Глава 10

Всё, о чем я могла думать, так или иначе сводилось к бесконечной алчности людей и желанию обладать запретным плодом. Когда, покидая стены пансиона неблагородных девиц, я стремилась отомстить всем и каждому, даже не представляя, что моя борьба будет настолько бессмысленной. Проведя год в бесцельных попытках, я поняла, что это всего лишь наивная фантазия маленькой девочки, которая не осознавала насколько сложно устроен мир. Так что, в конечном счёте, просто плюнула на всё это и решила сделать хоть что-то полезное. Зачем тратить свою жизнь на месть, когда можно помогать людям. Вот только, кому могла помочь изгнанная аристократка с нарушенным магическим ядром, которую за глаза звали монстром? Я не была такой же сильной, как подруга и не смогла найти душевных резервов, способных помочь в выборе будущей профессии. Уверена, в академию на далёких северных пустошах меня бы тоже взяли. Но я предпочла свой путь, не похожий ни на что на свете и дающий нам стабильный заработок. Ведь в этом мире все решали деньги и связи. У кого их больше – тот и на коне. Так что, сняв все свои сбережения и родительские крохи, выделяемые на существование, на которое не смогли покуситься даже жадные стервятники, хотя пытались, я открыла бордель! Точнее выкупила шикарное трёхэтажное здание в самом центре. Желающих связываться с ним не было практически десятилетие. Все то время, которое я провела в «Грации», салон моей матери пустовал. У него была весьма дурная слава, а родственники ничего с этим поделать не могли. Когда твой род вёл своё начало от летоисчисления, милые сердцу причуды уже не казались странными, а вот для посторонних, желание её светлости тоже приносить доход в семейный бюджет, было верхом вопиющего нарушения правил. Теперь же, я писала свою собственную историю и не желала нарываться на неприятности. Пусть лучше в меня будут тыкать пальцем и называть распутной, чем я позволю всему пропасть. В начале этого пути было тяжело. Публика не сильно доверяла различного рода девицам, прячущим лица за масками, при том ходящим практически в чем мать родила. Но чем чаще к нам наведывались аристократы, тем громче по столице разлеталась весть о непривычном, непохожем и совершенно нетипичном борделе. Наш главный принцип заключался в полной конфиденциальности. Настоящую личность клиента знала лишь я. Вместо имён использовались небольшие жетоны с номерами, которые не позволяли другим разглашать сведения о клиентах. И пусть в большинстве своём, каждый друг друга знал и прекрасно понимал, кто перед ним, эта игра в интригу завлекала всех в свои пленительные сети. А антураж, приглушенный свет, ароматические масла и эксклюзивные шоу, которые не могли позволить себе остальные бордели, делали нам имя. Я была благодарна богам, что со мной остались тоненькие книжечки, с которыми моя прабабка прибыла на эти неблагосклонные и жестокие к ведьмам, далёкие земли. Пусть читать на том языке я не умела и не понимала ни слова. Но красочные иллюстрации умопомрачительных красоток в костюмах из одних перьев или страз, задирающих ноги на сцене под яркими лучами искусственного освящения, давали представление о том, в какой сфере она трудилась. Так что я решила сделать то, чего не было у нас, зато существовало в той, далёкой и неизведанной вселенной, где быть ведьмой за грех не считалось. Бордель с шоу, танцами и развлекательной программой в которой клиент мог поучаствовать за определённую плату. Мой план сработал на славу. Три года я шла к тому, чтобы завоевать доверие всей аристократии и теперь, отмечая свой юбилей, я могла с уверенностью заявить, нас ждало светлое будущее. Деньги лились рекой, мы могли обеспечивать себя, приют и даже кое-что отправляли