Часть 6

Космос был черным и отражал звезды в отражении АнтиНексус. Подобие луны оставляло мерцающие полосы на бархатной поверхности, и капитан Джейми смотрела на эти нескончаемые звезды, приветствуя их молчание. Не было никакого способа сказать, как поздно это было. Это была первая ночь на, в целом, незнакомом корабле (даже если Шина с радостью дала ей инструкцию по эксплуатации Нексус, что было красными чернилами подписано рукой Сиднея «АнтиНексус») в окружении людей, которых она всегда считала врагами. Учитывая все обстоятельства, то, что она не могла уснуть, казалось вполне логичным. Ньютон прислонилась к перилам главной палубы, пока судно качалось на ровном пути. Ее голова наклонилась к небу и звездам, когда она подсознательно прочертила знакомые созвездия на барьере, удерживавшем ее неподвижно. Она знала, где искать, только потому, что Никон научил ее большинству из них в те первые годы после их раздельного побега из жизней, которые каждого по своему никогда не устраивали. Когда они не чувствовали себя ни в безопасности, ни как-то особенно комфортно, мимо глаз Сьюзен Ник вытаскивал ее на палубу и рассказывал ей о звездах. Это стало общим утешением. Она внимательно слушала, никогда не комментируя, как он делал короткую паузу, когда называл имя члена семьи, висевшее выше. Джейми многому научилась в те годы. Там был любимый дядюшка, Алан, самый яркий в созвездии Гидры. Не очень любимая кузина, Беатрис, образующая левое плечо безразличного отца, Ориона. Он часто шутил, что расстояние от них до звезд было настолько безжалостно реальным, насколько близко он действительно чувствовал себя к своему отцу. Даже когда они находились под одной крышей и не были далеко друг от друга, разницы почти не было. Легко сказать, что Никону всегда нравилось говорить об Андромеде. И это было так, как будто небеса знали, что ему она нравится больше всего, Бетти была его Андромедой, поместив созвездие и галактику так, чтобы он мог видеть. Это было космическое напоминание о том, чтобы десятикратно предполагать ее постоянное присутствие. Если бы Никон Куинлен сожалел о чем-то, когда они ушли с борта на сушу, как все выражались, он всегда говорил, что хотел бы еще раз увидеть Андромеду. Вместе. Но только когда Ньютон вернется в новом, ее настоящем звании. В отличии от Джейми ее друзья считали это заслуженным ей, а не бременем на ее плечах. Что до Ньютон… где была ее Андромеда? Почему она всегда так в одиночку смотрит на луну, словно ищет что-то, она и сама забыла. Это было сожаление, которое шатенка понимала, но никогда до конца не верила. Тем более, что Стрич говорил о той или иной звезде гораздо больше, чем когда-либо собирался Никон Куинлен. Созвездие Льва гордо мерцало во тьме своей ярчайшей звездой, словно колотая рана в пустой бездне. Джейми всегда могла заметить «Тимми» быстрее всех. Ник Дин, уработавшись за день был не в состоянии распознать развивающуюся рутину указания на звезду, в честь которой был назван его лучший друг, намного раньше, чем когда он показал остальную часть своей семьи, развернутую выше. Там даже было созвездие его капитана Вортекса, на что Джейми усмехнулась. Вон там. Это Тимми. Она могла слышать эхо этой цепочки слов, словно молитву. Похоже, пока из команды Сиднея хоть один мог видеть Тимми, смотрящего на них сверху вниз своей безумной улыбкой, они могли позволить своей отчаянной надежде распространяться. Надежде, что о парнишке все еще сможет кто-то заботиться, когда они уйдут, потому что никто из экипажа никогда не ожидал увидеть его снова. И не доверял его командование Джейми — Преторианцу. Она была призраком, легендой космоса. Опасной легендой. Ненамеренно Ньютон доказала им обратное. Тимми неплохо жилось с ее командой и временами, когда он скучал по Нику и Бьюти или даже по Вортексу, капитан проводила с ним вечера за связыванием линей или вялением рыбы на следующий сезон. Джейми привыкла запоминать лица членов своей семьи исключительно за ужином накануне отъезда. Каждая морщинка, изгиб улыбки, растрепанные волосы и твердая рука. Она выжгла их на задворках своего разума, зная, что со временем образ исказится и исчезнет, пока от них ничего не останется. Она сбежала от боли и потерь, зная, что больше никогда их не увидит. Но то как пираты и группа имперцев вокруг нее подсознательно вдыхали истории в свое звездное генеалогическое древо, создавало негласное обещание что у них будет шанс снова увидеть человека, который действительно имел значение. Как минимум, чтобы попрощаться. Это должно было быть очевидно, когда обещание оказалось скорее расплатой, как большинство желаемых вещей. Тимми, описанный для капитанши пиратов из тех историй, которые она слышала в последние недели, сильно отличался от лейтенанта Тимми, которого она официально встретила не при лучших обстоятельствах. И не то чтобы она собиралась похищать рыжую душу команды блондина, но так вышло. Дин разве что заметил разницу так же резко, как и она. Это было похоже на знакомство с кем-то совершенно новым. Тимми больше не носил титул этой невинной фигуры навсегда под эгидой младшего братишки своей команды. Он был пиратом имперцем — Тимми. И никто не мог у него этого отобрать, даже Джейми. Кто-то с секретами. Кто-то, у кого была жизнь. Кто-то со своей историей. И Бьюти, Ник, Лил Би и Шина, даже их капитан — ничего об этом не знал. Ньютон посмотрела на звезду младшего Стрича, думая о том, что