12

Итачи с трудом разлепил глаза и быстро посмотрел на часы, что стояли на тумбочке. Три часа сна — катастрофически мало для нормального организма. Но сегодня он хотел лично проследить, как Хината зайдет в университет и удостовериться, чтобы все прошло гладко. После того как привел себя в порядок, он прошел на кухню в поисках девушки, надеясь, что она еще не ушла. В любом случае он ничего не говорил ей об учебе. Не успел. Хината разливала по тарелкам мисосуп и пожелала вошедшему парню доброго утра. Завтракали они снова в полной тишине. Итачи ждал, когда девушка задаст вопрос о вчерашнем или об университете. О чем-нибудь, но она продолжала молчать, уже убирая посуду в раковину. Когда посуда была помыта, Учиха снова не выдержал. — Ты готова выходить? — Куда? — спросила Хината, вытирая руки о кухонное полотенце. — Я отвезу тебя в университет. — Не стоит, я могу сама добраться, — тихо ответила девушка, старательно пряча глаза. Она слышала часть вчерашнего ночного диалога и совершенно не хотела утруждать Итачи еще и собой. Более того, после вчерашнего ей стало еще более неуютно в этой квартире и от всей этой ситуации. Она предполагала, что жизнь у Итачи не легкая: об этом говорил не только род его деятельности, но и весь его внешний вид. А теперь она свалилась на него, как снег на голову, и он почему-то помогает и защищает ее. — Тем более, — продолжила она, — скоро близятся каникулы, а значит я просто возьму направление на практику. — В какую больницу? — спросил Итачи, подпирая плечом косяк двери. — Заранее это неизвестно. Учиха рассчитывал, что больница будет выбрана приличная, учитывая его недвусмысленное посещение директора университета, однако то, что это было учебное заведение ниже среднего, давало ему понять, что надеяться не на что. — Ты купила одежду? — он осмотрел девушку, на которой был тот же наряд, что и в тот вечер, когда он забрал ее из дома Хьюга. Хината промолчала, она не хотела отвечать, чтобы Итачи снова не решил взять все в свои руки, поэтому старалась перевести тему, которая ее очень волновала. — Я могу навестить Сакуру? — Нет, — отчеканил Учиха, — Зачем тебе это? — Очевидно ей нужна поддержка, а мне понимание, что с ней все в порядке. — С ней все в порядке, — он не спускал глаз с Хинаты, внутренне злясь на ее беспечность, — Ты то себя поддержать не можешь. Девушка снова молчала, ничего не ответив. Он был прав, хотя бы в данный момент она бы не знала, где оказалась и что с ней было бы, не будь рядом Итачи. Учиха шумно выдохнул. Она ведь не виновата, что не может за себя постоять, не виновата, что не сопротивляется, не виновата, что не услышала, как кто-то посторонний зашел в дом. Однако он не может быть всегда рядом, а Хината слишком проблемная, чтобы надеяться, что с ней ничего не случится. — Давай так, — начал Итачи, снова садясь за стол, — я лично отвезу тебя к Сакуре, как только ты научишься защищать себя. Хината непонимающе смотрела на парня. Как интересно она должна этому научиться? Ее два главных правила, не сопротивляться и не задавать вопросов, из-за которых она дожила до двадцати лет, несовместимы с понятием защищать себя. Итачи потянулся к стеклянной тарелке, что стояла на столе, и вытащил от туда миндаль. Легким движением руки он запустил орешек точно в лоб девушке. Хината инстинктивно закрыла глаза, стоя на том же месте. — Не закрывай глаза в случае опасности, — наставлял парень, — Пока твои глаза открыты, ты в силах повлиять на ситуацию. Запомни это. Хината глупо хлопала глазами, потирая ушибленное место. Было ощутимо больно, но она не понимала, к чему все это. Однако второе правило... Она не задавала вопросов. — Когда сможешь увернуться от орешка, я отвезу тебя к Сакуре, — девушка заторможено кивнула, все еще силясь понять его замыслы. — Теперь иди в коридор, — Хината пошла куда ей было велена, чем вызвала новую волну негодования Итачи, но он оставил это без комментариев, — Если ты в квартире одна, всегда прислушивайся к звукам, — он открыл входную дверь и поскрёб по замочной скважине, — Когда услышишь этот звук, подойди к домофону, — он кивнул на черный экран, висящий на стене, — это видео-домофон. Нажми на эту кнопку, — Итачи указал на оную и Хината ткнула в нее пальцем. Экран загорелся и молодым людям предстала картинка входной двери со стороны подъезда. — Если там не я, запрись в ванной, позвони мне и веди себя тихо, — Хината нахмурилась, но кивнула, — Твоей телефон всегда должен быть заряжен и включен, а ты обязана отвечать на все мои звонки и сообщения. Кроме того, — он отодвинул ее от домофона и выключил его, — то, что я говорил тебе про карту, тоже обязательное