сумки столовые приборы, принимаясь неуклюже жевать едва тёплый стейк. На самом деле сейчас это мясо средней прожарки кажется таким вкусным, что омега непроизвольно поджимает под себя ноги и резко вытягивает их, прикрывая болящие глаза. Это то, чего он достаточно сильно хотел- вкусный приём пищи с высокой калорийностью, когда в доме у его мужа каждый грамм в его тарелке подсчитан и записан. Там следят за его здоровьем и набором веса так, как не наблюдали даже родители дома. Дома. Минги хочет домой, только вот при желании попроситься вписать это в планы младший вертит головой и не находит своего альфу. Ни силуэта, ни шороха и хруста веток от шагов, вокруг совершенно пусто. Лес кажется устрашающим, а так же Ги не умеет водить машину, он даже никогда не интересовался и не наблюдал, как Юнхо делает это. - Юно? Сейчас желанное и оставленное на потом пирожное совершенно забылось на дне упаковки, пока младший переставляет свои длинные ноги на соседнее сидение, почти прикладываясь к стеклу, лишь бы увидеть получше. В его руке всё еще недоеденный и неуклюже обгрызенный кусок мяса, но сейчас омега не проявляет к нему интереса, принимаясь только шептать и звать полушёпотом. Он не кричит, боится привлечь жителей леса и только неловко прижимается носом к сидению, желая дышать знакомым и родным, пока сам источник запаха не вернулся, но Чон не появляется спустя обещанных пять минут и Минги прощается с холодным кусочком, скидывая вилку в груду упаковки. Если бы ему было что, то он бы принялся жевать это, но он только тянет ручку, открывая ту раза с третьего и едва приоткрывает тяжёлую дверь, лишь бы его не смогли вытянуть с машины. - Юно? Вернись, пожалуйста! Омега хочет крикнуть, но сил на это фактически нет, от того голос срывается и он снова хлопает дверью, высматривая своего мужа в прозрачном стекле. Его оставили, оставили совершенно одного на пустой дороге в машине посреди леса. Страх наполняет тело и скручивает узлом где-то в кишках. Его альфу украли лесные жители? Но Юнхо возвращается, почти спотыкаясь о ветку, приподнимая брови, когда видит Минги на собственном месте, но дверь открывает, позволяя младшему почти сразу овить его длинными руками, да обнять испуганным запахом. - Юнхо! Голос напуганный и готовый отругать его, словно мать, потерявшая гулявшего подле нее ребёнка. - Ну что такое? Ты же любишь гулять в лесу у дома, а тут что не так? Смотри какой гриб я нашёл. Альфа говорит сразу, понимая, что напуганный комочек, лицом упирающийся ему прямо в живот, сейчас отвечать на его вопросы не будет, но он всё же показывает находку, наблюдая за самыми удивлёнными глазами. Неужели омега видит грибы впервые? - Он такой большой! Как на картинках в книжках! И стоит Минги взять его в свои руки, как альфе кажется, что его находка и вовсе не большая, но довольный младший говорит обратное, вовсе не удивляясь, когда его ласково придерживают под ягодицы, когда он неуклюже перебирает длинные ноги на соседнее сидение. - Ты кушал грибы? Из них варят суп или жарят. Но омега, как и ожидалось, машет головой из стороны в сторону. Юнхо садится и хлопает дверью, осознавая, что в месте, откуда он увёз своего мужа, таких лесочков нет, а значит грибы были для его семьи дорогим удовольствием, чего тут сказать нельзя. Даже самый жуткий бедняк может дойти и набрать себе лукошко, обеспечив себя и детей сытным ужином. - Папа всегда говорил, что это дорого. Ну, нам многое в последнее время было «дорого». Минги неловко смеётся и только неловко улыбается, когда Юнхо щёлкает его ремнём безопастности. - У меня и приданное не очень богатое. Не знаю, почему твои родители выбрали мою семью. Бедный гриб укладывается на колени и уже не приносит такого счастья. Он несёт с собой воспоминания о счастливой, но полных «мы не можем» жизни. Минги хочет домой. - Потому что я видел тебя на баллах и говорил маме, что этот мальчик красивый. А когда я подходил что бы с тобой подружиться, то твои слуги сказали мне, что ты омега семьи Сон, а это значит, что чей-то будущий муж и ему негоже общаться с чужими