Глава 3

— Ваш супруг требует, чтобы вы немедленно явились в кабинет главы и предстали перед ним, — раздражающий голос служанки ввинтился в мой мозг. — Поторопитесь! Вы больше не госпожа, чтобы игнорировать желания своего господина. Опять эта чёртова слуга, которая возомнила себя невесть кем, залезла в штаны к Тайлеру и радуется, что теперь тут главная. Как была никем, так и осталась никчёмной вещью, подаренной моим отцом, вместе с этим домом. Я уже надеялась, что сегодня вечером мой супруг снова найдёт кого-то ещё для своего члена и не вспомнит о том, что супружеский долг нужен для воплощения в жизнь надежды герцога. Наследника… После свадьбы прошёл почти год, а зелье, переданное матерью в ту ночь, действовало безотказно. Стоило в моём чреве зародиться жизни, как она тут же подыхала и выходила кровавыми сгустками, пугая до чёртиков не только слуг, но и присланных лекарей, которые на это лишь руками разводили. Девушки из простолюдинок неожиданно оказались весьма лёгких нравов и в погоне за вниманием красивого аристократа не стеснялись в методах соблазнения. А там, уж сколько бастардов у виконта уродилось не счесть, даже ведя учетную книгу. Но при этом, единственного наследника, в котором и заключалась вся суть нашего брака, на свет так и не являлось. Многие видели в этом колдовство, но в то же время, доказательств не было. Ни до секса, ни после, я никогда ничего не принимала. В чём в чём, а в магии матушка была виртуозна. Один флакон – эффект год! Звонко фыркнув, я все же одёрнула подол платья и пошла в указанную сторону. На этот раз в моем бывшем кабинете... Отвратительный мерзавец! Он на самом деле считал, что теперь стал герцогом! Нет… Он так и остался никчёмным нищенкой, у которого только титул и был за душой. Ни земель, ни власти, ни богатства… Лишь бесполезное звание виконта. Меня тщательно обыскали перед дверью, даже заставили задрать полы юбки, чтобы убедиться, что я под ними ничего не прячу. Но это хорошо, так поступали, когда он ждал меня один. Тайлер, уже валявшийся на диване полностью голый и пьяный в стельку. Посмотрев на меня своей гадкой, слащавой рожей он похлопал ладонью по дорогой бархатной обивке, подзывая, как собачонку. Отвратительно... Когда-то эта комната принадлежала моему отцу и являлась основным кабинетом наследника, невыносимо было видеть в ней развалившегося Тайлера. Не сдержавшись, я окинула взглядом пространство, да так и замерла на месте. Сердце впервые за несколько месяцев взволнованно забилось в груди, а по рукам прошлась дрожь предвкушения. На столе, среди объедков неприлично обильного для аристократа ужина, валялся нож для мяса. Пусть не самый острый, не самый тяжёлый, но достаточно длинный, чтобы одним движением вспороть вены на шее. Не знаю, почему слуги ещё всё не убрали, но для меня это была великая удача. Убить мужа… Это всё, о чем я мечтала последние пару месяцев. — Хочешь взять его? — насмешливый голос Тайлера заставил меня вздрогнуть. — Ну что же ты, Уини, возьми. Ведь это твой последний шанс… Сегодня всё закончилось… Сегодняшний день стал самым прекрасным на земле! Я стал Герцогом! — Что? — пролепетала я, забыв обо всём на свете в одно мгновение. — Твои родители сдохли, — заржал он, — наконец-то, мой план удался, теперь нет никого, кто бы мог унаследовать все деньги и земли. Только я! Муж их единственной дочери! Правда ли, это великая удача, которая сама приплыла ко мне в руки? Подкупить кучера было тяжело, но всё же у меня получилось. Теперь они лишь два куска обглоданного зверьём мяса, а я новый герцог Аддамс и властитель половины мира. В груди же всё похолодело от осознания того факта, что он убил моих