условие. — Условие для чего? — наконец спросила Хината. — Для твоей безопасности. Если ничего не случится с тобой, отлично, но если все-таки что-то произойдет, я всегда должен знать где ты. Понимаешь? — Хината кивнула. — Но я уверена, что Хиаши не будет ничего предпринимать, — несмело возразила девушка. — Я в этом не уверен, как и не уверен в том, что Обито оставит тебя в покое. А про ситуацию с твоим биологическим отцом я даже упоминать не буду. Пока я все равно многого не знаю, но расскажу тебе все, как только у меня будет больше информации. Однако сейчас ты должна понимать, что он был не обычным человеком и у него было много врагов. Хината искренне не хотела ничего слышать об отце, но если так говорит Итачи, значит, ей действительно нужно быть осторожней. Кроме того, вспоминая Обито, ее нутро сжималось от страха. Он бы точно, не сомневаясь, сделал с ней то же самое, что и с Карин. — Хорошо, я поняла, — наконец ответила Хината, — я буду осторожна и мне правда очень жаль, что ты вынужден нянчиться со мной. — Я тебе не родитель, а ты не моя дочь. Няньчиться — не то слово. Я уже говорил, что искренне хочу тебе помочь, тем более, что часть неурядиц у тебя из-за моего импульсивного решения. Перестань отвергать мою помощь, если не в состоянии позаботиться о себе сама. Нам будет легче жить, если ты просто примешь мои условия. Хината виновато опустила голову, коря себя за то, что постоянно приносит окружающим проблемы. Будь она всегда одна, то сама бы варилась в этом аду. Итачи стало неудобно за свое давление, но он посчитал это лучшим решением. Пускай Шисуи воспитывает мстителей, а Итачи поможет ей научиться защищать себя. Она сможет постоять за себя даже когда их пути разойдутся. — У тебя липовый отец, липовый брат, призрачный биологический отец, может быть хоть парень будет настоящий? Итачи как всегда не дождался ответа на свой вопрос, но посчитал, что ее молчание и есть согласие. — Поехали, я отвезу тебя в университет, — она хотела что-то возразить, но не успела, — и ты мне расскажешь, как все прошло. Он быстро направился к двери, показывая, что ее слова ни на что не повлияют и ждал на лестничной площадке пока брюнетка его не нагнала. Стоит ли говорить, что Учиха не любил и лифты? По той же причине, что и машины. Поездка прошла в тишине, даже радио Итачи не включил, потому как был окутан собственными мыслями. Он вообще практически никогда не включал в машине отвлекающих факторов, а про желания девушки даже не подумал. Это было неважно. Учиха остался ждать девушку на парковке, замечая небольшой поток студентов. Либо мало в наше время людей, желающих стать медиками, либо эта шарага не пользуется большой популярностью. Кстати, расположение училища тоже не устраивало Итачи. Оно находилось на смой границе с восьмым районом. Тем самым районом, где раньше заправляла банда Данзо и Ханзо. Давно это было. Лет пять где-то прошло с тех пор, как Обито решил заключить краткосрочный союз с этой бандой для выхода в большой мир. Там же он и увидел впервые Конан, она сидела на поводке на бетонном полу прямо в их переговорной. В то время их банда была на слуху, поэтому Данзо глубоко сунул свою загребущую руку в карманы правительственной верхушки. Такую же руку сейчас имел Обито, но тогда у Акацуки было всего пару крупных районов, с десяток мелких чинушей на короткой ноге и много человеческого ресурса. Девушку явно держали там не по своей воле, она накаченная под завязку наркотой развлекала своих хозяев. Тогда Итачи испытал похожее чувство, что и с Хинатой, хоть и не знал всю ее историю. Может быть она сама туда пришла или была заядлой наркоманкой, нимфоманкой или еще кем, но глаза ее выдавали. После удачно завершившейся сделки, при которой Обито передает часть своих людей для работы по защите крупных политических деятелей, а Данзо делится своими связями и контактами, Итачи отправил сообщение Шисуи, в котором просил любыми способами вытащить оттуда девушку. Конан вытащить удалось, не без потерь, но она была свободна. А Данзо, Ханзо и их банда были уничтожены. Людям, находящимся под их крылом, давался выбор, поэтому Шисуи считал исход этого дела удачным и относительно гуманным. Особенно если учитывать, что Тайчо нашел любовь, и стал больше рассчитывать на окружающих людей. Итачи вышел из машины, чтобы размяться и покурить на свежем воздухе. Он стоял подпирая машину, когда заметил выходящую из здания Хинату и идущую за ней блондинку, которую он тоже знал, потому что она входила в хоть и не близкий, но круг Саске. Блондинка окликнула Хинату и они о чем-то переговаривались, а потом Яманака, кажется, бросила на него заинтересованный