3. НИЛ

После разговора с Эндрю Нил не пошел сразу на «Корт». Вместо этого он наблюдал за Бочкой с крыш, чтобы убедиться, что не произойдет ничего непредвиденного, и только когда часы пробили три, он понял как сильно задержался и направился в сторону «Корта». Найти Хокинга не составило труда: ростом под два метра и весом больше ста тридцати кило, он раздавал карты парочке равкианских туристов и Мэтту с Элисон. Последняя, завидев Нила, потерла руки с чем-то вроде предвкушения на лице. Это было подозрительно. Нил знаком попросил другого крупье занять место за столом, а сам попытался загнать Хокинга в заднюю комнату — хоть Бочка и была суровым местом, банды старались скрывать от туристов свои кровавые разборки. — Нет! — взвыл Хокинг, когда понял, к чему все ведет, и встал, как вкопанный. — Ну же, — воззвал к нему Нил, — давай обойдемся без сцен. — Я ни разу не жульничал! Нил знал, что это ложь чистой воды — именно он заметил, что Хокинг обчищает столы. — Обсуди это с Ваймаком или Эндрю, — ответил он. — Заткни пасть, Горилла, — посоветовал Мэтт и огляделся. — Давай поговорим в другом месте. Хокинг проигнорировал как слова Мэтта, так и ненавистное прозвище, по которому к нему обратились. — О, не сомневайся, я обсужу это с Миньярдом. Не могу поверить, что он подослал молокососа, чтобы меня убрать. Где этот маленький ебаный монстр? — потребовал он ответа. — Не знаю, — солгал Нил. — Ты всегда все и обо всех знаешь, — презрительно усмехнулся Хокинг. — Разве не поэтому Монстр держит тебя рядом? Или между вами есть что-то еще? Он сделал жест, который Нил не понял, а Мэтт издал странный звук, словно рассерженный, ошпаренный кот. — Я понятия не имею, где он и когда вернется, но для тебя же будет лучше, если ты просто спокойно пойдешь со мной, — примирительно сказал Нил. — Я ни разу никого не обчистил, и кто-то все еще должен заплатить мне за эту смену, — заявил Хокинг. — Хотя, может, я выбью деньги из тебя. Как думаешь, если тебя хорошенько встряхнуть, посыпятся монеты? Хокинг попытался схватить Нила, но тот с легкостью увернулся от неуклюжего верзилы. Пальцы Нила быстро скользнули в кастет, закрепленный на правом бедре. Он ударил громилу в мягкое место позади колена, и тот упал на пол. Хокинг тут же обхватил больную ногу, и Нил врезал ему локтем по руке. Тот рухнул лицом вниз. Нил наступил ему за запястье, вытащил один из своих ножей и одним безжалостным движением отсек безымянный палец — обычная кара для крупье, уличенных в воровстве. Так помечали жуликов. Теперь ему придется переучиваться тасованию и раскладыванию колоды. Нил быстро вытер нож и вернул его на место, ловко отскочив подальше от вопящего на полу здоровяка. Нил понял, что внимание всей комнаты приковано к нему, поэтому окинул помещение взглядом и резюмировал: — Не воруйте. Посетители медленно повернулись к своим столам, все еще шокированные тем, насколько легко Нил уложил парня вдвое крупнее себя, но совсем скоро все их мысли вернулись к играм. Нил присоединился к Элисон и Мэтту, делящим между собой деньги — они явно сделали ставки на исход потасовки. — Я разочарована, — высказалась Элисон. — Я