родителей. Тварь! Его улыбка выглядела до боли омерзительной. Он всё это подстроил специально! Подразнить хотел! Ну, что же... Специально или нет, но другого шанса точно не будет. Я отвернулась, сделав вид, что не поддаюсь на провокацию, пару раз шагнула к нему, но потом резко бросилась к столу, в надежде дотянуться до ножа. Вот только эта мразь тоже дёрнулась. Видимо, этого и ждал. Я успела схватить нож за рукоятку, но Тайлер в следующую секунду сжал пальцами моё горло и резко надавил, причиняя боль. Ненавижу его! Убить его… Серьёзно ранить… Заставить поплатиться за всё, что он совершил. В это мгновение, такие мысли стали единственной целью, которую я видела перед собой. Вырваться из хватки я не могла. Вертелась и попутно старалась достать мужа лезвием, и в какой-то момент слегка поцарапала его кожу на ребре ладони. Вот только силы были совершенно не равны. Хрупкая я, воспитанная в лучших традициях аристократов, и едва ли не наёмник, продающийся за звонкую монету. Неудивительно, что он даже не позвал стражу на помощь. Нож вырвали из моих пальцев, отшвырнули подальше, а меня подтащили к столу, вжимая в бумаги и в острый край грудью и животом. — Не дёргайся, — у Тайлера глаза горели от восторга, наверняка ощущал себя великим герцогом, связывая мне руки верёвкой. — Будешь плохой девочкой, и я переломаю тебе все пальцы. А затем выпорю розгами, пока твоя спина не превратится в кровавые ошмётки. Ты теперь никто, жалкая шлюха, которую я смогу продать на потеху публике. Многие желали трахнуть ведьму, но твой отец, по какой-то нелепой причине слишком дорожил дрянным товаром. Подумаешь, маркиза, и не такие юбки должны задирать, если муж приказал. Вопреки здравому смыслу, я не смогла просто так взять и загнать бушующий в груди гнев на его законное место. Хотелось лягаться, кусаться, делать хоть что-то, но вырваться и предпринять вторую попытку убить этого идиота, который возомнил себя слишком важным и слишком нужным для человека со столь скудной родословной и отвратительными манерами. Вот только, куда там... Тайлер быстро преодолел моё сопротивление и уткнувшись членом в губы, заставил распахнуть рот пошире и принять его целиком. Я знала, что последует за укус и рисковать не собиралась. Не сейчас… Мне ещё надо выжить… Чтобы свести счёты с этим уродом! Пришлось послушно раскрыть рот, едва не выворачивая челюсть, чтобы побыстрее покончить с этой ужасной частью. Этот гад выполнял свои угрозы не моргнув глазом. Ощутив впервые на собственной шкуре весь гнев и силу этого урода, больше таких оплошностей я не совершала. Теперь же, когда мои родители мертвы, не факт, что он вообще соблаговолит оставить меня в живых. Как только получит наследство и вступит в права, меня могут устранить, как ненужную угрозу его положению. Так что теперь игра шла на опережение... Кто первый сдохнет – тот проиграл! Он двигался быстро, шумно дышал и дёргал меня по шершавой поверхности стола. Складывалось впечатление, что сейчас он испытывал какое-то особое удовольствие, а я с трудом боролась с желанием сомкнуть челюсти и откусить ему мерзкий член. Жаль, что не смогла бы сделать это чисто физически, а так бы с радостью пошла на столь радикальный шаг. Пока эта свинья истекала бы кровь, я бы наслаждалась его страданиями. Настойчиво стучащая в голове ненависть утверждала, что да… Надо рискнуть… Надо попробовать… Убить! Отомстить! Я не успела решиться и опробовать единственный доступный мне вариант расправы. С глухим рыком кабана в гоне Тайлер кончил мне в рот, заливая лицо вязкой и воняющей жижей. Мне оставалось только молча вытерпеть это унижение. Адреналин, взбудораживший кровь, почти