взгляд и, кивнув, снова вошла в здание университета. — Что-то случилось? — спросил Итачи, снедаемый любопытством. — Все было странно, — ответила Хината, явно подбирая слова, — директор вышел меня встречать, представляешь? — Учиха еле удержал серьезное лицо, — Он никогда так не делал, наоборот, постоянно от меня отмахивался, а тут расшаркивался как будто я большая шишка. — Люди меняются, — ответил Итачи, — может быть у него кризис среднего возраста или альцгеймер, — пожал плечами парень, — Куда тебя направили? — В 38-ю. — А район? — Хината задумалась, вспоминая устройство города. Она когда-то пыталась запомнить расположение всех городских больниц. — Тюо-ку, кажется, я не уверена. "Хм, это вроде финансовый район. С одной стороны, — думал Итачи, — там нет мелких банд и маргиналов. С другой же, там охотятся большие хищники и корейская диаспора неподалеку. Ладно, это все равно лучше, чем в спальных районах". — Садись, — бросил окурок Итачи на землю, — поедем и посмотрим. Какой срок практики? — уже опускаясь на водительское кресло, спросил Учиха. — До конца января, — Хината тоже села в машину, — потом сессия и перерыв до апреля, — парень кивнул и завел машину. Он немного выдохнул, что продержаться нужно всего пару месяцев, а потом Хинату можно будет отправить куда-нибудь на отдых, не опасаясь все время за ее жизнь. Правда она может не согласиться или взбрыкнуть, если он начнет давить. Но об этом он подумает позже. Они неспешно колесили по улицам города, вливаясь в затрудненный трафик. Все спешили по своим делам, как всегда перегружая дороги. Через какое-то время навигатор подсказал, что они въехали на территорию нужного района. В целом безопасного, если не присматриваться. Однако именно в этом районе они чаще всего пасли того несчастного банкира, поэтому Итачи знал, что триада трется возле офиса China air, а почти в каждой дорогой машине на парковке у бизнес-центра сидят один–два телохранителя, что оберегают покой ходячих кошельков. Эти "защитники" в 90% случаев относились к какой-нибудь банде. А что творилось в самих бизнес-центрах или консульствах даже говорить не стоило. — Красиво, — заключила девушка, осматривая блестящие окна в высотках и традиционные сооружения, что дико контрастировали на фоне друг друга. Удивительно, о каких разных вещах они думали. Может быть Шисуи был прав, что Саске нужно знать больше о той жизни, в которой они живут. Все казалось бы ему другим и, возможно, в итоге он не сел бы на иглу, поглощённый своими мизерными проблемами. Здание больницы казалось развитым и прогрессивным, не чета районным. В таких больницах обслуживали важных персон, думалось ему, а еще полицейских. Вообще после перестройки власти в современной Японии полиция и вся правоохранительная система считалась главным столпом государства. На полицию рассчитывали гражданские, бандиты и политики. В общем все классы так или иначе были связаны с полицией, однако в этой системе, как принято, проигрывали только обычные граждане, не имеющие финансового подспорья. Система здравоохранения тоже была коррумпирована. Об этом говорило не только то, что платные услуги выполнялись в первую очередь, но и потому, что у всех городских больниц и поликлиник имелся общий негласный черный список. Появился такой список лет тридцать назад, может быть чуть меньше. Тогда случился переворот, "Великая демократическая революция" как его окрестили в учебниках истории. Конституционная монархия канула в лету, а на ее место пришла госпожа демократия, а по факту деспотизм одной демократической партии, которая не выпускала из рук власть уже не одно десятилетие. После первого президентского срока народ понял, что никакой демократии они не дождутся, поэтому следующие президентские выборы напоминали кровавое побоище. Нет, визуально все было в порядке. Не зря же Япония славилась своей минимальной статистикой по преступности, однако введенное обязательное электронное голосование помогло выявить несогласных. Их то и внесли в черные списки больниц и правоохранительных органов. Людям из этих списков не предоставлялись никакие медицинские услуги, им отказывали в приеме заявлений в полицию, правоохранители не откликались на их вызовы. Тогда то и появилось движение Хофуку. Частные клиники, поддерживающие это движение, оказывали любую посильную безвозмездную помощь, отели и гостиницы бесплатно или за символическую плату размещали у себя людей, оказавшихся в тяжелых обстоятельствах, а сама банда Хофуку взяла на себя роль полиции. Они наказывали без суда и следствия, без вызовов и заявлений. Может это их и погубило в конце концов? Интересно знает ли Хината о существовании