альфами. Знали бы они, что я в итоге тебя и забрал. Как думаешь, что бы они сказали? Позволили мне тогда неловко краснеть, пытаясь завязать разговор? Машина трогается и сам Минги робко краснеет. - Мы посещали балы только во время благотворительных акций и до моих семи лет, ведь тогда моя семья действительно носила почетный титул. Тогда фамилия отца была на слуху и ко мне приходили свататься. Папа правда всех выпроваживал, говорил, что я еще малютка и не хочу осязать чужие лица и запахи. Где-то в том возрасте я начал учиться в образовательных учреждениях для омег и как же я злился, когда впервые почувствовал на себе течку. Дома пахло исключительно родителями и в моем мозгу всплывали негодования, почему папа не дал мне альфу к тому времени. Я в целом то рано «повзрослел» и если родители и хотели бы мне как-то помочь, то они не ожидали, что это будет так скоро. Гриб вновь поднимается и омега рассматривает его, легонько пальцами поглаживая чешуйки под шляпкой. - Я помню, как думал, как вообще может пахнуть альфа, ведь знакомо мне было исключительно сладкое, омежье. Не думал, что это будет костер. И не думаю, что тогда слуги поступили неверно. Если бы судьба бросила кости иначе- сейчас бы мы не сидели тут. Минги неловко рассматривает задумавшегося альфу, а стоит тому глупо улыбнуться, так вздрагивает и краснеет сильнее. - А вообще мама рассматривала несколько вариантов, но ты лидировал во многих параметрах. Так же отцу хотелось бы заниматься стройкой и твой отец поддерживал его в этом. Твой фамильный особняк сейчас начнет терпеть новоизменения. Омега не успевает отреагировать, как Чон задает ему совершенно не связанный с темой разговора вопрос. - Можно я положу руку на твоё бедро? Его муж непонимающе открывает глаза как можно сильнее, но легонько пододвигает бедро в сторону, словно давая разрешение. Рука с длинными пальцами осторожно опускается, огибая мощную и едва пухлую ляжку, ласково поглаживая.Ладонь скользит до колена и чуть выше, но не пересекает допустимых, интимных мест, вгоняя младшего в полное непонимание. Это приятно, но зачем? - Мне нравятся твои ноги. Я просто иногда хочу их касаться. Но я буду спрашивать разрешения. Постараюсь не нарушать твоих личных границ. К слову о них и о произошедшем конфликте, связанном с моей вспыльчивостью. Пальцы ненароком едва сжимают мышцы, но тут же ласково заглаживают. - Ты желаешь спать со мной ночью в общей спальне? Или я весьма обоснованно наказан и лишён запаха на ночное время суток? Альфа умело вертит второй рукой, поворачивая машину, а после добавляет весьма робко и тихо. - Или я могу надеяться на получение удовольствия и остатки твоей заинтересованности в этом? Юнхо не смотрит на омегу, не смущает, но заметно нервничает, прикусывая тонкие и страдальные губы. - Если мне можно будет обнять тебя ночью, то можно и поспать в одной кровати. Мы повязаны, нам нужен запах что бы чувствовать себя хорошо. Чон выжидает ответа на тихий вопрос и ненароком пальцами проводит по внутренней части бедра, едва касаясь нежной кожи, но Минги молчит, думает, вызывая на коже мужа табун мурашек. - Я посмотрю на твоё поведение. Омега отворачивается и замечает, что супруг пахнет ярче, в отражении стекла наблюдая, как тот облизывается, да ненадолго убирает руку с бедра паркуясь, да почти выскакивая из машины, лишь бы открыть дверь, да почти нырнуть в салон всем телом, освобождая Минги от обеспечивающих безопасность оков. Юнхо даже подаёт руку и помогает с удобством выйти из железной кареты, обхаживая младшего до тех пор, пока Чангюн не ловит его строгим взглядом. - Не Вы ли говорили, что уделите отчётам время? Делу время, потехе час, Господин. Бета вручает в руки своего хозяина кипу бумаг и Чон в секунду становится уставшим и озадаченным, рассматривая лежащий сверху акт. - Учитывая время вашего прибытия обед Вы пропустите. Надеюсь, что Вы ускоритесь и удосужитесь успеть к ужину. Господин Минги, пройдите в Вашу комнату, к сожалению у Вашего супруга весьма много дел, но обещаю отпустить его сразу, как только он с ними покончит.