5. ТЕЯ

Тея была уверена, что спит. Ей часто снилось, что она убивает Натали за то, что та с ней сделала. Но этот сон был странным. Натали будто смогла как-то изменить свою внешность. Ее ранее золотые глаза сейчас были такими темными, что казались почти черными, а волосы, которые когда-то были черными, оказались подстрижены до подбородка и, будто из них вытекла вся тьма, светились поразительной белизной в тусклом свете камеры; на кончиках чередовались разноцветные пастельные пряди. Тея не понимала, почему внешность Натали представилась ей так ярко; возможно, заключение в тюрьме наконец начало сводить ее с ума. Либо убийство льва стало для нее еще большим испытанием, чем она думала. Реакция на нападение Теи на Натали не заставила себя долго ждать, но Тея все равно успела дважды ударить ее в живот и заехать по горлу, а потом ее левая рука внезапно онемела. Она отшатнулась и быстро огляделась. Тея все еще находилась в своей камере, но позади нее стоял низкий блондин, сжимающий трость с набалдашником в виде серебряной лисьей головы. За его плечом — ребенок с растрепанными темно-каштановыми волосами, наблюдающий за ней огромными карими глазами. На матрасе в углу лежала девушка, которой явно нездоровилось. Да, решила Тея, она определенно сходит с ума. — Теперь, когда я привлек твое внимание, — протянул блондин на керчийском, — я хотел попросить тебя перестать бить Рене. Мы здесь, чтобы вытащить тебя из тюрьмы. Конечно, было бы легче, если бы ты передвигалась на своих двоих, но можно тебя и вырубить. Тея понимала его — научилась керчийскому у других заключенных. — Что ты сделал с моей рукой? — потребовала она — левая рука висела бесполезной плетью. — Просто задел нерв, — пожал плечами парень. — Чувствительность скоро вернется. Ну так что, ты будешь сотрудничать? — Кто ты? — осторожно спросила Тея, взвешивая варианты. — Меня зовут Эндрю Миньярд. — Монстр, — произнесла она. Даже за решеткой, в Хеллгейте, она слышала рассказы о Монстре, ублюдке из Бочки. Он был тем, кого следует опасаться. А теперь оказалось, что к нему присоединилась и преступница Натали. — Ах, моя репутация меня опережает, — сказал он скучающим тоном. — Так ты идешь? — Да, — решила Тея. Она сможет выйти из тюрьмы с этими людьми, а потом разобраться с ними. Главное — убить Натали первой. Сражаться с сердцебитом было бы плохой идеей. — Нил, иди впереди, — приказал Эндрю. — Я буду следить за нашей заключенной на случай, если у нее появятся какие-нибудь интересные идеи. Ребенок вышел из камеры первым. Тея последовала за ним, и с отвращением заметила, что Натали идет рядом. Эндрю замыкал шествие и запер за ними камеру. Нил подвел их к лестнице у восточной стены и стал спускаться. — Охранники нас остановят, — высказала опасения Тея. — Отсюда так просто не выбраться. — У охранников сейчас появятся дела поважнее. — ответил Эндрю. — А теперь тихо. Преодолев большую часть спуска, Нил остановился на лестничной клетке. Все столпились вокруг него и принялись ждать. Эндрю почти сразу же заерзал, а потом бросил на Нила укоризненный взгляд. — Он опаздывает, — пожаловался он. — Он всегда опаздывает, — согласился Нил с ноткой веселья в голосе. — Но он все сделает. Просто наберись терпения. — Я — отнюдь не терпеливый человек. Нил недоверчиво посмотрел на Эндрю. — Лжец, — насмешливо фыркнул он. — Ты уже семь лет работаешь над изощренным планом мести. Тея не могла понять, как два этих мелких жулика могут так беззаботно подначивать друг друга во время побега из тюрьмы, и как раз хотела высказать все, что о них думает (ничего хорошего), когда внизу раздался непонятный шум. — Вот, — гордо подытожил Нил. — Все, как я и сказал. — Умников никто не любит, — отбрил Эндрю. — Пошевеливайтесь. С той стороны, куда они направлялись, доносились