она сказала Юстасу сразу после того, как он чуть не сбросил Акселя с перил болтаться весь путь на лейях за вмешательство, на которые она все еще опиралась. — Это должно прийти со временем, — сказала она. — Со временем все станет лучше. Она сказала это с такой уверенностью, когда пыталась успокоить одного из своих ближайших друзей, что даже не осознала, как мало верила этим словам. Ее окружение казалось настолько болезненно враждебным, что пиратка начала думать, что она рассталась со своей жизнью в тот момент, когда ее сапоги свободно пересекли палубу корабля. Это был всего еще один день, но она никогда не чувствовала себя такой измученной, просто существуя в месте, которое, как она знала, ей принадлежало. Даже сейчас, на порогах космоса, где она обычно чувствовала себя в безопасности, их бесконечность снова стала новой. На мили вокруг не было ничего, кроме их корабля. Впервые в жизни Джейми Ньютон почувствовала ненависть к чернильному океану сверхновых.Его расстояние удерживало ее от фамильярности, и она чувствовала его как петлю, умоляющую ее повернуть, вернуться забыть, что она когда-либо соглашалась на это предприятие вместе. Она должна была вникнуть в детали своего бывшего корабля, листая инструкцию так же, как и в свою семью. Отправления сидели друг напротив друга, как будто оба конца были зеркалом. Параллельные сходства горько свертывались в глубине ее сознания, время от времени шепча, что оба прощания стали постоянными благодаря ее руке. Джейми не знала своего места на этом корабле. Она никогда не станет членом экипажа. Ее собственная команда смотрела на нее с шоком, когда она охотно помогала настраивать паруса на ночь. Прошло много времени с тех пор, как она использовала свои руки таким образом, но что еще ей было делать, когда она больше не чувствовала себя капитаном. Она не могла командовать тем, что не принадлежало ей, и было почти унизительно, как плавно она пыталась занять положение без силы. Ее команда ничего не сказала, кроме пустых взглядов. Ей хотелось, чтобы они устроили сцену. Эгоистичная часть ее души хотела, чтобы они заявляли о ее ценности, как будто капитан имперцев Сидней когда-нибудь будет из тех, у кого есть готовые уши, которые будут слушать. Она оторвала взгляд от неба и перевела его на каюту капитана, полностью противоположную ей. Не было никаких признаков света, исходящего из щелей в двери. Блондин, вероятно, крепко спал, и Ньютон задавалась вопросом, сможет ли она опрокинуть корабль до того, как проснется. Она почти разозлилась, что капитан не чувствовал необходимости быть таким же бессонным или бдительным, как она. Но зачем ему? Это теперь был его корабль. Его правила. Даже когда гроза преторианец находилась всего в нескольких шагах от него, существовал дополнительный уровень безопасности, который казался нерушимым. И все это было не так честно. Сидней засыпал со своими книгами и рисунками и гонялся за достойными мифами. Ньютон могла наблюдать только издалека, чувствуя себя оторванной от поездки, в которой ее ранние версии никогда бы не участвовали. Что еще хуже так это то, что она же попросила его быть здесь, и он сказал — да, несмотря на то, что все его нутро подсказывало ему сказать — нет. Ждать дольше до следующего боя и следующего вздоха волнения, который пришел в виде противоборствующего капитана. Но когда дело дошло до дела, зеленоглазый почти не сопротивлялся, а вместо этого просто ответил — да. Все, что ей нужно было — спросить, и Вортекс сдался, как будто это было самым простым делом в мире. Джейми поставила себя здесь на низшую ступень для того, кто никогда не сделал бы того же для нее. И он это доказал. Высмеяв ее прилюдно перед их обеими командами. Она почувствовала, как тяжесть глупости легла ей на грудь, пока беспомощность не давала ей покоя. Она все еще смотрела на дверь каюты, когда позади нее по палубе заскрипели шаги. Ньютон оглянулась через плечо, рука уже потянулась к длинному ножу на поясе, но увидела Юстаса с затуманенными глазами, улыбающегося и осторожно приближавшегося. — Это всего лишь я, Джей. Его глаза скользнули по ее руке, держащей рукоять ножа. Она тут же бросила его, подавляя собственное смущение. Это был просто Стрич. — Не мог уснуть? — спросила она, когда он устроился рядом с ней между зевком и ссутулившись, прислонившись к перилам, которые они теперь разделяли. Он коротко кивнул, прежде чем поднять голову к звездам, как она раньше. — То же, что и ты, я полагаю? — шатенка устало рассмеялась. — Не думаю, что я когда-нибудь смогу здесь крепко заснуть. Юстас ухмыльнулся, все еще глядя вверх. — Ты мне говоришь, — вздохнул он. — Я продолжал просыпаться, думая, что Аксель будет склоняться надо мной с ножом. Джейми ухмыльнулась ему. — У него было бы достаточно причин, учитывая всю ту энергию, которую ты тратишь на снижение угрозы от него нашему доку и всему экипажу. Юстас смотрел на нее с периферии. — На чьей ты стороне? — насмешливо спросил он. Капитан Ньютон закатила глаза, прежде чем позволить им вернуться в небо. — Твоей. Очевидно.