хотела, чтобы ты заставил его разрыдаться. Нил бесстрастно посмотрел на воющего громилу, которого пытались поднять с пола несколько сотрудников клуба. — Он рыдает, — заметил он. Элисон хихикнула. — Я имею в виду, только оскорблениями. И тебе нужно было отрубить ему еще что-нибудь. — Ты ведешь себя еще агрессивнее, чем обычно, — прокомментировал Мэтт. — Не знал, что у тебя какие-то личные счеты с Гориллой. — Я не забыла, что он сделал с Сетом, — высокомерно ответила Элисон. — Сет умер три года назад, — напомнил Мэтт. — Никто даже не помнит, из-за чего завязалась драка. Зная Сета, он, скорее всего, и был зачинщиком. И откуда ты вообще об этом знаешь? Ты тогда еще не была Лисом. — Сет сам мне рассказал. — Уверен, его мнение вообще не было предвзятым, — сухо отметил Мэтт. — Как бы то ни было, — перебил Нил, искренне желая отвлечь их от Сета. Он все еще немного винил себя в его смерти, хотя Элисон и простила его давным-давно. — Откуда ты знала, что я приду по его душу? — спросил он у Элисон. — А ты как думаешь? Твой Монстр сказал. — Он не мой, — машинально поправил Нил. — И прекрати называть его Монстром. — Ты собираешься рассказать нам, что происходит? — прервал Мэтт зарождающийся спор. — Он обычно пальцем о палец не ударит, а сейчас внезапно организовывает переговоры и строит какие-то планы. Ты должен знать, что он замышляет, ты единственный кому он доверяет. — Это потому что я не трепал о его секретах направо и налево и не предавал доверия, — ответил он. — Тем более, бесплатно. — Ты же можешь рассказать нам одну малюсенькую, незначительную деталь? — попыталась уговорить его Элисон. — Я свожу тебя поесть вафель. — Мы постоянно ходим есть вафли. И мы и так пойдем их есть завтра. Это была ужасная попытка взятки, и мне за тебя стыдно. — Ну пожалуйста, Нил, — заумолял Мэтт. — Дэн просто в ярости, потому что он вообще ее не слушает. — Когда это Эндрю хоть кого-то слушал? — Ну, кажется, ты можешь заставить его делать все, что угодно, — заметила Элисон, изучая свои ногти. — Это другое. У нас сделка. Единственный, кого он слушает — это Ваймак, да и то редко, — Нил вздохнул и провел рукой по волосам. Вот почему не иметь друзей было гораздо проще. Когда он был один, никто не пытался заставить его что-то делать. — Не волнуйтесь так. Он все расскажет вам, когда будет готов. Элисон усмехнулась. — Может, Горилла был прав насчет вас двоих. Она повторила тот странный жест Хокинга, которого Нил не понял. Мэт рассмеялся. — Понятия не имею, о чем вы, — ответил Нил, и Мэтт захохотал пуще прежнего. Элисон недоверчиво посмотрела на пустое лицо Нила, а затем счастливо рассмеялась. — О, Нил, — сказала девушка, обнимая его, — Даже не смей меняться, ты, прекрасная, ничего не замечающая наземная сирена. — Что, — он даже не смог сформулировать это как вопрос, уворачиваясь от ее загребущих рук. В поисках объяснений он взглянул на Мэтта, но тот только взъерошил ему волосы. — Я расскажу, когда ты подрастешь, дружище, — пообещал он. Нил внезапно понял, что на сегодня с него хватит дружеских штучек. Он поднялся из-за стола. — Вафли завтра? — спросил Мэтт. — Вафли завтра, — согласился Нил.