человеческие крики, а еще рык и звериный рев. — Что ты наделал? — спросила Тея, чувствуя, как нарастает внутри ужас. — Видимо, выпустил животных из клеток, — обвиняюще сказала Натали. — Хороший слух, Рене, — похвалил ее Эндрю. — Это на какое-то время займет охранников. Они поспешили вниз по лестнице и, спустившись, столкнулись с высоченным, худощавым парнем-земенцем с очень темной кожей и черными волосами, стоящими кольями. — Нил! — радостно позвал парень, широко улыбаясь. — Вот вы где! Давайте выбираться отсюда, мне кажется, этим животным не очень нравилось жить в клетках. — Ты опоздал, — просто сказал Эндрю. — Нет, — возразил парень, — по моим часам я все сделал вовремя. — Мэтт, — раздраженно вздохнул Нил, — ты сам специально перевел часы на десять минут назад. Мэтт одарил его улыбкой. — Ага, поэтому я никогда не опаздываю, — ответил он. — Мы можем уже уйти отсюда? — коротко бросила Натали. Тея согласилась с ней, но никогда не признала бы этого вслух. Здесь, возле пустующих клеток животных, было темно, и пугающие звуки эхом разносились по коридорам и на этажах над ними. Мэтт спустился к одному из коридоров. — Вот здесь тот коридор, о котором говорила Альварес. Он ведет к бухте, где я оставил лодку. Внезапно послышался странный щелкающий звук, и из-за угла выползла ринка мотен, пустынная ящерица. Тея отшатнулась — ей повезло ни разу не встретиться с этой тварью на арене, но она знала, что еще никто не смог ее победить. — Мэтт, подбрось меня! — выкрикнул Нил, бросаясь к парню и к ящерице. Мэтт очнулся от шока, переплел пальцы и наклонился, чтобы Нил мог на него опереться. Нил птицей влетел в руки Мэтта и тот легко подбросил его в воздух. Мальчишка пролетел над головой ящерицы и приземлился ей на спину. Движением неуловим, как вспышка, он взметнул клинки и вонзил их в мозг твари. Ринка мотен грузно повалилась на землю. Тея против собственной воли впечатлилась — этот ребенок с легкостью расправился с гигантской ящерицей, убившей бесчисленное количество людей. Она с изумлением наблюдала, как Нил спокойно вытер свои ножи и поднял на компанию глаза. Все воззрились на него в разной степени шока. Эндрю пришел в себя первым. — Идиот, — проворчал он, шагая вперед. — Поверить не могу, что первым твоим инстинктом было бежать к огромной ядовитой ящерице. — Я в порядке. Кроме того, ты сам сказал, что меня невозможно прикончить, — с улыбкой сказал Нил. — Думаю, рано или поздно я самолично проверю эту теорию, — кисло отозвался Эндрю. Мэтт снова повел их вперед по заброшенному тоннелю, ведущему из тюрьмы. Они прошли по извилистой тропинке и оказались в небольшой бухте, где их уже ждала лодка. Тея понимала — вот ее шанс. У Мэтта на бедре болтался пистолет, так что она может выхватить его и пристрелить Натали. Тогда она сможет отбиться от остальных и забрать лодку. Все, что ей нужно сделать — отвлечь внимание. Нил стоял у кромки воды — она могла сбить его с ног, выхватить пистолет Мэтта, убить Натали, забрать лодку. Она стремительно двинулась к Нилу, но тот, словно ожидая подобных действий, отступил на шаг и лениво подцепил ботинком ее лодыжку. Тея рухнула на колени. — Выруби ее, Рене, — нетерпеливо позвал Эндрю. — У нас нет времени на ее истерики. Ей может хватить глупости перевернуть лодку. — Нет, — выдохнула Тея, но было уже поздно. Она и сама чувствовала, как замедляется пульс. — Я убью тебя, — выдавила она и провалилась во тьму. *** Тея очнулась в комнате, полной людей. Свет раннего утра лился сквозь занавеску на дальней стене. Ее руки и ноги были связаны, и она лежала на полу, поэтому быстро села и отползла к стене, чувствуя себя в большей безопасности с твердой опорой за спиной. Она оглядела помещение. Натали — или теперь уже Рене — сидела дальше всех и