- Она могла сказать, что Юстас улыбается, но этого было недостаточно, чтобы он не шептал себе под нос. — По крайней мере, у меня есть ты. Джейми почувствовала, как с нее сползла улыбка. Несмотря на то, как легко они вернулись к совместной работе без помех, было ясно, что ему пришлось столкнуться с ограничениями своей дружбы с Джоном. Самый неожиданный человек внезапно сделал разрыв между ними видимым. Для Юстаса никогда не было ничего, о чем нужно было бы беспокоиться когда дело доходило до них. Во всяком случае, они были последним, о чем думала капитанша, когда дело доходило до беспокойства. Ей не хотелось говорить, что похищение дока, работавшего в то время врачом, было одним из лучших решений в ее жизни но сказать что-то еще было бы ложью. Им нужен был кто-то, способный лечить раны после их злоключений, только для того, чтобы в конечном итоге найти кого-то, кто мог сплотить их команду, как кусок, которого они не знали, что пропал без вести. Расстраиваться из-за кого-то вроде Джона было хуже любого преступления, которое они совершили вместе. И все же, единственный человек, который должен был поддерживать Юстаса по умолчанию, намекнул, что он не так непоколебим, как он думал. — Джон знает, что ты пожалел бы о том, что сделал что-то с Акселем, — попыталась урезонить шатенка. Стрич мог почувствовать честность заявления по тому, как опустились его плечи. На мгновение они замолчали, прежде чем он раздраженно пробормотал. — Доктор Ди слишком хорош для всех нас. Особенно для такого как я. Ньютон мягко подтолкнула его. — Ты же знаешь, что он не согласился бы с этим. Ты лучший друг для него. И он не даст тебе совершить ту же ошибку, из-за которой ты потеряешь брата. Окончательно, Юс. Юстас улыбнулся ей почти грустно. — Жаль, что его здесь нет, чтобы аргументировать свою позицию. — Ему почти не нужно было спорить, и ты это знаешь, — сказала Джейми. Был юмор, который действительно достиг глаз Юстаса тогда. Он усмехнулся, покачав головой. — Посмотрите, как вы все разумны, кап. И подумать только, я пришел сюда за тишиной и покоем, — размышлял он. — До того, как ты пришел сюда, было тихо, — возразила шатенка. Он ахнул от чрезмерно драматизированного шока. — Ты хочешь сказать, что Ник не разговаривал до моего прихода? Ник Дин, который грациозно взял ночную смену, только кивнул пиратке, прежде чем вернуться к неуклонному управлению их спящим кораблем. Джейми закатила глаза. — В отличие от тебя, он знает, когда следует помолчать, — сказала она, лениво глядя на него. Он повторил ее позицию. — Ну, без меня вы бы и не догадались, что Кевин Файтерман снова захрапел. — Юстас сдержал смех, когда лицо Ньютон поникло. — Ты поэтому не мог уснуть? — спросила она, зная, что проблема храпа Кевина Файтермана была решена только благодаря коллективным усилиям всей ее команды. Вся эта тяжелая работа впустую. — Более или менее, — признал Юстас, обретая более решительное спокойствие. — Расскажи мне о меньшем из твоих зол, — попросила Джейми. Юстас сдул прядь волос с глаз, прежде чем сильнее прислониться к перилам. — Ну, для начала, — сказал он, явно имея наготове список. — Я не совсем уверен, что кто-то из команды Вортекса спит. Это жутко. Шатенка ухмыльнулась. — Это связано с верой в то, что Аксель импульсивно попытается убить тебя во сне? Юстас хлестнул ее по голове обвиняющим пальцем. — Ты уже сказала, что у него есть на то причины. Это первый раз, когда мы находимся в отдаленном месте в течение… лет. Он именно из тех, кто пропускает — привет, как дела и сразу же переходит к — как я могу напомнить ему обо всем плохом, что он когда-либо делал? Юстас что-то бормотал, но на его лице снова появилась улыбка. — Хотя на самом деле не имеет значения, если он будет спать. — Стрич мог проспать что угодно. На самом деле это похоже на то, как Джон мог спать во время урагана и просыпаться только тогда, когда он закончился. — Но в остальном, однако, я почти уверен, что эта навигатор Горджес задушит Кевина во сне, если мы не решим его проблему с храпом. Если не она, то Кейл определенно будет в очереди на это. Лука и Дилан кажутся из тех, кто борется с пустотой без причины. Так что о них тоже есть о чем беспокоиться. Джейми попыталась сдержать улыбку, прежде чем очень медленно произнесла: — Кого-нибудь еще ты забыл? — Ты корчишь рожу, — категорически пробормотал Стрич. Настала очередь Ньютон изображать удивление. — Нет, — равнодушно ответила она. — Вы просто время от времени упоминаете всех остальных, кроме конкретного человека. — капитан Ньютон сделала паузу, а затем добавила, подумав: — Боишься, что он объединится с доком, чтобы подавить тебя? Юстас с насмешкой оттолкнул ее в сторону. — Как будто Акс когда-нибудь попросит кого-нибудь помочь с этим, — сказал он, прежде чем прищуриться на нее. — А вы? Шатенка сложила голову на руку и посмотрела на него со скучающим взглядом. — А что я? — Не думай, что я пропустил, как ты смотрела на дверь одной каюты, когда поднимался сюда, — сказал Юстас. Джейми нахмурилась. — На самом деле я пыталась посмотреть, смогу ли я поджечь что-нибудь глазами, — огрызнулась она. — Ты должен как-нибудь попробовать, хотя я не думаю, что Крису понравилось бы, если бы его подожгли. Прошла секунда, прежде чем Стрич смог закрыть рот. — Я сделаю вид, что ты этого не говорила. Джейми самодовольно улыбнулась. — И я забуду, что ты когда-либо упоминал о другом. Они отвернулись друг от друга, чтобы посмотреть на небо. — Договорились, — сказал Юстас. Пиратка кивнула в подтверждение, когда мягкое пенообразование звездной пыли заполнило новую тишину. Они оставались так некоторое время, позволяя сну медленно пробираться к ним. Только когда Стрич поднял глаза и издал что-то похожее на мычание, Джейми проследила за его взглядом. — Акс сегодня