магической академии на её нужды. Если так пойдёт и дальше, то через пару лет, можно будет подумать о расширении и открытие второго филиала на морском побережье. Да и ресторан, как не странно приносил неплохие деньги. Хотя его на первом этаже я открыла совершенно случайно. Нам негде было готовить для клиентов и тогда нанятый мною шеф-повар предложил не терять понапрасну ценное время и в дневные часы работать на обслуживание простых граждан, не пропуская их дальше первого этажа. Так постепенно, все три этажа получили своё предназначение и самый громкий, шумный и дорогой бордель столицы заработал на полную мощь. Туманная вывеска с загадочным название «ASTRA» красовалась над входом и привлекала не меньше нашей концепции, а я смотрела на бухгалтерские книги и понимала, что у меня вышло ничуть не хуже, чем у мужчин, а то и лучше. Ведь тут нужна женская рука, а не мужское эго. Тряхнув головой, выкинула все непрошенные мысли и поднялась с постели. У нас сегодня был праздник. Долгожданный юбилей, на который мы анонсировали грандиозное представление. Аристократы до такой степени завелись, что многие подали прошение прийти с жёнами, дабы продемонстрировать им, чем обычный бордель отличался от того, в котором их муж оставлял месячное пособие обычного служащего и возвращался домой счастливый и пропахший, как парфюмерная фабрика. Я возражать не стала, лишь предупредила, если чья-то благоверная сорвёт выступление, тот потеряет место и право посещать нас на всю оставшуюся жизнь. На том, собственно, и решили. Так что сегодня ожидалось нечто поистине грандиозное! Возвращаться к придворной жизни я не стала, да и афишировать свою принадлежность к аристократии тоже. Ну мало ли, какой обездоленной пришла в голову светлая мысль открыть бордель. Не в моих правилах подставлять девочек под удар. Всё, что я таким кропотливым трудом выстраивала долгие пять лет вот-вот могло пойти прахом. Но сейчас, для меня в первую очередь ценились деньги и возможность их заработать. Своё имя и прошлое я оставила в зале судебного заседания, когда меня фактически изгнали из дворца, не позволив даже слова молвить. А принцы? Они смотрели на меня так, словно я прокажённая. Какая после этого любовь… Лишь горькая тоска и печаль, снедающие меня в первое время. А затем стало всё равно… Просто наплевать… Лучше уметь постоять за себя, чем понимать, в какие проблемы ты можешь втянуть остальных из-за глупого чувства. Месть хороша на словах, на деле же — тот ещё геморрой, от которого хотелось избавиться, как собаке от репья на жопе. Оттого-то все мои силы были брошены на самое грандиозное шоу этого сезона, а не на глупые чувства, которым больше нет места в моей жизни. Я поменяла правила игры… И хоть так, подарила надежду тем, кто в ней нуждался. Продолжать сидеть и размышлять над тягостями бытия, я не могла. До начала шоу оставалось не так много времени. Поправив тёмно-бордовую помаду на губах, я ещё раз осмотрела себя с ног до головы. Чёрное кружево оттеняло белую кожу, красиво обрамляя тело и давали некую недосказанность в образе. Красные вставки, резали глаза и привлекали внимание, не давая сконцентрироваться на чём-то одном. Это игра и в ней я мастер. Поднявшись из-за туалетного столика, закрыла лицо маской и спустилась на второй этаж. Несколько громких хлопков в ладони, и все присутствующие повернулись в мою сторону. — Богини мои, представление начинается через пятнадцать минут, двери зала будут открыты через десять, сейчас нам надо постараться так, словно от этого зависит наша жизнь, — холодный внимательный взгляд прошелся по каждой, стоящей передо мной артистке. — Не переживайте, я уверена, что чаевые за этот вечер, покроют все проблемы ночного веселья. — Аниса, что