Вечер танцев

      Вечер танцев настал.       Всё в весёлой компании вели себя по-разному.       Виолетта тут же увидела знакомую скрипачку и потащила Вайса с ней знакомиться. На прощание он лишь кинул умоляющий взгляд на Гланца и шепнул «помогите», на что друг только рукой махнул.       Виша подхватила новоиспечённого мужа под руку и потащила его знакомиться с компанией таких же молодых парочек.       Рергуен и Дегуршаф же отошли в сторону и стали оценивать ситуацию.       Девушка просматривала пути отхода. Огневые точки. Наличные силы.       Мужчина высматривал аристократов, офицеров и промышленников, которые непременно обидятся, если к ним не подойти и не поздороваться.       Каждый был занят своим делом.       — Сколько сегодня планируется танцев? — спросил Реруген у Тани.       — Виолетта сказала 12.       — Многовато.       — Будем надеяться что они сокращённые. Такой марш-бросок моя нога не выдержит.       — Про утренний марш-бросок ты говорила так же.       — Всего три раза.       — Всего?       Уши девушки чуть покраснели, и Полковник продолжил.       — Я всегда после танцев хорошо сплю. Предлагаю перенести эту часть развлекательной программы на завтра.       — Как скажете, Полковник.       Они ещё немного помолчали, дожидаясь пока прогремит вступление к первому танцу.       Реруген протянул возлюбленной руку и официальным тоном произнёс:       — Позволите вас пригласить, Майор фон Дегуршаф.       Девушка охотна взяла руку возлюбленного.       — Разумеется.