***

Было уже очень поздно или, скорее, очень рано, когда Нил вернулся в Лисью Нору. Лисья Нора — когда-то большой четырехэтажный склад — была местом, которое Лисы переоборудовали и сделали пригодным для жизни. Комната Нила, которую он делил с Эндрю, находилась на верхнем этаже, в мансарде, и ее окна выходили прямиком на крышу, благодаря чему Нил всегда мог незаметно уйти или вернуться. На крыше Норы он обнаружил Робин, которая дожидалась его, чтобы отчитаться о прошедшем дне. Робин Кросс была преемницей Нила, и ее найм привел к самой продолжительной ссоре, когда-либо случавшейся между Нилом и Эндрю. Нил так и не понял, почему Эндрю тогда настолько на него разозлился. Поначалу Нил был взбудоражен — он нашел отличного наемника для Лисов. В отличие от большинства банд Бочки, Лисы не нанимали подряд всех желающих, обивающих порог их штаба. Их глава, Дэвид Ваймак, сколотил Лисов, беря под крыло тех, кого другие банды обычно не замечали. Зачастую это означало выкуп контрактов талантливых людей. Конечно, рабство в Керчии вне закона и уличенные в торговле людьми преступники несли суровое наказание. Но существовала лазейка, позволяющая человеку продать себя во служение, и это регулировалось строгими контрактами, по которым можно было взять деньги взаймы и какое-то время работать на кредитора, чтобы вернуть долг. В богатых районах Кеттердама, столицы Керчии, эти контракты выполнялись верно, оставаясь в рамках закона. В Бочке же все было иначе. Часто работорговцы привозили людей из других стран и силой заставляли их подписывать ужасные контракты на языке, который бедняги даже не знали. Их невозможно было выплатить. Несоразмерные «расходы» на проживание и питание добавлялись к изначальной сумме, и долг увеличивался настолько, что его, зачастую, никак не покрыть, сколько бы человек ни работал. Ваймак искал талантливых людей, работающих по таким нелегальным контрактам. Он верил, что получив второй шанс, эти отчаявшиеся люди сделают его банду сильнее. Он выкупал их в обмен на присоединение к Лисам. Спасенные им люди отплатили непоколебимой преданностью, и многие оставались даже после истечения срока контракта. Нил был в салоне Зверинца, борделя, хозяйка которого часто промышляла незаконными контрактами. Он был там по делам Лисов — нужно было выкупить информацию у хозяйки. Обычно этим занимался Эндрю, но Нил всегда брал задания, для которых нужно было посетить дома удовольствий, на себя. Он ждал владелицу, когда с ним неожиданно заговорила Робин. Нил мгновенно обернулся и изумленно уставился на девушку. Она была сулийкой с медной кожей, длинными темными волосами и одного с ним роста. Одетая в традиционный костюм сулийской рыси — легкое платье, сплошь в колокольчиках, она, тем не менее, смогла подкрасться к нему в ярко освещенной комнате. Он спросил, кто она. Робин раньше была акробаткой, что многое объясняло. Нил и сам смог стать таким тихим и ловким из-за четырнадцати месяцев, которые они с матерью провели среди сулийских акробатов. Вернувшись в Лисью Нору, он тут же отправился к Ваймаку, чтобы убедить его выкупить контракт Робин. Он был уверен, что она станет отличной инвестицией для Лисов. К вящей радости, Ваймак согласился и принялся организовывать выкуп. Нил же пошел к Эндрю, чтобы поделиться такими потрясающими новостями. — Я нашел тебе шпиона, — гордо сказал он. Эндрю просто смотрел на него пару секунд. — У меня уже есть шпион, — заметил он. — Я здесь не навсегда, — возразил Нил. Эндрю не шелохнулся. — Ты внезапно устал от нас? — ехидно поинтересовался он. — Решил наконец сбежать? — Нет, — ответил Нил, начиная раздражаться. — Но ты с самого начала знал, что я здесь не навсегда. Теперь же я нашел себе отличную замену. Я обучу ее, и когда уйду, ты не окажешься в невыгодном положении. — Я сказал, что защищу тебя. Ты во мне сомневаешься? — А я сказал тебе, что не стану подвергать тебя или Лисов такой огромной опасности. — Отлично, — отрезал Эндрю, отворачиваясь. — Ты