с твоими сосками? — тут же отмерла Ирэн. — Сделай что-нибудь! Говорила же, не увлекайся так загаром! Многие хотят мулаток, но не из пересушенных светлокожих красоток. А теперь выглядишь так, словно у тебя вчера была оргия и каждый непременно хотел оттянуть тебе вишенки. Они не ровненькие, они у тебя коричневые! Быстро за мазью! — Сейчас, — пискнула девица и сбежала с глаз долой. — Освещение поправьте, — хлопнула я в ладоши. — Эти трое сегодня возьмут на себя основную роль, раз уж у нас недобор по основному составу. Я ещё раз повторяю, если ещё хоть кто-нибудь возьмётся за безобидную халтурку на стороне, работать тут не будет. Потому что — либо сдохнет под клиентом, либо её убью лично я. Если вас жизнь ничему не научила, то завтра вечером проводим Сару в последний путь. Говорила же дуре, не связывайся с аристократами, без моего присмотра. Нет же, не верила… Закроюсь на месяц, пока буду искать нормальных и умных девочек, но повторения не потерплю! Два трупа за один вечер! Два! Вы если сами не хотите жить, остальных не втягивайте! Девочки на сцене тут же зашевелились, в одних коротких пеньюарах принялись усердно теребить друг друга за щёчки, соски и губы, пытаясь сделать их более яркими и привлекательными. Они занимали центральную позицию на сегодняшнем празднике жизни, и должны были встречать гостей приветливыми улыбками, завлекательными образами и манящим желанием, выставляя на обозрение красивые изгибы и полуприкрытые силуэты. Тонкие трусики плотно обхватывали бёдра, но давали полет для фантазии. Это не привычные панталоны, это более волнительное, слишком сексуальное и недоступное… Это наш бордель во всей красе. Свет установили точнее, и теперь три прелестницы были идеально подсвечены со всех сторон. Свет и тень творили своё подлое дело. Казалось, будто они существовали отдельно от всего внешнего мира, завлекая и пьяня похлеще любого, даже самого дорогого вина. Обладательницы этих ролей стояли на коленях, плотно прижавшись друг к другу. Переплетение, грация и красота. Непонятно, где чьи конечности, чьи стоны наполняли комнату, и кто и где трогал других. С идеально подобранным освещением вся композиция сводила с ума и заставляла терять разум от мгновенно вспыхивающего желания. — В позицию! — хлопнула я в ладоши ещё раз. — Девочки, больше искусственной смазки, нужно, чтобы всё блестело. Не думаю, что у гостей будет столько слюны, чтобы не порвать вас. Позаботьтесь обо всем заранее. Когда шоу начнётся, гостям станет всё равно, растянуты вы или нет. Не забывайте, что это аристократы, они привыкли в первую очередь заботиться лишь о собственном желании. Мне не нужны травмы! Кто встречает гостей? — Должна была Андрасиль, но она ещё не отошла после общения с матерью, — тихо сказала моя помощница и правая рука. — Рыдает в гримёрке и клянётся, что пойдёт и сбросится с моста. — Почему об этом я слышу только сейчас? — я едва не задохнулась от возмущения. — Говорила же, не пускать эту тварь сюда. Мало того, что бросила детей, так имеет наглость приходить и отбирать у дочери всё, что она заработала на содержание семерых младших сестёр. Появится тут ещё раз, скажи, чтобы ей руки с ногами переломали. Не станет её и детям жить будет проще. Успокой Алию, её Андрасиль, нам ещё потребуется. — Хорошо, — кивнула та, — но «Знакомство», я не знаю, кому ещё можно было бы поручить его. Слишком это деликатное и ответственное дело. Алия была лучшей по этой части. «Знакомство» — одно из традиционных выступлений, которое мы использовали для разогрева публики. Девочка в шикарной маске, прикрытая лишь двумя огромными веерами, извивалась под едва различимую музыку, прямо за парадными дверьми. Круглая платформа высотой в метр заставляла