старательно избегала ее взгляда. Рядом с ней восседала высокая блондинка. Лицо у нее было надменное и, несмотря на то, что она и ее спутники были одеты довольно скромно, напоминала девушку благородных кровей. Судя по светлому тону кожи, она, скорее всего, была либо из Керчии, либо из Фьерды. Здесь же находились Эндрю и Нил, а еще Мэтт, сидящий рядом с девушкой-земенкой с обкорнанными волосами. Ее челюсть была стиснута, на лице застыло упрямое, яростное выражение. Был еще крупный, широкоплечий парень с золотистыми волосами и голубыми глазами, держащийся очень уверенно. Слишком похож на дрюскеля, точно фьерданец, заключила Тея. Последним, кого она заметила, был молодой парень у которого, скорее всего, в предках были сулийцы — у него были темные вьющиеся волосы и бронзовая кожа. — Ах, ты наконец проснулась, — произнес Эндрю. — Думаю, нужно представиться. Ты уже встречалась со мной, Нилом и Мэттом, и все мы знаем, что ты знакома с Рене. Остальные — Элисон, — он кивнул на блондинку, — Дэн, Эрик и наше новое приобретение — Николас. — Можете звать меня Ники, — тихо сказал сулийский парень. — Зачем вы меня сюда притащили? — требовательно спросила Тея. — Мы все здесь задаемся тем же вопросом, — язвительно протянула девушка по имени Элисон. — У меня есть предложение для всех вас, — начал Эндрю, сделав широкий жест рукой. — Ты излишне драматизируешь, — вполголоса одернул его Нил. — Тихо, — шикнул Эндрю. — Детишек должно быть видно, а не слышно. Нил закатил глаза и махнул Эндрю, чтобы тот продолжал. — То-то же. Итак, я собрал вас всех, чтобы кое-что обсудить. Мне предложили очень прибыльную работу, и вы все нужны мне в команде, чтобы ее выполнить. — Я отказываюсь, — отрезала Тея. — А теперь отпустите меня. Эндрю приподнял бровь. — Я понимаю, что когда тебя отключают и привозят в странное место — это не самый дружелюбный способ набиваться в компаньоны, но поразмысли над моим предложением. — Я ни за что не стану работать с таким монстром, — выплюнула Тея, указывая на Рене. Послышалось несколько возмущенных возгласов. — В таком случае, может вернем тебя в тюрьму, если тебе там так нравится? — горячо спросила Элисон. — Делайте, что хотите, — выплюнула Тея. — Я не буду якшаться с преступниками. — Сказала заключенная, — пробормотал Мэтт. — Ты даже не выслушала мое предложение, Тея, дорогая, — снисходительно сказал Эндрю, обрывая другие разговоры. — Спроси себя, почему я приложил такие усилия, чтобы вытащить тебя из тюрьмы, и что еще я могу тебе предложить. — Мне это не интересно, — рыкнула она. — Почему бы тебе просто не послушать, что я скажу, а потом уже принимать решение? Если ты не способна помолчать пару минут… — Эндрю пожал плечами. — Ну, тебе точно не нужен язык, чтобы быть мне полезной. Тея злилась все больше на каждого из них. Эндрю наблюдал за ней пару секунд, чтобы убедиться, что она перестала болтать, а потом снова заговорил. — Лютер Хеммик — для тех, кто не знает, это один из самых высокопоставленных членов Торгового совета Керчии — предложил мне работу. Видимо, Кевин Дэй попросил, чтобы его спасли. Он сделал паузу, явно для большей драматичности. Тея, пораженная, могла только моргать. Если Монстр был прав, если Кевин просил о помощи, чтобы сбежать из Эвермора, то ситуация стала еще хуже, чем она опасалась. Но почему он обратился именно к керчийскому торговцу? Знал ли он о ее заключении? Кевин всегда мало интересовался чем-то кроме своих исследований, а после того, как она и Жан покинули Эвермор, у него почти никого не осталось. Его одержимость работой и страх перед наследным принцем делали его послушным и покорным. Неужели за время ее отсутствия к нему стали относиться настолько плохо, что он был готов сбежать? Тею выбрали для служения королевской семье Шухана, что