***

      Первый танец пролетел не заметно. Таня все больше следила за тем куда наступает, чем наслаждалась моментом.       Реруген же бы полностью в своей стихии. Он легко вёл партнёршу, лавируя между не самими умелыми танцорами. Сохранял лёгкую благородную улыбку и не позволял себе лишних прикосновений.       На втором танце Таня уже усвоилась и даже успела немного полюбоваться грациозностью своего возлюбленного.       Но вот музыка отыграла и она замерла, стараясь чуть отдышаться.       — Думаю Вайс намерен тебя украсть, — сказал Реруген, глядя за спину девушки.       — Пойдёмте, командир, — здоровяк явно с трудом отделался от притязаний жены и хотел как можно скорее нырнуть под крыло начальства.       — Ты же мне все ноги в вальсе отопчешь, да и тыкаться в твою грудь я не горю никаким желанием.       — А я вот так, — колдун играючи подхватил девушку за талию и прижал к себе, оторвав от земли. Одна рука в итоге держала её, а вторую он, как и положено, предложил взять партнёрше.       — Нахал, — начальство только глаза закатило, но сопротивляться не стало.       — Зато ноги у вас не устанут.       — Ты как всегда умудряешься найти плюсы в моей миниатюрности.       Музыка заиграла и Таня потеряла Реругена из виду, решив что он тоже нашёл себе нового партнёра.       — Он очень хорошо танцует для офицера, — подметил Вайс, вовсе не грациозно кружа партнёршу по паркету.       — А что это ты взялся нас рассматривать?       — Да от вас взгляд отвести невозможно было. Новая форма вам очень идёт.       — Ох, так странно слышать это от мужчины, к которому я без своей воли так тесно прижата.       — Не уходите от темы. Трое друзей Виалетты сказали что вы просто невероятны, между танцами.       — И как же звучало? «Привет милашка, эти двое — начальство твоего новоиспечённого муженька?»       — Примерно.       — И все, разумеется, восхищались как же молода оказываться Мифрил.       Здоровяк засмеялся и девушка почувствовала как резонирует его широченная грудь.       — Я особо не распространяюсь, что служу под командованием всем известного героя войны. Да и вы сами не любите лишнее внимание.       — Я, признаться, за последние годы к нему попривыкла. Да и скоро мне дадут ещё одну цацку на грудью. Хорошо хоть носить её не мне.       — Клянусь, я как следуют храню этот секрет.       Таня чуть вытянулась и чмокнула здоровяка в подбородок.       — Ты всегда умел держать язык за зубами.       — А за что был поцелуй? — мужчина тут же залился румянцем.       — Что бы не забывал, кто главная женщина в твоей жизни.       Мужчина чуть приподнял девушки и она смогла положить голову ему на плечо. Музыка как раз стала чуть меление и движение на паркете замедлилось. — Рад что у вас хорошие настроение.       — Ага. Спасибо за приглашение.              Вайс вдруг замер. Прижал девушку к себе ещё ближе, до боли сжал своих объятия.              — Ты чего, здоровяк?       — Жаль что у нас с вами ничего не сложилось.       — Мне тогда было четырнадцать.       Он отпустил её, и сделал шаг назад, чтобы взглянуть девушке в глаза.       — Не смотри на меня так.       — Как?       — Как самый преданный пёс на земле, который дождался своего хозяина, но тот его не узнал. Мы друг другу не подходим.       — Вы как-то раз назвали это френд-зоной. Не очень понимаю откуда это слово, но смысл у него правильный.       — Мы же не друзья с тобой. Мы куда ближе. Между нами просто нет романтики. Но ты же знаешь, что если тебе нужно с кем-то сходить на вечер танцев я всегда в твоём распоряжении, если ты заполнишь за меня все рапорта.       — Майор, — он взял девушку за руку и повёл прочь с паркета. — Я могу доверить вам свою спину. По-моему, это куда важнее.       — Тебе ли не знать, что есть дни, когда важнее чашка горячего чая, чем отсутствие лишнего свинца в теле?       — А вы как всегда остроумны.       — Это была не шутка.       Они замерли на миг и только ещё раз улыбнулись друг другу.       Да, на них обоих время от времени накатывала это ощущение. Порыв немедленно перестать считаться с чем-либо. Поцеловать. Обнять. Повалить в постель и любить до тряски в коленях. Но каждый раз этот порыв приходил к ним в разное время и они ни разу не переступали черту.       Они могли касаться друг друга сколько и где угодно, но в каждом этом прикосновении было не больше смысла, чем в прикосновении одежды к коже.       Они могли рассказать друг другу что угодно, но едва ли какое-то новое слово может их сблизить.       Они оба легко расстанутся с жизнью ради друг друга, ведь едва ли в их жизни есть какой то смысл.       — Тут есть закуски.       — А просеко? — товарищи подошли к одному из столиков с едой. Угощение были небогатыми, но вкусными.       — Вы слишком юная, чтобы пить.       — Я не это спросила.       — Полковнику нажалуюсь что вы бухать вздумали.       — С каких пор бокальчик просеко это алкоголизм? — девушка недовольно скрестила руки на груди.       — Вы себя видели? — колдун игриво изогнул бровь. — С вашей-то массой один бокал это уже много.       — Мне вполне хватает нотаций Реругена, хотя бы ты не начинай.       — Я не начал, а продолжил. Никакого алкоголя. Да и что на вас нашло? — тут он заметил что девушка как-то странно опирается на левую ногу. — Нога?       Она промолчала.       — Алкоголь это не выход. Тань, ты же знаешь.       Глаза девушки блеснули золотым.       — Заклинание не срабатывает, — она нервозно поправила чёлку.       — Пойдём, просто посидим.       — Мы пришли на вечер танцев не сидеть.       Майор рефлекторно дёрнулась, когда Вайс грубо схватил ей за локоть и дёрнул на себя.       — Не страдай этой херней. Если ты сдохнешь…       — Не «тыкай» мне.       — Прошу прошения.       Таня не стала спорить с ним дальше и просто устало облокотилась на стол, болезненно сведя плечи и спрятав наморщенный от боли нос за золотыми кудрями.       Колдун только ободряюще погладил командира по спине.       — Пойдёмте посидим, на балконе есть неплохие места.       — Дай мне минуту, — она со свистом втянула воздух сквозь крепко сжатые зубы. — Хорошо хоть Реруген не видит.       — А мне кажется с ним вам было бы попроще.       — Оставь своё мнение при себе.       — Без вопросов.

***

      В итоге товарищи разместились на небольшом балкончике за сценой для музыкантов. И пару песен с интересом рассматривали как модники на задних рядах распивают что-то явно куда более крепкое чем просеко из фляжек.       Вообще их на этом балконе их не должно было быть, но Виолетта легко раздобыла им пропуск, вот и сидели они сейчас вдвоём в лучшей снайперской позиции в этом зале, что, разумеется, их обоих немного успокоило.              — Я тут заметил, что Полковник вас вовсе не потерял.       — Ну, — Таня тоже это заметила, только не хотела акцентировать на этом внимания.       — И он все танцует с одинокими девицами, что пришли сюда цеплять одиноких и перспективных мужчин. Я бы, на вашем месте, ему хоть колечко на палец повесил, чтобы неповадно глазки было строить.       — Ты думаешь молодых девиц это остановит?       — Ну, тех у кого есть моральные принципы, вполне.       — Я тебя умоляю, — девушка откинулась на спинку стула усаживаясь по удобней. — Моральные устои интересуют только офицеров. Остальным людям на них плевать.       — Я в курсе, но знаете, никогда не задумывался о том почему так происходит. Ну…       — Потому что, — девушка ещё раз окинула взглядом зал и скрестила руки на груди, — когда в твоих руках столько людских жизней все что тебе остаться это мораль.       — Согласен, — тут колдун нагло улыбнулся. — И поэтому Полковник пошёл танцевать с легкодоступными девицами?       — Может это дочери кого-нибудь важного.       — Знаете, по моим наблюдениям дочери богатых родителей довольно страшные, а он вон с какими милашками танцует, да и само мероприятие больше для всякой черни типа нас с вами.       — Давай просто ещё понаблюдаем.