утих, и я поняла, что теперь на самом деле осталась одна. Эта мразь подстроила смерть моих родителей и теперь должна за это ответить. Вот только я понятия не имела, как теперь быть. Зелья осталось лишь на пять лет… А дальше… Думать не хотелось, что будет, если я рожу от него ребёнка. — Мда, — Тайлер, тяжело дыша, отошёл от меня и заправил вялый отросток плоти в штаны. — Да… Мне этого будет сильно не хватать. Найти другую такую гордую тварь будет непросто. Ломать всегда веселее, чем просто принимать покорность. Каково осознавать, что завтра умрёшь? Он насмешливо похлопал меня по бедру, а я, не сдержавшись, вопросительно посмотрела на него. В груди мгновенно поднялись все самые худшие опасения. Неужели он в самом деле собрался меня убить в первый же день, когда огласят завещание покойного герцога Аддамс? Такого быть не могло. Он же не совсем псих? Хотя… Кого я, собственно, пыталась обмануть? Такой он, ещё как такой. Этому уроду нет разницы: святая перед ним или мученица… Он рассматривал женщин, лишь в одном аспекте – вещи, которыми можно было распоряжаться безгранично. Не утруждаясь рубахой Тайлер, рухнул обратно на диван и в издёвке поднял брови, подперев голову рукой. Я же могла только шире раскрыть глаза и с ненавистью во взгляде упереться в его наглую морду. Значит, спустя столько времени, он всё же решил меня убить? Или это изощрённый мозг этого урода придумал новую забаву, которая в итоге окажется для меня смертельной? А может, он намекал на наказании за то, что напала на него с ножом? Спрашивать не хотелось… Проявлять слабость тоже. Умолять о милосердии не стала бы, даже на смертном одре… Мне претило всё это… — Ты ведь не знаешь, да? — продолжая актёрствовать, муж драматично всплеснул руками. — Вроде бы столько лет прожила в высшем обществе, а до сих пор не сообразила, что происходит… Или ты всё же помнишь, какие забавы предпочитает наш король? Знаешь, какой сейчас месяц и кто на самом деле ждёт не дождётся, вставить тебе по самые яйца? Я непонимающе уставилась на своего мужа. О чём он? Какие развлечения и почему я должна была знать о пристрастиях короля? Каким чёрт его возьми образом, всё свернуло на столь непонятную для меня тему? Он убить меня собрался или как? По-хорошему, мне и слушать бы не стоило, ничего умного всё равно не скажет, только издеваться будет. Но по какой-то нелепой причине, червячок сомнений начал закрадываться в душу. Ведь наш брак с Виконтом так же одобрила монаршая особа и даже возражать не стала по поводу того, что это дикий мезальянс и нарушение всех древних устоев и традиций. Тайлер скользнул пальцами по плотной ручке валяющегося рядом ножа и усмехнулся мне. Ясное дело, он забавлялся, ожидая, пока его член вновь не нальётся силой, и он не приступит к своему излюбленному делу. Но почему-то снова отмахнуться от его слов у меня не получилось. Они раскалёнными иглами оседали на коже и вызывали у меня дикие приступы мигрени, напополам с паникой. Одна мысль о короле и каких-то неизвестных для меня традициях заставляла мурашки бежать по обнажённой коже. Никто никогда не рассказывал мне о чём-то подобном. А отец на самом деле, по странному стечению обстоятельств, дорожил матерью и не посещал дворец. Я практически не замечала этих издевательств со стороны мужа, полностью утратив веру в человечество. Год, прошедший в сплошной боли, агонии и страданиях, не оставил от моей психики ничего… Теперь же, последние её остатки рушились, подобно песочному замку, возведённому на самом краю океана. Наверное, я сильно побледнела, услышав слова, произнесённые таким предвкушающим тоном, что хотелось пойти и прыгнуть с крыши. И сейчас я готова