Пластырь зеленый.

На удивление живот Минги и правда крутит, стоит Юнхо затеряться в своей черной машине и уехать по делам. Такими сухими спазмами его уже сводило и это была чертова сухая течка. Неужели опять? Вся эта пытка повторяется снова? Но ведь Юно уже уехал по делам! Его никак не развернуть и не попросить внимания. - Господин! Сону оказывается в непозволительной близости слишком неожиданно и Минги подпрыгивает, прикрывая обеими руками ноющий участок. - Да? Его маленькие глазки широко распахнуты, но бета перед ним расстроенно на него смотрит - с Вами всё в порядке? Седжун тоже рядом и стоит господину промямлить о болях в животе, как его уже ведут в комнату, укладывают в постель и с интересом выбирают ему мягкий халатик, пока набирается ванная - Мы добавим туда соли и Вам станет полегче. Мышцы расслабятся. Врач говорил, что при признаках сухой течки Вас нужно расслаблять. Так что, Господин, Вы сейчас искупаетесь и мы, с Вашего позволения конечно, сделаем Вам массаж, что думаете? Омега глупо кивает и краснеет, совершенно точно зная об алых отметинах на собственном теле, но бет это совершенно не волнует, ведь сейчас они подбирают все максимально удобные вещи. - Ванна готова. Спустя пару минут сообщает Седжун и сопровождает Чона к керамическим бортиком, помогая пересечь их и погрузиться в голубоватую водичку, действительно согревающую каждую клеточку тела. Казалось бы, что боль даже отступила, но стоило ему потянуться за полотенцем, меняя положение, как та нежданно вернулась, пусть и в меньшем размере - Больно, да? Тихо спрашивает Сону и второй бета кивает ему головой, наблюдаяя как один скрывается за дверьми - Куда идет Сону? Минги суетится, куда же уходит его бета? Что-то не так? - Он вызовет врача. Не вставайте, господин. Всё будет хорошо, Вам просто нужно расслабиться и полежать Седжун моет руки и весьма нагло окунает их в воду, массируя напряженный низ живота, действительно разбивая скомканные мышцы, но омега хнычет, потерянно осматривая ситуацию - Сону. План Б Слуга кивает, возвращаясь с вещью альфы и Минги мгновенно затихает, все же испытывая боль, но в меньшей степени, пока беты шепчутся, помогая встать, да одеться, осторожно покрывая мазью участки засосов, лишь бы те поскорее сошли. - Здравствуйте, Господин Чон. Омега подскакивает, совершенно забыв, что лежит в собственной общей с Юнхо спальне, забывая и о том, что это именно к нему теперь обращаются таким образом. Как быстро приехал этот мужчина? Он улыбается и оставляет свой чемоданчик с медикоментами у его кровати - Что у Вас болит? Минги глупо моргает глазами и смотрит то на Седжуна, то на пришедшего, пусть и уже знакомого, но не очень приятного человека - Живот тянет, как при сухой течке. Спазмы точно такие же. Юнхо утром сказал, что от меня пахнет, как в период предтечки, но мы решили, что это шампунь и гель для душа. Врач ждет чего-то еще и омега наученно и стыдливо продолжает - Половой жизнью живу с 18ти лет. То есть с этого года. Попытки зачать регулярные. Цикл сбился из-за повязки и подстройки под альфу. И кажется, что он продолжал бы и дальше, но врач прерывает его весьма ласково и нежно - Нет-нет, Господин Чон. Я осведомлен об этом, Вам не стоит каждый раз говорить мне это. Меня интересует как долго болит живот, с чем Вы это связываете и где болит сильнее? Семейный врач слушает внимательно, кивает, ощупывает живот и только клеит Минги очередной пластырь на шею, наблюдая за самыми удивленными и непонимаюшими глазами, особенно когда сорванный с места предмет имеет кислотно-зеленый цвет. Неужели? Боли в животе из-за того, что там формируется плод? Он смог зачать кроху? Он правда смог? Просто пластыри были бракованные, ведь так? Почему врач его не поздравляет? Почему не говорит, что у Минги получилось? А должен ли живот болеть при беременности? Всё ли хорошо с малышом? Там ведь есть малыш? Омеге уже совершенно плевать на то, какого он пола. Он хочет прижать крошку к груди и не отпускать, лелея само ощущение - Вы в предтечке, Господин. Ваш супруг был совершенно прав. Если бы пластырь окрасился красным, то ваша течка уже прошла, если зеленый- предтечка, а если желтый - это сама течка Но омега его даже не слушает. Это не тот тест. Не тот результат и врач видит перемену в лице своего пациента и только гонит бет с комнаты, почти шепотом заманивая внимание - Неужели Вы так сильно хотите зачать, Господин? Вы ведь так юны! Минги наконец-то срывается и принимается рыдать, кивая головой, как болванчик и чужая рука гладит его по голове, успокаивает. - Для этого Вам нужен гон господина, а тот регулярный, не сдвигающийся. Вы можете поговорить с ним о вызове с помощью препаратов, но тогда альфа может быть весьма вспыльчив и груб с Вами. Омега суматошно