***

      Прошло ещё три танца, за которые Реруген даже взгляд не кинул чтобы найти Таню в толпе. Выражение лица Вайса сначала становилось все злорадней, а потом все более испуганым. Он стал не на шутку переживать за Полковника.       — Командир, — Виша и Гланц поднялись к ним, но в место приветствия был отдан приказ.       — Следите за Реругеном и через два танца я жду ваш вердикт.       — Хорошо, а…       — Не слова, — рыкнула Таня и тут за благополучие Полковника начали переживать ещё и Виша с Гланцем.       Реруген вёл себя вполне прилично, по меркам аристократа. Сдержано улыбался вороху девиц, что образовался вокруг него между танцами. Не опускал руки ниже положенного и каждой девушке уделял лишь один танец.       Майор не могла не отметить насколько выгодно он отличался от остальных присутствующих мужчин. Манеры, жесты, осанка, движения. Все в нем выдавало аристократа. К счастью, у офицеров в моде были такие же повадки, и видно именно из-за этого в нем никто и не распознавал особу голубых кровей.       Спусти два танца Таня молча взглянула на своих подчинённых, готовая выслушать их вердикт. Первая заговорила Виша.       — Он очень мил с девушками. Мне кажется он просто решил их порадовать каплей своего внимания.       — А то, что он меня не ищет.       — Может увидел как вы сюда поднимаетесь?       В разговор встрял Вайс.       — Если бы он увидел, то тут же бы примчался проверить как командир.       — Резонно, — согласилась Виша. — Тогда не знаю.       — Гланц, — потребовала версию у подчинённого Таня.       — Абсолютно тоже самое что и Виша сказала.       — Вайс.       — Он блядует, — колдун тут же прикрылся готовясь к удару, но девушка так и осталась не движимой.       — Шел бы ты к жене. Придурочный ты наш, — примирительно сказал Гланц.       — Ага, щас. А если она его душить примется, ты её один остановишь?       — Я уверена, что есть этому разумное объяснение, — сказала Виша.       — В любом случае, кто-то сегодня остался без десерта, — подлил масла в огонь Вайс. — А у меня в общаге, если что, есть бутылка хорошего вина.       — Ты не затащишь меня в постель просто пригрев на груди, — отрезала Таня.       — Я вообще-то женат.       — А мне как будто будет до этого дело.       Следующие два танца колдуны просидели молча, продолжая наблюдать. Они очень хотели найти ответ странному поведению Полковнику, но ничего не шло м в голову.       — Вайс! — к ним поднялась Виолетта. — Куда ты запропастился.       — Прости, мы тут… — он немного задумался, как объяснить сложившуюся ситуацию, но его жена просто подошла чуть ближе к бордюру балкона и взглянула на паркет.       — Любуетесь? Там внизу тоже все в восторге. Полковник произвёл настоящий фурор. Девушки от него в восторге. Уже делят возможность станцевать с ним последний танец.       Стул на котором сидела Таня болезненно скрипнул, когда она отодвинулась от стола.       — Майор, не надо горячиться, — Виша примерительно подняла руки, но тут же поняв что этого мало, положила их на плечи командира.       Виолетта предпочла не обращать внимания на столь картинный жест девушки и спросила.       — А как полное имя Полковника?       Голос Тани сочился жёлчью, когда она отрапортовала:       — Полковник Эрих Фон Реруген, глава отдела человеческих ресурсов.       Виалетта удивлённо вскинула брови.       — Он аристократ?       — Не больше чем Майор, — сказал Гланц. — Тоже вошёл в двенадцать рыцарей академии.       — Какая разница, — грубо сказала Таня.       — Да по нему же видно.       — Все что я вижу сейчас это то что он прилюдно блядует, — отрезала Майор.       — Нет! — воскликнула пианистка. — Сейчас он ведёт себя очень прилично.       — Он танцует с малознакомыми бабами! — взвилась Таня.       — Нет… А… — замялась Виалетта, и тут вмешался Вайс.       — Объясни сначала, пожалуйста.       — А вы знакомы с правилами дворцового этикета? — спросила пианистка.       — Как офицер, я только танцы умею придворные танцевать. Причём обе партии, а это…       — Ну знаете, будь Полковник аристократом по крови, я бы сказала что он очень…       — Прямо говори.       — По дворцовому этикету считается, что если мужчина станцевал с одной девушкой два танца за вечер, это значит что он крайне серьёзен в планах на неё. А если подряд, то это как минимум женитьба.       — А если два первых танца?       — Ну, будь вы помолвлены, это ещё можно было бы вписать в рамки приличия хоть как-то.       — Звучит логично, но версия прям с огромной натяжкой, — добавил Гланц хотя командир уже расплылась в улыбке.       — Ждите здесь, — бросила Майор.       — А подслушивать можно? — вклинился Вайс.       — Не стоит.