была поддаться этому странному желанию и покончить со всем. Оборвать и без того ненужную жизнь. От столь отчаянного шага меня останавливала лишь ненависть, клубящаяся в груди раскалённым клеймом. Я понимала, что если буду действовать так, как он от меня ожидает, то в конечном счёте проиграю. Моя жизнь не стоила ничего. Она была лишь разменной монетой, которая теперь лежала на самом дне банки и не представляла собой никакой ценности. Но… Если он надеялся, что натуру ведьмы так легко сломать, то ему много интересного предстояло узнать о себе и том будущем, которое ждало его за поворотом. Я верила, что матушка не просто так рассказывала мне в детстве древние легенды. К тому же, зная характер отца, я прекрасно понимала, что у него не забалуешь. А это значило, что Тайлер мог не рассчитывать так легко и просто заполучить все сокровища Аддамсов. Что-то должно произойти… Я знала и чувствовала это. Следовало поплотнее сжать зубы и дальше верить в то, что однажды придёт день и эта мразь навеки вечные закроет глаза и больше никогда в жизни не посмеет смотреть на меня с таким пренебрежением и отвращением. Это он тут грязное животное, а я последняя герцогиня, наследница великой семьи и крови! — Десять месяцев поливайте слезами вечный камень, и явится на суд твой цветок, что чернее ночи, дай же вкусить ему драгоценной плоти ведьмы и получишь, за милость его, силу, сравнимую лишь с богами, но преклони же колени, ибо имя ему — Сатана, повелитель тринадцати легионов адской Бездны, — нараспев продекламировала я, продолжая с вызовом смотреть на него. — Только помни, ищущий великой благодати, что расстроив дочь его, ведьму из чрева ведьмы, наречёшь ты себя изгнанником и пока ангелы не воспоют над твоей головой, будешь ты проклят слезами ведьмы, отравлен плотью её и сожран тринадцатью генералами дьявольских легионов! — Его не существует, — округлил глаза Тайленр. — Ни Сатаны, ни Дьявола, ни Люцифера. Как не назови… Это просто сказки церкви, которые пытаются запугать всех и поставить на колени. Простому люду, в отличие от аристократов, не дано платить за вечный сон и к нам, ваши епископы в белых одеждах, так трепетно не относятся, дабы я поверил в эту ересь! — Не существует, говоришь? — я приподнялась, уставившись ему прямо в глаза. — Так, почему же ты боишься меня? Своей жены? Ведьмы, которую никто не хотел брать в жёны? Отчего же поверил отцу и обменял свою судьбу на брак со мной? Не из-за того ли, что знал, с ведьмами просто не бывает? Они изводят и заставляют страдать! Для них твоя голова и медяка не стоит! А ведь прошло как раз десять месяцев с момента нашего брака. Он должен был помнить об этом. Должен был поверить в мои слова. Каждый, хоть раз, но слышал, что ведьмы - порождения ада и в гиене огненной они ткали свои тёмные делишки. И мой недалёкий муженёк, обязательно, просто из принципа, должен был купиться на эту сказку, про каменный цветок, что распускался лишь раз в году, в ночь на великий маскарад! Когда луна стояла в небе дольше, чем солнце и весь мир замирал в преддверии последнего часа! Наступит ли новый рассвет? Знали лишь ведьмы… Мне перехватило дыхание. Тайлер ещё что-то говорил, но я больше не понимала слов и почти не чувствовала его грязных прикосновений. Правда, бить так и не стал, наверное, сам побоялся, ведь до наступления тёмного часа оставалось не так много времени. Зато бесцеремонно устроился между моих расставленных ног и грубо толкнулся внутрь, специально причиняя боль и пуская кровь. Словно лишь так мог причинить мне реальные увечья. Наверное, хотел получить какую-нибудь реакцию: крик или сопротивление. Заставить непокорную ведьму склонить