сияет, — тихо сказал он. Ньютон нашла созвездие, а затем и его самую яркую звезду. Даже в месяц меньшей видимости он слабо выделялся наверху. У Юстаса было ностальгическое выражение лица. Такой же потерянный, уставший и на пороге гораздо лучшей жизни, чем любой из них мог себе представить. Она подняла руку, указывая в другом месте. — А вот и ты. Ты тоже есть в его созвездиях, знаешь? Звезда Юстаса, казалось, подмигнула им в ответ, яркая и сияющая, как всегда. — Даже после того, как он ушел из дома, — начал Юстас. — Всегда было приятно осознавать, что они оба где-то там, наверху. Вместе. Даже мне. Он ведь еще заботится… — Тогда, может быть, это его второй шанс, поговори с ним, как старший товарищ, — тихо сказала Ньютон, постукивая пальцем по перилам корабля. Юстас слегка кивнул. — Второй шанс выбросить меня с перил? — Он спросил. Пиратка мягко улыбнулась. — Вы по-прежнему хотите работать психологом полный рабочий день, мистер Стрич, — сказала она. Юстас пожал плечами. — Это требует больших усилий с моей стороны, кап. — Они устало смеялись. Джейми сложила голову ему на плечо и начала забывать, зачем вообще сбежала на палубу. Они поспят всего несколько часов к тому времени, когда оба сползут обратно под палубу. Кевин Файтерман действительно храпел, а Кейл только слегка приоткрыла глаза, прежде чем снова погрузиться в сон, когда увидела, кто это был. Ньютон устроилась в собственном гамаке, заброшенном с тех пор, как началось их путешествия. Это была действительно ночь воспоминаний, когда она медленно засыпала с ножом, прижатым к груди под пальто. Это было то, чего она не делала очень долгое время, но это было все, что она могла сделать, чтобы в конце концов уснуть спокойнее. Чего Джейми не знала, так это того, что как раз перед тем, как Стрич и она покончили с разговорами, Вортекс молча приоткрыл дверь в свою каюту и тихо наблюдал издалека. С занятым умом, не дающим ему заснуть, имперец позже нарисовал шатенку, смотрящую на звезды и залитую васильково-сапфировым лунным светом. Когда он закончил, Сидней посмотрел на ее смазанным углем и аккуратными линиями того же неосознанного и спокойного состояния, которого Джейми никогда не испытывала, когда рядом были другие. Чтобы избавить себя от смущения из-за того, что он когда-либо тратил время на такое дело, Вортекс сунул рисунок между книгой, полностью забыв о нем. К тому времени, когда капитан Ньютон проснулась, было уже далеко за утро. На палубе было какое-то движение, о чем свидетельствовал топот сапог по платформам. Корпус был пуст, гамаки и предметы были на своих местах. Сверху доносились крики и аплодисменты. Джейми протерла глаза и засунула нож обратно за пояс, взвалив на плечо длинное пальто. Она использовала немного чистой воды, чтобы смыть остатки сна с лица, прежде чем подняться на палубу. Была целая вечеринка, и никто не удосужился ее разбудить. Лука и Дилан обняли скорпиона, когда все трое наклонились в унисон, отражая большую часть аплодисментов, которые Ньютон слышала ранее. Ник вернулся к рулю, вероятно, немного передохнув после того, как капитанша легла спать. Шина была рядом с ним, делила завтрак, состоящий из фруктов, которые в конце концов испортятся в пути, и сухого хлеба, с Абрамом и Чаком. Горджес и Крис разошлись по своим углам. Последний задрал ноги с книгой в руке, полностью отвлекшись от остальной суматохи. Джейми узнала книгу из коллекции Сиднея, и ей было крайне неудобно вспоминать такую деталь. Горджес молча смотрела рядом с ним, изредка поглядывая на более громкие группы, создававшие утренний хаос. Кейл и Стрич смеялись в перерывах между завтраком, опираясь на Кевина Файтермана, который продолжал ухмыляться впереди, играя клешней, как кастаньетами. Посреди всех Тимми и Док держались друг друга на расстоянии с обнаженными мечами. — Очень мило, что ты наконец присоединилась к нам. Капитан Ньютон повернулась и увидела, что Сидней ухмыляется. Он был единственный, кто заметил ее появление. Вортекс держал в руках яблоко, разрезал его на кусочки и ел с лезвия ножа. Шатенка смотрела, как нож снова врезается в яблоко, прежде чем снова повернуться к Джону и Тимми. Ее нервы вспыхнули, но они оба улыбались. Ну, их док улыбался. Если прищуриться, лейтенант тоже получил что-то близкое к легкому наслаждению. — Что именно здесь происходит? — спросила Ньютон. Имперец сидел на ступеньках, закинув одну ногу выше. Он легко перегнулся через ногу и пожал плечами. — Думаю, мальчики хотели защитить свою честь. Лично я думаю, что им просто было скучно, — сказал он. Док сделал первый шаг. Было столкновение металла о металл и ленивые боевые стойки, которые перетасовывались взад и вперед. Тимми легко парировал удар, показывая, что он гораздо лучше обучен обращению с мечом, чем Джон, учителем которого была Кейл-самоучка. — Кто кого защищает? — подсказала Ньютон. Она могла сказать, что Сидней смотрит на нее, но отказывалась смотреть ему в глаза так рано. — Сделай дикую догадку. — Давай, Джон! — крикнул тогда Аксель. Кейл начала смеяться, когда Джон едва избежал удара мечом по грудине. Ньютон нахмурилась. — Понятно, — сказала она, стараясь не вздрогнуть, когда Док попытался отползти назад. — Если у нас есть на это время, я полагаю, мы все еще далеко от ожидаемого пункта назначения? Капитан вздохнул, явно заметив ту же задержку. — Прошлой ночью ветер был слабым, но к завтрашнему утру мы должны быть в пределах