было величайшей честью. Она всегда хотела быть солдатом, вступить в армию, как только появится возможность и двигаться вверх по служебной лестнице благодаря своей напористости и упорному труду. Ее непоколебимая преданность и непревзойденное мастерство принесли ей желанное место в Эверморе, официальном дворце наследного принца. Хоть Эвермор находился не в столице, именно здесь размещалась самая охраняемая тюрьма страны, основные посольства и самая успешная лаборатория по исследованию гришей. После гражданской войны в Равке обращение с гришами как с подопытными образцами было запрещено, но исследования гришей экспертами в области так называемой Малой науки продолжалось безостановочно. Тея познакомилась с Кевином вскоре после своего прибытия в Эвермор. Большинство охранников обращались с ним как с экзотическим животным — до запрета на эксперименты над гришами те считались в Шухане недолюдьми. Их силы были полезны так же, как змеиный яд — перед использованием необходимо исследовать и безопасно извлечь. Наследный принц Ичиро всегда считал Кевина просто ценной собственностью, и только влияние, которое дядя Ичиро, Тецудзи, мог оказать на племянника, уберегло Кевина от жестокого обращения. Кевин вообще не умел заботиться о себе. Тея быстро заметила, что он пренебрегает едой и сном, когда погружается в свои исследования. Он был фабрикатором с огромной мастерской и кучей самых разных материалов, и он проводил дни либо изучая их, либо пытаясь изобрести что-то новое или усовершенствовать старое. Тея стала присматривать за ним: приносила еду, уговаривала поспать или просто слушала, как он рассказывает о своих идеях и интересах. Она даже не была уверена, осознавал ли Кевин, кто она, потому что, казалось, он не замечал, что стражники сменяют друг друга, но она все равно очень о нем заботилась. Именно поэтому, когда Жан, один из немногих охранников, которые помогали ей защитить Кевина от жестокости Ичиро после безвременной кончины Тецудзи, сбежал из Эвермора, она последовала за ним, чтобы вернуть. Они поклялись защищать Кевина, а теперь он остался совсем один. Эндрю продолжил свою речь, возвращая Тею к настоящему. — Похоже, Кевина удерживают насильно и плохо с ним обращаются. И хотя Шухан еще двадцать лет назад объявил эксперименты над гришами незаконными, в Эверморе все равно проводят исследования в крайне сомнительных областях. Тея пыталась предупредить об этом Кевина еще давно. Но он был из тех, кто пытается создать что-либо только для того, чтобы доказать, что это возможно сделать. Он редко задумывался о том, стоит ли вообще это создавать. — Кевин отправил Торговому совету пару образцов того, над чем ему недавно пришлось работать. Он назвал их синтетическими, то есть искусственными, усилителями. Натали — нет, теперь это была Рене — подала голос. — Как усилители могут быть искусственными? — растерянно спросила она. — Почему бы нам не начать объяснения того, что такое вообще усилители? — предложил человек, которого Эндрю назвал Эриком. — Думаю, они что-то усиливают, — иронично заметила Элисон. Рене искоса на нее взглянула. — Да, это что-то усиливает способности гришей, — подтвердила она. — Некоторые гриши и сами могут выступать в роли усилителей, их называют испытателями. Усилители изготавливают из костей, чешуи или зубов особых животных. Каждый гриш за всю свою жизнь может использовать только один усилитель. И любой усилитель работает только в руках того гриша, который первый к нему прикоснулся. — Кевин прислал три синтетических усилителя и заявил, что они очень опасны. Он сказал Торговому совету не испытывать их на гришах, — поделился Эндрю. — Дай-ка угадаю, — фыркнула Элисон, — они тут же испытали их на гришах? — Неудивительно, и — да, — ответил Эндрю. — Но только два из