В его постели

      Время до назначенной встречи он провел пидорася квартиру, меняя белье, готовя лёгкий перекус и приводя себя в порядок. Он так тщательно не брился даже перед парадом. Подумал грешным делом может по-быстрому подстричься, но решил, что ей вроде нравятся его волосы.       Ближе к четырем ему позвонила Минди и сказала, что весь штаб буквально гудит от новости о том, что Полковник теперь действительно с Дегуршаф.       Реругена немного обеспокоила эта новость, он пожалел немного, что продал дом, ведь там-то его никто не услышит, а в общежитии хоть и была звукоизоляция, но шуметь они будут знатно сегодня ночью.       Последние полчаса перед выходом он просто тупо смотрел в стену, буквально думая как же не облажаться. Казалось, он так возбужден, что стоит ему коснуться её груди как он тут же кончит, что уж там говорить про сам процесс. Решил, что вполне может пойти сразу на второй круг, а если понадобится то и на третий. Хотя самому ему хотелось просто целовать её там в низу до тех пор, пока она в сладостном изнеможении не будет умолять его остановиться.       Дорога до дома Виши была слишком короткой, чтобы остудить его разгорячённую голову.       Поднялся по лестнице.       Постучал.       Дверь отворилась и ему предстала богиня Афина во плоти. Таня была одета в лёгкое летнее платьице, золотые кудри были собраны в игривый хвостик, открывая аккуратные ушки украшенные серьгами с голубыми сапфирами под цвет её глаз.       - Здравия желаю, - только и смог от удивления выдавить Полковник.       - Здравия желаю, - холодно сказала Таня. Невольно попыталась спрятать хрупкими пальцами расцветающий румянец и непривычное украшение.       - Они тебе очень идут.       - У человека, что мне их подарил, чудный вкус.       - Идете уже, командир, - Виша выглянула из кухни, - а то так и простоите весь вечер.       - Пока, Виша.       - Завтра я вас не жду если что, Майор.       - Хорошо.       Дверь за девушкой закрылась, и они остались вдвоем.       - Мы прям как дети, - первая подала голос девушка.       - Ага. Прости я кажется спалился перед начальством.       - Генерал Цетуа?       - Да, секретарь звонила, сказала что о нас весь штаб судачит. Как бы проблем не было.       - А какие могут быть проблемы? Кроме конечно моей пострадавшей гордости, - девушка двинулась по коридору, увлекая за собой мужчину.       - Ну не сказал бы, что нам можно быть вместе, да, мы в разных отделах, но технически я выше тебя по званию и мог тебе принудить к отношениям.       - Эрих, - она ему лукаво улыбнулась, - когда ты найдешь человека, что полностью серьезно скажет: «Мифрил принудили», сообщи мне, я хочу посмотреть в его необременённые разумом глаза, – она игриво прошла чуть вперед, скрестив руки за спиной. – Знаешь, – развернулась на каблуках и заставила его остановиться, встав прямо перед ним, – а ты ведь во времена войны меня недолюбливал. Я тогда этого не видела, но потом мне на тебя донесли.       - Кто?       - Да полгенштаба свято уверено, что ты меня ненавидишь, не удивлена тому, что он сегодня кипит похлеще чем в дни войны.        Она пошла дальше, увлекая его за собой своими несимметричными шагами.       - Вайс мне, если что, рассказал. Пара его знакомцев интересовались, правда ли что мы вместе.              - А штаб обсуждает вместе мы или то, в какой позе мы в месте?       Девушка громко рассмеялась.       - Первое. Ты создал немного слишком обворожительный образ офицера без страха и упрека.       - Образ? Я такой и есть вообще-то. Это ты при малейшей возможности отлыниваешь от работы. Виша мне про тебя все рассказала.       - Сдала значит своего командира генштабу с потрохами. Ну тут секрета никакого нет, я отрабатываю каждую копейку своего приличного жалования, – девушка привычно тряхнула кудрями и локон зацепился за сережку, заставив Таню болезненно сморщиться.       - Не дергайся, – мужчина аккуратно высвободил волосы. – Пойдем быстрее, а то еще пара прикосновений и от моего самообладания нечего не останется         - От моего тоже. У тебя, кстати, нет конспиративной квартиры.       - Не успел озаботиться, но, похоже, придется. Жить рядом со штабом конечно огромный плюс, но нам сейчас придется пройти мимо этого кипящего сплетнями улья.       - Не хочешь подлить масла в огонь? – спросила она, обворожительно улыбаясь.       - А какие предложения?       - Можешь пронести мена на руках или поцеловать ни с того ни с сего.        - Честно, – он становился, привлекая её внимание. – Я бы предпочел заткнуться и идти молча, потому что я оглушен сейчас на триста процентов сохранением белизны своего лица и спокойствия в штанах.       - Хорошо. Я могу пройти мимо штаба, а ты в обход, там круголя придется дать, но все же.       - Отличная идея, но тебе не станет плохо? Может мне не стоит тебя оставлять одну?       - У меня кристалл с собой.       - Где?        - Увидишь, – лукаво наклонив головку, сказала девушка и свернула на нужный себе путь, а ему предстояло идти прямо.       Ему пришлось сделать очень большой крюк, чтобы обойти штаб, и он пришел к общежитию на минут двадцать позже девушки. Покорил себя, что нужно было дать ей ключи, а то она все это время торчала перед зданием или в коридоре, ожидая его, но, как оказалось, колдуну не составляет труда открыть простенький замок. Девушка ждала его, сидя на своей любимой табуретке и попивая чай.        - Научилась пользоваться газовой плитой?       - Ради одной чашки? Манной нагрела.        Мужчина закрыл дверь за собой и как-то невольно уткнулся взглядом в туфельки, стоявшие у двери с разным каблуком.       - Ты чего завис? Не вериться, что я снова у тебя в квартире?        - Ага. Меня переполняют чувства. Не знаю, куда себя деть. Вот и замираю по привычке.       Он услышал, как она идет к нему, отчётливо хромая.       - Обернись на меня, – мужчина повиновался и тонкие девичий пальцы принялись растягивать пуговицы кителя. Молча, парализуя его своими гипнотическими голубыми глазами. Следом хватает за портупею и дёргает на себя, заставляя пошатнуться. Встаёт на цыпочки и впивается поцелуем в шею. Страстно и напористо, срывая стон с мужских губ.        Сильные руки наконец скользят вниз, ощупывая плечи, талию, покатые бедра. Полковник прижимает её к себе ближе, чтобы она чувствовала всю силу его напряжения.        Таня на миг отстраняется от его шеи, и он перехватывает её губы своим поцелуем, уверенным, наглым, напористым.        - Да, – только и срывается с мягких губ девушки.       Реруген не спешит подхватить её и повалить на кровать, он хочет раздразнить её до крайности, так, что бы каждое его прикосновение было непереносимо сладостным.       Он продолжает целовать её, когда тонкие ручки взмывают вверх и впиваются в его волосы, она тоже хочет дразнить его до последнего. Будто сейчас между ними разразилась молчаливая борьба, кто сможет дольше продержаться в разуме, прежде чем свалиться в омут страсти и беспамятства с головой.        Мужчина принимается медленно задирать её длинную юбку, собирая ткань платья на талии, ожидая, когда наконец оголяться её бедра. Вот он касается фарфоровой кожи и чувствует тонкое кружево, позволяет себя нырнуть под него, дразня, не касаясь уже разгорячённых поцелуем мест. Опускается чуть ниже, из-за разницы в росте ему приходится наклониться чтобы сделать это, и чувствует плотную кожаную перевязь перетягивающую бедро.        - Что это? – отстраняется. Девушка игриво делает шаг назад, прислоняясь спиной к стене. Поднимает руки, медленно стягивает резинку с волос и позволяет золотым кудрям покрыть плечи. Опирается на левую ногу, поднимает правую, отводя колено в сторону и задирает юбку.       - Перевязь для скрытого ношения «Элениума-97», – на кожаном ремешке с внутренней стороны бедра держится магический кристалл. Перевязь висит очень высоко, элениум почти касается кружева на её трусиках.       В этот момент он проигрывает молчаливую битву и прыгает в омут страсти с головой.        Падает перед ней на колени, закидывает себе правую ногу на плечо и прикусывает внутреннюю сторону бедра чуть ниже кожаного ремня. Находит на нем пряжку, расстёгивает, снимает и проводит языком по оставшемуся красному следу. Не отстраняется и ведет все выше и выше, оттягивает кружевной край ткани и наконец впивается в неё поцелуем.        - Ах, – Реруген чувствует, как ноги девушки подкашиваются, но он крепко держит её за бедра, вжимая в стену. Тонкие пальчики впиваться в волосы, приказывая продолжать. – Да, да. Я сейчас упаду.       - Я держу тебя, не бойся.        - Ах, прошу.        - Ты просишь меня оторваться от тебя? Садистка.        - Прошу, – она пытается его отстранить от себя, но он сильнее, без кристалла она не сможет противостоять ему физически, но Реруген подчиняется и отрывается от неё.        Таня хочет сама дойти до кровати, но Полковник берет её за талию и в два шага валит на кровать, миг и он уже нависает над ней, целуя в шею.        Он позволяет себе касаться всего её тела: рук, груди, живота, бедер - касаться каждого сантиметра её кожи, прикрытого тонким шифоном, подчеркивающего женственность девушки.       Мужские руки начинают рыскать в поясках пуговиц на платье и не находят.       - А как мне снять эту красоту с тебя?        - Завязки на спине, – она пытается сама развязать платье, но он перехватывает её руку и кладет себе на плечи.        - Я сам, не лишай меня удовольствия.        - Быстрее.       - Куда ты так спешишь? У нас вся ночь впереди, – девушка чувствует, как он улыбается, целуя её, и это заводит ещё сильнее.        - Я не выдержу всю ночь, – мужчина наконец находит тесемку на плечах девушки и развязывает, скользит ниже и понимает, что платье завязано на манер корсета на спине.        - Если хочешь быстрее, то выбирай платье с конструкцией попроще.       - А зачем его снимать? Ты сам еще в кителе.       - Ну ты и… - возмутился конечно, а сам начал опускаться, но замер. – Нет, я хочу везде тебя целовать, покрыть каждый сантиметр твоей кожи поцелуем.        Отстранился и перевернул её на живот, откинул волосы от спины, оголяя завязки платья, но не принялся стразу их расшнуровывать, а сначала задрал юбку и стянул кружевные трусики. Девушка в ответ задрала бедра, приманивая его к себе.        - Дрянь малолетняя, – быстро облизнул два пальца и вошел в неё, девушка тут же привстала, опираясь на колени и застонала, ожидая движения, но он медлил. Тогда она сама начала двигать бедрами, насаживаясь на него и наполняя комнату стонами.        Тогда он вышел на миг, облизнул три пальца и ввел в неё средний и безымянный, вытянув указательный и коснувшись заветной жемчужины.       - Да, блять, да, – она продолжила двигаться, сводя его с ума этим зрелищем. Он был очень рад, что в этот миг она не видит его похотливого лица, покрывшегося легким румянцем. Свободной рукой наконец снял очки, положил их на прикроватную тумбу, и принялся расстегивать ремень на брюках, громко звеня пряжкой. – Быстрее.        - Какие мы ненасытные. Тебе мало моих крепких мужских рук?        - Пожалуйста.        - Дай хоть презерватив одену.        - Нет, – она перехватила его руку, которая потянулась к прикроватной тумбочке и обернулась, одаряя его вожделенным взглядом. – Я хочу так. Пожалуйста.        Крупица разума проснулась в голове мужчины, и он сказал.       - А если ты забеременеешь? Я могу и не сдержаться.        - Прошу. Прошу, – она ещё раз насадилась на его пальцы, он почувствовал, как в груди все сжалось, что его вот-вот вырвет от мыслей о её беременности и он, унеся в ванну, не сдержавшись и громко вырвав богатый обед.       - ТВОЮ МАТЬ! – крикнула девушка, зарычала в подушку, ударила со всей дури кровать, тряхнула головой и направилась за ним. Таня хотела забыть, что Полковник настолько же травмированный человек, как и она, хотела наконец забыться в постели, но ляпнула что-то не то. – Что случилось?        - Прости, мне живот резко скрутило, прости… - голос мужчины дрожал, он чуть ли не плакал.        Она горестно вздохнула, одела туфли чтобы не хромать и пошла на кухню принеся оттуда стакан с водой.        - Это ты меня прости, ляпнула не подумав, только я не знаю, что ляпнула. Что тебя так задело? – Таня опустилась рядом с ним на пол, не смея к нему прикасаться.        Реругена ещё раз с шумом вырвало.        - Я не хочу об этом говорить. Давай…       - Давай сделаем вид что ничего не было? Это фигня у нас не работает, говори, как есть говори. Неужели ты думаешь, что после моего рассказа тебе «существе х» я хоть чего-то боюсь? Мы уже слишком близки, Реруген. Возьми, – он взял чашку из её рук и прополоскал рот, выплюнув зловонную слюну в унитаз.        - Еще?        Он согласно кивнул, облокачиваясь о холодный кафель стены спиной.       