досягаемости. Если Ваша карта верна. Позади Джейми послышалась возня, и вдруг рядом с ней оказался блондин. — А пока перестань выглядеть таким взволнованным капом и немного развлекись. — Он дразняще толкнул пиратку локтем прежде чем шагнуть вперед. — За мной следующий раунд, — крикнул он. С другого конца колоды Горджес небрежно подняла руку. Сидней подмигнул. Когда началась следующая дуэль, Джейми сбежала на сторону Кейл. Она склонилась над ней, беря свою порцию завтрака и привлекая внимание Акселя. — Ты стал причиной этого? — У него неправильная хватка, мой кап? — а затем перевел на нее взгляд. — Очевидно. Он лишь слегка ухмыльнулся. Вот вам и второй шанс, подумала шатенка. Она покачала головой и вернулась с сожалением наблюдая за тем, как Джон движется к проигрышу. Она начала понимать, что можно больше узнать о Тимми, наблюдая за ним. Он держал меч так, как держал бы человек с дорогостоящей подготовкой. Он был быстр благодаря очевидному опыту. А то, как он ни разу не вздрогнул, даже когда Док слишком близко подобрался к самому настоящему оружию, свидетельствовало совсем о другом. Ее наблюдения были прерваны, так как бой длился недолго. Тимми каким-то образом пробрался на фут позади одного из каблуков Джона, отбросив его назад. Док потерял свой меч, и лейтенант вскоре наклонился над ним, чтобы с силой вонзить свой меч в палубу прямо рядом с головой. Он застрял с глухим стуком, когда молодой имперец склонился над ошеломленным доком. С точки зрения Джона, солнце отстало от него далеко. Он был весь холоден, как камень, со скучающим выражением лица, и Док не мог не найти иронию в том, что кто-то вроде рыжего Тимми может так легко затмить солнце фехтовальщиков всего мира. Тимми смотрел на него ледяным взглядом, пока все смотрели на них. — Ну, привет, — тихо выдохнул Док. Лейтенант, казалось, замер, несмотря на то, что корабль продолжал нестись по неспокойному полю астероидов под руководством Шины. Пауза была едва заметна, поскольку оба тяжело дышали. В конце концов Тимми вытащил свой меч сильным рывком, выпрямился и все еще практически стоял над Джоном, прежде чем наконец кто-то протянул руку. Джон прищурился. Это Ник, поменявшись с Шиной, оттеснил за плечи рыжего и заботливо склонился над побежденным. Рука Дока сжала протянутую руку, когда его безмолвно подняли на ноги. Он потер затылок, когда Тимми резко отвернулся под приветственные возгласы Луки, Дилана и Горджес. Джон смотрел, как Ник уходит к Джеду, а затем надулся на Акселя. — Гм, — начал он, все еще немного ошеломленный. — Я не уверен, что только что произошло. — Тебе только что запретили снова сражаться заместо меня, вот что случилось, — сказал Аксель. Он по-прежнему с улыбкой спрыгнул со своего насеста и обнял Дока за плечо. — Когда ты стал таким неряшливым? — спросил Стрич. Джон открыл было рот, чтобы возразить, но Ньютон так и не уловила его ответа, так как ее внимание было отковано от них прочь. Вортекс сбросил пальто. Рваная красная ткань рассыпалась на палубу, оставив лишь свободно завязанную льняную рубашку, развевающуюся на ветру. Волосы его были убраны с лица обычной капитанской маской, а глаза сузились от восторга, глядя на Горджес. Он обнажил свой меч, когда двое кружили друг вокруг друга. Волосы Горджес были заплетены в короткую косу чуть ниже плеч. В одежде, похожей на форму своего капитана, она скрестила руки, чтобы достать из-за пояса два длинных ножа, небрежно щелкнув одним из них, чтобы лучше схватиться. На ее губах играла насмешливая улыбка. палуба притихла, как будто все готовились к чему-то великому. Сидней повертел в руке более короткую саблю. Не колеблясь в свете солнечных парусов появилось размытое движение и вспышка стали. Капитан пиратов поймала себя на том, что выпрямляется после сокрушительного контакта. В движениях обоих была плавная элегантность. Каждый едва сделал шаг, позволив скрежету меча о ножи эхом отразиться в окружающих каплях воздуха. Во всем этом не было ничего реального или опасного, но Ньютон все еще не сводила глаз с каждого движения Сиднея. Быстрое движение его плеча, едва коснувшееся ножей Горджес. Легкое переключение его хватки между руками, демонстрирующее одинаковое мастерство, может быть не чем иным, как невероятным. Ньютон сотни раз видела, как имперец дрался. Она сражалась с ним не меньше. Но сейчас перед ней происходило что-то искусное. У Сиднея были навыки тренированного человека, хотя и без жесткой жестокости, которую можно увидеть у морского фехтовальщика. Не может быть, чтобы Джейми избежала всех их падений только с царапиной или синяком. По этому стандарту перед ней Джейми Ньютон не должна стоять здесь и смотреть. Вортекс мог убить ее десять раз. И все же казалось, что ей была дарована способность видеть это сейчас, хотя бы для того, чтобы вдохновиться на идеи о том, что могло бы быть. Группа начала аплодировать и кричать больше, поскольку драка становилась все более грязной. Тем не менее, взгляд зеленых глаз был радостным. Джейми поняла, что наблюдает за ним в лучшем виде, и было трудно смотреть на что-то еще. — Они феноменальны, — прошептала Кейл рядом с ней. Ньютон чуть не выпрыгнула из своего близкого к трансу состояния только для того, чтобы проследить за взглядом Кейл и найти его на Горджес. Капитан почувствовала, что расслабилась, хотя и не знала, почему ей нужно такое облегчение в виде верного плеча за спиной. Вскоре она снова вернулась