этого списка? После такого колоссального давления третьи президентские выборы могли похвастаться 80% одобрением со стороны народа, а кандидаты от правящей партии не вызывали больше у людей сомнения. Все тряслись за свое положение и жизни. Хотя в мировом сообществе Япония только развивалась и становилась еще прогрессивнее и безопаснее. Более того, многие японцы даже не догадывались о подобной стороне государственного строя. Хината отказалась заходить в здание, все равно завтра ей предстоит начать практику. Поэтому Итачи отвез ее в ближайший торговый центр. Хината и без того поняла недвусмысленный намек парня и без лишних возражений отправилась за покупками. Учиха заверил ее, что будет ждать в машине, на что девушка неуверенно кивнула. Часа ей хватило, чтобы купить все необходимое и даже больше. Помимо повседневной одежды и обуви, она купила косметические средства, новую сумку и рюкзак, быстро отыскала в книжном нужную учебную литературу. Взяла кофе для Итачи и чай для себя на вынос, а также купила парню футболку взамен той, что она использовала для сна. На самом деле она думала, что ей будет сложно тратить чужие деньги, так как этого не происходило за всю ее жизнь. Максимум чужого, что у нее было — это пособие, когда она еще жила в детдоме и небольшие карманные деньги на проезд и обеды, что выдавал ей ежедневно Хиаши. Однако в реальности сложно было только в первый раз, потом она не без стыда понимала, что вошла во вкус. Впервые она могла тратить, не подсчитывая остатки. Это чувство было ново и оно опьяняло. Так ли чувствуют себя люди, с рождения жившие в семьях, рассчитывающих не только на себя? Неужели она стала рассчитывать на Итачи, которому и без того по гроб жизни обязана? Еще одно новое чувство, которое она испытала за сегодняшний день, — это разочарование. Она не могла вспомнить на каком этаже подземной парковки остался Итачи и как выглядит его машина. Хината в машинах не разбиралась абсолютно, а запомнить номер автомобиля не пришло в ее пустую голову. В какой-то момент своих поисков она даже подумала, что он все-таки уехал: по делам или устал ждать. И в этот момент она почувствовала жгучее разочарование. Она никогда не чувствовала его так остро. Потому что жизнь всегда приносила ей только удары. Хината не ждала к себе человеческого отношения ни в детдоме, ни в новой семье, ни от знакомых. Только от Сакуры ждала, и то это нельзя называть ожиданием. Потому что от сестры редко когда ждешь чего-то. Ты отдаешь и принимаешь, не задумываясь о своих ожиданиях. Делаешь что-то, не ожидая получить что-то взамен, понимая, что и сестра не ждет от тебя чего-то. В понимании Хинаты это и можно было назвать семьей. Когда она услышала сигнал автомобиля, то неожиданно дернулась, слегка проливая один из напитков на рукав толстовки. Обернувшись на звук, она наконец заметила Итачи, который вышел из машины, очевидно помогая ей сориентироваться. — Как ты умудрилась заблудиться? — спросил парень, прикуривая сигарету. Хината виновато улыбнулась и протянула парню стакан с кофе. — Спасибо, — сказал Итачи, принимая напиток. — Я заметила, что ты пьешь черный кофе без сахара, но сахар я тоже взяла, если ты захочешь, — Учиха отрицательно покачал головой. Итачи заметил, что Хината хотела сказать что-то еще, но вовремя остановилась. — Говори, — он затянулся, выпуская дым в противоположную от девушки сторону. — Тут запрещено курить, — неуверено предостерегла его брюнетка. Итачи улыбнулся. Какая же она наивная. Он затушил сигарету о столб, на котором было написано парковочное место, и бросил окурок в сторону чужой машины. Парень взял из рук девушки пакеты, в которых примерно предполагал, что находилось, так как периодически получал сообщения о списаниях, и положил поклажу в багажник. Хината уже сидела в машине, когда он занял свое место. — Пристегнись, — сказал Итачи, пристегиваясь сам и заводя машину. — Почему ты никогда не пристегиваешься? — ответом ему был звук отъезжающего ремня, — Всегда пристегивайся. Это может спасти тебе жизнь. — Хорошо, — ответила Хината, — и спасибо. — Не за что, — бросил Учиха, завершая их диалог. Итачи отвез девушку обратно к дому, напомнив еще раз о правилах, которые он перечислял с утра, и помог донести до лифта сумки. — Могу я выйти в продуктовый? — спросила ни с того ни с сего Хината, когда вошла в железную коробку. — Ты можешь делать, что хочешь, — ответил Итачи, придерживая ногой двери лифта, чтобы они не закрылись раньше времени, — но телефон всегда должен быть при тебе. — Хорошо, — кивнула Хината. — Я буду поздно, поэтому будь повнимательнее, — он наконец убрал ногу и двери лифта закрылись.