них. Один на фабрикаторе и второй на целительнице, которая работала в доме одного из советников. — И все закончилось хорошо? — нерешительно поинтересовался Мэтт. Нил сухо рассмеялся. — Усилители дали гришам невероятную мощь и, судя по всему, изменили их способности, — сказал Эндрю. — Фабрикатор смог превратить свинец в золото, а целительница сумела взять под контроль своих стражников, управляя их мозгом так, как сердцебиты могут управлять чужим пульсом. — Это не должно было так сработать, — ахнула одна из девушек — Дэн. — Нет, — согласился Эндрю. — Не должно было. — Что случилось с гришами? — тихо спросила Рене. — Где-то в течение часа усилители увеличивали мощь гришей, но затем треснули и рассыпались в пыль. Первый гриш умер, а силы второй полностью исчезли. К ней даже не вернулись ее обычные способности. Она плохо восприняла эту новость. — Борьба за Кевина и за контроль над этими усилителями может привести к войне, — заметила Рене. — И Торговый совет хочет, чтобы все это разгребали мы? — недоверчиво переспросил Мэтт. — Наверное, не хотят дипломатического скандала, — предположила Элисон. — Керчия всегда занимает нейтральную сторону в конфликтах других стран. Если нас поймают, то они легко скажут, что не имеют к этому никакого отношения. Надеюсь, мы говорим о больших деньгах, Монстр. — В обмен на передачу Кевина Торговому совету мы получим тридцать миллионов крюге, — ответил Эндрю. — После отчисления процентов Ваймаку, каждый из нас получит по два с половиной миллиона. Мэтт тихо присвистнул. — Хорошо, — медленно протянула Дэн. — Так как мы собираемся проникнуть в Эвермор? — Никак, — коротко бросила Тея. — У нас получится, если ты нам поможешь, — сказал Эндрю. — То, о чем ты просишь — государственная измена. — И нет ничего, что могло бы поменять твое мнение? Потому что у меня здесь есть симпатичное помилование на твое имя, — Эндрю выудил какой-то документ из-за пазухи пальто. Изучив его, Тея поняла, что он и правда похож на помилование, написанное и на керчийском и на шуханском. Эндрю забрал его и сунул обратно за воротник. — И ты можешь спасти Кевина. Жан говорил, что он для тебя очень важен. Тея колебалась. Кевин был в опасности. — Так ты просил Жана помочь тебе? — спросила она. — Я не буду с ним работать. — Тебе и не придется, — заверил Эндрю. — Тебе нужно мирно вести себя с Рене, но Жан нас не заботит. Можешь даже отомстить ему, когда закончим работу. — Я тебе не доверяю, — высказалась Тея. — Какая гарантия, что ты выполнишь свою часть сделки? — Никакой, — ответил Эндрю, и это, как ни странно, успокоило девушку. Если бы он попытался убедить ее в своей надежности, она стала бы подозревать его еще больше. Лучше уж горькая правда, чем сладкая ложь. — Ладно, — коротко сказала она. — Я помогу вам спасти Кевина. Но я не отдам его Торговому совету, если он сам не захочет. — Тогда решено. Нил, можешь ее развязать, — скомандовал Эндрю. Нил шагнул вперед и разрезал веревки на запястьях и лодыжках Теи, настороженно на нее поглядывая. — Теперь, — произнес Эндрю, когда Нил отошел, — когда мы все разрешили, можем приступить к обсуждению плана. — У меня возник вопросик, — прервал Эрик. — Если это такой важный план с огромными деньгами, то почему мы берем с собой бесполезного новичка? — он бросил на Ники неодобрительный взгляд. — О, он наша страховка, — сообщил Эндрю. — И уверен, он не совсем бесполезен. — Страховка? — резко переспросила Дэн. — Что ты опять натворил? — Не понимаю, почему ты всегда думаешь обо мне только худшее, Дэн, — вздохнул Эндрю. — И правда, почему, — хмыкнул Нил. — Но не волнуйся, Дэн. Ники здесь по собственной воле. — Знакомьтесь, Николас Хэммик, — торжественно произнес Эндрю. — Сын Лютера Хэммика и наша гарантия стоимостью тридцать миллионов крюге.