к Вортексу и Горджес. Бой продолжался, как танец, пока не замедлился до быстрой остановки. Капитан пиратов могла сказать, когда Горджес сделала неверный шаг. Она была почти уверена, что делала что-то подобное в прошлом. Она убедилась в этом с почти выжидательной манерой, с которой Сидней обезоружил Горджес одним из ее любимых ножей. Опустив половину оружия, Горджес подняла руки, а ее кап нацелил конец своего меча на основание горла брюнетки. Они легко вращались, и если бы Джейми не наблюдала так пристально, она могла бы пропустить, как Сидней поймал ее взгляд, позволив медленной улыбке расплыться между затрудненными вдохами. Капитан Ньютон первой опустила глаза, внезапно поглощенная завтраком, который ей больше не хотелось есть. Дуэль закончилась рукопожатием, перешедшим в объятие. Знакомство и дружба между Вортексом и брюнеткой были очевидны от начала до конца. Зеленоглазый даже драматично поднял ее упавший нож, встав на колени, чтобы преподнести его ей, как кольцо. Он встал после того, как Горджес грациозно заправила свой нож. — Хорошо, если кто-то еще хочет нанести удар в следующем раунде, требуйте своего времени, — крикнул капитан. После минуты молчания желающих не было. — Тогда давайте вернемся к работе, — добавил он. Ньютон не знала, как она могла это предвидеть. Может быть, это был медленный поворот его сапог или то, как сам Сидней начал поворачиваться в ее сторону, но она просто знала, что он вот-вот пойдет к ней. Она также не была уверена, то ли это новообразованная паника, то ли еще слишком рано разбираться с выходками Вортекса, но она не теряла времени, пока шла по палубе, бормоча что-то Кейл о помощи Шине, прежде чем Сидней успел увернуться в ее пространство. Так она провела остаток утра и ранний полдень: капитан Ньютон проверила каждого члена удвоенного экипажа, а затем снова принялась за работу на корабле. Во второй раз шок был меньше, но она старалась крепко держать веревки в руках, когда кто-нибудь из них предлагал взять на себя управление. Кроме того, если бы она была занята, не было бы нужды обращать внимание на имперского капитана который делил свое время между тем, чтобы укрыться в своих каютах, и наблюдением за продвижением корабля. Со временем шатенка обнаружила, что каждая задача приземляет ее так, как она не ожидала. Внезапно ей снова исполнилось восемнадцать, и она помогала завязывать паруса и проверяла припасы, чтобы убедиться, что оставшаяся часть их временного пребывания на этом корабле оставалась как минимум приятной. Работая вместе со своей командой, она также смогла увидеть начало чего-то дружеского между ее людьми и людьми Сиднея. Абрам Эдлер и Чак Лестер, главные артиллеристы ее корабля, полюбили Шину, которая, по-видимому, умела изменять порох, чтобы получить более взрывоопасный результат. Они не могли дождаться, чтобы проверить все это, и их волнение заставило Эстевес, похоже, полюбить их в ответ. Юстас и Аксель держались на расстоянии в большинстве часов, хотя можно было увидеть, как они проходят мимо друг друга, не обмениваясь угрозами, что было прогрессом. Что было странно, так это то, что Джон казалось, всегда задерживался рядом с лучшим другом с двумя делящимися задачами, но не разговаривал. Они работали молча, и Док казался достаточно счастливым, чтобы помочь. Пока Док и Аксель были заняты, Юстас обнаружил, что заводит разговор с Горджес, которая не так пугала во время разговора, как во время драки. В перерывах между сменами Кейл часто можно было увидеть свирепо смотрящей в их сторону. Кевин Файтерман реорганизовал большую часть запасов продовольствия на корабле с Акселем, чтобы их хватило, если они продолжат задерживаться или если им нужно будет вернуться из-за несуществующего пункта назначения. Он держался особняком, хотя время от времени позволял Крису объяснить сюжет книги, которую читал за завтраком. Несмотря на то, что Джед и Дилан были двумя сапогами, которые, казалось, скорее упадут и умрут, чем будут работать. А Айк и Макс практически напевали себе общую песенку всю дорогу в течение дня, помогая там где кто-то еще нуждался. Лил Би сообщал о ходе путешествия их корабля Максу, а информация просачивалась в каюту капитана, где Сидней делал с ней все, что ему заблагорассудится. Корабль был наполнен блаженством, и они работали вместе, как хорошо смазанный механизм. Солнечные паруса превратились в туманно-оранжевое пятно, когда светило начало садиться, а Лил Би от штурвала обнаружил, что адмирал смотрит на дверь капитанской каюты во второй раз менее чем за двадцать четыре часа. — Ты могла бы пойти и поговорить с ним, — спокойно сказал он, пока они готовили палубу для достойного обеда. — Мне пойти спросить, доступна ли Шина для беседы? — она тут же огрызнулась. Улыбка Фолкса погасла, когда он вернулся к настройке парусов, а капитан продолжала поддразнивать его, чтобы подчеркнуть свою точку зрения. — Она читала большую часть дня техническую литературу. Я тоже в этом не знаток. Но… Спроси ее, о чем эта книга, потому что я не уверена, что ты способен прочитать что-нибудь, что могло бы произвести на нее впечатление, кроме теории музыки. — Ладно, хватит, — пробормотал Лил Би, пытаясь убавить громкость. — Вы высказали свою точку зрения, капитан Ньютон. Я не стану с вами связываться. Шатенка ухмыльнулась ему, но увидела, что глаза диджея, как иногда она слышала, его звал Сидней, перебегают к его подруге инженеру, как