можешь слинять в любой момент. Никто не будет по тебе скучать. Это задело Нила, и он ушел, сказав напоследок пару резких слов. Непривычные холодность и напряжение сохранялись между ними несколько недель, пока Эндрю не проникся Робин и не начал учить ее драться. Но, пусть они и вернулись к подобию своих нормальных отношений, Нил все еще чувствовал небольшую дистанцию. Он не знал, как с ней бороться, и, размышляя об этом, чувствовал резкую боль в животе, не дающую нормально дышать. — Привет, босс, — поздоровалась Робин со своего места на крыше Лисьей Норы. — Узнала что-то интересное? — спросил Нил. — Эх, не так уж и много, — вздохнула Робин и помахала рукой из стороны в сторону. — Троянцы скучные. Думаю, Вороны что-то замышляют, но когда они не?.. — Нил на это весело фыркнул. — А, и я узнала, что у многоуважаемого торговца Чарльза Уиттира есть любовница на Девятнадцатом Берстраде. Ему нравится, когда она зовет его папочкой. — Ой, — легкий румянец залил щеки Нила, — это его любовница? Я думал, может, внебрачная дочь. Робин хихикнула. — Да, Эндрю говорил, что ты плохо понимаешь, когда дело доходит до потрахушек. — М-да, ну, — протянул Нил, немного смущенный. — Здорово, что у меня есть ты, чтобы уловить тонкости. Такие знания могут быть очень полезными. Хорошая работа. — Спокойной ночи, босс, — пожелала Робин, и, все еще посмеиваясь, понеслась по крышам. Нил не нашел Эндрю в их комнате, поэтому решил поискать внизу. Когда он проходил мимо одной из дверей на втором этаже, та отворилась, и Нил инстинктивно обернулся. Его тут же прижали к стене. В мгновение ока Нил приставил нож к горлу нападавшего. Он правда не понимал, как большинство людей могут путать Эндрю и его брата-близнеца. Хотя внешне они были практически идентичны (низкие, светловолосые, с отливающими золотом глазами), их движения и мимика были совершенно разными. Даже сейчас Аарон шипел на него с уродливо искаженной рожей. Эндрю никогда бы не позволил чему-то подобному пробить его жесткий самоконтроль. — Я хочу, чтобы Эндрю уяснил, что мою девушку нельзя подвергать опасности, — прорычал Аарон. — Кейтлин сама сделала свой выбор, когда стала Лисом. Все, что мы делаем, опасно. Я думал, даже до тебя уже дошло, пусть с тебя и сдувают пылинки. — Ты скажешь Эндрю, чтобы он больше не втягивал ее в подобное. — Поговори с Эндрю сам, — выплюнул Нил. — Вот только ты слишком труслив для этого, да? Нил прижал нож теснее к его горлу. Аарон рвано выдохнул и усилил хватку на его руках. — Я не трус, — сказал он сквозь зубы. — Нет? Вот это новость, — насмешливо ответил Нил. — Слушай меня внимательно. Я понимаю, что все закрывают глаза на то эгоистичное дерьмо, которые ты вываливаешь на окружающих, потому что боятся Эндрю. Я — нет. Не я несу ответственность за все, что пошло в твоей жизни не так, так что поумерь пыл. Твои претензии мне надоели. И если ты еще хоть раз набросишься на меня без причины, я сделаю тебе очень больно. — Я бы посмотрел, как ты пытаешься. Нил прижал нож еще сильнее. — О, это было бы легко, — сказал он, чувствуя, как жуткая улыбка расползается по лицу. — В отличие от тебя, я потратил кучу времени, убивая и калеча ради этой банды. У меня неплохо получается. — Ты бы не посмел, — просипел Аарон с ноткой отчаяния. — Почему? Потому что Эндрю пообещал тебя защитить? Он и мне это пообещал. Подумай на досуге, так ли ты уверен, что Эндрю выберет тебя, если придется принять чью-то сторону. Аарон бросил на Нила полный ненависти взгляд. — Ты думаешь, ты такой крутой и важный, — выплюнул он. — Но на деле ты всего лишь его никчемная шлюха. Нил остался абсолютно неподвижен. — На твоем месте я подумал бы очень, очень хорошо, прежде чем использовать это слово как оскорбление, — посоветовал он. — Но, опять же, на твоем месте, я перестал бы строить из себя обиженку много лет назад и попробовал бы перестать быть таким бесполезным. А теперь, — ровно продолжил Нил, — убери от меня руки и пиздуй отсюда, пока еще