соглашается. Это его Юнхо, он не может быть с ним слишком груб! - Гон, вызванный препаратами отключает большую часть разумных мыслей, но включает инстинкты. Учитывая, что Ваша течка проходит в фазе сна, то я бы не рекомендовал Вам вызывать гон альфы. Для Вас это может быть опасно и черевато повреждениями, переломами. Лучше уж Ваш альфа будет рядом, удовлетворять Вас спящего, но в здравом уме. В естественном гоне альфы более спокойны и у них включается отцовская забота о партнере и детях. Но пациент только умоляет отдать ему этот препарат. Молит пухлыми губами, да внимательно всматривается в чужие предостерегающие глаза, смотря своими блестящими от слез. Даже если Юнхо сломает ему кости, он сможет деть ему малыша. Минги выносит его, даже если это будет стоить ему жизни - Я отдам препарат непосредственно альфе. Врач встает и Минги, получивший укол обезбаливающего, почти ползет за ним по кровати - Но почему? Вопрос слетает с губ глупо, нелепо, совершенно без уважения со стороны его омежьего нутра - Отвечу Вам честно. По той простой причине, что уже не один омега таблетки крошил и подсыпал своему альфе, желая раскрасить половой акт, сделать его более бодрым, ярким, животным. Получить малыша наконец. И неосведомленный альфа не понимал, почему отходит в кровати, спустя несколько суток, а под ним его любимый партнер, искусанный в мясо и не редкость и вовсе не живой. Не забывайте, что Господин Чон Юнхо как минимум в половину сильнее Вас, каким бы добрым он не казался. Гость кланяется ему, но уже в дверях сообщает. - Вы юны, Господин. У Вас обязательно получится и не один малыш. Семья Чон из поколения в поколение приносит как минимум двоих сыновей, а что уж говорить про дочек? У Вас всё впереди. Пожалуйста не бегите вперед жизни. Любая ошибка будет стоить Вам Вашего здоровья. Сейчас полежите, отдохните и хорошо выспитесь. Я встречусь с Вашим супругом и он поможет Вам с гнездом и предстоящей течкой. Отдыхайте, Господин Чон. Минги вертится, но тяжесть одолевает его вместе с тяжкими мыслями, кутает и заставляет уснуть и проснуться только от звона стеклянной баночки о тумбочку с другой стороны. - Юю? Омега едва открывает глаза, но силуэт ему слишком знаком что бы он мог ошибаться. Это и правда его муж - Поспи еще немного. Я только пришел. Альфа напряжен и это не только витает в воздухе, но и отпечатывается на его запачканном лице. Почему же он в грязной футболке, а не в костюме, в котором уезжал изначально? - Не вставай. Я не возьму тебя. Мне нужно в душ. Чон грозит пальцем и сводит брови к переносице, наконец-то стягивая грязный предмет, но бросает тот в корзину, а не в протянутые руки. - Она слишком грязная. Ее нельзя брать в постель. Но глаза Минги слезятся и он только хлюпает носом даже слишком импульсивно, обиженно канюча, чуть ли не вставая за необходимым ему предметом, за запахом, но супруг зовет бет и те уносят корзину, пока Юнхо только скрещивает руки на груди - Я ведь тут. Запаха разве мало? Его широкая спина подпирает дверной косяк. Он выглядит слишком уставшим. Он выглядит раздраженным. Злым. Его не стоит злить еще сильнее. Он ведь может вновь уехать и проветрить комнату. Минги больше не перенесет тех сухих спазмов. - Мне хватит. Омега шепчет слишком тихо, но Чон кивает, действительно уходит в душ и оставляет его одного, слепо шарящего носом в поиске запаха. Альфы недостаточно. Предтечка требует самого источника, но тот от чего-то не в настроении. Почему же? Что он делал? Минги вновь ложится на чужой половине кровати и кутается в одеяло, не замечая, как Юнхо возвращается спустя время, да только рассматривает младшего. - Малыш? Омега поднимает глаза, да наблюдает за чужим, смягченным выражением лица. - Ты думал о чем-то своем, да? Иди к себе, я лягу с тобой. Чон не дожидается, пока его супруг переползет на свою сторону, только перекатывает его чуть дальше, да пробирается под одеяло, лишь бы вновь притянуть к себе поближе, прижаться носом к ароможелезе и почти промурчать. - Я же говорил, что это совершенно не шампунь. Тобой пахнет. Альфа гортанно урчит и жмется как можно ближе, пока Минги наоборот пуще краснеет и робко заявляет - Я ведь не должен течь так часто? Я не хочу испытывать желание так долго. Не хочу испытывать эту боль так часто. Я ведь не должен течь так? Не должен? Я бракованный? Сердце Юнхо сдаёт и он только слегка покачивает мужа в объятиях, баюкает, наблюдая за тяжкими веками, что так и наровятся закрыться вновь из-за состояния и вколотого препарата - Это не плохо и не хорошо. Не переживай. Все будет в полном порядке Минги мычит, словно хочет сказать что-то еще, но проваливается в темные объятия Морфея, не имея никакой возможности выбраться. Тут не плохо. Тут всё пахнет Юнхо. Всё пахнет его альфой.