по дурной привычке. — В этом не было бы смысла, если бы эта миссия ни к чему не привела. Нет причин выставлять себя дураком без возможности чего-то хорошего после этого, — добавил Лил Би. Джейми продолжала улыбаться. — У тебя всегда есть причина выставить себя дураком, мистер Фолкс. Ты так хорош в этом. Лил Би оттолкнул ее, закатив глаза. — Я больше никогда не буду говорить о ней с тобой. Ты невыносима. Они работали еще мгновение, прежде чем брюнет продолжил говорить, словно не вынося тишины. — Вы действительно думаете, что вся эта карта и пункт назначения в глуши ведут к чему-то, капитан Ньютон? Было любопытно услышать подобные вопросы, которые Джейми задавал Сидней за несколько дней до этого от его собственной команды. Они начали справляться со своим положением, но им не нужен был урок плавания под парусом. Все, что могла предложить Ньютон — это ее безрадостное доверие полусырому плану, созданному вместе с кем-то, с кем она, казалось, всегда была не в ладах. Эти двое почти не разговаривали с утра, и шатенка находила каждую свободную минуту, чтобы сохранять дистанцию между ними. Не было никакого смысла иметь двух капитанов на одном корабле, но, по сути, работа с Сиднеем означала и ее веру в эту миссию, хотела она того или нет. — Я думаю, что слишком много глаз смотрят на один и тот же предполагаемый приз, чтобы он ничего не стоил, — ответила пиратка. Лил Би понимающе кивнул. — Тимми упомянул, что Моист хотел того же. И Аксель подтверждает. Это было самым большим беспокойством для Джейми. Если она убивала людей ни за что, просто потому, что сумасшедший пират и Вортекс верили в один и тот же миф, а последний доверился ей, она не знала, сможет ли простить себя. Она выдохнула. — Эта карта, которая есть у нас, поможет нам опередить его. Хотя, когда он догонит, я надеюсь, мы все знаем чего ожидать. — Ты действительно думаешь, что мы продержимся достаточно долго, чтобы это произошло? — спросил он. Ньютон остановила свои рабочие руки. — Если это имеет смысл, то мы остаемся, — медленно сказала она. Лил Би, казалось, не обращал внимания на тревогу в ее голосе. — Как сочтете нужным, капитан. От этого она чувствовала себя бесконечно хуже. Было тревожно, как она чувствовала, что действительно больше не знает, что лучше. Слепая вера людей, которых она считала семьей больше, чем людей, которые на нее работали, была последним, чего она хотела. Она действительно хотела получить для них этот конечный приз, но страх того, что это не будет стоить того, что они потеряют взамен, казалось, нависал над ней, чем больше она беспокоилась об этой идее. Ньютон задавалась вопросом, чувствовал ли Сидней такую же непоколебимую преданность со стороны своей команды и пугало ли это его так же сильно. Словно зовя его проносящиеся мысли Джейми, имперец появился у двери своей каюты после нескольких часов, проведенных взаперти. Все двинулись в соответствии, не торопясь делить ужин. Кейл дала Лил Би возможность отдохнуть от управления кораблем, позволив ему присоединиться к остальным, которые взяли металлические тарелки с вяленым мясом и остатками продуктов. Они заняли позиции, образовавшие бесформенный круг, достаточно близко, чтобы Кейл могла подслушать, если ей это действительно было нужно. Джейми села на настил палубы рядом с блондинкой, позволив Кейл перекинуть ноги через колени себе. Все ели в перерывах между разговорами в своих собственных карманах людей. Ньютон то и дело поглядывала на зеленоглазого, пока Кейл и док говорили вокруг нее. Сидней отложил еду и что-то объяснял Горджес, которая наклонилась ближе, чтобы создать своего рода уединение. Было много движений рук и явное разочарование зеленоглазого что только усилило беспокойство пиратки. Каждый член корабля находился достаточно близко друг к другу, и Ньютон не сочла странным обратиться к капитану сейчас, когда все были доступны. — Вортекс, — сказала она, заставив несколько разговоров полностью прекратиться, и Сидней медленно посмотрел в ее сторону. Уже были признаки насмешливого любопытного взгляда, начинающего формироваться, поэтому шатенка быстро продолжила. - Вы все еще ожидаете, что мы будем в пределах досягаемости к завтрашнему утру? На его лице отразилось узнавание ранней траектории Сиднея их предполагаемого прибытия. Он наклонился, небрежно откинулся назад, как будто несколько мгновений назад он не объяснял Горджес конструктивные недостатки их плана. — Да, — коротко ответил Сидней. Джейми не поверила ему ни на секунду. — Ты знаешь, чего нам следует ожидать? — Она продолжала. — Вовсе нет, — ответил Вортекс придерживаясь упрощенных ответов. Все остальные молчали, пока Джейми Ньютон боролась с желанием начать полноценный спор. — Тогда как вы ожидаете, что мы узнаем, когда мы достигнем первого места, если даже не раскроете мне свой план? — Она выругалась. Сидней сделал вид, что думает об этом. — Я полагаю, это будет очевидно. Это большой секрет и все такое. — Он ухмыльнулся раздражению пиратки. Прежде чем она успела задать еще один рудиментарный вопрос об их судьбоносном путешествии, имперец прервал его. — С такими ветрами, как сейчас, я думаю, мы будем готовы ударить по нему до того, как солнце успеет полностью встать, — сказал он. А затем, немного медленнее добавил: — Это достаточно информации, чтобы удовлетворить вас? Ньютон разбила бы свою тарелку в руке, если бы это было возможно. — Довольно.