можешь. Аарон яростно толкнул его напоследок, а затем отпустил и попятился, ругаясь. Он исчез в своей комнате, оглушительно хлопнув дверью. Нил встряхнул ладони и зарылся одной рукой в волосы, а вторую поднес ко рту, пытаясь стереть с лица отцовскую улыбку — до боли впился пальцами в нижнюю губу, пока не почувствовал, что оскал исчез. В попытке успокоиться, Нил про себя сосчитал до десяти на каждом языке, который знал. Он отмахнулся от вопросов Лисов, высыпавших в коридор на шум, и скатился по перилам на первый этаж. Эндрю как раз вошел в Нору. Он бросил на Нила проницательный взгляд и спросил: — В чем дело? — Ни в чем, — отмахнулся Нил. — Я в порядке. Эндрю остался совершенно невпечатленным и продолжил сверлить его взглядом. — Просто небольшое разногласие с твоим дражайшем братцем, — признался Нил. Его гнев наконец пошел на спад. — Все под контролем. Еще несколько секунд Эндрю всматривался в его лицо, а затем кивнул. Он схватил Нила за рукав и потащил за собой в кабинет Ваймака, на ходу постучав костяшками о дверной косяк. Дэвид Ваймак, крупный, устрашающего вида мужчина, обладал странной способностью разом заполнять все пространство самим своим присутствием. У него были темного цвета глаза, волосы и кожа, унаследованные от отца-земенца и огромное количество татуировок на руках, шее и спине. Несдержанный, сварливый и грубый, он, тем не менее, всегда выказывал своим Лисам незыблемую поддержку. Когда Ваймак впервые попытался подписать контракт с Нилом, тот отнесся к нему очень настороженно, да и до сих пор по возможности избегал его компании. Хотя он в принципе старался не контактировать больше необходимого ни с кем, кроме Эндрю. Однако, по прошествии трех лет, в течение которых Нил был Тенью, Ваймак каким-то образом смог завоевать его уважение и осторожное доверие. — Что вам от меня нужно, мелкие вы ублюдочные засранцы? — проворчал Ваймак. — Наверное, что-то важное, раз маленький призрак решил показаться на глаза, — он бросил многозначительный взгляд на решетку под потолком, откуда Нил любил шпионить за личными встречами Ваймака. Эндрю проигнорировал выпад и поудобнее устроился в кресле, закинув ноги на стол Ваймака и скрестив лодыжки. Тот бросил на него раздраженный взгляд, но Эндрю лишь стряхнул со своего пальто несуществующие пылинки. Нил прошелся по комнате, тыча пальцами в разные предметы на полках, что, казалось, еще больше вывело Ваймака из себя. — Примости уже где-нибудь свою вертлявую задницу, ребенок, — бросил он. — Ты меня нервируешь. Нил послушно присел, ожидая когда Эндрю наконец заговорит, но тот молча теребил края своих неизменных повязок. Тогда Нил уставился в стену, пытаясь прожечь в ней дыру. Эндрю все еще молчал. Ваймак сдался первым. — Ладно, давайте так, я объявляю себя проигравшим в этой борьбе за превосходство, или что там вы, придурки, пытаетесь провернуть. Можем теперь приступить к делу? — Я думаю, вы оба прекрасно знаете, как сильно я не люблю сюрпризы, — начал Эндрю после еще одной короткой паузы. — И что мне не нравится, когда от меня пытаются что-то скрыть. Вы двое в курсе, что с тех пор, как Лютер Хеммик обратился ко мне с просьбой вытащить Кевина Дэя из «злых когтей» Мориямы, я пытался найти больше информации о Кевине, но сегодня я узнал, что вы двое скрываете от меня кое-какие важные сведения, — Эндрю выглядел совершенно равнодушным, будто то, о чем он говорил, ни в малейшей степени его не задевало. Нил неловко заерзал, чего никогда бы не позволил себе раньше. Несколько лет в компании Лисов сделали его мягким. Эндрю не мог прознать о том, что Нил и Кевин были знакомы, это точно — никто не знал, кто такой Нил, так что этой информации просто неоткуда просочиться. Скорее всего, кто-то рассказал о прошлом Ваймака и матери Кевина или о том, что Ваймак тайно наблюдал за взрослением мальчика. — Какие сведения? — настороженно поинтересовался Ваймак. — Видимо, вы были знакомы с его матерью, — ответил Эндрю. — И годами следили за