трястись и бояться многих. Тридцать сантиметров в диаметре не так много, чтобы проворачивать на гладкой поверхности акробатические трюки, на высоких каблуках. И Алия в этом была неотразима, творя такое, что очередь, ждущая своего права войти, едва не заливала слюной пол, видя короткие вспышки в тот момент, когда двери отворялись, дабы пропустить везунчика внутрь обители порока. — Невелиса, ты не успела ещё растянуться и разогреть мышцы? — посмотрела я на гимнастку, которая должна была во второй части ночи выполнять полет над залом. — Нет, мне почти пять часов до выступления, — потупила та глаза, — уже бегу… — Отлично, «Знакомство» на Невелисе, она хотя бы высоты не боится… — тихо выдохнула я, старательно переваривая в голове весь возможный масштаб трагедии. — Так… Сильма руки заковать за спиной, на шею ошейник. С яшмой и изумрудами, который в прошлом месяце подарил граф Феттер, к твоим глазам отлично подойдёт. Или лучше кружевную маску… Нет, на встрече гостей, могут и сорвать, лучше оставить обычный вариант, к тому же грех такой взгляд прятать за тканью, от тебя искры летят… И пригласите Лему, что ли, ей в помощь, раз руки у нашей «кассы» будут за спиной. Кто-то должен впихивать ей номерки в рот! — Да… — раздалось одновременно со всех сторон. — Невелиса, ты ещё здесь? — вскинула я бровь. — Быстро разогреваться и на пьедестал, веера тебе выдадут. Бегом… Чего смотришь на меня, как голодающий на кусок хлеба. — Сегодня будет борон Уэнтерс, — тихо пробормотала та, пряча от меня глаза. — Я бы хотела первую половину ночи провести с ним. — Уверена, ему хватит золота на приват… — я запнулась на полуслове и придирчиво посмотрела на свою девочку. — Вот ты о чём… Марш на подиум, или без подготовки заставлю клиентов обслуживать! Если бы он хотел, давно бы нашёл способ тебя выкупить. А так, только красивую лапшу тебе на уши вешает. Ты и рада, ушами хлопаешь и всё на сказку надеешься. Не будь глупой. Не уйдёт он от жены. Как бы ты тут не извивалась и не старалась! Работать! — Да, — расстроенно выдавила девушка и действительно побежала в сторону входа. Часы напряжённо отсчитывали последние минуты. Как только двери откроются, гостей на несколько десятков минут задержит живая очередь и то самое зрелищное шоу с веерами, если важные персоны захотят им полюбоваться. Если с жёнами пожалуют, непременно захотят. Эстетику надо давать с порога. Но остальное время до поднятия занавеса из газовой тюли, на сцене будет царить полумрак, и публике останется лишь гадать, какое из развлечений мы преподнесём в качестве основного блюда, в честь нашего пятилетнего юбилея. — Это никуда не годится! — решительно протянула я. — Принеси ей что-нибудь более откровенное. В таком виде только священникам проповеди читать. — Не надо, пожалуйста! — Невелиса выглядела, как оскорблённая невинность, но мы все остались непреклонными. — Или сейчас переодеваешься в бра из драгоценных камней, или разворачивайся попкой, и я разрезаю тебе трусики до самого лобка, таким образом будешь встречать гостей, — Ирэн уже нацепила одно украшение, и теперь аккуратно расправляла цепочки, чтобы они симметрично лежали на груди и поблёскивали в свете свечей. — Уверена, после такого зрелища, не только твой граф захочет взять на спонстортство. Потому, не доводи до греха. У нас времени в обрез, а ещё надо как-то в чувство привести Алию. — Опять её мать лупасила? — с тяжёлым вздохом простонала танцовщица, стягивая кружево и надевая холодный металл. — Я бы уже послала её лесом. Жалко девку. Восемнадцать всего и семь сестёр на шее. — Вот и не криви нос, отрабатывай, — заместительница звонким шлепком приложилась к круглой ягодице, заставляя ту покраснеть, — с остальным как-нибудь да