Девушка принесла ещё стакан воды.        - Говори давай, это из-за беременности?       Реруген опять согласно кивнул, выпивая воду мелкими глотками.       - Ты придурок. Я же не могу забеременеть.       - Не ври мне, я знаю колдуний с детьми.       - Ну, ах… - девушка горестно вздохнула и уселась на полу ванной по удобней. – Вернее будет сказать, что я не могу родить не по собственной воле. Сам подумай, мы попрекаем законы мироздания и спорим с богом, неужели я не смогу избавиться от пары инородных клеток в своем теле?        - Не знаю.       - Это не сложнее чем избавиться от патогенных вирусов или бактерий, ты чувствуешь манну только больших объектов, а для нас каждая живая клетка её имеет. У людей она конечно особенная, но манна нового организма легко распознается.        Слушая её пространные рассуждения, он выдал её прямо в лоб.       - Ты убьешь моего ребенка? – девушка этот вопрос будто кувалдой по голове ударил.       - Да, – неуверенно ответила она. – Какие дети, Реруген? У нас? С нашей службой? Я не дура и не эгоистка подвергать страну опасности ради эфемерного счастья материнства, да и, блять, мы живем в таком страшном мире. Какие, блять, дети, Реруген?!       - Ты убьёшь его?        - Конечно, не раздумывая ни секунды, да даже если бы я хотела после такой твоей реакции… - девушка на миг потупила взгляд и продолжила, -  ты от меня уже достаточно настрадался, я слишком тебя люблю, чтобы мучить таким ублюдским способом.       - Спасибо, – он поджал ноги и уткнулся носом себе в колени.       - Я не хотела делать тебе больно. Ты мне очень дорог, – она наконец коснулась его плеча. – Это из-за отца? Это он так тебя обидел?        Мужчина только молча согласно кивнул. Дело было не только в отце, даже во многом не в нем, но он не хотел объяснять все до самого конца, до конца показывать ей какой он изуродованный внутри.        - Он трогал тебя как не должны трогать взрослые? – она коснулась его щеки, и он почувствовал, как дрожат тонкие пальцы.       - Нет, не трогал. Я просто очень много видел. Я все испортил, нужно было оставить этот разговор на потом. После того как мы займемся любовью.       - У тебя есть что-нибудь от живота? Крутит, наверное, после рвоты, – перевела тему девушка. Таня была на него немного обижена, когда он сбежал в туалет оставив её разгорячённую одну, но, когда она увидела его состояние и услышала слова, об обиде не могло идти и речи.       - Не болит уже. Все нормально. Помню во времена войны у меня часто живот из-за тебя скручивало.        - Серьезно?        - Ага, от стресса и всей фигни, ты была просто катализатором.        - Класс. Как ты вообще меня терпишь?       - А ты меня? – он улыбнулся ей, и девушка заулыбалась в ответ.        - Резонно. Пойдем в кровать, слишком много переживаний для одного дня. И я не просто так хотела без презерватива, – девушка залилась румянцем.       - У них текстура не особо приятная?        - Нет. Виша выдвинула теорию что из-за отличного от обычного онтогенеза у клеток твоего семени может остаться прежняя сигнатура.        - Оу. Могла бы сразу сказать.       - КАК! Я едва два слова могу связать, когда твои пальцы во мне, – уже и ключицы девушки начали краснеть снова, заводя его.       - Я могу почистить зубы, и мы продолжим.       - Я-то не против, но в порядке ли ты?        - Более чем. Я столько думал, как спросить тебя о детях, а тут, – он протянул к ней руки, и она нырнула в его объятия. – Ты ещё и взгляды мои разделяешь. После этого я будто ещё сильнее тебя люблю. Нет, точно люблю ещё сильнее.        - Чисть зубы давай. А то столько меня мариновать негоже.        - Хорошо.       Очищая каждый миллиметр своего рта, Реруген размышлял, возможно ли найти ещё хоть одного человека в центральном штабе, который бы не хотел детей как и он, и стыдился того, что его вырвало от одной мысли, что ему придется поговорить об этом с возлюбленной.       Но в тоже время его переполняла любовь, он был неожиданно целостным в эти мгновения. Эрих никогда ранее не чувствовал себя так. Не чувствовал, что может в любой миг сорваться в истерику и его поймут и выслушают, а не засмеют.       - Ты долго ещё? – спросила девушка, постучавшись в дверь ванной, и он подумал, что чистить зубы четвертый раз плохая идея.       - Да.        - Ты себе там десну часом до крови не разодрал?        - Нет. – Он улыбнулся её замечанию и вышел из ванной. Она предстала перед ним обнажённая.       - Решила оставить борьбу с платьем на другой раз. Давай и тебя разденем наконец, а то сросся уже с кителем. – Девушка подняла руки и сняла с его плеч китель с рубашкой.        - Прости за концерт.       - Оставь извинения, и поцелуй меня уже наконец.       Он вновь впился в её мягкие губы поцелуем, чувствуя, как наглые пальцы стаскивают с него брюки и впиваются ногтями в бедра.        Реруген вновь подхватил её за талию и, скинув нижний элемент одежды, не заботясь о том, что он может помяться повалил девушку на кровать.       - Возьми меня. – Выдохнула она ему прямо в губы. – Возьми, я хочу быть твоей без остатка. – Разорвал поцелуй и взглянул в голубые глаза, замутненные страстью. - Прошу.        Он не стал оттягивать момент, позволил тонким ножка обхватить себя и вошел в неё, заставив девушку сладостно выдохнуть.        - Да, да… - Она пыталась двигаться под ним.       - Притормози. Ты слишком узкая.        - Хватит, хватит не хочу больше ни на миг замедляться, – и он начал двигаться, быстро наращивая темп, впитывая кожей её стоны. Её тонкие коготки, что впивались в широкую спину. Как она стискивает его ногами, маня к себе все ближе, глубже, сильнее. Он кажется видел уже только её золотые кудри, что плясали от каждого его толчка. Она была вся его, вся без остатка.       Реруген почувствовал, как её ноги начали подрагивать и стоны становились все требовательней.       - Да, да! – Тело девушки сжало его со всей силы и он тоже не сдержался и излился в неё, на миг ему стало опять жутко от мысли к чему это может привести, но когда он увидел её в вожделении закрытые глаза и как она тянет руки к своему животу весь страх пропал. – Ты внутри меня. Снова в внутри меня. Да, да. Ах, как…        Таня толкнула его в плечо, заставляя лечь на кровать, тут же оседлала его и принялась покрывать тело поцелуями.        - Ещё, хочу ещё, – она была оглушена похотью. Была словно суккуб готовый ради своего удовольствия выжать все соки из любовника.        Реругену только и оставалось что купаться в её страсти, позволять касаться каждого миллиметра своего тела. Спускаться все ниже и ниже. Вот она уже целует его выпирающие и манившие кости таза и до него дошло чего она хочет.        - Может без этого? Это же… - она одним холодным взглядом заставляет его заткнуться, заставляет забыть все предубеждения и получать удовольствие.        Как итог она не стала ублажать его ртом, лишь похотливо провела своим острым язычком от основания до самой верхушки и вновь поцеловала его выпирающий косточки таза, пресс, обсыпала поцелуями грудь, покусывая соски, провела языком по шеи коснувшись мочки уха.       Села, позволяя ему разглядеть себя получше, сдвинула бедра чуть выше уже сидя на его груди, ещё выше, и тут до него дошла чего она хочет, он сполз чуть ниже беря её бедра в руки и целуя ее между ног, срывая сладостный стон с губ.       В этом положении она полностью владела ситуацией, полностью командовала им, была привычно для себя сильной и волевой, а он только и думал как же она влюблена в него, что готова вот так отбросить все нормы приличия, приказывая ему ласкать её.        - Очень хорошо, – Реругену приходилось придерживать её, ведь от каждого прикосновения она была готова вскочить, ноги невольно распрямлялись, приподнимая хозяйку. Пальцы девушки зарылись в его волосы, приманивая к себе ещё ближе. Он открыл прикрытые от вожделения глаза и их взгляды встретились, девушка тут же смущенно отвела глаза. Видно его взгляд был слишком похотлив для её взора. Реруген покорно прикрыл глаза, чтобы не смущать девушку и продолжал ласкать её столько, сколько она посчитает нужным.        - Ты готов на второй круг пойти?        - Да, ты просто слегка разгорячилась, хотел немного охладить тебя.       - Ты бы видел свои глаза сейчас, не возможно остыть, когда на тебя так смотрят. Можно я с верху буду.        - Тебе все можно, – девушка тут же слезла с его плеч и опустилась на его бедра, позволяя ему войти в себя.        - Да! Как же ты глубоко, ещё и манна. Ты чувствуешь?        - Нет, ничего не чувствую кроме того, какая ты узкая. Не больно?        - Нет, дай руку, – она прижала его ладонь к низу своего живота, а он вытянул большой палец, находя её заветную жемчужину заставляя взвизгнуть от удовольствия. – Манну не чувствую, но меня все утраивает.        - Я скоро, подожди меня.        - На втором круге я могу держаться долго, как бы ты не сводила меня с ума своим поведением.        Девушка двигала бедрами и кажется уже и не слышала его слов.        - Ещё немного… - она снова запульсировала вся, упала к нему на грудь и вжалась в него до предела, позволяя волнам удовольствия накрывать себя. – Ах…        - Ещё немного или ты уже сытая? – Реруген поправил её золотые кудри, чтобы он мог видеть её лицо.        - Ну только если десерт. Я хочу, чтобы ты ещё раз излился в меня.        - Какая же ты командирша, – Таня сползала с его груди и легла на живот, притягательно приподняв задницу.        - Мня прямо так тебя брать?        - А можно?        В место ответа он поднял её бедра и вошёл, заставляя девушку сжать кулаками простынь.        - Блять, как ты глубоко.        - По ощущениям я тебе прямо в матку упираюсь, не больно?       - Нет, – девушка уже обессилела и не стала похотливо сама подаваться на него бедрами, а позволила ему двигаться в том темпе, в котором он хочет.        Реруген наслаждался, сжимая её тонкую талию и входя до упора, он делал это с такой силой, что было слышно как их бедра сталкиваться.        Но будто ему этого стало мало, он захотел ещё обострить ощущения, взял её за плечи и приподнял, заставляя выпрямится и прижаться спиной к его груди, в этом положении он мог дотянуться до её хрупких плеч и сладостно прикусить фарфоровую кожу.        - Ум… - только и вымолвила девушка когда он второй рукой принялся ласкать её. – После третьего раза я вряд ли встану.        Сладостные слова сводили с ума, он немного ускорился, впился зубами в нее, ему хотелось оставить свой след на белоснежной коже, и излился в нее.        Реруген слишком сильно укусил её и почувствовал вкус крови на своих губах. Миг и в голову будто начали вбивать гвозди, а у него только шальная мысль: «видно я слишком стар для подобных развлечений.»       - Эрих, – он опустился на кровать, ожидая пока головная боль пройдет, но она только усиливалась. – Эрих! – девушка начала трясти его за плечи.        - В голову ударило, дай мне минутку.       - Ты меня до крови прикусил? - Выдала девушка касаясь раненого плеча.       - Прости, - головная боль расходилась все сильнее и это не было похоже на обычные приступ скачка давления. Мужчина болезненно прижал ладонь к виску, не давая голове расколоться на пополам.       - Придурок, - он услышал, но не увидел как девушка метнулась в прихожую и вернулась с чем-то оттуда. - Наша кровь токсична, дай голову, - отобрала его руки от висков и положила на их место свои, миг и боль прошла.       - Не болит больше.       - Ясен хрен не болит! Я спазм сняла с сосудов, меня начинает напрягать что мы не можем после секса просто мирно валятся в кровати, а постоянно какая то херня происходит. - На её раздражённую сентенцию, Полковник ответил.       - Значит куни во время месячных отменяется?       Девушка сначала прыснула, сдерживая смех, а потом в голос рассмеялась.       - Ха, ха, ха. Придурок. Ну ты и выдал, - девушка продолжала смеяться, а он взял кристалл с её колен и положил его на тумбочку, не успел он выпрямиться как его захватили в свои объятия и утянули на кровать. - Я люблю тебя, будь осторожней с моей кровью.       - Я вроде её и до этого касался, а тут...       - Она только когда на слизистые попадает такой эффект оказывает, - девушка начала поудобней устраиваться на его плече, но он развернулся на бок и заставил ее прижаться спиной к своей груди.       - Хочу спать зарывшись в твои волосы.       - Как хочешь, - Таня почувствовала как он весь расслабляется и засыпает, прижимая её к себе. Его рука как-то сама собой скользнула на живот девушки и как-то неуютно задержалась на нем. Он ничего не сказал, только зарылся в волосы поглубже, не то вздохнул, не то всхлипну и окончательно заснул.       - Идиот, - Майор взяла его за руку и сплела пальцы. - Все нормально будет.