Кевином. Ваймак, казалось, искренне удивился. — Я думал, Нил уже давно откопал эту информацию. — Так и есть, — согласился Нил. Эндрю искоса взглянул на него: — И ты решил это скрыть. — Нет, — ответил Нил. — Но, когда я присоединился к Лисам, я пообещал Ваймаку не распространяться о его личной жизни, если что-то узнаю. Если бы ты спросил меня, я бы рассказал. — Это подразумевалось само собой, — кратко сказал Эндрю. — Я же глупый, забыл? Мне все нужно разжевывать. Эндрю бросил на него сердитый взгляд, но Нил продолжил прежде, чем Эндрю успел открыть рот: — Ты уже должен был уяснить — я не делюсь информацией за бесплатно. — Заткнись, — ответил Эндрю и перевел взгляд на Ваймака. — Вы сейчас выложите нам всю историю с Кейли Дэй и Кевином. Что-то подсказывает мне, что эта информация может быть крайне полезной. — Ладно, давайте так, — начал Ваймак с глубоким вздохом, — я почти ничего не знаю об Эверморе и очень мало о Кевине. Не уверен, что смогу рассказать что-то полезное. Гражданская война в Равке была — сколько? — лет двадцать назад. За несколько лет до нее я был корсаром — охранял берега Равки и защищал судна с товаром из других стран. Моя мать была родом из Равки — вся из себя патриотка, все время талдычила, что мы в родстве с королевской семьей. Именно тогда я и встретил Кейли. Она была никем, обычная крестьянка. Кейли присоединилась к моей команде и вписалась в нее просто прекрасно, но в ней не было ничего особенного. У Нила в голове не укладывалось, что речь шла о Святой. — В то время Равку рассекал Тенистый каньон, — продолжал Ваймак. — Это было ничто, сплошная тьма, населенная хищными чудовищами. Каньон пересекал всю страну, делил ее пополам и отделял восток от запада. Доставить товары или провизию с западного побережья в центр страны было практически невозможно. Нас с командой как-то наняли для перевозки каких-то товаров через Каньон, и мы согласились — платили за это очень хорошо. Пришлось тогда нанять гришей, чтобы они нас охраняли — инфернов и шквальных. Чудовища напали на нас на полпути из Каньона. Я точно не знаю, что произошло дальше, но Кейли просто… засветилась. Буквально. Как будто посреди Каньона вспыхнуло крохотное солнце. И чудовища в панике разбежались. После этого мы отвезли Кейли в Малый дворец, где тренируют гришей. Страна ликовала — мы поколениями ждали Заклинательницу Солнца, которая уничтожит Тенистый Каньон, ее почитали как живую святую. Мы же с командой вернулись к работе. В следующий раз я увидел ее только через несколько месяцев. К тому времени Дарклинг, лидер гришей, восстал против королевской семьи, и началась гражданская война. Дарклинг нанял меня для перевозки груза. Грузом оказалась Кейли, и я помог ей сбежать. Я пообещал поддержку ей и королевской семье и остался с ней и с небольшой группкой ее союзников на все время, пока длилась война. Там я и познакомился с Эбби и Бетси. Не самое счастливое и веселое время в моей жизни, хочу сказать. Война закончилась, когда Кейли пожертвовала собой, чтобы уничтожить Каньон и убить Дарклинга. — А Кевин? — спросил Эндрю. На то, как сложно Ваймаку было делиться этой историей, ему, очевидно, было плевать. — Он родился за несколько месяцев до окончания войны, и каким-то образом нам удалось держать его рождение в тайне. Один из близких друзей Кейли забрал его в Шухан, чтобы обезопасить. Тецудзи был родственником Морияма и пообещал защитить Кевина. Я насколько мог следил за его жизнью и уверен, что с ним все было хорошо, пока Тецудзи не умер несколько лет назад. Теперь же Кевину явно приходится несладко. Усилители, которые вам показывал Хеммик, очень опасны, и если Кевин правда занимается созданием синтетических усилителей, его нужно остановить. Именно так Дарклинг и сотворил Теневой Каньон — пытаясь создать такие усилители. Эндрю задумчиво постучал пальцем по губам. — Вы знаете, кто отец Кевина? — Не понимаю, какое это имеет отношение к делу, — ответил Ваймак. — Но нет. Может я. Хотя есть и