***

             Таня спустилась на паркет между танцами.       Девице что окружили Реругена не спешили расступаться перед ней, и тогда она громко сказал.       — Полковник Рейрус. Можно вас на минутку, — у части девушек перекосилось лицо от омерзения когда они услышали бастардскую фамилию.       Мужчина, впрочем, предпочёл не обращать на это внимание и подошёл к девушке.       — Что такое, Майор?       — Как вечер проходит?       — Отлично, а что?       — Да так. Мне ту птичка нашептала, что наш начальник отдела кадров терпеть не может дворцовый этикет.       На миг Реруген впал в ступор. Ещё миг и его глаза распахнулись от удивления, а потом он глуповато заулыбался.       — Я не подумал. Прости.       Девушка только картинно вздохнула.       Реруген протянул к ней руки, стараясь загладить вину прикосновением, но она сделала шаг назад.       — Ещё три танца осталось, можем провести их вдвоём.       — Не стоит, — девушка чуть наклонила голову. — У меня слишком неудобная обувь, да и нашлись девушки которых не огорчило ваше происхождение.       — Дегрушаф, — как только он произнёс её фамилию, кружок желающих разделить с ним танец стал в три раза меньше. — Давайте я вас до дома провожу.       — Нет уж, я не лишу этих молодых дев удовольствия говорить потом дома. «Ах, матушка, со мной на балу, — Таня картинно повела плечами и сделала жест будто поправляет бретель упавшего платья, — сегодня танцевал такой офицер. Ох, я клянусь я его поразила. Он подарил мне третий танец». Или же «ох мама, он был так великолепен. Нет, сначала он порадовал всяких дурнушек, а потом я станцевала с ним последний танец». Ах нет.       — Не паясничай, — сказал Реруген, впрочем улыбаясь во все тридцать два зуба и смущено краснея.       — «Он пришёл с какой то дурнушкой. Одни кости. Едва ноги по паркету переставляла».       Тут он нагло положил руку на талию девушки и начал уводить её к выходу, хотя она не унималась.       — «Ах, мама, он обещал мне последний танец, но его дурная подруга Майор, заскучала, напилась и он уволок её домой».       Таня едва сдержала истерически гогот когда и Полковник перешёл на жеманный девичий гонор:       — «Ах мама, ему пришлось, иначе он бы остался без десерта. Он такой сладкоежка».       Полковник взял прядь волос девушки и аккуратно поцеловал.       Девицы что ещё наблюдали за ними удивлённо ахнули.       — Думаю нам стоит ретироваться как можно быстрее отсюда, — шепнул Реруген девушке на ухо. — мы и так дали достаточное количество поводов для слухов.       — Учитывая что многие тут в курсе дворцового этикета, ты сделал это ещё в самом начале вечера.       В этот миг холодный ночной вечер ударил их в лицо.       — А ты разве не знала такие подробности?       — Признаться, ты так ненавидишь все аристократическое, что я и не подумала.       — Прости, я если честно даже и не подумал что это что-то из аристократических манер. Нам это в офицерской школе тоже рассказывали.       — Ты забываешь что я училась по упрошенному курсу. Нам просто объяснили как переставлять ноги.       — По тебе заметно, в бальных танцах у тебя вовсе нет практики.       — Признаться, это не то что я хочу наверстать.       — Значит приступим сразу к десерту?       — Нет. Сначала ужин. Большой, сытный, чтобы унять мою ревность что приказывает мне придушить тебя к чертям собачим.       — Таня, — он взял её ладони в свои, поднёс к гудам и прикоснулся так ласково как только мог. — Я некогда больше не коснусь другой девушки если тебя это… задевает.       — Не переживая. Я понимаю, что тебе от осознания что ты натворил ещё дерьмовей чем мне.       — Я так люблю в тебе эту маленькую черту, — мужчина расплылся в умилительной улыбке.       — В смысле?       — Какая ты все-таки простая. Просто понимаешь и все.       — Обычно так описывают мужчин.       — А я уже говорил что кажется гей, или нет?       — Идиот, — Таня высвободила руки лишь для того чтобы сцепить из мизинчики и пойти домой, глупо улыбаясь друг другу.