голову и признать его власть над собой. Не дьявола… А человека! Я молчала, невидящим взглядом смотря в стену, которую раньше украшала старинная картина в золочёной раме, а теперь лишь замызганный прямоугольник. Когда из дома начали пропадать вещи и произведения искусства? Сразу после свадьбы? Или через полгода? Или месяц? Плевать! Я отомщу за всё… Даже боль стала маловажной. От неё можно абстрагироваться, с ней можно примириться… Все же я не могла проигнорировать священный долг: хранить род до последнего вздоха потомка. Не терпеть мучения, а сразу покончить с собой сразу после свадьбы, не поднялась рука. Выпить яд, переданный матерью… Теперь это сделать мне никто не позволит. Да и сама я вряд ли осмелюсь. Тайлер насиловал ещё несколько раз, пока не захрапел прямо на мне. Я же, тихо вздохнув не спала. Тело затекло, запястья болели, но я думала только о том, что теперь человек, погубивший мой род, благодаря мне получит ещё больше влияния в высшем обществе. Тайлер… Нет, это не могло быть правдой! Я не хотела верить… И не верить не могла… Что-то смутное, далёкое всплыло в памяти и подсказало, что же такое хотел сотворить мой горе супруг. Бал-маскарад… Одинокая слеза сорвалась с ресниц и растворилась на бумаге, которая смялась у меня под грудью. Величайшее событие в мире аристократов. Королевский бал-маскарад, на самом деле был разнузданным способом дворян, беззастенчиво трахать всех, кто попадался им на глаза. И дамы, не имели права возразить. Таков порядок полуночного поклонения великой луне. А дети, рождённые после таких игрищ, признавались в том роду, чья супруга понесла, но статуса наследников не получали. Как я и предполагала, одну меня он больше оставлять не собирался. Утром под конвоем заставили помыться, дали надеть простую, но чистую одежду и приставили стражу, которая не отходила от меня ни на шаг. Я мельком увидела знакомые лица служанок, которые суетились вокруг. Все молодые, красивые. Наверняка у каждой был свой интерес в этом месте. Каждая хотела счастливой жизнь. И ни одна не понимала, чем могла закончится любовная игра с аристократом. Они думали лишь о том, что виконт их приметит и сделает любовницей. И тот факт, что таких у него сотни, никого не смущал. Каждая дурочка верила, что ради неё, самовлюблённый индюк откроет своё сердце и влюбится в неё без памяти. В сторону королевского замка направилась целая процессия. Впереди герцогская карета с символикой моего дома, за ними слуги из подаренного отцом дома и элитная стража, выделенная монархом. Даже кони и те, оказались мне незнакомыми. Словно всё это было лишь для того, чтобы устрашить, заставить поверить в свою бессильную злобу. По бокам от кареты слышался стук копыт — рядом скакали ещё стражники. Мой супруг изволил развлекаться со служанками, меняя их по три раза на дню, а я вынуждена была наблюдать за всем этим, сидя на бархатной сидушке и привязанная за руки и за ноги. Главное, чтобы не сбежала. Девушки заливисто смеялись, а я не могла поверить в то, что эти дурочки готовы добровольно продать себя. Слёз не было, глаза резало от сухости, пришлось их периодически закрывать, чтобы не прожигать в служанках дыры. Ещё подумают, что я ревновала этого идиота. В голове крутилась только одна мысль. «Убить!». Это ярким пятном горело в сознании. Чаша моей ненависти была переполнена. Казалось, что ненавидеть ещё сильнее просто невозможно. Это немного приглушило страх, по крайней мере, ужас мной не овладел. Я смотрела прямо, гордо и уверено! Я Аддамс и я не позволю этому уроду одержать верх над собой! Сдохну, но утащу его за собой в Бездну! — Ненавижу! — как мантру шептала я. — Ненавижу! Ненавижу…