другие варианты. Тецудзи, или один из гришей во дворе, или наследный принц, черт, может даже Дарклинг. Это не так уж важно. Я просил тебя согласиться на эту работу только из уважения к его матери, но у тебя были свои причины. — Деньги, — отозвался Эндрю. — Его единственная мотивация, — вставил Нил. — А как насчет спасения этого забытого Святыми мира от жутких сил, которые несут эти искусственные усилители? Защиты гришей и предотвращения войны? — раздраженно пророкотал Ваймак. — Ох, босс, — легко отозвался Эндрю. — Вы уже должны были понять, что мне плевать на всех и вся. Ваймак фыркнул. — Не поверю в эти сказки ни на секунду. А теперь валите с глаз моих долой. Я насмотрелся на ваши рожи на неделю вперед. Эндрю отсалютовал Ваймаку двумя пальцами, и они покинули кабинет. Нил, в отличие от Эндрю, которому сложно было подниматься наверх из-за больной ноги, легко взлетел по лестнице и к приходу Эндрю уже приготовился ко сну. Нил часто задавался вопросом, почему Эндрю выбрал комнату на верхнем этаже, но единственный ответ который он получил — вид заставлял Эндрю чувствовать. Эндрю открыл окно, чтобы покурить, и Нил умостился рядом с ним. Его заполнила тихая радость — именно этого ему и не хватало последние полгода, с момента ссоры по поводу Робин. Оплот спокойствия — почти ежедневный ритуал молчаливых посиделок вдвоем без этих масок, которые они так часто носили в присутствии других. Эндрю докурил, и Нил отошел к своей койке в углу, устраиваясь поудобнее. Когда он начал работать с Лисами, он не стал подписывать контракт с Ваймаком, не желая привязывать себя к одному месту и отказался от комнаты в Норе, аргументируя это тем, что без контракта он не часть Лисов. А потом Эндрю узнал, что Нил спит на скамейках, крышах или под лестницами, и заявил, что обязан защищать свои инвестиции, поэтому Нил может точно также спать на койке в его комнате. Эндрю быстро переоделся, снял повязки и подошел к неглубокому тазу в другом углу комнаты, чтобы умыться. Никто никогда не видел его без повязок, скрывающих ножи, и Нил был единственным, кто знал о глубоких шрамах, пересекающих его левое предплечье. Они появились там после удаления татуировки, которую Эндрю набили против его воли. Нил наблюдал за Эндрю, и тот поймал его взгляд в зеркале. — Расскажешь, почему вы с Аароном поцапались? — тихо поинтересовался он. — Ничего важного, — ответил Нил. — Ему не понравилось, что Кейтлин была твоей секунданткой. — Он сказал что-то, что тебя расстроило. — Ничего важного, — повторил Нил. — Если бы было не важно, ты бы не стал утаивать. — Тебе это не понравится. — Честно говоря, мне вообще мало что нравится, — отметил Эндрю с тонкой ноткой веселья. Нил хмыкнул, соглашаясь. — Он назвал меня твоей шлюхой. Эндрю ненадолго прикрыл глаза. — Мне не нравится это слово. — Я знаю. — И это ложь. — Очевидно, я и это знаю. — Он до сих пор злится из-за того, как сложилась его жизнь после смерти его матери. — Ты так и продолжишь рассказывать то, что я и так знаю? — Я преподам ему один урок, и он усвоит, почему не стоит использовать это слово, чтобы кого-то унизить, — решил Эндрю. Нил, не сдерживаясь, рассмеялся. — Нет, ты этого не сделаешь. Твои уроки — сплошь ножи, кулаки и слезы, а ты заключил с ним сделку. — Почему я должен выполнять свою часть сделки, если он не выполняет свою? — Потому что ты хороший человек. — Нет. Закрой рот, — сказал Эндрю, начиная злиться. Он уже умылся, потушил лампу и как раз забирался в постель. — Да, так и есть, — поддразнил Нил. Он зевнул и, довольный, зарылся в подушку. — До тебя не доходили слухи? Я монстр. — Ага, конечно. Как скажешь. Ты такой страшный. Я о-о-очень тебя боюсь, — фыркнул Нил. — Не будь глупым. Ты — лучший человек. Где бы я был, если бы не ты? Эндрю долго молчал, и Нил подумал, что он уснул. — Я ненавижу тебя, — наконец сказал он. — Я знаю, — сонно ответил Нил. — Спи, Нил. — Спокойной ночи, Эндрю, — пробормотал он в подушку и погрузился в сон без сновидений.