- Она выплюнула. У зеленоглазого капитана была та ухмылка, которую Джейми была уверена, что она увидит даже после смерти. Он держал ее перед тем, как повернуться к остальной части все еще безмолвного корабля. — Мы готовимся ко всему, и мы уверены, что мы входим и выходим с координатами до следующего пункта назначения, и все учтены, — уверенно приказал он. Послышались равномерные кивки. — Поспите сегодня вечером, а утром мы снова соберемся. Еще один набор кивков. Разговор возобновился, и капитан Ньютон планировала доесть ужин, глядя в свою тарелку, но вместо этого пара ботинок наткнулась ей на глаза. Она подняла голову и увидела, что Сидней смотрит вниз. — Поговори со мной, — сказал он, прежде чем протянуть руку. Это было не столько предложение, сколько требование. Капитан Ньютон смотрела на блондина, пока тот не начал насмехаться над собственной глупостью и не взял ее за руку. Эти двое отошли на некоторое расстояние от группы, найдя запасные перила, выходившие на корму. Шатенку оттащили, поэтому она ждала, пока капитан скажет что-то первый. Другой капитан смотрел на звезды Небо было похоже на осень во время закатов. Давка опавших листьев в море астероидов и комет. Одна пролетела мимо и Вортекс указал на нее. — Ты игнорируешь меня весь день, а потом пытаешься затеять спор на глазах у всех, — сказал он почти самому себе. Затем тихо засмеялся, как будто прокручивал в памяти подробности. — Ты никогда не поймешь меня, Ньютон. Пиратка не отрывала глаз от своих рук, наблюдая, как космос исчезает на заднем плане, пока она стирала грязь с пальцев. — Другие заслуживают той же информации, что и я, — сказала шатенка, объясняя все это. — А ты придумал рисковый план наедине. Что если потом я не смогу вмешаться? Что будем с моей командой? С твоей? Что будет с тобой? — Ты всегда можешь им сказать, — обрезал Сидней. — С учетом того, что ты их капитан и все такое. Ньютон прижала кончик ногтя к ладони. — Здесь это точно не сработает, и может, я не пойму тебя никогда, но я знаю тебя, — пробормотала она. Зеленоглазый повернулся к ней на периферии. — Когда вы просили меня работать с вами над этой миссией, я разделил корабль. И Я имел в виду, что вы — капитан. Мне не нужно проверять веревки и подтверждать навигацию. Ньютон не могла объяснить, почему работа с Сиднеем казалась еще менее вероятной, поэтому она промолчала. Вортекс разочарованно застонал. — Боже, ты упряма. Мне осталось говорить с Горджес в пух и прах, потому что ты слишком занята, играя в товарища по команде. Я пригласил вас сюда как капитана. Ты должна мне это. Зеленоглазый оттолкнулся от перил, не дожидаясь ответа. Джейми не оглянулась через плечо, чтобы увидеть, вернулся ли он к остальной части их корабля. Вместо этого она глубоко вздохнула, наполненная раздражением. Было очевидно, что все остальные постепенно начали ладить. Это за исключением ее, когда дело дошло до Вортекса. Она столкнулась с неизвестным, и все, что у нее было, это другой мужчина на которого она смотрела. Она знала, что этого будет недостаточно, когда это будет иметь значение на самом деле. Даже ее знаний будет недостаточно. В конце концов она вернулась обратно через корабль, чтобы закончить ужин. Ньютон позаботилась о том, чтобы привлечь внимание имперца, хотя на этот раз осторожно, чтобы слегка кивнуть, показывая, что она услышала то, о чем ее просили. Она ничем не была обязана капитану, но могла облегчить это для всех, включая себя. Когда засияли звезды и загорелись корабельные фонари, все по-прежнему сидели в своих импровизированных кругах, словно пытаясь ухватиться за солидарность перед тем, как утром грянет война. Это был Тимми который начал напевать мягкую мелодию первым, только для того, чтобы Макс заставил нескольких других присоединиться. Вскоре они вдвоем с Лукой и Диланом сочинили что-то вроде песни, чтобы развлечь остальных. Джейми подавила улыбку, откинувшись на колени Кейл и наблюдая, как Юстас пытается придумать еще одну ужасную строчку к мелодии, которую, как она была уверена, он впервые услышал, когда еще жил со своими родителями. В этом была определенная переработка, которая плохо сочеталась со словами, которые они четверо пытались подобрать. Наблюдать за происходящим было и радостью, и ужасом. Настолько, что даже Крис время от времени опускал книгу, чтобы лучше видеть суматоху. И, несмотря ни на что, Джейми могла поклясться, что поймала его улыбку при виде этого зрелища. Звезды начали полностью мерцать над ними. Они по-прежнему оставались единственным кораблем в радиусе нескольких миль, как и с самого начала путешествия. В ту вторую ночь было что-то хорошее, от чего к концу капитан Ньютон почувствовала себя лучше. Все стали готовиться ко сну после того, как песня, превратившаяся в какой-то эпический рассказ о пирате по имени Бонни, закончила свою последнюю столь же запутанную строчку. Шатенка оказалась рядом с Вортексом, пока они ставили бочки на место и гасили фонари. Ее всегда было трудно избежать. Неуместные шаги, нерассказанные слова, неверные приключения. Все это вернулось к Сиднею. Бесполезно строить догадки о том, что они увидят завтра, но он хотел, чтобы Джейми Ньютон на его корабле в качестве капитана стала свидетельницей этого. И в промежутках между шепотом и неловкими пожеланиями спокойной ночи Ньютон уступила простому — «да» на еще одну просьбу Вортекса. Несмотря на все прежние опасения, шатенка все же лучше спала в ту ночь, чем думала.