справимся. — Готовность, — тихо сказала я, поправляя маску и отходя в тень дверей. Ещё несколько тихих щелчков настенных часов указали на то, что до открытия самого грандиозного шоу этого сезона, осталось совсем мало времени. Все замерли на своих местах, показывая, в каких позах готовы начинать этот волнительный вечер. В центре арены три прелестницы стояли на коленях, тесно переплетаясь руками и ногами. Прямо перед ними на высоких шпильках уверенно стояла Бьянка с небольшой плёткой в руках. Она выглядела воинственно, даже кровожадно в кожаном корсете и удлинённых атласных перчатках алого цвета. Весь её внешний вид кричал, что вот она — самая главная повелительница зала. Все с нервозностью впивались нервными взглядами в стрелки часов. Девочки трудились не покладая рук, зная, что от этого зависит начало шоу. Подгонять их не было смысла, и так видно, что нервничали не меньше моего. Это уже после хорошей дозы алкоголя, мало кто рассматривал актрис, а вот старт всегда должен быть на высшем уровне. В глубине зала стояли остальные девочки, полураздетые, готовые начать свои движения, как только свет пал бы на них. Пока идёт представление, они все чарующие грации, призванные соблазнять, но, когда в игра перестанет быть токовой, они растворятся в полумраке зала: кто по коленям, кто по комнатам, а кто на сцену, чтобы ассистировать Бьянке в основной игре. — Итак, последняя минута! — выдохнула моя заместительница. — Елена! Если я ещё раз увижу твои соски, выпорю прямо перед клиентами! Зрители платят за сказку и возбуждение, а голыми проститутками они и на восьмой полюбуются. Немедленно проверить всем одежду, не дай бог видно больше, чем нужно для входной цены. За всё остальное тут доплачивают. Не забывайте, вы не товар, вы актрисы, которые любят немного более жёсткий секс, чем принято с жёнами под одеялом. Так играйте же, чтобы от вас сносило голову! И пустело в кошельке! — Я случайно! — пискнула крошечная официантка с огромными оленьими глазищами. — Это же мой первый раз в обслуге… У меня обычно была другая роль… — Затяни корсет туже и перестань наматывать сопли на кулак, — тихо зашипела главная по обслуживающему персоналу зала. — Я серьёзно! Это и ваши деньги тоже! Девочки, без обид… Но чем чаще клиент заказывает выпивку, тем желаннее вы для него. Соблазняйте, даже если не знаете как. Невинность ныне тоже хорошо продаётся! — Время! — выдохнула я. — Ну, ни пуха ни пера! — К чёрту! — хором ответили все на удачу, и свет совсем погас. Когда двери медленно отворились в первый раз, никакого столпотворения не было. Гости знали себе цену и понимали, что ещё минут сорок, будет происходить раздача жетонов с номерками и сверка списков. Всё же люди, которые могли позволить себе стать гостями моего заведения, знали цену комфорту и времени. Многие ещё ужинали и наслаждали дорогими напитками. В комнате для «Знакомства» не появлялось даже намёка на давку. Всё чинно, медленно и благородно. Никаких бордовых бархатных стен, как у других, лишь лёгкая музыка, мраморная колонна с танцовщицей, девушка с бирками и натуральное дерево. Благородный синий сочетался с серебром, так же, как и герб королевской семьи, маленькая, но всё же месть. Мраморный пол, устеленный дорогими импортными коврами, не позволяющими услышать стук каблуков. Огромное зеркало во всю стену. Но стоило сделать всего несколько шагов, и взору зрителей представало прекрасное и порочное зрелище. На сцене стояли главные звезды вечера, а в темноте то тут, то там, мелькали прекрасные видения работниц зала. Бордель пленил, манил и завлекал. Ни капли нормального, ни грамма обыденности. Лишь полумрак и колдовство непокорной ведьмы. Меня могли ненавидеть, но моё детище просто обожали! Все…